Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Школа бытовой магии


Школа бытовой магии
­­­К.А.




Есть столько тайн и на земле, и в небе –

всей вашей философии не снилось.

Шекспир, «Гамлет».




Бродишь иногда по городским дебрям, рассеянно, как лось в новолунье. Всматриваешься в лица людей, чтобы понять их мысли, заглядываешь в окна домов и государственных учреждений…

Никакого шпионажа, просто интересно видеть фрагмент картинки и додумывать недостающее. Кажется даже, что со временем обретаешь суперспособности – проникать сквозь стены и стёкла, слышать все голоса города…

«От окраины к центру», как сказал Поэт… Зная, чьи это слова – невозможно написать с маленькой буквы.

Но сначала нужно добраться до московской окраины.

Даже для опытного пешехода-скалолаза немало сложных препятствий. Заборы, охраняющие другие заборы, траншеи и котлованы, ангары для бронепоездов, некие постройки, похожие на выкопанные из земли подземелья гладиаторов, невероятные сараи, остатки пиршества великанов, не доевших щебень и железо, внезапные овраги, джунгли, буреломы и другие труднопроходимые места… Великий город защищает себя от всяких непонятных. Если приличный человек – приезжай на транспорте! А неприличным не место в столице.

К тому же мы находимся в предгорьях. Москва – пик, вершина и оттуда разный мусор падает в провинциальную долину. Иногда и люди падают. Не выдерживая разреженного воздуха конкуренции. Так и говорят: «не удержался в Москве».

Бывшая столица княжества, царства, империи, мирового коммунизма… Где золото партии?! Не знаю. А серебро – вот! Единственный памятник Ленину на колёсах, стоящий на задворках Ярославского вокзала. Слишком яркий, чтобы быть из алюминия.

Я в Москве не первый. До меня в столицу заглянула осень… Деревья оделись в солнечные платья, небо – чистая синева… Войска туч только выстраиваются на горизонте.

Граница Москвы не всегда обозначена знаками, но над ней сам воздух шелестит невидимыми купюрами. Пара шагов – и квадратные метры становятся втрое дороже. Пусть окраина – но столичная! Прочь, мотыльки-нищеброды! Летите к своим тусклым огонькам!

Большая проблема Москвы в том, что она окружена окрестностями… Криминальными и безработными окрестностями. Вот над головой пролетела жужжащая механическая каракатица и сразу представился рапорт полицейского своему начальству:

– Докладываю! Бронированный дрон-камикадзе завершил миссию в Мытищах. Удачно маневрировал, в результате чего сбит кирпичом лишь на двадцатой секунде. Устройство успело передать информацию о настроениях граждан и особенностях ландшафта…

Оглядываюсь назад. Горят огни уходящего поезда, но ярче них горят на закатном солнце медные провода. Но ещё ярче горят глаза людей, лежащих на насыпи и желающих украсть эти провода… Скоро ночь набросит своё тёмное покрывало и злоумышленники станут невидимыми…

Но есть и силы добра! Вот здесь, в каменном ущелье под железнодорожным мостом, живёт волшебник, современный Робин Гуд. Его домик – фанерный билетный киоск. Подойдём ближе… Постойте, это ведь женщина! Впрочем, стекло такое толстое и грязное, что деталей не разглядеть. Да и всем пофигу! Да и сложно сохранить женственность, работая кассиршей! Кто когда-нибудь говорил кассирше, что она прекрасно выглядит?

Официальное название профессии – «кассир билетный». Странное прилагательное, похожее на обзывательство. Почему не говорят «юрист законодательный»? «Бухгалтер амбарный»? «Продавец товарный»?

Непростая работа. Если бы все остановки назывались так сладкозвучно: «Улица Вешних вод» или «Изумрудная»… Но попробуйте сто раз за день услышать «Комбинат твёрдых сплавов»! К вечеру чувствуешь себя чушкой на этом комбинате или что они там сплавляют.

Вообще от многого может озлобиться кассирша. От нищеты и непрестижности ремесла, заниматься которым заставляет жизнь, а не мечта. Разве кто-нибудь в детстве говорил, что хочет стать кассиршей, и весь класс поворачивался, недоверчиво ахая?

От жары и духоты, от стужи и сквозняков. От тесноты, от разных невнятных, говорящих на тарабарском языке, а также мутных харь, не знающих, куда сами едут, а также не умеющих выговорить «Улица Шарикоподшипниковская» и тех, кто перепутал кассиршу со справочником или пунктом сдачи ржавых медяков. От приказного тона каждого второго. От того, что только трое из сотни скажут «добрый день!» или «спасибо». От того, что стоит на секунду скрыться из окошка – как сразу снаружи звучит вопрос: «Где эта грёбаная овца?!» Сложнее работы с людьми только одно: непрерывная работа с людьми.

Но сила человеческого духа – это сила сопротивления! Устоять во встречном потоке, не начать металлически рявкать в ответ!

Что же делает наша фея-кассирша? В преисподней своего киоска?

Она делает единственное доступное ей добро: своей волей продлевает действие проездных билетов. Конечно, не всем, а только бедным. Когда в кассу просовывается сморщенная рука старушки или узкая ладонь студентки с бросовым колечком, или натруженная рука многодетной мамы без следов маникюра, или поеденная морозами лапа работяги, с мозолями на мозолях… Фея вбивает неверную дату, на неделю вперёд.

Мелочь? Кому как! Не сосчитать утренних пассажиров, бросающихся к автобусу, на который нельзя опоздать, и с ужасом вспоминающих, что проездной кончился… Но он вдруг не кончился! Это чистое волшебство.

Нарушение закона? А как насчёт высших законов? Автобусная фея бескорыстно служит людям, оставаясь неизвестной и даже безымянной.

Обман государства? Так давайте осудим муравья, утащившего для других муравьёв крошку сахара со склада размером с Африку, где все воры – до последнего кладовщика!

Стоп-стоп, никакой политики в нашем рассказе или этой, как её, оппозиции! А то не напечатают наш рассказ и будет сидеть грустный ненапечатанный автор в своих Мытищах.

Такая атмосфера добра исходит от киоска, что тоже хочется сделать хорошее. А вот и нуждающийся – заблудившийся иностранец. Конечно, иностранец! Разве соотечественник наденет бежевую шубу в октябре? Гость столицы ищет на задворках спального района Алмазный фонд. Поняв мои объяснения, иностранец хочет поблагодарить и заодно блеснуть:

– Как это сказать по-русски? Тёртый воробей? Стреляный калач? Вы – тёртый воробей!

– Спасибо.

Да, сложен русский язык! Пусть профессор Гарварда попробует перевести фразу, прилетевшую из подворотни: «Давайте пулей руки в ноги и смотаемся за третьим пузырём, пока не окосели!» Или к месту использовать всесильное слово «ёптыть», означающее вызов, дерзновение, сомнение, насмешку, превосходство, иронию, удивление, признание мастерства и покорность судьбе.

Подлетаю на воробьиных крыльях к эстакаде – центральной нервной системе города. О чём думают водители машин?

