Та, что зажигает Звёзды-- I часть


Вступительное слово от автора

Я, Онищук Людмила , автор повести «Та, что зажигает звёзды» в двух частях:
https://www.chitalnya.ru/work/492957/
https://www.chitalnya.ru/work/492995/

Место жительства автора - Крым, Евпатория . конт. тел. +79780167792 почта nikcity.art@gmail.com

Ищу продюсера для создания кинофильма по данной повести. Наброски сценария для первой и заключительной части повести:
https://www.youtube.com/watch?v=vXjtmecn1n8
https://www.youtube.com/watch?v=oc4LUje1NWs

Жанр повести "Та, что зажигает Звёзды" — историко-фольклорная легенда с элементами мистики.
Повесть описывает события на Подолье и Диком поле (позже — Запорожская Сечь) после сожжения в 1482 года янычарами подольского городка Летичев.
Повесть включает материал, источником которого является литература XV — XVII веков (ссылки указаны).


Сюжет повести построен на привлечении внимания читателя к роли родовых корней с символикой Свати (противоположна направлению фашистской Свастики). Родовые корни связывают славян с волхвами, древней символикой и даже Вселенной.
Описан период хаоса в вере подолян:
— Живы народные придания о волхвах;
— Народу, принявшему православие, Польша жёстко насаждает католицизм (хотя попытки подчинения Папству были и ранее, ведь и православная Литва была окатоличена в начале XIV века );
— После падения Византии, Крымский хан принимает подданство Османской империи. Это становится причиной появления повинности ДЕВШИРМЕ и янычар, принявших мусульманство. Фразы повести:"Нас янычарами только страшит! Та ж янычары – то кровь наша бедная! Силу ему даёт кровь христианская, чтобы злодеяния чинить!" и "Кто на Христа нарекал в беде, осуждая предков, что церкви построили и детей научили молиться****, кто всё святое, в безумии, проклинал и молил Магомета…" взяты практически дословно из древних источников.

Через знак Свати, главная героиня получает от "Той, что зажигает звёзды" (имя силы, помогающей Насте, из Вселенной) надприродные способности для защиты родной земли.
Начало и конец повести связывает появление трёх братьев (носителей знака Свати, потомков Насти — дочери Волхва и Ивана — казака с Дикого поля, воющего против Орды). Эти образы нужны для демонстрации преемственности поколений.
Черная сила изображена в лице старика колдуна. Колдун пытается украсть силу рода. Он пробудил тёмную силу. Это Орда. Турки (руками янычар) сжигают Летичев. Сам колдун сгорает в огне амулета Насти, так как Христова вера сильнее.
На Диком поле (Запорожская сечь) зарождается сопротивление народа. Знаменательно звучит призыв атамана перед боем с турками.
Повесть ассоциативно связывает события сегодняшней Украины с её прошлым и призывает помнить историю, свои родовые корни. А какую силу дают корни рода, вы узнаете, прочитав эту повесть.
Важно, то, что выбор образов не случаен и мотивирован:
Волк — это и реальное название реки (причём, Волк является притоком реки Южный Буг (в древности Бог) ), и изображение на древнем гербе Летичева. Поэтому я выбрала образ волка для символа души отца главной героини. Он волхв и обладает силой визуального превращения в волка. Он хранитель корней рода.


PS Летичев малая родина автора повести.

        
«Та, что зажигает звёзды»
1ч. Подолье под Польшей
1. Свати*
Тусклый свет лучины освещал горницу. Семейка теней забавлялась игрой в абсолютную власть над хозяевами убогой избы: великодушная тень следила за каждым движением матери, усердно хлопотавшей над святой вечерей; важная возвышалась за спиной, растиравшего в ступке мак, отца; а вертлявая прижималась к Олюшке. Она, вслед за детским пальчиком, странствовала линиями прошлого и будущего, застывшими на морозном окне. 
В процарапанной пальчиком щёлочке показалась соседская хата, укутанная под самые окна снежным платком. Покуривая ровным столбом дыма, она поджидала первую зарю Святого вечера. Затем в щёлочке мелькнули три силуэта. В дверь постучали…
Богомольная бабка Ольга зажгла свечу. Все притихли. Даже тени застыли в ожидании байки старой казачки. Но в этот рождественский вечер старушка поведала историю, услышанную в далёком детстве от трёх странников о «Той, что зажигает звёзды», о страшном для городка Летичева лете 1482 года.
 
