Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

ЛОВУШКА




ВАСИЛИЙ МАКАРЧУК
Ловушка
(рассказ)

1.
Влад отчетливо помнит тот день, как он подписался под предложение своей девушки. Разговор состоялся на кухне в квартире ее отчима. Ирина, двадцатилетняя брюнетка с хорошеньким личиком, которое украшали большие распахнутые карие глаза, увенчанное под слегка вздернутым носиком сочными пухлыми губами цвета спелой вишни, подошла к двери и осторожно без лишнего шума ее прикрыла. Она была студенткой 3-го курса юрфака, училась в университете. Вела себя на взгляд Влада в своих поступках с излишней предусмотрительностью. По принципу: как бы ничего не вышло. В силу своего двадцатисемилетнего возраста, он, считая себя еще молодым человеком, смотрел на это с веселой улыбчивостью. Напротив, все ее маленькие недостатки в поведении девушки он с удовольствием переводил в ее положительные черты. Влад услышал, как на ходу обронила Ирина:
- Пусть там, в зале, мать и отчим воркуют. Прикалываюсь, как молодые, сидят рука в руке. Никак не наговорятся. А мы с тобой, Владмен, поговорим о наших делах.
Влад поморщился. Ему не нравилось, когда коверкали имена, переигрывали на свой лад, как это делала его предполагаемая невеста. Он насторожился:
- Что за дела?
- Ты же мне недавно сделал предложение выйти за тебя замуж. А я пообещала подумать…
- Ну и что – надумала?
Влад смотрел, как девичьи губы Ирины, яркие и сочные, без всякой губной помады, опять его поманили к себе. Они каждый раз его волновали, сводили с ума. Любые его попытки затащить Ирину в постель заканчивались неудачами. Она, соблазнительно оттопыривая свои губки – розочки, говорила ему назидательно, как воспитательница детского сада, отчитывающая расшалившегося ребенка.
- Хочешь? Вижу, что хочешь! Вот женись, тогда и будем рассказывать друг другу, откуда дети берутся
В кухне после затянувшейся паузы она ему ответила:
- Да, надумала. Только…
- Только что?
- Только, чтобы у нас с тобой была такая свадьба, чтоб все мои подружки лопнули от завести
- А что нужно?
- Всего на всего мне подарить бриллиантовое колье да свадебное путешествие – круиз по Атлантике.
Ирина сидела на стуле нога за ногу в короткой мини – юбке. Да так, что чуть не оголилась до самых трусиков. Влад сглотнул слюну. Хотя сексуальный позыв юной особы ему ударил в голову, молодой человек сумел сообразить, что он и давно разведенная с его отцом мать не потянут такие расходы.
- Ты что с ума сошла? Это же сколько надо мне работать, чтоб такую прорву денег собрать.
- Дорогой мой. Ты что не понял, что говорю «да»! Я согласна выйти за тебя замуж.
Ирина села Владу на колени, обняла его за шею.
- А что касается денег, то я подскажу тебе, где их можно достать.
- Интересно, где хотел бы я знать?
- Здесь в этой квартире…
- Не понял?!
- А что тут понимать? Да будет тебе известно мой отчим…
Ирина подхватилась и приоткрыла дверь с кухни. Тут же ее поспешно закрыла.
- Милуются голубки, как восемнадцатилетние. Года еще не прошло, как отец умер, а мать уже себе нашла друга, а мне нового папу. У них сейчас, так сказать, медовый месяц. Тьфу, аж противно смотреть. Старые хрычи…
- Да, подожди ты. Говори о деле.
Влад напрягся: ему любопытно было узнать, что дальше скажет Ирина.
- Так вот, мой отчим является обладателем ценной коллекции старинных редких монет. Они стоят бешеных бабок…
- Откуда знаешь?
- Слушай внимательно, не все сразу… Сегодня отчим пойдет к моей матери ночевать. Не первый раз его влечет на зов любви. Ничего не могу понять, какие могут быть муси-пуси между людьми в годах?! За то ты у меня такой пылкий… Ты меня любишь?
- Люблю! Да, конечно люблю!
Влада с головы до ног окатила жгучая волна желания обладать Ириной.
- Говори, я все сделаю, что ты хочешь, мой пупсик!
Он целовал ее восхитительную ямочку на животе, не прикрытую блузкой, в мочку уха, в дразнящие губы, в шею… Ирина, запрокинув голову, смеялась своим упоительными губами.
- Постой. Подожди, полоумный. Тише ты, как бы мои предки чего лишнего не услышали. Короче, надо взять…
- Тебя. Да хоть сейчас.
- Нет, дуралей. Монеты…. А как станет коллекция нашей, не дожидаясь свадьбы, очень может быть…ты и возьмешь меня.
