Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

ФИЛЬМ «ЮРЬЕВ ДЕНЬ»


ФИЛЬМ «ЮРЬЕВ ДЕНЬ»
ФИЛЬМ «ЮРЬЕВ ДЕНЬ»

Вчера вечером по Первому (всемирному) каналу прошел «Закрытый просмотр» фильма «Юрьев день» режиссера Серебренникова. В главной роли – Ксения Раппопорт.
Сюжет таков: мать (оперная певица Люба) с сыном (студент московского ВУЗа Андрей в возрасте 21 года) приезжают провести половину дня в провинциальном городе (Юрьев-Польский), на «малой родине» героини фильма. Вызвана поездка тем, что семья готовится к переезду на ПМЖ в Германию. Стремление «прильнуть к истокам», «припасть к корням» выливается в посещение некоего исторического заповедника, состоящего из пустующего монастырского комплекса. Во время этой экскурсии сын отлучается на несколько минут и… пропадает навсегда. Отчаявшаяся мать пускается в поиски сына и сталкивается с кошмарным миром провинциальной жизни. Тут и полная дебильность местных жителей (которые даже не знают имени реки, протекающей через город), и жуткое безысходное пьянство с потерей человеческого облика, и пронизанность всей жизни этого провинциального городка криминальными мотивами. Героиню принимают за местную мошенницу, аборигены регулярно «подворовывают», у героини крадут колеса с машины, в городке находится тюремная больница для больных туберкулезом и т.д. Следователь – и тот выходец из бандитской среды…
Героиня так и не находит своего сына, но принимает решение полностью изменить свою жизнь. Она бросает сцену, Москву, и начинает ждать возвращения своего сына на месте пропажи – в этом городке. Живет на квартире у случайной знакомой, пьет вместе с ней самогонку, красит волосы согласно местной моде в жуткий цвет, начинает работу в тюремной больнице на должности уборщицы.
Фильм переполнен длиннотами, откровенно скучен, постоянно обманывает ожидания зрителя. Надежды на то, что скоро последует интересный поворот сюжета, не оправдываются. Совершенно необязательна постельная сцена между героиней фильма и следователем.
После просмотра в аудитории у Гордона шло длительное обсуждение фильма, где люди разделились на сторонников высокого качества и глубокого смысла фильма, и на тех, кто подверг фильм уничтожительной критике. Защитники фильма говорили об аллегориях, притчевой основе фильма, гениальной игре и гениальной режиссуре. Критики подчеркивали недостатки, сгущение «чернухи», стремление режиссера «закошмарить» зрителей. Сходились в одном – «народ» и «интеллигенция» ярко противопоставлены друг другу. Мнения расходились только в том, кого следовало подразумевать под «народом», а кого под «интеллигенцией».
Высказывалось мнение, что линия раздела проходит по МКАДу, и в фильме показано отсутствие взаимопонимания между москвичами и остальной Россией. К моему удивлению, среди защитников фильма оказалась уважаемая мною Наталия Нарочницкая, а среди ярых критиков – сам Александр Гордон.
У меня же создалось такое впечатление, что за всем словоблудием замалчивается (или – забалтывается) главная проблема – вопрос отсутствия взаимопонимания между двумя не смешиваемыми составляющими населения сегодняшней России: православными русскими и иудеями-евреями. И дело тут совсем не в том, кто тут лучше или хуже – та же главная героиня Ксении Раппопорт проявляет высшую бескорыстную жертвенность в служении страждущим (туберкулезным з/к). Она моет заплеванные полы, кормит на свои деньги голодных, смывает кровь с израненных заточками тел, выносит «утки» с мочой и т.п. В финале фильма она идет в храм, чтобы присоединить свой голос к хору певчих в промерзшем церковном приделе. На фоне жестокости и равнодушия окружающих – героиня совершает подвиг самопожертвования.
И ведь тут нет лжи или натяжки. История дает нам множество примеров такого жертвенного служения врачей-евреев в русской среде. И есть среди евреев бескорыстные служители Добра и Истины. Отождествляются они с разными именами. Есть среди этих имен и дореволюционные подвижники-медики, и мыслители, которые нигде, кроме России не могли получить изначального заряда для своих умопостроений. Можно вспомнить и Александра Меня, и актера Ярмольника, который бескорыстно помогал не только одному Леониду Филатову…
Страшно другое – фильм показывает ту пропасть непонимания, которая разделяет русских (или, говоря эвфемизмами, в стилистике салонного обсуждения фильма - «народ») и евреев («интеллигенцию» или «москвичей» - если пользоваться тем же «птичьим» языком). Готовность жертвенно и бескорыстно служить пьяным, вороватым и туповатым русским не сокращает пропасти взаимонепонимания.
Мало того – в фильме постоянно чувствуется страх перед непредсказуемостью и стихийной бессмысленной силой русской провинции.
Непонимание и страх - вот два ключевых понятия, которые нужны для "расшифровки" глубинного смысла этого кинопроизведения.
Вот так я этот фильм и воспринял. Любопытно было бы узнать мнение других зрителей, ибо я совсем не считаю себя (и свои вкусы) эталоном правильного восприятия сценария и художественного языка авторов.