Свежи ещё были рубцы от оков литовских князей, как на шею Подолья взромоздили хомут польские воеводы. Но напрасно ксёндзы приучали народ молиться пятью перстами* — это было время безверия и пустоты... Не видя Бога, люди нащупывали истину сквозь мрак колдовства и страха.

Жил в Летичеве слепой дед. Его странности будоражили вездесущих салажат.
Любопытство и привело Гришку-сорванца на берег реки Волк.
Паголенок разглядел тени, потянувшиеся от тощего силуэта старца. А когда тени образовали крест с загнутыми концами, округу поглотил сплошной мрак. Из-под вод реки, в том месте, где по рассказам старожилов лежал Волчий камень, пробилось изумрудное сияние. Внезапно небо рассекла молния и полоснула огненной плетью по реке. Изумрудный свет сияния в тот же миг стал тёмно красным. Казалось, что над рекой пролилась живая кровь. В раскате грома Гришка отчётливо услышал: "Сватииии…"** и от охватившего его ужаса зашептал:
— Мати Божая Пречистая! Возри мя грешного. От сети диавола избавь мя! На путь покаяния настави мя. Да плачуся дел моих горько...Мати Божая Пречистая!...
— Проклятье... — корчась от молитвы, хрипел старик и растворялся уродливым силуэтом в глазах теряющего сознание следопыта...
Сбросив паранджу колдовства, облегчённо вздохнуло утро. Голубое небо расцеловало изумрудный отлив реки и сочную зелень берега.
Прохладные брызги привели в чувства охотника за приключениями. С трудом приоткрыв веки, Гришанька увидел перед собой нос лодки.
— Спишь, казак!, — переступая через ветхий борт старой скорлупины, именовавшейся лодкой, молвила незнакомка. Несчастный, ещё не отойдя от пережитого, лихорадочно зашептал: «Мати Божая Пречистая!...Мати Божая...».
Девичья улыбка вызвала доверие паренька и вскорости Настя (так звали незнакомку) уже знала всё, что случилось с ним этим утром.
История ошеломила. Вот оно — это место! Это здесь много лет назад предательская серебряная стрела убила волка и... унесла жизнь её отца ...
Настя вспомнила свой давний сон:
"Свеча дрожала в руке монаха, ибо бессильна молитва над уходящим в небытие казацким атаманом и...оборотнем***. Ей снилось Небо. Звёзды чертили знак Свати. Звучал таинственный голос:
– Я, Та, что зажигает звёзды! Отныне тебе, Анастасия, будут подвластны птицы небесные! Пусть птицы служат тебе, как волки служили отцу твоему! …"

От Той, что зажигает звёзды, в снах Настя узнала о том, что она дочь казацкого атамана, хранителя тайны знака Свати, в снах ей открылись законы предков и заклинания волхвов.
Вот и сейчас, подняв руки к солнцу, она произнесла языческое заклинание "снятия страха" для этого сорванца:
— На восточной стороне есть Окиян-море, на том Окиян-море лежит колода дубовая, да на той колоде дубовой, сидит Страх-Рах. Я тому Страху-Раху покорюсь и помолюсь. Отдай мне, Страх-Рах, семьдесят семь ветров, семьдесят семь вихоров, ветер полуденный, ветер полуночный, ветер суходушный, которые леса сушили, крошили тёмные леса, зелённые травы, быстрые реки, и так бы не сушился, не крушился, чадо божье Григорий. Ныне и присно и от круга до круга! Тако бысть, тако еси, тако буди!.