- Правда?!
- Я сказала «Посмотрим на твое поведение»
Влад разглядел многообещающий игривый блеск в глазах Ирины. Она однозначно давала понять своему жениху на их досрочную встречу в постели.
- Хорошо, я согласен – непроизвольно вырвалось у Влада – но если коллекция будет в наших руках, в чем я еще сомневаюсь, как тебе удастся сбыть ее за хорошие деньги?
Девушка подошла к Владу, начала что – то нашёптывать ему на ухо:
- Дело в том, что недавно по приглашению у отчима был на квартире иностранец - коллекционер из Германии. Мы же с матерью на кухне, слышали, как немец рассматривал богатство отчима, все повторял: «О, майн гот»! Я вышла из кухни, подошла поближе. Видела, что он был в восторге от коллекции, просил продать ему ее целиком, а не в отдельности монеты. Папа Дима, так звать моего отчима, был не приклонен. Не соглашался продать ее даже для него за бешеные деньги. У меня дух перехватило, когда я услышала, какую сумму предложили. Короче, немец, вконец расстроенный, ушел от отчима ни с чем. Я пошла провожать его. А точнее под видом того, что вызвалась помочь вынести мусор. При выходе из подъезда, я иностранцу сказала, что эта коллекция в ближайшие дни станет его за ту же сумму, что он собрался отдать отчиму.
- А это за сколько в рублях он решил ее купить?
- За пять миллионов рублей.
- За сколько?!!
- Да, за пять миллионов, ты не ослышался!
- А это сколько по курсу, если перевести на их деньги?
- Больше сотни тысяч евро. Не знаю точно. Да, какая нам разница! Самое главное, что немец клюнул. Закрывает глаза… Ему по барабану, что не от отчима, а из моих рук коллекция перейдет к нему. Сейчас притих, ждет в гостинице.
- Шутишь?!
- Какие могут быть шутки! – Ирина рассыпчато рассмеялась, подчеркивая свою находчивость. – Я у него, у немца, взяла про запас его сотовый номер. Им отданные нам миллиончики за монеты очень даже пригодятся для нашей свадьбы.
- Неужели ты воображаешь, что твой папа Дима отвалит нам такой шикарный свадебный подарок?!
- Да, держи карман шире. Он скорее удавится…. Как я слышала в разговоре от него, что эту коллекцию он собирал в течение всей своей жизни. Благо он в прошлом был археологом…. Сам понимаешь, мотался по экспедициям. Всякие такие раскопки…. С мира по нитке – и как результат: музей на дому…. Обалдеть от такого богатства!
Девушка вся святилась в предчувствии наживы. Что–то было зловеще отталкивающее в ее облике. Влад, смотревший на нее исподлобья, невольно отвел глаза в сторону, произнес глухо:
- Но если глупо думать, надеяться, что он нам добровольно отвалит такой сногсшибательный подарок, тогда…. Тогда, что нужно предпринять, чтобы монеты стали нашими. У тебя есть план?
- Конечно, есть. – Ирина, грациозно, как холеная кошечка, опять примостилась у жениха на коленях. – Слушай внимательно. Квартира у отчима не поставлена на сигнализацию. Да, вход в его подъезд свободен от всяких кодовых замков. Но одно я доподлинно узнала: устройство замка на входных дверях квартиры такое, что если дверь запереть снаружи на ключ, при отсутствии там такового ее никак не откроешь, если находишься в прихожке. Сама дверь изнутри помимо ключа запирается на щеколду. Значит при отсутствии хозяина, кто попадет без ключа в квартиру через балкон, не ломая входную дверь, ему придется возвращаться обратным путем. Вот теперь твои навыки альпиниста сгодятся, чтобы осуществить мой план.
- Говори!
- Слушай и молчи…

2.
- Где вы там, молодята? – спросил женский голос. В дверь кухни постучали. Девушка резко вскочила с колен Влада, скорчила ему уморительную гримаску и приготовилась встречать свою мать. Она уже входила к ним, улыбающаяся сорокалетняя женщина. Немного полноватая, с красивой внешностью брюнетка, достигшая обаятельной зрелости, мать Ирины знала себе цену. Она шумно появилась и сразу перешла в атаку:
- Хватит секретничать! Дочь, сколько можно держать молодого человека за закрытой дверью? А потом, что за «петербургские тайны» скрываете от меня и от папы Димы?
- Галина Марковна, какие могут быть тайны от вас? – вступил в разговор Влад. Он перехватил умоляющий взгляд Ирины. Она стояла за спиной у матери и отчаянно давала ему понять выражением лица, чтобы он молчал о теме их беседы. Ее жених продолжал говорить:
- Это очень… серьезно, Галина Марковна. Я, я… прошу сердце и руку вашей дочери.
