Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Нечто или апокалипсис начинается сегодня


Нечто или апокалипсис начинается сегодня

­ Откуда они взялись, никто сказать не мог ничего определённого. Тот, кто мог и знал, предпочитал молчать ради собственной безопасности. Или, что может быть более достоверным и претендующим на истину в последней инстанции, стали жертвами своего же детища. Такое бывает, к чему скрывать. И первооткрыватель уносит загадку своего открытия в могилу, так и не успев поделиться с миром. Но в данном случае всё обстояло несколько иначе. Поделиться не успел, а оставить следы своего открытия вполне. Ведь не могли же они появиться ниоткуда? Да и догадывались об их существовании немногие, хотя даже они не могли ни подтвердить этого, ни отрицать.
…Автобус ехал по ровной автостраде на скорости не более восьмидесяти миль в час, но из-за степной местности, что раскинулась по обе сторон дороги, где глазу не на чем остановиться, скорость не замечалась. Порою даже казалось, что автобус стоит на месте. Пассажиры расположились, кто как мог. Первые - кто вошёл на вокзале - сидели, а кто присоединился позже на последующих остановках, вынуждены были стоять. Где-то в середине салона молодая пара шумно обсуждала предстоящую вечеринку, куда они и направлялись. Больше конечно усердствовала в этом девушка, утверждая, что её платье от Версаче произведёт настоящий фурор. На что спутник парировал тем, что он лучший танцор на западном побережье. Но вот продемонстрировать это в автобусе не представлялось возможным в отличие от платья.
Всё вроде бы, как всегда. Но не совсем, в степи не было живности, от слова совсем. В любое засушливое лето можно было заметить юрких грызунов что, поднявшись на задние лапы, озирались вокруг. Сегодня же, за всё время, ни одного, как если бы они вымерли. Да и на небе не видно орлов, высматривающих добычу. У человека наблюдательного данная ситуация вполне вызвала бы нездоровое подозрение. И он оказался б прав. Из-за жары потолочные люки были подняты и прохладный ветер обдувал салон, внося некоторую свежесть. Только вот вместе со свежестью в салон проникло нечто, чему ещё не было названия. Как не было и возможности разглядеть его невооружённым взглядом, случайно бросив взгляд. Жара, что установилась этим летом, выматывала. Она истощала силы, постоянно хотелось пить. Многие говорили, что такая погода не к добру. Столбик термометра редко, когда опускался ниже сорока двух градусов. Дождей не было больше двух месяцев кряду и почва, лишённая влаги, потрескалась. В ветреную погоду поднималась пыльная буря, отчего трава приобрела землистый цвет. Видимо сама природа решила выступить против пребывания человека на земле. Реки, что не столь давно радовали глаз своей зеркальной гладью, обмелели и нехотя текли по старому руслу. Это были уже не реки, а ручьи в полном смысле.
Поездка длилась более трёх часов и многие испытывали утомление, сонливость – привычный спутник дальних дорог. Джон, невысокий молодой человек с рыжей шевелюрой не в первый раз ехал по этому маршруту и окружающий пейзаж был знаком ему до боли и потому он, стоя на ногах, дремал. Эту привычку он усвоил давно, и она во многих случаях выручала, особенно когда нет никакого желания присутствовать где-нибудь, но отказаться не представляется возможным. Его полусонное состояние оборвал резкий укол в плечо. Показалось, будто кто-то намеренно уколол его острой иглой. Разомкнув веки, Джон огляделся по сторонам, но не обнаружив ничего подозрительного, просто растёр место укола ладонью. Растёр и забыл. Но напрасно.
Не прошло и минуты, как внутри себя он почувствовал острую боль, как если бы в него вонзились сотни острых зубов. Такого с ним ещё не случалось. Джон стиснул зубы, превозмогая боль что, впрочем, мало помогло. Да и могло ли помочь? Боль же тем временем распространялась по всему телу, как и неестественный зуд. Единственное, что он не принял во внимание, боль начала расходиться с места укола, только знание это, мало чем могло бы помочь или утешить.
И в это же время Джон увидел, что нечто подобное происходит и с другими пассажирами. Лица многих из них изуродовала гримаса невыносимой боли. Но только до окружающих ли, когда тебя словно потрошат изнутри. Именно такое чувство он и испытывал. Прошло около пяти минут или несколько, меньше, когда у мужчины, стоявшего перед ним, рассыпались волосы и обнажилась кость черепа. Джон оцепенел от увиденного. Никогда в жизни, даже в самом страшном сне не доводилось ему лицезреть подобную картину. У девушки, что сидела неподалёку от него с белоснежной улыбкой, резко проявились на лице красные точки, увеличивающиеся на глазах, и уже через минуту на Джона уставились пустые глазницы оскаленного черепа. Длилось оно недолго, ибо череп вскоре скатился на пол, отделившись от скелета, обтянутого белой футболкой, которая в свою очередь также скомкалась на сиденье вперемежку с костьми. Но только вот осмыслить происходящее он уже не успел, поскольку пронзительная боль, отдавшаяся во всём теле, в каждой клетке, лишила его сознания. Он не видел уже, как его скелет рухнул на пол. Не видел, как автобус заполнялся скелетами.
