Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Метро-2037


Метро-2037
­­­­
­Когда Шеф вызвал Ковальски в свой кабинет, у того сразу же родилось недоброе предчувствие, как после порции крысиного шашлыка с Константиновской.

– Какого черта Вы меня вызвали?

– Не выражайтесь при дамах, Ковальски, – иронично парировал Шеф. – У нас серьезная – ОЧЕНЬ СЕРЬЕЗНАЯ – проблема. Воздухоочистительные фильтры нашей станции окончательно забились. Нам нужно заменить их в течение 48 часов, иначе на Комсомольской не останется ни грамма чистого воздуха. В противном случае мы умрем, а зараженный воздух проникнет на другие станции и погубит все Метро – последнее прибежище человечества.

– Но где нам взять эти чертовы фильтры? Их не производили с 2013-го года, если Вы не забыли!

– Я все продумал. – Шеф снял со стены заплесневелую карту и накарябал на ней какую-то изогнутую линию. – За Белорусской во втором правом ответвлении туннеля есть наглухо заваренная дверь. За ней – секретный вход в Метро-2, которое было построено в тысяча девятьсот седом году для перемещения партийных бонз. С того самого года никто этим самым Метро-2 не пользовался. Выбери себе толкового напарника и двигай к этому ходу. Проникните внутрь, найдете свеженький фильтр и давайте деру.

– А как мы туда проникнем? – Ковальски не отличался сообразительностью.

– Взорвете плазменной гранатой, – поморщившись сообщил Шеф. – Возьмешь парочку в арсенале у Свирепого.

– А... а премиальные будут? – переспросил Ковальски.

– Чистый воздух по всему Метро – тебе этого мало?! Дурачье, о тебе же легенды слагать будут!

Шеф отвернулся, давая понять, что аудиенция окончена. Ковальски вздохнул и поплелся к выходу. Комсомольская была очень бедной станцией – ни свиней там не выращивали, ни грибов, ни крыс, никакой другой живности. Не было там ничего ценного и примечательного – жители промышляли вылазками на поверхность, где хватали все, что плохо лежит, и толкали хабар на станциях Кольцевой Ганзы. Ни особого снаряжения, ни умений у комсомольцев не было, и они быстро гибли от радиации или зубов свирепых хищников внешнего мира.

Никакого снаряжения Шеф не дал – значит, Ковальски придется обойтись тем, что есть под рукой. В палатке у Ковальски обнаружился замшелый «АК-47» с десятком не менее замшелых патронов, почти новый штык-нож, с которым так хорошо охотиться на крыс, советская отвертка и спальный мешок. За вяленое мясо крысы-мутанта Ковальски пришлось выложить целых два патрона, но зато он был обеспечен едой на весь долгий перегон до Белорусской.

Напарника Ковальски решил не брать, тем более, что толковых людей на станции было раз-два и обчелся: он сам, Шеф и контуженный на всю голову арсенальщик Свирепый. Но поскольку Шеф должен был остаться и контролировать положение, а Свирепый панически боялся туннелей и начинал палить после любого шороха, ни одного человека, способного отправиться в поход за четыре станции, на Комсомольской не оставалось.

Выклянчив в арсенале одну единственную гранату – не плазменную, а обычную "лимонку" – Ковальски вышел в путь. Туннель приходилось освещать свечкой, помещенной в банку, поскольку никакого электричества на Комсомольской ветке уже давно не было – с 2033-го года.

Туннель до Ипатьевской был невообразимо грязен – под ногами хлюпала вода и сновали вездесущие крысы. Ковальски их не боялся – недаром он носил гордую фамилию лучших американских рейнджеров. Через полторакилометра малоприятного пути впереди забрезжил свет первого пограничного поста Ипатьевской.

– Кто там? – захрипел прокуренный голос в темноте.

– Ковальски с Комсомольской! Иду со спецмиссией на Белорусскую!

– Приказано никого не впускать.

– Но почему, так-разтак?

– Серпуховская заражена, Крымская заражена, Картыжевская заражена... ну и Белорусская тоже, – забубнил постовой, как робот.

– Заражена? Но чем?

– Свиной грипп, что ли... – прошамкал постовой. – Для людей не опасно, но никого пускать нельзя.