- Дима, иди–ка сюда к нам. Послушай, какая новость!
Уже при отчиме мать Ирины спрашивала свою дочь:
- А сама, что ты скажешь?
- Да, да, мама, разумеется, я Владмена люблю. Я согласна выйти за него замуж.
- В таком случае это надо обсудить не здесь… слышишь, Дмитрий Петрович, а в нашей квартире с дочерью.
- Нет проблем. Я и так, ты знаешь, моя радость, намеревался к тебе идти… - проговорил отчим Ирины, солидный лысеющий , разменявший шестой десяток лет. Когда он пытался замкнуть свою квартиру, его падчерица обратилась к нему с просьбой:
- Ой, папа Дима, я, кажется, забыла свой мобильник, не знаю, может быть, на кухне.
- Да бога ради. Подождем…
Ирина прошмыгнула мимо кухни в зал и повернула ручку двери, ведущей на балкон в положение «открыто». Минуту спустя девушка выходила из квартиры с мобильником в руке, который заблаговременно вытащила из сумочки еще по пути от балкона к входной двери. Все шло, как ей было задумано.

3.
Галина Марковна жила недалеко от Дмитрия Петровича в соседней многоэтажке. После вечернего обильного застолья на ее квартире вызрело само по себе решение сыграть свадьбу молодым. Отчим Ирины улыбчиво обратился к своей падчерице:
- Знаешь, доча, мы с твоей мамой искренне рады, что твоим избранником стал Влад. Он прочно стоит на ногах. Преподает в институте. В этом году по осени защищает кандидатскую. Если мне не изменяет память, кажется так молодой человек?
- Да, всё так…. Но какое это имеет значение, Дмитрий Петрович? Лишь бы мы любили друг друга!
- Ты еще сомневаешься, Владмен? – отозвалась Ирина – Единственное, что мне внушает тревогу, так это твой фанатизм заниматься альпинизмом. Вы посмотрите на него, папа Дима, все нормальные люди отдыхают в Сочах под шум морского прибоя. А у него сдвиг по фазе: мчится в горы, где при каждом подъеме и спуске рискует жизнью. Нет, я за него очень боюсь.
Влад возразил:
- Риска в моем увлечении не больше, чем у тебя попасть под трамвай. Поймите: покорять пики горных вершин – это такой драйв, адреналин! Это для меня любимое занятие. В то же время изнуряющая работа, результат которой приносит истинное наслаждение, как прием очередной дозы у наркомана. Предельная концентрация внимания за каждым своим движением, шагом, когда висишь над пропастью – и ты вознагражден: под твоими ногами покорённая высота. Но больше всего я счастлив тем, что покорил сердце …вашей дочери.
- Я тоже счастлива этим, но… - Ирина заторможено отреагировала на слова жениха. Но дальше за нее сказала Галина Марковна:
- Все это хорошо. Но вы понимаете, Влад, я, как мать, очень тревожусь по поводу вашего увлечения. И где гарантия, что после ваших вылазок по горным хребтам будет растить моих внуков не родной отец, а чужой дядя?
- Галина Марковна, я далеко не новичок в горах. Поверьте, семь лет как занимаюсь альпинизмом – это кое-что значит. Как знаток этого дела, состою на учете в военкомате. Успешно проходил спецподготовку. Опыт наработан, хоть куда, сами понимаете. Вы же не боитесь, когда ваш Дмитрий Петрович садится за руль своей машины? Тоже самое в отношении меня. Со мной ничего не случится. Будьте уверены!
- Ладно, будет…. Хватит спорить – отчим Ирины примирительно замахал руками. – Давайте лучше выпьем за то, что через месяц Влад станет мужем нашей дочери, а нам зятем.
Выпили. После короткой паузы Ирина взглянула на настенные часы, которые показывали девять часов вечера. Она встала из-за стола, многозначительно взглянув на своего жениха, нараспев произнесла:
- Пожалуй, мы с Владменом вас оставим. А сами прогуляемся на свежем воздухе.
- Да ради бога. Ясное дело молодое…
Дмитрий Петрович поспешил на помощь падчерице, отсекая тем самым всякие возражения со стороны ее матери.
- Хорошо, хорошо. Но только не долго! – все, что успела сказать Галина Марковна вслед влюбленной парочке, выходящей из квартиры.


4.
Зимний вечер встретил их на выходе из подъезда. Когда очутились на заднем дворе, Ирина чуть слегка попридержала Влада.
- Посмотри на крышу дома, где живет отчим…
- Посмотрел, ну и что?