В приличной «Тойоте» едет профессор экономики, работающий на правительство. В его голове – высокая теоретическая мысль: «Если крупно суммировать, то ценовая политика – это инструмент эволюции. Высокие цены должны вытеснять бедных туда, куда слабых выдавливают законы природы – в небытие… Ведь именно платёжеспособность отличает людей от животных…»

А вон в том серебристом «Мерседесе» едет комик стэнд-апа, придумывает корки на завтрашний вечер. «Знаменитый актёр Энтони Хопкинс записал альбом хип-хопа. Теперь он известен как мистер Хипхопкинсон. Вьетнамский политолог Пень Пнём… Что-то меня на именах заклинило! Надо переключиться. Китайский дипломат Ни Х…я»…

А в этой помятой «тройке» едет сотрудник компании мобильной связи. И ему только что пришла в голову ошеломительная бизнес-идея! Нужно собирать данные о перемещениях клиентов и предоставлять суперуслугу: разведение маршрутов. Чтобы вовремя сворачивали в сторону все люди, не желающие видеть друг друга. Тёщи с зятьями, враги по работе, бывшие в отношениях, одноклассники, соседи… Смс-оповещение: «Лена из чёрного списка в ста метрах! Маршрут перестроен». И представляет уже сотрудник, как создаёт собственную компанию, она врывается на рынок… Бывшего босса можно взять курьером. Из благотворительности.

Одна за другой проносятся три чёрные чиновничьи машины. Не слишком ли много в Москве чиновников? В первом лимузине – председатель комитета по цензурной политике, обдумывает доклад на тему «Гений и злодейство». Во второй – потомственный дипломат, разминает язык скороговоркой: «На Балканах балаган: баклан в балаклаве перебакланил с балкона бакалеи бакланов бакалавриата»… А в третьей – свежеизбранный депутат из провинции, думающий о чём-то важном… Об интерьере будущей бывшей казённой квартиры: «И обязательно дизайнерскую статую! Рогатая львица? Сфинкс с лицом губернатора?..»

Зигзагами несётся такси с пассажиром, в панике пристегнувшим себя на заднем сиденье. Он ни о чём не думает, только молится духам предков, чтобы доехать до дома. Но это сложно, ведь сейчас пассажир едет по Москве, находясь за границей. Такси, в котором за рулём таджик, – это территория Таджикистана.

А вот в скромном оранжевом «Бугатти» проезжает баловень фортуны, направляясь из полулегального казино в подпольное. Кто сказал, что резкий вираж судьбы может быть только в худшую сторону? Жил себе концептуальный художник, с небольшим прибабахом. И вот устроил он такой хэппенинг: водрузил на крыше многоэтажки деревянную мельницу. Символизируя… Ну… Отрыв жителя мегаполиса от природы. Потерю традиционных сельских радостей… Вроде той, когда в четыре утра двумя руками продираешь левый глаз, всовываешь контуженное тело в объятья тулупа, полусъеденного клопами и короедами, и, распихивая некормленных возмущённых свиней, бежишь доить корову. А снег так романтично падает ей на пушистую шкуру…

А ещё художник расположил рядом вентилятор. Символизируя… Какими мелкими и сложными мы стали по сравнению с предками. И в знак протеста против бездарного расходования электроэнергии. Вентилятор дует в никуда, как и всё жилищно-коммунальное хозяйство. Такая аналогия. Снял ролик, разместил там-сям.

И вдруг понеслось… Западный трэвел-блогер тиснул материал о первом в Москве экологическом доме, освещающем себя за счёт энергии ветра. Восточный блогер взял интервью у «русского Леонардо». Телеканал «Крыша» пригласил на ток-шоу. Пришли гранты от американских друзей русской природы. Голливуд пригласил сыграть самого себя – гениального самоучку в отсталой стране. Индусы из Болливуда пригласили на роль дяди сводного брата главного героя. Премия имени каспийского тюленя… Как-то всё завертелось и не успел он оглянуться, как уже был владельцем, лауреатом, прорывом года, лидером партии «Зелёный прогресс»…

А за художником – тоже кто-то успешный. Преуспевающий, как гробовщик на Диком Западе. Но не успеваю понять, о чём он думает. Наверное, где-то впереди убрали обломки после аварии, поток машин ускоряется, мыслей уже не ухватить, слышны только телефонные разговоры. Сколько людей – столько сюжетов:

– Она меня просто обобрала своей очередной бобровой шубой! Так и скажу ей: ты меня буквально обобрала своими бобрами. А ещё скажу… Алло, да, дорогая! Да-да! Конечно, ненаглядная! Удивительно, как мы одинаково думаем! Как раз пришло в голову, что у тебя мало палантинов, подходящих к цвету шубы!

– Ты знаешь, весь этот кошмар с тортами был предопределён ещё утром! У меня было зловещее предзнаменование! Представляешь, приходит эсэмэска: «утренник в аду». Букву «с» клиент пропустил! Вот и не верь после этого в судьбу! Сама ты случайность!..

– Это всё равно что собаку пригласить в президиум, а человека поставить где швабры стоят… В конце концов, я первый заместитель семнадцатого лица в компании…

– Поэтому он и приплыл на Север за деньгами. Нанялся сезонным психиатром. Тут как раз полярная ночь. Востребованная специальность. Так вот, шаман ему и говорит…

– Ты меня знаешь. Я не бабник, а мульти-инструменталист. Только расположились – и тут входит она! Я буквально умер от ужаса. А потом и говорю…

– Нужен отчёт за квартал – а оно сидит в тине и не шевелится! И зачем мне сотрудник с маникюром? Молодой должен землю рыть и есть!

– Тут наш трактор и сошёл с рельсов… Разогнал всё совещание. Презентацию хотел лично топтать, еле унесли…

– Классическая история: лошадь на свадьбе. Хотела ей на платье наступить…

– Я говорю партнёрам: если вы нам шляпу прислали – мы с вас шкуру спросим!

– Он разве не может умереть от старости? Ему ведь уже за сорок?

– Смотрю: рабочих нет, а ванна протекает как «Титаник»!

– Первым делом вот что: назовите сарай маркетплейсом…

– А там он, Бог даст, к чёртовой матери провалится.

– Я её не узнала: такая кабанера стала!

– ПИИП!!! ПИИП!!! СМОТРИ, КУДА СМОТРИШЬ! …МАТЬ! РАЗВЕЛОСЬ ДОЛБОЁ…!!!

Чуть не прервалось наше путешествие. Никогда не перебегайте дорогу перед «Газелью» с открытым капотом.

Уносятся автомобили вместе с разговорами автолюбителей. Шшш – и шлейф исчезает.

А после шквала эмоций – тихая секунда умиления. На детской площадке – задумчивый карапуз, во всей жизни которого пока только одна проблема: рыхлый снег не превращается в снежки.

Правда, за детским садом уже виднеется зловещее жёлтое крыло сумасшедшего дома. За сегодня город выплюнул двоих.

