Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Бесплатная доставка


Бесплатная доставка
­­­­
Миля высунулся из-за бетонного ограждения и воровато огляделся. Автобуса что-то не видно, поэтому пока лучше не светиться. На вокзале уже, небось, все на ушах стоят, а он здесь – перебежал пути прямо перед электричкой! Вокруг ни души – в промзоне давно не работали никакие предприятия, и похоже, что общественный транспорт сюда пускали просто по инерции.

Дмитрий Милютин по прозвищу "Миля" был наркоманом. Начинал с того же, что и все – друзья угостили какими-то таблетками, он ухитрился не отравиться, но отвыкнуть от ощущения полета уже не смог. Без ежедневной подпитки казалось, будто каждую секунду по голове, да и по другим частям тела постоянно бьют молотом. Остановить это можно было только одним способом – принять очередную дозу, после чего все моментально налаживалось, а мозг начинал создавать совершенно невообразимые картины. В такие моменты человек становился абсолютно счастливым и настолько же недееспособным.

Пограничное состояние, когда Миля был вполне транспортабелен и хоть чуть-чуть соображал, продолжалось ровно два часа. Эйфория на это время исчезала, а боль еще не просыпалась. За 120 минут надо было найти или, попросту, украсть наличку на еще одну дозу и схорониться в каком-нибудь укромном и, желательно, безопасном месте. Если по пути попадался ларек с минералкой, попытаться ее стащить или, в крайнем случае, купить – без воды наркотик действовал далеко не так здорово.

Сегодня Миле необычайно повезло. Затесавшись между машинами у стоянки такси, он подкараулил какого-то приезжего лопуха, который говорил по смартфону. Дмитрий подбежал, вырвал дорогую трубку у него из руки и дал деру. Теперь надо было добраться до Джонсона, который безвылазно сидел на своей квартире и как можно скорее обменять товар на таблетки. Кстати, Милютин успел позвонить ему со своего телефона и теперь предвкушал великолепный завтрак из стакана воды и одной маленькой пилюли.

Пустой автобус уже выворачивал из-за угла, как вдруг произошло непредвиденное. Украденный смартфон включился, заверещал, и Миля автоматически достал его из кармана, чтобы сбросить звонок. Как только палец наркомана коснулся дисплея, раздался мощнейший взрыв. От грудной клетки парня остались лишь ошметки, а окна в подъехавшем автобусе разлетелись на десятки осколков. Изрешеченный стеклом водитель упал на руль, и безлюдные окрестности огласил тревожный, тоскливый, не прекращающийся вопль клаксона.

* * *

Ветер гонял по округе мельчайшие кусочки гари и какие-то непонятные частицы, казавшиеся склизкими. Нахохлившиеся полицейские переминались с ноги на ногу вокруг места взрыва и тоскливо поглядывали на свои машины. Уезжать пока было нельзя – шли следственные мероприятия. Свалишь, не сделав все, что нужно – в следующий раз не пройдешь аттестацию. А будешь качать права – предъявят соответствующую запись о неслужебном поведении. Понатыкали, понимаешь, везде камер – скоро в сортир лишний раз не сходишь!

Страдающий от головной боли капитан Матвеев очень плохо соображал. Сегодня у него был законный выходной, и радоваться этому факту он начал еще вчера вечером. Почему? Да хотя бы потому, что в его планы не входило просыпаться в шесть утра и куда-то бежать. Но звонок шефа, как всегда, внес в отдых свои коррективы.

Матвеев пронаблюдал, как медики из спецбригады упаковывают кого-то брыкающегося в свою машину, а рядом криминалисты отрезают кусочки от чего-то, уже и на человека непохожего. Затем капитан одним глазом проглядел записи с камер на планшете своего начальника и с кислой миной пожал плечами.

– Слушай, а чего все так переполошились? По-моему, обычная история – взорвался у телефона аккумулятор... Барахло китайское, ненадежное...

– Лех, твои шутки все несмешнее и несмешнее становятся, – с укоризной посмотрел на него майор Попов. – Парню половину туловища разорвало, стекла, вон, по всей улице разбросало. Между прочим, водила автобуса умер от разрыва сердца. А кондукторша, по-моему, умом тронулась. С ней сейчас спецбригада работает, но, думаю, толку не будет.

– Полагаешь, теракт? – Матвеев нахмурил брови.

– Может, и так, – Попов перемотал видео к началу. – Но вот только трагически погибший нарик тут совершенно ни при чем. И нам чертовски повезло, что он напал именно на этого товарища. Ты посмотри – у него украли смартфон, а он просто садится в ближайшее такси и уезжает! Ни погнался за вором, ни начал звать полицию... подозрительно.

– Тогда найти его проще простого! Пробьем номер машины, спросим у водителя, куда отвез клиента...

– Угу... Вот тебе еще одно видео – с пустыря неподалеку, – Попов вывел на экран запись с горящим автомобилем. На полыхающей дверце еще угадывались фирменные таксистские "шашечки". – Пробили уже номер. Именно та машина, на которой уехал наш спокойный гражданин. Внутри – останки двух человек, и у того, что на переднем сиденье – пистолет. Видимо, таксист решил грабануть пассажира, и вдруг произошел взрыв. Там сейчас ребята из отдела Павлова работают, но пока больше ничего не накопали. Шеф мне очень конкретно сказал, что на расследование всего этого у нас меньше суток.

