Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Пространство иллюзий


Пространство иллюзий
­­­***
Гуляя по крыше,
встречали светлое будущее,
ставшее тёмным прошлым.
***
Резонирует пространство иллюзий
вопреки ортодоксальным законам
и безжизненно сплетается в узел.
Мы давно и нерушимо знакомы,
но клубок неразрешимых соблазнов
в одиночество нещадно закован.
Ну а мы как будто с этим согласны
и по жалким закоулкам мейнстрима
до последнего шатаемся праздно,
чтоб однажды повстречаться незримо,
отменив непроходимость дистанций,
чтоб сомнения любые отринуть
и отчаянно друг другу достаться.
***
Под путеводным каблуком,
под заблудившимся напором
направить истину со спором
от сердца к сердцу языком.
По безответным голосам
скользить влюблённой сердцевиной.
Неугомонной половиной
стремиться к знойным полюсам.
Растормошить красотку-ночь.
Сверкнуть нечаянным ноктюрном.
В постодиночестве ажурном
неотвратимость превозмочь.
Переиначить каждый миг.
Наполнить ревностью пустоты.
Ортодоксальные высоты
раскрасить нежностью интриг.
***
Неотвратимый силуэт
в несметных блёстках ностальгии.
Вчерашний праздник на часах.
Частица солнца в волосах.
Пересечения благие.
Непререкаемый пунктир
предполагаемых соитий
во всепогодной суете
на нескончаемом холсте
располагаемых событий.
Гипертрофированный смысл
гипотетического места.
Неисчерпаемый заказ.
Который год, в который раз,
не вырываясь из контекста...
***
По лабиринтам разночтений
под гнётом избранных сомнений
спешить к истокам торжества.
Снимать вещицу за вещицей.
Вдыхать частицу за частицей.
Шептать безумные слова.
В плену у призрачного счастья,
забыв о прошлом в одночасье,
уткнуться в трепетную грудь.
Искать причину за причиной.
Срезать вершину за вершиной.
В любви отчаянно тонуть.
Неотвратимость прецедентов.
Необходимость элементов.
Великих чувств несметный счёт.
Открытий масса сокровенных.
Пересечение вселенных.
Июнь. Подземный переход.
***
Хлебнуть похотливо свободы
от магии нежных лучей,
прервать многословные оды,
стать мелочью из мелочей.
Отречься от стоптанной тени,
от шлейфа угрюмых страниц,
от тяжести прикосновений,
от зова навязчивых лиц.
***
Проснётся продрогший город,
забывший себя во сне.
Считая ходы и годы,
останусь на той волне -
на терпкой волне июня,
в начале координат,
где рвётся на волю юность,
где нежности нет преград.
***
Разбавляешь чёрный телесным
в беспробудно-розовом сне.
Прорастаешь лестным подлеском
сквозь метафизический снег.
Разбиваешь тело на чакры
под недетский лепет души.
Пропадаешь деревом чахлым
в заповедно-знойной глуши.
***
Маленький мишка
и рыжая кукла.
Третий не лишний,
но лишняя - скука.
Счастье измерив,
гуляем по крыше.
С каждой изменой
ты ближе и ближе.
Город фисташков,
раним и тревожен.
С каждой затяжкой
ты мне всё дороже.
Нет конъюнктуры
в прогулках небесных.
Тонкость натуры
довлеет над бездной.
***
Градом коллизий
развенчана тьма.
Безукоризнен
и вечен наш май.
Страсть фейерверком -
одна на двоих -
снизу и сверху
врывается вмиг.
Месяц медовый
разбудит сердца.
Мыслям бредовым
не будет конца.
***
До предела спрессован
наш семейный уют.
Эрогенные зоны
на весь свет вопиют.
Эйфорийные трели
не смолкают в ушах.
От двери до постели -
самый правильный шаг.
***
У тебя нераскрытых секретов больше,
чем у меня.
И раскрытых тоже.
Мои раскрытые секреты всегда на виду,
твои - в тени.
Мои раскрытые секреты возмущают тебя.
Твои секреты захватывают меня,
как раскрытые, так и нераскрытые.
Да что там...
Я без ума от твоих секретов
и всю оставшуюся жизнь буду думать о них.
***
с чужим лицом и в «кофе с молоком»
всё тем же беспокойным переходом
вдруг ставшим неизбежным тупиком
под неопровержимым колпаком
простимся мимоходом с Новым годом
***
А Зяблик улетел,
почуяв несвободу.
Но трижды - не предел -
войти в ТАКУЮ воду, -
к пленительным ногам,
к жемчужным перекрёсткам
лететь назло врагам
стремительным подростком.
***
В леопардовых лосинах
или в брюках изо льна
не увязнешь в той трясине,
что бездонна и сильна,
что уж стольких погубила.
Ты ж несёшься по волнам,
словно только пригубила
эту грёбаную жизнь.
К чёрту долгую стабильность, -
душу греют виражи.
Душу, грешную настолько,
что мужайся и держись
убедительно и стойко.
***
Бесконечность за хвост схватив,
друг на друге сойдёмся клином.
В безупречный императив
интегрируем микроклимат.
Микроклимат случайных встреч
и безжалостных игр навылет.
И… беспечность горою с плеч…
И… как будто остановились
эти дни, что слились в один
непрерывный поток иллюзий.
Что имеем, не отдадим,
чтоб остаться в строю и в плюсе.
***
Дождём захлебнётся город,
как будто немым восторгом.
Добром обернётся гордость,
растраченная настолько,
что нет ни конца, ни края
безумству твоих объятий,
в которых дотла сгораю,
не думая о расплате.
***
Оставайся в строю.
Будь смелее, но строже.
Дай почувствовать кожей
компетентность свою.
Где-то там далеко,
за пределом блаженства
пусть течёт твоя женскость
полнокровной рекой.
***
Календарь как всегда
врёт,
но не врёт изумруд
на шее.
Я целую тебя
в рот
и твоей становлюсь
мишенью.
Разрывает сердца
грусть
оглушительно и
нещадно.
Я целую тебя
в грудь,
и несутся к чертям
несчастья.
Пусть стирается всё
в прах.
Пусть у нас ни огня,
ни брода.
Я целую тебя
в пах,
и встаёт на дыбы
природа.
***
Затянулось послевкусие
на смешной десяток лет,-
то ли сладкая иллюзия,
то ли вымученный бред.