Ковальски начинал злиться. – Ты знаешь, какая угроза нависла над всем Метро? Моей станции позарез нужен новый фильтр, иначе зараженный воздух проникнет в вентиляционные шахты всех станций в этом последнем прибежище человечества! – Ковальски любил повторять умные фразы, особенно если они исходили от таких известных личностей, как Шеф. – Мне нужно попасть на Белорусскую, чтобы найти там секретный вход в Метро-2 – только там сохранились новые фильтры!! И если ты помешаешь мне сделать это, клянусь, я разнесу твою тупую башку на куски!!!

Постовой потянулся к кобуре своего "Макарова".

– Но, но, ты не это... Не шуми здесь, понял? Есть приказ...

Ковальски считался лучшим стрелком Комсомольской, и в мгновение ока стянул с плеча «Калашников», который всегда держал снятым с предохранителя. Короткая очередь огласила стены тоннеля, и постовой с сухим стуком упал на рельсы. Ковальски профессионально обыскал его карманы, выудил только незаряженный "Макаров" и вонючую самокрутку и, хмыкнув, направился к следующему посту. Однако звук выстрела переполошил всю Ипатьевскую – станцию хоть и бедную, но по сравнению с Комсомольской почти престижную. На пятидесятом метре Ковальски встретили два мощных прожектора и отряд из шести дюжих бойцов с "Калашниковыми" наперевес.

Самый рослый из них – в сером камуфляже и настоящем кевларовом шлеме – выступил вперед и рявкнул:

– Бросить оружие, руки на затылок!!! Мы будем судить тебя по законам Метро!!!

Лязгнули шесть затворов. Каким бы недалеким не был Ковальски, но даже он сообразил, что с таким отрядом ему не справиться. Он решил сблефовать.

– Ладно, парни! Извините, что грохнул вашего друга! Я кладу пушку, и ухожу, идет? – Ковальски бросил автомат, который грохнулся о рельс с непередаваемо тоскливым звуком.

– Главный закон Метро – око за око, зуб за зуб!!! – гаркнул десантник в кевларовом шлеме. – Тебя ждет смерть!!!

– Нет, нет, мне нужен фильтр, фильтр...! – истерически залепетал Ковальски, и его вскрик оборвался на полуслове. Тьму Метро пронзили шесть выстрелов.

***

– Доложите об инциденте. – Майор Купцук – начальник Ипатьевской – был грузным, разжиревшим от свиных шашлыков человеком с повадками коррумпированного милиционера. Те законы, которые он установил на станции, были просто бандитскими, но его персональная армия из вышколенных бойцов не только держала в страхе всю Ипатьевскую, но и почти что подмяла под себя слабовольную Картыжовскую.

Начальник второго поста снял с головы кевларовый шлем и обнажил полысевшую неровную голову. – Сержант Инкин докладывает. Нарушитель пытался силой прорваться сквозь кордон. На первом посту тремя выстрелами в тело уложил постового Симеонова. Согласно закону Метро, нарушитель был обезоружен и казнен на месте. – В знак того, что доклад окончен, сержант отступил на шаг и снова надел свой шлем.

– Что изъяли? – устало спросил майор.

– «АК-47» – одна штука. Патроны – пять штук. Мясо – одна штука. Граната ручная – одна штука, – пробубнил Инкин из-за шлема. – Да, товарищ майор, перед смертью нарушитель кричал что-то про фильтр... что ему нужен какой-то фильтр...

– Ладно, разберемся. Отдыхай, сержант. – Майору было недосуг разбираться в бредятине какого-то психа. Ему нужно было ужинать.

Тем временем Инкин все никак не мог выбросить из головы услушанное от убитого. "Фильтр, фильтр..." – все время крутилось у него в голове. Самым умным человеком на станции был Меловский – старый баллистик, за годы жизни в Метро отлично изучивший химию и устройство этого подземного Ковчега. Инкин решил, что тот сможет ему хоть что-то объяснить.

– Товарищ Меловский... – неотесанный Инкин все время робел перед умным и интеллигентным Меловским, у которого, в отличие от большинства жителей Метро, было имя и отчество: Эраст Константинович.