– А что за спешка такая?

– Леха, ты не проснулся что ли? Сегодня вечером саммит "большой тридцатки" начинается! К нам полмира приедет, америкосы, европейцы – главы всех мало-мальски нормальных стран! А у нас тут какая-то хрень непонятная творится. Сообразил?

Матвеев вздохнул и вылез из машины, чтобы попросить у кого-нибудь сигарету. Свои у него давно кончились, а ведущий здоровый образ жизни Попов, конечно же, не курил. Ну что он за человек такой?! А еще майор...

* * *

Спустя два часа капитан мрачно сидел в своем кабинете и просматривал все, что удалось найти на убиенного Дмитрия Милютина. Вся нехитрая биография парня уместилась в двухстраничное досье и распечатку звонков. Контактов у него почти не было, а самым часто вызываемым абонентом оказался некто Мстислав Иваненко по кличке "Джонсон". Спустя еще полчаса выяснилось, что данный субъект был мелким дилером, которого коллеги из управления по борьбе с наркотиками почему-то оставляли на свободе. Видимо, он был их осведомителем и в обмен на возможность проворачивать свои сделки время от времени сливал небольших поставщиков. Оказалось, что его штаб-квартира находится неподалеку от вокзала, где утром развернулись столь драматичные события. Поскольку майор Попов занимался погибшим в машине пассажиром, по адресу торговца пришлось выдвигаться не кому иному, как Матвееву. Там полицейского ждал очередной неприятный сюрприз.

Штаб-квартира Джонсона располагалась в загаженной девятиэтажке, некогда бывшей малосемейным общежитием. Лавируя между ошметков непонятно чего и испачканных бумажек, капитан поднялся на первый этаж и вызвал лифт. Из шахты донеслось непонятное урчание, и на этом дело застопорилось. Вздохнув, Матвеев начал подъем на восьмой этаж. По пути ему несколько раз встретились мутные личности, принимавшие таблетки прямо на лестничных клетках. В подоконники были изящно воткнуты использованные шприцы, а на ступеньках виднелись следы жизнедеятельности людей, животных и бог весть каких тварей, населявших этот кошмарный дом. Подъем дался капитану нелегко – поднялось давление, появилась одышка, и снова разболелась голова. Добравшись до нужной квартиры, Матвеев обнаружил, что дверь распахнута настежь, а внутри находится его старый знакомый из полиции жизни.

Майор Андрей Данилов – бескомпромиссный борец с преступностью, награжденный самим министром внутренних дел, осматривал разгромленную жилплощадь. Повсюду валялись таблетки, из разбитых шкафчиков свешивались пакеты с разноцветными порошками, небольшая химическая лаборатория на кухне сверкала расколотыми колбами и пробирками. Расплывшееся тело Джонсона – чрезмерно располневшего свинообразного человека – лежало в заполненной до краев ванне. Брошенное на пол лезвие свидетельствовало о том, что перед полицейским был классический случай суицида.

– День добрый, коллега, – поздоровался Матвеев. – Каким ветром занесло?

Данилов как-то механически повернул голову и чуть заметно кивнул капитану.

– Сообщил один прикормленный нами наркоман. Пришел сегодня за очередной дозой, видит – дверь не заперта. Зашел, а тут такая картина. Это, кстати, он тут все разгромил – искал какой-то наркотик, чтобы уколоться. Мы ему уже объяснили, что так себя вести нехорошо.

– А где же все ваши? Я что-то никого, кроме тебя, не видел.

– Уже уехали. Я приказал, чтобы ничего здесь пока не трогали. Нужно проанализировать картину и понять, что тут не так. Думаю, это совсем не самоубийство. А ты здесь как оказался?

Матвеев рассказал об утренних событиях. Данилов снова покивал головой и продолжил осматривать ванную.

– Посмотри, как неестественно лежит на полу лезвие – будто бы Джонсон вскрыл вены на левой руке, а потом выбросил его прямо к порогу комнаты. За десять лет работы в отделе я такого ни разу не видел. Опять же, он залез в воду в одежде. Тоже очень странно. И главное – по словам наркомана, когда он проник в квартиру, свет в ванной был выключен. Парень зашел туда в поисках Джонсона, щелкнул выключателем и увидел труп.

– Думаешь, кто-то убил этого типа и потом сымитировал самоубийство?

– Похоже на то. А в связи с тем, что ты сейчас рассказал, я в этом абсолютно уверен. Кстати, раз так, то я передаю дело в ваш отдел – мы занимаемся только суицидами. Сейчас все устроим.

Данилов достал смартфон и принялся звонить в управление, а Матвеев ощутил резкий прилив головной боли. Угораздило же его оказаться здесь именно в тот момент, когда тут работает полиция жизни! Майор вроде нормальный мужик, но букву закона чтит до безумия. Если дело не по его профилю, ни за что помогать не станет, и вообще по любому поводу – ноль эмоций. Говорят, пока ходил в капитанах, таким не был, а потом – как подменили...
Закончив говорить по телефону, Данилов вновь повернулся к Матвееву.

