Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Проблемы счастья в сказках А.С.Пушкина (О рыбаке и рыбке)


­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­­Счастье в контексте ментальных или эмоциональных состояний - это положительные или приятные эмоции, варьирующиеся от удовлетворенности до сильной радости.  Другие формы включают удовлетворенность жизнью, благополучие, субъективное благополучие, процветание и эвдемонию.
Эвдемонизм (от греч. eudaimonia — счастье, блаженство), античный принцип жизнепонимания, позднее в этике — принцип истолкования и обоснования морали, согласно которому счастье («блаженство») является высшей целью человеческой жизни. Предпосылкой античного эвдемонизма является сократовская идея внутренней свободы, достигаемой благодаря самосознанию личности и её независимости от внешнего мира.

А. С. Пушкин в стихотворении "Пора мой друг пора..." писал: "На свете счастья нет, но есть покой и воля".
Рассмотрим сказки Александра Сергеевича в понимании его сказочных героев о счастье, что оно заключается в покое, воле и благополучае героев.  Рассмотрим сказки А.С. Пушкина в понимании счастья его сказочных героев:  "Сказка о рыбаке и рыбки", "Поп толоконный лоб", "Сказка о золотом петушке".
Вот сказка А.С.Пушкина о рыбаке и рыбке
Старику, за его трудолюбие повезло - он случайно поймал золотую рыбку. Он благородно отпустил ее в море без выкупа за ее свободу: 
"Отпустил он рыбку золотую
И сказал ей ласковое слово:
"Бог с тобою, золотая рыбка!
Твоего мне откупа не надо;
Ступай себе в синее море,
Гуляй там себе на просторе".

Благородный поступок старика был обруган старухой:
"Дурачина ты, простофиля!
Не умел ты взять выкупа с рыбки!
Хоть бы взял ты с нее корыто,
Наше-то совсем раскололось".

Старик безропотно пошел к морю кликать золотую рыбку:
«Приплыла к нему рыбка и спросила:
"Чего тебе надобно, старче?"
Ей с поклоном старик отвечает:
"Смилуйся, государыня рыбка,
Разбранила меня моя старуха,Не дает старику мне покою:Надобно ей новое корыто;Наше-то совсем раскололось".Отвечает золотая рыбка:"Не печалься, ступай себе с богом,Будет вам новое корыто". Все благополучие и покой старухи заключалось в новом корыте.
Вернулся старик ко старухе а она вдруг захотела избу:
"Еще пуще старуха бранится:
"Дурачина ты, простофиля!
Выпросил, дурачина, корыто!
В корыте много ль корысти?
Воротись, дурачина, ты к рыбке;
Поклонись ей, выпроси уж избу".

Ну что ж, разумно решил старик, ведь изба лучше землянки:
Вот пошел он к синему морю,
Стал он кликать золотую рыбку,
Приплыла к нему рыбка, спросила:
"Чего тебе надобно, старче?"
Ей старик с поклоном отвечает:
"Смилуйся, государыня рыбка!
Еще пуще старуха бранится,
Не дает старику мне покою:
Избу просит сварливая баба".
Отвечает золотая рыбка:
"Не печалься, ступай себе с богом,
Так и быть: изба вам уж будет".Пошел он ко своей землянке,А землянки нет уж и следа;Перед ним изба со светелкой,С кирпичною, беленою трубою,С дубовыми, тесовыми вороты.
Старик был рад, что у него есть изба, а он крестьянин. Это разумное желание исполнилось.
Его же старуха стала требовать изменения статуса не для старика для неё лично. То есть, желания старухи всё возрастают — она заставляет мужа возвращаться к рыбке снова и снова, требуя (сначала для обоих, а потом только для себя) всё больше и больше:
    * получить корыто;
    * получить новую избу;
  • быть столбовою дворянкой;
  • быть «вольною царицей»;
  • быть "владычицей морскою.
Море, к которому приходит старик, постепенно меняется от спокойного и синего к чёрному и бурному, и под конец к штормящему. Отношение старухи к старику тоже меняется: сначала она всё ещё ругает его, потом, став дворянкой, посылает на конюшню, а став царицей, и вовсе прогоняет. Под конец она призывает мужа обратно и требует, чтобы рыбка сделала её «владычицей морскою», причём сама рыбка должна стать у неё в услужении. Рыбка не отвечает на очередную просьбу старика, а когда он возвращается домой, то видит старуху, сидящую перед старой землянкой у старого разбитого корыта.
"Дурачина ты, прямой простофиля! Выпросил, простофиля, корыто! Воротись, поклонися рыбке:

"Выпроси уж избу...
------------------------
"Не хочу быть черной крестьянкой"...
................
"Не хочу быть столбовою дворянкой"...
...............
"Не хочу быть вольною царицей"...
....................
"Я хочу быть римскою папой"...
...............
" Не хочу я быть римскою папой,
А хочу быть владычицей морскою,
Чтобы жить мне в окияне-море,
Чтоб служила мне рыбка золотая
И была бы у меня на посылках».

