Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Геннадий Власов: Как в СССР радиорепортажи делались



Геннадий Власов: Как в СССР радиорепортажи делались
­­­ ...Естественно, что мчаться в парк на репортаж, да ещё бегом было смешно.
Журналист Владимир Кульманов солидно прошел в редакцию «Огней вех», где был внештатным автором, за гонораром, пообщался с ответственным секретарем Ю. Савковым, выправил у него необходимые бумаги и взял вялым штурмом кассу. Затем журналист поднялся в бар телерадиокомитета – для утреннего усугубления положения дел.
Вообще-то Владимир мог сделать этот репортаж и прямо в баре – поговорить на разные голоса, побренчать вилками в микрофон, создавая шум ремонта и наладки, в крайнем случае написать отклики посетителей нового аттракциона на бумажку и дать прочитать их привычным ко всему подобному бармену Анатолию и кухрабочей - официантке Илонке. Однако делать этого журналист не стал. Владимир знал себя и свой организм очень хорошо – стоило задержаться в баре на лишние полчаса, как вся творческая работа плавно перейдет в бесконечные встречи знакомых, дальнейший разгул и, как логическое завершение, утерю магнитофона «Репортер-3».
Журналист заказал себе 150 грамм хлебного вина, бонусом взял сосательную конфетку «Взлетная» и попросил включить «Uriah Heep» - негромко.
Однако к набору Илонка принесла обязательный здесь кофе. И отказаться не было никакой возможности – существовал категорический приказ председателя гостелерадиокомитета любой спиртной напиток (даже пиво) выдавать журналистам непременно с отрезвляющим и дорогим кофе. Подобное сочетание, по мнению администрации, облагораживало и дисциплинировало застолье – с дымящимися чашечками вид у всех сидящих был творчески-интеллигентный, да и нажраться на три рубля становилось весьма затруднительно…