– Ну, все, сейчас сюда ваша бригада подъедет, я уже сообщил. А ты чего такой бледный – голова болит? Я вон там в шкафчике видел автоаптечку – в ней должен быть аспирин.

– Тут же кругом наркота. Откуда мне знать, что там действительно лекарство, а не какая-нибудь дрянь?

– Запайка вроде заводская. Глянь сам. А я пойду, пожалуй, еще дел невпроворот. Бывай.

Данилов ушел, а Матвеев остался дожидаться бригаду. Боль не утихала. Капитан залез в шкафчик над стиральной машиной и действительно нашел стандартную автомобильную аптечку, запечатанную в целлофан. Внутри был полный набор лекарств, включая и аспирин – на вид также абсолютно нетронутый.

С пузырьком в руках Матвеев вышел в комнату и присел на единственный чистый табурет. Получалось, что кто-то намеренно шлепнул Джонсона, причем вскоре после того, как ему позвонил Дмитрий Милютин. А зачем же он мог ему звонить? Уж, не для того ли, чтобы обменять краденый телефон на дозу наркотика? Типичная сделка для хозяина этого гадюшника... Ну а хозяева смартфона не могли допустить, чтобы он попал в чьи-то чужие руки. Как и содержимое сумки неведомого пассажира из такси. Утром Попов упомянул в разговоре про саммит большой тридцатки... Уж не на него ли прилетел наш взорвавшийся гражданин?

От неожиданной догадки у Матвеева даже схлынула головная боль. Сунув аспирин в карман, капитан достал купленные по дороге сигареты и закурил. Дело принимало очень серьезный оборот.

* * *

Через полчаса в дверь вошла деловитая бригада из управления во главе с майором Поповым. Эксперты занялись трупом и окружающей обстановкой, а Матвеев вкратце изложил майору свои выводы.

– Верной дорогой идете, товарищ Леха, – похвалил Попов. – Погибший в машине был не просто приезжим, а фотографом, аккредитованным на саммит. Работал для одного зарубежного агентства. Документы у него были в порядке, с визой проблем никаких – в общем, ничего криминального. С собой – обычный багаж и полный комплект оборудования. Или того, что было под него замаскировано.

– Хочешь сказать, что фотограф на самом деле был террористом, и вез бомбу? Как же его прошляпили в аэропорту, причем и у нас, и... откуда он там прилетел?

– Из Лондона. Как и наши, и англичане его просмотрели – ума не приложу.

– Ну и что теперь? Саммит отменят, что ли?

– Шеф сказал – убиться, но найти, кто за этим стоит. Сейчас мне на планшет сбросят видео с камер, которые стоят на этажах. Посмотрим, кто сегодня приходил в квартиру, всех проверим... Как обычно, короче.

Следующий час полицейские просматривали записи со входа в дом и с лестничной клетки Джонсона. Мелкого торговца посещали многие – как правило, законченные наркоманы, которые не задерживались у продавца надолго и тут же, на этаже, принимали таблетки и вкалывали шприцы. Выделялся из этой череды мутных личностей только один субъект. Расчетливо неприметный – синие джинсы, серая куртка, кепка – ни одной уникальной черты. Обычное русское лицо. От камеры парень не прятался, но с такой незапоминающейся внешностью в этом не было никакой нужды. В отличие от большинства посетителей он пробыл у Джонсона минут десять – целая вечность по меркам этой квартиры. Потом гражданин вышел и неспешно отправился вниз по лестнице. Свидетелей того, что произошло внутри – никаких. Вот только дверь запереть не удалось – замок был сломан, и закрыть ее можно было лишь изнутри, сдвинув тяжелую щеколду. Видимо, наркоделец никогда не покидал свое обиталище, а все необходимое заказывал по интернету. Следующий клиент обнаружил, что вход открыт, зашел и выскочил уже через минуту, нечленораздельно крича что-то в свой телефон. Это был тот самый прикормленный нарик, который и вызвал полицию жизни. Круг замкнулся – пора было решать, что делать дальше.

Выбравшись на свежий воздух, Матвеев закурил очередную сигарету и посмотрел в чистое синее небо. Было ясно, что ничего не ясно, а главное – никаких зацепок для дальнейшего расследования. Киллер вышел из дома и растворился в толпе – пришел пешком, ушел также. Где и как его искать? Оставалось проверить, с кем в последнее время контактировал так эффектно взорвавшийся фотограф. Как казалось капитану, именно те, кто его нанял, могли бы рассказать много интересного про то, почему за одно утром ему на голову свалилось столько трупов.

* * *

Водитель компании по доставке воды Владимир Шабанов нервничал. Закопавшись в пробке, он выбивался из графика уже на 15 минут. Все бы ничего – груз самый привычный, минералка из лучших источников, вот только адрес доставки такой, что дрожь берет – загородная резиденция президента. Обычно туда все доставляли загодя, но сегодня возник форс-мажор – предыдущая партия оказалась бракованной, и сам хозяин распорядился в кратчайшие сроки доставить новую. Опоздать к назначенному времени было смерти подобно, но что сделаешь, если на дорогах столицы не развернуться?

