Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Бездна


­
  • Авторы
  • Произведения
  • Рецензии
  • Поиск
  • Магазин
  • О портале
  • Ваша страница
  • Кабинет автора
***
Александр Набатов 2
* * * БЕЗДНА. * * *

Часть первая.

Я как - то уже писал о жизни освободившихся из мест лишения свободы. Вот и этот мой рассказ о таком же случае, но с более худшими последствиями. Не в угоду нынешним очернителям советского строя, с его тюрьмами и несправедливостью, а для знака равенства его с настоящим строем. Независимо от политической ситуации в стране, в тюрьмах преступников охраняли и охраняют еще более преступные люди, как сказал известный император, и с этим ничего не поделаешь.Проанализировав рассказы не одного и не двух сидельцев, я пришел к выводу о невозможности преобразовать систему наказания, но она же и создана именно для наказания, так чем недовольны наказанные и правозащитники? А вот отношение к уже искупившим, уже оправданным, не может не вызывать защитных эмоций у думающего человека. Это рассказ о нескольких годах жизни преступившего закон, искренне, а не перед судьёй,ради смягчения приговора, покаявшегося, желавшего переменить свою жизнь, а что из этого вышло, судите сами.
. Никита сел за тяжкое преступление, совершенное осознанно, и осознанно же, согласного с приговором , предписавшим 15 лет строгого режима содержания. Молодой мужчина не был амбалом, могучим буйволом, совсем наоборот. Скорее он был хил, боязлив, старался не вступать в конфликты, и частенько получал по морде ни за что, ни про что. Просто попадал под жаждущую руку как недотепа, не дающий сдачи. Даже на воле такие люди всегда страдают от более сильных, а тем более наглых, ведь во всех неудачах, неприятностях люди ищут виноватых. А чего искать, когда рядом есть согласный быть виноватым всегда и во всем, лишь бы его не трогали. Но таких вынужденных виноватых и под крыло свое сильное часто берут, оберегают от нападок других, подбрасывают незначительные подарки, расположив к себе мнимой заботой , а в один из дней , использовав в своих целях, и выбросив то, что осталось, в мусорный бак повседневной жизни. В школе советской худо - бедно преподаватели опекали и защищали от считающих себя личностями одноклассников. Учился он ни шатко, ни валко, получив трояк заслуженный, был доволен, двоек не хватал на каждом шагу, в общественной жизни участвовал по мере сил, и был всёгда готов помочь близкому в любом случае, даже тогда, когда не знал, как эту помощь осуществить. Но если за что брался, доводил дело до конца, даже если для этого жертвовал тем, что было у него. Человеческая натура всегда эгоистична, редкое исключение - жертвенность ради жертвенности. Никита входил в число этих исключений, он был белой вороной.Как так получилось? А вот это загадка природы.Или это природное заболевание тюфякизмом, то - ли Господь послал его на землю в виде наглядного пособия, ведь он был в среде людей другой, не знавший писания и мук Христа, живший по писанию и принимающий муки безропотно. Призадумаешься тут, глядя на деяния, возможно, будущего апостола, ставшего однажды исчадием Ада. А ведь семья была не из высших кругов, но вполне самодостаточная, даже интеллигентная. Отец , мастер на заводе, с хорошей зарплатой, никогда не выпивший ничего спиртного, даже пива, умеющий постоять за себя и за других, поэтому и в профкоме не последний человек. Рабочие шли к нему с просьбами путевок в санатории, продвижения очереди на квартиры, проведения свадеб, похорон. Да мало - ли вопросов к председателю профкома. Ко всем просьбам он подходил, как к своим собственным, а если не мог помочь, сам страдал и считал себя виноватым. Мать , обыкновенная учительница начальных классов, любившая детей до самозабвения, пестовавшая своих родненький " цыпляток" с первого до пятого класса, как многодетная мать, готовая ради каждого своего ребенка отдать все, даже одежду, пищу, игрушки собственного сына, единственного, потому что и для одного - то времени никогда не хватало. Вот и рос Никитос в вечно пустой квартире, в свободное время не знающий, чем себя занять. Улицу, с беготней сверстников, с постоянной жаждой приключений, он не любил, да и за что ее любить. Чаще всего, рискнув откликнуться на предложение пойти погулять от соседских
мальчишек или одноклассников, домой приходил с расквашенным носом, порванными штанами, а бывало, и без них. Однажды купались в реке, которая была достопримечательностью города, единственной наверное, и мальчишки завязали в шутку штанины на несколько узлов, предварительно смочив их своей же мочой. Мальцов много было и помочился каждый, пока двое держали за руки незадачливого купальщика, осыпая пенделями и оплеухами.Когда его отпустили, он безразлично сплюнул на уже и так мокрые свои штаны и отправился через весь город в трусах.Какая - то сердобольная девчонка, пересилив брезгливость , прополоскала, не развязывая , в речке злополучный предмет одежды, шла рядом и ныла:
. -" Ну забери же брюки, тебе же дома попадет!" Он зыркал в ее сторону и бросал:
. - " Да отстань же ты от меня, наконец. И выбрось эту гадость, они же воняют". Девчонка слезы размазывала по щекам, нюхала мокрую тряпку и страдала.
. -" А вот и нет, я их постирала. Забери, одень брюки, попадет же!". Наконец, и ее терпению конец настал. Она со злостью швырнула штаны в спину " придурку" и осталась сидеть на лавочке в скверике, недалеко от собственного дома, пытаясь успокоиться и привести зареванное личико в порядок.Как дома объяснять свой вид страдальческий обмоченными штанами? Вот глупость - то.
. Вот так и рос Никита в семье, которая была на виду, ставилась в пример, получала почести и забывшая о младшем ее члене. Даже потери штанов никто не заметил, просто он достал из комода другие. Отец никогда не ругал его, да и ругать было не за что, разве за очередной фингал. Так здесь пожалеть, а не ругать надо. Отец и жалел, качал головой и бурчал:
. -" Ну ты уж поосторожней как - нибудь, технику безопасности соблюдай". А мать, приходя из школы и садясь к столу с тетрадками, которые принималась проверять, только и констатировала:
. "- Опять? Ну ничего, синяки украшают мужчину". Сын у нее был чаще красив, чем другие мальчишки и девчонки, тетради которых она проверяла шепча " Да ты мой хороший, опять ошибочку сделал", или " Ах, какая лапулечка, как всегда пятерка с плюсом.Радуешь и радуешь". А Никитос сидел перед телевизором без звука и думал : " Ну и сволочи вы, папка и мамка. Одному завод - дом родной, второй все любимые, кроме меня. Да ну вас". Однажды, гуляя по берегу реки, подальше от людных мест, которых за городом было немало, он столкнулся с компанией молодых людей, которые подъехали на " москвиче" красного цвета и шумно оглядывали окрестности. Увидев Никиту, попытавшегося развернуться и испариться от греха подальше, один из ребят, лет девятнадцати- двадцати, окликнул его:
. -" Привет, друг! Как тут река, глубокая, чистая? " Никита подтвердил, что и то и то есть.
. - " Вот хорошо - то! Значит здесь и остановимся.Ребят, здесь разобьем стан аборигенов. Семен, выгружай пожитки" ,- и к Никите:
. - " Звать - то как тебя?"
. После краткого знакомства, Грек( так представился молодой человек) предложил пацану не спешить, а остаться и помочь пожелавшим отдохнуть ребятам в разбивке лагеря и потом посидеть с ними перед угощением и гитарным звоном. Никита и представил себе боль от очередной оплеухи, но просьба о помощи была для него как дудочка заклинателя змей, действовала магически и лишала воли. А ребята оказались очень даже хорошие, веселые.Две девушки сразу же начали кокетничать с тринадцатилетним пацаном, делали лестные замечания по поводу умения ставить палатку, сооружения очага, приготовлению дров для костра. Лена и Катя крутились с ним рядом, там подадут, там поддержат, там просто погладят мягкой ладонью по спине.Никитос растаял, почувствовал себя сильным, уверенным, и даже прикрикнул несколько раз на неумёх ребят, сказав, что те только под ногами мешают.И не получил за это ни леща, ни подзатыльника. Те только посмеялись и пообещали все делать так, как велит опытный их новый друг. Его спросили о согласии стать их лучшим другом , и он милостиво согласился. И Лена и Катя были так красивы в своих мини, они так ласково на него смотрели, что он таял, таял, таял...День
пролетел, как и не начинался.Вечер наступил неожиданно.За купанием в реке, лазаньем в прибрежных обрывчиках в поисках рачьих нор, с испуганными, но счастливыми воплями красавиц при виде шевелящего усами и клещами рака, при вкусном угощении, с добавлением выловленных и сваренных Никитой раков, и с вином, которого мальчик не только никогда не пробовал, а даже стакана в руках не держал, время испарилось, как и не было.Никиту никто не гнал домой, он вместе со всеми развалился на одеялах у костра, слушал пение Дэцела( друг Грека) , такого задушевного, красивого.Ему наливали вина столько же, как и всем, он погрузился в мир, в котором никогда не бывал, где покой, сытость, веселье, а главное - такое счастье, какого не бывает... Лена и Катя обнимали его по очереди, целовали и смеялись, шуточно ругаясь за обладание единственно достойным кавалером. Никита млел, стеснялся, сам целовал в подставляемые щечки красавиц. И ничего ему за это не было.Его ни разу не ударили, не обозвали придурком, не прогнали. Никита спал с улыбкой на лице, бережно укрытый пледами, с маленькой подушкой - думочкой под головой. И счастье еще не закончилось, оно только начиналось. Звезды смотрели на него с высоты, но не имели желания согреть еще сильнее, а пролетающей тучке, увидавшей свернувшегося в калачик счастливого мальчишку, захотелось заплакать, но она сдержалась. Зачем своими каплями нарушать сон, он ведь редко бывает таким счастливым.
Я как - то уже писал о жизни освободившихся из мест лишения свободы. Вот и этот мой рассказ о таком же случае, но с более худшими последствиями. Не в угоду нынешним очернителям советского строя, с его тюрьмами и несправедливостью, а для знака равенства его с настоящим строем. Независимо от политической ситуации в стране, в тюрьмах преступников охраняли и охраняют еще более преступные люди, как сказал известный император, и с этим ничего не поделаешь.Проанализировав рассказы не одного и не двух сидельцев, я пришел к выводу о невозможности преобразовать систему наказания, но она же и создана именно для наказания, так чем недовольны наказанные и правозащитники? А вот отношение к уже искупившим, уже оправданным, не может не вызывать защитных эмоций у думающего человека. Это рассказ о нескольких годах жизни приступившего закон, искренне, а не перед судьёй,ради смягчения приговора, покаявшегося, желавшего переменить свою жизнь, а что из этого вышло, судите сами.
. Никита сел за тяжелое преступление, совершенное осознанно, и осознанно же согласного с приговором , предписавшим 15 лет строгого режима содержания. Молодой мужчина не был амбалом, могучим буйволом, совсем наоборот. Скорее он был хил, боязлив, старался не вступать в конфликты, и частенько получал по морде ни за что, ни про что. Просто попадал под жаждущую руку как недотепа, не дающий сдачи. Даже на воле такие люди всегда страдают от более сильных, а тем более наглых, ведь во всех неудачах, неприятностях, люди ищут виноватых. А чего искать, когда рядом есть согласный быть виноватым всегда и во всем, лишь бы его не трогали. Но таких вынужденных виноватых и под крыло свое сильное часто берут, оберегают от нападок других, подбрасывают незначительные подарки, расположив к себе мнимой заботой , а в один из дней , использовав в своих целях, и выбросив то, что осталось в мусорный бак повседневной жизни. В школе советской худо - бедно преподаватели опекали и защищали от считающих себя личностями одноклассников. Учился он ни шатко ни валко, получив трояк заслуженный был доволен, двоек не хватал на каждом шагу, в общественной жизни участвовал по мере сил, и был всегда готов помочь близкому в любом случае, даже тогда, когда не знал, как эту помощь осуществить. Но если за что брался, доводил дело до конца, даже если для этого жертвовал тем, что было у него. Человеческая натура всегда эгоистична, редкое исключение жертвенность ради жертвенности. Никита входил в число этих исключений, он был белой вороной.Как так получилось? А вот это загадка природы.То - л это природное заболевание тюфякизмом, то - ли Господь послал его на землю в виде наглядного пособия, ведь он был в среде людей другой, не знавший писания и мук Христа, живший по писанию и принимающий муки безропотно. Призадумаешься тут, глядя на деяния возможно будущего апостола, ставшего однажды исчадием Ада. А ведь семья была не из высших кругов, но вполне самодостаточная, даже интеллигентная. Отец , мастер на заводе, с хорошей зарплатой, никогда не выпивший ничего спиртного, даже пива, умеющий постоять за себя и за других, поэтому и в профкоме не последний человек. Рабочие шли к нему с просьбами путевок в санатории, продвижения очереди на квартиры, проведения свадеб, похорон. Да мало - ли вопросов к председателю профкома. Ко всем просьбам он подходил как к своим собственным, а если не мог помочь, сам страдал и считал себя виноватым. Мать , обыкновенная учительница начальных классов, любившая детей до самозабвения, пестовавшая своих родненьких" цыплятки" с первого до пятого класса как многодетная мать, готовая ради каждого своего ребенка отдать все, даже одежду, пищу, игрушки собственного сына, единственного, потому что и для одного - то времени никогда не хватало. Вот и рос Никитос в вечно пустой квартире, в свободное время не знающий чем себя занять. Улицу, с беготней сверстников, с постоянной жаждой приключений, он не любил, да и за что ее любить. Чаще всего, рискнув откликнуться на предложение пойти погулять от соседских
мальчишек или одноклассников, домой приходил с расквашенным носом, порванными штанами, а бывало и без них. Однажды купались в реке, которая была достопримечательностью города, единственной наверное, и мальчишки завязали в шутку штанины на несколько узлов, предварительно смочив их своей же мочой. Мальцов много было и помочился каждый, пока двое держали за руки незадачливого купальщика, осыпая пенделями и оплеухами.Когда его отпустили, он безразлично сплюнул на уже и так мокрые свои штаны и отравился через весь город в трусах.Какая - то сердобольная девчонка, пересилив брезгливость , прополоскала не ,развязывая , в речке злополучный предмет одежды, шла рядом и ныла:
. -" Ну забери же брюки, тебе же дома попадет!" Он зыркал в ее сторону и бросал:
. - " Да отстань же ты от меня наконец. И выбрось эту гадость, они же воняют". Девчонка слезы размазывала по щекам, нюхала мокрую тряпку, и страдала.
. -" А вот и нет, я их постирала. Забери, одень брюки, попадет же!". Наконец и ее терпению конец настал. Она со злостью швырнула штаны в спину " придурку" и осталась сидеть на лавочке в скверике, недалеко от собственного дома, пытаясь успокоиться и привести зареванное личико в порядок.Как дома объяснять свой вид страдальческий, обмоченными штанами? Вот глупость - то.
. Вот так и рос Никита в семье, которая была на виду, ставилась в пример, получала почести и забывшей о младшем ее члене. Даже потери штанов никто не заметил, просто он достал из комода другие. Отец никогда не ругал его, да и ругать было не за что, разве за очередной фингал. Так здесь пожалеть, а не ругать надо. Отец и жалел, качал головой и бурчал:
. -" Ну ты уж поосторожней как - нибудь, технику безопасности соблюдай". А мать, приходя из школы и садясь к столу с тетрадками, которые принималась проверять, только и констатировала:
. "- Опять? Ну ничего, синяки украшают мужчину". Сын у нее был чаще красив, чем другие мальчишки и девчонки, тетради которых она проверяла шепча" Да ты мой хороший, опять ошибочку сделал", или" Ах, какая лапулечка, как всегда пятерка с плюсом.Радуешь и радуешь". А Никитос сидел перед телевизором без звука и думал" Ну и сволочи вы, папка и мамка. Одному завод дом родной, второй все любимые, кроме меня. Да ну вас". Однажды, гуляя по берегу реки, подальше от людных мест, которых за городом было немало, он столкнулся с компанией молодых людей, которые подъехали на " москвиче" красного цвета и шумно оглядывали окрестности. Увидев Никиту, попытавшегося развернуться и испариться от греха подальше, один из ребят, лет девятнадцати- двадцати, окликнул его:
. -" Привет, друг! Как тут река, глубокая, чистая!" Никита подтвердил, что и то и то есть.
. - " Вот хорошо - то! Значит здесь и остановимся.Ребят, здесь разобьем стан аборигенов. Семен, выгружай пожитки" ,- и к Никите:
. - " Звать - то как тебя?"
. После краткого знакомства, Грек( так представился молодой человек) предложил пацану не спешить, а остаться и помочь пожелавшим отдохнуть ребятам в разбивке лагеря и потом посидеть с ними перед угощением и гитарным звоном. Никита и представил себе боль от очередной оплеухи, но просьба о помощи была для него как дудочка заклинателя змей, действовала магически и лишала воли. А ребята оказались очень даже хорошие, веселые.Две девушки сразу же начали кокетничать с тринадцатилетним пацаном, делали лестные замечания по поводу умения ставит палатку, сооружения очага, приготовлению дров для костра. Лена и Катя крутились с ним рядом, там подадут, там поддержат, там просто погладят мягкой ладонью по спине.Никитос растаял, почувствовал себя сильным, уверенным, и даже прикрикнул несколько раз на неумёх ребят, сказав, что те только под ногами мешают.И не получил за это ни леща, ни подзатыльника. Те только посмеялись и пообещали все делать так, как велит опытный их новый друг. Его спросили о согласии стать их лучшим другом , и он милостиво согласился. И Лена ,и Катя были так красивы в своих мини, они так ласково на него смотрели, что он таял, таял, таял...День
пролетел как и не начинался.Вечер наступил неожиданно.За купанием в реке, лазаньем в прибрежных обрывчиках в поисках рачьих нор, с испуганными, но счастливыми воплями красавиц при виде шевелящего усами и клещами рака, при вкусном угощении, с добавлением выловленных и сваренных Никитой раков, и с вином, которого мальчик не только никогда не пробовал, а даже стакана в руках не держал, время испарилось как и не было.Никиту никто не гнал домой, он вместе со всеми развалился на одеялах у костра, слушал пение Дэцела( друг Грека) , такого задушевного, красивого.Ему наливали вина столько же, как и всем, он погрузился в мир, в котором никогда не бывал, где покой, сытость, веселье, а главное такое счастье, какого не бывает.Лена и Катя обнимали его по очереди, целовали и смеялись, шуточно ругаясь за обладание единственно достойным кавалером. Никита млел, стеснялся, сам целовал в поставляемые щечки красавиц. И нечего ему за это не было.Его ни разу не ударили, не обозвали придурком, не прогнали. Никита спал с улыбкой не лице, бережно укрытый пледами, с маленькой подушкой - думочкой под головой. И счастье еще не закончилось, оно только начиналось. Звезды смотрели на него с высоты, но не имели желания согреть еще сильнее, а пролетающей тучке, увидавшей свернувшегося в калачик счастливого мальчишку, захотелось заплакать, но она сдержалась. Зачем своими каплями нарушать сон, он ведь редко бывает таким счастливым.