- А то, что слуховое окно на крыше как раз выходит над балконом квартиры Дмитрия Петровича.
- Ну и что? – Влад озадачено продолжал разглядывать пятый этаж, где проживал коллекционер, новый папа его невесты.
- Так ты ничего не понял, что я хочу? – Ирина схватила за шарф Влада, притянула его к себе – соображать надо, как мы заработаем наши деньги. Или ты передумал?! Высоты забоялся?! Если это так, то тебе не видать нашей свадьбы, как собственных ушей!
Влад опешил от внезапного наскока, крайне был удивлен переменой в поведении девушки. Тем временем, не давая ему опомниться, она продолжала:
- Сию же минуту, если это так, то я разворачиваюсь и отправляюсь домой. И полностью вычеркиваю тебя из своей жизни. А матери и отчиму что-нибудь скажу, почему я резко порвала с тобой. Не сомневайся: они мне поверят.
- Но все, хватит! Какая тебя средь зимы муха укусила?! Не гони лошадей! – Влад решительно остановил Ирину, которая уже порывалась уйти домой.
- Запомни: если я сказал «да», несмотря на все то, что у меня в душе творится – это как гвоздь забил в стену! Мне, конечно, жаль твоего отчима. Дай-то бог, что б он перенес потерю своей коллекции…. Но больше всего ты мне дорога, Иришка. Не скрою, до тебя у меня были девушки…. Но все это не то! Что ты со мной вытворяешь?! Себя не узнаю. С ума схожу по тебе… Я не хочу тебя терять, единственную, которая меня околдовала. И поэтому сделаю все, что ты хочешь.
- Вот и отлично! – девушка от души про себя веселилась, что ее жених подчинялся всем ее прихотям. Упивалась властью над ним. – Надеюсь, альпинистское снаряжение у тебя есть в квартире?
- Конечно, есть. Одной веревки вполне хватит, – ответил сумрачно Влад. – Я все понял, что ты задумала.
Он еще не был морально готов совершить спланированное его невестой. Сам себе напоминал того упиравшегося быка, которого ведут на бойню. Он неосознанно гнул свою линию, чтобы как-то утрясти все то, что ему свалилось на голову в связи с его принятым решением выкрасть коллекцию. Помедлив, он вновь обратился к Ирине:
- Тебе не кажется, что имеется риск, что кто-то увидит меня, когда я буду спускаться или подниматься обратно на крышу? А потом, как я попаду в квартиру, когда двери на балкон закрыты?!
- Ерунда всё это! Мы глубокой ночью провернем все наши дела. К тому времени, с целью экономии, городские службы погасят один единственный фонарь на заднем дворе. А с земли, если кто случайно выйдет, страдающий бессонницей, вряд ли что увидит в ночных сумерках, что твориться на верхних этажах. Тем более, видишь: снег пошел… Он нам как раз на руку.
И, правда, снег цвета свадебной фаты большими пушистыми хлопьями стал медленно падать на землю. Влад про себя горько усмехнулся. Видимо этот снег первозданной чистоты, как немой укор ему с небес, предназначен был не только покрыть всё вокруг своим белым покрывалом, но и заодно скрыть от людских глаз им содеянные грехи. Он словно встрепенулся в повторном вопросе, обращенном к Ирине:
- Опять спрашиваю, как на счет двери?
- Я ее открыла, когда вы меня ждали на площадке. «Лапшу повесила» отчиму: пошла искать по квартире якобы оставленный мой мобильник. В то время, он с самого начала лежал у меня в сумочке…
- Ну, ты даешь! А мы втроем действительно уши развесили – вырвалось у Влада. Теперь он свою невесту воспринял совершенно по-другому. Не по упрощенной схеме, как это было раньше: девчонке надо просто удачно выйти замуж – только и всего. Но чтобы заранее разрабатывать все ходы в тыл противника – разве это свойственно женским мозгам, когда их хозяйке, не умудренной еще жизненным опытом, всего на всего двадцать лет? Было чему удивляться!
У Влада возникло такое ощущение, что он вышел на охотничью тропу. И что вот-вот ему сзади на загривок свалиться хищная рысь с оскаленной пастью. Он понял, что с Ириной надо держать ухо востро. Но он уже рядом слышал ее голос:
- Что касается такого понятия, как «муки совести», плюнь да разотри… Дело в том, что отчим во мне души не чает. Самое главное, хотя он и знать не будет, деньги, вырученные за коллекцию, пойдут не чужим людям, а останутся в семье. В нашей семье, членом которого вслед за отчимом ты будешь являться.