А происходило следующее. Нечто, некое существо мелких размеров, проникая в живой организм, начинало пожирать его изнутри, пока не выходило наружу, и продолжало пока на костях оставался хоть малейший кусочек плоти. Вместо оживлённых пассажиров, салон заполнила груда костей, что торчали из-под одежды. Водитель, сидевший за рулём, также ничего не успел понять, когда его череп упал на рулевое колесо и автобус катил вперёд никем не управляемый…,
В салоне не осталось ни единой живой души. Автобус, никем не управляемый, не сбавляя скорости и не сворачивая на повороте, съехал на обочину и лёг набок. В эту минуту из салона вспорхнула чёрная туча насекомых. Сколько их было – не поддаётся исчислению, может быть десятки тысяч, возможно и сотни. Следом взметнулся язычок пламени и вскоре весь автобус был объят пламенем и чёрным едким дымом. Дым поднимался вертикально вверх и на высоте рассеивался облаком.
День продолжался, как если бы ничего ужасного не случилось. Солнце продолжало палить с ослепляюще синего небосвода. Никому никакого дела до догорающего автобуса, чья громада чернела на обочине, рождая в сердце необъяснимый страх.
Но вот вдалеке на дороге появилась маленькая чёрная точка, что стремительно приближалась и увеличивалась в размерах, принимая конкретные формы минивэна. Зависший в воздухе квадрокоптер ни на секунду не привлёк их внимания. Пластик или металл не входил в сферу их интересов. Туча насекомых, что недавно покинула салон автобуса, облепила автомобиль в неуёмном желании проникнуть внутрь. Они жужжали и бились об стекло, сколько десятков или сотен упало придавленных работающими дворниками, что водитель включил в желании избавиться от непрошеных гостей, бьющихся об ветровое стекло. Но ничто не могло заставить этих тварей убраться восвояси. Они словно понимали, что за стеклом есть живая плоть, еда и ради этого готовы были биться до последнего. В желании добраться до еды они, казалось, не знали разумного предела.
Человек, сидящий за рулём, медленно, но вёл машину вперёд, оставляя за собой две чёрные полосы раздавленных тварей. Но он не успел проехать и десяти метров, когда одна из тварей смогла проникнуть в салон. Этого оказалось достаточно. Колония насекомых, словно представляющая одно большое информационное поле, ринулась следом. Всего лишь мгновение понадобилось этим тварям, чтобы расправиться с крепким здоровым мужчиной. За рулём минивэна остался отполированный скелет, сложившийся на водительском сиденье. Те, которым не достало плоти, обглодали оплётку рулевого колеса. Численность же колонии ещё больше возросла, и она разделилась на две армии. Армии, не знающей жалости и снисхождения.
Они, - если кто-либо находил что-либо съестное необъяснимым образом передавал остальным, информация молниеносно доходила до каждого, - способны оказались выжить в любом мире и ситуации. Противостоять ей не представляется возможным. Те, кто вывел их либо не знал о последствиях, либо намеренно допустил этот побочный эффект.
И уж, коль скоро они объявились здесь, то кто может гарантировать, что они не оккупируют и остальное пространство? Пусть для этого потребуются два условия: время и носитель. Второе условие: обоняние и крылья у них уже имелись. И с этими данностями много ли надо кому бы то ни было, пересечь пространство?
На что эти прожорливые твари не обратили своё внимание – это квадрокоптер. Он завис над дорожным полотном на высоте не более ста метров и передавал на пост дорожного патруля информацию обо всём, что только входило в обзор камеры. Сержант Хендрикс, дежуривший в этот день, с удивлением наблюдал за автобусом, спокойно съехавшим на обочину. Ну, не может же человек в трезвом уме вести себя подобным образом? Ещё большее удивление вызвало чёрное пятно, отделившееся от автобуса.
Хендрикс вернул запись на повтор и ещё раз более внимательно всмотрелся в монитор. Но так и не смог понять, что же это может быть. Когда же автобус охватило огнём, он просто списал этот момент на дым и вышел из-за стола с твёрдым намерением покурить. Останься он хоть на пару минут, увидел бы как в остов автобуса въехал неуправляемый минивэн. И это побудило бы сержанта выехать на место происшествия.
Он спокойно выкурил сигарету и вернулся на своё место, уверенный, что за время его отсутствия ничего примечательного не произошло. Обратив внимание на монитор, он увидел два тёмных пятна, которые вели себя, словно были разумными существами. Вот это уже интересно. Хендрикс уселся в кресло и всем своим существом стал ожидать дальнейшего развития событий.