.


Никита забыл о том, что у него есть семья, мать, отец, что еще к вечеру должен был вернуться домой.Он забыл обо всем на свете, он видел только голубоглазую Леночку и черноволосую Катеньку. То, что их обнимали Грек и Дэцэл, не имело никакого значения пока, да и лишнего ребята не позволяли, в те времена о сексуальной революции пока не помышляли, все они были еще советские.Второй день начался умыванием, завтраком и последующими забавами , играми, ловлей раков. До вечера мальчишка купался в реке и в любви, как равный новым своим знакомым. За это время никто ни разу не оскорбил, не пытался унизить, и когда компания к вечеру начала собирать пожитки , готовясь к отъезду, он был не то, что ошеломлен, он был убит горем. Все валилось из рук, он стал неуклюж, вял. Ребята поняли его состояние и старались подбодрить, успокоить. Когда уже все сборы были закончены, они сидели у потушенного кострища, Грек, как бы от лица всех друзей, сказал:
. -"Никитка, ты нам тоже понравился и мы хотим, чтобы наше общение не прервалось. Вот тебе адрес в Приволжске, там мы живем. Это недалеко, так что в любое время мы будем рады тебя увидеть. Каникулы закончатся скоро, тебе надо закончить восемь классов, а там можешь приезжать к нам в город и поступить куда - то учиться дальше. Мы все, правда, ребята? - обратился он к остальным - поможем, чем сможем. Так что держись, учись. Адреса здесь записаны всех нас, так что пиши письма и не скучай. Сейчас мы отвезем тебя домой".
Никита запротестовал, но Грек был непреклонен, он сам вдруг сообразил, что Никита пропал на сутки и дома его обыскались.
. Домой он не пошел сразу, а бродил по улицам, неприкаянно сидел на лавочках, и уже ближе к полуночи явился в квартире. Открывшая на звонок дверь мать не удивилась, а только осмотрела с ног до головы, убедилась в отсутствии следов побоев, и спросив, почему так поздно, не дожидаясь ответа, ушла в спальню. Сын не ожидал такого уж откровенного безразличия. Хотя бы минутного выговора, малого беспокойства или радости. Ни - че - го! Он прошел в свою спальню и улегся в постель. Сон не приходил. Встал, взял лист бумаги, ручку, и начал писать письмо. С первых же строк тупик. Кому? Подумав, решил - всем.Письмо получилось идиотское, как он сам решил. Он всем четверым признавался в любви через строчку, объяснял, почему так их любит. Прочитав, ужаснулся, порвал, начал новое. Через время снова порвал. Наконец, измучив и себя и тетрадь, вырывая из нее лист за листом, улегся вновь в постель. На этот раз заснул сразу, как провалился в другой мир, где бегал пятилетним наперегонки с Леной и Катей, но они вдруг начали его высмеивать, обзывать пентюхом, недотепой, и все пытались ударить, а он плакал навзрыд и кричал:
. -" Ну и бейте, бейте! Я все - равно люблю вас, люблю, люблю!"
. Проснулся, улыбнулся, поняв , что это только сон, и вновь в него провалился, но уже без сновидений.
. Утро следующего дня ознаменовало начало другой, совершенно иной жизни . Никита родился заново. Первое, что он сделал, встав с постели, написал коротенькую записку.Вложил ее в конверт и отправил в адрес Кати. В записке было всего несколько фраз. Он поздоровался и объявил о своем перерождении, о том, что с этого дня он станет сильным и умным, а через год приедет к ним в город, чтобы быть рядом со своими новыми друзьями. Конверт запечатал, подписал адрес и выскочил на улицу. Вернувшись, он застал отца и мать пьющими утренний чай с вареньем и пряниками, излюбленным лакомством матери. Она во время учебного времени, вечно занятая, забывала о том, что надо пообедать, поэтому в ее большом школьном портфеле, с которым она не расставалась,кажется, со школьной скамьи, всегда лежал кулек пряников. Даже в школе, на переменках, она доставала очередной и с удовольствием съедала всухомятку. Никита поздоровался с родителями, которые , как китайские болванчики , покивали в ответ. Напившись чаю, он вернулся к себе в комнату, сел за свой ученический стол и задумался. С чего начать? Лето скоро закончится.Его он провёл, бродя в
одиночестве по городку, по берегам реки, и просто там, где сам потом не помнил. Он удивился, а ведь в осеннем сочинении на тему " Как я провел лето" писать - то ему нечего. На сообщение о путевке в пионерлагерь он сказал:
. -" Не хочу".
. -" Как хочешь"- сказал отец. И все, никто за все лето им не интересовался. Он валялся в постели, валялся на берегу, валялся в прибрежном лесочке. Книг он не читал, природой интересовался тогда, когда она давала пищу, небо для него было или ясное, или пасмурное, птицы пели все одинаково и он слышал голоса, видел их, но воробья от вороны не отличал. Он был безразличен к окружающему его миру и к себе самому.Он жил в состоянии человека после клинической смерти и отмирания мозговых клеток, рефлексы есть, мыслей нет. Преувеличение это, конечно, но что - то близкое очень к преувеличению было. Сейчас сидел, как большее время уходящего лета, подперев скулы кулаками, и не грезил, а думал о реальном. Первое, надо школу окончить, если уж не отличником, то просто хорошо. Второе...Второе??? О втором - после выполнения первого. Он подошел к стеллажу с учебниками, взял первый попавшийся, это была алгебра, полистал и понял, ее не осилить. Следующую , физику, открыл с интересом, и зачитался. До первого сентября физика, законы ее, лабораторные работы так увлекли его, что он сам удивился, о чем он думал раньше, почему законы физические и связанные с ними законы жизни до этого прошли незамеченными. Отец с матерью, при всем их безразличии, не могли не заметить перемен, произошедших с сыном. Но принято было это, как само собой разумеющееся. Помощь с их стороны в переменах сына ограничилась покупкой гитары, которую он однажды попросил.Ему в руки была без слов выдана необходимая сумма и на гитару, и на самоучитель. Теперь, по часу в день, начинающий гитарист гонял гаммы, ломал пальцы для взятия аккордов, и тихому подвыванию современных шлягеров.Он решил догнать в этом искусстве нового своего знакомого Грека.
. Пришел сентябрь.Одноклассники были шокированы произошедшими переменам в тюфяке и хиляке.В класс он вошел с высоко поднятой головой, небрежно бросил портфель на парту и произнес;
. -" Привет высокому обществу. Вы нас не ждали? Мы пришли грызть гранит, просим не мешать ломать свои собственные зубы". Глаза на лоб и поскребывание затылков.
В глазах читалось " Сапсем с ума сошел. Это как?". А Никитос уселся вальяжно на свое место, и смотрел победно на прибитых к скамьям опешивших мальчишек и девчонок. Наконец, один из ребят ехидно произнес:
. -" Бааа! Незнакомые все лица! Откуда этот придурок? Его кто - нибудь знает? Чума меня возьми, что - то знакомое, но в кривом зеркале. Ты, сучонок, озверину накушался, и переел? Ну ничего, недоносок, у меня противоядие имеется". Он угрожающе двинулся на нахала.
А новоиспеченный нахал даже бровью не повел, просто смотрел на приближающегося атлета. А атлет, не дойдя до начальной цели, вдруг как споткнулся.Он с недоумением смотрел на бесстрашные глаза недоноска и оторопел от этого взгляда, а затем резко развернулся и вернулся на место. В классе стояла гробовая тишина.Если бы не вошедший учитель, тишина взорвалась бы.
Никита не стал сильнее физически, но трогать его перестали напрочь, он стал табу.А когда через пару недель из троечника он, к радости и удивлению учителей, стал учиться не ниже, чем на четверку, он превратился в предмет пересудов и сплетен.Никто в толк не мог взять, что могло такого произойти с человеком самого низшего в школьной иерархии, в предмет уважения, и даже восхищения окружающих. Девочки пытались обратить на себя его внимание, а мальчики старались не замечать нежданного соперника. Когда же на Новогоднем вечере он сыграл на гитаре " Полонез Огинского", восхождение его стало на высшую ступень. Причины, причины??? Он один знал причины своего возвышения. Он сам себя возвысил, письмами Кате, Еленке, Греку и Дэцелу. А ответные письма были живительной влагой, поливающего росшего мальчика. В каждом письме друзья радовались его успехам, давали
советы и сами
просили его совета. Он был равный. Равный!!! Именно это придавало силы, делало его вечно жаждущим, вечно требовательным к себе. Каждая ошибка стала трагедией, но не выбивающей из колеи, а равняющая появившуюся колею силой. Из хилого, забитого, боязливо озирающегося придурка он превратился в личность. Не амбалистую, не пышущую здоровьем, и даже не сделанную деньгами, а в тополек, ровненький, свеженький и радостный. Его любовь к двум девушкам, разным и характерами и девичьей красотой, вела его вперед, и только вперед. Он не задумывался над нездоровостью своей любви, над тем, что будет дальше. Он просто любил, и хотел быть достойным любви, но любви именно двух этих девушек. Никакие па одноклассниц его не трогали, он был холоден, как лед, безразличен до безобразия. Он принадлежал только этим девушкам, полностью, до последнего атома своего тела. Его ,как такового, без этой неземной любви, просто не существовало. Все, что он делал, было не его. Он не гордился своими успехами, безразлично воспринимал похвалы. Безразличие же к родителям было рождено ими же, но окрепло уже от него. Дома он машинально исполнял обряд общежития, был предупредителен, не дерзил, не спорил,но не видел тех, кто рядом. Материальны были две фотографии. На одной девушка голубоглазая, на другой шатенка. Они здоровались с ним по утрам , и он улыбался им, целовал по очереди. Они желали ему спокойной ночи, и он брал их к себе в постель. Они согревали его зимними вьюжными ночами, когда завывающий за окном ветер холодил уже одним завыванием своим. Мир начинался местом нахождения фото, и заканчивался там же. Никита молился на фотографии,как фанатически верующие в Христа прихожане Божьего храма.Это была шизофрения поклонения идолу, созданному воображением кумиру, о котором и предупреждали скрижали , посланные евреям в конце исхода в святую землю. Это была любовь страшная , любовь, разрушающая при всей своей созидательной в данный момент силе. С помощью этой силы и получил он свидетельство об окончании 8 класса хорошистом, с напутствиями учителей на выпускном вечере, пожеланиями успешно продлить обучение, кому в школе десятилетке, кому в училищах и техникумах. Никита верил в себя, в свои силы теперь уж любить не в письмах, а в касаниях любимых, в их живых голосах, и даже в их молчании, но на расстоянии не более вытянутой руки. Он был готов побеждать.

.