Чтобы сэкономить время, Владимир решил подъехать к загородной трассе со стороны окраинной промзоны, где уже давно не было почти никакой жизни, хотя движение регулировалось, и камеры внимательно следили за каждым нарушителем. На щербатой дороге между заброшенных корпусов не было ни души, и Шабанов разогнался до предельной скорости.

В результате ему с трудом удалось затормозить перед неожиданно покрасневшим светофором. Шабанов глянул в зеркало и понял, что случилось страшное – в его грузовичок стукнулась другая машина. Нецензурно выругавшись, он выпрыгнул из кабины. Неприметная белая иномарка грустно мигала фарами у заднего борта его автомобиля. Видимых повреждений, к счастью, не было. Из легковушки вышел парень в серой куртке и сокрушенно покачал головой.

– Извини, брат. Сам как, цел?

– Какой я тебе, на хрен, брат! Не умеешь водить, не садись! Молись лучше, чтобы груз был цел!

Шабанов открыл дверцу и заглянул в кузов – все как будто в порядке. Можно было для очистки совести обматерить неумелого водителя и уехать, но из-за натыканных везде камер самовольный отъезд с места ДТП мог аукнуться очень серьезно. Оставалось чертыхаться и ждать, пока приедут страховщики и автоинспекторы, а это значило – опоздает с доставкой он в лучшем случае на час.

– Ну что, все окей? – парень из иномарки тоже заглянул в кузов, и Шабанов с раздражением захлопнул дверцу.

– Нет, блин, не окей! Разведут тут сейчас тягомотину – протоколы, акты... А у меня груз горит, на два часа из-за тебя опоздаю! И кто отвечать будет? Может, ты? Нет, конечно, все на меня повесят! Убил бы...

– Да ладно, брат, не шуми. Я уже своему агенту позвонил, он сейчас подъедет, и все быстро утрясем.

– Агент... В гробу я видал твоего агента, и тебя вместе с ним. А менты что? Тоже утрясем?

– У него там свой человек работает, все задним числом оформим. Я виноват, весь ремонт оплачу... Да тут даже царапин нет, так – моральный ущерб только.

– Не знаю... Все же на камеры пишется!

– Слушай, ну кому мы с тобой нужны? Тут и ДТП никакого, считай, нет. Двадцать минут – и поедешь. А вот и он. Пойдем, не будем терять время.

Перед грузовичком неспешно припарковался солидный черный автомобиль. Парень сел на переднее сиденье, Шабанов – на заднее. Благодаря великолепной звукоизоляции салона и наглухо тонированным стеклам пассажиры полностью отключились от внешнего мира. В противном случае, Владимир бы обязательно заметил, как сзади к месту ДТП подкатил большой микроавтобус, откуда вылезли четверо крепких парней и в считанные минуты выгрузили прямо на мостовую несколько ящиков, как две капли воды похожих на те, что везли в резиденцию. Затем, быстро и аккуратно сняв с грузовичка замок, ребята опустошили кузов, закинули на место минералки свои коробки и уехали, забрав оригинальную воду с собой. Вся операция заняла несколько минут, пока агент вместе с водителями заполнял разнообразные бумаги.

Наконец, все формальности были улажены, и страховщик отправился восвояси. Парень еще раз извинился, на что Шабанов хмыкнул и, не прощаясь, дал по газам. Его единственной мыслью было как можно скорее попасть на элитное загородное шоссе – оттуда до резиденции рукой подать. Если поднажать, можно поспеть вовремя и не получить по шапке от серьезных людей в строгих костюмах.

* * *

Матвеев с отвращением пил безвкусный чай и жевал резиновый бутерброд. Головная боль опять притупилась, временно сменившись каким-то непонятным кручением в животе. Интересная манера у его начальника – нагрузить заданиями и свалить непонятно куда. Майор, конечно, не обязан перед ним отчитываться, но все-таки они знают друг друга не первый год, и неплохо бы Попову хоть намекать, куда он исчезает на полдня. Тем более, что факты, которые накопал капитан, тянули как минимум на сенсацию, а как максимум – на новые погоны.

Пробить личность взорвавшегося фотографа оказалось нетрудно – это оказался некто Евгений Вторницкий, известный своими острыми снимками для либеральных СМИ. Получив гражданство одного из сопредельных государств, ныне входящих в Евросоюз, он быстро уехал в Англию, где стал подвизаться в очень популярном издании для демократов – интернет-журнале "Настоящая Россия". Разумеется, этот сайт находился в оппозиции к действующей власти и лично президенту, а через целую цепочку подставных лиц портал спонсировал опальный олигарх Даниил Молотковский. Бывший нефтяной магнат в свое время получил большой срок за хищения, затем был помилован и теперь безбедно жил за границей, проедая наворованные деньги и лелея немалые политические амбиции. Но что самое интересное – несколько дней назад он также прилетел из Лондона, а чтобы не привлекать излишнего внимания, воспользовался не частным самолетом, а обычным лоукостером. В элитном поселке у Молотковского сохранился особняк, который у него по каким-то причинам не отобрали. Вполне возможно, что олигарх сейчас находился там, и мог поделиться со следствием исключительно полезной информацией.