Непрерывная оказия,
убегающая вдаль.
Ты меня сзеленоглазила,-
вот тебе на грудь медаль.
Мы не первые романтики
в этой сказке без конца.
Вечно в поисках семантики
ради красного словца.
Мы любовники давнишние,
разругавшиеся в хлам.
Мы чужие, даже лишние
в мире, плачущем по нам.
***
Расплескались волосы
золотистые.
Не смолкают возгласы
до утра.
От забвения до неистовства
мы прошли с тобой на ура.
В бесконечной малости
неизбежного
быстротечным шалостям
нет конца.
И от нежности бьются бешено
неразбуженные сердца.
***
Мы курим и пьём.
Мы снова вдвоём
сбегаем из кро-
мешности.
Забвение прочь.
Врывается в ночь
живая искра
нежности.
***
Игра наугад
встречает соблазнами.
И сотни преград
не будут напрасными.
Мелькает вопрос
на грани затмения -
то прядью волос,
то тенью забвения.
Смешная судьба,
простая история -
туда и сюда
спешить обездоленно.
***
Сентябрь накрывает волной.
С прошедшим тебя сентябрём!
Уж если эффект, то двойной.
Уж если умрём, то вдвоём,
войдя в экстатический транс
как в неодолимую хмарь.
Пусть время не выбрало нас,
мы это узнаем едва ль.
***
Точные упрёки не по адресу, -
экзистенция - опора всех опор.
Идентифицирую по абрису
всё, что жжёт и будоражит до сих пор.
И от этой идентификации
в миллионный раз отчаянно сорвусь
в тихий омут нежности и грации,
подтверждая статус-кво любовных уз.
***
Обойдёмся мы без истерики,
только б время пустилось вспять.
Ты приходишь ночами терпкими
и со мною ложишься спать.
Затерялись мы как горошины,
как слетевшие лепестки.
Безвозвратно друг другом брошены,
но как будто ещё близки.
***
Не сойти с незыблемой кривой.
Не сыскать решения простого.
«Улетай» сливается со стоном.
Неизбежность стелется канвой.
В лабиринтах кажущихся лет
так легко найти и потеряться.
«Улетай». Уже прошло двенадцать,
но в шкафу безумствует скелет.
***
Нежность прёт потоком,
ревность бьёт ключом.
В мире одиноком
кто-то обречён
быть всегда и снова
в гуще неземного.
Пройдены пути,
кончились моменты.
Нежность перманентна,
ревность как пунктир.
***
Пусть звучит канонада,
пусть святые на марше,
ты рисуешь помадой
обалденные шаржи
и несёшься как ветер
в несусветные дали, -
ты сегодня в ударе
и за нежность в ответе...
Не забыть, хоть ты тресни,
недопетые песни,
а рисунки смешные
стали нам как родные.
***
Разрушая простое и ложное,
я иду по горячим следам
за фантомом из светлого прошлого.
Я его никому не отдам.
Потому что на клеточном уровне
в повседневность вселился фантом.
Мы срослись до предела натурами
и ничуть не жалеем о том.
***
В ожидании сказки цветком раскрывается присказка.
В каждой капле вина отражается пристальный взгляд.
Нерушим результат. Не видны очертания дискурса.
Голубые мечты убедительно строятся в ряд.
Тонкий дым сигарет неизменно колышется знаменем.
Между строк, между слов, между звуков витает подвох
Гамма трепетных чувств расширяется вместе с сознанием
и безумным пассажем взрывается вдруг между ног.
***
Как живётся тебе этой осенью?
Что творится в твоём оглушительном мире?
Мы по разным вселенным разбросаны,
но сомнения нас до конца не сломили.
Как живётся тебе за пределами
нашей общей до мозга костей доминанты?
Ничего мы к несчастью не сделали,
чтоб вернуться к родным и любимым пенатам.
***
Неистовым осенним ренессансом
обрушится столетняя тоска.
Дискретности не стоит опасаться, -
её корней уже не отыскать.
Сонет эзотерическим посланцем
ворвётся в неизбывность свысока.
Не стать предрасположенности шансом,
когда судьба ревнива и резка.
Но образы в бессмертной галерее
так хочется изысканно лелеять,
сливаясь обездоленным нутром
с тем прожитым, что, вырвавшись из плена,
торжественно выходит на арену,
чтоб стать взрывоопасней, чем нейтрон.
***
Мне подскажет внутренний голос,
что пора застать тебя голой
в атмосфере сюрреализма
и взглянуть сквозь хитрую призму.
Ты давно мне в душу запала.
Мы с тобой прекрасная пара.
Но вмешались (их не просили)
вероломно тёмные силы.
Между нами встали громадой,
растоптав рисунки помадой.
И с тех пор мы в вечном раздоре
бороздим земные просторы.
Только волны реминисценций
точат камни варварских цензов.
Не сдаётся внутренний голос.
Я хочу застать тебя голой.
***
Нюансы величавые
как пепел от костров,
а импульсы молчания
красноречивей слов.
Продолжится история
в кричащей тишине,
и мысли непристойные
не вырвутся вовне.
Знакомые до самого
последнего витка,
всё заново и заново
стучащие в висках.
Чтоб главное не выплеснуть,
приходится шагать
от импульса до импульса.
И снова. И опять.
***
В лоне декабря
властвуют тревоги.
Каждый из путей ведёт в тупик.
Яростью горя,
не приняв итоги,
переходишь с шёпота на крик.
***
Ты летишь, на ролики встав,
ведь тебе не писан устав.
Ты одна на все времена.
Ты в любовь до дна влюблена.
Ты несёшься где-то верхом,
ну а я безумным стихом
расскажу, как детерминизм
неуклонно катится вниз,
как бесстрастность зреет в сердцах,
нагнетая холод и страх,
как до слёз растрогает нас
на двоих один декаданс.
***
Чтоб предстать воплощением гения
абсолютной сплошной красоты,
ты идёшь героиней Тургенева,
возводя в бесконечность мосты.
Вот и имя взлетает над городом
миллионом стремительных эх.
Ты идешь, молодая и гордая,
в неизбежность любовных утех.
***
В каждой сигарете
отблески признаний.
Кто-то вечно третий
встанет между нами
и взовьётся паром,
робко возражая.
Ты ему не пара,
ты ему чужая.
В каждой чашке кофе
флёр прикосновений.