- В отношении себя, как ты сказала – Влад усмехнулся – всё понятно. Но вот куда денем оставшееся время до двух – трех часов ночи, чтобы переждать? Может быть, пока не поздно, ты вернешься домой? Потом в назначенный час, чтоб огород зря не городить и обойтись без альпинизма, выйдешь ко мне с ключами – втихую от квартиры отчима.
- Ты что спятил?! – Ирина не на шутку разозлилась,– чтоб ты знал, Дмитрий Петрович, никогда не носит ключи в карманах верхней одежды. Только в брюках. Когда он ложится спать, всегда их вешает на спинку стула, стоящего рядом с кроватью. Стоит только мне войти в спальню, если не отчим, то наверняка проснется мама. Она очень чутко спит. Я-то знаю. Этот вариант отпадает.
- Ну, хорошо. – Влад прервал молчание, – не дожидаясь отпуска в горах, придется мне в ближайшее часы поработать по вертикали.
- Замечательно! – Ирина радостно захлопала в ладоши. – Я не сомневалась в твоем мужском характере. И, как награда тебе от меня, догадайся, что я скажу?
- Без понятия. Не знаю, что ты хочешь сказать?
- Ловим такси, едем к тебе на квартиру – девушка взглянула на свои дамские ручные часики – одиннадцатый час ночи. – Надеюсь, твоя мама спит, чтобы не помешать мне рассказать, как я тебя… люблю. Заодно и переждем время. А потом вызовем такси. Вернемся обратно.
Влад пересилил себя, решил играть перед Ириной прежнюю роль пылкого влюбленного.
- Ты говорила, что подаришь мне свою любовь в брачную ночь, а не раньше?
- Мало что говорила. Я принимаю решения – я их и отменяю.
- Вот так награда!
Молодой человек одним могучим рывком поднял девушку на руки и, что есть силы, закружил. Да так, что по ее плечам волной рассыпались волосы. А он все еще ненасытно целовал в ее губы. Теперь Влад был обманываться рад. Ему казалось, что не произошло в нем никакого душевного надлома. Что он вновь без оглядки, как прежде, искренне любит Ирину. Она еле утихомирила его словами:
- Любить по полной программе. Только не здесь. Давай, ловим такси… Постой, мне надо позвонить своим, что я ночую у тебя…

5.
Влад запасным ключом открыл входные двери. В квартире было темно. Его мать, не дождавшись сына, давно заснула. Молодые люди на цыпочках, чтобы ее не разбудить, прошли в спальню Влада. Он плотно прикрыл за собой дверь, стащил, не включая свет, вместе с одеялом матрац, кинул на пол. Целуя Ирину, медленно стал ее раздевать. Она вскрикнула, выгнулась дугой. Застонала, отдаваясь ему вся без остатка. Оба были словно в беспамятстве. Никак не могли насытиться друг другом. Потом, как два боксера, сошедшие с ринга, лежали обессиленные, молча, не зная, что сказать о случившимся. Как после боя, вокруг вперемешку валялась их одежда, которую они, как одержимые, срывали с себя. Влад прервал молчание, обращаясь к Ирине. Она положила голову ему на грудь. Уже мирно начиная посапывать.
- Все. Стоп! Время! Надо вставать. Труба зовет – произнес молодой человек, стряхивая с себя сон, прикрыл пальцами нос своей любимой.
- Да, ну тебя. Дай немного понежиться. – Ирина капризно отстранилась, свернулась калачиком под одеялом.
- Ну, если на немножко, то я не возражаю.
Влад включил ночник, нашел свою одежду, быстро оделся. Прошел в прихожку. Вытащил из антресолей спортивную сумку, кинул в нее аккуратно уложенную веревку. Потом вошел в неподвижность: с полминуты постоял. Пробормотал озабоченно: «а вдруг о крышу перетрётся? То есть, нет – чего я несу…. Возьму-ка я с собой запасную».
Другой веревкой Влад, не изменяя своей привычке делать про запас на всякий пожарный случай, обмотал себя вокруг пояса. Скрывая веревку, одел поверх её свитер. После чего направился в спальню поднимать Ирину.

6.
Они, тихо крадучись, поднялись на чердак дома. Луч фонарика выхватил из темноты нужное им слуховое окно. Влад без проблем открыл его. К ближайшей стропиле чердака привязал веревку. Перед тем, как спускаться, сбросил с себя зимнюю куртку, чтоб она не стесняла его в движениях, спросил Ирину:
- Не боишься в потемках одна оставаться?
- Боюсь. А что делать? На что только не пойдешь ради нашего счастливого семейного будущего…. Так ты запомнил, что я тебе говорила? После того, как отчим проводил иностранца, своими глазами видела, как он дипломат с монетами положил в сервант.
- Да, помню, помню… Что там еще?