Дозвониться до Попова никак не удавалось, а потому Матвеев решил нарушить субординацию и проехать по адресу олигарха без санкции руководства – дожидаться начальства и, в итоге, тащиться туда среди ночи у капитана не было никакого желания. В конце концов, выходной у него сегодня или нет?

* * *

В роскошно обставленном кабинете были зашторены окна, и горел приглушенный свет. В центре комнаты, за большим антикварным столом сидел худощавый седеющий интеллигент в очках, но с чем-то необъяснимо порочным в лице. Олигарх, меценат и надежда русского либерализма Даниил Молотковский спокойно и даже с определенной долей превосходства смотрел на пожаловавшую к нему пятерку – крепких, но неприметных людей неопределенного возраста. Главным в этой группе был человек в серой куртке, который протянул хозяину дома крошечную карту памяти.

– Все видеозаписи здесь. Мы завершили работу, и хотим получить расчет.

– А как насчет того сюрприза у моей входной двери? Он готов?

– Все сделано в лучшем виде. Никто из тех, кто попытается проникнуть в дом, не выживет.

– Прекрасно! Просто прекрасно! Давайте посмотрим ваше видео.

Олигарх вставил карту в компьютер и вывел на гигантский экран кадры с камер наблюдения. Ролики свидетельствовали о том, что исполнители провернули операцию без ошибок, а значит, с ними следовало рассчитаться сполна. Чемоданы с наличными уже были наготове – осталось уладить одну маленькую, но приятную формальность.

– Ну что ж, господа, вы сработали великолепно! – Молотковский поднялся из кресла и подошел к посетителям. – Вот ваши деньги – все, как мы и договаривались. А теперь, в честь успешной операции, позвольте угостить вас этим прекрасным французским коньяком. Сто пятьдесят лет выдержки – необычайная редкость в наши дни. Прошу вас, не отказывайтесь.

Олигарх направился к боковому столику, где уже стояла наготове древнего вида бутылка и шесть изящных бокалов. Молотковский умело разлил коньяк и подал фужер каждому гостю.

– За наш новый, идеальный мир! А теперь прошу меня извинить – дела!

Посетители неторопливо выпили свои бокалы, подхватили чемоданы и удалились через черный ход, уважительно покачивая головами – коньяк был действительно прекрасным. Олигарх же, сделав вид, что пригубил напиток, незаметно скрыл полный фужер за грудой бумаг. Его посетителям предстояло жить не более двадцати минут – как раз хватит, чтобы отъехать от дома на достаточное расстояние. Ну а наличные, которые они увезли с собой – конечно же, искусно сделанная фальшивка, которую не распознать ни на глаз, ни на ощупь. Оставалось удалить данные с карты памяти и выбросить ее в канализацию, чтобы никто, никогда и ни о чем не узнал. Проделав эти нехитрые операции, Молотковский включил новостной канал, чтобы посмотреть за пленарным заседанием саммита "большой тридцатки", которое должно было начаться с минуты на минуту. Если все пройдет удачно, он покинет дом уже через полчаса. А затем уедет из страны, чтобы вернуться в качестве нового мессии. Для тех же, кто мог бы этому помешать, готов небольшой подарок на входе. Увы, этим планам не суждено было осуществиться.

* * *

В зале заседаний загородной резиденции президента было необычайно душно. Тридцать руководителей государств, еще столько же переводчиков и телохранителей, пятьдесят ассистентов и под сотню журналистов с камерами, фотоаппаратами и софитами накалили атмосферу до предела. Через пару минут политики ослабили галстуки, а еще через пять потянулись к неизменному атрибуту любых совещаний – бутылочкам с минеральной водой, в изобилии расставленным по огромному столу.

Молодцом держался только президент, который никогда ничего не ел и не пил на людях без крайней необходимости. Он даже вспотел меньше остальных – сказалась выработанная за годы спецслужбы привычка быть как можно более незаметным и независимым от обстоятельств. А вот сидящий напротив американский лидер мгновенно покрылся испариной и одним махом проглотил полбутылки воды. Неожиданно глаза заокеанского политика округлились, он удивленно посмотрел на стакан и начал заваливаться набок. Сидящий рядом ассистент подхватил патрона и немедленно забил тревогу, но тут за столом началась какая-то цепная реакция – все, кто отпивал минералку, теряли равновесие и контроль над своим телом. Возникла неразбериха и паника. Операторы не успевали водить своими камерами, снимая совершенно невообразимое происшествие. Взволнованные телохранители не знали, куда бежать – то ли закрывать боссов своими телами, то ли пойти к журналистам и с помощью кулаков отключить их аппаратуру.

Президент среагировал быстрее всех и уверенно ретировался в соседнюю комнату. В зал незамедлительно вошли медики, а следом за ними – сотрудники службы безопасности, опечатавшие помещение. Сотовая связь в здании мгновенно пропала, а в воздухе запахло жутким скандалом и безнадегой. Мигом приунывшие журналисты поняли, что спасти драгоценный отснятый материал им не удастся – все камеры, карты памяти и смартфоны наверняка изымут, а тела обыщут с пристрастием. Остается надеяться, что коллеги, которые вели онлайн-трансляцию, успели сохранить видео где-нибудь в сети...

