Медведи Оки. Нападение


НАПАДЕНИЕ
Лето стояло сухое и жаркое. Трава даже в сиверах пожухла, а на открытых местах засохла и словно покрылась серой пылью. Речки обмелели, а небольшие ручьи и вовсе пересохли…
В тайге начались пожары...
Дым стлался над долинами, закрывая небо серо-синей пеленой. Горький запах пожаров проникал всюду, и в низких местах было трудно дышать – першило в горле, заставляя сердце колотиться быстрее.
Звери в тайге, напуганные пожаром, стронулись с привычных мест и перешли на новые.
Попадая в незнакомые урочища, они начинали голодать, и голод толкал их ближе к людям…
Солнце, на рассвете, вставало жёлтой монетой в багрово-красном мареве и только пробившись в зенит, теряло трагический оттенок.
Обеспокоенные пожарами медведи, спускались с гор, вниз по долине, выходили близко к стойбам, пытались поймать коров, отставших от стада.
Пастухи были напуганы, держали скот в загонах и приготовили оружие.
Мовсар, который везде уже побывал и всё видел, рассказывал, что один год, когда он работал на БАМе, на севере Бурятии, в Баргузинском заповеднике, загорелась тайга. Дым, закрывал солнце, и подгоняемый попутным ветром, двигался вверх по долине реки Верхняя Ангара, той, что на севере Байкала.
  • Медведи тогда, густо переходили в районе БАМа, доходили до Муи, занимая
места обитания местных зверей, дрались между собой.
Страх и беспокойство поселились в округе. Пришельцы брели по дорогам, попадая под колёса мощных немецких грузовиков, «Магирусов». Другие заходили в многолюдные посёлки, пытались ловить собак, добирались до свалок и жили там, находя здесь себе, хоть какую-то пищу.
Тогда же, один медведь забрался на территорию детского сада, и рычал, прячась в дальней части участка – места для детских прогулок. Его обнаружили поселковые собаки. Он пока не решался нападать на детей, но все, в страхе уже забаррикадировались в доме и по телефону вызвали милицию…
...Пастухи, кивала головами, слушали с интересом, но многие не очень верили Мовсару. Он был известным выдумщиком. Однако Эрден, который боялся медведей, подтолкнул Мовсара:
- И что? И что?
Мовсар продолжил.
  • На мотоцикле приехал районный охотовед с карабином. Медведь сидел внутри
изгороди. Охотовед подобрался, прицелился, стрелил и убил медведя…
Тогда, тоже были большие пожары, - заключил Мовсар.
Мужчины, сидевшие в тесном домике бобыля Мовсара, закивали головами, и у каждого в душе зашевелилось подозрение, что такой случай может иметь место в эти пожары и в их долинах…
Назавтра выяснилось, что Мовсар, как в воду глядел и напророчил неприятности...
Медведь пришёл к загону днём. Это был большой, почти чёрный зверь, голодный и очень злой. Собака Лёни Иванова – Жук, кинулась было на опасного визитёра, то тот вместо того, чтобы обороняться, бросился на неё и чуть было не поймал, задев чёрным почти десяти сантиметровым когтем по заду и вырвав клок шерсти с мясом. Жук, поджав хвост, убежал и спрятался под крыльцо дома. А медведь, рявкая, вернулся к загону.
Коровы и хайнаки – помесь коровы и монгольского яка, - отступив в дальний конец огороженного пространства и сбившись в кучу, спрятали молодых животных в середину стада, стояли, выставив рогатые головы из общей массы, и мычали – ревели, жалобно и испуганно.
Из избы выскочили, обедавшие там, пастухи.
Поднялся невообразимый шум. Скот мычал, собаки лаяли, мужики кричали во всё горло, боясь подойти ближе к хищнику, а медведь ещё и угрожающе рявкал.
Шерсть на его загривке поднялась дыбом, из оскаленной пасти текла, пузырясь, пена. Зверь делал короткие броски в сторону людей, предупреждая и показывая, что не боится их. Эрден с карабином, дрожа всем телом от страха и напряжения, постепенно подобрался поближе, и, приложившись, начал стрелять.
Трах-тарах-тах-тах – застучали выстрелы!
Видно было, что Эрден попал, потому, что после третьего выстрела, медведь дёрнулся, припал к земле, и, хромая, побежал на Эрдена. Шестой выстрел, казалось остановил медведя, развернув его, почти на месте. Но зверь выправился, и хромая подбегал всё ближе и ближе.
У Эрдена кончились патроны, и он, повернувшись, и держа в руках бесполезную винтовку, кинулся бежать. Медведь бежал за ним, почти настигая неудачливого охотника. Остальные пастухи, застыли на месте, кто с ружьём, а кто с топором и смотрели на эту гонку, как на цирковой номер.
Никто не мог предугадать, чем закончится дело, но всем было интересно.
Медведь, хоть и хромал, но бежал намного быстрее, чем человек, и, кроме того, Эрдену преграждало путь озеро, сильно разливающееся глубокое весной, а летом, превращающееся в большую лужу грязной воды.