Когда Инкин вошел в его палатку, Эраст Константинович с неудовольствием посмотрел на нежданного посетителя. Однако во взгляде десантника сквозила такая тревога, что догадливый Эраст Константинович понял: случилось что-то очень серьезное.

– Что Вы хотели, голубчик? – Меловский был само внимание.

– Мы тут... устранили одного нарушителя... Он что-то говорил про фильтр... ему был нужен какой-то фильтр... Может, Вы знаете... ну зачем какому-то бродяге такая вещь?!

– Ну что ж, – пошамкал губами Эраст Константинович. – В Метро используются фильтры самых разных типов, но этому несчастному был нужен, очевидно, только один... Итак, фильтр для очистки воды. Вещь важная, и почти все они уже засорены, так что все мы сейчас пьем отравленную – в той или иной степени – воду. Вряд ли он стал бы рисковать ради него. Анти-радиационный нательный фильтр, гм... Но его используют только профессиональные сталкеры, которые проводят на поверхности больше времени, чем в Метро. За такую вещь можно даже умереть, но... в наших краях такой штуки быть не может – не тот уровень, низковато летаем! – Меловский было по-стариковски засмеялся, но тут же себя одернул. – Боже мой! Фильтр для очистки воздуха! О, Боже! Ему был нужен именно он!! Я знал, что рано или поздно это начнется!!! Что же нам теперь делать, о, Боже мой!

Меловский начал в отчаянии бегать по палатке, а Инкин от непонятного страха спросил почти неслышным шепотом:

– А что... что-то случилось?

– Да! Да!!! Фильтры, которые очищают от радиации воздух, начинают выходить из строя!!! Но уровень радиации на поверхности еще не позволяет дышать неочищенным воздухом. Вода – да, вода отравляется, но это все мелочи, это еще можно пережить, но вот воздух! Мы будем травить себя ежесекундно! Если отравленный воздух просочится в метро, нам всем конец! Мы умрем в считанные дни, максимум – в неделю!

Меловский бросился на потрепанную раскладушку. Инкину страшно захотелось пить, но вместо этого он просипел:

– А что делать-то?

– Надо, надо найти фильтр... За нами – только одна станция, Комсомольская, значит этот несчастный пришел оттуда... Неудивительно, что он так рвался к нам... Или нет! Точно! Единственное место, где мог сохраниться пригодный к замене фильтр – это Метро-2! По моим данным – хотя это всего лишь легенды – на Белорусской есть заваренный вход туда. Сделаем так. Я пойду к Купцуку и обрисую ситуацию. Дам тебе карту туннелей с указанием, где заваренный выход в Метро-2... Дам примерную карту самого Метро-2... Эх, пошел бы я с тобой, да стар уже для таких переходов.

Инкин ошалевшими глазами глядел на разволновавшегося старика. Похоже, что ему предстояло пройти через четыре зараженные станции, да еще и потратить кучу времени на поиски секретного хода, что почти наверняка закончится его гибелью – уж больно много страшных историй он слышал об этом Метро-2.

Пока Инкин размышлял в таком духе, Меловский успел вернуться от Купцука, который принимал его в любое время дня и ночи – старый ученый был человеком воистину незаменимым и весьма полезным для станции. Старика что-то явно обескуражило.

– Так, так… Из-за этого свиного гриппа ты не сможешь пройти даже на Картыжевскую… Дай-ка карту… Так… Минутку… Ага!

Запутавшийся в междометиях ученого Инкин уже было хотел спросить напрямик, как же ему добраться до Белорусской, если кроме как по туннелю туда никак не попасть, однако Меловский поставил его в тупик своим новым предложением.

– До того туннеля перегон всего в шесть километров! По поверхности ты доберешься туда всего за час!

– По поверхности? – Инкин позеленел. – Но там же мутанты… жуткие твари… радиация…! Да я там и не был ни разу!

– Ну что ты, как маленький? Купцук тебе пулемет выдал и бронежилет, у меня со старых времен пара противогазов сохранилась – между прочим, последняя разработка довоенных времен – с улучшенными фильтрами… Вот карта Москвы. – Скрюченный палец Меловского переместился вдоль путей метро. – Тут идти практически по прямой, вдоль жилых домов. Есть тротуар и проезжая часть, есть где спрятаться от чудовищ… Наверху сейчас пять часов утра. Ночные твари уже неактивны, а дневные еще не проснулись. Так что надевай свой шлем, противогаз и бронежилет, и в путь. В Метро-2 ориентируйся по ситуации. Обратно вернешься тем же путем, так что придется тебе просидеть в перегоне до следующего утра…

Инкин не двинулся с места. Он понимал, что его посылают на верную гибель, и первый же шаг по поверхности может оказаться для него последним.