- Еще одно есть очень важное: в начале веревку привяжешь к дипломату. Дернешь ее пару раз. Это условный сигнал. Я его подниму. После чего, чтоб ты следом поднялся, сброшу тебе обратно веревку. Смотри не сорвись. Я боюсь за тебя, любимый.
Одну неподдельную тревогу и душевную боль можно было различить в голосе его невесты. Ему теперь казалось до дикости в свой собственный адрес, что он совершенно недавно позволил себе сомневаться в искренности его возлюбленной.
- Ничего не бойся, Иришка. Все будет хорошо.
Влад нашел в темноте девушку, расцеловал ее со всей пылкостью своих молодых лет. Она к нему прижалась, не хотела отпускать.
- Ну, все, все…. Надо дело делать.
С этими словами Влад стал спускаться вниз. Шел третий час ночи. В окнах, мимо которых он скользил по веревке, было темно. Все законопослушные жильцы дома безмятежно спали в своих уютных гнездах-квартирах. Только черт его попутал проваливаться в темноту, которая была нафарширована снежными хлопьями. Они с досадливой настырностью лезли ему в глаза, залепляли ресницы, мешали разглядеть, что было внизу у него под ногами. Только он, вор в ночи, совершал преступление ради своей любви. А можно было бы назвать любовью его неудержимое влечение к девушке? На душе у Влада было муторно. Хоть в петлю лезь с головой. Он подспудно чувствовал, что совершает непоправимое. Если оно непредвиденным образом откроется, то с отбыванием срока мечты на всю оставшуюся жизнь полетят к чертям: создать семью, сделать карьеру…. Было до отчаяния жаль Дмитрия Петровича, который увлеченный в своем деле, как и он сам, был симпатичен и очень близок ему по духу. Мать Влада, воспитывая его с детства, всегда говорила: «Сынок, никогда не делай людям зла. На чужом горе счастье свое не построишь. Обязательно к тебе что – нибудь возвратится несчастьем».
Влад явственно представил себе, как Дмитрий Петрович обнаружит пропажу коллекции. Хобби всей его жизни, напрямую связанное с его профессиональной деятельностью археолога, в одночасье сойдёт на нет, как растаявший снег в ладонях. Для него случившееся будет ужасным ударом, как ураганный порыв ветра, сбивающий с ног. Сможет ли он подняться: приобретет ли он вновь способность смотреть на мир людей добрыми доверительными глазами, как это делал раньше?
Из памяти Влада всплыла картина вчерашнего вечера, как в глазах его девушки вспыхнула алчность во время обсуждения ею задуманного, когда она произнесла фразу, как удар кнута по обнаженной спине: «Что касается понятия «муки совести», плюнь и разотри». Мораль в нашем жестоком веке рыночных отношений, как досадное недоразумение, что путается под ногами.
… Отступать было поздно. Влад перед собой сквозь пелену падающего снега разглядел балкон квартиры отчима. Он находился на метр от него. Молодой человек, ловко оттолкнулся ногами от стены, раскачался и с ловкостью обезьяны, не выпуская из рук веревку, спрыгнул на балкон, точно, как падающий мяч в баскетбольную корзину. Легко потянул дверь на себя. «Молодец, Иришка, не подвела меня», - благодарно подумал Влад. Он вошел в квартиру. Посветив фонариком, он без всякого труда в серванте нашел дипломат, который к счастью был не заперт на ключ. Влад открыл его, убедился, что коллекция на месте. Через несколько минут он стоял на балконе и дернул пару раз веревку с привязанным ценным грузом, как было обговорено.
Он стал дожидаться момента, когда Ирина сбросит ему с чердака освобожденную от дипломата веревку. Наступило тягостное ожидание. Минута шла за минутой. Но кроме падающего снега к нему ничего не летело с неба. Влад не знал, что делать. Пришла мысль: неужели он сильно затянул узел на дипломате. От чего Ирина не в состоянии его развязать, если каким–то образом ее фонарик перестал работать. Вдруг зазвонил мобильник. Он вытащил его из кармана джинсов и стал слушать, не веря своим ушам:
- Ну, что, Владмен, в ожидании? Зря ждешь, не дождешься моей весточки с неба!
- Ирина, кончай дурить. Мне не до шуток!
- Какие могут быть шутки?! Ты сделал свое дело. Обеспечил меня и моего другого крутого мужчину, работающего в сфере нефтебизнеса.
- Что ты несешь? Что за мужчина, что за нефтебизнес?!
- А какая тебе разница? Самое главное, что я его люблю. А он меня. Из-за этого долбанного мирового кризиса у него возникли проблемы на бирже. Я ему помогу. И точка! Он мне тут же начнет «нести золотые яйца». В отличие от тебя и твоей вшивой кандидатской степени, от которой ничего не поимеешь. Коллекция монет сейчас в моих руках. Это самый главный козырь, чтобы осуществить то, что я задумала.