Вопроса " что делать ?" перед Никитой не возникало.Конечно же, Приволжск.Но вот как будет выглядеть знакомство его с большим городом, и что его там ждет, он представлял ясно. Там Елена и Екатерина. Все.Читатель, не задумываясь особенно, уже признал в герое этого повествования личность хоть и незаурядную, способную к делам невеликим, но большим, и в то же время короткая жизнь которого прошла мимо него. О самой жизни он не знал практически ничего.Трава ведь тоже растет даже сквозь асфальт, упавшие капельки дождя воспринимая как само собой разумеющееся, а палящие лучи солнца воспринимаются за божество, к которому тянет она стебелек свой. Колесо грузовика или знойное солнце бездушно убьют ее, неизвестно, и она не думает об этом, она просто тянет руки - стебли к божеству. За год прошедший отец его получил очередное повышение, очередные благодарности и награды за доблестный труд на благо и т.д. Мать проводила очередной выводок в более старшую жизнь, проливая слезы над виньеткой с мордашками своих милых птенчиков. Они поздравили сына с окончанием восьмилетки, и его желание ехать в большой город восприняли, как должное и неизбежное. Деньги ему были выделены, а выбор, куда и как их тратить, был оставлен ему самому. И он выбрал, просто сел в автобус и покатил. Пейзаж из окна, бегущего по становившейся все менее тряской дороге, чем ближе к областному центру, мало отличался от тех пейзажей, которые он видел все четырнадцать лет своей жизни. На пейзаж ему было плевать, он с каждой минутой, с каждым следующим километром приближался к своим милым.Страна жила, бурлила, строила и разрушала, возвышала одних, уничтожала других, а он, Никита, был вне страны.Его мир не расстилался на гигантские расстояния, его мир был рядом, и еще больше его мира было в его голове. Там было все, а здесь крохи, необходимые для продолжения того, счастливого головного мира.
. На автовокзале он проснулся, хотя и не спал до этого. Он вдруг сообразил, что попал в огромный мегаполис, незнакомый и страшноватый. Он и своего - то, провинциального городка не знал толком, а тут огромный мир, шум, гам, лязг и орущие динамики на каждом шагу. Никита растерялся, но быстро сообразил, что делать. Такси он знал. На стоянке такси очередь, удивившая приезжего, но так как очередь неспешно, но продвигалась, Никита понял, суетиться и ему не нужно. Со стоянки такси пошел отсчет времени обучения мальчишки жить, а не прорастать. Таксист молча выслушал адрес , молча тронулся и молча остановился, сказав:
. -" Приехали.Рупь двадцать."
Расплатившись, с портфелем студента, приобретенного родителями, он разглядывал номер дома.Таксист высадил его буквально в нескольких метрах от нужного подъезда. На пятом этаже стандартной хрущевки позвонил в дверь, но на длинную , звонко раздражающую трель , никто не откликнулся . "Дома нет - подумал Никита - подождем". Он присел на ступени и застыл. Ему не привыкать к ожиданию в одиночестве, ему даже приятно в это время погружаться в свой большущий, только ему принадлежащий мир.Внизу хлопали двери,трелили звонки, шаги шоркали и топали, а он просто ждал. Наконец раздался смех, веселые мужские и женские голоса, поднимающихся по лестнице.Никита насторожился и даже поежился. Он почему - то сразу понял, что это по его душу шум.Только теперь он сообразил, что явился, как летний снег на голову, а он не бывает ожидаемым. Сначала появилась фигура спортивного мужчины средних лет, удивленно на него посмотрев , но без особого внимания, затем поднялись еще двое мужчин, а уж за ними появились две женщины и она...
. Лена остановилась, распахнув настежь створки длинных ресниц, и воскликнула:
. -"Бааа! Жених! Ей - богу, он!" И замолчала. Молчали и все остальные, не понимая, что происходит, что еще за жених такой. Спортивный мужчина укоризненно взглянул на женщину. Да , Лена была женщиной с первого взгляда. Не та девушка, взвизгивающая при виде растопыренного рака, и хохочущая от шуток ребят. Она была ужасно красивой молодой женщиной, пышущей здоровьем сытой, счастливой
жизни.
Но это была все также его любимая Елена Прекрасная. Он смотрел на нее и не мог оторвать влюбленного взгляда. Атлетический ее спутник, наконец, спросил, обращаясь к Елене:
. -" И что это? Не врублюсь что - то - и вдруг засмеялся заразительно, хлопая себя по коленям - ааа, понял. Да это ж Никита - микитка твой. Не может никто другой это быть, точно он!".
. Лена и засмущалась и обрадовалась одновременно. Догадка мужа и его реакция сразу разрядила обстановку. Она влюбленно посмотрела на своего Льва, так его и звали, и сама засмеялась счастливо.
. -" Ну да! Он это. Вырос - то как, повзрослел, и впрямь жених".
Спутники их заинтересованно переглядывались, ожидая ответа на нежданную загадку в лице появившегося из ниоткуда пацана. Хозяин открыл дверь и первым вошел в квартиру, все еще похохатывая и жестом приглашая войти всю компанию. Лена вошла последней, улыбаясь и говоря смущенному вдруг гостю:
. -" Проходи же, горе мое, совсем в краску перед Левкой ввел".
. -" А он кто? - все еще не понимая очевидного, спросил Никита - муж, что - ли? Или кто?".
. -" Или кто, - обидевшись почему - то, сказала Лена. Муж, конечно. Врач - кардиолог.- и опять смутилась,- Он хороший и меня любит".
. Никита стоял и не знал, как реагировать на известие. Он же любит ее, а она - муж какой - то выискался. Как же так? Он резко развернулся, открыл двери прихожей и помчался через три ступени вниз по лестнице, споткнулся и кубарем полетел, вскрикнул и затих. Выскочившие на звук открывшейся двери, топот и крик боли молодые люди ринулись вниз. Никита лежал посредине лестничного пролета головою вниз, ноги и руки раскинуты. Он тихо застонал, пытаясь подняться. Лена кричала протяжно, как плакальщица над гробом покойника, все вокруг хлопотали, давали советы, но властный голос Льва прервал шум.
. -" Хорош голосить, скорую срочно вызывайте!".
. В палате Никита лежал не один, еще три кровати стояли возле покрашенных в белое стен, а на них раскорячились в растопырку мужики, двое с ногами на вытяжке, а один весь забинтованный с ног до головы, постоянно разговаривающий с кем - то. Сам спрашивал, сам отвечал, и иногда хохотал, как сумасшедший, а может и впрямь продвинутый. Внутри мальчика болело все, ноги, руки, спина. Но больше всего болело там, где, предположительно, душа обитала. Он с обидой и набегающими непрошенно слезами шептал:
. " А я ее любил, физику, химию гребанную учил. Придурок и есть придурок, ханурик долбаный. Губы раскатал, а она!" Но через время лицо его принимало благостный вид, он улыбался даже счастливо и шептал : " А какая красивая она стала, лучше, чем была. Вот бы она сейчас пришла и улыбалась рядом. А еще лучше, чтобы на соседней койке лежала и мы бы говорили, говорили". Вздрогнув и охнув от подступившей боли, паренек вдруг понял, чего пожелал любимой. " Вот придурок! Нет же, нет, Боженька, не надо! Пусть здоровая будет, хоть с кем, но здоровая!"
. Он с удивлением прислушался сам к своему шепоту и удивленно подумал -" Чего это я? Я ж в Бога не верю, атеист же я.Во напасть приключилась из ниоткуда. И впрямь, придурок чокнутый". Неожиданно дверь распахнулась, в палату вихрем влетела красивая Елена и прямиком к его постели.
. - "Миленький , слава Богу, живой. А то , что немного поломанный - ерунда. Лева сказал - ничего страшного, так, чуть нога сломана, вывих ключицы, запястье повреждено, ну парочка пальцев на руках и все. Лев сказал, как на собаке, заживет и мы с тобой гопака отплясывать будем".
Она тараторила без умолку, а он только и расслышал про гопак, и будущего партнёра по танцу. Он снова любил ее, обожал, и чего там сломанные руки, ноги. Чтобы она была вот так рядом и тарахтела про гопак, он согласен сейчас же встать и переломать себе все, что еще цело. Ах, какая же она красивая, добрая, ласковая и любимая. Лена, наконец, утихомирилась , на радость тех, кто лежал на других кроватях, присела на стул, стоящий рядом, и начала в тумбочку выкладывать принесенные яства. Но они были безразличны больному, он видел только ее, слышал
только ее. Он
выздоравливал при ней душою.Потом она немного успокоилась, и глядя на него, как на капризного ребенка, спросила:
. -" И куда это ты, сломя голову, побежал, не разбирая дороги? Ты что, спятил ? Отчего спятил? Дурачок ты наш, перепугал насмерть всех.Куда ты рванул?"
Никита не знал, куда и зачем. Не помнил.Просто ноги понесли подальше от разочарования. Но он и этого не знал. А сейчас и знать не желал, она же рядом с ним.
Открылась снова дверь и вошел Лев в белом халате и стетофонендоскопом на шее. Подойдя к кровати, коротко спросил:
. -"Жив?"
. -" Ага", - так же коротко ответил , нахмурившись, больной.
. -" Ну - ну. Живи."
Наступила неловкая пауза.
. -" Значит так, Никита. Лена рассказала о тебе давно, и я не против вашей дружбы, слава Богу, соперник из тебя никакой, а друг, вижу, верный. Это не может не вызывать уважения к тебе".
Никита дернулся , пытаясь вскочить, но боль пресекла попытку на корню. Он только скривился и притих. Лев усмехнулся и продолжил:
. -" Подожди скакать, дай зажить тому, что уже есть, потом остальное ломать будешь. Так о чем я? Да, о тебе. Как мы сообразили, ты восьмилетку закончил и приехал, наверное продолжить обучение в одном из наших училищ. Так?"
Никита, подумав, кивнул, хотя сам только понял настоящую цель своего появления в этом приволжском городе, так и называвшимся.
. -" Ну вот - продолжил взрослый собеседник - значит, поступать. Куда?"
Никита молчал. Он и сам не знал, даже не думал об этом.Лев и это понял.
. - Ну время подумать еще есть, с месяц примерно можешь посомневаться, но не больше. Документы с собой?"
Никита в недоумении пожал плечами. А и правда, документы же нужны. А они где?
. -" Ясно - сказал Лев - дома оставил - мужчина специально не произнёс " забыл". Это не беда, исправимо.Напишешь, пришлют бандеролью. Поправишься, подумаем о жилье до поступления, а пока валяйся, отлеживай бока, наедай морду. Ничего, раны мужчину украшают, так что не бери в голову, бери в плечи, шире будут. Поправляйся, ни о чем не думай.Нет, думай где учиться хочешь, или будешь.Ленок, я пошел. А ты, когда наворкуетесь, зайди ко мне.Посоветоваться надо. Пока ".
Лев ушел, но запах силы, уверенности и надежности остался. Когда ушла и Лена, надавав указаний, как себя вести, и пообещав не оставлять без своего внимания надолго, мальчик, нет, юноша же, он почему - то и сам заразился уверенностью в том, что все наладится, все будет хорошо. Он понял, почему Ленок, как ласково назвал ее муж, вышла за него замуж. Как такого сильного, умного, не полюбить. А главное, он только что понял, что женщина эта для него, кроме как старшим товарищем, никем другим быть не может. Он вздохнул и порадовался. Хоть друг, но его же. А почему нельзя любить друга так же сильно и самозабвенно. Вполне можно и реально. И он заснул, почти счастливый.
. Лена приходила ежедневно, с кучей пакетов и наставлений. Его тумбочка никогда не пустовала, хотя соседи по палате и помогали ее опустошать. Видимо, семья Льва не испытывала нужды, жила в достатке, а главное, как понял " женишок", в любви.Благодаря тому, что Лев представил больного, как своего родственника, Никита был окружен двойной заботой персонала больницы.Выздоровление было поразительно быстрым.Вскоре он уже ковылял на костылях, переломы были не особенно страшными. Ел он, сам себе удивляясь , за троих, спал положенное время, процедуры принимал добросовестно. В начале августа Лев, зайдя в палату, бросил на ходу :
. -" Манатки собирай.Через час домой поедем".
Домой? Куда домой? Я не хочу домой, я хочу здесь быть. Дома нет Ленка, доброго Льва, ничего нет. Но тут же одумался. Ну надо же, чуть не сорвался и не побежал руки , ноги ломать заново. Левка же говорил про думы о жилье Никиты после выписки. А раз сказал король , так и будет. Через час они ехали на такси, которое доставило их к дому со злополучной лестничной площадкой .А еще через час вымытый, в пахнущем снегом белье и пижаме, в которой он утонул, огромный же Львище, пил чай с яблочным пирогом, Ленком
приготовленным, и соглашался с
друзьями завтра же начать думать об обучении. Он был согласен стать за короткое время академиком, доктором наук, и всем, кем угодно. Он был готов даже снова стать маленьким, писаться в пеленки и сосать соску.Ведь Она рядом, она ухаживает за ним.
. Спал он до утра мертвым сном, без сновидений и дум. Как же хорошо быть нужным.
.


Вскоре Никитка вполне сносно передвигался на своих двоих, здоровье, благодаря неустанной заботе четы Берестовых, Льва и Елены, было на уровне, и настрой покинутого всеми улетучился , он принимал заботу о себе как новую игрушку. Что ни говори, а он к своему пятнадцатилетию, оставался ребенком. Правда, ребенком покладистым, а главное - влюбленным в своих покровителей, о родителях настоящих он даже не вспоминал, не думал, как там они, что с ними. Они просто продолжали жить своей жизнью, присылка денег случайно рожденному когда - то сыну входила в перечень дел, запланированных необходимостью быть идеальной семьей. Они выслали документы по запросу Лены, прислали необходимую сумму на прожитие, и то, что сын лежит в больнице, вызвало необходимость ответа телеграммой " Пусть выздоравливает, иначе не поступит в училище", и все, ни слова беспокойства. Лена даже не сообщила случайно свалившемуся младшему братишке поневоле о приходе такого послания. Она была в шоке, и только теперь окончательно поняла причину не совсем адекватного поведения влюбчивого мальчика. Они с мужем решили взять на время шефство над юношей, хотя - бы до рождения ребенка, которым уже была беременна молодая женщина.До этого момента еще около шести месяцев, время для постройки фундамента самостоятельности Никиты было, хотя и маловато. Никита засел за учебники по беспрекословному настоянию Льва, и встреченное в штыки Еленой.Ей хотелось поберечь от каких - либо нагрузок братца. Лев же категорически посоветовал заниматься, чтобы профтехучилище было не против приема такого ученика.Никита не протестовал, напротив, с воодушевлением взялся за подготовку к вступительным экзаменам. Проблема заключалась в незнании места поступления. Абитуриент будущий не знал, кем хочет быть. Вечером, на кухне, обсуждали семейно, перелопачивая варианты , где Никита может раскрыть свои таланты.. В мед. он не хотел, крови боялся, в строительный - отговаривала Лена, ПТУ - не место, по ее мнению, такому умнице. Наконец, вспомнили хоть не виртуозную, но приличную игру на гитаре.
. -" Почему нет? - резюмировал Лев - вполне приличное занятие, была бы тяга к искусству".
. И Никита вновь, как и дома в последнюю зиму, начал мучить струны подаренной Леной гитары, лучшей, чем была у него, и пальцы рук.
. Экзамены сдал не на отлично, но прилично, а игра на инструменте даже вызвала аплодисменты приёмной комиссии. Мало кто из современных гитаристов из попсы может сыграть, хоть и не профессионально, полонез. Он поступил. Ему была выделена койка в комнате общежития, с еще двумя первокурсниками. С ребятами он поневоле познакомился, но и только, они ему были неинтересны, как неинтересен был и сам факт проживания с кем - то и там, где Ленка нет. Но все - таки понимал он, что жить с ними, да еще после рождения ребенка, не к лицу чужаку, пользующимся добротой хозяев. Обрадовало предложение Лены до рождения ребёнка Никита останется с ними в квартире, и лишь для формы будет иногда полеживать на общежитской койке. Начался учебный год, и о чудо, не за парты будущие музыканты уселись, а отправились в подшефный колхоз, копать картошку. Провожали его, как на войну. Лена вытирала слезы, а Лев напутствовал словами " не подведи", " не опозорь". И смех и грех, честное пионерское. Из окна автобуса оставшимся друзьям щурилась кислая, чуть не в слезах, Никитина рожа, с вытираемым рукавом носом. Кроме как словом современной молодёжи " отпад" мою мысль по этому поводу не выразить. Мои и моего поколения мысли по поводу студенческих стройотрядов разделяются расстоянием от социализма до капитализма. Одни вспоминают вечерние костры и песни, другие грязь и неподъёмный труд.Но это маленькое отступление, хотя и в тему.
. Поселили их в какой - то конюшне, правда бывшей и чисто выбеленной. Нары деревянные, но в один ярус, покрытые нормальными матрасами , простынями и одеялами.Крыша не протекала, в щели стен ветер не свистел. Столовая, домик возле конюшни, чистенькая, повариха в белом выглаженном халатике, опрятная и готовит
вкусно. Но картофельное поле без конца и края, пыль, жара летняя.Ужас тихий для Никиты. А после первого дня работы в поле, когда он, даже не поужинав, свалился на своем ложе с ломотой во всем теле, привели его в такое уныние, что ночи на реабилитацию от колхозного труда не хватило. Он готов был отказаться от обучения и уехать назад к своим тихим родителям.Уговоры ребят и девочек встать и хотя - бы позавтракать, он пропускал мимо ушей, с головой укрывшись одеялом. Какой кошмар, думал он, музыкантов посылать пальцами драгоценных рук выбирать из земли грязные клубни, таскать тяжеленные мешки к краю межи, когда пот заливает лицо, чешется все, особенно там, куда не достает рука. Нееет! Кто хочет жрать ее, эту картошку,
пусть и выбирает. А я ее теперь не то что есть, видеть не могу.Чтоб я эту дрянь когда ел, ни в жисть. Так думал он, разбитый и уничтоженный. До обеда его никто не трогал. Перед самым же обедом, когда на улице под навесом застучали тарелки, к нему подсел преподаватель струнных дел, Скрипочка Вениамин Григорьевич. Никита притаился. Он давно устал лежать, ему хотелось наесться гребанной картошки хотя - бы, но как встать и показаться на глаза остальным, тем , кто с утра работает в поле, делая и его долю работы. Ах и стыдоба же! Скрипочка тихо заговорил.
. - " Во время войны я пацаном был, как ты, примерно. Уже играл немного. Мы все тогда на фронт рвались, воевать хотели, тогда поголовно все хотели воевать, время такое было. Кто как осуществляли это желание. Кто в товарных вагонах от патруля прятался, кто пороги военкомата штанами протирал. Вот и я, патриот , под вагон, в ящик с инструментом забрался с дружком на пару, одному - то скучно воевать будет. Едем. Осень уже, то- ли октябрь был, то - ли ноябрь, не помню уж, да не в этом дело. Собираясь бежать не подумали с дружком, что даже едучи на фронт жрать будет все - равно хотеться. Ты думаешь, патриотизм только гнал пацанов из дома? Ошибаешься, голод гнал больше, желание пайком солдатским пузо до отвала набить. А кто ж тебе под вагон хлебца протянет? Пока патруль наружу не вытянет упирающегося , в слезах горе - вояку, никто и не вспомнит о тебе, мамка только, рыдая над потерей. А она далеко, и хотела бы, да не может. Едем, значит, с полдня, не больше. Жрать охота до колик, пить охота, хоть и дрожим от холода, как даже не знаю кто. Ну конец света прямо - таки. А соскочить и хотел бы, не могу уже, закостенело все, скрюченными же там, в ящике промасленном, сидим. Беда, смертушка глазки строит, лыбится.На станции остановился поезд, обходчик мимо идет, по буферам постукивает. Заскулили мы с дружком хором, а писк только и слышен. Но услышал наш писк, слава тебе Господи, мужик, глянул вниз и сомлел сам. Смотрят на него из ящика четыре глаза, слезы ручьями, и мычат, ну право два телка, мамкой не кормленные, брошенные. Вытащил он нас, кое - как разогнул, в сторожку доставил, там пост военный стоял. Оттерли, отогрели, только потом добились, кто и откель. Накормили, но сначала подзатыльников надавали. Надо бы назад, домой нас отправить, да до прихода смены не могут, а посадить на попутный поезд боязно, вдруг патриотический пыл не стлел, опять задымит. Сидим, два куренка, в сторожке.Вдруг, и чего он увидел на пустом полустанке, немец гад, бомбу кинул. Одну, две, и улетел дальше. Нас подкинуло и куда - то понесло. Очнулся в развороченных обломках, тишина гробовая, если б не холод, не поверил бы, что живой. Вылез из кучи дров, что раньше сторожкой было, её, оказывается, взрывом в щепки разнесло. Кровь кругом, да мяса куски. Но и люди , конечно, но не живые, и дружок мой приснул, не шевелится. Мне не было страшно, мне и не страшно не было. У меня все оцепенело, руки, ноги,
мозги.Приехали машины с солдатами и гражданскими, меня ощупывали, осматривали и удивлялись. Погибли все, кто был в сторожке, а на мне не было ни одной царапины, лишь легкая контузия. Я был доставлен домой живой и невредимый, но до конца дней своих не могу без чувства стыда смотреть в глаза родным друга. Мы решили с
другом, что сами можем решать, где и когда наша деятельность принесет большую пользу. Пользы не было, горе - да. Потом я со сверстниками разбирал завалы после бомбежек, руками выбирал в окрестностях города, к которому враг подошел вплотную, картошку из развороченной земли, припорошенной снегом, да что только не пришлось делать вот этими руками, рожденными для скрипки. Но ведь играют же эти пальцы, бегают пальцы по колкам и держат смычок. -, он глянул на часы и вскрикнул - Ай- я - яй! Вот так поговорили. Обед - то закончился.Вставай - ка, пошли умолять Дарью Филипповну не дать нам умереть с голода. Мы ей скажем, что еще сможем собрать много нужного стране картофеля".
. Встал Никита, умылся, и никогда не была так вкусна толченка картофельная, как та, которую добрая тетя Даша все - таки дала опоздавшим собеседникам. А потом он собирал , собирал картофель, собирал с остервенением, как будто это он виноват был в его позоре малодушия.В конце работы и по приезду в училище, в первую же линейку, ему как и многим первокурсникам, были выданы благодарственные грамоты от тружеников колхоза N. Не им одним, конечно, но то, что и им, главное. Да и какие - никакие, а деньги, были заработаны.
Для Никиты наступило время новой главы его жизни.