Сначала выгружают пенсионерку Татьяну Саратовну, выигравшую в национальную лотерею. И рассказавшую об этом ближайшей подруге, строго по секрету. В течение двух дней победительницу атаковали кандидаты в мужья и любовники, благотворительные фонды, банки, страховщики, собачьи приюты, местная мафия, агентство телохранителей, нотариусы, сектанты, налоговики, адвокаты, незнакомый, но любимый племянник, внучатая племянница с готовым договором ренты, директор кладбища, тоже с готовым договором, а также с проектом памятника, посол Черногории с готовым дворянским титулом, лечащий терапевт с лицензией на убийство, председатель либерально-скотоводческой партии, соседи и соседи соседей, представители погибающих видов животных, настоящий биологический отец, только что вышедший из камбоджийской тюрьмы, другой настоящий отец, только вернувшийся из арктической экспедиции, а также чудом потерянная в роддоме сестра-близнец.

Слишком много даже для общительной Татьяны Саратовны. Вот она и сошла с дистанции.

А другой пациент – помощник министра. Он так глубоко проникся величием своего босса, что стал… Подлетать к нему, словно к вершине скалы. Размахивая руками и держа бумаги в клюве. А к простым чиновникам стал приближаться как бы вплавь, держа портфель над головой, отфыркиваясь и всячески показывая, что они сидят в болоте. Пациенту скоро помогут. Слишком быстро вознёсся на социальном лифте, обычный перепад давления.

Спускаюсь с горы, дует попутный ветер. А говорят, что в Москве ветер всегда встречный! Клевета неудачников!

Переплываем небольшую лужу и начинаются настоящие московские чудеса.

Вон в той пятиэтажке живёт удивительная собака с греческим именем. У собаки есть редчайшая способность: она пророчествует. Причём в той области, где ни одно создание женского пола не может не только пророчествовать, но даже просто соображать. Поэтому и зовут нашу лабрадоршу Кассандрой. Невероятно, но эта собака, когда смотрит футбол, всегда гавкает перед забитым голом!

Правда, непонятно, как использовать это в тотализаторе? Как заработать? Ведь, чтобы сделать ставку, нужно заранее знать, сколько раз она гавкнет! И в чью сторону! Конечно, собаку уже показали по телевизору и даже назвали лохматой достопримечательностью, но… В тренерский штаб не пригласили. К сожалению, не всегда талант можно конвертировать в деньги.

Вот как раз футбол по телевизору, Кассандра наблюдает за событиями в окружении хозяина и соседей.

Комментатор: Угловой удар у ворот сборной России! Повнимательнее, повнимательнее, ребята! Держите эстонских нападающих…

Кассандра: Гав!

Жильцы, хором: Нет, не сейчас! Это же у наших ворот! Сандра, гавкни обратно! Нет!.. Твою же мать…

За домом чудо-собаки начинаются гаражи. Из одного доносится такая мелодия, будто пылесосом собирают стальные гайки. Это играет авангардная панк-группа «Жабры швабры». Вдруг вокалист Твёрдый Кекс прервал репетицию:

– Здесь ля-бемоль, баклан, ля!!! У нас целых две ноты в песне, мы должны их брать как профессионалы!

– Сам мимо денег лабаешь, попсовик!..

На шум идёт гаражный сторож по кличке «Ельцин» – из-за удивительного сходства. К счастью, прошли времена, когда на этом можно было заработать. Интересно, как выглядели бы учебники истории, если бы в них печаталась только правда? Меняем пафосную главу про «первого президента-реформатора» на сноску мелким шрифтом – про алкоголика-каменотёса, сумевшего разрушить государство, причём даже не вставая из-за стола, а только изредка что-то крякая невпопад.

Потомкам не понять ненависти современников… К сожалению, ненависть не передаётся по наследству.

Я помню 90-е – нищету богатейшей державы, способной завалить весь мир пшеницей, рыбой и чем угодно, осатанелость бандитов, просроченные подачки Запада, опрокинутые мусорные баки на Красной площади, единый народ, вдруг разделённый на множество каст: быки, насосы, лохи, разводящие, челноки, кидалы, путаны… Язык, превратившийся в «базар». Поступки «лидера нации» – такие, словно он вылез из цистерны с фосфорной кислотой и принимает решения отравленными мозгами.

И это постоянное чувство: что-то сломалось. Страна сломалась… Необъявленная гражданская война. На уничтожение.

Но время идёт и Ельцин тоже уходит – в забвение, анекдоты, ностальгический вздох по временам юности, которая была именно тогда, что поделать…

Кстати, о юности. Впереди фигуристая девушка бодро скачет на каблучках. Не ведая, какая опасность поджидает её за поворотом. Нет, только не это! Проходи мимо, не поворачивай голову! Зря повернула. Там, в пустом магазине… Распродажа шоколастиков! Всё, она в западне…

Ярко сияет салон красоты. Кто знает, что у профессиональной маникюрши – железная спина и она может побить рекорд в становой тяге?

Прохожу мимо бабушки с маленькой внучкой. И они говорят о политике:

– Были коммунисты – ходили автобусы. Ушли коммунисты – и автобусы перестали ходить.

– Ба, то есть коммунисты уехали на автобусах?..

Хороший вопрос, милая девочка! На чём уезжают бывшие правители и куда! А вот и место у озера, где они могли бы доживать свой век. И называться оно могло бы – Посёлок Погасших Звёзд… Место прижизненного упокоения для выброшенных на обочину «лидеров» и «реформаторов». За высоким зеркальным забором, защищающим от взглядов бывших избирателей.

Впрочем, никаких осуждений и нравственных поисков! У меня самого на совести моральных катастроф больше, чем у таможенника. Возможно, политики нужны для того, чтобы народ мог проявить добродетель терпения.

Пересекаем Садовое кольцо… В этих местах сто лет назад трудолюбивая пчела по фамилии Булгаков искала себе место в московских сотах. Тыкаясь в переполненные ячейки и снова вылетая на стужу в драном пальто и картонных башмаках.

А в нескольких кварталах отсюда жил Маяковский. «Перья линяющих ангелов бросим любимым на шляпы!» Лучшие строки для листопада…

Памятник Поэту – не из камня. Нужен почётный пост из сменяющих друг друга чтецов. Слово Поэта – звучащее слово…

Как же важно знать, кто ходил по этим улицам… Кто своей короткой жизнью сделал город бессмертным…

А вот и тёмная сторона бытия – помпезный деловой центр. Устремлённая в попираемое небо высотка – Храм менеджеров. Внутри стоит их главная святыня – Богиня Продажа. У её ног ежеминутно устраиваются жертвоприношения, причём жертвы приносят себя сами. Служители культа проходят обряд посвящения, навсегда теряя способность понимать искусство…

Человеку лучше умереть, чем стать евнухом с обрезанной душой. Храм менеджеров притягивает с силой двадцатиэтажного магнита, но я помню много заклинаний… Любая поэтическая строка поможет отвернуться и не смотреть, любая, первая пришедшая… «И близится мерцанье звёзд, и лепестки неслышно облетают…»

Чары спадают, проклятое капище остаётся позади.

Но из логова менеджеров кто-то успевает пустить фразу-стрелу:

– Самое страшное в жизни – получить репутацию «медленного продавца»…

Ядовитая стрела пролетает мимо, а я задумываюсь.