Счастье для рыбака заключалось в свободном труде, а для его старухи в её волевых нереальных требованиях.

В русскую культуру вошла поговорка «остаться у разбитого корыта» — то есть погнаться за бо́льшим, а остаться ни с чем.

 В первой рукописной редакции сказки у Пушкина старуха сидела на Вавилонской башне, а на ней была папская тиара:
Проходит другая неделя,
Вздурилась опять его старуха,
Отыскать мужика приказала
Приводят старика к царице,
Говорит старику старуха:
«Не хочу я быть вольною царицей,Я хочу быть римскою папой!»
Старик не осмелился перечить,
Не дерзнул поперёк слова молвить.
Пошёл он к синему морю,
Видит: бурно чёрное море,
Так и ходят сердитые волны,
Так и воют воем зловещим.
Стал он кликать золотую рыбку.
«Добро, будет она римскою папой».
Воротился старик к старухе.
Перед ним монастырь латынский,
На стенах латынские монахи
Поют латынскую обедню.
Перед ним вавилонская башня.
На самой верхней на макушке
Сидит его старая старуха.
На старухе сарачинская шапка,
На шапке венец латынский,
На венце тонкая спица,
На спице Строфилус птица.
Поклонился старик старухе,
Закричал он голосом громким:
«Здравствуй ты, старая баба,
Я, чай, твоя душенька довольна?»
Отвечает глупая старуха:
«Врёшь ты, пустое городишь,
Совсем душенька моя не довольна,
Не хочу я быть римскою папой,
А хочу быть владычицей морскою,
Чтобы жить мне в окияне-море,
Чтоб служила мне рыбка золотая
И была бы у меня на посылках».
Бонди С. М. Новые страницы Пушкина. — М.: «Мир», 1931. — С. 53-56.
В окончательный вариант этот эпизод не вошёл, чтобы не лишать произведение русского колорита.
Однако Папа Римский фигурирует также и в некоторых других произведениях русского эпоса, например, в знаменитой Голубиной книге.
А Кривда Правду преодолела,
А Правда взята Богом на небо,
А Кривда пошла по всей земли,
По всей земли, по всей вселенныя,
И вселилась в люди лукавые…

Сказка учит тому, что нельзя требовать от жизни многого, надо довольствоваться тем, что тебе охотно дают. А если чересчур много захочешь, то можешь потерять все, как говорят, "остаться у разбитого корыта".

Счастье для рыбака заключалось в свободном труде, а для его старухи в её волевых нереальных требованиях.
***
О рыбаке и его жене
Материал из Википедии — свободной энциклопедии
«О рыбаке и его жене» (нем. Vom Fischer und seiner Frau) — сказка братьев Гримм (KHM 19) померанского происхождения о заколдованной рыбке, исполняющей желания, рыбаке и его ненасытной жене, которая в итоге наказывается за свою жадность. По системе классификации сказочных сюжетов Aарне-Томпсона, имеет номер 555: «Рыбак и его жена».

Сюжет


Рыбак, который живёт со своей женой Ильзебиль в бедной лачужке, однажды вылавливает в море камбалу, которая оказывается заворожённым принцем и просит отпустить её в море, что рыбак охотно и исполняет. Когда об этом слышит Ильзебиль, то спрашивает мужа, не попросил ли он что-нибудь в обмен на свободу рыбы, и заставляет его вызвать камбалу снова, чтобы пожелать себе жилище получше. Волшебная рыба тотчас исполняет это желание.
Однако вскоре Ильзебиль вновь посылает мужа потребовать от камбалы каменный замок, затем последовательно желает стать королевой, кайзером (то есть императором) и римским папой. С каждой просьбой рыбака к камбале всё сильнее мрачнеет и бушует море. Всякий раз, приходя к берегу, рыбак зовёт рыбку словами:
Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлёт меня!
Рыбка исполняет все её желания, но когда Ильзебиль хочет стать Господом Богом, то камбала всё возвращает к прежнему состоянию — к жалкой лачужке.

Происхождение и анализ сюжета


Сказка записана братьями Гримм на диалекте Передней Померании, по мотивам сказки Филиппа Отто Рунге. Согласно первоисточнику действие происходит в области Вольгаст.
Вероятно, камбала в древности имела в Померании функции морского божества, и таким образом сказка является отголоском утраченной мифологии. Мораль повествования представлена в виде притчи, отсылающей к народной мудрости, а именно: ненасытность и чрезмерные запросы наказываются потерей всего.