…Парк культуры и отдыха имени М.Горького был любимым местом отдыха горожан в любое время года. Поэтому даже сейчас, в собачьи холода повсюду – на деревянных лавках и на заснеженных тропинках, в черных кустах и под гипсовыми пионерами сидели и валялись пьяные покойники с заиндевелыми ушами.
По разметённым асфальтовым дорожкам ходили мрачные милиционеры с лиловыми носами и периодически собирали жертв социалистического Бахуса.
Усопшие нехотя пытались воскреснуть, недальновидно ругали представителей власти, куражливо мычали первые строчки песен «Арлекино» и «Трава у дома», словом, всячески кривлялись.
Кульманов, насторожено дыша носом, прошёл мимо этого фрагмента всесоюзной борьбы.
Гигантское колесо, горизонтально раскинувшись, ждало, предвкушая.
У свежепокрашенного павильона с транспарантом «Премьера! Полет в никуда и обратно!» было немноголюдно. По заснеженной площадке озабоченно перемещалось несколько озябших фигур, в основном, мужчин. По их бодрым технологическим междометиям и бесцельной переноске бренчащих заиндевелых инструментов стало ясно, что пуск колеса возможен с минуты на минуту.
Женщина была одна – пригорюнившаяся пожилая билетерша. Вид решетчатого игрового сооружения пугал ее своей грандиозностью и ясной перспективой будущих скандалов с нетрезвыми любителями скоростного горизонтального обозрения.
Кульманов, наскоро познакомившись с озябшими, быстро обежал объект, называвшийся официально: «Колесо игровое, горизонтального вращения ТДИ-14-вс» и прикинув, каким будет репортаж, споро набросал предварительные заголовки и для параллельной газетной заметки:
- «Вертокрут ХХ века»
- «Ветер в лицо!»
- «Им покоряется ветер»
- «Полет со смелостью»
- «К горизонту – против ветра!»
- «Для крепких нервами!».
Потом подозвал в затишье за будочку главного инженера парка товарища Цицера, и, дыша на него, внезапно затосковавшего, нерабочими парами, объяснил суть дела.
Четыре раза прорепетировав, написав кое-что шпаргалочное на бумаге, заставив замерзающих до обморока мастеровых стучать молотками по гаечным ключам, изображая наладку, а печальную билетершу и забежавшего от милиции в павильон веселого оборванца-алкоголика говорить на разные голоса: «Вот это колесо!.. Хорошее колесо!.. Где купить билеты?.. Покупайте билеты!..», озвучивая тем самым многотысячную толпу фанатов скоростного горизонтального вращения, Кульманов профессионально и оперативно создал с «черновым» монтажем свой первый 40-рублевый шедевр.
Теперь осталось последнее – прослушать репортаж через микрофон - «Репортер-3», лишённый по непонятным причинам встроенного динамика.
- Хотите послушать? – спросил журналист и подал Цицеру микрофон, набитый буратиньими голосами.
«Продолжаем наш выпуск. А сейчас я, журналист Владимир Кульманов, веду свой репортаж из парка культуры имени классика нашей литературы Максима Горького. Сегодня в парке праздник – через несколько минут здесь сделает дебютный оборот принципиально новый агрегат еще одного отечественного аттракциона – 20-ти тонное, 15 метровое грандиозное колесо горизонтального обозрения ТДИ -14-вс… Вы слышите, как звучат финальные аккорды наладки… Толпы празднично одетых людей, пришедших сегодня целыми семьями на этот праздник смелых, станут свидетелями, и, не побоюсь этого слова, участниками массового… забега… нет… заплыва… нет… закрута… а лучше - раскрута… колесом!.. Видите, даже новое слово появилось вместе с этим увлекательным аттракционом! Вот сейчас ко мне внезапно подошел главный инженер парка Евгений Иванович Цицер. Евгений Иванович, расскажите нашим радиослушателям, что сейчас здесь происходит?..
- У нас сегодня праздник!.. Через несколько минут сделает дебютный оборот грандиозное колесо горизонтального обозрения ТДИ -14-вс!..*
- Очень хорошо!.. А можно узнать его размеры?
- Это принципиально новый агрегат еще одного отечественного аттракциона – его вес 20 тонн, диаметр – 15 метров!
- Вот как?.. И как скоро произойдет пуск?
- Через несколько минут!.. Вы же слышите финальные аккорды наладки?… Да и толпы празднично одетых людей пришли сюда целыми семьями… Будет праздник смелых!..
- Отлично! Поздравляю вас с первым раскрутом!..
- Большое спасибо!..»
- Ну вот, и все… – совсем по-хирургически сказал Кульманов, отнимая от теплого уха главного инженера Цицера морозный микрофон.
Изумленный своим комариным и толковым выступлением, а главное – волшебной быстротой рождения журналистского шедевра, Цицер несмело кашлянул трезвым паром и предложил:
- А дебютно прокатиться… первым в истории… не желаете?..
- Желаю!.. – согласился любивший все бесплатное Владимир – А не страшно будет?..
- Детский аттракцион!.. – беспечно махнул рукой Цицер, и приблизившись к журналисту, вполголоса веско произнес:
- Вот в журнале «Америка»… я недавно читал… там, у них в Америке есть так называемые «рашен горки»… Скорость доходит до 50 км!.. В час!.. Опасно для жизни!.. Никто не решается садиться.. Только если под ЛСД.. Или решает самоубийством покончить.. Обычно – это безработные негры!..
- Вот сволочи… Что делают… - равнодушно оценил американскую тягу к сомнительным развлечениям Кульманов. – Так куда залезать, товарищ главный инженер?..
За Кульмановым, с криками: «Пресса!» в колесо нахраписто влез и давешний алкаш. Он по-свойски подмигнул журналисту, невнимательно слушавшего инструкции и встал напротив, раскинув хмельные руки по решетчатой стенке колеса.
Агрегат закрыли.
Включили музыку. «А вокруг - голубая, голубая тайга… - запел бархатистый баритон.
Загорелись гирлянды разноцветных лампочек, сразу побледневших на морозе.
Стало интересно.
Давешний алкаш, а ныне горизонтальный спутник, вновь подмигнул Владимиру, достал из обледенелых штанов бутылку и хлопнул половину из горлышка.
- Давай, журналист?.. Для полета?.. Что б не лететь с одним крылом?..
Кульманов вяло отказался. Он посматривал с тревогой вниз, где у тумбы управления, уверенно положив руки на рычаги, стоял гордый Цицер. Тот, встретившись глазами с журналистом, ободряюще тоже подмигнул, и крикнул кому-то:
- Давай что-нибудь по-ритмичней! Он у нас быстро поедет!
В музыкальной будке скрипнула на весь парк игла по пластинке. Запрыгало:
«Вдруг .. как.. в сказ.. ке.. Скрип.. нула.. дверь»
Колесо дёрнулось, звякнуло металлическими сочленениями и поехало.
Вова положил сумку на пол и широко расставил ноги.
Волосы всколыхнуло зимним ветром.
Моментально захмелевший спутник крикнул что-то матерно - радостное.
Первый оборот журналист прошел довольно быстро, внимательно и горизонтально обозревая все проплывавшее вокруг: напряжённых озябших наладчиков, затем билетершу с открытым ртом, затем быстрый ряд синего штакетника, затем набитую отдыхающими пивную будку-павильон с зимним подогревом пива из чайника, затем три ёлки, затем морозную группу из скульптурно замёрших на мгновение двух милиционеров, бьющих ногами по валяющимся в снегу очередным заиндевелым ушам, затем четыре ёлки, затем Цицер на рычагах, затем вновь напряжённых озябших наладчиков…
- Как? – спросили снизу.
- Да что-то слабовато… - куражась, ответил Кульманов.
- Не халтурь, добавь газу! – поддержал его пьяный напарник. – Поддай!.. Корреспондентам – жалеешь?..
От наладчиков тоже хрипло крикнули:
- Товарищ Цицер! Вдуй журналистам, чего там… Ставь им шестую скорость!..
Цицер вдул.
Колесо заверещало и понеслось.
Волосяную гриву Кульманова отнесло назад встречным плотным потоком воздуха, наполненного снежинками и фрагментами странных криков противоположного алкаша.
Лилась песня.
Перед глазами встала сплошная полоса размазанных ёлок, сплющенных людей, скульптурных милиционеров, пивных будок и гордых Цицеров за рычагами.
Тело, будто ударом гигантского молота вбитое к решетчатой стене колеса, потеряло всяческую чувствительность.
Вернулась утренняя морская болезнь.
После первого её приступа журналист жалобно закричал:
- О!..ООООООООО!...О!..О!..О!...ОООООООООООООО!.......
Внизу из-за снежной круговерти слышно было плохо.
- Чего он там кричит-то? – крикнул Цицер. – Нравится?..
- А то!.. – ответили из толпы наладчики. – Добавляй журналистам крутяжа!.. В двенадцатую переходи!…
Цицер перешел.
Колесо вскрикнуло нутром, (позднее очевидцы утверждали, что это было ржание) и резко махнуло вперед.
Кульманова вдавило и растопырило. Из сумки вытянуло белой метелью бумажные листы и коричневый шлейф табачной пыли. Бриллиантом вылетел и сверкнул алмазной крошкой разбившийся стакан.
Взглянув на противоположного напарника, журналист увидел только кричащий рот в комете развевающихся лохмотьев. От кометы периодически отлетали пуговицы и папиросы «Памир».
- Ты того… Иваныч… чуть, наверное, ослабь… - вновь крикнули советом наладчики - что-то там, у журналистов, кипеш какой-то…
Цицер дернул и сломал нужный рычаг.
Наладчики, разом заматерившись, побежали к побледневшему главному инженеру.
От мотора пошёл церковный дым.