* — "Первоначальною древнейшею формою перстосложения ... было единоперстие".
Из книги Н.Ф. Каптерева "Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович"
Католики крестятся пятью пальцами, открытой ладонью, слева направо, в память о пяти ранах на теле Христа.
Свати** — древняя символика. В данном контексте она левосторонняя. Символ, в виде креста с концами, загнутыми влево, был любимым знаком последней русской императрицы Александры Фёдоровны.
***Слово «казак» впервые упоминается в значении «стража» в письменном памятнике — многоязычном переводном словаре куманского (старокыпчакского) языка начала XIV века (1303 г.), единственный список которого хранится в библиотеке собора Святого Марка в Венеции, «Codex Cumanicus».
*** — По легендам Волхвы могли превращаться в животных.

2. Казачки
Задиристые брызги воды подпрыгивали от топтания ног по тяжёлому полотну. В траве притаились плоски. Насмехаясь над женской маетой и подмигивая любопытному лягушонку, они терпеливо ждали своего часа, чтобы хорошенько отдубасить всё то полотно.
Казачки, перетирая свои убогие пожитки, вволю судачили о соседушках да жаловались на свою долю холопскую.
— Гапка, чула за Матрёну?
— Чула! Мужик ейный с Дикого поля то вернулся снова. Счастливая баба — мужниной плетью целованная*…
— Завидно?
— А шо! Гляди детей сколько! А мой, сокол, сгинул в том Диком поле… А твой жив то?
— Ой, Гапцю, был жив… но сама знаешь, как холопам… как вор пришёл ночью, как вор ушёл, не то, что Иван Матрёны… Его и паны боятся…
— Так, так, голубушка…
— А ты знаешь, ясонька, Ульяна приблуду Казачанскую** взяла к себе. Настю! Теперь ведьмино кубло разрастётся… вот была правая среда, то бабы облили Ульку водой***…
— Не бери грех, Меланю, на душу. Ульяна ж усю твою детвору травами от хвори спасала…
— Свят, свят, прости Боже. А девка — точно ведьма! Пустынник божий шо сказал, когда перлы её узрел:«Не подобает делати узы душ, носящих же оныя извергают из церкви».
— Да сирота она с малолетства. Приёмышем у казачанской вдовы росла. А, как та померла, то девки Настю оговаривать стали, ведьмой прозвали, житья ей не давали. Вот так и прибилась в Летичев. Так сама Ульяна мне сказала.
— Ой, Гапуню, вижу у них одна долюшка. Помнишь Степана Уляны? Пропал. Двадцать годов прошло, а вона всё одна. И паны, и мужики сватались. Одна…
— Как не помнить! В тот день, как пропал Степан, наша река разлилась и Волчий камень потопила. А ещё пан утоп. Шоб тем панам с их ксёндзами пусто было!
— Та шо ты говоришь, Гапко, тож те ляхи Летичеву волю дали****.Ты забыла, как торбы нашим дедам трусили князья?
— Меланю, ляхи клятее! Жидов к нам привели, а мы, головы дурные, своё добро им сами в руки отдали, так и холопами стали…
— Не любят люди тех жидов, то правда, Гапуню. Они не такие, как мы. Шинок з церкви старой зробылы, а горилку сами не пьють. Хоча було один раз, шоб не сбрехать… у прошлом году. Цизя хильнув у Шмули в шинку, та на ляхов жаловался. Казав, шо они завидуют им, бо курка на обид! И шо они клятые со своими ксёндзами! Таки клятые они. Теперь без ксёндза руки не умоешь! Шоб полотно прать вот тут, к ксёндзу на споведь***** иди…
— Потише, Меланю, не сдобровать нам, якшо почуют.
— Свят, свят, молчу, не дай Боже, почует хто! Сами виноваты — родну веру православну на свитку католичью****** променяли, прости Господи…
Разговор женщин перешёл на шёпот. За кустами, словно птицы, щебетали, девчата, что уже управились со своей работой. Их полотна разлеглись на траве, подставляя свои широкие спины ласковым солнечным лучам. Ничего веселее девичьего купания в пруду придумать невозможно. А парубки любили изловчиться, подкрасться да поглядеть на гибкую девичью красу. Вокруг всё жило счастливой жизнью, как будто не было над ними ни пана, ни князя, будто забыло о набегах диких орд.

