"Я счастлив был тобой...", ч. 2-я, картина 1-я


Часть вторая.

Картина первая.

Святые Горы. Открытые ворота монастыря, через которые виден двор и часть лестницы, ведущей к собору. Слышен стук подъезжающих экипажей, сбоку появляются приехавшие к молебну помещики с семьями и простые крестьяне. Слева, под деревом стоит Пушкин в алой мужицкой рубахе, наблюдая за подъезжающими. Он явно кого-то ждет и скучает. Чуть поодаль, на пригорке расположились две старушки-богомолки. Они завтракают, разложив на коленях скудную снедь. Подходит молодой мужик в такой же, как у Пушкина, ярко-красной рубахе и садится на землю, спиною к дереву. Достает из кармана тряпицу и вытирает потное лицо. Это Афоня Початый, беглый крестьянин из Тригорского.

Афоня (бросив мимолетный взгляд на Пушкина): Жарко-то нынче как... А народу много пришло молиться... Неужто праздник какой?

1-я старушка (крестится): Успение Пресвятой Богородицы ныне... Грех не знать такого праздника.

Афоня: Воистину грех... Только Господь простит мне его, ибо давно я не вел счета дням своим...

2-я старушка: По лесам что ли шлялся? Али в остроге сидел?

Афоня (резко и удивленно оборачиваясь к ней): А ты откуда, старая, узнала?

2-я старушка: Узнала... Разбойников завсегда помолиться тянет после делов их грешных.

Афоня бросает настороженный взгляд на Пушкина: слушает ли он их разговор и как реагирует на него. Но тот как будто отвлечен шествием людей в церковь и не обращает на Афоню никакого внимания.

Афоня: А ты с чего взяла, что я разбойник? Разбойники, чай, не будут в ясный день по улицам шляться да еще при таком народе.

2-я старушка: А кто тебя знает... Может стыд тебя замучил, помолиться захотелось. Только рубаха у тебя не для молитвы надёвана, красная, как кровушка наша … Верно я говорю, Матрена?

1-я старушка: А чего ж не верно? Таку одёжу токо на ярманку надевать..
.
Афоня (смеется): Ну, старые, вам бы в жандармы податься, цены бы вам не было... Рубаха им, вишь, моя не понравилась... А чего ж вы тогда меня не боитесь, коли я разбойник? А вдруг я вас ограблю да порешу...

Старушки, переглянувшись, торопливо завязывают в платочки недоеденное и уходят.

Афоня: Смешной народ, ей Богу... В каждом мужике разбойника замечают... Особливо, если тот в красной рубахе...

Пушкин (оборачиваясь к нему): Да не сами они это придумали... Слух в округе идет, что в окрестных лесах разбойники появились, из беглых крестьян. А предводителем у них то ли разорившийся помещик, то ли поп — расстрига. Не слыхал?

Афоня (снова смеется): Выходит, целая шайка орудует? И все в красных рубахах? И барин на коне с шашкой? Не слыхал, не слыхал такого...

Пушкин: Так чего же тогда веселишься? Что тут смешного?

Афоня: А все смешное... Сроду не бывало, чтобы баре по лесам с беглыми мужиками разбойничали...

Пушкин: А я слышал противное... Будто один помещик, дабы справедливость восстановить, собрал своих крестьян да и увел их а леса... И грабили они только тех, кто свое состояние неправедно нажил.

Афоня: Сочинить такое, конешно, можно. Слушать такое, або в книжках читать приятственно будет. Да только не встречал я таких среди разбойников...

Поняв, что проговорился, хлопает себя ладонью по колену и встает, оглядываясь вокруг.

Пушкин (с улыбкой): А много ли ты их повидал в своей жизни, разбойников-то?

