Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

22 июня 1941 - стихотворения поэтов (Первый день войны)


22 июня 1941 - стихотворения поэтов (Первый день войны)
­22 июня

Июнь. Россия. Воскресенье.
Рассвет в объятьях тишины.
Осталось хрупкое мгновенье
До первых выстрелов войны.

Через секунду мир взорвётся,
Смерть поведёт парад-алле,
И навсегда погаснет солнце
Для миллионов на земле.

Безумный шквал огня и стали
Не повернётся сам назад.
Два «супербога»: Гитлер — Сталин,
А между ними страшный ад.

Июнь. Россия. Воскресенье.
Страна на грани: быть — не быть…
И это жуткое мгновенье
Нам никогда не позабыть…

Д. Попов



Июнь. Рассвет. Река изломом.
Туман над лесом. Тишина.
Снаряд. Разрыв. И с неба громом:
«Сегодня началась война...»

Нельзя сказать: «Ее не ждали...»
«В нее не верили...» — точней.
С Москвы на дачи выезжали,
В реке ловили окуней...

Толпа растерянно стояла,
Галдели громко пацаны,
Будил всех голос Левитана:
«Без объявления войны...»

Мне скажет кто-то — все не ново,
Давно не та уже страна.
Но в памяти живут три слова:
«Сегодня началась война...»

Д. Попов


22 июня

Ликует утро… И ясны,
Прозрачны солнечные дали.
Сегодня — первый день войны...
Хоть мы о том ещё не знали.

Но скоро мир волшебных снов
Уйдёт в туман воспоминаний.
Уже приподнят тайный кров
Над бездной горя и страданий.

И мы пошли сквозь вихрь смертей,
Через огонь, разор и беды…
И много-много долгих дней
Нас отделяло от победы.

Е. Груданов



22 июня

Этот день не забыть.
Этот день навсегда
В нашу память вошел
Раскаленным осколком.
…Было чудное утро.
Заря, как слюда,
Серебрилась над серым
Пустынным проселком.

И когда за рекою
Верхушки берез
Обожгла докрасна
Орудийная вспышка,
Дав России сигнал,
К карабину прирос
Из глубинки тверской
Пограничник-парнишка.

За спиною — страна:
Ширь лесов и болот,
В городах — тишина,
Там ни дыма, ни гари.
Торопился Курчатов
Ядро расколоть,
Видел звездные сны
Семилетний Гагарин.

А в секрете
Послушные пальцы бойца
Торопясь,
В магазин загоняли обойму.
Он собой заслонил
Наши с вами сердца
И упал в задымленной
Принеманской пойме.

И под ним
Обагрились ромашки,
Как мак,
Тонко звякнули
Гильзы пустые.
Но уже по тревоге
Вставала Россия,
Занося для удара
Свинцовый кулак.

Словно рана в груди,
Наша память болит,
Хоть и время летит
Реактивною птицей…
День войны!
Никогда он не будет забыт.
Но важнее —
Не дать повториться.

Б. Яроцкий



Тот рассвет

В который раз я вижу тот рассвет —
Прекрасный и невинный, как невеста...
И матери моей всего семнадцать лет,
И дышат жизнью все солдаты Бреста.

В который раз я вижу тот рассвет
В кино, с телеэкрана, в строгой книге...
Меня тогда «в проекте» даже нет,
Но жизнь моя сокрыта в этом миге.

В который раз я вижу тот рассвет,
Расстрелянный стервятником кровавым.
О, сколько в нём истерзанных невест,
Вовек неназванных священным
словом мама!

В. Архангельский



За восемь часов до войны

Цветущий июнь сорок первого года.
Играет оркестр духовой.
В безмолвном восторге затихла природа
— У школьников бал выпускной.

Танцуют мальчишки, танцуют девчонки
— Вчерашние дети страны.
Под звуки мелодии смех слышен звонкий,
За восемь часов до войны.

Все девушки в платьях из тонкого ситца,
Расцветка — от летних полей,
Как хочется всем им сегодня влюбиться
В красивых и статных парней.

А их одноклассники в белых рубашках,
Значок ГТО на груди,
Цветы полевые в нагрудном кармашке
— Ромашка и пара гвоздик.

То скромный подарок девчонки — подружки
— Прощанье со школой родной.
Блеснула слеза на глазах у девчушки
— Как жаль расставаться порой.

Мечтают ребята, что будут когда-то
Как Чкалов, летать в небесах,
Сжимая штурвал ястребка-самолёта,
В полёте творить чудеса.