Наверное, самое страшное в жизни – безответная любовь… Одна душа летит к другой… Через мрак, беззвёздное пространство, ведь звёзды возможны только там, где любимая, над её головой… Летит очень долго, теряя силу и яркость, меркнет, гаснет, исчезает… Юная душа, полная сил, усталая, постаревшая, измождённая… Мёртвая. «Огонь души в её слепом полёте не виден был бы здесь давным-давно, не будь у нас почти прозрачной плоти…» Кажется, что строчки Бродского приносит северный ветер.

Как же холодно стало, до костей продирает… И не от близости зимней реки. И даже не от мыслей о безответной любви… Всё дело – в этом чернорабочем… Он смотрит на обычную новостройку, но в его взгляде – запредельная концентрация ненависти. Он – бывший заключённый, двадцать лет провёл за колючей проволокой. И так получилось, что он работал на строительстве этого дома… Для тюремного начальства. И сегодня случайно об этом узнал…

С остервенением волка, грызущего мёрзлую тушу после трёх недель голода, бывший зек (нет бывших!) думает о жильцах этого дома. Представляет годы семейного счастья в таких больших комнатах. Красивых и тёплых, со множеством разных вещей и удобств. Играют дети, звенит женский смех, сирень на окнах, серебро на столе, шкафы ломятся от добра, толстый довольный хозяин обнимает нарядную жену или собирает друзей, празднуя генеральское звание…

«Заточкой бы… Чтобы жир потёк с морды…» – возникает отчётливая мысль и дальше – снова невыразимая тьма…

Его глаза-ямы останавливаются на мне, и я ухожу. Он – из другого мира, который лучше не знать.

Страшнее всего – безответная любовь и бессильная ненависть. И ещё – кусок железа, лежащий на душе. Тяжесть, которую не сбросить.

Вот человек стоит и обречённо смотрит на изогнутую трубу, лежащую на обочине. Что-то похожее не даёт ему покоя, не отпускает, снится… Он был молод, когда по глупости провёз в соседнюю страну контрабанду – какую-то узкую железяку. Знакомый попросил за двадцать долларов. Это была запчасть для танка – поршень или ротор… Провёз и забыл. Но сейчас в той стране – гражданская война. И проклятая деталь находится внутри танка. Который ездит, стреляя по людям… Убивая. Может, десятки солдат каждый день. Иногда человек смотрит в Интернете на разные танковые двигатели. Он разбирается в этом не больше, чем в балете, но всё же пытается понять, долго ли служит поршень… Из жаропрочной стали… «Не убий никого»…

Мир загадочен и мы не знаем настоящего веса предметов… Некоторые вещи становятся всё тяжелее с годами, перевешивая любое сделанное добро… Не может человек вставлять детали в адский механизм войны.

Да, многое таится в человеческих душах… Какое же счастье, что есть в городе и чистейшая любовь, и надежда! В каждом третьем окне засыпают строители лучшего мира.

За тем окном – брат и сестра. Эта девочка никогда не станет тёткой и тем более бабищей – как бы ни сложилась жизнь. И мальчик, за смешными чертами которого уже проглядывает что-то героическое, словно побеждённый им вражеский инопланетный флот догорает за спиной. А пока брат с сестрой устраивают последнюю на сегодня разборку: «Ты зачем меня утром ногой боднула? А ты зачем самокатился на моём самокате?»

А вон там мама рассказывает сказку. Она работает корректоршей и не может уже к вечеру видеть напечатанные буквы, поэтому придумывает сама, на ходу:

– Ну, слушай! За горами-подушками, за долинами-одеялами раскинулась тёплая и сумрачная страна Поддиванье. А жили в ней воланчики и шарики, пульки и фантики, принесённые руками могучего волшебника Поросёнка.

– А солдатики там жили?

– Целая дивизия! И ещё тролли-ластики, и машинки! И два печенья по имени Хрум и Хрям.

– А машинки как звали? Вот ты и не знаешь!

– Мама всё знает! Ламборджини Диабло и Феррари Калифорния. Так вот. Жила вся эта компания интересно и весело, пока однажды не пришла к ним злая волшебница Швабра…

А за тем окном, со шторами в подсолнухах, папа рассказывает двойняшкам другую сказку:

– Жили-были два брата. Они были маленькими, но очень сильными.

– Карликовые богатыри?

– Нет, это обычные люди, которые ещё не выросли.

– Менеджеры низшего звена?

– Господи, откуда ты знаешь такие слова?

– Телевизор сказал…

И в соседнем доме, и в следующем – тоже детские разговоры и любящая возня:

– А у меня завтра безработный день! Воскресенье!

– Мама, я придумал слово! Не подушка, а подпопушка! Я профессор?

– Папа, вот есть кентавры. А смесь человека и верблюда как называется? А в зоопарке они есть? А у тебя на работе?

– А почему говорят, что денег куры не клюют? А гуси их едят?

– Ты у меня не деятель искусства, а делатель! Что ты наделал? Зачем нарисовал на обоях?

– Мама много баботает. Рано уезжает на баботу. Поэтому завтра я главней тебя.

– Не читай сюда! А вот сюда читай!

– В Африке есть такая страна Эритрея. Знаешь, как называется язык этой страны? Тигринья!

– Круто! Язык тигров?

– Да. Однажды все тигры собрались и решили придумать алфавит, чтобы читать сказки своим тигрятам…

А здесь школьник учит «Сказку о Золотой Рыбке». Сердито бормочет: «Наше-то корыто совсем раскололось! А нефига было в нём гантели стирать! Вообще несправедливо. Пушкин написал, а я сиди учи. Сам-то он знал наизусть все четыре страницы? Наверняка надиктовал секретарше и забыл всю эту историю про рыбу и подкаблучника».

– Вася, английский выучил? Как переводится «You are welcome»?

– Тебя добро пожаловать!

– Папа, я сегодня сам скормил себе завтрак!

– Не скормил, а съел.

– Нет, скормил! Я ел из собственных рук!

А там засыпает будущий композитор, автор знаменитой «Симфонии заката»… Может, прямо сейчас ему приснится та самая серебряная перекличка скрипок перед лавиной медных духовых…

Этажом ниже – великий изобретатель убирается в комнате, превращая беспорядок в хаос. В окне напротив – юная художница любуется мотыльком, танцующим вокруг лампы, – центра своей уютной вселенной.

Этажом выше будущий поэт смотрит в окно так внимательно, словно различает вдалеке невидимых ангелов, играющих в сумерках… И вдруг замирает: к нему пришла первая настоящая строка. «Весна – пора забвенья, ибо снег растает вместе со следами…» Поэты всегда старше своих ровесников.

А там, на самом верхнем этаже, – будущий лётчик-испытатель заснул рядом с картонной коробкой, откуда доносится писк. Подобрал на улице птенца и родители разрешили оставить. И снится мальчишке сон о том, как вырос птенец в огромного орла и полетели они на Луну… А бабушка сказал, что это зяблик. Бормочет во сне: «Никакой это не зяблик! Сама ты зяблик…»

Совсем поздно уже, и спят мальчики и девочки под синими звёздами. Доброй ночи всем детям Москвы!