Нет ни бестолковей,
ни проникновенней
слов и послесловий,
вписанных когда-то
тонким нежным слоем
в призму невозврата.
***
Идти маршрутами былого
то суперменом, то сквозь строй.
Вставать то тенью, то скалой
за каждым выскользнувшим словом.
Искать растраченные силы
по закоулкам января,
кумира бешено творя
и медитируя красиво.
***
Молчание как сжатая пружина.
В его канву вгрызаюсь одержимо.
Слова уже как будто ни к чему.
Всё знаю, одного лишь не пойму,
каким таким неведомым макаром
я столько лет пылаю в сто накалов.
Любовью, страстью - чёрт их разберёт,
когда всё вспять и задом наперёд.
***
В жар дружеских объятий
попаду однажды,
чтоб дотла сгореть.
В раж, что до слёз приятен,
как вошёл когда-то,
так тому и быть.
Ток пусть течёт по жилам
до конца, до края
жизненных широт.
Так всё оно сложилось,
и уже нет смысла
что-то там менять.
***
Экзистенция любви,
сбросив груз пустых полемик,
как космический флюид
прорывается сквозь время.
Без клише и без лекал
разрисованы пространства.
Вьётся нить издалека
неспроста и не напрасно.
Каждый прожитый виток
не приблизит к совершенству,
но фактический итог
в каждом звуке, в каждом жесте.
***
Всё знаю, но не те
всплывают аргументы.
Взываю к пустоте
воздушным эмбиентом.
Июнь вступил в права.
Он вкрадчив и расплывчат.
Прорывом стал провал.
Пусть пальцем в небо тычет
любой, кому претит
июньская особость.
Жаль, разошлись пути,
и между нами - пропасть.
Всё знаю, но не те...
А Зяблик улетел.
***
Поймут, как водится, немногие,
точнее двое - ты и я,
живой язык физиологии,
не допускающий вранья.
Его оттенки так изысканны,
что длинный ряд метаморфоз
голографическими брызгами
встаёт над миром как колосс.
***
В автономно-заочном режиме
монументом встаёт одержимость
навсегда удалённым объектом,
что манит послевкусием редким,
что под сердцем остался осколком
и навек прописался в подкорке.
Одержимость встаёт, хоть ты тресни,
элементом любовной болезни.
***
По знакомым местам,
по сожжённым мостам,
вслед за призрачным золотом эха.
Сладкий привкус утрат,
шлейф магических дат,
бесконечная скорбная нега.
Фейерверком потерь
рассыпается тень,
жар и раж атакуют нахально.
Невозможность манит,
солнце рвётся в зенит,
повседневность горит под ногами.
***
Мы движемся в темпе вальса
и знаем, с нас взятки гладки.
Ты держишь меня за яйца
руками аристократки.
Мы видим немного дальше,
чем линия горизонта.
Мы верим в любовь и даже
находим свои резоны
в побочных её эффектах.
Любить так любить до гроба, -
таков кардинальный вектор,
с которым идём мы оба
по жизни. И скажем прямо,
что точку нам ставить рано.
***
Скомканные ритмы.
Ветер в простынях.
Как-то тут на днях
мы вписались слитно
в странный многогранник
бешеных страстей.
Вот теперь постель
кажется бескрайней.
Каплей алкоголя
катится любовь.
Память как лубок.
Чёрт возьми, доколе
эта свистопляска
будет править бал?
Или сразу в бар?
Там не жизнь, а сказка.
***
Превышает возможный лимит
концентрация мысли в молчании.
И сочится осадками - чарами.
И слепой парадигмой манит.
Затерялись следы в пустоте.
Замыкается круг неизбежности.
Мы как будто пропавшие без вести.
Вроде те же, а вроде не те.
Наслаждение греет сердца.
Наваждение строится призмами.
Мы его интегрировать призваны
и готовы пить воду с лица.
***
Одинокий силуэт.
Блеск пастельно-золотистый.
Тонкий привкус сигарет.
Жадный взгляд авантюриста
оторвать нельзя никак
от космической картины.
Высший смысл и тайный знак
в ней сплелись непобедимо.
Мощь мгновений, силу лет
разбазарить невозможно.
Одинокий силуэт…
Он и в будущем, и в прошлом.
Он на каждом рубеже
то врасплох, то суггестивно
соблазняет и уже
стал и знаменем, и стилем.
***
Замирает сердце.
Воздух чуть дрожит.
Никуда не деться, -
снова миражи
атакуют рьяно,
прут со всех сторон.
Пусть на сердце рана,
а в душе облом,
всё ж манит жемчужно
море перспектив.
Знаю, это чушь, но,
импульсы сплотив,
окунаюсь в гущу
иллюзорных тем.
Шанс давно упущен,
но осталась тень
сказочных сюжетов,
бешеных интриг.
В круговерти этой
не прожить без них.
***
Не знаю, где края,
сползающие дружно.
Твоё второе Я
ко мне неравнодушно.
Зияет колея,
одна на целом свете.
Моё второе Я
и первое, и третье
смыкают острия,
чтоб быть с тобой незримо.
Воздушная струя
несёт неумалимо
и в сеть календаря
бросает безвозмездно.
Твоё второе Я -
безжалостная бездна.
***
Нет в глазах ни злости, ни испуга.
Только тень растерянности в них.
Ты уже не вырвешься из круга.
Он широк, но узок для двоих.
Наш приют давно необитаем,
но пути не пройдены пока.
Мы порой по-прежнему витаем
где-то в виртуальных облаках.
Никуда не спрятаться от солнца.
Не беда, что долго мы молчим.
Ничего уже не рассосётся.
И на то есть тысяча причин.
***
Внутренний миф
вышел на первый план,
вмиг заслонив
самый большой экран,
где череда
фактов и мыслей вслух
и навсегда
только одно из двух.
Неуязвим,
необозрим простор.
В этой связи
пьяным упасть под стол -
лучший итог
невосполнимых вех.
Бредней и догм
хватит теперь на всех.
Внутренний миф
это игра всерьёз.
Он и ревнив,
и одинок до слёз.
***
В закоулках незримого мира
безнадёжно лелеять кумира.
Оставаться на гребне восторга.
Отрываться всерьёз, но без толка
от земли, от незыблемых истин.
Пусть желтеют и падают листья
хоть в пятнадцатый раз, хоть в двадцатый, -
нет, не выйти из этой засады.