.



Жить с Берестовыми было хорошо, но проблемы приходят так же, как приходит новый день. Чета жила в квартире, расположенной в дальнем конце города от музыкального училища и добираться Никите приходилось с пересадкой из одного маршрута на другой. В общей сложности на дорогу уходило более часа, а в час пик переполненные автобусы всегда шли с опозданиями. Да и пуговицы , оторванные в тесном соседстве пассажиров советского транспорта никто не отменял и в городе проживания .Как ни противилась душа студента - первокурсника, но приходилось считаться с очевидностью. Соседи по комнате, в то же время однокурсники Никитоса, были не только провинциалы, но еще и сельчане. Деревенский быт еще рано было изжить, он с молоком матери впитывается. Витька и Василий к тому же были из одного села, да еще и братья двоюродные. Сельчане, читающие эти строки поймут, что это может означать. Родители обоих братьев никогда не позволят родственнику выглядеть лучше, богаче и ухоженней, чем их собственный отпрыск.Комната завалена была ненужными шмотками, принадлежностями колхозных трактористов и скотников.Правда не очень долго, ведь город требует пересмотра взглядов молодого человека на веяния моды. Поэтому фуфайки, кальсоны, вязанные носки торчали из щелей трехдверного шифоньера, валялись на кроватях, висели на спинках стульев. Никита же хоть и провинциал, но городской сын продвинутых родителей. При всей своей покладистости, он был шокирован запахом ношеных носков и ядрёного деревенского пота. В первый же вечер, войдя в комнату, он вдохнул, поперхнулся и пулей вылетел в длинный коридор. Но хошь не хошь, а заходить надо.Он набрал побольше воздуха и повторил попытку войти в пропахшее потом жилье.Ребята сидели на кроватях и видимо занимались учением, читали книжки. Никита небрежно бросил:
. - " Вы , ребята, окна - то откройте, комнату проветрите и носки постирайте, не в хлеву живете".
Ребята широко распахнули глаза:
. -" Чегооо! Ты офигел, сморчок?"
. Вот и жизнь, привычная с детства, пошла. Надавали, мама не горюй, за все дни отпуска от оплеух.И новоприобретенный взгляд в восьмом классе не помог. Потом, правда, ребята сжалились, деревня же, успокоили, примочки к фингалам наложили, чаем со смородиновым вареньем напоили, окна открыли, носки постирали, кальсоны подальше в шкаф запрятали и пообещали , что они больше не будут. Но, конечно же, были еще, и не раз, пока не перестал Никита верить их обещаниям. А вообще - то ребята были нормальные и компанейские.И воздух в комнате постепенно очистился, и кальсоны с фуфайками были отправлены к месту прежнего проживания, а главное , что им надоело обращать внимание на морщившегося соседа, а ему перехотелось морщиться. Третий был вообще из откуда - то далека, приехавшим к родственникам, хотя и жившими где - то в спальном районе, но решившими комнату в общежитии придерживать, но родственника держать в ежовых рукавицах и рядом. Поэтому и рассказать о нем невозможно. Он приезжал на занятия, делал то, что делали все и уезжал на своем "Восходе" восвояси, к зависти всего коллектива. Тяжко жить было Никите в общежитии, но он понимал, иного не может быть, что квартиру снять можно , но его предки рокфеллерами не были, хоть и безбедно жили. На выходные, когда все иногородцы ехали по домам, к мамам, папам, братьям и сестрам, Никита ехал к Берестовым. Это были праздничные для него дни.Ленок встречала его приход радостным визгом, Лев улыбкой, крепким рукопожатием и расспросами о делах музыкальных. Они пили чай, болтали обо всем, а вечерами все вместе ходили в кино, театр. Посещали они и выставки, и вечера поэзии. Прада, чаще Льва неожиданно вызывали к экстренным больным и он никогда не отмахивался от таких вызовов. А вскоре и радость в доме новая появилась, родилась Катюша, голубоглазая вторая мама.То, что она вылитая мать, не вызывало ни у кого сомнений. Лев немного расстроился, а потом стал хвастаться и шутить:
. -" У меня две одинаковые красавицы разного возраста.Ленка постареет, в утиль сдам, а молоденькую себе оставлю".
. Лена картинно возмущалась, колотила кулачками по спине неверного мужа и хохотала счастливо и заразительно.Но счастье тишину любит.Шумные посиделки с Никитой прекратились, все чаще ему приходилось неприкаянно смотреть телевизор, прислушиваясь к хохочущей в спальне Лене и взвизгам Катюхи. А Лев, только войдя в двери квартиры, сняв обувь и забежав в ванную комнату умыться, шел так же к Кате. Никита ужасно ревновал и Ленку, и Льва, а они этого даже не замечали.Свет клином сошёлся на ней, на миленькой Львовне, никого и ничего не существовало для любящих и друг друга, и дитя своего. Постепенно посещения к Берестовым сошли на мизер, он почти перестал их навещать.Он ненавидел Катьку, этот красивый комочек, который украл и любимую, и друга. Реже стал он навещать счастливое семейство, но очень тосковал и мечтал снова когда - то стать жданным в их квартире. От безысходности и неприкаянности в выходные дни, он несколько раз скатал в отчий дом, к матери с отцом. Они были рады приезду, разлука хоть и не намного, но сказалась на отношениях между родными людьми.Они даже снизошли до нескольких бесед с сыном о его будущем.Но не на долго хватило родителей, уже во второй приезд сына диалог их свелся к " котлеты в холодильнике, чай сам поставь". Неинтересно было дома, неинтересно было на улицах родного города, ведь друзей у него никогда и не было , как, впрочем , и в городе проживания в настоящий момент. Если и было желание молодого человека к общению, так только с четой Берестовых. В общежитии была интересная жизнь. Молодежь устраивала вечеринки, совместное музицирование, кто - то влюблялся, кто - то ссорился. В фойе по вечерам устраивались дискотеки, конкурсы, игры. Но ничего этого Никита не признавал, ему не было интересно со сверстниками, они его бесили, он их ненавидел, а они его били. Он никогда не жаловался на побои старшим , но не жаловался по одной, но главной причине: он их тоже ненавидел. Занятия по приобретению будущей профессии уже надоели, гитара вызывала отвращение, книги никогда не были желанными. Он оказался изгоем при огромном ,интересном другим окружении. Вечерами он стал уходить в ближний парк, в котором были потаенные места, редко посещаемые, где, сидя в одиночестве на разбитой лавке, он мог предаваться мукам любви и ненависти одновременно. Однажды , когда уже стемнело, раздались голоса, спорящие о чем - то. К лавочке, на которой сидел наш герой, шли два молодых мужчины, в которых при приближении Никита признал старых знакомых. Грек и Дэцел , приглядевшись, хором воскликнули" Баа!!!" и забросали вопросами старого знакомца.
. -" Ты как тут оказался? Ты что, приехал к кому - то?А мы уже и забывать о тебе начали.Ну давай, вываливай ."
. Никита обрадовался настолько, что не мог разговаривать связно. Он тискал в своих руках руку то одного, то другого, тянул за лацканы пиджаков, хватался за голову. Он чуть не визжал от радости. Кое - как пришел в себя и, наконец, поведал историю появления своего здесь в парке. Он, не отдавая отчета словам , вывалил свою обиду на Ленку - предательницу, на Льва, агрессора, на однокурсников и преподавателей , и даже мать с отцом подчистил, пропылесосил. Друзья слушали внимательно, не перебивая, соглашаясь с претензиями и нападками на общих знакомых и незнакомых. Они были очень внимательны и предупредительны. Не спрашивая желания мальчишки, они налили в бумажный стаканчик водки, принесенной с собой, а когда он вслед за ними опрокинул содержимое стаканчика в рот, почти не почувствовав и не разобрав, что это, дали хороший кусок копченой абхазской колбасы с чесночком и перчиком. Вторую он выпил так же машинально, и только держа третью, начал соображать. Он с удивлением глянул на стаканчик, нюхнул, поморщился и улыбнулся вдруг :
. -" Водка, что - ли? Хи- хи. А я думаю, чего это голова поехала куда - то?"
Друзья грохнули хохотом. Они согнулись, держа животы руками, хохотали так, что слезы текли ручьями, они смеялись сумасшедшей, бузудержной рекой. Хохотал, упав и катаясь по земле, и Никитос. Он визжал , хрюкал, и от хрюкания его парни сами попадали на траву. Они катались, как спятившие, вскрикивали и не могли остановиться. Этот нездоровый дьявольский хохот мог бы насмерть уморить вдруг увидевшего это нормального человека страхом. Сам король нечистых вселился в троих нетрезвых людей. Но они все же успокоились, а стало еще хуже. Все трое смотрели друг на друга хмурыми , злыми глазами, как бы упрекая в этом взрыве дьявольского веселья. Грек, наконец, пришел в себя, и , собирая по траве выроненные стаканчики, выдавил из себя хрипло:
. -" Во, выдал! Я не смеялся так , кажется, никогда в жизни. Хохмач." . Заулыбались, наконец и остальные.
. -" Дааа-′ Дэцел удивленно осматривался-, я тоже".
. Они снова налили водку, а Никита замахал испуганно руками:
. -" Не, не, не, я не буду. Я, кажется, и так много выпил".
. -"Да ты что? Когда ж это ты много выпить успел? Мы и начать - то еще не успели, а ты успел напиться. Давай, мужик, не глупи. было бы что пить, а норму никто не может знать доподлинно. И Никита согласился. В самом деле, почему нет. С ним настоящие, верные друзья. Да с ними не то, что водку пить, с ними он на все готов. Да за них он у умереть согласен.
Водка пошла не так легко и незаметно, как предыдущая, но и без отвращения. Через час из гущи деревьев, из темноты паркового закулисья раздавалось нестройное пение и громкий разговор. Водка вся была выпита, но жажда, наоборот, удесятерилась. Даже Никита, ни разу не напивавшийся, копошился, искал добавку в траве. Обнявшись, компания вывалилась на дорожку парка.Никита шел, поддерживаемый с двух сторон более трезвыми друзьями. Проходя мимо одной из лавочек , компания остановилась от непредвиденной проблемы, Никиту вырвало. Его рвало смачно, от души. На лавочке сидела парочка, но при виде пьяной компании, девушка вскочила и потянула парня прочь от отвратительно изгибающегося молодца и его друзей. Каблучки простучали и парочка удалилась ближе к свету фонарей большой улицы. Никита, отплевываясь и вытирая рукавом рот, выдавил:
. -",Подумаешь, Цаца, не нравится ей, видите ли. Уф. Во рвануло меня, мужики".
. Грек добродушно хлопал по спине молодца и успокаивал:
. -" Ничего, с кем не бывает. Это с непривычки. Ничего, брат, сейчас в кафешке подлечимся. Ко мне потом пойдем, там и заночуешь, куда сейчас тебе в общагу. Нормалек все будет. Главное, мы снова с тобой, а значит - все твои беды позади. Мы тебя не оставим. Дэцел, че молчишь?".
. Грек блаженно улыбался и кивал головой. Отряхнув молодого товарища от кое - где прилипшей блевотины, дружки двинулись к новым приключениям, будущим делам и деяниям, которые с этой минуты крепко завязывались на этой не религиозной троице. Никита был счастлив.

.