После некоторого времени раздумья, сержант решил связаться с офицером. Ситуация становилась опасной и непредсказуемой необходимо было принимать какие-либо меры. Он только догадывался, не более того, но и этого было вполне достаточно. Офицер же по своему положению имеет больше полномочий нежели он – рядовой сотрудник патрульной службы.
- Лейтенант, я на дороге вижу непонятное образование, по всему обладающее разумом.
- Хендрикс, что за ерунда? Ты часом не обкурился там?
- Если б. В таком случае могло быть значительно легче.
- Объясни по существу…
Но Хендрикс не успел ничего ответить, как рация замолкла. По всей видимости пропала связь. И в комнате воцарилась тишина. На мониторе облака стали вытягиваться в одну линию и двигаться по направлению к городу. Ну и что, что до ближайшего города не меньше пятидесяти миль, по дороге в любом случае встретится какой-либо посёлок. Хендриксу стало не по себе.
Пусть его пост находится в стороне от движения этих тварей, а он уже понял, что это не просто облако, что им стоит поменять направление движения? То, что автобус опрокинулся, не было случайностью. Хендрикс это понял только теперь, когда полностью сопоставил всю цепочку событий. Но как связать автобус и этих тварей, Хенрикс пока не знал. Если бы он мог проникнуть в салон, отмотав время назад, смог бы уверенно заявить о взаимосвязи. Но тогда его бы не было сейчас на этом месте. Он как-то об этом не подумал.
- Хендрикс, доложи обстановку, - прозвучало в динамике рации.
- Облако рассеялось по территории и движется в сторону города.
- Ты можешь в общих чертах описать, что оно собой представляет?
- Нет. Только предположения.
- Ладно, держись, Хендрикс. Я отправляю борт. И ещё, никому ни слова, что ты видел. Ты понял меня?
И снова тишина…
Хендрикс теперь не отрывал своего взгляда от монитора, каждую секунду ожидая, что эта линия может повернуть в его сторону. Но до сих пор линия двигалась перпендикулярно дороге. Она уже заметно продвинулась, судя по тому изображению, что передавала камера на квадрокоптере. У сержанта отлегло на сердце, и он впервые за последние несколько минут спокойно вздохнул.
На мониторе он уже не видел, когда его слуха достиг звук работающих винтов патрульного вертолёта. Хендрикс вышел на улицу, чтобы встретить прибывший наряд. В воздухе носилась пыль, поднятая винтами и Хендрикс вынужден был прикрыть лицо ладонью. Но и тогда она проникала в ноздри, забивалась в волосы. Сотрудники, покинув борт, поспешили скорее укрыться в помещении, пробегая мимо сержанта. И уже находясь в закрытом помещении, они начали расспрашивать его о случившемся.
Хендрикс только повторил, что говорил по рации офицеру и смог добавить пару фраз о движении неизвестной субстанции в сторону города. И больше ничего.
Вертолёт, не задерживаясь, поднялся в воздух и улетел, напоследок подняв ещё одну бурю из песка. Вот почему многие пытаются что-либо делать, предварительно не выяснив всех деталей, не вникнув в суть дела? В таком случае можно было избежать не одно трагическое последствие, да и решить вопрос лучшим образом. Думают, то можно будет действовать согласно обстоятельств? Так этот способ не всегда оправдывает себя и уж тем более в нынешней ситуации.
Стоило вертолёту войти в радиус обоняния тварей, как они поспешили образовать кольцо вокруг него и начать сближаться. Одно мешало их продвижению: вихревой поток от работы винтов вертолёта. И они замерли на некоторое вокруг него в небольшом отдалении, но только не в пространстве. Они двигались синхронно с вертолётом, повторяя малейшее движение. Пилот видел это действо собственными глазами. Видел и понимал одно: стоит винтам остановиться, как они оккупируют салон. Чем же это может закончиться для него, он ещё не знал к своему счастливому неведению. И всё равно по его телу пробежала предательская дрожь, волосы на голове зашевелились. Что неудивительно для здорового в психическом плане человека.
Он прибавил оборот и набрал высоту, но круг из тварей повторил его манёвр. И ещё он успел заметить, что круг стал плотнее, говорившее только об одном: они все подтянулись в одно место. Круг из-за воздушного потока, создаваемого винтами, подрагивал, но покидать облюбованный предмет тем не менее не собирался. Пилот передал на землю по рации об обстановке, но ничего обнадёживающего в ответ не услышал. Каким-то образом уничтожить этих тварей пилот тоже не мог, ибо на борту никакого вооружения. Да и смысл палить из пушки по воробьям? Тут нужен иной подход.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 13
© 13.05.2022г. Аскольд Де Герсо
Свидетельство о публикации: izba-2022-3308709

Метки: апокалипсис, мир неизведанного,
Рубрика произведения: Проза -> Антиутопия











1