Тем временем всех мировых лидеров бережно уложили на пол и пытались привести в чувство. На лежащих пластом ассистентов, также попробовавших минералку, никто не обращал ни малейшего внимания. Такой драмы мир не видел с момента убийства Цезаря. Через несколько минут медики констатировали – все живы, смертельной угрозы нет, но есть отравление неизвестного характера. Президент, которому сообщили обнадеживающую информацию, вернулся в зал и сделал заявление. В нем было множество слов о международном терроризме, вопиющем акте ужасающего масштаба и обещание во всем как следует разобраться. Никто из присутствовавших в этом даже не сомневался.

* * *

По пути к дому олигарха Матвеев наткнулся на страшное ДТП – микроавтобус врезался в столб, превратившись в кусок искореженного металла. Вокруг места происшествия сновали коллеги, медики и пожарные. Под покрывалами лежали пять непонятных куч – уродливые останки пассажиров машины.

– Ну и денек сегодня, – протянул капитан. – Надеюсь, хоть это не связано с проклятым саммитом...

На въезде в элитный поселок Матвеев встретил настоящий вооруженный кордон – не хватало только броневиков и пулеметов. Преодолев блокпост с помощью служебного удостоверения, капитан попал в персональный рай для деньги и власть имущих. Запыленный дешевый автомобиль полицейского выглядел чужеродно среди этого пейзажа подчеркнутого благополучия – повсюду виднелись изящные палисадники, яркие крыши и ухоженные дорожки. И ни души...

Подъехав к участку олигарха, Матвеев обнаружил у ворот дома еще одну машину. В ней капитана с нетерпением дожидался раздраженный майор.

– О своем местонахождении надо начальству докладывать, – проворчал Попов. – Или думаешь, оставил на почте отчет о Молотковском и гуляй, где хочешь? Такие визиты, Леха, в одиночку не наносят. Нам бы еще ордер не помешал, но чего нет – того нет. Пошли, проверим этого врага народа!

"Быстро же Попов тут оказался" – подумал Матвеев. – "Не иначе, испугался, что все лавры мне достанутся. Ну-ну, товарищ майор, ну-ну... беги, выслуживайся".
Маленький домик олигарха ничем не выделялся среди столь же опрятных и даже со вкусом построенных зданий. В небольшом дворе стоял аккуратный фонтанчик с мраморными бортиками, и вообще все было какое-то игрушечное – подчеркнуто мирное и доброе.

На ходу достав пистолет из кобуры, Попов пробежался до крыльца. Матвеев помедлил мгновение, прогоняя нехорошее предчувствие. Он неторопливо прошелся вдоль фасада, пытаясь заглянуть в плотно зашторенные окна, а Попов подкрался к двери и тихонько подергал ручку.

– Заперто.

– Серега, надо подкрепление вызвать. Кто знает, что там внутри...

– Да ты что, капитан? Пока будем время тянуть, вообще неизвестно, что может произойти. Дверь, по-моему, хреновенькая. Действуем так – я ломаю, ты прикрываешь.

– Погоди. А тебя не смущает, что в дом олигарха можно попасть так легко? И еще... Тут во всей округе – ни одной камеры. Это очень подозрительно.

– Леха, ну не узнаю тебя, ей-богу. Если дверь плохая – это нам на руку, и почему она такая – мне как-то без разницы. А камеры... Нам они вообще ни к чему. Так хоть превышение служебных полномочий не предъявят, если что. Все, хорош трепаться. На счет три. Раз... Два... Три!

Попов высадил дверь плечом, и раздался взрыв – несильный, но достаточный, чтобы стекла в домике звякнули, а стоящего в двух шагах Матвеева сбило с ног. Когда он поднялся, майор с дыркой в груди лежал в луже собственной крови, а по косякам двери плясали огоньки. В целом же крепко построенный дом не пострадал. Выбитая дверь упала внутрь проема, где царил полумрак.

Матвеев вытащил из кобуры пистолет и осторожно вошел в огромную прихожую. Почти сразу за ней была дверь в кабинет Молотковского, где работал телевизор. Олигарх удовлетворенно смотрел на огромный экран, где раз за разом повторялись одни и те же кадры. Вот американский лидер заваливается на бок, вот дама из Германии с закатившимися глазами рушится на пол, а вот китайский руководитель едва ли не проламывает головой стол. Суета, гвалт и неразбериха вызывает у хозяина дома улыбку – раздражение вызывают лишь кадры с удаляющимся президентом.

– Не помешал, ублюдок?

От неожиданности Молотковский дернулся и с удивлением воззрился на нежданного гостя.

– Кто вы такой, и что вам, собственно, здесь нужно? – моментально взял себя в руки олигарх.

– Если ты еще не понял – я из полиции, – сквозь зубы процедил Матвеев, махнув удостоверением. – Ты арестован по подозрению в подготовке терактов против президента, а также убийстве сотрудника правоохранительных органов.

– Убийстве? Ах да, я слышал какой-то шум у двери... Вижу, вам удалось уцелеть, а значит погиб ваш напарник. Что ж, это была необходимая самооборона. Закон не запрещает ставить любые охранные системы на частные владения – хоть боеголовку.

– Прекращай трындеть, и давай сюда руки, – Матвеев достал наручники и угрожающе покачал ими в воздухе. Олигарх и бровью не повел.