Интерпретации сюжета

Современники интерпретировали историю как сатиру на Наполеона и его семью. Психоаналитик Отто Гросс понимает поведение главных героев как выраженную волю к власти, присущей патриархальному обществу, и выделяет мысль сказки о том, что «только Бог даёт гарантию от чужого вмешательства в самое сокровенное, в сердце человека».
Постановки сказки неоднократно обыгрывались в немецких театрах. Эти сценические адаптации вдохновили современные психосоциальные интерпретации отношений между мужчиной и женщиной. При этом анализировался и характер рыбака: так как муж дословно исполняет желания своей жены и избегает дискуссии с ней вместо того, чтобы пытаться обратиться к её внутренним потребностям и мотивам, он тем самым пренебрегает своей спутницей. Это только усиливает её внутреннее беспокойство, недовольство и чрезмерность.
Для Гюнтера Грасса сказка стала отправной точкой в его романе «Камбала» (1977), который рассматривает вопрос о виновности феминизма в нескольких эпизодах каменного века, проходя через период романтики вплоть до современности. Ханс Еллоушек издал свою интерпретацию: «Как лучше справляться с пожеланиями своей жены. Сказка о рыбаке и его жене».

Варианты сюжета


Считается, что на сюжете братьев Гримм основано произведение Александра Пушкина «Сказка о рыбаке и рыбке», где образ камбалы сменяется золотой рыбкой. Там же требования жены начинаются с починки «разбитого корыта», а заканчиваются желанием стать «владычицей морскою». В записях Пушкина сохранился также текст, не вошедший в окончательную редакцию сказки, в котором старуха, как и в сказке братьев Гримм, хочет стать «римскою папой».
Похожий сюжет можно видеть и в древних индийских ведах. Однажды, гласит легенда, «...некий МУДРЕЦ по имени Ману совершал омовение и обнаружил в своей ладони маленькую рыбку, которая попросила сохранить ей жизнь. Пожалев ее, он запустил рыбку в кувшин. Однако на следующий день она так выросла, что ему пришлось отнести ее в озеро. Вскоре озеро тоже оказалось маловато. «Брось меня в море, - сказала рыба, бывшая в действительности воплощением бога Вишну, - мне будет удобнее.» Затем Вишну предупредил Ману о грядущем Потопе. Он прислал ему большой корабль и велел погрузить в него по паре всех живых существ и семена всех растений, а потом сесть туда самом».
***
Жадная старуха
Жадная старуха — русская народная сказка. В сборнике А. Н. Афанасьева «Народные русские сказки» фигурирует под № 76. Перекликается с произведением Александра Сергеевича Пушкина «Сказка о рыбаке и рыбке». В сказке рассказывается о волшебном дереве, которое выполняло желание старухи, а когда старуха пожелала стать равной богам, то дерево превратило её и старика в медведей.
В сказке отражена народная мудрость — человек, не умеющий управлять своим желанием, теряет ощущение ценности от удовлетворения потребности, что ведёт к деградации личности. Иными словами, жадность не доводит до хорошего.
В сюжете прослеживается архаичный культ медведя, образ которого приравнен к богам.
