Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Мы жили по соседству


Мы жили по соседству
­­Светлой Памяти товарища по школе и институту Евгения Борисовича Кривчикова

Фото из архива автора (В. Колубаев, Е. Кривчиков, А. Комаристов) и с сайта Департамента здравоохранения и социальной защиты населения Белгородской области

Мы жили буквально в ста метрах друг от друга на одной улице имени Карла Маркса, а познакомились на школьной волейбольной площадке и только потом стали друзьями. Женя Кривчиков поступил в нашу школу в 1947 году после демобилизации из армии. Высокий, стройный, подтянутый, совсем не похожий на нас, разболтанных войной, хулиганствующих мальчишек-сорванцов. Он был старше всех нас — родился в 1925 году. Мы узнали, что его призвали в армию и отправили на фронт в 1943 году. Служил он в артиллерии. За боевые заслуги был награждён орденом Красной Звезды и направлен в Иркутское артиллерийское училище. По окончании училища участвовал в боях с бандеровцами в Западной Украине. Имел воинское звание лейтенанта или старшего лейтенанта. Точно не помню.

Во время игры в волейбол он наглядно показал нам, как надо играть. Меня, среди других игроков, он заметил сразу. В нападении я практически не играл — ростом не вышел — но зато распасовывать мяч игрокам нападения, умел хорошо. Женя предложил мне «сотрудничество» —, я пасую ему, а он забивает. Коротко напомню, каким был школьный волейбол в то время. Давно это было. Я увлекся этой игрой примерно в 1946 или 1947 году прошлого века. Как-то неожиданно не только мальчишки, но и девчонки старших классов, вдруг стали играть в волейбол. В каждом старшем классе была своя команда. Волейбольную площадку мы оборудовали в школьном дворе. Сетку соорудили из нескольких старых гамаков. А волейбольный мяч, из грубой свиной кожи и такой же шнуровкой, первое время был один на всю школу.
Камеру с заплатками дружно надували всей командой или велосипедным насосом. Мяч весь в латках, штопаный больше походил на дыню или на мяч, которым играют в регби. Но зато команда нашего класса была лучшей и в школе занимала первое место. Все мы были примерно одного роста, и только Женя Кривчиков выделялся среди нас своим высоким ростом. Естественно, он являлся основным нападающим, а я распасовывал мячи игрокам первой линии, и всегда стоял рядом с Женей.
Мы понимали друг друга без слов. Женя знал, когда я подам ему «коротенькую» передачу. Часто просил меня пасовать мяч «на столб» (антенн на сетке тогда не было) или «за спину».

К нам приезжала школьная команда из соседнего района. Потом мы ездили на игру к ним. Помню, что у себя дома мы победили, а в гостях проиграли. В составе сборной школы мы с Женей часто играли с командой сельхозтехникума. Учились там, в основном, ребята из сел, где спорта в те время практически не было, и поэтому мы легко выигрывали у них. В 1948 году я и Женя окончили 10 классов Корочанской средней школы и оба поступили на лечебный факультет Харьковского мединститута. Жили в одной комнате общежития четыре года, пока меня не призвали в армию и не зачислили на Военно-медицинский факультет. В институте работала секция волейбола. Тренировались и играли в небольшом спортзале главного корпуса института до полуночи. В общежитие на улицу Островского шли пешком. По дороге Женя любил во весь голос петь свою любимую арию из оперы «Князь Игорь» — «Что приуныл ты, князь? Возьми коня любого!». Он любил музыку, хорошо пел арии из опер и песни советских композиторов. Кстати, во время учёбы в школе он играл на трубе в духовом оркестре Дома культуры. Оркестр играл на вечерах танцев, а иногда и на похоронах. В институте Женя играл на тромбоне в ансамбле на танцах в клубе общежития. Иногда, если ударник опаздывал к началу танцев, Женя просил меня «постучать в барабан».

Во дворе нашего общежития была площадка для игры в волейбол, где мы сражались «на пиво». Мы с Женей играли за курс, факультет и институт. Тогда ежегодно проводилось первенство институтов Харькова по волейболу. Помню, что наша команда занимала место где-то в середине турнирной таблицы. После окончания четвертого курса студентов мединститута направляли на лечебную практику в районные больницы. Меня и Женю отправили в Корочанскую районную больницу. В больнице на нас смотрели, как на безотказных помощников. Мы работали в родильном, хирургическом и терапевтическом отделениях, а также в стоматологическом и гинекологическом кабинетах. Незадолго до нашего приезда в Корочу, тяжело заболел хирург больницы. Чтобы не оставлять такой большой район без хирургической помощи, из Белгородской областной больницы командировали пожилого хирурга, фронтовика, очень опытного. К сожалению, я не запомнил имя, отчество, фамилию человека, который учил нас с Женей во время практики. Он дал нам с Женей очень многое для последующей работы врачами. Для нас с Женей это было просто счастье. Он оперировал буквально все и тут же учил нас. Опыт у него был колоссальный - он прошел войну, а это что-то значило.