*Плетью целованная — казак, приезжая с Дикого Поля, как правило, символически бил жену по спине кнутом, для порядка.
** Казачки – деревня Летичевского района Хмельницкой области.
***права середа ( Преполовение Господне) религиозный праздник , после которого можно было купаться в водоёмах, обливали ведьму, чтоб не было засухи.
****ляхи Летичеву волю дали – речь о Магдебургском праве, временно пошлины из-за крайне разорённого состояния города.
***** – исповедь в католическом обряде в средневековье применялась исключительно во всех делах.
****** свитку на веру поменяли — тем, кто перекрещивался в католическую веру из православной, дарили рубаху.
3.Ночь в доме Ульяны
Настя приболела и сны приходили тревожнее и загадочней:
— Слаба ты, девонька,— бормотали беззубые уста зелёной старухи,— а крест тяжелый на тебе…можешь не выдюжать… пей, пей взвар, набирайся силы…
Старуха зажгла свечу. Её тусклый свет задрожал по стенам избы. Бормоча себе под нос, она поднесла свечу к Насте. Свет от неё (вначале огромный – в рост человека) постепенно уменьшился, но стал ярче. Превратившись в точку, свет растворился в Настином амулете или перлах, как назвали его казачки у пруда. Эти перлы силу имели. Не спроста о них скитник говорил.
Свеча погасла.
— Вставай, девонька. Поди уж силушка молодая вернулась? Долго жар тебя мучил. Слава Богу полегчало.
Настя открыла глаза. Перед ней вместо зеленой старухи стояла тётка Ульяна с кружкой взвара. Она улыбнулась девушке. Сквозь приоткрытую дверь слышалось пение соловушки.
— К тебе твоя птаха снова прилетела, — молвила Ульяна, переступив порог хаты.
Настя вышла послушать пение птицы. Затем протянула ей ладошку. Та, вспорхнув, села на руку. Глаза птицы посмотрели на Настю глазами отца и отразились в амулете девушки...
Волк подошёл к камню и растворился в нём. Одинокая лучина осветила подземный ход. Тень идущего человека принимала причудливые формы, сползая по стенам каменного мешка. Да и сам идущий больше походил на тень. Вряд ли, увидевшему его удалось бы разглядеть черты его лица. Это был скорее призрак, чем человек. Стены подземного прохода в одном месте сильно сузились. Тень проскользнула сквозь щель и держащий свечу очутился в просторной келии. Капли воды, падающие на гранит, монотонно отзывались эхом в этом лабиринте тьмы. Страж знака Свати приложил крестовидную с загнутыми концами форму к Камню надежды и его скулы разжались. Яркий изумрудный свет ударил ему в лицо. Поднеся к бледному лбу крест Вечности, он произвел ритуал поклонения знаку Свати.
Над камнем, где растворился волк, в лучах заходящего солнца забрезжил изумрудный рассвет...

Тётка Ульяна обняла Настю за плечи, прервав видение:
— Ивана Купала сегодня! Время козу, нашу кормилицу, на угли вести, прогоню через них, шоб не хворала, а поутру пойду травы собирать. И мне на хлебушек и людям добро от них. Ночь Купала одна такая в году. Спать не дозволено душам христианским. От сколько себя памятаю, всегда в эту ночь и радостно и тревожно! Посмотри на нашу хату! Бачиш, она словно живая?
Ветхая хата-землянка, по соломенной крыше которой пробежала лунная дорожка, в самом деле казалась живой. Ночь на Купала вступала в свои права.