Вспыхнули и взорвались лампочные гирлянды, обсыпав стеклянной разноцветной скорлупой всех участников дебюта.
Присутствующие закричали, уже всерьез пугаясь происходящего.
- Отключай весь парк!.. Разбегайсь!.. – рявкнул Цицер и убежал в зимнее пространство.
Стробоскопически мелькая черной курткой, похожий на разбитую дробовым выстрелом ворону, в бешеном вихре носился по бесконечному кругу Владимир Кульманов, то и дело улетая желудком в никуда и обратно. С противоположной стороны доносился сдавленный поросячий визг - напарника уже давно сбило с ног, перевернуло и поставило на пьяную голову.
Внезапно колесо ухнуло, оглушительно крякнуло и, оторвавшись от основания, стремительно вращаясь, полетело вперед, гигантской круглой бритвой срезая штакетник, елочки, и замерзших гипсовых пионеров.
Гулко ударившись в фундамент пивного ларька, сбросив на пол пивные кружки, растерзанную воблу и подогревающихся посетителей, оно встало на ребро и покатилось прочь от страшного аттракциона.
Проехав около пятидесяти метров, колесо вкатилось на замерзший парковый пруд и, проломив лед, ушло в темные вонючие воды.
Вылетевшие в попутный сугроб Кульманов с подельником по горизонтальному несчастью, медленно приходили в себя.
В наступившей кладбищенской тишине тягостно крикнула ворона.
- Живыематьвашу? – донеслось, наконец, от разгромленного пивного павильона. – Если живые – рукой махнитематьвашу!..
- На помощь!… – со слезой вскрикнул Кульманов.
- Не… мы крови боимся… - после долгой паузы опять откликнулся павильон. – Отмашку давай!..
- Махаем!… махаем!.. – ожил под снегом растрепанный алкоголик. – Корреспондент!.. Махни им – а то у меня вроде как и руки отлетели… И насчет пива – махни!.. Пусть отольют… на раскрут души…
Радиожурналист Кульманов встал на дрожащие четвереньки, открыл залепленные снегом глаза и закрученный обморочным продолжающимся кошмаром, вновь упал в сугроб.
- Ну, бляха - муха… - расстроился алкаш. - Интеллигенция называется… Ни украсть тебе, ни покараулить… Ни выпить – ни закусить… Во!.. Весь Центр полетов сюда бежит!.. Для встречи на родной земле!..
Вздымая перепуганными ногами снег, по парковой целине к павшим бежали товарищ Цицер со товарищи. За ними неспешно трусили с лоснящимися носилками наперевес, привычные ко всему фельдшеры местного медпункта. Последним неторопливо шел усиленный милицейский патруль в натруженных сапогах...

* Автор благодарит известного кинорежиссера и давнишнего друга Сергея Русакова за представленные в 80-х годах ХХ века технические данные злополучного колеса

Автор: Геннадий Власов

https://www.chitalnya.ru/work/3356463/







Рейтинг работы: 10
Количество отзывов: 3
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 36
© 29.07.2022г. КЛиК
Свидетельство о публикации: izba-2022-3357146

Метки: чёртовоколесо, репортаж, ссср, рассказ, геннадийвласов, клик, избачитальня,
Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Николай Данилин       12.08.2022   02:52:48
Отзыв:   положительный
Непокоренный вертокрут
Над прессой круто посмеялся
И, провалившись в грязный пруд,
Сказал: Как ветер? Покорялся?
Для крепких нервами полет,
А ваши, видимо, не очень,
Народ пошел совсем не тот,
Вот раньше ... дальше многоточье ...

Улыбнулось. Спасибо автору.
Александр Попов       30.07.2022   09:08:32
Отзыв:   положительный
Да, уж! Весёлое, мистическое и ностальгическое в одном флаконе.
Ales       29.07.2022   23:35:09
Отзыв:   положительный
Благодарю Вас за интересный рассказ.









1