Не унять никаким экивоком
то, что вышло томительным боком.
Неизбывность стоит у кормила
в закоулках незримого мира.
***
Всё ярче, сильней и чаще
мы чувствуем гул пещер.
Ты плачешь на пике счастья,
сканируя суть вещей.
Плывут облака, а время
натянуто как струна.
Ни вправо шагнуть, ни влево, -
дорога у нас одна.
Играют цвета упрямо –
зелёный и золотой.
На них не найти управу
за той непростой чертой,
что делит на «до» и «после»
безумный-безумный миф,
который никак не познан,
но сладок, красив, бурлив.
Из нашего арсенала
не вытравить знойных благ.
Молчание шлёт сигналы.
Забвение терпит крах.
***
Из призрачности мая
никто ещё не вышел.
Преемственность прямая,
но уровень всё выше.
С тех пор никак неймётся, -
сквозь годы вьётся гордо
побивший все рекорды
удельный вес эмоций.
Всё это где-то близко -
и солнечные брызги,
и лунные дорожки,
сошедшие с обложки.
Не важно, что иная
вальсирует эпоха,
без призрачности мая
нам будет ох как плохо.
***
Пятнадцать витков бесконечной спирали
затеряны в космосе пройденных вех.
Мы дерзкие планы беспечно сорвали
и выбрали долгий бессмысленный бег.
Но это ещё не последняя жертва, -
реальность диктует повестку нон-стоп.
В дыму сигарет и в угаре блаженства
остался до боли прекрасный простор.
Жемчужные темы всплывают эскизно.
За ними маячит не тишь и не гладь.
Пятнадцать витков не унять остракизмом.
Грядущее время уже не догнать.
***
Прильнуть к ногам, прильнуть к груди,
продлить историю бессрочно.
Непререкаемый мотив
пусть льётся красочно и сочно.
Здесь горизонты не видны,
а всё всплывающее - ложно.
Вином не вытравить вины,
лишь абстрагироваться можно
от непроглядной суеты,
от клина, выбитого клином.
Где Я цепляется за ТЫ,
нет места азбучным доктринам.
***
4′33"
уже который год.
Как маятник внутри
подземный переход.
Растоптан декабрём
медовый месяц май.
С тех пор стоит ребром
вопрос. Ты это знай.
Где завтра, где вчера,
поди тут разбери.
Не кончена игра
4′33".
***
В лоне действия дерзкого
обязательно будет весна цвести.
Мы в ответе за тех, кого...
Мы умеем считать до шестнадцати.
- Ты ни о чём не жалеешь?
- Нет. А ты?
***
Плюс одно измерение
у незримой черты.
Неподъёмны пласты
непрерывно горение.
Так легко конвертировать
сладострастие в боль.
Может, это любовь
громыхает активами?
Вместе/врозь - не градация,
а системный шаблон.
Обернулся облом
трансцендентными танцами.
Эксклюзивные тонкости
стали общей средой.
Ни вестей, ни следов
от вчерашней фантомности.
***
Всё, что было - не зря.
Сквозь ажур февраля
мы прорвёмся без боя
и займёмся любовью.
Грех стоять в стороне.
Каждый импульс извне
бередит одержимо
и сжимает пружину.
Тут и странность, и страсть.
Только б нам не пропасть
в ожидании чуда.
Пусть растёт амплитуда!
Пусть свирепствует сюр!
Сквозь февральский ажур
мы прорвёмся без боя
и займёмся любовью.
***
Вдали от полемик, интриг, новостей
мы рвёмся сквозь время. В сакральность. В постель.
Ростки декаданса плетут кружева.
Блажен, кто не сдался, в ком праздность жива,
кто в прошлое вхож. Но, по краю скользя,
понять невозможно, поверить нельзя.
Разомкнуты звенья (пусть не без труда),
и ветер весенний уносит туда,
где слёзы восторга прольются стократ,
где страстно и тонко мы выстроим в ряд
осколки соблазнов, сюжеты из снов.
Мы здесь. Мы согласны. Сбиваемся с ног.
***
Не постичь залпом
все твои импульсы.
Ты уйдешь завтра,
и уход выльется
в чехарду смыслов
в круговерть веяний,
чтоб потом сниться
вопреки времени.
Прогремит выстрел,
полыхнёт зарево.
Ты уйдешь быстро,
чтоб начать заново.
Не раскрыв карты,
проморгав призрачность...
Промелькнут кадры.
В сотый раз. В тысячный.
Каждый шаг с нами,
каждый миг в воздухе.
Ты уйдешь, знаю,
но сплошным отзвуком
снизойдёт сущность
как анклав прошлого,
кружева вьющий
и к ногам брошенный.
***
Я, видимо, спятил,
в одну точку долбя.
Из чуждых объятий
вырываю тебя.
Из мёртвой постели,
из оков пустоты...
Ведь наши потери
громоздятся в пласты.
Бездонное эхо
достаёт по ночам.
Уже не до смеха, -
мы в руках палача.
Бесчисленной ратью
наступают враги.
Из чуждых объятий
ты кричишь «Помоги!!!».
***
Я не жалею ни о чём.
Лежу, свернувшись калачом,
и путешествую во сне
с самим собой наедине.
Какой бомбический вояж!
Эзотерическая блажь!
Глоток вина, табачный чад.
Пророчат, плачут и кричат
приметы истинной любви.
Давай же душу не трави,
а возвращайся в наш приют,
где птицы райские поют,
где день и ночь сплошной экстаз,
где всё, что движется, за нас.
Лежу, свернувшись калачом,
и не жалею ни о чём.
***
Мы на грани излома
в лабиринте измен.
Самой высшей из мер
прорывается слово.
Потому, что приятно...
Да, но здесь всё сложней, -
в энтропии теней
импульсивность превратна.
Мы на грани безумства
тех и этих страстей...
Но плетёмся в хвосте,
саботируя чувства.
***
Чёрная дыра -
белое пятно.
Снова на ура
я лечу на дно.
Снова и всегда
крутится волчок.
А твоя звезда
знай себе влечёт.
Но рубить с плеча
как-то не с руки.
Где тебя сейчас
носят каблуки?
Мы ведь заодно
шли ещё вчера.
Белое пятно -
чёрная дыра.
***
Молчание - зло, но в конце-то концов
оно ж ничему не помеха.