– А ордер на проникновение и арест у вас есть? Похоже, что нет. Так что в связи с этим я попрошу вас покинуть мой дом. Это частная территория. В противном случае, я буду вынужден подать против вас иск о клевете и незаконном вторжении с попыткой разбойного нападения...

– А ну, заткнись! – проревел Матвеев, и выстрелил в телевизор. Осколки от гигантского экрана разлетелись по кабинету, и Молотковский пригнулся, прикрываясь руками. Кусочки стекла поцарапали его лоб и затылок, а по лицу потекли крошечные ниточки крови. Капитан подошел к олигарху, одной рукой взял его за грудки, а другой приставил пистолет прямо ко лбу. – Слушай сюда, дурила. Всем нормальным людям и так ясно, что ты сволочь, а потому никакой ордер мне не нужен. И поскольку на твоем участке нет даже самой паршивой камеры, то я могу без всяких последствий прихлопнуть тебя и уйти. Уяснил?

Получив в ответ робкий кивок, Матвеев швырнул олигарха назад в кресло и вновь наставил на него пистолет.

– Значит так. Сейчас ты быстро рассказываешь мне, что ты задумал и зачем. А я обещаю, что ты умрешь не здесь, а в тюремной камере в присутствии адвоката. И не заставляй меня долго ждать.

– Ладно... ладно, я расскажу, – выдавил из себя олигарх после секундной паузы. – Думаю, раз вы пришли ко мне, то знаете, кто я такой.

– Ну, а как же. Бывший нефтяной магнат, отсидевший десять лет за то, что ограбил полстраны, а потом сваливший за бугор. Ближе к сути.

– Мне и моим партнерам стало очень трудно вести дела даже за границей, не говоря уже о России. К сожалению, от личностей руководителей государств зависит очень много – и на западе в том числе. Нужно что-то менять – и менять радикально, а то очень скоро все мы окажемся примерно в таком же положении, что и нелегальные мигранты. Мы – это свободный бизнес. В последние годы нас притесняют так, как никогда раньше...

– Хватит ныть! – прикрикнул Матвеев. – У тебя денег больше, чем у некоторых городов в России.

– Денег много не бывает, а власти – тем более, – философски заметил Молотковский. – Могу я взять платок, чтобы вытереть кровь?

– Валяй. И давай излагай дальше.

– Мы – то есть, крупнейшие представители бизнеса – решили разом покончить с теми, кто нам мешал, – продолжил олигарх, аккуратно промокая лицо. – Я имею в виду ведущих мировых лидеров – нам нужно было убрать их всех одним махом. А тут как раз вовремя подвернулся саммит "большой тридцатки"...

– И вы наняли фотографа, нагрузили его взрывчаткой и отправили всех убивать?

– Вторницкий ничего не знал об этих планах. Он просто был... ну, скажем, расходным материалом. Мы предоставили ему свою технику. Телефон, ноутбук, фотоаппарат, штатив – все оборудование было начинено взрывчатым веществом. Его можно было дистанционно взорвать его в любой момент. Предполагалось, что это произойдет во время обязательной групповой фотографии лидеров.

– М-даа... Просто план века. Ну и как вам удалось обхитрить службы безопасности в аэропортах?

– Это совершенно новый тип взрывчатки, разработанный в секретной лаборатории в Германии. Ни ваши приборы, ни, тем более, собаки, с ним не знакомы. Все должно было получиться...

– Но тут вмешался этот нарик, да? Спер у вашего фотографа телефон, а тот даже ухом не повел!

– Знаете, Вторницкий – специфический тип... Он даже меня иногда раздражал, хотя я к людям максимально толерантен, – усмехнулся Молотковский. – Техника-то была не его... тем более, что рейс задержался, он опаздывал на обязательную аккредитацию... Решил, что со своей зарплатой обойдется и без телефона. Нас же такое отношение не устраивало.

– И чтобы не светиться, вы ликвидировали телефон, а вместе с ним и нарика, – Матвеев удовлетворенно покачал головой. – Но вот незадача – тот позвонил своему корешу Джонсону, а таксист захотел грабануть фотографа... Кстати, как вы об этом узнали?

– В сумку Вторницкого была встроена миниатюрная камера. Так мы следили за всеми его перемещениями, видели то же, что и он. А когда ему стали угрожать пистолетом... Как и в случае с телефоном, возник форс-мажор. Мы не могли допустить, чтобы наш план раскрылся, и решили устранить всех.

– Думаете, этот мелкий наркоторговец и бомбила-гопник стали бы разбираться в вашей взрывчатке? Толкнули бы эту технику побыстрее, и дело с концом.

– Все равно это была слишком опасная улика, чтобы оставлять ее в свободном плавании по стране. Вы, как полицейский, понимаете это лучше меня.

– Ну да, ну да. Но у вас, я полагаю, был план "Б". Иначе ты бы сейчас не сидел с такой довольной рожей.

– Конечно, был. И этот план удался почти полностью. Разрешите, покажу вам кое-что на планшете, раз уж вы разбили мой монитор?

– Попробуй.

Молотковский осторожно выудил из-под бумаг и осколков планшет и включил уцелевший в сети ролик с заседания у президента. Тридцатисекундное видео крутилось без остановки. Матвеев, прищурясь, посматривал то на олигарха, то на экран.