Не знают мальчишки, что враг уже рядом,
Что Родине завтра нужны…
И кружатся в вальсе прекрасные пары,
За восемь часов до войны…

Г. Веденеев



22 июня 1941 года

Вздыхает ночь, блистает звезд краса,
Кругом сияют радостные лица,
Влюбленных пар густая вереница
Взирает беззаботно в небеса...

Мечты, минуты жарких объяснений,
Прощенья, оправдания, восторг,
Советы тех, кто в жизни знает толк,
Уроки предыдущих поколений...

Не думали, не ведали, не ждали,
Что с треском разорвутся небеса,
Ослепнут в смерче огненном глаза,
Обуглятся березовые дали.

От взрывов содрогнутся недра гор,
В крови невинной речка захлебнется,
И нить счастливых жизней оборвется,
Испуганно замолкнет птичий хор.

От свастик почернеет белый свет,
От воплей встанет дыбом лес дремучий,
И скользкий гад коричневый, ползучий
Кольцом сожмет теченье зим и лет.

Кого-то смерть сразит в родных краях,
Кого-то пуля встретит на чужбине,
Кому-то повезет, но будет ныне
Влачить свой путь на черных сухарях.

Бледнеет ночь, тускнеют звезд глаза,
Но светятся доверчивые лица:
Влюбленных пар густая вереница
Не знает, что приблизилась гроза.

С. Васильев



Утро 22-го 1941 года

Ещё чуть-чуть. Минуты до рассвета,
Наступит вскоре самый длинный день,
Который не забудет вся планета...
Ночь поспешила, промелькнув, как тень.

Затихло всё. Как чувствует природа:
Вот рассветёт, и всё пойдет не так...
Короткий миг остался до восхода,
И столько же до яростных атак.

Всё притаилось, ясно понимая —
Последний шаг остался до войны...
Вот первый луч, а тишина такая,
Что и полеты бабочек слышны.

А. Сидоровнин



22 июня

Дыма черная десница
Распростерлась над землей,
На полях горит пшеница,
Разъярив июньский зной,

Суетливо птицы кружат
Над расстрелянным селом,
Будто панихиду служат,
На восход крестясь крылом,

Едкий дух застывшей боли,
Сон кошмарный, — нынче быль,
Жаждет свежей русской крови
Змей стальной, утюжа пыль,

Сбиты главы у собора,
В грозном, приторном чаду
Древний Спас взирает скорбно
На тевтонскую орду,

Страшной карой за безверье
Русским новая война,
Выпить чашу искупленья,
У которой нету дна,

Гарью горизонт замаран,
До победы путь далек,
Сатанинская армада,
Выполнять веленье ада
Марширует на восток.

С. Байбара



Июньская память

Века ушедшего — остов стальной.
Чья-то в архивах укрылась вина…
Белые платья, и бал выпускной,
Звёзды в ночи. А наутро — война!..

Утро июньское грянет грозой,
Взрывы войны разобьют тишину.
С маршем Агапкина, с женской слезой
Время отправит солдат на войну.

…Может быть, кто-то не помнит уже
Дрожь похоронок и плачи навзрыд…
Вновь открываются раны в душе —
Молнией боль от июньской грозы.

Всех, кто отрёкся от этой войны,
Кто исказил её подвиг и суть,
Дети и внуки великой страны
В это июньское утро клянут!

К тем возвращается в клятвы словах
Ненависть жён, матерей и невест.
Кто оскорбил победителей прах —
Прокляты временем будут навек!

Н. Цурикова




22 июня 1941 года


Прежняя жизнь ушла во «вчера».
Звать ее будем теперь «до войны»...
Отчиму мать: «Ведь они — детвора,
Неужели возьмут?» — «Ну, ему — не пора,
За год же фашистам мы спустим штаны!
Здесь не Европа, чтоб им подфартило,
Не на такой напали народ!
Узнают, сволочи, как свиное рыло
Совать в советский наш огород!» —
«Ты говорил, что у них тоже сила...»
(Отчим в Германии был в плену,
Там его било, ломало, месило, —
С тех пор чахотка пристала к нему).
«Слов нет, конечно, — огромная сила,
С папами, с финнами их не равнять!
Если тогда миллионы скосило,
То...» — Кашлем зашелся, взглянув на мать.
«Я не о том ... Мы — российского рода!
Русские прусских били всегда!
Нашего им не осилить народа,
Как бы ни тщилась фашистов орда!»