***
Жил старик со старухою; пошел в лес дрова рубить. Сыскал старое дерево, поднял топор и стал рубить. Говорит ему дерево: «Не руби меня, мужичок! Что тебе надо, все сделаю». — «Ну, сделай, чтобы я богат был». — «Ладно; ступай домой, всего у тебя вдоволь будет». Воротился старик домой — изба новая, словно чаша полная, денег куры не клюют, хлеба на десятки лет хватит, а что коров, лошадей, овец — в три дня не сосчитать! «Ах, старик, откуда все это?» — спрашивает старуха. «Да вот, жена, я такое дерево нашел — что ни пожелай, то и сделает».
Пожили с месяц; приелось старухе богатое житье, говорит старику: «Хоть живем мы богато, да что в этом толку, коли люди нас не почитают! Захочет бурмистр, и тебя и меня на работу погонит; а придерется, так и палками накажет. Ступай к дереву, проси, чтоб ты бурмистром был». Взял старик топор, пошел к дереву и хочет под самый корень рубить, «Что тебе надо?» — спрашивает дерево. «Сделай, чтобы я бурмистром был». — «Хорошо, ступай с богом!»
Воротился домой, а его уж давно солдаты дожидают: «Где ты, — закричали, — старый черт, шатаешься? Отводи скорей нам квартиру, да чтоб хорошая была. Ну-ну, поворачивайся!» А сами тесаками его по горбу да по горбу. Видит старуха, что и бурмистру не всегда честь, и говорит старику: «Что за корысть быть бурмистровой женою! Вот тебя солдаты прибили, а уж о барине и говорить нечего: что захочет, то и сделает. Ступай-ка ты к дереву да проси, чтоб сделало тебя барином, а меня барыней».
Взял старик топор, пошел к дереву, хочет опять рубить; дерево спрашивает: «Что тебе надо, старичок?» — «Сделай меня барином, а старуху барыней». — «Хорошо, ступай с богом!» Пожила старуха в барстве, захотелось ей большего, говорит старику: «Что за корысть, что я барыня! Вот кабы ты был полковником, а я полковницей — иное дело, все бы нам завидовали».
Погнала старика снова к дереву; взял он топор, пришел и собирается рубить. Спрашивает его дерево: «Что тебе надобно?» — «Сделай меня полковником, а старуху полковницей». — «Хорошо, ступай с богом!» Воротился старик домой, а его полковником пожаловали.
Прошло несколько времени, говорит ему старуха: «Велико ли дело — полковник! Генерал захочет, под арест посадит. Ступай к дереву, проси, чтобы сделало тебя генералом, а меня генеральшею». Пошел старик к дереву, хочет топором рубить. «Что тебе надобно?» — спрашивает дерево. «Сделай меня генералом, а старуху генеральшею». — «Хорошо, иди с богом!» Воротился старик домой, а его в генералы произвели.
Опять прошло несколько времени, наскучило старухе быть генеральшею, говорит она старику: «Велико ли дело — генерал! Государь захочет, в Сибирь сошлет. Ступай к дереву, проси, чтобы сделало тебя царем, а меня царицею». Пришел старик к дереву, хочет топором рубить. «Что тебе надобно?» — спрашивает дерево. «Сделай меня царем, а старуху царицею». — «Хорошо, иди с богом!» Воротился старик домой, а за ним уж послы приехали: «Государь-де помер, тебя на его место выбрали».
Не много пришлось старику со старухой нацарствовать; показалось старухе мало быть царицею, позвала старика и говорит ему: «Велико ли дело — царь! Бог захочет, смерть нашлет, и запрячут тебя в сырую землю. Ступай-ка ты к дереву да проси, чтобы сделало нас богами».
Пошел старик к дереву. Как услыхало оно эти безумные речи, зашумело листьями и в ответ старику молвило: «Будь же ты медведем, а твоя жена медведицей». В ту ж минуту старик обратился медведем, а старуха медведицей, и побежали в лес.
***