Я знаю тебя. И не только в лицо.
Я пьян затянувшейся негой.
Никто не ответит зачем, почему.
Хоть тресни, моля громогласно.
Чего ни коснись, всё в кромешном дыму
сомнений, событий, соблазнов.
Молчание - зло, но и в нём что-то есть,
чего не осилить ментально.
Любовь сквозь измену. Лояльность сквозь месть.
И самая страшная тайна.
***
Будет нам кофе
в преддверии бурь.
В той катастрофе
не скрыться от пуль
неукротимой
и странной любви.
Знойность картины
превратна, увы...
Судя по робким
реакциям ног,
выпасть за скобки
никто бы не смог.
Кофе как главный
аспект тишины.
Дерзкие планы
уже не нужны.
***
Без вина как без воздуха,
даже хуже чуть-чуть.
Бесконечностью чувств
рассыпаются волосы.
Нет надежды на прошлое.
Настоящее - блеф.
Как, однажды прозрев,
разойтись по-хорошему?..
Или к чёрту прозрение?
Лучше ляжем пластом.
То ли плач, то ли стон
отзовётся безвременьем.
Без вина нам не выстоять
в этой битве химер.
Побелеем как мел,
но останемся в избранных.
***
В янтаре коньяка замуровано счастье.
Отголоски его оглушают порой.
Ночь растоптана днём, и всё чаще и чаще
обречённость вздымается страшной горой.
~
Как будто близка
удача моя.
С глотком коньяка
утраченное
вернётся.
~
Сквозь щедрый огонь коньяка
пронзительный взгляд на века.
~
Давай любить и развлекаться
из года в год.
Коньяк - отличное лекарство
от всех невзгод.
***
Находили ответы,
забывали вопросы.
Разливались как плёсы,
уносились как ветры.
На вселенские темы
говорили часами.
И не ведали сами,
что случилось и где мы.
Не гадали, что дальше.
Только интуитивно
погружались в интимность,
как в пучину и даже
выходили за рамки
всех земных измерений...
...Мы на той же арене.
Пусть летят бумеранги.
***
Пространство, сквозь время сочась,
грозит трансформацией участи.
Ты можешь вернуться сейчас,
чтоб больше не ждать и не мучиться.
Безжизненность стен и камней
отступит под натиском прошлого.
Ты можешь вернуться ко мне,
ведь нет ничего невозможного.
Я здесь как затравленный зверь -
в формате сплошной однозначности.
Ты можешь вернуться, поверь.
Сомнения вытравив начисто.
Не выгода, не компромисс,
но выход простой и единственный:
ты можешь вернуться. Вернись!
Назло устоявшимся истинам.
***
Расклады ох как непросты.
Окончен бал и взятки гладки,
лишь я один в сухом остатке,
а всех иных и след простыл.
Я типа бенефициар
твоих прекрасных достижений.
Неисчерпаем ряд мишеней,
но здесь важней потенциал.
Пусть зверь бежит не на ловца,
не сможешь вычеркнуть, забанить.
И, ненавидя эту память,
ты будешь помнить до конца.
***
Скажи-ка мне, с какой же стати
бэкграунд должен быть разрушен?
Ведь мы всё топчемся, всё кружим.
Сто лет в космической осаде.
Глоток свободы на рассвете.
Психоделические сети.
Стихи, прочитанные вслух.
Физиология разлук.
Всё бьёт ключом и сходит с рук.
Пусть трафик призрачно-дискретен,
давай его держать в секрете.
Путь в никуда. Ну да, не лучший.
Но мы пройдём его красиво,
собрав в охапку эксклюзивы.
Бэкграунд должен быть разрушен?
***
Безвыходность крадётся как змея,
Нет солнца, не вращается Земля.
Не свалится гора, как прежде, с плеч.
Бездумная безжизненная речь
сквозит из всех щелей, из всех пустот.
Кто знает цену нежности, пусть тот
поднимет символический бокал
за самую ужасную из кар,
пусть сделает затяжку на века.
Ведь эта боль настолько велика,
что бьёт прямой наводкой по мозгам.
Кругом какой-то адский балаган.
И от него всё громче звон в ушах,
который не отступит ни на шаг,
пока не рухнет чёртов потолок...
Привязанность, прикованность как рок.
***
Вместе или врозь? -
Каверзный вопрос.
Пусть так близок крах,
вот она в руках -
солнечная прядь.
Муза хочет спать.
С кем, когда и где?
Видно, быть беде.
Прошлого не жаль.
Зреет урожай.
Стелется туман.
Может, по домам?
Маятник завис.
Это компромисс.
Долог путь сквозь мрак.
Где же наш коньяк?
***
Вокруг да около ходить не с руки.
И пусть предательски стучат каблуки,
нечаянная ночь коротка,
а в жилах триста грамм коньяка.
Не липнет к прошлому размашистый крест.
Теряя бдительность срываемся с мест,
чтоб смело погрузиться в дурман
и молча разойтись по домам.
***
Плюс двенадцать, но больше похоже на минус.
Мы когда-нибудь точно нарвёмся на мину.
А пока что идём по винтажной аллее,
ничего не ища, ни о чём не жалея.
Страсть бушует в сердцах и спускается ниже.
Мы как будто нашли сокровенную нишу.
Разливаются чувства невиданной пробы.
От коллизий к иллюзиям тянутся тропы.
***
Мелькают картинки в альбомах,
вот-вот и займёмся любовью,
великой, бездонной, живучей,
со множеством странных излучин,
и втиснемся непроизвольно
в экзистенциальные волны.
Всё дальше и дальше от центра
смещаются наши акценты.
А время летит беспристрастно,
и звонко зияет пространство.
Мелькают картинки в альбомах,
вот-вот и займёмся любовью.
***
Беспросветная среда
заиграет вдруг безумными красками.
По истерзанным следам
мы пойдём, идеализмом обласканы.
Не закончится война
объективности и неоднозначности.
Априори неверна
релевантность, растворённая начисто
в иллюзорных кружевах
записной академической сущности.
Умозрительность жива
и почти неотличима от участи.
***
ИГРА до последнего слова.
Её не отринешь сурово.
Венец легкомыслия, блажь.
Неверность - смешной антураж.
ИГРА до последнего всхлипа.
Жить можно... от трипа до трипа.
Экзистенциальность потерь
слабеет под лёгкостью тел.
ИГРА до последнего вздоха.