Рейтинг работы: 14
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 2
Количество просмотров: 2084
© 11.04.2009 Сергей Павлухин
Свидетельство о публикации: izba-2009-80275

Метки: Кино.,
Рубрика произведения: Разное -> Публицистика


Сeргей Медвeдeв       12.04.2009   12:46:00
Отзыв:   положительный
Хваленая "Кукущка", кстати, из той же серии. Две с половиной мысли, богато украшенные дивными длинотами и суровой северной природой, никак не тянут на сагу, легенду или миф. Увы, тот самый случай когда многие (и бесситемнвые) знания определенно рождают горести не то, что непонимания зретелями сюжета, а и сами авторы, скорее всего, не смогут дать ответа - о чем это?!
Сeргей Медвeдeв       13.04.2009   11:13:00

Вот же наделал опечатков... уже и "зрители" зретелями стали, безсистемные в бесситемные превратились... миль пардон, мартышка к старости слаба глазами стала...
Сергей Павлухин       14.04.2009   12:52:00

Здравствуйте, Сергей!
Буквально на следующий день смотрел фильм "Малахольная". Понятия не имею, кто там по национальности режиссер и сценарист... Начало фильма, к сожалению, прозевал.
Опять показывали русскую провинцию, очень бедную жизнь (на грани выживания), невезучих и доверчивых людей из маленькой деревушки...
Фильм без претензий на "новое слово в искусстве", но трогает душу зрителя гораздо сильней, чем фантастические коллизии "Юрьева дня". И в финале оставляет надежду на Свет и Добро.
Может быть, я чуть поторопился изложить свои соображения о фильме «Юрьев день». Даже фамилию режиссера переврал. Его зовут Серебренниковым. Но дело не в этом…
Один из критиков обвинил меня в противопоставлении русских и евреев.
Но речь-то идет не о "противопоставлении", а об отсутствии взаимопонимания. И говорю я об этом не как о глобальном явлении, а исключительно в применении к данному конкретному фильму. Соответственно, считаю это позицией авторского коллектива - режиссера, сценариста, актеров.
А вот другой критик обвинил меня в том, что я не усмотрел явной параллели с романом»Замок» незабвенного Кафки.
Тут такое дело - я не принадлежу к числу поклонников Кафки.
И все эти изыски и умствования не очень меня трогают. Слишком много надуманного, слишком много явного "тумана" и фантастических допущений. Отсутствует внутренняя логика поступка, нет яркого сюжета, нет таких персонажей, с которыми читатель хотел бы себя отождествить... Ну, и так далее.
И в фильме "Юрьев день" главная героиня вызывает не больше сочувствия, чем герой кафкианского "Превращения".
Не верю я в существование подобных оперных "див", легко переходящих из столичного бомонда в тюремную больницу, меняющих "Дом Периньон" на самогонку, готовых на карачках мыть захарканные уголовниками-туберкулезниками полы в тёмных тюремных камерах...
Если кто-то готов в это верить, если кому-то близка эстетика распада и гниения (того, что в начале прошлого века называли декадентством) - тут, конечно же, дело личных предпочтений.
Я предпочитаю художественные произведения (книги, фильмы, картины) с такими сюжетами, которые подчеркивают силу человеческого духа. (Не сочтите за излишний пафос).
И герои мне ближе такие, которые не плывут по течению (и не принимают окружающую жизнь, как данность), а пытаются преломить ситуацию, вступают в борьбу с враждебным окружением, и если даже гибнут в борьбе, то не принимают предательской житейской мудрости: "А что я мог сделать против непреодолимой мощи обстоятельств?"
Но я ни в коей мере не отрицаю право других людей на иную жизненную позицию, ибо у них могли быть весомые поводы к тому, чтобы выработать именно такой взгляд на мир.
Другое дело, что для меня лично ближе другое восприятие жизни.
















1