4. Танец слепых и цветок папоротника
Самая короткая я ночь в году манила весёлыми хороводами, плясками, костром, надеждой, любовью. Гладь реки подставляла полнолунию белоснежные короны лилий. Слышались весёлые крики девчат, смех парубков.
— В речке не купайтесь. У водяного именины. Русалочки защекочут.
— А я не боюсь! Эх, русалку бы мне!
— Иван, смотри, русалка!
Шумная компания побежала ладить Купальницы. Иван увидел девушку. Ловко сорвав лилию, он поднёс её незнакомке. Взгляды встретились. В этот миг Иван услышал внутри себя реальный звук, напоминающий щелчок. Это было невероятно. Никогда ранее он не ощущал подобного. Этот щелчок каким-то чудодейственным образом указывал, что незнакомая ему красавица — самый родной в этом мире ему человек.
— Пойдём хороводничать?— ещё находясь под хмелящим разум ощущением, предложил Иван.

Молодёжь возилась с хворостом для костра, а деды поучали детей малых:
— Каждый раз в эти дни Перун решает – быть Свету или тьме…Но Заря-Заряница уводит его и добро побеждает…В день этот у Симаргла и Купальницы родились дети Кострома и Купала… Папоротник расцветает, кто тот цвет увидит — найдет клад…
—Та ни, диду, мамка казалы, шо парень девушку приворожит…
—Так-то оно так, но каждому своё, — перекрестившись по старому обряду одним перстом,тихо молвил старик.
— Диду, не так треба хреститься, а так! — виновато заволновалась, крестясь пятью пальцами открытой ладонью, слева направо, курносая девчушечка, — Вот так рабы Божия крестятся.
— Рабы..., — прогундосил дед, — а сыны молились веками по-другому...
И уже себе в сердцах добавил: "Клятое ярмо ляхов!"
— Собирайтеся, очищайтеся, святым огнём умывайтеся! — начиналась главная часть торжества: хороводы вокруг, подожжённого с четырёх сторон, костра. Молодёжь строго соблюдала ритуальный порядок. Первый круг двигался по солнцу, каждый последующий в противоположную от предыдущего сторону. Купальский костер, честно отгорев славящие солнце аккорды, готовился к очистительному ритуалу. Парни переместили догорающие ветки, раздвинув их по длине и сузив по ширине, чтобы удобно было прыгать.
Настя переглянулась с Иваном. Её желание следовать утехам подруг было заметно и без слов.
Пара взлетела над костром. В момент величайшего восторга, окунания в горячий волшебный шар, Настю обжег холод висевшего на груди амулета. Это было возвращение с небес на землю, это был знак отречения от земной любви и напоминание о долге перед родом.
Отчуждение Насти огорчило Ивана. Вселившийся в него бесёнок говорил не то то, что хотелось сердцу. Да и Настя отвечала ёршиком.
— Пошто смотришь холодно? Не люб тебе?
— А, ты, Ваня, всех девчат так любишь?
— А может и всех! А ты забыла, ночь какая сегодня? Захочу — моей будешь. Вот найду цветок папоротника — сорву его и моей будешь!
— Да скорее эта река пересохнет, прежде, чем я твоей стану!
— Ты ещё скажи — с неба огонь на голову упадёт!
— Не шути так, ты сам не ведаешь, что говоришь!
— Найду цветок — уже утром моей будешь!
Ночь была короткой. Внезапно поцеловав Настю, как позволяет обычай на Купала, Иван бросился в лес.
Не добром встречал лес христианскую душу в Купальскую ночь. Он ворчал шорохом и хрустом сухих листьев и веток. Ели пугали сплошным мраком черных силуэтов. Луна мерцала холодным светом. От совиного «Ух-ху-х» стыла кровь. Но Ивана преследовала всего одна мысль — цветок папоротника горит красно-синим огнём и он найдет его по этой примете….
Была глухая ночь. Иван в отчаянии опустился на траву под высокой елью. Внезапно протяжный вой и проникающий в душу злобный свист послышался в округе. Он увидел, как с крошечного синего огонька разрастается красное колечко. Одно, другое, …восемь огненных соцветий осветили восемь листков огромного папоротника. Четыре силуэта с четырёх сторон приближались к светящемуся кусту. Они двигались на ощупь, так, как двигаются слепые. Взявшись за руки, под охи и свист, они начали дикий танец вокруг папоротника. Ивану начало казаться, что силуэты слились в одну старческую фигуру. Он слегка раздвинул ветки, мешавшего просмотру, кустарника. Рука была порезана до крови.
— Это то, что мне нужно. Резаная рана поможет сродниться с цветком,— подумал Иван и бросился к нему.
Сорвав макушку папоротника, Иван, что есть духа, рванул с проклятого места. Казалось, заколдованный лес никогда не закончится. Кто-то хватал за рубаху, мешался под ногами, наводил блуд.Только с приближением рассвета, Иван выбрался к реке.
Девичий хохот раздался за спиной:
— Иван оглянись…
Парень сплюнул три раза, как положено. Теперь видеть русалку ему совсем не к чему. Заря-Заряница развеяла ночной мрак и Иван вошел в воду. Он уже теперь чист и никакая нечисть не властна над ним.