Аналогичный сюжет у сказки Алексея Толстого «Чивы, чивы, чивычок…», написанной в 1937—1938 годах (первоначальное название «Золотая рыбка»)

Сюжет
Жил старик со старухою. Однажды старик пошёл в лес дрова рубить. И когда хотел срубить очередное дерево, то оно попросило не рубить его, а взамен — исполнить любое желание. Старик решил попросить богатства. Приходит домой — изба стала новой, много домашней живности, хлеба хватит надолго, «денег куры не клюют». Но старуха через время стала говорить: «Хоть живём мы богато, да что в этом толку, коли люди нас не почитают!», и что хорошо бы деду стать бурмистром. Дерево исполняет и это желание. Но старуха снова недовольна — ведь и над бурмистром есть власть. Она предлагает деду попросить у дерева, чтобы сделал его сначала барином, потом полковником, генералом, царём, а затем и самим богом. Все это дерево исполняет, но в ответ на последнюю просьбу превращает старика и старуху в медведей.
***
Жил-был старик со старухой. Жили они бедно и дошли до того — не стало у них ни дров, ни лучины.
Старуха посылает старика:
— Поезжай в лес, наруби дров.
Старик собрался. Приехал в лес, выбрал дерево — и тяп-тяп по нему топором.
Вдруг из дерева выскакивает птичка и спрашивает:
— Чивы, чивы, чивычок, чего надо, старичок?
— Да вот старухе надобно дров да лучины.
— Поди домой, у тебя много и дров и лучины.
Послушался старик — не стал рубить дерево. Приезжает домой — у него полон двор и дров и лучины. Рассказал он старухе про птичку, а старуха ему говорит:
— У нас изба-то худа — поди-ка, старик, опять в лес, не поправит ли птичка нашу избу.
Старик послушался. Приезжает в лес, нашел это дерево, взял топор и давай рубить.
Опять выскакивает птичка:
— Чивы, чивы, чивычок, чего надо, старичок?
— Да вот, птичка, у меня больно изба-то плоха, не поправишь ли ты?
— Иди домой, у тебя изба новая, всего вдоволь.
Воротился старик домой и не узнает: стоит на его дворе изба новая, словно чаша полная, хлеба — вдоволь, а коров, лошадей, овец и не пересчитаешь.
Пожили они некоторое время, приелось старухе богатое житье, говорит она старику:
— У нас всего довольно, да мы крестьяне, нас никто не уважает. Поди-ка, старик, попроси птичку — не сделает ли она тебя чиновником, а меня — чиновницей.
Старик взял топор. Приезжает в лес, нашел это дерево и начинает рубить. Выскакивает птичка:
— Чивы, чивы, чивычок, чего надо, старичок?
— Да вот, родима птичка, нельзя ли меня сделать чиновником, а мою старуху — чиновницей?
— Иди домой, будешь ты чиновником, а старуха твоя — чиновницей. Воротился он домой. Едет по деревне — все шапки снимают, все его боятся. Двор полон слуг, старуха его разодета, как барыня.
Пожили они небольшое время, захотелось старухе большего.
— Велико ли дело — чиновник! Царь захочет — и тебя и меня под арест посадит. Поди, старик, к птичке, попроси — не сделает ли тебя царем, а меня — царицей.
Делать нечего. Старик опять взял топор, поехал в лес и начинает рубить это дерево. Выскакивает птичка:
— Чивы, чивы, чивычок, чего надо, старичок?
— Да вот чего, матушка родима птичка: не сделаешь ли ты меня царем, старуху мою — царицей?
— Ступай домой, будешь ты царем, старуха твоя — царицей.
Приезжает он домой, а за ним уж послы приехали: царь-де помер, тебя на его место выбрали.
Не много пришлось старику со старухой поцарствовать — показалось старухе мало быть царицей:
— Велико ли дело — царь! Бог захочет — смерть пошлет, и зароют тебя в сырую землю. Ступай, старик, к птичке да проси — не сделает ли она нас богами…
Взял старик топор, пошел к дереву и хочет рубить его под корень. Выскакивает птичка:
— Чивы, чивы, чивычок, чего надо, старичок?
— Сделай милость, птичка, сотвори меня богом.
— Ладно, ступай домой — будешь ты быком, а старуха твоя — свиньей. Старик тут же обратился быком. Приходит домой и видит — стала его старуха свиньей.

***
О рыбаке и его жене
Сказка братьев Гримм

Рыбак с женою жили в дрянной лачужке у самого моря. Рыбак ходил каждый день на море и удил рыбу. Так и сидел он однажды за ужением, и все смотрел на блестящие волны - сидел да посиживал.

Вдруг удочка его погрузилась на дно глубоко-глубоко, и когда он ее стал вытаскивать, то выволок вместе с нею и большую каббалу.

И сказала ему рыбина: "Слышь-ка, рыбак, прошу тебя, отпусти меня на волю: я не настоящая камбала, я - завороженный принц. Ну, что тебе в том, что ты меня съешь? Я тебе не по вкусу придусь; лучше брось меня опять в воду, отпусти меня на простор." - "Ну, - сказал рыбак, - напрасно ты и столько слов потратила; я бы и без того, конечно, отпустил на свободу такую рыбину, которая по-нашему говорить может." И с этими словами он отпустил рыбину в воду, и пошла камбала на дно, оставляя следом по себе в воде кровавую струйку. Посмотрел рыбак, да и поплелся к жене в свою лачужку.

"Что же, муженек, - сказала жена, - или ты сегодня ничего не поймал?" - "Нет, - сказал рыбак, - я сегодня изловил камбалу, и она мне сказала, что она не камбала, а завороженный принц; ну, я и отпустил ее опять в море." - "Так разве же ты себе у нее ничего не выпросил?" - сказала жена. "Нет, да и чего же мне у ней просить?" - "Ах, - сказала жена, - да ведь нам же так скверно живется в этой лачужке, и вони, и грязи у нас вдоволь; выпросил бы нам у нее избушку получше. Ступай-ка да вызови ее из моря: скажи ей, что нам нужна изба понаряднее, и она наверно даст нам ее." - "Ах, - сказал рыбак, - ну что я там еще пойду шляться!" - "Да ведь ты же ее изловил и опять на волю выпустил - она для тебя наверно все сделает."

Не хотелось рыбаку идти, но не хотелось и жене перечить - и поплелся он к морю.

Когда пришел он на море, море потемнело, и волны уже не так блестели, как утром. Подошел он и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

Приплыла к нему камбала и сказала: "Ну, что ж тебе надобно?" - "Да вот, - сказал рыбак, - я-то тебя сегодня изловил, так жена-то моя говорит, будто я должен у тебя что-нибудь себе выпросить. Не хочет, вишь, она больше жить в лачужке, в избу хочет на житье перейти." - "Ну, ступай, - сказала камбала, - все тебе будет."