А мой путь продолжается. Вот два заброшенных дома в самом центре Москвы… Километр до Кремля, стоимость квадратного метра – как у кубического метра палладия! Но не горит ни одно окно… Только стены незаметно трясутся от шума далёких судебных сражений… Удивительно видеть что-то неимоверно дорогое, пока не имеющее хозяина.

А вот нечто абсолютно бесценное, но имеющее не того хозяина…

Там, над крышами, находится моя квартира мечты. В уединённом месте, неизвестно как сохранившемся в самом центре. На орлиной высоте, с панорамными окнами на запад…

Но не означает ли обретение мечты утрату чего-то важного? К чему стремиться, если ты сидишь с любимой на благословенном балконе, в небесной тишине и вышине, над шумным пейзажем мегаполиса… И сумерки медленно превращают Москву в чёрную чашу для пламени заката, а потом загораются фонари – стражники света… И вот уже ласковая ночь стоит над колыбелью города…

Сколько же воображается прекрасных картин… Но жизнь входит в картинную галерею с молотом вандала. Превращая любимую женщину в девицу из бара, московское поднебесье – в конуру на первом этаже, то есть почти на улице, пламя заката – в кирпичную стену напротив. Да ещё подвешивая над головой самое тяжёлое слово в древнегреческом языке – «ипотека»…

Ещё один долгий взгляд… До следующего раза, квартира мечты!

Нет, ещё мгновение!.. Как же наполняет душу аметистовый свет её окон… За твоими окнами – счастье. Поэтому ты и называешься квартирой мечты…

Задумался и потерялся. Какое сейчас вообще время года? Осеннее лето? Вечный московский августябрь…

Большой мужик стоит на Цветном Бульваре, у памятника Юрию Никулину. Приобнял за бронзовый пиджак и говорит за жизнь:

– Юра, понимаешь, какая штука… Я, наверное, устарел. Не могу понять собственную дочь. Всю жизнь работаю сварщиком, везде намотался, от Уренгоя до Анадыря. А дочка не в меня пошла. Говорит, что она – девелопер. Вот никак не врублюсь – чем она конкретно занимается. Спекулирует? Уже шестнадцать, поступать никуда не думает. Нервная, татуировку сделала, меня дэдом называет, хотя я родной отец. Из компьютера не вылазит. За пределами отстойного оффлайна, как говорит. Что это значит, Юр? О чём ни спросишь – отвечает, что я не в теме. Другой бы радовался, что в плохую компанию не попала. С этим я бы разобрался, но что делать, когда она дома, а кажется, что её нет?..

Остаётся позади памятник народному любимцу. Даже его бронзовая копия продолжает служить людям.

Какой шедевр в стиле неоготика! Сколько раз вижу этот острый наконечник стрелы – как впервые… По соседству – синий барочный особняк, словно сшитый из бархата, прямо напротив бирюзового модерна… А к модерну пристроили… Чёрт бы побрал эту мэрию вместе с рогами и копытами! Что за новодел?! В эстетике такой эффект называется «Баронесса Жабоедова», означая смешение высокого и плебейского…

Дождь наконец закончился. Вода никуда не исчезает… И пролитая кровь не исчезает тем более. Вот здесь примерно, без малого четыреста лет назад, в карету царя Алексея полетели камни и начался Соляной бунт… Некоторые строки из летописи всю жизнь помнишь. «Тут же Плещееву отсекли мясницким топором голову, которую смочили водкой, дабы она лучше горела в огне»… Загадочная фраза. Приготовление к адскому пламени?.. А на этом месте Лжедмитрий выбежал с мечом на толпу, чтобы быть убитым. Ту самую толпу, которая год назад кричала ему «Ты наше Солнышко праведное»… А здесь, у бывших Никольских ворот, прохожий нашёл палец с обручальным кольцом – всё, что осталось от взорванного генерал-губернатора… А на тех крышах стояли пулемёты… А здесь был полигон для… Лучше смотреть вдаль.

Снова я в этом тихом месте… Все знают, что в Москве есть волшебная Напрудная башня, рядом с которой в келье томилась царевна Софья. Башня исполняет заветные желания. Красивейшее место в Москве, когда расцветает сирень… Прогоняю из памяти жуткий портрет Софьи с безумным взглядом и распущенными волосами, написанный Репиным, и строки в советском учебнике истории. Всё неправда! Откуда им знать? Прижимаюсь к белой штукатурке на кирпичах 17 века и шепчу. «Дожить до квартиры мечты…» И ещё несколько слов, чтобы слышала только башня… Помогай, башня! Остальные способы пока не работают…

Между небоскрёбами видна Останкинская телебашня… Как скипетр инопланетного императора, вбитый в покорённую землю. Над телебашней – туман, похожий на пар от кастрюли мировых событий. Туман проникает в голову и превращается в демонические голоса:

– Культурные новости. В Москве открыт памятник коллекторам, погибшим при исполнении обязанностей. Скульптору позировал лично председатель Центробанка… Фотовыставка «Задницы знаменитостей» проходит в Эрмитаже. Необычный ракурс позволяет по-новому оценить истории успеха…

Щёлк на другой канал:

– Но что вы лично, как новый министр транспорта, будете делать с проблемой износа железнодорожных путей?

– Знаете, я недавно прочитал в одной книге, как древнерусские воины переносили ладьи в обход речных порогов. Почему бы и современным пассажирам не выходить из электрички, переносить её на соседний исправный путь и ехать дальше? Неужели история нас ничему не учит?..

Щёлк:

– Сейчас такая мода на многогранность! И у нас сегодня по-настоящему разносторонняя личность. Встречайте: эксперт-криминалист, имеющий судимость за кражу дорожного знака, известный парикмахер и монархист, а также потомственный экстрасенс и коллекционер сценических трусов поп-певиц…

Щёлк:

– Я, слава Богу, атеист…

Быстрый щёлк:

– По инициативе думской фракции ЛГБТ создаётся парк извращений. Презентация состоялась в ночном клубе «А! Эропорт»…

– Новости регионов: в Иркутске сильный снегопад, но это не помешало открытию купального сезона. Вокруг лопнувшей магистральной трубы собрались любители пляжного отдыха…

Щёлк:

– Арт-группа «Локдаун в голове» устроила перфоманс «Время, вперёд!». Творцы добавили цемента в песок на детской площадке. В результате дети не смогли вытащить свои вчерашние игрушки. Смысл акции – приготовление детей к разочарованиям взрослой жизни…

Щёлк:

– Одним из ведущих научных институтов проведено исследование путей процветания России. В результате получена и запатентована уникальная формула-девиз: «Перестать воровать». Стоимость работ составила сорок миллионов рублей.

Щёлк:

– Президент США прервал свой отпуск в доме для престарелых, чтобы обвинить Россию в столкновении двух американских подлодок в Москва-реке. В Вашингтоне подчёркивают, что вынуждены наращивать оборонный потенциал из-за агрессивности Кремля.

– Президент Франции Шарль Алибаба…

Окончательный щёлк.

Трясу головой, чтобы избавиться от телемусора. Прочь, прочь от злой башни! Но сбежать не так просто, в каждом окне горят голубые огоньки. В том, другом, десятом… Ну наконец-то! Вот в этом окне не работает телевизор! Две бабуси-подружки болтают, сидя в тёплом месте.