" Что это было? Где я? Ну и запах!!!" Эти вопросы крутились в воспалённой голове Никиты. Голова раскалывалась, во рту все пересохло, ему было плохо так, как не было никогда. Он никогда и ничем не болел, если не считать последствий падения на лестничной клетке дома Берестовых. С трудом открыв глаза, увидел, что лежит на полу, на какой - то подстилке, весь в блевотине , засохшей и влажной. Одежда на нем в таком виде, что ... И мокрые штаны! " Ну и ну! Кажется, я обмочился?" Эта мысль подкинула его, он приподнялся на локтях. На полу , недалеко, на уровне вытянутой руки, стоит стакан, полный воды. Дотянулся, схватил и с жадностью начал глотать прозрачную жидкость. Остановился, когда в стакане оставалось на донышке, от охватившего чувства паники. Водку же глотал, не чувствуя, главное - мокрая!!! Караул! - молча истерил он. Но, как ни странно, после совсем краткого, неприятного и противного, наступило просветление. " Ох, кажется нормально, хоть и непривычно". Никита полежал еще, отпускало. И все же, когда попытался встать на ноги, удалось с трудом, его мотало из стороны в сторону. Осмотрелся... Это была комната в квартире. Диван , журнальный столик с двумя креслами у стены по бокам , телевизор на длинных круглых ножках. Вот и вся мебель. Через небольшую прихожую вход в кухню, крохотную, как во всех хрущевках. Но вот туалет с совмещенной чугунной ванной порадовал. Доутолил жажду , лакая из под крана чистую воду, умылся слегка, разделся и включил рожок душа. Вода освежала, хмель усиливался после выпитого стакана, но и легче становилось, даже немного хорошо. Вымылся тщательно, вонючая вода слилась, чистая струилась по воспаленному телу, охлаждая, очищая, приводя в порядок мысли.Вылез, побросал грязную одежду и выстирал все, вплоть до носков. Развесил на веревке, протянутой из угла в угол.Тут же висел широкий махровый халат. В нем вышел и наконец для него начало проясняться , где он. Из вчерашнего помнил веселую оргию в каком - то кафе, кого - то били на улице. Но что интересно, бил он, а не его. Бил какую - то девчонку, бил с остервенением, и даже оргазм испытал, пиная окровавленное тело. Потом убегал от кого - то. Потом, вот, наконец, прояснилось, Грек и Дэцел, друзья , и еще какие - то девчонки. Но тут обрыв полный. Ну ничегошеньки не вспоминается. Где же это я? На кухне стол, стулья, холодильник.На столе остатки пищи. Богатые остатки. И куски колбасы, красная рыба , помидоры, зелень. И даже большая литровая бутылка какой - то водки. Сразу видно - не нашей, не русской, хотя и не был знатоком, понял юноша. Но где же хозяин квартиры? В окна не было слышно города, вернее, большого города. Он выглянул в окно кухни. Аккуратный дворик с простенькой детской площадкой , какие - то сараюшки. "Как в родном городке - подумал он.- , Ладно, приедет же кто - нибудь, наконец, разберёмся". В комнате включил телевизор, работающий оказался, лег на диван и заснул. Разбудил пришедший Грек. Он, как будто нахождение молодого товарища в его квартире дело обычное, растолкал Никиту, весело смеясь и радуясь , как - будто, встрече:
. -"Ну и спать Вы,молодой человек, здоровы!Вставай, лежебока, мир спасать пора".
. Никита поднялся и спросил:
. -" Как я здесь очутился? Ничего не помню. Как в тумане все. Это твоя квартира? А ты где ночевал?"
. -" Вопросов много. Вставай, давай. Позавтракаем, потом все остальное. Кстати, ты же студент, кажется? Прогулял сегодня?"
Никита вспомнил, понял , что действительно не пошел на занятия, но не расстроился по этому поводу.
." Да ну его в одно место, это училище. Неинтересно мне".
. На кухне Грек сгреб со стола остатки пиршества, вытер стол и из холодильника достал свежую ветчину, помидоры и зелень. Нарезал хлеб и налил в стаканы на два пальца водку.
. -" Я вижу, ты уже похмелился, молодец. Давай по крохе добавим и к делу после завтрака приступим. Отдых отдыхом, но без движения отдых будет безвкусным".
. От водки Никита наотрез отказался, а ветчину уминал за милую душу. Организм молодой справился с похмельем достаточно легко, но вид водки вызывал отвращение. Грек не показал виду, что друг в его халате, совершенно нагой под ним,что следы неприглядные на полу все же остались, и Никита был благодарен старшему товарищу за его такт. Подкрепившись, Грек предложил одеться и двигаться по ожидающим их делам. Никита прошел в ванную комнату, убедился, что вещи просохли, но были мятыми. Утюгом, предоставленным другом, погладил все и оделся. Все это время ожидания Грек курил на кухне и о чем - то размышлял. Наконец, они вышли во двор пятиэтажки. Дом, в котором была квартира, подаренная родителями Греку на совершеннолетие, находилась на окраине города, противоположной дому Берестовых, но ближе к музучилищу. Хозяин редко навещал свое жилье, чаще был у родителей, но еще чаще разъезжал по делам своих старших друзей. Какие дела? А такие, которые давали жить безбедно, и , в то же время, могли оставить без ничего, бросив хозяина нажитого на тюремные нары. Во дворе стояла копейка, машина в то время престижная.
. -" Твоя, что - ли?"-, поинтересовался Никита.
. -"Ага-, коротко ответил товарищ - отец подарил".
" Вот так подарок, подумал мальчишка, не носки на день рождения. Живут, видимо, не тужат".
. Они выехали на центральную улицу и через пять минут остановились у ресторана "Карат", начинающего работать к вечеру ближе, а сейчас пустовавшего. . Они прошли через холл и по коридорчику до комнаты с табличкой " Администратор". На стук в дверь послышалось:
.- " Чего стучишь? Заходи давай!"
На кожаном диване , огромном, с вычурными подлокотниками, сидел подтянутый, с видом военного, человек и пил баночное дефицитное пиво, прикрывая от удовольствия глаза.
. -"Привет , Славик. Вот , знакомься. Давний приятель наш, кстати, Катьки твоей бывший воздыхатель. Берегись, отобьет".
. -"А нехай, я не против. Надоела хуже горькой редьки Катька - Катарина. Последнее время дороговато содержать стало куклу эту".
. -" Но - но, поаккуратней. Морду ж набить может. Ну ладно, шутки в сторону. Парень стоящий. Правда, немного подучить, поддержать надо. Но материал стоящий, толк может превзойти ожидания. Но и наоборот - тоже может. Попробуем, поднатаскаем. А в случае потерь, то конечно, будут, но минимальные".
. Славик пристально оглядел рекомендуемого, поморщился, рассмотрев не окончательно постиранные вещи пацана, да и запашок для прирожденного гурмана во всем веял.
. -" Музыкант?" - спросил.
. -" Учусь только - скромно ответил - но на гитаре играю, пою, правда, не очень, данные слабые".
. -"Данные - плохо, играешь - хорошо. Ну, посмотрим. Ты его, Грека, к пацанам пока приставь, в свободное от учебы время пусть поиграет, там и увидим."
. Никита вскинулся:
. -" Да на фиг это училище, надоело , неинтересно. Одно и то же по сто раз. Я, если что, могу любую работу делать, платили бы".
. Славик посмотрел заинтересованно:
. -" Да? Любую, говоришь? Ну - ну. Посмотрим. А пока учись давай, всему свое время. Ты, Грек, помоги ему и морально, и материально. А ты, малец, не ерепенься. Надоело ему, видите - ли! Диплом какой - никакой, а вещь нужная. О будущем думать надо, а не о сейчас. Ладно, Грека, некогда мне, пиво допить надо. Шучу. В любое время рад тебе. Вечерком подъезжай к моей даче сегодня, у Катьки - Катаринки днюха, оторвемся по полной. Тебя , жених, тоже приглашаю, раз воздыхатель, хоть и прошлый. Вдруг второе дыхание откроется".
. Никита был отвезен к общаге, с наказом привести себя в божеский вид к вечеру.
. -" Заеду за тобой, рассчитывай до утра, а там видно будет".
На вопросы однокурсников Никита оправдал свое отсутствие на занятиях плохим состоянием, которое он переждал у знакомых. В принципе, особо никто и не расспрашивал, ведь свою обособленность он выпестовал сам. До самого вечера он спал, видимо алкоголь, да еще в таком количестве, да на не привыкший к нему организм, защищал тело таким образом, то - есть - сном. Вечером выпал снег, по улицам мело,
хотя особого мороза и не
было.Никита порадовался, какая дача в такую погоду, но заехавший за ним Грек успокоил:
. -" Глупец! Наоборот, сауна в морозный день намного желанней. Да ты, никак, решил, что это ваша деревенская баня по черному. Подожди, будем на месте, сам все увидишь и попробуешь".
. -Дача поразила провинциала своей грандиозностью. Это не был замок или дворец, слишком в глаза они бы бросались. Это был небольшой с виду домик, на территории с гектар, с елями и березками, небольшим фонтанчиком и беседкой за деревянным забором. Но по углам прожектора, освещавшие внутренний двор, и с собаками - овчарками на тросике по периметру дачного участка. А внутри дома обстановка поражала роскошью, лепными потолками, картинами, гравюрами, а главное светом, который, казалось шел отовсюду, пер из всех щелей, но не раздражал. Величайший дизайнер так организовал освещение, что каждая маленькая вещица, каждый предмет этого роскошья освещался и по отдельности, и в общем ансамбле. Каждая вещь получала света ровно столько, сколько нужно для удовлетворения эстетического вкуса самого искушённого гурмана. Мебель, предметы быта были под стать свету.Ошарашенного Никиту на пороге встретила Екатерина, Ленкина подруга, которую юноша видел только раз, в день и ночь первого знакомства, и которая так же, как и Лена, смогла его влюбить в себя . Кареглазая шатенка, стройная, миниатюрная при достаточном высоком росте, она и сейчас поразила парня в уже пораженное сердце. Катя , как высокородная дама, подошла к нему, стоящему рядом с Греком истуканом и , протянув руку для пожатия, улыбалась.
. " Никита, родненький, как я рада видеть тебя! Костик рассказал о тебе, но я не верила. Теперь сама вижу, красавец".
. -" Какой Костя? - не понял парень - когда?"
. -" Да ты что?- засмеялась Катя - а это кто?"- она ткнула пальцем в бок Греку.
. Никита понял, что Грек и Костя - одно лицо, и тоже засмеялся.
. -" С днем рождения, Кать. Желаю. Ну в общем... Ну это самое... Вот."
. Катя хохотала так заразительно и так красиво, что бедный парень и сам наконец расслабился и смеялся вместе с ней над глупым своим поздравлением. Он успокоился и уже без стеснения вещал:
. -" Грек , ну Костя, сказал, что ты - это ты, но даму такую, королеву, я не был готов увидеть. Ты стала такая... Ну в общем и та, и не та. Я даже боюсь прикасаться к тебе. Правда, ты - красавица!"
. Этот вечер и ночь были продолжением счастья на берегу реки больше года назад, когда они были впятером . Никита не пил спиртного, но был пьян. Они дурачились, как подростки, шалили, танцевали. Из общества , здесь собранного, они выпали, так как в среде присутствующих велись деловые споры, сговоры, договора, велась деловая работа на фоне вечеринки. Никите с Катюхой никто не мешал, и они веселились. Когда в средине ночи гости начали расходиться, к Никите подошел Слава. Он поинтересовался настроением и тем, какой уровень его игры на гитаре. Когда получил ответ, сказал, что в его ресторанном ВИА свободно место сологитариста. Справится? Если да, то в субботу часам к четырём по полудни пусть приходит в ресторан. Форма одежды любая.
. Так Никита стал играть партию соло гитары в ресторанном оркестре. Обучение все больше прерывалось в училище и нарастало в жизни в элитном обществе. Вскоре он приглашался на чопорные вечера советских работников партаппарата области, где разговоры велись исключительно об искусстве, театральных и кинопремьерах. Иногда доходило до смешного, когда бывшая доярка, выскочившая однажды замуж за депутата, курировавшего однажды животноводческий комплекс и запавшего на кровь с молоком бабенку, начинала критиковать буржуазную молодежную музыку, лишь за то, что она буржуазна, не наша, и советская молодежь растлевается ее пропагандой . Но Никиту это не трогало. Он на слух , с помощью обретенного минимума в музучилище, подбирал и успешно исполнял классику, а так же песни, которые в настоящее время стали шансоном, а тогда были просто лагерными. Он выпивал понемногу, никогда не напивался, помня
первый опыт с обмоченными
штанами, никогда не вмешивался не то что в споры, даже в общий разговор. Постепенно он укрепился в роли, которая на тюремном жаргоне звучит, как "шнырь", то - есть уборщица, как сказал герой фильма " Вокзал на двоих". Он играл по вечерам в ресторанном оркестре, получал не слишком большие, но приличные деньги, готовил приемы на даче Славика, а в миру Вячеслава Станиславовича, убирал иногда блевотину перепивших партнеров хозяина. Но он был доволен своей жизнью, считал ее удавшейся. Из училища его не без жалости, он был перспективный будущий музыкант, но ленив, выперли, числился он дворником при ресторане, получал свои дивиденды от игры вечерами в компаниях. А главное, он очень часто навещал Екатерину в однокомнатной уютной квартирке, подаренной Славиком, и который сквозь пальцы смотрел на увлечения своего слуги, которым и был в частности Никита.
. Связь их не была неожиданной.Екатерина была женщина любвеобильная, не гнушавшаяся связью даже с пьяным дворником, заблеванным и не отдающим отчета, что с ним вытворяют. Но бывали моменты, когда не было даже такого дворника.Со временем у мужчин, уважающих себя, она начала вызывать отвращение, даже пьяные дворники трезвели при виде ее. Ее потребности в сексе были безобразны, неуемны. Они были даже не звериными, там природа правит, а здесь правил Дьявол в юбке. Никита при первом свидании наедине был так шокирован, что был избит мегерой. Она обзывала его импотентом, мусорщиком, шакаленком и многими именами, не связанными никакими понятиями. Она разозлила его, он сам озверел, и мегера была укрощена, унижена до такой степени, что скулила, ползала на коленях перед разъяренным голым пацаном, выполняя его указания беспрекословно. Они стали нужны друг другу как воздух, но возненавидели друг друга именно за звериную любовь. При первой же возможности они спешили в квартирку. Иногда их заставал приехавший Славик, которому ласки чопорной жены так же обрыдли, как и безумная Катькина красота. Но безумные ее ласки ему нравились. В такой момент хозяин жестом выпроваживал Никитоса, а через пару часов истерзанная любовница прибегала к Никите, снимавшему квартиру у Грека. Да - да, Грек - Костя брал плату за проживание со своего протеже. Катька клялась в любви к одному только Никите, но вынуждена подчиняться и Вячеславу, и Греку, и Дэцэлу, который тоже имел вес в этой , со слов Катьки , гребанной гопкомпании . В такие времена они походили на пару голубей, тихо воркующих, любящих и верных.
. А что же Берестовы? Они были счастливы. Ребенок, рожденный в любви, рос, росла вернее. Маленькое чудо, что - то лопотавшее на своем райском языке, подпевающая маме во время баюканья, смеющаяся смехом ангела, занимала сердца родителей , ничего главней этих троих на свете не существовало. Ссоры за первенство в сердце дочери заканчивались хохотом, играми взрослых и вели к удовлетворению будущей просьбе дочери купить ей братика. Они вспоминали о Никите, а однажды, решив всей семьей прогуляться по морозным улицам, поймали такси и приехали в общежитие музучилища. Им сказали, что Никита редко бывает в своей комнате. Тогда еще он не был отчислен. Через время, когда Катюшке исполнился годик, они еще раз заехали, чтобы узнать и об отчислении и о его карьере . Бывшие однокурсники с одной стороны - завидовали , а с другой - злорадствовали. Лене стало страшно за молодого друга. Она разругалась с мужем, не желавшим искать встречи с " придурком", выбравшим свой, ему нравившийся, путь. Наконец, он сдался. В вечернем ресторане он подошел к Никите, только что закончившему играть сольную виртуозную партию очередной композиции. Никита удивился приходу Льва, даже смутился. Они вышли на улицу. Лев застыдил друга за забывчивость, рассказал о переживании Лены за него, рассказал о маленькой Катюшке, о ее милых проделках. В конце беседы пригласил Никиту навестить их семейство. Он не стал расспрашивать о быте Никиты, удовлетворился утверждением , что все у него о′кей. Никита пообещал при первой же возможности прийти в
гости и они расстались. Ночью, уже в постели, Лена сетовала мужу на их общую забывчивость. Она, из рассказа Льва, почему - то сразу поняла всю серьёзность проблемы Никиты, а то, что у того проблемы, она не сомневалась. Она даже заплакала, уткнувшись в плечо мужа. А он успокаивал любимую и обещал, что постарается все разузнать и , если необходимо, помочь, поддержать запутавшегося друга, хотя то, что он запутался, утверждала только она, он же говорил, что возможно, его жизнь сейчас только начало будущей карьеры успешного человека.
Как знать, может это и так.Успешная карьера чаще начинается с низов. Время покажет. Посмотрим - увидим.

.
.


Загрустил Никитос. В голову лезла мысль : " Мне шестнадцать, а дел наворотил столько, некоторым до старости расти. Или, действительно, ущербный я, либо хрен его знает что. Все ладно, но как я мог с Леной сотворить такое? Ах, Лёнка, Ленка! Ну чего ты мне в голову влезла?Нет, все - таки ущербный я".
. Из больницы его забирала Катюха, на такси доставила к Славику, бишь Вячеславу Станиславовичу. Тот , развалясь в кресле, долго рассматривал протеже Грека, попивая баночное пиво, несколько банок которого стояло рядом на журнальном столике. Наконец, видимо вдоволь налюбовавшись шрамом над правой бровью нашкодившего пацана, кивнул на банки:
. -" Угощайся. Кать, ты тоже, всем хватит".
Ни Катя, ни Никита не захотели.
. -" Ну, дело ваше. Значит так, хмырь, чего же ты вытворяешь? Ты решил , что тебе, если я позволил с Катькой в грязи валяться, лезть под юбки порядочным женщинам?".
Катька возмущенно вздернула брови и вскочила.
. -" А ты сядь, шмара подзаборная, не егози. Егозить будешь с ним..
Сядь, я сказал. Так рассказывай, голубь, пока не голубой, но претендент на звание, чего это крыша поехала у тебя?"
Провинившийся молчал, опустив голову, виновато хлюпая носом.
. -" Нечего, значит сказать? Да и что тут, конечно скажешь,если по самое не хочу влип. Да, не думал я, что такой молодец, вроде как и умный, и исполнительный, ну хороший же парень, такое состряпает, позорное уголовное дело. Ты знаешь, сколько бабла я мужу - убийце отвалил за его молчание? Не знаешь. А я знаю, много".
.Никаких денег Льву он, конечно, не давал. Вернее, хотел дать, да сам чуть не схлопотал, спасибо следователь - взяточник вмешался, в шутку все свел, а деньги себе хапнул. Но нельзя было выставлять потерпевшую сторону в выгодном не для Вячеслава свете. Раскаяние недоноска не нужно пахану.
. -" Да, хорошие деньги заплачены мною. А почему? Брат ты мне, сват? Не сват, конечно, но брат, хоть и дебил.
Никита преданно взглянул на покровителя′
. -" Да я, Вячеслав Станиславович ради Вас..."
. -" Помолчи - оборвал -, послушай пока. Ладно уж, что случилось, не поправишь, но замнем для ясности. А деньги отрабатывать придется, я не Рокфеллер. Здесь, в ресторане, много не заработаешь, копейки. Но есть у меня выгодное для тебя предложение. Как думаешь, могу я доверить тебе до конца свое дело, за раскрытие которого многие менты жилы рвут. Если нет, сразу скажи, не обижусь, будем по другому решать твои проблемы".
. -" Да я,- заламывал руки Никита, да ради вас я бесплатно..."
. -" Ладно, верю.Наломал ты конечно, но молодо - зелено. Прощу на первый раз. И на второй, и на третий прощу, если умным и преданным будешь.Пей пиво, чего насупился. Ну поругал я по братски, так нельзя иначе, ведь люблю тебя, гаденыша. Катька, пей пиво и забирай его к себе. С недельку можете жить там, пока не оклемается он окончательно, не замучай только, он мне живой и здоровый нужен".
. Он вынул пресс денег пятерками.
. -" Вот, на лекарства. Какие, сами придумаете. Все, валите, пока ветер без сучков".
. Поймали такси, поехали к Екатерине. Она привыкла уже к унижениям от Вячеслава, но перед этим недоноском он не имел права так ее унижать, думала она. Я тебе не сявка беспородная, хоть и прости Господи, но породистая и дорогая. Злость она выместила на опять же бедолаге Никите.Приехав домой, она оставила недоумувающего пацана в квартире, а сама уехала в неизвестном направлении.Провожая ее к двери, Никита проскулил:
. -" Ты куда? А я?
. -" Да пошел ты, клоп недобитый"-, только и прохрипела она.
Остаток дня он провел в одиночестве. Слонялся из угла в угол, включил телек, но тут же выключил. Открыл холодильник, съел кусочек сыра, откусил от батона колбасы, открыл " Жигулевского". Тоска заедала. Вот какого эта сука оставила одного, на душе и так муторно, она еще. Тоже мне, девочка- дюймовочка, сама по уши в дерьме, а туда же.
Его мысли переключились на Берестрвых. Я, конечно виноват, но... А визжала она славно как. " Родненький, миленький, да как же, ты же братишка, нельзя же так". Тьфу, зараза. А аппетитная, сволочь. И он хорош. Позарился, значит, деньги ему дороже жены, дочери. И бил, сука, наверное, чтоб потом денежку срубить. Тварь. Ух, тварь. Ненавижу таких чистеньких. А Еленку я все - таки зря. Люблю я ее, аж до дрожи в коленях люблю. Говорят, что выродка их, сученку малую чуть на тот свет не отправил? Жаль. Не что чуть не убил, а что не убил. Если бы не она, моя бы Леночка была, а так. Как мегера на меня кинулась. Левка не убил, а она точно мочканула бы за свою ... Да! Вот что дети с людьми делают. Никогда у меня детей не будет, в них все несчастья .
А этот хмырь, Вячеслав гребанный. Но без него, конечно, кранты. Придется отрабатывать. Только ни где - нибудь в каменоломнях, конечно. Что же он надумал. Скорее всего курьером сделает. Это не желательно. Слышал, что его курьеры периодически исчезают. Исчезают и в прямом, и в переносном смысле: одни совсем, другие в зонах парятся. Ну да ладно, прорвемся. Как говорится, были б кости...
Так размышлял незадачливый несбывшийся музыкант, прежде, чем заснуть на мягких подушках Катькиной кровати.
Кем - то ты проснёшься завтра, юноша с сердцем старика? Он и сам этого не знает.

.