Пошел рыбак домой и видит - жена-то его уж не в лачужке, а на месте лачужки стоит нарядная изба, и его жена сидит перед избою на скамье.

И взяла его жена за руку, и сказала ему: "Войди-ка сюда да посмотри - теперь нам жить-то будет гораздо лучше."

И вошли они в избу: в избе просторные сени и большая комната, и покойчик, в котором их кровать стоит, и чулан с кладовою, и везде-то полки, и на полках-то всякого добра наставлено, и оловянной, и медной посуды - все необходимое. А позади дома небольшой дворик с курами и утками и маленький садик с зеленью и овощами. "Посмотри-ка, - сказала жена, - разве это не хорошо?" - "Да, - сказал рыбак, - мы теперь заживем припеваючи." - "А вот посмотрим," - сказала жена. После этого они поужинали и пошли спать.

Так прошло недели с две, и сказала жена: "Слышь-ка, муженек, изба-то нам уж очень тесна, а двор и сад слишком малы; твоя камбала могла бы нам и побольше дом подарить. Я бы хотела жить в большом каменном замке; ступай-ка к камбале, проси, чтобы подарила нам каменный замок." - "Ах, жена, жена! - сказал рыбак. - Нам и в избе хорошо. Ну, как мы будем жить в замке?" - "Ах, что ты понимаешь? Ступай к камбале: она все это может сделать." - "Нет, жена! - сказал рыбак. - Камбала только что дала нам избу; не могу я к ней сейчас же опять идти: ведь она, пожалуй, может и разгневаться." - "Да ступай же! - сказала жена. - Она все это может сделать и сделает охотно. Ступай!"

У рыбака куда как тяжело было на сердце, он и идти не хотел; он сказал самому себе: "Этак делать не следует!" - и под конец все же пошел.

Когда он пришел к морю, море изрядно потемнело и стало иссиня-серым и не было уже таким светлым и зеленоватым, как прежде, однако же еще не волновалось. Тогда он подошел и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

"Ну, чего еще она хочет?" - спросила камбала. "Да вот, - сказал рыбак не без смущения, - она хочет жить в большом каменном замке." - "Ступай к ней, вон она стоит перед дверьми," - сказала камбала. Повернул рыбак к дому, стал подходить - и видит перед собою большой каменный дворец, а жена его стоит на крыльце и собирается войти во дворец; и взяла его за руку и сказала: "Войдем со мною вместе."

Вошли и видят, что полы все в замке выстланы мраморными плитами и везде множество слуг, которые отворяли перед ними двери настежь; и стены-то все блестели, обитые прекрасными обоями, а в покоях везде и стулья, и столы золоченые, и хрустальные люстры спускаются с потолка, и всюду ковры разостланы; всюду столы ломятся от яств и самых лучших вин. А позади замка большой двор с конюшнею и коровником; и экипажи в сараях стоят самые лучшие. Был там сверх того большой и прекрасный сад с красивейшими цветами и плодовыми деревьями, и парк тянулся, по крайней мере, на полмили от замка, полный оленей, диких коз и зайцев, и всего, чего душа пожелает.

"Ну-ка, - сказала довольная жена, - разве все это не прекрасно?" - "О да! - сказал рыбак. - На этом мы и остановимся, и станем жить в этом чудесном замке; теперь у нас всего вдоволь." - "А вот посмотрим да подумаем," - сказала жена. С этим они и спать легли.

На другое утро жена проснулась первая, когда уж совсем рассвело, и из своей постели стала осматривать благодатную страну, которая простиралась кругом замка.

Муж все еще спал и не шевелился, и она, толкнув его локтем в бок, сказала: "Муженек, вставай да глянь-ка в окошко. Надумалось мне - отчего бы нам не быть королем да королевой над всею этою страною? Сходи ты к рыбине, скажи, что хотим быть королями." - "Ах, матушка, - сказал рыбак, - ну, как это мы будем король да королева? Я никак не могу королем быть!" - "Ну, коли ты не можешь быть королем, так я могу быть королевой. Ступай к рыбине, скажи, что хочу быть королевой." - "Ах, жена! Ну, где ж тебе быть королевой? Я этого ей и сказать не посмею!" - "А почему бы не сказать? - крикнула жена. - Сейчас же ступай - я должна быть королевой!"