5. Каждому своё
Нет такого счастья на грешной земле, что бы его не подстерегали зависть, коварство или беда.
Тётка Ульяна, наблюдавшая за молодой парой, переживала и вспоминала своего Степана. Была тогда она вольная, а он голь подневольная ...
Хотел Степан бежать в Дикое поле. Но не рвать же на куски сердце! Вот и вздумал он раздобыть цветок папоротника, да найти клад. Цветок то он нашёл, навеки Ульяну приворожил, но ...
Пошёл Степан к Волчьему камню, как раз, когда изумрудный рассвет над ним поднимался.
Идет ходами темными, а цветок ему дорогу освещает. Дошёл до места узкого – человеку не пройти. Слышит – капли воды эхом пещеру разбудили и голос говорит: «Бери Степан, что унесёшь, но помни, где взял – никому права говорить не имеешь, а то беда тебе будет!». И каменная стена раздвинулась. Взял золото, поклонился месту, земля его и выпустила. Что теперь? По-людски жить хотелось. Пошёл к пану договариваться. Но тому мало было.
— Ещё столько же принесёшь, отпущу да земли дам — хозяйствуй. Вижу, как на Ульяну заглядываешься. Девка того стоит.
Сказал, как отрезал. Попробовал Степан второй раз к камню подойти. А пан хитрым да жадным был. Вслед за Степаном прокрался. У Волчьего камня земля снова открылась. Парень исчез в глубине. Покрутился пан у камня, подойти ближе побоялся.
На третий день, как пропал Степан, стали люди каждый день волка на камне видеть. Слухи разные поползли. Встревожился народ.
Жадность помутила голову ляха. И золота хочется и к волку подойти боязно. Надумал вражий сын стрелой зверя извести, да не простой, а серебреной. Эту стрелу у татар еще его прадед выторговал. Ехидство и алчность тронули тонкие губы пана при виде предсмертных судорог зверя. Осмелев, подошёл ближе и притронулся к валуну. Волчьи глаза последний раз сверкнули огнём. Камень обжёг руку убийцы и качнулся в сторону. Перед ним открылся подземный ход. Внезапно огромный вал воды, вырвавшийся с подземелья, поглотил и пана, и всю округу.
Этой реке дано было имя – Волк.
С горечью смотрела Ульяна на воды реки. Когда-то было все здесь по-другому. При князьях жили. Потом пришли воеводы*. Как Степана не стало, так все и перевернулось в её жизни. Теперь знахарством и держится на этом свете. Детей у неё не было. Поэтому, как родное дитя, приняла Настю. После этой Купальской ночи Ульяна по-матерински её журила:
— Ой, смотри девонька! Парень Иван хороший, не холоп, кузню свою имеет, почитают его люди, чем не пара? Да и уже время пришло о себе думать. Я его знаю. Он от тебя не отступится.
— Нет, тётенька. Времена страшные настают. Ивану здесь не место. Уходить ему нужно к вольным казакам в Поле Дикое .
— Ой, вижу, ты больше моего знаешь. Как же мы? Что же с нами будет?
— С нами Дух рода нашего, земля матушка не даст в обиду. Такое время настало: она для нас, мы для неё.
— Больно много ты знаешь о Духе рода. Молода ты ещё знать такое. Откуда тебе знать, что с нами Дух рода?
— А он, тетенька, с каждом, кто его в душу свою пустил. Нам душу бессмертную Бог подарил и право дал решать – жить Духу рода в нас или нет. Да только место пусто не бывает. Не захотим принять родного Духа, так чужой Дух овладеет душой. И вот ещё что, родной Дух силу даёт, а чужой слабость. Нам выбирать, как жить.
— Хоть мудрено, но понятно и просто. Откуда мудрость твоя, девонька?
Девушка промолчала в ответ. Амулет на груди согрел её своим теплом.