Прав оказался Никита, предполагая о курьерстве своем в работе с Вячеславом . При следующей встрече хозяин даже не заикнулся о прошлом. Как ни в чем не бывало он предложил молодому человеку покататься по Союзу, развозя некоторые вещи в дипломате, закрытом на замок. Что он будет возить, не его дело, меньше знаешь, крепче спишь. Так и сказал в своих напутствиях Шеф. Но беречь этот дипломат курьер должен так, как хранят дипломатическую почту дипкурьеры, вплоть до применения огнестрельного оружия. Никита глаза вытаращил:
. -" Это как же, оружие выдадите, что - ли?"
Хохотал Слава долго и заразительно, аж слезы выступили. Отсмеявшись ,успокоившись , смилостивился:
. -" Не бойся, не придется ни в кого стрелять, убегать и догонять. Дай тебе оружие, сам себе еще чего ненароком отстрелишь, Катька меня со свету сживёт. Упоминание об этой негодяйке не понравилось, но смолчал.Не знал Вячеслав, что шмара только изредка навещала Никиту в его заточении у нее на квартире. Она была холодна, а на вопрос Никиты, "почему?", ответила кратко:
. -" Да пошел ты...".
Сейчас же он снова жил на своей съёмной квартире.Больше всего времени проводил в репетиторской, боясь выходить на улицу. Произошедшее с Ленкой, так счастливо замятое, поселило в юноше страх. Он боялся встретиться ненароком или с Леной, или с мужем ее.Хотя и понимал, перейдут на другую сторону улицы, просто во след сплюнут.Катька же не простила унижения Славкой в присутствии придурка малого. Она скрывалась где - то, может у нового какого любовника, а может и нет. Исполняла же она какие - то обязанности в шайке ресторатора, не зря же он ее содержал. Вот только какие, кроме ублажения, Никита не догадывался, да и не пытался узнать.
. Никита, как курьер, мог стать ценным кадром. Несмотря на свои криминальные проделки, он оставался ребенком в глазах не знающего его окружения. Тщедушный хлюпик не может проворачивать серьезные дела. Какой дурак может доверить материальные, или документальные ценности сморчку, пускающиму сопли при первом тычке хулигана в рожу? Глупее не придумаешь. А Вячеслав придумал.Почему бы не покататься подростку перед призывом в армию по стране, прикрываясь своим дебилизмом? Может и прокатит.Вячеслав решил перегонять с недоростком золотой песок малыми партиями своему соратнику в Казахстане.Что делает там с песком Кайрат, он и сам смутно догадывался, но оно ему надо? Главное, бабки через того же курьера будут идти наличными и приличными. Ну а загремит, будет молчать. Еще один спектаклик сыграем с главной ролью для придурка и дело в шляпе. А пока Никите уделялось повышенное внимание, когда никакой работы, отдых, отдых и только отдых. Расслабившись, Никита выпивал больше, чем когда - либо, девочки преклонного возраста выполняли прихоти его без разговоров, а он оборзел потихоньку, зверь восстанавливался. А однажды окреп, и зарычал. Пьяная красавица лет сорока, с которой он проводил время в репетиторской, даже это ему было разрешено, чем - то не угодила и он выгнал в зашей потаскушку. Выпил еще немного и вырубился, да так, что не мог долго глаз открыть . " Лежал в чем - то мокром, липком, было неприятно, но глаза открыть было больно.Кое- как разлепил веки, надо же встать и уйти куда - нибудь от этого тошнотворного запаха.Он чувствовал, что не в постели лежит, но когда пересилил недомогание и приподнялся на локтях, изумился, испугался и заорал. На крик вошел Славик собственной персоной.
. -" Наконец! Ну и как картинка? Нравится?"
Никите не нравилось. Он лежал в огромной луже крови, покрытый ею же с ног до головы. В кресле, свесив на бок голову, с огромной раной, запекшейся крови и лохмотьями чего - то противного, лежала его шалава." Я же выгнал ее".
Огромный тесак, которым мясники разделывают туши в мясных отделах магазинов валялся в бурой, запекшейся жиже. Вячеслав взял с подоконника простыню и накрыл тело. В комнату вошло несколько мужчин, тело женщины положили на носилки и вынесли вон. Когда выносили, свешившаяся рука неожиданно как - то неестественно дернулась, как будто отгоняя муху, но тут же опять свесилась безжизненно. В оставшемся в комнате мужчине Никита признал следователя, замявшего инцидент с попыткой изнасилования Елены.
. -" Да"- протянул он, осматриваясь-, натворил дел. Тут вышак без всяких сомнений, налицо особая жестокость . Сейчас вызову криминалистов, все зафиксируют, а этого куда следует отправят".
Хозяин поморщился и просительно произнес:
. -" Неужели ничего нельзя сделать? Жалко мальца, не жил еще толком и на тебе.Может, хоть не расстреляют, может срок какой?".
Следователь деланно возмутился:
. -"Ты в своем уме? Ты глянь, что он натворил? Это же ужас, что наделал! Разделал женщину, ни в чем не виноватую на шашлыки, а ты сроком отделаться хочешь? Нет! Тут стопроцентный вышак, к гадалке не ходи".
. -" Дак он же несовершеннолетний еще, пацан совсем".
. -" А пацанам что, закон не писан? Пацанам резать бедных женщин разрешается?".
. -" Да какая она бедная? Проститутка обыкновенная. Может она сама мальчишку довела до белого каления? Может он защищался?"
Следователь с сочувствием взглянул в глаза жалельщика, и чуть все не испортил, такой вид был у режиссера действа. " Никакой актер"- думал он, "сейчас расхочется",- но взял себя в руки.
. -" Не знаю, не знаю, что тут можно делать".
С окровавленного пола проблеяло:
. -" Дяденька! Я не виноват. Я не знаю, как это... Я ее даже прогнал, а она... Я, дяденька, защищался".
. -" Ну вот, слышишь, он выгнал и защищался,- произнес Вячеслав-, за что же его стрелять?".
С пола прошептало:
. -" Не надо меня стрелять. Стрелять не надо меня. Я, дяденька, так больше не буду. Никогда не буду".
В мире не найдется юмориста, придумавшего более комическую историю бутафорского действия. Вячеслав пулей вылетел, рыдая в голос, за ним поспешил следователь, он давился стоном, а для "убийцы" все казалось нереальным ,и в то же время действительным. Его шеф был так растроган, что плакал, предвидя горе мальчика, которого ни за что , ни про что , расстреляют в холодном каземате. Перед глазами плыли картины, как палач, скалясь в радостном предвкушении, когда пуля его страшного пистолета разворотит грудь беззащитного, такого славного мальчугана. Никите было тоже очень жалко этого мальчугана, то - есть себя, и он плакал, вытирая лицо бурыми , липкими ладонями. Он даже встать с пола не имел сил, он встать боялся. Пока будет сидеть на полу, никому не придет в голову стрелять в него. Туман в голове сгустился, и он повалился замертво в липкое месиво, поскреб пальцами по полу и затих.
. Пришел в себя он на диване, в кабинете шефа. Над ним суетилась женщина в белом халате, с шприцем для внутривенных вливаний и жгутом в руках. Она перетянула чуть выше локтя руку, вогнала иглу в молодую, хорошо видную вену и ввела лекарство. Никите захорошело, он с удовольствием глубоко задышал.В голове , правда , муть какая - то, бабы резанные, кровищи реки и озера. Привидится же такое! Брррр!" Никита улыбнулся и заснул благостным сном.
. Через неделю прилично одетый, болезненного вида подросток с рюкзачком и кейсом в руках садился в поезд в степной казахстанский городок. В плацкартном вагоне он поместил вещи на верхнюю полку, а кейс засунул в отделение для багажа, подальше к стенке и заставил вещами своих попутчиков. В дороге он вел себя паинькой, с пассажирами своего отделения говорил мало, и все решили, что больной паренек не разговорчив в силу засилия какой - то болезни.Правда, ел он здорово, не отказывал себе в деликатесах и пиво не было ему заказано. Как уже все поняли,это был Никита, в новом образе пай - мальчика, едущего отдохнуть в Азию к родственникам , попить живительного кумыса, и просто посмотреть , какая она, Азия эта.Опальный преступник ,в собственных глазах , ехал выполнять первое серьезное поручение, после которого хозяин будет знать , можно доверять ему полностью, или нет. В кейсе лежало что - то до такой степени ценное, что чем уж потерять это, лучше самому зарезать себя с особой жестокостью. А предшествовавшие события не оставляли возможности юноше идти дальше своей, избранной собою, дорогой. Морально и психологически он был зачипирован магией обмана и страха. Он был убежден в реальности произошедшего, страх перед наказанием заставлял цепенеть при одном упоминании о содеянным , старшие его товарищи были неплохими психологами. Вячеслав же был ангелом - хранителем, божеством, сохранившим возможность мертвому жить.
. -" Значит так, братишка,- начал он разговор через пару часов после разыгранного спектакля с убийством, - уладить окончательно твой косяк пока не удается. Мы тебя в бега отправили, вроде как скрылся ты в неизвестном направлении. Иначе ты бы уже в камере парашу грел. Отсидишься здесь несколько дней, а там постараемся что - нибудь придумать. Ох и натворил ты! Считай, сам себя грохнул. Ну да ладно, перестань трястись, пока ты со мной, я не дам волоску с головы твоей упасть. Будешь умным, скоро обычной жизнью жить будешь, но о косяке своем вспоминай иногда, иначе помочь ,бесконечно прикрывать тебя я не смогу. Считай, сейчас ты родился заново.
. Так и случилось, как обещал покровитель. Недели не прошло, как Шеф, улыбаясь, поздравил с днем рождения.
. -" Даже менять анкету не надо, сказал он, все чики - чики. Чист Никитос, как ангелок, и прятаться не надо, смело по улицам ходи, баб щупай. Но - но - но! С бабами, как - раз, чтоб аккуратно, бережно. Они иногда полезны бывают, а ты в раже своем всех на мясо пустишь, забойщик хренов".
. И вот он едет, выполняет указание Шефа, благодетеля и бога во плоти. Выйдя в первый раз на улицу, после вынужденного заточения, хоть и недолгого, но полного ужаса перед висящим топором палача, Никита похож был на психа, выведенного на прогулку.Но на то Славка и стал Вячеславом, чтобы подчинять волю слабых, которых мало, но достаточно для кучки Славок, прохиндеев всевременных. С помощью пары ментов, не обращающих внимания на дрожащего типа, да столика в ресторане, с мельтешащими шлюхами, интересующихся только этим , ставшим страшненьким в щупальцах ужаса , пацаном. Успокоился Никита, поверив во всемогущество патрона, и в то, что без его патронажа Никитос труп, сгнивший и трухлявый. Дисциплина, мантра поведения Никиты, исполнительность из заповедных скрижалей . В вагоне по казахстанским просторам катил мальчик, сердце которого было искусственно состарено, и зажато тисками настолько, насколько позволял всемогущий повелитель Вячеслав Станиславович, Станиславский, ставящий пьесу своего имени и для себя.

.


Жеглов Глеб, суперсыщик военных лет , сказал: " Преступник должен сидеть!".Сказал , твердо веря своим словам. Я помогу ему быть правым. Раз должен, значит - будет.
. Покатался Никитос не долго, ну не больше года , и загремел. Советская милиция не вся продажная была, единицы, которые так же, как и преступник, должны были сидеть, и сели, некоторые раньше, некоторые попозже. На шесть лет потянул приговор суда. За то, что делал Никитос , приговор мог бы быть и посуровей, но для этого должен был курьер сдать своего покровителя, а это, как был уверен Никита, грозило раскрытием неблаговидного дела с убийством проститутки. Вот и держался , как Бонивур, герой Революции, хоть огнем жги его.А раз держался, не сдал, то и поддержка какая - никакая была в зоне, хотя какая поддержка может помочь шнырю, а он своего имиджа не менял, получал оплеухи регулярно и в достаточном количестве и качестве. Сидел он в Оренбуржье, далеко от дома, вот и вспомнила даже родная мама о нем, письма писала, парочку посылок собрала, Жизнь катилась понемногу в клоаку будущих перемен, в которую так страстно желали окунуться поборники демократии по американски. Уже Меченый стоял у руля, не зная правил движения, поэтому слушался инструктора , рулил по указке. А дорога все по ухабам, да по оврагам, да по колее. По колее - то и правильней бы, да инструктор советует выезжать на автостраду гладкую, светлую и ровную. Но пока до нее, автострады этой, не дорулил, пока по незнакомым проселкам плутал. Ну и , как это бывает всегда, несмело остановился, чтобы осмотреться, а наш русский пьяный мужичок всегда смел, перехватил рулек, да по газам. Меченый не в обиде, свои катания по пути к темному будущему монетизировал, ведь и инструктор благодарен остался, попрактиковался в деле повышения квалификации по обучению каскадеров , для осуществления задумок сценаристов развала неугодных режимов. Ну а пьяный уже и без инструктора справляется, прет смело. Куда, зачем - не помнит, пьяный,был, но классно пер, аж завидно. Запчасти на лету отлетают, там болтик обронил ,там гаечку, там колесо целое отвалилось, а дуролом прет, хотя и уже засыпать на ходу начинает. А то, что руль к пассажирскому транспорту привернут, у них из головы то и вылетело. Прыгают пассажиры на местах своих, и рады бы соскочить на ходу, а куда потом? Билеты только на сюда только , на туда раскуплены теми, кто все это затеял. Да и они не все едут на более комфортном, тоже бывает не туда садятся.В общем, чехарда и неразбериха. На пункте пересадки и замены водителей придурашного авто, хоть и в грязи придорожной, но хоть не трясясь так уж лихо, остались ХМЫРИ и БЛАТОТА дождаться , покуда дорога не приведет транспорт , в который они на ходу вскочат. Хмырь, эта кликуха накрепко приварилась к Никите в зоне, был, можно сказать счастлив. Ему не пришлось выживать, бороться за место под солнцем, ему даже под нарами хорошо было. Пока дяди большие друг другу носы квася, зубы считая , кишки на локти наворачивают, он тихохонько под нарами отсиживается, свой сухарик погрызывает. А кончается заваруха, выползает, победителя в попку целует, кровушку , в битве пролитую, слизывает, вот уж и по головке погладили, сухарик помягче дали. И если посмотреть со стороны, то жил Чмырь получше какого - нибудь работяги, к этому времени потерявшему не только место, где можно заработать, но и то, что заработал.Крохи со стола , слизанные после трапезы хозяина, были жирнее потом заработанного. Нагрянул он как - то в отчий дом, захотелось, сам не знает почему. Мать открыла на умирающее чивыканье дверного звонка, кинулась на шею сынка родного:
. -"Родненький ты мой, вернулся. Да заждались мы с папкой кровиночку, да глазоньки - то повыплакали. Заходи, будь как дома. Да нет же, твой дом это и есть. Мы уж что, умирать пора, а квартирка тебе останется, живи и радуйся!"
. Огляделся кровинушка, да и сел в офигении на трехногий стул.На кухоньке батька родной перед бутылкой полупустой, или полуполной, кому как нравится, скучает. Косо глянул на чадо, хмыкнул в усы седые( раньше не носил), лохматые, с налипшей закусью.
. -" Ааа! Явилси, не запылился, сыночек гребанный. А чего это принесло тебя, долгонько не виделись. Ну - ну, повернись - ко, сынку, гарный хлопец".
. Мать суетилась, хлопотала, искала чем угостить. А чем? Хвост ржавой селедки, остатки закуски. Ах, да, вот еще хлебушек, правда не резаный, ломанный. А батя не унимался:
. -" Ну, и что скажешь, успешный строитель капитализма? Вижу, успешный! Так что же скажешь? Много люда рабочего на тот свет отправил? Сберкнижка хоть одного работяги досталась тебе, или до тебя расхапали другие?
. Мать закричала, запричитала, зашикала на разговорчивого старика:
-" Ах ты , зараза такая непутевая! Да так разве сына встречают? Пьянь несчастная, все из дому повытаксал, все пропил, без ничего остались, а туда же, сына учить. Он без тебя знает, что и как делать. Ты , сыночка, не обращай на него внимания, пропил все мозги свои. Да и как не пропить!"
. Она махнула рукой и ушла в другую комнату. Наступила тишина. Отец сидел сам по себе, мать тоже притихла, а Никита сидел и думал. "Вроде ж не пил никогда, в рот не брал, и привет! Пипец! А так, в принципе ничего не изменилось, все как и было". Он молча вышел из разгромленной квартиры, сел в недорогой, но автомобиль , и поехал жить.
. Судьба Берестовых была более милостивой, благодаря профессии Льва. Времена были не только разрушительные, но и созидательные. В военное время слабые гибнут, а сильные становятся сильнее. Работу свою Лев любил, клятву Гиппократу соблюдал, поэтому уважаем был всеми слоями общества.Был он умным и в житейских вопросах. Когда медицина начала скатываться неумолимо из сферы гуманитарной в сферу обслуживания, многие медики, особенно среднего звена, ушли из медицины, выжить, не беря взяток, было невозможно, а брать было нарушением данной когда - то в начале медицинской карьеры клятвы. Присяга медицинская порядочного человека нерушима, но и убийственна стала. А жизнь требует подстраиваться к переменам, надо учиться жить, не смотря ни на что. Лев не отказывал в помощи нуждающимся в любом случае, но если человек может заплатить за помощь, пусть платит. Все чаще те, кто платить не может, перестали обращаться за помощью к дорогому врачу, хотя он помогал и бескорыстно многим. Звание врача дорогого, само по себе , ограждало от обращения бедных. У Берестовых был уже свой загородный домик с аллейками и фонтаном.Подросшие дети, а их было двое, Катюшка и Лев - второй, играли на ухоженных просторных площадках, за которыми ухаживал нанятый дворник. Не сказать, что олигархом стал Лев, нет, куда ему с его профессией, но достаток в доме его был. Катюшка бегала по аллейкам, весело хохоча. Она школьница, отличница, и красавица. Лев Львович, пятилетний бутуз, по - детски неповоротливый, бегает за ней, требуя внимания.А мама, Елена Прекрасная, наблюдает со стороны за чадами любимыми.Она рада, что войны там , за забором ее и ее семьи , не касаются, благодаря главе семьи, так удачно ставшим однажды врачом, который нужен всем, важен всем, оберегаемый всеми, даже криминалом, ведь , как ни странно, у них и сердце есть, и болит часто. Особенно сейчас, время то ого - го, то еще время. Хорошо Берестовы живут.
. Катя - Катарина стала дамой из высшего общества, уважаемой и почитаемой. На кривой козе к ней теперь не подкатишь. Хмырь, то бишь Никитос, как - то по освобождении решил напомнить Катьке кто есть кто, и пожалел.Морду квасили ему гориллы - охранники не долго, но тщательно. Зарекся Хмырь помнить прошлое, уж лучше беспамятным, но здоровым быть.
А вот Вячеслав Станиславович, так тут не то, что на козе, не на всяком " мерсе " зарулишь. Недосягаем стал бывший ресторатор, для соседства даже опасный. Так и видишь, то один из его окружения, то другой из конкурентов исчезает с глаз долой, из сердца вон. Свита Славкина, простите великодушно, Вячеслава Станиславовича, то - ли накачанные бизнесмены, то - ли качки при бизнесе, но и к тем и другим подступиться страшновато. А еще поговаривают, что не миновать быть, станет эта сволочь скоро губернатором. Так - то вот. Где тут каждому хмырю место найти.
. Ошибочка вышла, здесь - то рядом с будущим губернатором, святым человеком, меценатом, верующим до лбавредительства, и место.Рядышком их место. Никитос - Хмырь по освобождении протер пол коленями в кабинете ресторатора - губернатора и с барского плеча получил должность лизоблюда - принеси то, подай это , пошел туда... , дальше как положено.Если кто - то считает эту должность ну так себе, никчемной, ой как он ошибается. Должность прибыльная, даже со сдельной оплатой: лизнул раз - рупь, два раза лизнул - два рупля. Хлопотная ? Это да.Бывает, не успел лизнуть - выговор с занесением на всю морду, значит, фингал обеспечен. Но , если помните, к фингаллам у Никиты стойкий врожденный иммунитет, не страшны ему фингалы, иногда полезны даже.
. Живет Хмырь и в ус не дует. После посещения родительского дома весть пришла, загнулись родители: папа от перепития, мама от тоски, вслед за папой. Стал сиротинушкой хлопчик подросший. Мама не соврала, наследство все его, кровинушки. Правда , когда покупатели входили для осмотра наследства, сразу требовали доплату за освобождение хозяина от такого наследства. Так что о наследстве просто к слову пришлось. До двадцать первого века дожил мой герой, последнее ужасно кавычками оградить хочется, но не буду, пусть так будет. Звезд с неба не хватал, пловец был средненький, но плыл. Там за корягу попутную схватится, там на чей - то плотик влезет, так и жив, курилка. Уже к концу 99- го свела его судьба нос к носу с незабываемому объекту своей любви и ненависти. На каком - то мероприятии , где по должности своей главного подносилы быть ему пришлось, увидел ее, любовь свою. Прошедшие четверть века для нее ничто, она такая же красавица, молодая и веселая. А рядом Она же ,постарше, но она, с поседевшим Львом под руку. Увидал Хмырь и обомлел. Его Леночка, его любимая Леночка в двух экземплярах. Зомби не надо создавать искусственно, они сами по себе из ничего выходят. Хмырь - зомби ничего не мог с собой поделать, ноги шагали, глаза глядели, мозг отключился.Когда был уже почти вплотную, щелкнул тумблер, переключивший любовь на ненависть. И мрак. Он бил ножом не видя , куда вонзается смертоносное жало. Когда его повалили на пол, он визжал, хрипел и продолжал бить, хотя уже только мысленно. Это был финал повести о любви слабого мальчишки к самоуверенной девушке, зародившейся на берегу реки , у костра, под звуки гитары. Оплакивать убийцу? Кому такое в голову может прийти? Оплакивать нужно Катюшку, копию Ленину. Оплакивать надо Лену, кричащую от неизбывного горя над телом дочери. Оплакивать надо больных сердечников, потерявших очень хорошего и честного врача кардиолога, который,скончался после похорон от болезни, какие сам лечил до этого. Но не убийцу. Только не его!!!