Первая бабуся: Даже моя племянница вышла замуж за еврея. Теперь она – Юлька Цезарь.

Вторая бабуся: Что? Лучше сначала прокипяти. Я из-за пандемии плохо слышу.

Первая бабуся: А я вообще ничего не соображаю, даже телевизор перестала смотреть (включает телевизор).

Телевизор: У нас сегодня – гендерная дискуссия. Даю слово лидеру феминистического движения «Свободные сиськи», идеологу демонстраций против бюстгальтеров.

– Свободен ведь не только человек, но и его отдельные части! Так почему моя грудь должна подчиняться консервативному обществу?

– Скажите, а сегодня вечером ваши сиськи свободны?

– А каким вы видите политическое будущее «Свободных сисек»?

– А мужчинам можно участвовать в демонстрации?

Первая бабуся: Безобразие! (делает погромче).

Нет, на земле не спастись от телевидения! Но тут из-за угла взлетает в небо сиреневый воздушный шарик. Немного сдутый. Нужно срочно вообразить себя этим шариком! Что я мог бы увидеть и подслушать?

Поднимаюсь и вижу крышу кинотеатра с рекламой блокбастера «Месть беспилотника»…

А в сотне метров справа начинается потасовка. Задумчивый очкарик по ошибке бросил окурок в раскрытый мотоциклетный шлем, приняв его за урну…

Впереди – импровизированное шоу. Студенты театрального вуза изображают пострадальцев и собирают деньги на вечеринку.

Слева – митинг против «электронного концлагеря». Это про перепись населения, что ли? Дураки! Заботливое государство переписывает вас, чтобы никто не потерялся!

Стукается шарик в стекло офиса, а там идёт девичник! Слышны женские обсуждения мужчин:

– Он пытался покончить с собой?!

– Он пытался покончить с тобой!!! Поэтому и не перезвонил.

– Лариса, тебе цветы давно дарили?

– Присланные в эсэмэсках считаются?

– Он слишком туземец, чтобы что-то понимать. Тем более в женской психологии.

– Красиво лежит на диване, но мышей не ловит. Декоративное животное.

– Смотрю: что-то синеет вдали такое зелёное! Мой суженый идёт! Вот я ему устроила радугу!

– Я начинала юристкой на лесопилке, там был такой термин: «Деловая древесина».

– Прям про моего! Вечно занятый пень!

Улетает удивлённый шарик к соседнему зданию и слышит мужские разговоры:

– А поскольку у неё вечно настроение козы…

– Такой уж у нас, мужчин, процессуальный статус: вечный подозреваемый.

– Она говорит, что не видит смысла. К кому её отвести – окулисту или философу?

– А она мне и говорит: «я переспала с ним из уважения». Что делается в женских головах –непостижимо!

– Бывают женщины настолько властные, что даже в постели они ведут себя как председатель правления! Я ей кто – мелкий акционер?

– У меня такое впечатление, что я стою на рабовладельческом рынке, только не с той стороны прилавка!

– Вышел я от неё и с горя устроил охоту на улицах Москвы. Три номера телефона добыл за вечер…

– Но ведь она сама спросила про мой прошлый опыт! Я честно начал: «Ты у меня семьдесят восьмая»… Такое началось! Женщинам не нужна правда!

Летит потрясённый шарик дальше и слышит межполовую перестрелку:

– Между прочим, это супружеский долг!

– Не супружеский долг, а супружеский кредит! Ха-ха! Это ты мне должен по жизни!..

– Нет, ты объясни, что значит это сообщение в твоём телефоне: «Строгая Госпожа ждёт в своих апартаментах щедрого раба»!

– Это начальник вызывает, Иван Иваныч, у него такое чувство юмора!

– Знаю я, как зовут твоего Иван Иваныча! Верка Попадосова из бухгалтерии!.. Или Любка Хотелова, однокурсница?..

Дунул ветер и улетел за угол обалдевший шарик. В самый древний переулок Москвы. И сразу забыл шарик свои подслушки.

Какая же тишина… Замер шарик в благоговении, не шелохнётся. Здесь, на этих самых камнях, жил московский юродивый. Только чуть слышно, как из бездны веков доносятся слова откровения: «Оставляйте всё здесь… Если же… Если в вашей душе останется хоть частица земного – сгорит она в пламени неба».

Восходящий поток поднимается от камней и возносится шарик ввысь, совсем высоко, над всей Москвой.

Плывёт шарик над земной суетой, рядом с вечерними облаками, а на горизонте – закат такой яркий, словно миновало уже пять миллиардов лет и Солнце начало своё последнее превращение в красного гиганта…

С такой высоты купола храмов, забирающие горести, сами выглядят как золотые слезинки… И только с такой высоты снова видны разрушенные храмы, не исчезнувшие никуда. Вот показался, среди всех миражей современного дня, храм Сошествия Святого Духа на месте метро Кропоткинская…

И видны в закатном свете души героев, любящие пролетать над местами своих земных подвигов. Здесь – танкисты, горящие заживо, но продолжающие бой, здесь – лётчики, в одиночку атакующие пятнадцать вражеских самолётов, здесь – девчонки-медсёстры, под шквальным огнём волочащие раненых… Пехотинцы, десантники, ополченцы, кавалеристы, пушкари всех войн… Вышедшие из московских переулков в бессмертие. Лучший учебник истории и целой жизни могли бы составить строки из наградных листов. «Будучи тяжело раненым, не вышел из боя, продолжая командовать ротой, штурмующей высоту…» Не вышел из боя…

Только легенды способны хранить истину так долго… Летит на белом коне Александр Пересвет – навстречу непобедимому чудовищу, способному порвать воловью кожу руками… Ведь действительно у Темир-бека было тяжеленное копьё на два локтя длиннее обычного. И в конном поединке он любого выбивал из седла. Поэтому Александр снял доспехи, оставшись в тонкой рубахе, чтобы враг пронзил его насквозь, но и самому дотянуться. Через немыслимую боль, в предсмертном красном тумане, с разорванной грудью, мёртвым уже, но не разжать стальной хватки, суметь дотянуться… Убить сильнейшего из нелюдей, идущих на Москву.

Не с этой ли минуты в русском языке появилось сочетание слов, которого ни один другой народ не знает? «Умри, но сделай»…

Не выдерживает шарик тяжести московского неба и спускается вниз. Пролетает мимо кафе «Бамбук», на последнем этаже небоскрёба, где пьют мохито и беседуют двое интеллектуалов:

– Ая начал съёмки авторского кино. Сюжет – бомба! Некто приходит неизвестно куда в поисках себя.

– Банально!

– Ты слушай дальше! Герой оказывается в секс-шопе, где все игрушки – его воспоминания. Причём неясно, какое именно воспоминание, пока его в себя не засунешь.

– То есть это эротический хоррор?

– Это ты без одежды – эротический хоррор! Психологическая драма!

– А концовка?