Собрать бы былое по крохам,
смакуя душевный подъём...
Но каждый, увы, при своём.
***
Не всё ли равно,
что с кем-то ещё
ты спишешь потери
на праведность тем?..
Разумным зерном
пополнится счёт.
Да только на теле
тотальный тотем.
Инертность слаба,
но вот парадокс,
стезя интроверта -
искомый зигзаг.
Меняем слова
на парочку доз
любви против ветра
у всех на глазах.
***
Давай останемся врагами,
и пусть безвременье рассудит,
кто прав в деталях и по сути,
кто круче, злей и полигамней.
Друг друга шлём куда подальше,
не уступив ни сантиметра.
Здесь неуместны сантименты, -
всё чётко, праведно, без фальши.
Давай расстанемся до срока.
Разрубим к чёрту эти узы,
что сплетены в гордиев узел,
легко, бесстрастно и с наскока.
Время катится назад,
возраст где-то вне контекста.
Искры дерзкого эстетства
отражаются в глазах.
***
Обречённость на устах,
но растоптана усталость.
Сколько нам всего досталось, -
точно хватит лет до ста!
Вопреки ль, благодаря ль
мысли каверзной и вздорной
расползается истома
в решете календаря.
Отражаются в глазах
искры дерзкого эстетства.
Время где-то вне контекста,
возраст катится назад.
***
Нельзя интерпретировать случайность
в угоду неслучайным визави,
ведь душу греет только сопричастность
к художественной ценности любви.
Не для того воспрянули вначале,
чтоб разойтись как в море корабли
и, распознав в сердцах печать печали,
мгновенно оказаться на мели.
Молчание становится искусством.
Забвение не выдержит двоих.
Пусть будет нам мучительно и вкусно.
Пусть чувственность пульсирует как стих.
Всё самое пленительное! Пусть, но!
Но времени у нас от сих до сих.
***
Сползают изумрудные покровы,
спасая нас от растекающейся лжи.
Манипуляции теряются в тиши.
Игра идёт всерьёз всегда и снова.
Сомнения бессмысленно суровы,
но параллельные прямые в точке джи
пересекаются, стирая рубежи.
И нервно отступает мрак махровый.
Грядущее отнюдь не бестелесно.
Как тонко, соблазнительно и лестно,
внимая чувствам, оторваться от земли!
Зациклиться на странностях сюжета,
остаться в дураках, пойти на жертвы,
послать к чертям всё, что блаженства не сулит.
***
Четвёртого февраля
уйдёт из-под ног земля,
сметая инертность стен
и концептуальность тем.
Не время рубить с плеча,
о прошлом взахлёб крича.
Не время срываться с мест,
лелея слепую месть.
Текущий порядок строг,
но видится между строк
и слышится между нот
системно, из года в год
экзистенциальность чувств.
А ракурс иной нам чужд.
Четвёртого февраля
ушла из-под ног земля.
***
Мы брешь в академизме не пробили,
а потому чем дальше, тем больней.
Но счастье вспыхнет тысячей огней,
на нет сводя остатки энтропии.
Мы друг для друга чуть ли не вампиры.
Потеряны в потоке странных дней.
Взлетают в воздух клочья простыней,
которые любовью окропили.
Доверие предельно доминантно.
Оно как вдохновение, как мантра,
как маркер разрывающихся уз.
Необходимость иррациональна,
достаточность есть самый тяжкий груз.
А в целом всё в порядке, всё нормально.
***
Чёрные дыры плюс белые пятна.
С места рвануть и вернуться обратно.
Выстроить планы и тут же разрушить.
Лбами столкнуть неокрепшие души.
Выпить вина, растянуться в постели,
пусть за окном то дожди, то метели.
К чёрту тревоги и сонмы сомнений,
мы уже здесь ничего не изменим.
Мысли жемчужны, дела изумрудны.
Об остальном догадаться не трудно.
Время обмануто, счастье искомо.
Неотвратимость сочится истомой.
В этом потоке сплошном и фатальном
без одержимости, бьющей фонтаном,
будни и праздники равноунылы.
Белые пятна плюс чёрные дыры.
***
Неистовая истинность
взрывается внутри,
когда вгоняют в трип
оттенки золотистого.
Манят метаморфозностью,
бросают в жар и в дрожь.
Ведь сразу не поймёшь,
что скрытые возможности
и призрачные импульсы
витают тут и там,
струятся по пятам
незримо и немыслимо.
От верности до ревности -
пленительный пассаж.
Нет дела до пропаж
на пике вожделенности.
Оттенки золотистого...
***
Бремя такое, -
чувственность вьёт кружева
как-то зеленоглазо.
Ну и доколе?
Здесь не помогут слова,
не сработают фразы.
Пристальность взгляда
не оставляет надежд
на беспечное завтра.
Ну и не надо,
Пройден последний рубеж
куража и азарта.
***
Шепчут уста: «Без паники».
В жилах струится ток.
Образ навечно в памяти,
с ним заодно восторг.
Счастье и наказание -
нежность в одно касание.
Выбрать простые истины,
вырвать из слов контекст,
это ли не гротеск
для имманентно избранных?
Наперекор дистанции
видится абрис ног,
пусть их следы останутся
за полосой тревог.
Грезя сто лет без устали,
не захлебнуться б чувствами.
Необходимость случая
вписана в тот маршрут,
где нам приметы врут
в каждой его излучине.
***
В груди осколок. Вот беда-то
длиной в пятнадцать странных лет.
Трещит по швам ума палата.
Взмывают ввысь обрывки лент.
Летят жестокие упрёки,
а мысли злы и одиноки.
Воображение безмерно,
и нет конца слепым страстям.
Фантомы, множась и растя,
спешат реальности на смену.
***
Ворох воспоминаний
долго довлел над нами.
Выстраданный сюжет.
Не обошлось без жертв.
Мление год от года.
И, наконец-то, кода.
Высшая из побед -
смерти сломать хребет.
Ревностно и ревниво
снова нырнём в горнило
самых крутых страстей.
Хватит плестись в хвосте!
***
Идут неизъяснимой тропой
любовники от слова любовь.
Попали в трансцендентную сеть
и думают, что можно успеть
к началу бесконечной игры,
где рушатся бездумно миры.
Любовники идут напролом.
Об этом не напишешь пером,
не скажешь про себя или вслух.