Следствие обладало всеми доказательствами совершенного страшного преступления, газетчики не могли упустить возможность поднять рейтинг своих изданий, адвокат подследственного был щедро оплачен , все, как всегда.Жизнь продолжалась у всех , живущих в этом городе, кроме жизни Елены, а с ней и маленького Льва.Сволочь был осуждён сурово, но многих не устроил гуманизм суда. Ожидаемое пожизненное заключение убийца не получил, четырнадцать лет в колонии строгого режима многие посчитали недостаточным наказанием. Но прошло время аппеляций, город продолжил жизнь без ведущего врача - кардиолога, вытащившего не одного безнадежного с того света, мать с сыном избавились от большого дома и уехали из этих мест в неизвестном никому направлении. Были ли у них какие - то родственники, или нет, история умалчивает. По крайней мере пишущий эти строки доподлинно этого не знает. Через год случай этот был забыт, ведь времена все ещё были лихими, в одном месте бурлило, в другом покрывалось тиной и плесенью. Следы женщины, счастливо начавшей, трагически окончившей семейную жизнь, нигде не прослеживались. Вячеслав шел в гору, убирая с пути своего все препятствия , но уже в начале двухтысячных нашелся следователь, не бравший взяток, который со скрипом, многими бедами на свою ментовскую голову, посадил уже депутата казнокрада и убийцу. Страна потихоньку, пройдя через внутренние войны, через унижения во всем мире, с приходом к власти молодого , деятельного политика, пришедшего из силовых структур, через борьбу не на жизнь, а на смерть с достаточно укрепившимися поборниками раболепства перед западом, наконец стала приподниматься. Ах, как засуетились демократы - дерьмократы, как заверещали. Ведь вот же, в кармане были и вдруг выпали. Тяжело наверх ползет страна, до сих пор икота от реформ меченого и алкаша мучает, но выползает, а иногда и рвет скачками даже. Но все это здесь, а там, за заборами, за запорами, за колючкой из стали, жизнь тоже есть, но как бы отдельно от государства. Живет Хмырь в бараке, проверки утром и вечером, режим строгий, мордобой узаконенный. Даже он, закаленный в получении оплеух, подустал. Как не устать, устанешь тут. Мало того, что в зоне, так еще и в отряде обиженных, то - есть опущенных по блатному, а если по - человечески, то не скажу , как называют Хмыря, нехорошее слово, не для детского и даже не для каждого взрослого вслух произносимое прозвище. Попросту сказать, самые низы - место Хмыря. Уборка нечистот, мест общего пользования, ну и ублажение стыдного. Женой ничьей стать он не мог в следствии рожи в шрамах от оплеух, да и без них не красавец был, а уж о теле хилом и разговора нет.Какими то умениями, навыками, кроме как пресмыкаться перед сильным, наделен не был. Помощи с воли ему не было ниоткуда, и своих накоплений, на которые здесь мог бы купить некоторые послабления , тоже не было. Вот и тянул он свой срок, не позавидуешь. Правда, со временем он привык, лошадь ведь тоже привыкает к тому, что воз везет. Не буду описывать житье - бытье его , кроме поверхностных знаний, почерпнутых из рассказов тех, кому посчастливилось, или наоборот, некоторое время быть рядом , у меня нет. Освободился он в конце - концов, вышел за ворота , без денег, без цели , с одной справкой об освобождении. Оренбургская холодная весна встретила промозглым мокрым ветром, пронизывавшим ветхое одеяние мужчины, болезненно бледного, кашляющего непрерывно. Не знал он куда идти, что делать. Если освобождающиеся нормальные зека напутствуются оставшимися, одариваются адресами нужных на воле людей, снабжаются какими - никакими деньгами, то этого не имел, даже по зоновским законам, изгой. По справке он мог купить билет к месту назначения, но он не знал этого места. Страх сжимал всего его от головы до пяток, ужас освобождения был сейчас страшнее ужаса заключения. По дороге он просто шел, мокрый, продрогший и голодный. Если бы мне кто - то сказал, что в таком состоянии можно идти сутки, двое, трое, я бы не поверил. Но мне сообщили, что можно. Так шел Никита. Трасса , прямая, с посадками из берез, была бесконечна. Никита шел тяжело, по дороге не было ни одного населенного пункта, лишь березы, березы, березы. К вечеру первого дня Никита попытался найти хоть какое лежбище, ему казалось, что пройти хотя - бы сто метров он уже не может. Войдя в белоствольную посадку он осматривал землю под стволами безлистых еще деревьев, листва была, но мокрая. Дрожа всем телом, стуча зубами, Никита свернулся калачиком прижав колени к груди. Сначала даже показалось, что стало теплее, но только сначала. Ноги свело судорогой, боль пронзила такая, что путник закричал. Он кричал долго, слезы ручьями лились из глаз. Он, как только судорога отпустила немного, вскочил. Его шатало, но он вышел на дорогу и тяжело побежал. " Двигаться, двигаться, двигаться" - в такт шагам мысленно произносил он. Перешел на шаг, ноги гудели, в ушах стоял гул. Он потерял счет времени. По окраине дороги начали появляться огоньки. Сначала редкие, потом чаще, но попытавшись свернуть к ним, он наткнулся на колючую проволоку. Пошел вдоль нее, но пришел к высокому бетонному забору. Забор не кончался, а за ним переливалось множество огней прожекторов, неоновых светильников и кто его знает чего. Но все светилось, а поверх забора он стал различать множество вышек, с вооруженной охраной. Не сразу, но понял он, это какой - то огромный завод. Выйдя на трассу, он шел вдоль светящегося объекта всю ночь. Мыслей не было, желаний не было, ничего не было. Удивительно, но не было и машин. Вообще ни одной за все это время. Рассвет наступил, огни спереди и сзади стали растворяться в утренней хмари ,и только тогда Никита сообразил, шел он по кромке территории огромного завода то - ли газо -, то - ли нефтепереработки. Не сведущ был он в этом деле, но трубы, извергающие огненные факела, наводили на мысли о предназначении завода, многокиллометрового монстра, с отсутствием какого - либо автодвижения рядом.
. Машины все же пошли с рассветом. Сначала обыкновенные грузовики, затем появились вахтовые автобусы. Путник усталый даже руки не поднял ни одной машине навстречу, просто продолжал тупо передвигать ноги. Дождь прекратился, но теплее не стало. Он шел мимо проходных, КПП, и кто его знает, как их называть , эти проемы в бетоном многокилометровом заборе, а когда тот закончился, даже не обернулся, чтобы оценить пройденный ночной путь.Два, три километра, десять ли, кто его знает, любое расстояние для него казалось бесконечным, оценить его не было возможности . О скорости его движения мог сказать только тот, кто видел бы его, но таких не было. Зачастившие машины равнодушно проносились мимо бредущего неизвестно откуда и куда бомжа, не достойного остановки спешащих по своим делам людей. Эта мысль вспыхнула в воспаленном мозгу и, удивительно, принесла озарение и нить к спасению.
. -" Я не человек теперь, но я бомж,- сказал он громко, неизвестно к кому обращаясь -, а значит, должен соответствовать. Бомжи тоже живут, некоторые даже очень неплохо. Да, я теперь бомж!"
Эта мысль вспыхнула, посидела на плече, и улеглась там, накрепко вцепившись в костлявую плоть.Никогда не верил в Бога, и в черта не верил этот несчастный, а тут, с примостившейся на плече надеждой он вдруг поднял глаза в небо и не остановившись, а наоборот, ускорив шаги, откуда и силы взялись, закричал:
-" Господи! Ты же есть! Прости меня ,Господи! Я тварь, я сволочь, я не достоин Твоего прощения, но Ты прости.Помоги мне, дай хоть немного мне отдохнуть, согреться! Я умираю, Господи!"
. Опустив глаза, впереди он увидел заправочную станцию, пустую вокруг, но недалеко от нее, совсем рядом, какие - то пристройки, а главное - человека, хлопочущего над мангалом.
Никита словно споткнулся. Он стоял, смотрел на человека и плакал. Плакал молча, не всхлипывая, не дыша. Ему стало тепло, хорошо, и он успел только подумать" Спасибо, Господи, Ты услышал меня!". Наступила тишина. Самая мягкая, теплая, добрая тишина!

.
.