– Финал традиционный для арт-хауса. Зритель понимает, что два часа смотрел на галлюцинации торчка, заснувшего в ковше экскаватора…

Отлетает озадаченный шарик от кафе «Бамбук» и видит, что совсем не туда дует ветер, в нехорошую сторону. Уносит шарик к саркофагам властных структур. Сопротивляется шарик, но ветер сильнее.

Нависают снежные тучи и снегопад шелестит, но различает шарик и другие звуки – шуршанье и чавканье… Понимает шарик, что внизу – орды коррупционных крыс! И они не просто шарят по трюмам, а скоро съедят государственный корабль…

Стоп! Никакой политики в нашем путешествии! Откуда такие мысли в пустой голове воздушного шарика?

Зависает шарик над бетонной скороваркой, заполненной аппаратом Госдумы. Всё бурлит, сотрудники бегают, идёт работа над поправками в Уголовный кодекс. В последнее время много аварий: дикие пешеходы прут на зелёный светофор и попадают под машины с мигалками. Пытаются привлечь внимание и подорвать стабильность. Нужно ввести новое понятие: умышленные жертвы преступлений… Мировой опыт отсутствует, всё опять нужно делать с нуля…

А после здания законодателей – дом правоприменителей. Здесь тоже совершается революция: придуман новый способ распознавания личности и контроля за чиновниками. Идея простая: в сиденья кресел устанавливается программное обеспечение. Чиновник сел – прошла верификация. Встал – у начальника загорелась лампочка. И уже создаётся секретная база данных «Полушария»…

Так, а вот это чёрное здание лучше совсем облететь, в народе считают, что там нечистые заседают…

В следующем дворце – целый рой государственных мыслей. Летит шарик мимо окон и всё слышит:

– Я как патриот заявляю! Пенсии должны быть маленькими, чисто символическими! Нужно в молодости добиваться успеха, чтобы в старости не умереть с голоду. Тогда мы точно будем нацией победителей!..

– Почему никто не думает о мигрантах? Они ведь испытывают депрессию, когда их выдворяют из страны! Нужно повесить на вокзалах дружелюбные баннеры «Счастливой депортации!»…

– Это не мошенничество, а инновации, опережающие законодательство. Назовём это уголовной промышленностью…

– Мало, мало в нашей партии звёздных имён! Конечно, мы все – видные политики, вот только за пределами офшоров нас никто не знает. А нужна узнаваемость! Чтобы каждый член символизировал!

– А если мы всех жителей дома поставим на учёт в психдиспансере – мы сможем их принудительно переселить? Дом ведь в элитном районе! Пенсионеры портят весь финансовый ландшафт!

Послушал шарик, возмутился и полетел к другим этажам:

– Он явно на мою должность метит! Подсидеть меня пытается!

– Не волнуйся, на свете нет таких задниц, чтобы тебя подсидеть!

– Я так и думал, что в секретариате мёртвые работают. Настоящее Чистилище!

– Шеф услышал и аж лязгнул зубами от удовольствия. Словно от годовой премии откусил…

– Я в пятницу заседать не приду. В гольф играю!

– Плохо слышно! В борщ играешь?

А у этого кабинета подчинённые обсуждают начальника. Не зная, что через секунду он высунет голову:

– Он уже всех просто зае…

– Добрый, добрый вечер, Геннадий Сергеевич!

А в этом окне – большой руководитель, внимательно слушает доклад подчинённого и глядит на него по-отечески. Таким же заинтересованным, одобрительным взглядом, каким гризли смотрит на прыгающего к нему лосося.

А здесь толпа подчинённых сидит и ждёт гибели начальника, работающего без выходных и перерывов на обед. Однажды он сломается… И тут же они окажутся рядом, чтобы добить упавшего льва. Необычное, кстати, имя у этого начальника. Его родители хотели сгладить брутальную фамилию чем-то романтическим… Чёртовы хиппи. Сложно человеку жить на свете, если его зовут Апрель Козлов…

А вот другой большой начальник. Сидит и задумчиво смотрит в окно, на воображаемый памятник себе самому. Больше он не видит ничего – ни того, что происходит под носом, ни дальних мест… А посмотреть есть куда! Что это там, на Камчатке? Почему вулкан проходит по документам как новая теплостанция за 100 миллиардов?

Кстати, о вулканах. Вон там, в соседнем окне, начинается драма. Подлетим поближе… Кадровик по фамилии Скалодуб составляет рядовую бумагу о том, что двум молодым бойцам-пограничникам нужно приехать на учёбу в Москву. Скучная бумага полетит далеко, за горы и равнины, и вызовет… Извержение с пеплом. В отдельно взятой голове.

Потому что за горами и равнинами, в самой глухомани, в заднице дремучих дебрей, сидит, ничего не ведая, адресат письма – начальник пограничного столба. Ровно год назад он оформил двух служебных собак как молодых сотрудников, послав в Москву документы. В целях личного благосостояния. И получает за них зарплату.

Но вот Москва наносит ответный удар: вызывает молодых сотрудников-собак на повышение квалификации…

Не знает пока об этом пограничный жулик… Он у себя, в месте дислокации. Оглядывается на окружающую безрадостность: дикую степь, неподвижную схватку берёзы с упавшим на неё телеграфным столбом… Развалины ларька, у которого когда-то фотографировались новобрачные из местных племён, потому что вокруг не было ничего красивее. Да и сейчас нет…

Вспоминает свою жизнь, из которой тридцать лет простоял на заставе, дубея зимой и жарясь летом, напряжённо всматриваясь в необитаемую чужую территорию, чтобы не пришли оттуда шпионы и диверсанты. Думает о своём коммерческом предприятии, позволяющем накопить на такой же фанерный барак, но в родных местах… Сохранилось ли что-то от них? Да откуда бы он взял двух настоящих людей на службу? В полусотне вёрст живёт старый чабан и ни души больше…

И тишина вокруг. Только слышно, как гавкают вдали иностранные прибрежные собаки…

Знаете, мне стало жаль жулика! Пусть использует этот фрагмент в своей оправдательной речи.

А шарик всё летит над государственным аппаратом. Несмотря на позднее время, идёт мозговой штурм в мэрии Москвы. «Идеи, идеи нужны! Резонансные! Скоро выборы!» И вот рождается амбициозный проект:

– А давайте рельсы в метро перекрасим?

– Зачем?

– Для повышения туристической привлекательности. Например, если фиолетовая ветка – и рельсы должны быть фиолетовыми. Во-первых, туристам проще ориентироваться. Вынесло иностранца на платформу – опустил башку и понял, где очутился. Читать ничего не надо…

Смотрит очумевший шарик на происходящее, мечется между снежными вихрями и голосами, не замечая, что сдувается и приближается к белой земле.

А реальность вокруг так нереальна, будто не снегопад идёт, а где-то высоко в небе… Развалился на части дирижабль с кокаином, летевший из Колумбии в Чебоксары. И над центром Москвы пошёл снег… И чиновники выбегают на улицу, и ловят снежинки… Кстати, отличный сюжет для рассказа «Авария в небе»! Но пусть он не раскрывается, оставшись целым бутоном.

Падает шарик и подбирает его старый французский бульдог. Да, всё как у людей. Только что летал под облаками и вот уже доедает тебя незнакомое чудище.