Анестезиолога в больнице не было. Наркоз давал или кто-то из нас или пожилая медсестра. Надо признать, что по хирургии и смежным дисциплинам мы вряд ли получили бы где-то больше знаний, чем в Короче. Лечебная практика в районной больнице для нас была отличная. Мы ассистировали хирургу во время всех операций. Кроме того, в больнице не было зубного врача, а одно время и гинеколога. "Шеф" посылал нас в эти кабинеты принимать больных. Приходилось заниматься стоматологией и гинекологией. Руководитель практики доверял нам самим вести амбулаторный прием. Народ приезжал издалека на лошадях. Около здания амбулатории стояли десятки подвод. Мы консультировались с шефом только в сложных случаях. Лично мне потом в жизни, особенно во время службы на Дальнем Востоке врачом топографического отряда, многое из того, чему он нас учил, пригодилось. После окончания рабочего дня мы писали с Женей подробные дневники с перечислением всех выполненных нами за день операций и процедур. Дневник подписывал руководитель практики. Но случилось то, что случилось. Меня срочно вызвали в Ленинский райвоенкомат Харькова, где я состоял на воинском учете, как студент медицинского института. Я знал, почему меня вызывают в Харьков. При институте в 1951 году был создан Военно-медицинский факультет для подготовки войсковых врачей. Я значился среди кандидатов в слушатели. На следующий день я приехал в Харьков и был призван на военную службу.

Женю, как участника войны, на факультет не призвали, и наши пути разошлись на многие годы. К сожалению, мы виделись с ним в Белгороде всего один раз в начале 60-х годов, когда я прилетал в отпуск с Дальнего Востока. Женя женился на дочери секретаря Белгородского обкома и жил в центре Белгорода в Доме руководящих работников. В подъезде дежурный милиционер долго допрашивал меня — к кому я иду, и по какому вопросу, пока Женя не позвонил ему из квартиры. Мы общались с ним не более часа — он спешил в больницу, а я на вокзал… В последующие годы, вплоть до 2003 года я часто проезжал Белгород, но больше к Жене так почему-то и не зашел.

В интернете на сайте Департамента здравоохранения и социальной защиты населения Белгородской области мне удалось установить, как сложилась судьба товарища по школе и институту Евгения Борисовича Кривчикова. После завершения учебы в институте он по распределению получил назначение в НИИ туберкулёза г. Кривой Рог на должность младшего научного сотрудника, но вскоре по состоянию здоровья оставил эту должность, вернулся в Корочу и работал заведующим терапевтическим отделением Корочанской ЦРБ. Через год его перевели в Белгородскую областную больницу № 1, в которой он проработал 44 года и прошел путь от врача—ординатора терапевтического отделения до внештатного кардиолога области.
Евгений Борисович много сделал для развития терапевтической службы в области, подготовки врачей—терапевтов, совершенствованию кардиологической помощи, открытия кардиологических кабинетов в поликлиниках. Он автор более 10 научных работ и многих методических рекомендаций для терапевтов. Ежегодно выполнял до 30 экстренных выездов и вылетов в районы области.

Моя тётя Косилова А.А. рассказывала мне, что во время приезда в Корочу к тяжелому больному он приходил к ней и интересовался, в какой помощи она нуждается. Кривчиков был делегатом ряда всесоюзных и международных съездов терапевтов и кардиологов, ему присвоили высшую квалификационную категорию. За многолетнюю хорошую работу он награжден знаком «Отличнику здравоохранения», орденом Трудового Красного Знамени, а в 1990 году ему присвоено звание «Заслуженный врач РСФСР».

До 2004 года Евгений Борисович работал рядовым врачом—кардиологом в отделении сердечно-сосудистой хирургии Белгородской областной больницы.
В январе 2007 года Евгений Борисович Кривчиков ушел из жизни.

Вечная память тебе, дорогой друг и коллега!

18.10.2018
­






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 7
© 11.11.2021г. Анатолий Комаристов
Свидетельство о публикации: izba-2021-3192560

Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра



Добавить отзыв

0 / 500

Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  










1