Пошел рыбак от жены и был очень смущен тем, что его жена задумала попасть в королевы. "Не следовало бы так-то, не следовало бы!" - думал он про себя. И не хотел идти к морю, однако пошел-таки. И когда пришел к морю, море было свинцово-серое и волновалось, и воды его были мутны. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

"Ну, чего там еще хотите?" - спросила камбала. "Ах, - сказал рыбак, - да ведь жена-то хочет королевой быть!" - "Ступай домой, будет по воле ее," - сказала камбала.

Пошел рыбак домой - и видит, что замок разросся и стал гораздо обширнее, и ворота у замка большие, красивые; а у входных дверей стоит стража, и везде кругом много солдат с барабанами и трубами. Вошел во дворец, видит - везде мрамор да позолота, и бархат, и большие сундуки с золотом. Открылись перед ним настежь и двери залы, где весь двор был в сборе, и увидел он жену свою на высоком золотом троне с алмазами, в большой золотой короне, а в руках у нее скипетр из чистого золота с драгоценными камнями, а по обе стороны ее по шести девиц в ряд, одна другой красивее.

Стал он перед женою и сказал: "Ну, вот, женушка, ты теперь и королевой стала!" - "Да, - сказала она, - я теперь королева!"

Постоял он против нее, помялся, поглазел на нее и сказал: "А что, женушка, небось хорошо в королевах-то быть? Чай, теперь уж ничего не пожелаешь!" - "Нет, муженек, - сказала жена с тревогою, - соскучилась я быть королевой и не хочу больше. Поди, скажи рыбине, что я вот теперь королева, а хочу быть кайзером." - "Ах, женушка! Ну, на что тебе быть кайзером!" - "Муж! Ступай к рыбине: хочу быть кайзером!" - "Ах, да нет же! - отвечал рыбак. - Кайзером она не может тебя сделать, и я ей об этом и слова замолвить не посмею; ведь королей-то много, а кайзер-то один! Наверно знаю, что не может она тебя кайзером сделать - и не может, и не может!" - "Что такое? Я королева, а ты мой муж - и смеешь мне перечить? Сейчас пошел туда! Могла меня рыбина королевой сделать, сможет сделать и кайзером! Слышишь, хочу быть кайзером! Сейчас пошел к рыбине!"

Вот и должен он был пойти. И идучи к морю, он крепко тревожился и все думал про себя: "К плохому дело идет! Кайзером быть захотела - уж это совсем бессовестно! Надоест она своей дурью рыбинке!"

В этих думах подошел он к морю; а море-то совсем почернело и вздулось, и ходили по нему пенистые волны, и ветер свистал так, что рыбаку было страшно. Стал он на берегу и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

"Ну, чего она еще хочет?" - сказала камбала. "Ах, камбала-матушка! Жена-то теперь кайзером быть хочет!" - "Ступай к ней, - сказала рыбка, - будет по ее воле."

Пошел рыбак домой - и видит перед собой громадный замок, весь из полированного мрамора, с алебастровыми статуями и золочеными украшениями. Перед входом в замок маршируют солдаты, в трубы трубят и бьют в барабаны; а внутри замка бароны и графы, и герцоги расхаживают вместо прислуги: они перед ним и двери отперли (и двери-то из чистого золота!). И когда он вошел в залу, то увидел жену свою на троне высоком-превысоком, из литого золота; на голове у нее золотая корона в три локтя вышиной, вся усыпанная брильянтами и яхонтами; в одной руке у нее скипетр, а в другой - держава; и по обе стороны трона стоят в два ряда стражники, один красивее другого, и выстроены по росту - от самого громадного верзилы до самого маленького карлика, с мизинчик.

А перед троном стоят князья и герцоги.

Стал перед женой муж и сказал: "Ну, женушка, ты теперь кайзер?" - "Да, я теперь кайзер!" Посмотрел он на нее, полюбовался и сказал: "Небось, женушка, хорошо быть кайзером?" - "Ну, чего ты там стал? - сказала жена. - Я теперь кайзер, а хочу быть папой. Ступай, проси рыбину." - "Ах, женушка! Чего ты еще захотела? Папой ты быть не можешь: папа один на весь крещеный мир! Этого и рыбинка не может сделать." - "Муж! - сказала она. - Я хочу быть папой! Сейчас ступай к морю! Сегодня же хочу быть папой!" - "Нет, женушка, этого не смею я сказать рыбине! Это и нехорошо, да и слишком уж дерзко: папой не может тебя камбала сделать!" - "Коли могла кайзером сделать, сможет и папой! - сказала жена. - Сейчас пошел к морю! Я кайзер, а ты - мой муж! Пойдешь или нет?" Перепугался он и пошел, и совсем упал духом; дрожал, как в лихорадке, и колени у него сами подгибались.