22 июня 1941 года

Над Ярославлем — чудо-погода:
Солнце с утра,
Ни облачка в небе, ни ветерка,
И, как всегда, в дни подобного рода,
Мы всем двором смылись враз со двора.
И, как всегда, по воскресеньям,
На площади Челюскинцев играли в футбол.
И, как всегда, лучший из нападения,
Сергей Смирнов вбил отличный гол!
И, как всегда...
Но вдруг из репродуктора,
как шквальная волна,
Обрушилось на площадь:
«Война!»

«Война?!».
А как же «Заявленье ТАСС»?
Прошла всего неделя?
Или бездумно успокаивали нас,
Иль ублажали зверя?

«Война!!!»
И прервана игра.
И не доиграна игра.
Такою и останется она,
И не на время — на времена!
В том не Сережкина вина —
Война!

«Держись, фашистский гад!» —
Мы ринулись под общий гвалт
Двумя командами в военкомат...



Война.
Ее мы ждали.
В войну играли,
И «красные», конечно, побеждали —
Иначе не могло и быть!
Пора фашизму отомстить!
За боль Германии!
Позор Италии!
За кровь Испании!
За Абиссинию!
За небо синее
В дыму!
За эту вот войну,
Которая у нас уже в дому!
За море горя!
За страдания,
Что старят много-много ранее
И лица женские.
И лица детские!
За пытки зверские
В застенках наци!
За поруганье наций!
За горы книг, сожженных на кострах!
За слабых страх,
Готовых сдаться,
Готовых рабски распластаться
Пред смертоносною ордой
Коричневых москитов —
Убийц, насильников, антисемитов!
За бомбы вой!
За боли вой —
Сиротский, вдовий, материнский вой!
За головы борцов, сеченные на плахе
Секирой палача со свастикой на рубахе!
За генерала Лукача! За Тельмана!
За девушку испанскую Одену!

Клянусь!
Одежд гражданских не надену,
Не выпущу меча,
Пока не отомстим за все и вся,
За всех и вся!
За первого убитого!
И за последнего!
За тех. кто пал вчера!
И кто сегодня — в час рассвета летнего!
Кто надает сейчас
И не увидит завтра!
Кто завтра встретит смертный час!
Иль послезавтра!
Иль через много-много дней!
А, может, месяцев!
А, может, через год! —
За всех
За тех,
Кто до победы не доживет!
Россия! Мать!
Твой сын перед тобой.
Пусть он еще юнец безусый,
Но он готов на смертный бой
И он не будет трусом!
Россия! Мать!
Грохочет бой жестокий.
Скорей произнеси: «Мой сын, — иди!
Иди!
Твои настали сроки.
Иди и победи!»
И победит.
И возвратится.
Наверно, это будет день весны.
Ты будешь вечно им гордиться.
И не одним —
Нас сотни тысяч,
И все твои сыны!

В. Слёзкин



За десять минут до начала войны

Над русской землею — нерусские птицы,
их крылья темны, их чужды голоса.
Проснулся ли я, или прошлое снится —
ответит война через четверть часа.

В рассветной заре небеса побледнели,
и русские звезды почти не видны.
Ах, если бы знать, что не сплю в самом деле
за десять минут до начала войны!

Остаться в живых... Нет, остаться бы спящим,
не видеть, не слышать, как взрывы сверкнут.
Ведь прошлая боль лишь больней в настоящем,
когда до войны пять последних минут.

На русской земле не осталось покоя.
Но будет победа, но будет весна.
Отец в сорок первом мне машет рукою,
чтоб я не забыл, как приходит война.

В. Верстаков



Первый день войны

С утра обычный выходной в столице,
В своих воскресных хлопотах страна...
А в этот час на западной границе
Уже идёт жестокая война.

Напав нежданно, ночью, по-пиратски,
Всё сокрушая на своём пути,
Враг хочет навязать режим свой рабский
И побыстрее до Москвы дойти.

Несёт страданья, горе вражья стая.
Уже бомбятся сёла, города.
Страна ж пока живёт, ещё не зная,
Какая страшная пришла беда...

До радиоузла — не дальняя дорога.
В машине едет в студию нарком.*
Глаза серьёзны, на душе тревога,
Рой мыслей тягостных, а в горле — ком.

Он видит молодёжи круг весёлый:
У школьников был вечер выпускной.
И им, вчера простившимся со школой,
Придётся завтра встретиться с войной.

А дальше — свадьба: пляска, смех и песни,
Невеста — в белом, счастьем вся полна.
Наркому стало душно, сердцу — тесно:
Над счастьем тучей уж стоит война.

Он знает, что покоя ощущенье
Исчезнет вскоре вмиг по всей стране,
Ведь он прочтёт к народу обращенье —
Заявит о начавшейся войне.