– Вы подмешали что-то в воду... Какой-то яд?

– Наркотик. Очень популярный сейчас у молодежи... у вашей молодежи, – сделал интонационный акцент Молотковский. – Вызывает сильнейшее привыкание после первой дозы, на мозг действует разрушительно. Все эти люди уже никогда не смогут руководить государствами – их ждет только клиника. Увы, ваш любимый президент уцелел. В варианте со взрывом это было исключено.

– "Ваша молодежь", "ваш президент"... – скривился Матвеев. – Самому-то не противно? Деньги у тебя, кстати, тоже "наши"... Ладно, это все лирика. Как вы получили доступ к минералке?

– Мы вышли на поставщика воды для президентских приемов. Встретились с генеральным директором, предложили сотрудничество. Тот оказался человеком патриотичным, отказался... Пришлось угостить его нашим наркотиком, чтобы он стал более сговорчивым.

– Подчинили себе его волю? И что же дальше?

– Под нашу диктовку он позвонил своим кремлевским патронам и сообщил, что последняя партия воды была бракованной, выдохшейся, и ее нужно экстренно заменить. В суматохе, которая возникла вокруг саммита, никто не стал ставить его слова под сомнение, тем более, что был он человеком надежным и уважаемым. Машина с новыми бутылками экстренно отправилась в резиденцию, а по пути мои люди подстроили небольшое ДТП. И пока водитель разбирался с нашим страховым агентом, весь груз подменили. В итоге, на заседание отвезли точно такую же воду, но с особой добавкой, которая, между прочим, стоит немалых денег. Люди спускают все, чтобы каждый день принимать крошечную щепотку нашего наркотика, а мировые лидеры получили его сильнейший концентрат просто за красивые глаза. Да еще и с бесплатной доставкой.

– Ну, хорошо, вы всех устранили. И в чем выгода? Никогда не поверю, что такие, как ты, смогут прийти к власти в той же Америке или Германии.

– А нам и не нужно приходить к власти, – олигарх подался вперед и стал говорить с каким-то исступленным злорадством. – Мы раскачали лодку, и теперь сможем этим воспользоваться. Получить выгодные контракты, продвинуть повыше своих людей и скупить по дешевке то, о чем раньше могли лишь мечтать. А раз ваш президент не выпил нашей водицы... Это даже к лучшему, ведь теперь все будут думать, что он лично стоит за произошедшим. Как бы мировая война не началась! А ведь где большая война – там и большие деньги...

– То есть, навар – это все, что тебя волнует? – спросил Матвеев, сдерживаясь из последних сил.

– А что же еще? – изображая удивление, спросил Молотковский. – Не заботиться же нам о благе таких, как вы. С вас же и взять нечего, а уж теперь... Уверены, что завтра проснетесь в своей стране? Как бы не пришлось козырять какому-нибудь другому президенту. Со словами "Да, сэр! Все, что прикажете, сэр!".

Матвеев стиснул зубы и нажал на курок. Выстрелы с гулким грохотом отдавались в голове, будто бы разрывая ее на части. Через несколько секунд в кабинете воцарилась звенящая тишина. Бывший олигарх лежал с четырьмя дырками в груди. Он был мертв – теперь уже даже физически.

Капитан постоял в раздумьях и вышел из комнаты. Повернул налево и попал в гостиную, где стоял еще один телевизор. Матвеев взял пульт и ткнул кнопку включения. На новостном канале показывали балет, на всех остальных – тоже. Ну, что ж... Народная примета: если в эфире идет "Лебединое озеро", значит дело – труба. Зря он, все-таки, хлопнул олигарха – надо было вытрясти из него, кто же такие эти "крупнейшие представители бизнеса"... Видимо, теперь это так и останется неизвестным.

Задерживаться в доме было больше незачем. Матвеев вернулся в прихожую и поглядел на пол, где лежал уже давно бездыханный майор Попов. Придется вызывать коллег и на пальцах объяснять им, что случилось, ведь камер слежения здесь не было. Телефон показывал, что сети нет, и капитан безразлично сунул его в карман.

Голова раскалывалась. Матвеев вышел на крыльцо домика, хотел закурить, но раздумал и достал аспирин, который взял в аптечке у Джонсона. Казалось, что он побывал в этой квартире в прошлом году, а не сегодня утром. Кинул на язык таблетку, запил водой из фонтанчика. Боль испарилась мгновенно, а по телу разлилось небывалое раньше ощущение полета.

– Вот и мне – бесплатная доставка, – подумал Матвеев и отключился. Он полетел куда-то вниз, и в его мозгу взорвались невероятные картины – почему-то, про море и в красных тонах. Спустя мгновение все исчезло, а капитан так и не понял, что упал в фонтан и проломил голову о его нестерпимо твердый бортик. Человек еще пару раз дернулся и замер – теперь уже навечно. Над поселком, как и над миром, стояла абсолютная тишина.

2016

Иллюстрация: artfile.ru






Автор поставил запрет на добавление комментариев

Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 10
© 04.09.2022г. Павел Красин
Свидетельство о публикации: izba-2022-3380654

Рубрика произведения: Проза -> Антиутопия










1