От этих ею сказанных слов внутри Влада словно вспыхнула галогеновая лампа с последующим пронзающим с ног до головы разрядом тока. Ослепленный на время испепеляющей ненавистью к своей уже бывшей возлюбленной он с трудом выдавил из себя:
- Я так понимаю, с нашей любовью все покончено. Это подстава?!
- Понимай, как хочешь – в мобильнике прозвучал издевательский смех Ирины, – любви с самого начала не было. Просто я разыграла перед тобой спектакль на эту тему.
- Жаль, может в недалеком будущем появится у тебя мой ребенок.
- Не переживай. К запланированному мною нашему интиму я заранее подготовилась. Принимала то, что надо, чтобы не забеременеть. Потом, в моей жизни дети – такая обуза и головная боль. Они мне ни к чему. Есть же люди, которые прекрасно без них обходятся!
- С тобой все ясно…
- Постой, не перебивай. Я тебя развела по полной программе. Ты мне нужен был ради только одного, чтобы добраться до коллекции отчима. Что и случилось. Ты лоханулся, Владмэн. Хотя хорошо поработал со знанием своего дела. За это я тебе душевное спасибо. Сейчас отдыхай. Дожидайся ментов в квартире отчима . Я их вызову на помощь к тебе, как только приду к себе домой.
- Ну, ты стерва!
- Мне наплевать. Я сама о себе без тебя всё знаю… Мышеловка захлопнулась. Сиди спокойно, голубок, радуйся предстоящей встрече с правосудием. Ему сразу будет сообщено о пропаже коллекции. Насчёт отсутствия ее у тебя на момент твоего задержания следствию подкинут версию, что неизвестный ему твой подельник принял из твоих рук дипломат с монетами и был таков: чтобы не делиться с тобой сбежал с места преступления …
- Какая же ты тварь продуманная!
Девушка, наслаждаясь беспомощностью Влада, что он бессилен расквитаться с ней за ее коварство, от души смеялась над ним. Торжествуя над его мужским самолюбием, она приходила в восторг от самой себя. Что так ловко обвела его вокруг пальца.
- Ладно, я всё прекрасно понял, что ты не шутишь. Смеётся тот, кто смеётся последним.
Влад оборвал смех Ирины, выключив мобильник. Теперь он действовал, как отработанная машина по заданной программе. Как бы отстранённо реагировал на всё то, что происходило с ним и что он делал. Холодно, расчётливо при полном отсутствии с его стороны эмоций, он достал запасную верёвку из-под свитера, о существовании которой не знала Ирина, привязал её к перилам балкона. Спустя немного времени Влад уже был внизу, зашёл в подъезд и затаился под лестничным маршем в тени у почтовых ящиков.
Долго ему не пришлось ждать. Услышал шаги по ступенькам. Увидел со спины Ирину с его спортивной сумкой. В один прыжок он настиг её, выходящую из подъезда. Резко развернул её к себе…. Сам сатана, выскочивший из преисподней, не произвёл бы такого на неё ужаса, как это сделал Влад своим появлением. Инстинктивно заслонив руками искажённое от страха лицо, она успела только одно произнести:
- Не может быть… Ты должен был остаться там наверху…в квартире!
Одним чётко выверенным ударом по голове Влад свалил девушку на пол. Ирина потеряла сознание. Подхватил падающую сумку из её рук. Расстегнул молнию, убедился, что дипломат находится там, где он должен быть. Потом из бокового кармана сумки вытащил скотч, залепил им крепко- накрепко рот своей бывшей невесте и связал ей руки и ноги.
… Пригодилась сноровка и выносливость таскать грузы по горам. Молодой человек затащил на чердак дома ту, что до недавнего времени была ему возлюбленной. Девушка пришла в сознание. Замычала, стала дёргаться, пытаясь избавиться от пут. Но всё было тщетно. Влад оставил её на время на чердаке, спустился на балкон, сделал на верёвке сигнальный узел. Он тем самым вымерял высоту от чердака до балкона. Снял с себя запасную верёвку. С ней поднялся на чердак. Первой верёвкой с намеченным узлом он спустил Ирину вниз. Выпустил её до узла , чтобы его живой груз остановился строго на уровне балкона . Следом сам по запасной верёвке спустился, затащил девушку через открытые двери балкона в квартиру . Включив свет в зале, Влад уложил Ирину на пол лицом вниз. Он подошёл к тумбочке и положил на неё ребром объективом в сторону девушки предварительно включённый на видео свой мобильник. Снял скотч со рта девушки. Она лежала, не подозревая, что находится в записи, с трудом повернув голову на бок, обрушилась с проклятиями на Влада:
- Ты что думаешь, обыграл меня, обставил насчёт монет?! Гнилая интеллигенция! …Горный орёл, говоришь?! Даже если ты выпорхнешь с этого гнезда с дипломатом, всё равно тебя найдут, куда бы ты ни дёрнулся. Повыщипывают все перья с твоей задницы.