Здесь нет ничьих особых заслуг,
а экзистенциальный расклад
диктует неизбежность утрат.
Растает романтический флёр,
рассыпется ночной разговор,
но точно не сольются с толпой
любовники от слова любовь.
***
Едва ли замкнётся маршрут,
вербальность тонка и пластична,
горит на груди изумруд,
естественность эгоцентрична,
но чувства всегда хаотичны,
идеи над миром парят,
явления строятся в ряд.
***
Вечное счастье сулят
страстные сполохи мая.
Пять уикендов подряд.
Испепеляющий взгляд.
Необходимость прямая.
Нежность со вкусом вина.
Рвущая сердце решимость.
Веха на все времена.
Пусть не спадёт пелена
и не ослабнет пружина.
***
Абстрактный идеал мгновенно вырывается из глубин подсознания и обретает конкретные очертания. За ним новая страница и новая жизнь. Любой другой вариант равен крушению мира. На поиск нужных слов нет ни секунды, поэтому приходится импровизировать. Но (о чудо!) это срабатывает, - крушение мира откладывается до худших времён.
***
Семейная идиллия, супружеская ветренность
с тридцатого апреля по второе декабря.
Мечты перерождаются, срываются и вертятся.
А мы друг к другу тянемся, бросаем якоря.
Любовные коллизии горят безумным пламенем
с тридцатого апреля по второе декабря.
Мы движемся в грядущее по самым верным правилам,
лелея вдохновение, историю творя.
***
Нет конца зиме.
Зловещей стеной встаёт
одиночество.
~
Посреди весны
коньяк и табачный дым
чудеса творят.
~
Лето соткано
из прядей твоих волос.
Как же здорово!
~
Этой осенью
от взгляда зелёных глаз
нет спасения.
***
Упоительно
целую тебя в живот,
а в нём бабочки.
~
Нерешительно
ты скажешь: Люблю тебя.
И хочу тебя.
~
Непростительно
расстаться безжалостно,
чтоб сойти с ума.
~
Будь же бдительна, -
я где-то поблизости.
И вот-вот вернусь.
***
Словно стаккато
нервно клокочет любовь,
рдеет либидо.
В недрах заката
счастье виляет судьбой,
зреет обида.
Время не ринется вспять,
как ни витийствуй.
Но золотистая прядь
истинней истин.
***
Кофе с молоком
и мороз по коже.
Страх гнетёт и гложет.
В горле жуткий ком.
Сколько же невзгод
за чертой раздора!
Скоро, очень скоро
стрёмный Новый год.
Воздух невесом.
Взгляд чужой и чуждый.
Встречи на Жемчужной,
мысли в унисон, -
всё летит к чертям.
Будущее косно.
Это злые козни
инопланетян.
***
Я раздену тебя глазами
в восемьдесят восьмом.
Сумасшедший поток терзаний
станет кромешным сном.
Без запретов, без индульгенций
где-то на полпути
разорвётся от страсти сердце.
Ты уж меня прости.
Ни надежды, ни перспективы,
только слепая прыть.
До последнего нарратива
будем любовь творить.
Я метнусь за тобой сквозь стену,
тронусь слегка умом
и глазами тебя раздену
в восемьдесят восьмом.
***
Как нас счастьем ни пичкай,
секс не станет привычкой,
не скукожится страсть.
От дурацкого быта
не ослабнет либидо.
Не собьёмся мы с трасс.
Зная точку опоры,
покоряем просторы.
Верим в истинность чувств
и в прекрасное завтра.
Коль любить, так с азартом,
но без лишних причуд.
Не плато, а вершина
нас манит одержимо, -
вот чистейшая суть.
Громоздятся соблазны.
Мы друг с другом согласны.
И уже не уснуть.
***
Ты ушла пять минут назад,
но не ведая счастья иного,
я хочу тебя снова и снова,
чтоб взвивался за залпом залп.
И решений тут нет простых,
разве что захлебнуться похотью.
Одиночество бьёт под дых,
беспросветность ломает походя.
Я хочу тебя через край.
Я люблю тебя, это главное.
Как же нам одолеть раздрай?
Как свернуть бытие анклавное?
Ты ушла пять минут назад,
чтоб вернуться, чтоб стать ещё ближе.
Помнишь, как мы гуляли по крыше,
как искрился в сердцах азарт?
Ты ушла пять минут назад.
Ты ушла полчаса назад.
Ты ушла много лет назад.
***
Наше счастье взорвётся слезами
и взовьётся огнём неспроста.
Поцелуем тебя я пронзаю.
Как пленителен низ живота!
Бесконечные поиски смысла
подрывают незыблемость схем.
Нас накроет волна оптимизма.
Мы очнёмся, довольные всем.
Наша ночь не закончится утром,
не растает как призрачный трип.
В этом мире безумном и утлом
лишь любовь это глыба из глыб.
Мы и ми́луем здесь, и милу́ем.
И как звери бежим на ловца.
Я пронзаю тебя поцелуем.
Поцелуям не будет конца.
***
Твоя нагота как цунами.
Накроет свистящей волной.
Разрушит остатки безумного мира.
Такое не в первый раз с нами.
Мы смело идём по прямой,
чтоб добрая память нас долго хранила.
Твоя нагота как идея.
Останется в мыслях и снах.
Разбудит мечты. Разольётся по жилам.
Я тихо помешан на теле.
На теле твоём. Это знак
великой любви, что уже не по силам.
***
Нет ни ночи, ни дня.
Рвёмся, ревность храня,
не считая потерь,
в постель.
Как же нам повезло!
Катаклизмам назло
рухнем в море страстей -
в постель.
Пусть безумствует джаз.
Мы узнаем сейчас
как врастает ось тел
в постель.
***
Фактология как
лента
вьётся где-то. А что
толку?
Я однажды тобой
торкнут.
Вот какая твоя
лепта
в покорение тех
истин,
что упали на нас
градом.
Ты всегда и везде
рядом
вопреки и назло
рискам.
Я обязан тебе
многим
в этой жизни, до слёз
странной.
Я смирился давно
с травмой
и, лобзая твои
ноги,
забываю, что цель
мнима,
что в канве тут и там
бреши.
Ты меня без ножа
режешь,
если хочешь пройти
мимо.
***
Я увижу сквозь смог
откровений и дат
очертания ног
и скажу невпопад,
что давно без ума
от твоей красоты.