Часть 2 https://www.chitalnya.ru/work/492995/






Рейтинг работы: 78
Количество рецензий: 4
Количество сообщений: 9
Количество просмотров: 882
© 23.01.2012 Людмила Онищук
Свидетельство о публикации: izba-2012-492957

Метки: историко-фольклорная легенда с элементами фантастики и мистики, славянские символы, Родовые корни, род, символ, казаки, казачки, Летичев, С,
Рубрика произведения: Проза -> Повесть
Оценки: отлично 14, интересно 1, не заинтересовало 0
Сказали спасибо: 23 авторов


Лидия Любомирская       01.10.2016   14:10:55
Отзыв:   положительный
Милая Людмила, и я поздравляю Вас с Днём Рождения!
Счастья, удачи и радости, всех благ!

Ваша повесть написана очень живо. В душе что-то шевельнулось, как будто я сама очутилась в Украине того времени.
Видео тоже понравилось.
Вы - талантище!!!


Людмила Онищук       02.10.2016   20:56:02

Благодарю, Лидия! Мне очень, очень приятно!
ВИТАЛИНА       30.10.2015   04:38:23
Отзыв:   положительный
Людочка, с интересом прочла Вашу работу, понравилось, хорошо написано.
СПАСИБО БОЛЬШОЕ!

ПОЗДРАВЛЯЮ С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!
ЖЕЛАЮ УДАЧ, ТВОРЧЕСКОГО ВДОХНОВЕНИЯ И БОЛЬШЕ ПОЗИТИВА!
С ТЕПЛОМ И УВАЖЕНИЕМ!


Людмила Онищук       30.10.2015   07:28:07

спасибо!
Марина М.       21.10.2012   09:10:48
Отзыв:   положительный
Прочитала по ссылочке Вашу повесть. Понравилось. Очень ценю, что передано время в котором происходят события.
Значит,автору кто-то свыше помогал :-), что заслуг самого автора не умаляет.
Спасибо!
Людмила Онищук       21.10.2012   09:22:29

спасибо Марина! это первая моя работа... она не столько художественная , сколько философская... я отдала её на рецензию, после чего она была полностью переписана, но уже на Украинском языке, добавлен художественный окрас, раздвинут сюжет и выброшена часть философии, что бы работа не казалась, как нравоучение..уже почти готово, НО ЕЩЁ ХОЧЕТСЯ СЮЖЕТНУЮ ЛИНИЮ СДЕЛАТЬ БОЛЕЕ УВЛЕКАТЕЛЬНОЙ
Марина М.       21.10.2012   09:37:59

Спасибо за ссылку, но я на украинском не читаю. Не знаю языка.
Может, и на русском повесть тоже измЕнится?
Только не забывайте, что пределу совершенства нет, а лучшее - враг хорошего :-)

Посмотрела интервью с Анной Март. Здорово!
Спасибо Вам!
Зиннур Хуснутдинов - Водолей       06.03.2012   05:50:09
Отзыв:   положительный
Заинтриговали. Прочту как только будет время.
Людмила Онищук       13.03.2012   12:45:58

Мне приятно










1