И в студии вдруг изменились лица,
Когда он сообщенье произнёс.
И будто потемнела вся столица.
«Что дальше?» — мучит каждого вопрос.

Уже не та Москва при возвращеньи,
Не слышно песен, смех уж не звучит.
Людей врасплох застало сообщенье,
Кто плачет, кто растерянно молчит...

Был этот день началом страшной драмы,
Со скорбью вспоминают все о нём.
Июньский светлый день — он длинный самый —
В истории страны стал ЧЁРНЫМ днём.

З. Торопчина



Тишина в ночь на 22 июня

В июне непростая тишина,
В четыре утром от неё не спится,
И смотрит настороженно она
В суровый сумрак западной границы.

Фата тумана вязнет в тишине,
Смех застывает леденящим комом,
Как тяжело сегодня ночью мне,
Хоть тишина сама и невесома.

Жаль, что в историю нам не добавить бы
Запаса времени хотя бы на полгода...
Но вот стоят сейчас погранстолбы,
Как символ доблести советского народа.

Такая ночь в году всего одна,
Июнь, скорбя, молчит 22-го,
Ведь этот мир взрывает тишина,
И прадед мой в ней погибает снова.

С. Ефимов



В начале лета

В тот день Россия травы постелила
В начале лета, посреди войны.
Откуда ни посмотришь — с фланга, с тыла —
Везде вкруг нас пригорки зелены.

Дыханьем боя душу опалило:
Повсюду пушки — огненная пасть.
В тот день Россия травы постелила
На всех местах, где раненым упасть...

М. Найдич



22 июня

Еще заря, лаская небо,
Стелила легкой дымкой шаль,
Еще в росе колосья хлеба,
А в золоте речная даль,

Еще к земле клонились травы
Роняя розовый наряд,
А смерть ждала, о, боже правый!
И жерло пушки жег снаряд.

Огнем и пеплом мир нарушив,
Взрывная вздыбилась волна,
И не было больней и суше,
Страшнее слова, чем — Война!

Но снова гарью пахнет где-то,
Снаряды рвутся в городах,
И стонут раненые дети,
И вопиет в глазёнках страх.

И вновь в домах кромешный холод,
И стынут мертвые тела,
Грозится смертью лютый голод,
Война в наш век перетекла.

Неймётся сытым и растленным,
Что им до горя матерей?!
А вопль несётся над вселенной,
И рык отъявленных зверей.

Л. Нелен



22 июня

Как медленно закат плывет над Бугом,
Бросает отсвет на притихший лес...
Уходит солнце рыжим полукругом
За горизонт, за самый край небес.

Я в этот полукруг гляжу с опаской.
Мне кажется — с того крутого дня, —
Что там не солнце, а в кровавой каске
Лежит солдат и целится в меня.

В. Туркин



22 июня

В тот страшный день земля рванула в небо.
От грохота застыла в жилах кровь.
Июнь цветастый сразу канул в небыль,
И смерть вдруг оттеснила жизнь, любовь.

Надели гимнастёрки и шинели
Вчерашние мальчишки — цвет страны.
Девчонки на прощанье песни пели,
Желали выжить в грозный час войны.

Война, как ком, катилась по дорогам,
Неся разруху, голод, смерть и боль.
Осталось их в живых совсем немного,
Принявших первый, самый страшный бой!

В атаку шли за правду, за Отчизну,
За мир, за мать с отцом, за добрый дом.
Чтоб защитить от ужасов фашизма
Права на жизнь, что рушилась кругом.

Сирень, гвоздики, нежные тюльпаны…
Начало лета, жизнь вокруг кипит.
Жива любовь, зарубцевались раны,
Но этот день июня не забыт!

Т. Лаврова



День памяти и скорби

В день памяти и скорби
Зажги свечу свою.
Со всеми вместе вспомни
Прошедшую войну,

Июньский день, где бомбы
Прервали детский смех,
Тот день, где был разорван,
На «до» и «после» — век.

На «до войны» и «после»,
На «жизнь» и «смерть в бою»,
Где снова двадцать восемь
Панфиловцев в строю.

Где, грудью, на рассвете,
Встал приграничный Брест,
Тот день, где черным ветром
Летела смерть с небес.

Минутою молчанья
Погибшим долг отдай.
Ты, в этот день печальный,
О них не забывай.

В день памяти и скорби
Свою свечу зажги
Во славу тех, кто подвиг
Бессмертный совершил.

С. Кадашников



22 июня 1941 года


Кто письма писал, кто похрапывал сладко,
Кто книгу листал за тарелкой пшена ...