Афоня (глухо): Ты, барин, меня на слове не лови... Я не из тех, о ком ты думаешь..
.
Пушкин: А я и не думаю... (Помолчав). Только хочу совет тебе хороший дать... Зря ты ты в такой день к монастырю пришел. Народу здесь сегодня будет видимо-невидимо, и сам полицмейстер из уезда обязательно приедет помолиться. А он, знаешь, один в таких местах не появляется. Соглядатаи в штатском давненько уже здесь крутятся, дабы начальству угодить и подозрительных людишек убрать от его глаз..
.
Афоня (хорохорясь, но с печалью, которую трудно скрыть): А мне это все ни к чему... Я тоже помолиться сюда пришел...

Пушкин: И о чем же Бога будешь просить?

Афоня долго и задумчиво смотрит на него, потом подходит вплотную и тоже прислоняется к дереву, но с той стороны, которая не просматривается людьми, собирающимися у ворот монастыря.

Афоня: Просить буду об одном: чтобы грехи мои простил и тем самым открыл мне дорогу к моему счастью...

Пушкин: А в чем оно, твое счастье?..

Афоня: А вот этого тебе никогда не угадать... Но я сам тебе скажу... Вижу я, что ты человек не из злобных... Хотя и подозреваешь меня в чем-то.. Но другой бы уже давно о своих подозрениях кому следоват доложил... Слыхал, небось, как меня старухи, божьи одуванчики, охаяли? А ты мне решил лишь советы подать... А пошто мне твои советы, когда я сам, может быть, выйду после молебна из храма и полицмейстеру сдамся?

Пушкин: И зачем?

Афоня: А затем, что мне теперь без нее жизни нет... И не могу по лесам прятаться, когда она сказала мне, что души во мне не чает...

Пушкин: И кто же она?

Афоня: А вот этом-то и вся загвоздка... Тебе этого век не понять... Смеяться будешь али скажешь, что я это все сочиняю... Но я уж закончу, коль начал... Считай, что исповедоваться тебе хочу, перед тем, как в храм войти. Не осудишь?

Пушкин: Если трудно тебе, или видишь, что я человек недостойный твоего доверия, то не говори...

Афоня: Нестоящего человека я за версту вижу, ты уж мне поверь... И в себе такие думы носить мочи нет... Ты уж послушай, а говорить мне ничего не надо: я сам знаю, как со своей жизнью разобраться... Этой весной меня лесиной сухой в бору привалило... Думал, не выживу... Кое-как на дорогу выполз и сознание потерял... Очнулся в постели чистой... Голова перевязана, поломанная рука к дощечке прибинтована... Старуха рядом, из ложечки чаем поит... Спрашиваю ее, где я, она молчит, только губы недобро поджимает... А потом приходит она, спасительница моя... Барыня ихняя... Женщина красоты невиданной … В белом платье и с улыбкой на лице... Говорит, что проезжала из соседнего имения на коляске и нашла меня на дороге, истекшего кровью... И, поверь мне: как только я ее увидел, так и случилось со мной то, чего никогда в моей жизни не случалось... А что — не пойму... Чую только, что жить без нее уже не могу... А она словно тоже почуяла что-то во мне, сробела и ушла как-то сразу... Ночь я не спал, все думал о ней... И о том, что мне дальше делать... Ведь, коли поразмыслить, то самое лучшее для меня было в ту же ночь бежать оттуда, куда глаза глядят. В имении народу, чай, много, а кто я такой, сразу всякому понятно. Но не сбежал я, остался... И только потому, что ее увидел...

Пушкин: А потому решил на молебен сходить?

Афоня: Нет, сюда я пришел, когда она плакать стала и сказала мне, что жить без меня не может....

Пушкин вздрогнул и напрягся: он увидел, как по лестнице спускается девушка в голубом сарафане . На голове ее темный платочек, который она сдергивает на ходу и перебрасывает на грудь распустившуюся косу. Среди чинной суеты и нарядов приехавших семей помещиков она - словно свежий полевой цветок в завядшем букете, ручеек в опаленной степи.