«Альберт, иди к маме!» – зовёт бульдога хозяйка, а мы оставляем за спиной и мать собачонки, и погибший шарик, и чумные лабиринты административных зданий. Тем более что закончился рабочий день, и уехала уже в элитный район последняя жопа с мигалками. Увозящая очередного бесстрашного человека. Не боящегося ни людей, ни божьего гнева…

Отзвучали вдали злые флейты полицейских сирен, исчезают здания и улицы…

Какое чудо! Прямо из метели появляется девушка со свежим загаром! Как она попала из лимузина на улицу? Красавица уходит и вслед за нею прыгают по низким крышам снежные духи зимы…

Что-то поменялось вокруг. Бесшумная грозовая туча подкралась и захватила весь город… Московские сумерки…

Магическое время! Все сказки начинаются в сумерках. Флаги становятся чёрными и уплывает куда-то посольство пиратской страны… И автомобиль за чугунной решёткой мерцает раскосыми глазами вампира… И фонарь оживает и глядится в лужу, где плавает оранжевая луна. Спасибо за твой свет, брат-фонарь!..

Город заплывает в синюю тучу и останавливается. А душа плывёт дальше и вверх, в бесконечность. Синие сумерки, неопределённые, как вся наша жизнь… Синяя Москва, синие мысли… Спокойствие… В этой синеве невозможны ярость, боль, сдавленный крик… И даже возникает ощущение, что никогда не спящий мегаполис вот-вот заснёт…

Сумерки делают всё ненастоящим. Нет в городе и целом мире ни страха, ни жестокости, ни диких режимов с ядерным оружием… Нет чувства, что живём накануне войны… Есть только полчаса отдыха от тревог и порывов, называемых человеческой жизнью…

Гаснет дневной свет и вкрадчиво опускаются сумерки, напоминая о быстротечности жизни, но также о том, что погаснут однажды обиды и печали, эти злые огни, зажжённые в наших душах другими людьми…

Сумерки тают в душе и вокруг. И город тает в тумане, словно рассеялся дым всех дневных сражений и ни одна пушка больше не выстрелит, и будут только тишина и покой… Смягчается резкость взгляда и мысли становятся плавными и неопределёнными, ведь они отражают то, что мы видим…

Мир в душе и нет уже мыслей, лишь забвение в синих снегах. Сумерки – предчувствие ночи…

Начинается ночь и заканчиваются человеческие сюжеты… Сквозь шелест листьев чудятся шаги и голоса… Вот кто-то из темноты отдаёт приказ ведьме: Марика, слетай! Вот что-то начинает светиться у входа в древнюю церковь, под которой навеки закопан один из Иудиных сребреников… Кого в эту ночь притянет блеск злой монеты?.. Её чувствуют только те, у кого не осталось ничего святого… Из тьмы приближается кто-то сутулый, облечённый властью. Сегодня он выделил многодетной семье кусок земли – для домашнего хозяйства. В границах городской свалки…

Молчит Москва. Возможно, это молчание зыбучих песков… Медленно забирающих всех, кто ходит по улицам… Лишь ночной погребальный ветер воет в пустых переулках. За спиной, справа и слева… Окружает усталого путника…

Город давно бы пал, в одну из таких ночей. Но за этой оградой, в тёмной глубине горит лампада, зажжённая монахом-воином. Он предстоит за всех, за каждого. Не стоит город без праведника. Не наступит новый день без ночной молитвы…

Никого не забудет неспящий защитник. Ничего не случится с детьми, и взрослых минуют несчастья. И даже бывший узник обретёт покой… Может, и вызов кадровика-пограничника не долетит…

Бледнеет луна, исчезают зловещие тени. Утренние колокола прогоняют ночную нечисть. И дома становятся нежно-серыми, словно за каждым стеклом восходит неяркое северное солнце…

Смотришь на светлеющий город и чувствуешь себя новорождённым, едва помнящим события прошлой жизни… Помню, как однажды над Тихим океаном наш самолёт попал в страшную грозу… Одна из молний ударила в крыло, оно треснуло и всем пассажирам пришлось бежать на правый борт и удерживать огромное железное крыло своими руками… Вот так незаметно реальность превращается в вымысел. В наших воспоминаниях…

Если все мы – родом из прошлого, а прошлое – соткано из вымыслов… Существуем ли мы на самом деле? Что, если выдуманы все наши пути и стоим мы в неизвестной местности? В семь тысяч пятьсот тридцатом году от сотворения мира… Тысяча лет равна одному дню и снова в разгаре божественный понедельник…

Кто ты, Москва? Столица прошлой и будущей империи или азиатский рынок на холмах? Кого в тебе больше – злых или добрых? Или как в остальном мире – злых больше, но добрые сильнее?

Москва… Святые подвижники, огненные поэты и любящие сердца, герои и труженики… Но также разномастное ворьё и дармоеды… Красота запредельная, чистый свет. Самая большая в мире любовь. И ненависть тоже. И что-то отвратительное, как нищая старость…

Однажды накипь схлынет и останется только настоящее…

Москва остаётся позади, не переставая быть маяком. Оглядываясь назад, видишь будущее страны… Что оно принесёт? Может, беду – тяжкую и всенародную, как безумие патриарха… Или долгожданное счастье… Середины у нас не бывает.

Но так хочется верить в хорошее! Ведь повсюду – уже быстрая московская весна! Сосульки теряют себя со скоростью капля в секунду… И просвет в облаках! Нет, показалось. Просто почему-то синее облако. Облака тоже бывают не такие, как все… Вот бы только какой-нибудь знак, что услышала мой шёпот волшебная башня…

И внезапно начинается… И какой тёплый! Самый первый! «Весенний дождь! Печалюсь о тех, кто не может писать стихи…» Вечный шедевр Бусона – гимн весне! Дождь длился пару мгновений, но успел подарить каждой ветке сирени по тысяче драгоценных серёжек…

Ушла ночь-колдунья… И мне тоже пора. До нового рассвета, Москва! До новой дороги…

– Но всё-таки! Насколько правдив этот рассказ? Ну есть же явно фантастические персонажи! Автобусная фея, ясновидящая собака…

– Они как раз реальны. Всё – правда! Кроме того, что в мэрии Москвы бывает мозговой штурм.

– Ну хорошо. Но как же может человек выйти из дома осенью, а вернуться весной?!

– Может. И даже в один день. Если на улице он встретит любовь…

– А почему рассказ называется «Школа бытовой магии»?

– Понятия не имею. Название однажды пришло и засело накрепко. Возможно, кто-то и найдёт объяснение, ведь автор – далеко не лучший читатель самого себя. Просто что-то… Пережил, наболело, услышал, нашёл в старом блокноте, рассмеялся, задумался, кольнуло в груди, осветился закатом – и возник текст.

Наверное, было бы странно, если бы в отчёте Министерства сельского хозяйства речь шла о космосе. Или в служебной аттестации дорожного инспектора описывались съедобные растения.

Но литература – океан свободы. Пусть в нём гуляет волна и с таким именем.









Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 15
© 01.05.2022г. Андрей Гребенкин
Свидетельство о публикации: izba-2022-3301533

Рубрика произведения: Проза -> Мистика











1