Вдруг слышим, радистка кричит из палатки:

— Ребята!.. Война!..
— Война? — кто-то бросил рассерженно.
 — Враки!.. —

И тут же поверил и сжал кулаки.
 

Мы будто оглохли — ни лая собаки,
Ни шума реки.

И люди слепыми от боли глазами
Глядели на дымный далекий закат.

Начальник отряда навытяжку замер,
Как старый солдат,
 

Письмо оборвалось на фразе «взглянуть бы!»,
В крапиву упал недочитанный том.

В тот миг разрывались мучительно судьбы
На «до» и «потом» ...

Л. Стекольников



22 июня

Когда от мира до войны
Не остается промежутка,
Отходит сумрачно и жутко
Последний выдох тишины.

Ещё не взорваны мосты,
Ещё друзья — не боевые,
Ещё знамёна полковые
По-довоенному чисты.

Ещё погибшие живут,
Девятый Майский день — не дата,
И Неизвестного солдата
Ещё Алёшею зовут.

В. Гаухман

 

Тот час
4.00 22 июня 1941


Когда созреет срок беды всесветной,
Как он трагичен, тот рубежный час,
Который светит радостью последней,
Слепи собой неискушенных нас.

Он как ребёнок, что дополз до края
Неизмеримой бездны на пути,
Через минуту, руки простирая,
Мы кинемся, но нам уж не спасти ...

И весь он — крик, дли душ не бесполезный,
И весь очерчен кровью и огнем,
Чтоб перед новой гибельною бездной
Мы искушенно помнили о нем.

А. Прасолов


 

Первый день войны

Мы с поля шли, дымя дорожной пылью.
Летела песня в голубой простор:
«Нам разум дал стальные в руки крылья,
А вместо сердца пламенный мотор!»

Нас много шло — весёлых, сильных, юных
В косынках и фуражках набекрень...
То в сорок первом было... Да, в июне,
В один погожий и воскресный день.

Воскресник был в колхозе по прополке, —
Там весь актив собрался городской.
Но лишь к одной задорной комсомолке
Я прикипел и сердцем, и душой.

Я сзади шёл и видел только косы
Тугие, будто медные жгуты.
Да ног мельканье загорелых, босых,
И отпечатки маленькой стопы.

Она, казалось, чувствовала это:
Через плечо назад бросала взгляд,
И виделось в глазах зелёных лето,
А в платьице - берёзовый наряд.

Мы подпевали радостно: «Всё выше!..»
Вдруг набежала тучка — хлынул дождь...
Вдали искрились городские крыши,
И веселее зеленела рожь.

Девчата бойко шлёпали по лужам,
Повсюду раздавались визг и смех...
И вдруг — сирены вой!.. На спинах ужас
Холодным потом проступил у всех.

— Война!.. Война... Вы слышали, родные?! —
Бежали женщины навстречу нам...
И смолкло пение про крылья те стальные...
Глазами я прильнул к её глазам.

Они застыли. Губы плотно сжаты.
И вся она — готовая к борьбе!..
Вдруг улыбнулась как-то виновато
И отдала цветы: «Возьми... Тебе...»

Я понял всё... «Хорошая, родная!..
Люблю тебя!» — хотелось мне сказать,
Но я спросил, цветы перебирая:
«Пойдёшь со мною вместе воевать?..»

П. Галактионов



22 июня

Мы никому не позволим забыть —
Ни престарелым, ни юным —
Дату, чей траур столетьям не смыть:
Двадцать второе июня.

Этот воскресный безоблачный день
Летнего солнцестоянья
Вдруг погрузил мир в зловещую тень,
В бездну смертей и страданья.

Брызнула алая кровь на росу,
В пламени корчатся травы.
Гитлер обрёк нас на свой
Страшный Суд,
Скорый, жестокий, кровавый.

Дикая сила катилась на нас,
Неодолимая сила,
И выполняя маньяка приказ,
Жгла, убивала, давила.

Как же смогли мы тогда устоять?
Ранены, даже убиты,
Мы поднимались опять и опять,
Чтоб защитить нашу Родину-мать
В этой немыслимой битве.

Мы отстояли свободу и честь,
Мы вознесли наше знамя
В центре Берлина...
Но павших не счесть,
Мир им и вечная память!

Пусть же любая российская власть
Свято хранит в престарелых и юных
Память войны, что для нас началась
Двадцать второго июня.

А. Молчанов






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 260
© 20.06.2022г. Жизнь людей
Свидетельство о публикации: izba-2022-3332832

Рубрика произведения: Поэзия -> Стихи известных поэтов



Добавить отзыв

0 / 500

Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  










1