– Так-разтак! – заорал вдруг Меловский. – Невыполнение приказа!! Под трибунал…!!!

В волнении Инкин совсем забыл, что Меловский не просто мирный старикашка, а второй человек на станции, имеющий право казнить любого за малейшую оплошность. Через пять минут сержант был полностью готов выйти на поверхность и с напряжением слушал, как два дюжих десантника с трудом отворачивают гермоворота во внешний мир.

***

Смотреть на рассветное солнце без темных очков было невыносимо больно. Инкин забыл нацепить их в метро, и теперь судорожно шарил в карманах в поисках спасительных стекол. Неуклюже надев их поверх противогаза, сержант осмотрелся вокруг. Улица была в довольно хорошем состоянии. Рядом со входом на станцию был припаркован потрепанный временем, но почему-то нетронутый людьми бензовоз. На некоторых магазинах уцелели вывески, а в высотках напротив даже сохранились целые стекла – Инкин был слишком неопытным сталкером, чтобы понять, что здесь что-то не так. Шоссе не загромождали сгоревшие остовы машин, а на тротуаре не было ни одного мумифицированного жарой трупа. Инкин осторожно двинулся вперед, поминутно поглядывая на карту Меловского.

Через сотню метров он почувствовал, как что-то приближается – что-то страшное, шуршащее, большое и злое. Из-за нетронутых временем высоток на него надвигалась огромная членистоногая тварь, похожая на гигансткого ракоскорпиона. На каждой из его четырех голов шевелились длинные щупальца с острыми шипами на концах. Из каждой пасти вырывался высокий и ломкий звук: «И-и-и-и-и!». Сержант глухо закричал в противогаз и бросился назад ко входу на свою станцию, однако чудовище было быстрее. Одним прыжком оно преодолевало пару десятков метров и через несколько секунд выросло перед Инкиным во весь свой пятиметровый рост. Инкин нажал на гашетку пулемета, и, почти не целясь, начал отсупать влево – к тем самым зданиям, из-за которых и появился монстр.

Пули стучали по панцирю, как по металлической пластине, однако несколько выстрелов угодило в одну из разверзнутых пастей чудовища. Монстр взревел еще громче, и уже приготовился прыгнуть на Инкина, когда тот вспомнил о гранате нарушителя – она все еще лежала в боковом кармане комбинезона. Сержант выдернул чеку и забросил ее в ближайшую пасть. Грянул взрыв, и красно-коричневые ошметки от головы чудовища разлетелись на добрые двадцать метров.

Монстр пошатнулся от сильнейшего удара и повалился не бензовоз, сминая некрепкую сталь. Сержант понял, что это его последний шанс. Он выстрелил по прохудившейся цистерне и бросился на обочину, спасаясь от сильнейшей ударной волны. Предсмертный вопль чудовища потонул в реве нового взрыва и шипении пламени, асфальт уходил из-под ног, и Инкин почувствовал, как проваливается куда-то вниз; как по шлему стучат мелкие осколки и куски асфальта, и как наполняется жаром и без того горячий воздух.

К удивлению самого Инкина, он не потерял сознания, и даже пулемет был все еще при нем. Комбинезон был прорван в нескольких местах, и из открытых ран текла кровь.

– Так-разтак, – сказал сержант и принялся обрабатывать раны какой-то едкой гадостью из аптечки Меловского. Выход на улицу был слишком высоко, и добраться туда без веревки было просто невозможно. Сначала Инкин подумал, что находится в каком-то огромном котловане, но оказалось, что он провалился в неизвестный ему тоннель. Его правый конец был завален взрывом, и сержанту не осталось ничего, кроме как двигаться в левую часть таинственного перегона.