Когда подошел он к морю, сильный ветер дул с моря, погоняя облака на небе, и было сумрачно на западе: листья срывало с деревьев, а море плескалось и шумело, ударяясь о берег, и видны были на нем вдали корабли, которые раскачивались и колыхались на волнах. Но все же на небе еще был заметен клочок лазури, хоть и явно было, что с юга надвигается буря. Вышел он на берег, совсем перепуганный, и сказал:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

"Ну, чего она еще хочет?" - сказала камбала. "Ох, - проговорил рыбак, - хочет она папою быть!" - "Ступай к ней; будет по ее воле," - сказала камбала.

Пошел он обратно и, когда пришел, то увидел перед собою громадную кирху, кругом обстроенную дворцами. Едва пробился он сквозь толпу народа.

А внутри кирхи все было освещено тысячами и тысячами свечей, и жена его в одежде из чистого золота сидела на высочайшем троне, а на голове у ней были три большие золотые короны. Кругом ее толпилось много всякого духовенства, а по обе стороны трона стояли в два ряда свечи - от самой большой, толщиной с доброе бревно, до самой маленькой, грошовой свечурочки. А кайзеры и короли стояли перед ней на коленях и целовали ее туфлю.

"Женушка, - сказал рыбак, посмотревши на жену, - да ты, видно, папа?" - "Да, я теперь папа!"

Смотрел он, смотрел на нее, и казалось ему, что он смотрит на солнышко красное. Немного спустя и говорит он ей: "Ах, женушка, небось хорошо тебе папой быть?" А она сидела перед ним прямо и неподвижно, словно деревянная, и не двигалась, не трогалась с места. И сказал он: "Женушка! Ну, теперь, чай, довольна? Теперь ты папа и уж ничем больше не можешь быть?" - "А вот еще подумаю," - сказала жена.

И затем они отправились спать; но она все еще не была довольна, и ее алчность не давала ей уснуть, и все-то она думала, чем бы ей еще можно быть.

Муж, набегавшись за день, спал отлично и крепко, а жена, напротив того, совсем не могла заснуть и все ворочалась с боку на бок, и все придумывала, чего бы ей еще пожелать, и ничего придумать не могла.

А между тем дело шло к восходу солнца, и когда она увидала зарю, то пододвинулась к самому краю кровати и стала глядеть из окна на восходящее солнце…

"А, - подумала она, - да разве же я не могу тоже повелевать и солнцу, и луне, чтобы они восходили?"

"Муж, а муж! - сказала она и толкнула его локтем под ребра. - Проснись! Ступай опять к рыбине и скажи, что я хочу быть самим Богом!"

Муж еще не совсем очнулся от сна, однако же так перепугался этих слов, что с кровати свалился. Ему показалось, что он ослышался; он стал протирать себе глаза и сказал: "Ах, женушка, что это ты такое сказала?" - "Муженек, - сказала она, - я не могу повелеть ни солнцу, ни месяцу, чтобы они восходили, да и видеть того не могу, как солнце и месяц восходят, и покойна ни на час не буду, пока не дано мне будет самой повелевать и солнцем, и месяцем!"

И так на него посмотрела, что его мороз по коже продрал. "Сейчас же ступай туда! Я хочу быть самим Богом!" - "Ах, женушка! - воскликнул рыбак и пал перед нею на колени. - Да ведь этого камбала не может сделать! Кайзером и папой она еще могла тебя сделать; так вот и прошу я тебя, образумься, останься папой!"

Тут она пришла в ярость, волосы у ней взъерошились на голове, и она крикнула во все горло: "Не смей со мною так говорить! Не смей! Сейчас проваливай!"

Тогда он мигом собрался и побежал к морю, словно помешанный. А на море бушевала буря, да такая, что он еле на ногах держался: дома и деревья падали, и горы тряслись, и осколки скал, обрываясь, скатывались в море, и небо было черным-черно, и гром гремел, и молния блистала, и волны ходили по морю, похожие на горы, увенчанные белою пеною. Выйдя на берег, он закричал во весь голос, и все же не мог расслышать даже собственных слов:

Рыба, рыбка, рыбинка,
Ты, морская камбала!
С просьбою к тебе жена
Против воли шлет меня!

"Ну, чего же еще она хочет?" - спросила камбала. "Ах, - пролепетал он, - она хочет быть самим Господом Богом." - "Ступай же к ней - она опять сидит в своей лачуге."

Там они еще и по сегодня сидят да посиживают, на море синее поглядывают.







Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 161
© 02.10.2022г. Алексей Гадаев
Свидетельство о публикации: izba-2022-3398492

Метки: жадность,
Рубрика произведения: Проза -> Психология



Добавить отзыв

0 / 500

Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  










1