Слыша медвежье рявканье, в метрах за спиной, Эрден, поднимая брызги, вбежал в воду, выше колена. И тут медведь догнал человека, на ходу ударил его простреленной правой лапой, свалил в воду и стал кусать, гневно рявкая…
Собаки, тявкая, подбежали к самому берегу, мужики орали, что было сил.
Самый смелый из них, старый пастух Василий, забежал в воду с мелкашкой и стал стрелять, почти в упор. Медведь бросил Эрдена, развернулся, и тут одна из пулек попала ему прямо в левый глаз, и он с вздыбившись, тяжело рухнул в воду, придавив своим телом Эрдена. Остальные пастухи подбежали ближе, но боялись войти в воду. Василий закричал:
- Эрдена надо спасать! Он под водой. Его мёртвый медведь держит!
Он побрёл по воде, приблизился вплотную, и выстрелил медведю в ухо. Тут уже, боясь и подрагивая, громким криком подбадривая себя, побрели и остальные.
Перевалив тяжёлую окровавленную тушу медведя на другой бок, они вытащили безжизненное тело Эрдена на берег, столпились и Олег, бывший ветеринар, стал делать ему искусственное дыхание.
Эрден задохнулся и воды нахлебался изрядно.
Наконец, внутри безжизненного тела, что-то забулькало, полилась вода, и Эрдена вырвало, с хрипами и кашлем.
Он очнулся, лежал жалкий, мокрый, в крови, и плакал, растирая слёзы по сморщенному, в жалостной гримасе, лицу.
- За что он меня? – всхлипывая спрашивал Эрден. – За что?
И так неожиданно было всё происходящее, так нелепо звучал этот вопрос, обращенный к лежащей в озере, чёрной туше медведя, что все захохотали, и долго ещё хохотали, держась за бока, и глядя друг на друга. Василий, отсмеявшись, вытирал слезы, выступившие на глазах, и повторял:
- Ох, уморил. Он… - Василий показывал рукой на горюющего Эрдена, - Он на него обиделся! - и другой рукой показывал на мёртвого медведя.
Отсмеявшись, и отведя в дом Эрдена, пастухи вернулись с ножами и топором, вытащили медведя на берег и стали его разделывать.
Зверь был крупным, старым самцом с полу съеденными зубами. Он отощал, от переходов и бескормицы, и потому решил напасть на скот, не дожидаясь темноты.
Когда стали разделывать, то выяснилось, что Эрден ранил хищника несколько раз, в том числе, перебил кости правой лапы, и сломал пулей челюсть.
- Повезло Эрдену, - улыбаясь, говорил Мовсар, - он, медведь, бил его, своей сломанной лапой, и кусал сломанной челюстью. Если бы не эти ранения, то атакуемый зверем Эрден, может быть, и не выжил бы…
Вечером все собрались в избе Эрдена, пожарили медвежатины, ели, вспоминали разные истории, и смеялись, когда живой, но весь забинтованный и заклеенный пластырем Эрден, рассказывал уже в который раз:
- Я бегу и слышу, что медведь сзади в метре, рявкает. Увидел озеро, думаю, может в воде от него спрячусь…
На этом месте все начинали громко хохотать.
Мовсар, который везде бывал и всё видел, вспомнил очередную похожую историю.
  • Я тогда, пастухом работал в Качугском районе, на летнем выпасе...
Он закурил очередную папироску, глубоко затянулся, выдохнул дым и продолжил.
  • Тёмной, тёмной ночью пришёл к загону медведь...
  • Коровы в загоне забегали, затопотали, замычали!
  • Мы из зимовья повыскакивали, а темнота кругом, хоть глаз выколи. Стали из ружей стрелять вверх, зверя отпугивать. Но не видно же ничего, что происходит, и в кого стрелять…
А за загоном какой-то шум, возня – медведь пару раз рявкнул, бык замычал. Наконец, всё чуть успокоилось. Мы в избе двери закрыли, ждём рассвета. Как развиднелось, пошли смотреть.
Все коровы и молодняк на месте, а быка, здоровущего, как трактор – нету. Потом нашли место, где его медведь задрал…
Мовсар помолчал и после паузы разьяснил…
- Мы обычно, коров в загон загоняли, а бык снаружи ложился. Думали, кто его такую громадину тронет? А этот медведь шею ему сломал, покусал, и уволок, аж к речке, метров на двести от загона, и там бросил, но брюхо ему вырвал и почти все внутренности выел…
...Мужики притихли, когда Мовсар закончил свой рассказ. Каждый про себя представлял сцену нападения такого медведя и гадал, не случилось бы такого в эту ночь...
Ночью все спали в пол уха, часто просыпаясь и слушая звуки, за плотно закрытой дверью. Под утро пошёл легкий снег, который днём превратился в проливной дождь. В вершине долины эти дожди погасили пожары, и через несколько дней, дым совсем исчез из воздуха, унесённый, куда-то в сторону Тункиской долины, сильным ветром…
Лондон. 14 февраля 2004 года. Владимир Кабаков

Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте «Русский Альбион»: http://www.russian-albion.com или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com Е-майл: russianalbion@narod.ru






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 410
© 13.01.2014 Владимир Кабаков
Свидетельство о публикации: izba-2014-961940

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ











1