– Может быть, это и есть Метро-2?, – думал Инкин, зажигая фонарь и осторожно продвигаясь по туннелю. Перегон был пуст и неестественно чист – даже крысы куда-то подевались. Через полкилометра туннель вывел сержанта на маленькую станцию. На грубой бетонной стене были аккуратно выведены белые трафаретные буквы: "Покровская-Центр (Метро-2)". Инкин чуть не заорал от радости. Оставалось только найти служебное помещение, пробраться в "сектор фильтрации", как называл его Меловский, и аккуратно открутить фильтр для очистки воздуха – его схему Меловский также предусмотрительно начертил неискушенному в технике сержанту.

Пудовая дверь в недра станции оказалась заперта на замок, который Инкин расстрелял из пулемета. Все служебные помещения станций были спроектированы одинаково, и сержант заблудился всего пару раз, но успешно возвращался в нужное место благодаря карте Меловского. Открутить фильтр оказалось делом двух минут, но как вернуться на Ипатьевскую или вообще в Метро, Инкин не знал. По его расчетам он должен был быть неподалеку от Комсомольской или вообще за ней. Сержант пошарил фонарем по стенам и наткнулся на небольшое углубление с лесенкой. Выстрелив пару раз для проверки, сталкер с трудом протиснулся в узенькую шахту и стал спускаться по лесенке – хрупкая сталь обломилась, и он полетел вниз, крича и ударяясь о бетонные выступы.

***

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – приземление Инкина получилось очень жестким и неожиданным, что-то хрустнуло, и сержант почувствовал, что лежит на холодном и мокром рельсе, а его нога неестественно вывернута.

– Кто здесь?!!! Кто здесь орет?!!! – испуганно закричали из темноты.

– Я в Метро?!!! – заорал Инкин в ответ. – В Метро?!!! А-а-а-а-а-а, люди! Я сержант Инкин!!! С Ипатьевской!!!!!

– С какой еще Ипатьевской?! – спросил другой голос – более низкий и уверенный. – Ипатьевская в другой стороне, милок! Антоха, давай! Всех, кто приходит слева – мочить!

Застрекотали автоматы. У нападавших не было даже свечи, и они стреляли наугад, по голосу. Но направление у них было пристреляно точно, и сержант понял, что через пару секунд все будет кончено.

– Фильтр!!!! Я принес Вам фильтр!!!! Я при… – пули прервали Инкина на полуслове.

– Какой фильтр?!! Харе, харе, Антоха! Неужели это мы Ковальски…. – голос испуганно замолчал. – Так, Антоха, беги за свечой на станцию. И Шефа позови, тут у нас ЧП по всем статьям.

Через пять минут в туннель прибежали Шеф и пара крепких парней с "Калашниковыми" и охапками свечей наперевес. Шеф подошел к неподвижно лежавшему Инкину и стащил с него противогаз.

– Ну какой еще Ковальски?! Что вы мне голову морочите! – заорал он на Антоху и его уверенного начальника. – У меня и так забот обо всем Метро…

– Он… он сказал, что у него с собой фильтр… – обиженно процедил начальник поста.

– Фильтр? – Лицо Шефа вытянулось и осветилось изнутри одновременно. – Обыскать!

Постовые быстро выудили из карманов Инкина все, что там было. В нагрудном кармане комбинезона лежал новехонький фильтр для очистки воздуха с маркировкой «Метро-2-усиленный». Шеф прижал фильтр к груди и посмотрел на камуфляж мертвого сержанта.

– Так… кажется наш гость – военный с Ипатьевской. Он нам нес фильтр, а мы его грохнули. Нехорошо, нехорошо… – Шеф покачал головой. – Куда же девался Ковальски? Может, и на Ипатьевской кое-кого грохнули? – Шеф спрятал фильтр в карман и отряхнул руки. – Ладно! Фильтр у нас, и это главное. А на ипатьевских нам плевать – мы спасли все Метро! О нас легенды слагать будут! – он засмеялся и быстрым шагом направился к станции. На полпути он остановился и крикнул не знавшим, куда деваться, постовым:

– Этого – в печку! Око за око, зуб за зуб!

2010

Иллюстрация: wall.alphacoders.com






Автор поставил запрет на добавление комментариев

Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 12
© 03.09.2022г. Павел Красин
Свидетельство о публикации: izba-2022-3380106

Рубрика произведения: Проза -> Антиутопия










1