Афоня: А ты, барин, случайно, не из Михайловского будешь?

Пушкин: Из Михайловского.

Афоня: Говорят, тамошний молодой барин стихи про братьев разбойников сочинил. Не ты ли?

Пушкин: Нет, не я. Но тебе советую помолиться сегодня подале от сих мест. И от исповеди отказаться. Довольно того, что ты мне все рассказал. Прощай!


Пушкин идет навстречу Олене, которая уже вышла из ворот и стоит, оглядываясь по сторонам.

Пушкин (подходит и берет ее за руку): А я смотрю и глазам своим не верю: неужто это наша Олена к нам, грешным, снизошла?

Олена: (испуганно вырывает руку): Ой, барин, разве можно? Гляньте, сколько народу! Батюшка увидит, снова заставит дорожки мести.

Пушкин: А что он может увидеть? Как восхищенный красотой юной поселянки подошел к ней усталый путник сказать о том, как она прелестна?

Олена: (смущается): Ой, не пойму я, барин, о чем вы...

Пушкин (не понижая голоса): А что, Олена, если бы я предложил тебе пойти со мной под венец? Прямо сейчас... Пошла бы?

Олена (внезапно расцветая и забыв про испуг): Пошла...

Теперь она сама берет его за руку, словно вокруг нет никого, и смотрит в его глаза. Так они уходят от толпы к тому месту, где Пушкин только что разговаривал с Афоней.

Олена: А где бы мы тогда жили? Ведь ваши батюшка с маменькой меня бы в дом к себе не пустили …

Пушкин (смеясь): А мы бы в лес с тобой ушли... Построили бы там избушку и стали жить-поживать...
Олена: Так там же ни пищи, ни одёжи нету... Как же там жить?

Пушкин: А я бы разбойником стал... И одел бы тебя, как царевну, а ела бы ты с золотых блюд заморские фрукты и жареных поросят...

Олена (задумчиво): Нет, с разбойником, чай, страшно жить, и никакой царской одежи не захочешь...

Пушкин: Но ты бы все равно знала, что я хороший, а не злодей какой... Неужто бы не любила?

Олена: Не-а, все равно страшно...

Раздается колокольный звон. Олена оглядывается и с грустью смотрит на лестницу ведущую к храму

Олена: А под венец я с вами я бы пошла... Хоть сейчас....

Пушкин тоже обращает свой взор на лестницу: по ней медленно, словно нехотя поднимается парень в ярко-красной рубахе. Олена испуганно смотрит на побледневшего Пушкина и роняет его руку... Потом уходит, на полпути оглянувшись... Пушкин идет в другую сторону... Слышится хор певчих со стороны церкви... Темнеет...

Уже из темноты появляется режиссер со в своей спутницей. За ними тенью следует новое действующее лицо этой пьесы — ее автор. Он мал ростом и согбен.

Режиссер: Становится все интереснее.... Но все идет к провалу... (К автору) Скажите, я не помню: у вас действительно разбойник читал стихи Пушкина?

Автор (робко и потерянно): Я тоже не помню...

Художник (смеется): Похоже всё в этой пьесе взбунтовалось против нас: актер играет не того Пушкина, каким его замыслил режиссер-постановщик, я не узнаю своих декораций, а сам автор не помнит того, что написал...

Автор (пытается возразить): Я все прекрасно помню... Парень по имени Афоня спрашивал Пушкина, не молодой ли он барин из Михайловского, который.... Дальше не помню...

Режиссер (всплеснув руками): Восхитительно! Может вы не знаете, что будет в следующей картине?

Автор: Нет...

Режиссер нервно уходит вверх к дубу, по которым стоял Пушкин, за ним плетутся его спутники. Темнеет.





Рейтинг работы: 6
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 351
© 08.08.2013 Борис Аксюзов
Свидетельство о публикации: izba-2013-854352

Рубрика произведения: Разное -> Драматургия











1