Ты же знаешь сама,
здесь такие пласты
вдохновенных затей,
сумасшедших интриг.
Как ни прячься за тень,
не спасёшься от них.
Ты же знаешь давно,
как я болен тобой.
Значит, так суждено.
Значит, это был сбой
в механизме любви.
Не исправить его,
хоть белугой реви,
хоть ныряй с головой
во вселенскую тьму,
доставая до дна.
Лишь никак не пойму,
чья же в этом вина.
Я совсем изнемог.
Ты не веришь? Смотри:
очертания ног
сердце рвут изнутри.
***
Я пишу на тебя досье.
Всё, что видел вчера во сне,
изложу языком стиха,
остальное же - чепуха.
Я досье на тебя пишу.
В голове кавардак и шум,
но я знаю наверняка,
что развязка уже близка.
Я пишу на тебя досье.
Мы же встретимся по весне,
что понятно уже ежу!
Я досье на тебя пишу.
***
Из самого сердца
до последнего края
пронесутся слова.
Ты скажешь «Без секса
человек умирает»,
и на зов естества
мы двинемся вместе
по гнетущим просторам,
по горящим мостам -
к любовной болезни,
к схоластическим спорам.
Так давай же с листа
читать эту повесть
или, скажем, поэму,
или даже роман,
в соблазнах по пояс
разрабатывать тему.
А потом... по домам.
***
Не с потолка и не из пальца,
из самых гибельных глубин,
то ненавидим, то любим,
течёт сюжет, чтоб вмиг распасться.
Неотвратимость очевидна.
Разбита грань добра и сна.
Над текстом чахнуть допоздна
не тривиально и не стыдно.
***
Берём за рога быка,
и смотрим сквозь облака.
Пророчим не то друг другу,
Но мы же близки по духу!
Приватность встаёт скалой.
Сомнения все долой!
Любовь расцветает словом.
И, соприкасаясь с лоном,
пристрастность несётся вверх
как сто миллиардов эх.
Не выпасть из той орбиты,
где тон задаёт либидо.
***
Проснись же и пой,
ведь есть ещё время,
чтоб делать любовь
на этой арене
прекрасных страстей
и дерзких метаний.
Сплетение тел
знамением станет.
Проснись же и пой.
Нам есть чем гордиться,
ведь знает любой,
как строится дискурс
в любовных делах.
А кто вдруг не в курсе,
тот сам себе враг.
Вот так. Без дискуссий.
***
Упав с небес, врасплох застигнув,
размыв границы личных сред,
сентябрь обрушил парадигму
всех этих выстраданных лет.
Момент шокирующих истин
расправил разум дикаря.
Как быть теперь далёким близким?
Любить друг друга втихаря?
Идти, куда не знают сами?
Закрыть страницу навсегда?
Нет-нет! - Прижавшись волосами,
наполнить мир беззвучным «Да!».
***
Чтоб наши чувства снова заблестели,
ты вырвешься коллизиям назло
из этой чуждой и чужой постели,
куда тебя случайно занесло.
Как тяжкий груз вчерашние потери.
Безумно, бесконечно их число.
Но к чёрту всё! Мы любим на пределе
друг друга, и не надо лишних слов.
С цепи сорваться, в общем, не зазорно,
ведь жизнь порой настолько иллюзорна,
что кажется кромешным долгим сном,
в котором и сюжеты, и проекты
и всякие разрозненные спектры
сливаются в один бездонный сонм.
***
Случайность затянулась до утра.
Привычный мир, незыблемый вчера,
растерзан в этой гибельной ночи.
И судьи мы ему, и палачи.
От нежности легко сойти с ума.
Согреет нас грядущая зима.
Любвеобильность нервно бьёт ключом.
Невзгоды, катаклизмы нипочём.
Случайность затянулась до утра...
***
Очевидность под густой пеленой.
Время встало - ни туда, ни сюда.
Ты не хочешь возвращаться домой
и останешься сегодня со мной.
Ты останешься со мной навсегда.
Доминируя на всех полюсах,
то ли в бездну, то ли в светлую даль
устремимся, за зигзагом зигзаг.
Лишь растерянность в зелёных глазах
неизменна, нерушима как сталь.
***
Мы мысль одну и ту же
неистово твердим:
пусть дружба греет души.
Неви́дим, невиди́м
клубок противоречий.
Но что нам тот клубок,
когда маячит встреча?
Любовь ведь не лубок.
Стоп! Не любовь, а дружба
сегодня правит бал.
Неправильно, не нужно,
когда никто не звал,
идти на зов соблазнов,
ломиться напролом
сквозь призрачную праздность,
пока не грянет гром.
Сомнений нет гнетущих.
Исчерпан их лимит.
А прошлое с грядущим -
почти что монолит.
***
Наслаждение и боль.
То одно, а то другое.
С тем и с этим перебор.
То ли счастье, то ли горе.
Напряжение растёт.
Время чёртово не лечит.
Не спасают стыд и стёб.
Снова жду случайной встречи,
чтоб за эти пять минут
надышаться полной грудью.
Где тут пряник? Где тут кнут?
Что же делать близким людям,
если всё коту под хвост,
если шансов не осталось?
А, быть может, выход прост -
надавить слегка на жалость, -
и да здравствует любовь!
Сколько можно быть изгоем?!
Наслаждение и боль.
То одно, а то другое.
***
Тонкое чувство, звериный инстинкт -
две стороны незабвенной медали.
Есть ещё множество всяких деталей...
Здесь бы очнуться и чушь не нести.
Но бесконечна, безудержна страсть.
Словно какой-то кармический транс.
Всё, что волнует, дурманит и льстит
в этой прекрасной мучительной сказке,
может закончиться полным фиаско.
Тонкое чувство, звериный инстинкт.
***
Что ни вопрос, то каверзный,
вырванный из глубин.
Нет, не отрыв, а камерность.
И непоколебим
строй моментальных импульсов -
истинный эксклюзив.
Нам из оков не выбраться,
просто не хватит сил.
***
Светлое будущее,
ставшее тёмным прошлым,
встречали, гуляя по крыше.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 9
© 25.09.2022г. Сергей Ледвиг
Свидетельство о публикации: izba-2022-3394388

Рубрика произведения: Поэзия -> Поэмы и циклы стихов



Добавить отзыв

0 / 500

Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  









1