- По себе судишь. Идея-то твоя: выкрасть коллекцию.
- Да, моя. Я, только я, придумала этот план по изъятию монет у моего отчима. Всё хорошо складывалось… Я нашла, куда их сбыть, но ты стал на моем пути. Если сейчас уйдешь с дипломатом, все равно я тебя сдам ментам.
- Успокойся. Еще раз: не суди по себе. А коллекция не нужна мне. Она останется в квартире Дмитрия Петровича. Срок на меня не повесишь. Не дождешься!
- Не торопись радоваться! – Ирина ужом извивалась на полу, бесилась, связанная по рукам и ногам. – Если не так, то я тебя по-другому достану!
- Хотел бы я знать?
Влад перевернул Ирину на спину лицом к верху. Он был совершенно уверен в то, что его записывающий мобильник, который находился на тумбочке над головой девушки, ни как не мог быть увиденным ею. От бессилия исправить случившееся, Ирина исходила к нему злобой:
- Так вот слушай. Я по своему добровольному согласию отдалась тебе этой ночью… Кому надо сделаю заявление, что ты меня изнасиловал. Не переживай, судмедэкспертиза докажет твое прямое участие к этому событию. Хоть так тебя достану. Упекут моего горного козлика аж на целых 15 лет. Ничего не попишешь. Надо как-то платить по счетам только потому, что ты со мной связался!
- А этого не хочешь?!
Спокойствие Влада, как у бесстрастного работающего автомата по разливу газированной воды, куда делось: он, словно проснулся. С тихим бешенством Влад поднес мобильник к глазам Ирины, включенный на воспроизведение. Как только она увидела себя со стороны и услышала ею сказанные слова: «Я по своему добровольному согласию отдалась тебе этой ночью…» - взвыла, как смертельно раненая волчица.
- Как бы я хотела вцепиться тебе в горло! Будь ты проклят! – истерично она кричала в спину выходящему на балкон Владу.
… Он нажал звонок квартиры Галины Марковны. Его как будто ждали. Дверь сразу же распахнулась. Вышел Дмитрий Петрович. Через его плечо выглядывала мать Ирины. Она напустилась на Влада:
- Известное дело, как это принято сейчас у современной молодежи. Свадьбы еще нет, а невеста ночует у жениха дома. А потом где моя дочь? Почему её нет с тобой?
- Ваша дочь находится в квартире Дмитрия Петровича.
- Не понял?! Как она туда попала?! – воскликнул пораженный услышанным отчим Ирины.
- Не у порога же об этом говорить.
- Да, да, понимаю, заходите молодой человек.
После увиденного и услышанного с видеозаписи мобильника Влада Дмитрий Петрович крепко стиснул кулаки, тяжело поднялся из-за стола и, обращаясь к Галине Марковне, задыхаясь, прохрипел:
- Ну что, подруга жизни, пойдем вызволять нашу стервозу-дочку из ловушки, какую она себе сама устроила. А вы, молодой человек, молодец, что обезопасили себя видеозаписью от всяких уголовных преследований…. Как я понимаю, речи быть не может о вашей свадьбе?
- Да, вы правы, Дмитрий Петрович – Влад поднялся из-за стола следом за отчимом Ирины. Ее мать безутешно рыдала, сидя на диване.
- Вы не ошиблись. Свадьбы нашей не будет. Но и огласки мною этим событиям тоже не будет. Гарантирую. Ваша коллекция как была, так и осталась у вас на квартире. Выходит, никто ее не похищал. Значит, и состава преступления нет. Прощайте!
Город просыпался…Влад уходил из семьи Ирины. Навсегда… Он уходил в нарождающийся над ним рассвет. Шел к нему, как к своей последней надежде, что он еще сможет изменить свою жизнь к лучшему.
Январь 2009 год г. Хадыженск





Рейтинг работы: 5
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 456
© 08.04.2013 Василий Макарчук
Свидетельство о публикации: izba-2013-780020

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Елена Коюшева       25.06.2013   10:01:23
Отзыв:   положительный
Спасибо за рассказ ! Понравился , хороший стиль письма , и сюжет неплохой . С теплом.
Василий Макарчук       25.06.2013   12:11:20

Спасибо за положительный отзыв












1