Кричала толпа Иисусу:"Что ж ты чудо не покажешь, освободи сам себя...". Так и мы частенько издеваемся над Господом, мол, покажи, тогда поверим. И за нашим зазнайством человека мыслящего, животного высшего, не замечаем чудес, посылаемых Всевышним. Наверное, и Никита не заметил, а оно, чудо, свершилось не только для его глаз, а для самого его.Взмолился Хмырь, вскользь прощения попросил и ррраз...
Держи на блюдечке с голубой каемочкой.
. Пришел в себя Никита от вкуса на губах горячего в меру кофе. Глотнул, в пересохшее горло с трудом живительный напиток протиснулся, но победил, влился .А Никита подумал, боясь глаза открыть : "Да неуж - то в Раю я? Так просто? А где еще кофеем угощают по прибытии, только тут". В Рай, конечно , рановато ему, но кофеем угощал молодой парень, то - ли армянин, то - ли казах, похожий на армянина, молодой, в общем, парень.Он вливал потихоньку влагу в сидящего прислоненным к пристройке, служащей подрабатывающим здесь шашлычникам и кухней , и складом для дров, и барной стойкой одновременно.
. - " Дед, ты чего это надумал помирать? Здесь не надо помирать, здесь нельзя. Хозяин сейчас прийдет, ругаться будет. Ууу, ей, ей, давай, вставай, да-а-а!"
. Никита понял, что в рай хренушки, да и вообще туда ему дороженька, конечно же, заказана, но так не хотелось отходить от этих райских ворот!!!
. -" Замерз я сильно, долго, всю ночь, и вчера... Не помню... Замерз я.-, сказал он вливавшему в него горячий напиток парню,- можно, я здесь посижу, согреюсь?"
. -" Не-не-не!-, зачастил паренек-, не- не - не, здесь нельзя. Скоро хозяин прийдет. Я только работаю, вот мангал разжигаю, готовлю, шашлыки делать. Ты кофе пей, еще налью, и иди. Три километра посёлок стоит, там, если хочешь, церковь.Всем помогают и тебе помогают. Пей, пей, хороший кофе".
От кофе действительно теплее стало, взбодрился Никита, уже думая, вышел снова на трассу. " Почему нет.Я часто же слышал рассказы о приютах при церквях, где наш брат каторжанин частенько останавливается. Может, и мне повезет. Странно как - то. Ведь я молился, кажется. Никогда такого со мной не было, и на тебе.И парень в церковь послал. Попробую , чем черт не шутит..."
. Так думал Никита, Хмырь бывший, идя по трассе. Солнце поднималось выше, грело освободившуюся от засилья непогоды землю, грело деда, бредущего по дороге в неизвестность. Даже не удивился Никита такому обращению к себе, он и сам считал себя древним старцем.
" А и правда, сколько же мне лет? Сейчас год ? А , ладно, какая разница. Так даже лучше, менты меньше докапываться будут. Не менты, полиция сейчас, кажется.Надо заново учиться жить. Пока сидел , в другой стране оказался, незнакомой совсем. Ладно, разберемся, а пока отдохнуть как - то, да начинать думать, что дальше делать".
Село большое оказалось, с добротными одноэтажными аккуратными домиками и большой церковью с колокольней и металлическим забором. Двери храма были открыты, внутри было тепло, у иконостаса кое - где горели свечи, за стойкой стояла бабулька, перебирая церковные реликты, предназначенные для продажи.Никита подошел поближе, и стесняясь, попросил указать ему место, где находится сейчас батюшка. Бабулька громко крикнула :
. -" Марья! Кликни батюшку, странник явился!"
"Ничего себе, странник,- подумал ходок, - а что, нормально. Странник и есть".
Из дверей помещения, в которое обычный человек входить не имеет права, вышел не старый,ещё, даже молодой батюшка в рясе. Он подошел к Никите, выслушал сбивчивый рассказ об освободившемся из известных мест спутнике, кивнул согласно и заговорил со старушкой за стойкой.
. -" Матушка Глафира, накормите путника, а поспит пусть в котельной, там тепло, как раз Николай место освободил. Пусть там сил набирается , так Господу угодно будет".
И все. И отошел по своим делам.А матушка Глафира захлопотала, позвала молодую женщину, наводящую порядок с тряпкой в руке, и скоро перед Никитой стояла миска зеленого борща и огромный ломоть домашнего хлеба Как не голоден был странник, а ел медленно, плохо глоталась пища. Со стороны могло показаться, что через силу пихает в себя пищу убогий. Когда поел и отдал пустую миску молодке, Глафира повела его на улицу, а потом через обширный двор, покрытый асфальтом, с аккуратными бордюрчиками и ухоженной, покрытой короткой пока травкой землей. Котельная - квадратное, приземистое строение, со ступенями вверх и вниз. Выше была комнатка три на четыре, с кроватью и столиком, а внизу сама котельная, гудящая перерабатываемым газом.
-" Вот тут и ложись до обедни, а после молитвы опять отдыхай",- и ушла. Никита с удовольствием упал на застеленную верблюжным одеялом кровать и провалился в глубокий, никем не нарушаемый сон.Никто не будил его, только к вечеру пришел молодой, лет тридцати, мужчина, коротко стриженный, невысокого роста, с явными следами судимостей на фалангах пальцев. Он предложил встать и поесть, а заодно передал приглашение батюшки посетить вечернюю службу. Николай , так назвался мужчина, работал дворником при церкви, а до этого сидел в колонии. Он, так же как и Никита, не имел никого из близких, но одна сестра все - таки осталась и жила здесь же , в поселке. Она и обратилась к главе местной церкви с просьбой пристроить брата к делу, так как никакой другой работы в" благодатное " нынешнее время не было, вообще никакой. Посёлок выживал, как мог, в основном за счет новоявленных " новых русских". Батюшка просьбу удовлетворил , на работу взял. Как выяснил почти на следующий день Никита, не без пользы лично себе. В купленном домике, к построенному рядом огромному коттеджу прилегающему, он открыл цех по изготовлению тротуарной плитки. Работали там четверо любителей выпить без закуски, приносившие хорошие дивиденды к официальному заработку церковнослужителя. К их числу и добавился странник, уже на следующий день, после обязательного стояния на утренней службе и инструктажа на день, отправился.
. Работа не пыльная, вернее пыльная в прямом смысле, но не пыльная в понимании тяжести. Замешивался раствор, заливался в формы и застывал в них. Технология проста, но и без того качества, которое достигается, если эту же работу выполнить с применением всех положенных действий на производстве. Никаких вибраторов, сушилок, да и качество раствора достигается на глазок. Весь день они лили плитку, составляли с сотню форм сушиться , выпивали вина, вываливали на пол, для дальнейшего высыхания, сырую плитку, заливали заново формы. Никита проголодался уже к обеду, но предложить ему ничего, кроме хлеба и пары луковица, его соратники новые не могли. Правда, к вечерней службе ближе пришел батюшка, принес пакеты с "анакомом", посчитал сделанное и ушел, предварительно о чем - то переговорив во дворе со старшим в их компании. Вечерняя служба Никиты прерывалась урчанием голодного желудка и матерщиной не вслух хозяина этого живота. Потом запарили анаком и Никита, почему - то голодный, отправился спать в котельную. Второй и третий день были близнецами первого.На четвертый Никита забастовал, ему хотелось не только пить кислое, хотя и с градусами вино, но и жрать. Анаком даже при такой размеренной работе не насыщал. Его товарищи, оказывается, давно знали это, но возмутились только сейчас. Посовещавшись, Николаю на спину забросили мешок сорокакиллограмовый цемента и отправили по адресу. Вот, оказывается, как они восполняли недостающие калории до прихода Никиты. Оказалось, что очень даже неплохо затарились они.Пить и есть начали с вечера, закончили ночью, когда еда и питье закончились ,а новенькому начистили хлебальник. Обиженный, он ушел спать на свое законное теперь место.
. Утром получили благочестивый разнос от батюшки, по пачке анакома, похмелились кислятиной и работали. Вечером решили время своего возмущения не затягивать, нагрузили спину Николаю.
. Следующее утро было последним рабочим днем Никиты на благо православной церкви в лице батюшки. Расстроителя дисциплины, которым посчитали Никитоса , уволили, правда, церковь же, с выходным пособием в размере... Как выяснил уволенный , ровно на большую бутылку смирновской и аж на пять пирожков. Весь день в лесополосе Никита праздновал день несправедливости, кто - то из местных даже помог осилить слабому после многолетнего заключения свободному человеку литровую бутылку. Проснулся там же, в лесополосе, с головной болью и страхом перед новым наступающим днем. На земле валялась почти полная бутылка пива и кое - что из принесенной помощниками закуски.Выпив пива и пожевав лука с хлебом, немного поправив этим здоровье, Никита вышел снова на трассу. Постоял на перекрестке к покидаемому негостепреимному посёлку, плюнул в его сторону липкой слюной и бодро пошагал к следующей остановке. Как же она будет называться?


На тот раз удача была на стороне путника. Уже через пару километров на взмах руки остановилась машина, грузовичек с какими - то железками в кузове. Разговорились с водителем.Никита поведал почти правдоподобную историю своего заключения и освобождения, а водитель, проникшись гуманизмом, посоветовал бездомному, не знающему куда податься несчастному человеку, обратиться к своему хорошему знакомому, новому русскому, который с удовольствием возьмёт на работу, устроит проблемы жилья и питания, ну а на счет зарплаты договорятся . Остановились на трассе, невдалеке от поселка.В двухстах метров проходила улица, на которой и находился дом рекомендуемого работодателя. Попрощавшись с добрым водителем, Никита пошел в направлении, показанном шофёром грузовичка. Улица окраинная, с хозяйственными постройками, кучами навоза и строительного мусора. Не сразу можно сообразить, где начинается, и где кончается очередная усадьба. Может, усадьба звучит преувеличенно, но участки были обширные, до гектара площадью. Видно, покупали их сразу по нескольку и соединяли в один. Позже выяснилось, что так оно и было. Сергей, молодой мужчина, лет 25 - 30 - ти, симпатичный, спортивный, ухоженный, вышел к воротам с задней стороны усадьбы, и выслушав Никиту, пригласил во двор. Он почти не интересовался рассказом бывшего зека, показал место, где временно будет жить новый работник, это был маленький домик типа летней кухни, и предложил сегодня отдыхать, а с утра выходить работать. Где и как работать, он не сказал, а Никите было все равно. Комнатка была небольшой, не очень чистой, с панцирной кроватью с матрасом, подушкой и шерстяным одеялом не первой свежести. На столе стоял электрочайник, пара стаканов чистых. Никита прилег на кровать и задремал. Разбудила Люся, жена Сергея, красавица блондинка с синими, огромными глазами, очерченными длиннющими ресницами. Никита дар речи потерял, так хороша она была." И эта фея моя хозяйка?"- подумал он - А на фиг, отвернусь лучше, иначе беда будет".
. Красивые женщины могут быть как двигателями благородных поступков, кумирами поэзии, могли художника от слова " худо" изваять шедевр мирового искусства, неумеху и лентяя сделать великим созидателем. Но она же может вызвать у хорошего доброго человека животное чувство похоти, извращенного желания обладать, ненависть и жажду убийства. Последнее уже было испытано героем, глядящим на красавицу жену хозяина.Перед глазами поплыли странички книги прошлого: летняя река, девчонки хохотушки, Грек, Лев, Ленка вся в крови. Неописуемый страх сковал бродягу, от которого и спасла его заговорившая ласково хозяйка. Голос. Грудной , редкий у женщин голос, был не Ленкиным.
. -" Как вас зовут? - поинтересовалась она, и услышав ответ продолжила, - Я вас сейчас накормлю, принесу сюда, а на будущее, пожалуйста, сами приходите в дом, я всегда соберу вам покушать. Что едим сами, то будете и вы кушать, если, конечно, не захотите сами что - нибудь особое приготовить. Стесняться не нужно, я знаю как трудно у Сергея работать, так что добавки просите без никаких.Хорошо?"
. Никита кивнул. Хоть и прошел первый приступ страха, но холодок воспоминаний пока не давал расслабиться.Накормила Люся от пуза, вкуснейший наваристый борщ, свиные котлеты, компот из сухофруктов. Отяжелел едок, лег , чтоб жирок завязался, да и заснул.
. Разбудил хозяин рано, часа в четыре. Было еще темно и сыро.Выйдя на улицу Никита, поежился. Сергей спросил, будет ли завтракать Никита сейчас, или вместе со всеми часиков в восемь, и получив в ответ отказ есть сейчас, предложил сесть в стоящий за двором УАЗ- 469 - й. Выехали за поселок и по трассе в сторону Самары, находящейся километрах в двустах, и ехали около получаса. На окраине населенного пункта находился приемный пункт вторчермета, с подъездным железнодорожным путем, магнитными кранами и пустыми открытыми вагонами. Из стоящей на территории бендюжки вышли четверо мужчин разного возраста, качки от природы и тяжелой работы, в рабочих робах и рукавицами верхонками из брезента. Они поздоровались одинаково равно и с хозяином, и с Никитой, будто видели новенького каждый день до этого, поговорили, кажется ни о чем, и Сергей сказал Никите:
. -" Грузить будешь после резки в контейнер, вот и все дела, идет?
. -" Нормально, - ответил Никита, - справлюсь".
. -" С ними и питаться будешь".
. Он сел в машину и был таков. Мужики не уделяли никакого внимания новому рабочему, видно таких, как он, перебывало здесь немало. Они покурили и разошлись.Двое влезли в стоявший товарный вагон и скрылись за высокими его бортами, а двое настроили газорезку и принялись резать горелкой особенно объёмные куски металлолома. Металлические контейнера стояли уже рядом с кучей металлолома. Никита начал резанные куски носить и бросать в контейнер. Когда он наполнялся, один из резчиков пронзительно свистел, крановщик поворачивал стрелу, цеплял контейнер и подавал внутрь вагона, где двое укладывали там куски металла, чтобы поместилось как можно больше. Оказывается, чем больше укладчики вместят в один вагон, тем больше премиальных, сверх оговорённых денег , получат рабочие укладчики. Это и понятно, вагонный прокат недешев, чем меньше вагонов арендуешь, тем больше прибыль хозяина.Часов к двенадцати вагон был загружен доверху. Укладчики мостили последними кусками, осторожно двигаясь по ним на самом верху вагона.Приехавший за полчаса Сергей удовлетворенно покивал головой, был доволен результатом. Даже Никита залюбовался видными отсюда штабелями недавно еще корявых, торчащих отростками кусков бамперов, кузовов, различных когда - то работающих частей станков, машин, и еще кто знает чего, уложенных надежными этажами. Помыли руки, сели за деревянный стол из струганных досок, Сергей вывалил колбасы, сыры, зелень, батоны хлеба и бутылку водки.
. -" На сегодня шабаш, вагонов нет, отдыхайте до завтра".
Он вынул пресс денег, и отчитал каждому его долю. Такую же долю он положил и перед Никитой. Это были хорошие деньги не только по их номинальной стоимости, это были хорошие деньги вообще, они были заработаны честно, потом Никиты.День был даже жарким, одежда пропиталась неприятной сыростью , но деньги, взятые в руки , были приятными на ощупь, и даже усталость как - бы уменьшилась. Обращаясь к Никите, Сергей спросил:
. -" С ними посидишь, или сразу поедем домой? Там тебя ждет и еда, а выпить захочешь, и выпить тоже".
. -" Поехали"-, только и смог сказать Никита.
Пока ехали домой, Никита думал о первом дне работы у молодого бизнесмена. Он был немного не в своей тарелке, он непровычен был к такому отношению со стороны кого бы то ни было. Его за весь день никто не покрыл по матушке, никто ни разу не вмазал по фейсу, даже пенделя никто не дал. И никто не кричал" быстрей, живее, чего встал, двигай булками". Работали молча, и вроде и не работали, а играли в увлекательную игру". "Да мне здесь нравится!-, воскликнул про себя зечара, - Мне хорошо!"
. В домике с панцирной кроватью он пил не спеша водку, нормальную, не паленку, закусывал свежими, хоть и тепличными, помидорами, а чуть позже, уже через силу впихивал в себя вкусные домашние котлеты.
. Он не спал ночью. Он думал, лежа в одиночестве.
" Останусь здесь, почему нет. Работа не тяжелая, спокойный щедрый хозяин, жилье, постель, а все остальное будет потом"
К утру забылся. Пожелаем исполнения ночных грез, впервые о праведном.Пожелаем, но проследим.

.


Из ворот гостеприимного заведения, вернее сторожа заведения, вышел рано, еще рассвет только раздумывал осветить землю лучами солнечными, или погодить маленько.В пакете лежал сверток с вареной в мундире картошкой и парочкой солёных огурцов, остатков собранного женой сторожа ужина. На прощание сторож, вручив сверток, сказал:
. -" Давай брат, топай. Удачи тебе. Постарайся поскорее найти надежное пристанище, не то время сейчас для бродяжничества. Сколько случаев убийства ни за что, ни про что , вашего брата, не приведи Господь. А бездомных с каждым днем все больше и больше. Ну да ладно, что я тебя пугаю, без меня пугальщиков хватает. Счастливо!"
С рассветом побежали,сначала редкие, чем дальше, тем больше машины.Движение было намного интенсивней, чем на оренбургской трассе .Скоро его подобрал, и километров 15 - 20 подвез старенький "Зил"- ок, потом " Газель " грузопассажирская, потом тракторист под шафэ развлекал рассказами о том, как раньше хорошо, и как сейчас хреново. К вечеру на перекладных ,вперемешку с пешим ходом, преодолел он расстояние не малое, но сколько именно, представлял с трудом.В последнее в этот день село вошел, когда начало смеркаться. У мужичка, шедшего шатаясь и матерясь, Никита поинтересовался где можно отовариться горячительным и тот ткнул пальцем в сторону недалекого кирпичного дома на четыре хозяина.
. -"У Гальки, ик,- пояснил он,- даст и в долг, если ик хорошо попросишь. Тоскует баба".
Никита сразу попал к Гальке, хотя и постучал в первую же дверь с края барака.
. -"Заходи,- сказала открывшая дверь, не врал мужик, баба точно,- не задерживай давай, некогда мне".
. -" Мне бы чего покрепче, есть?,- заискивающе канючил Никита,- выпить страх хочется".
Женщина приглядывалась пристально, и проситель вдруг понял, пьяная вдрызг, в умат.
. -" А ты чей такой, что - то не признаю?"
. -" Ничей я,- продолжал подвывать, - я проездом тут"..
. -" Ааа,- протянула гора мышц и жира,- заходи тогда.
Она развернулась и пошатываясь, пошла в комнаты . Никита вошёл. Комната чистенькая, нигде ни пылинки, скатерти, накидки, покрывалки - красиво даже. Современная обстановка, современные электроприборы - богатая гора мяса.
. -" Чего стоишь, зенки пялишь? За стол садись".
. -" Да мне бы того, бутылочку, да пойду я"-, просительно так.
. -" Спешишь? Краля ждет? Ну и двигай тогда, не дам".
Никита опешил. Вот те раз! Догадался:
. -" Нет, что вы, ничей я, приблудный. Мне бы только бутылочку".
. -" А раз ничей, нечего нос воротить. Садись!"
Вздохнул Никита и сел за стол.Через минуту стол был уставлен так, что и свадьбу не стыдно накормить. Тут и борщ, тут и котлеты с гарниром, картофелем мятым, и пол гуся, прджаристого и разогретого в микроволновке, и салаты, и просто зелень, даже икра, правда только красная. А во главе четверть, бутыль двух с половиной литровая. "Это что же такое деется,- мысленно вопил Никита,- это удумала - то что ведьма?"
А ведьма садится рядком, берет его за дрожащее колено, и ласково так:
. -" Не боись, касатик, пить будем, петь будем, а любить как я тебя буду, никто так не умеет".
Никита впал в кому, но набульканный стакан привел сначала в чувство, а потом, уже в желудке, и в себя. Через час " По Дону гууляет каазаак..." лилась широко, раздольно, а слезы капали, а головушка на плече милаго. Хорошо гульнули голуби!
Утром проснулся Никита будучи широким задом спихнутым с широкой вдовьей кровати на пол.Тепло в доме, даже на полу. Повертелся, коленки к груди и снова захрапел. Подняла зазноба рывком и на кровать шмякнула:
. -"Чего удумал, на полу спать, кровать мала, или что?"
"Или что"-, снова засыпая подумал Никита.
Потом чай душистый пили, после похмельной рюмашки, потом сидели во дворе, потом в охапку Никиту, только ноженьками трепыхнул, рюмашку и баиньки.
Проснулся как - то посреди ночи, Яга похрапывает, слюнки пускает, а дууух!!! Поднялся тихонечко, на цыпочках к штанам, потом к столу.Буль, буль, буль, налил шепотком, махнул, схватил кус курицы и дай Бог ноги. До рассвета ни разу не остановился, а с рассветом залег в лесополосе и весь день в кустах пролежал, вздрагивая при приближении любого транспорта, даже на гул самолета. Бес ее знает, баба богатая, арендует самолет и айда на поиски. Два следующих дня ночами шел , утром в кусты, на третий поверил, не догонят. Шел голодный по трассе и думал " А может вернуться, в принципе баба, как баба, большая только . И голодная! Нет, нельзя возвращаться, прибьет с радости.

.


Чуть свет разбудил Сергей Никиту. Несмотря на выпитое вчера, голова была светлая, а главное ,Никита был спокоен, как никогда, никаких гнетущих мыслей, никакого беспокойства. Подумать о причинах умиротворения у него времени не было. С вечера были привезены во двор соседствующего участка отсев и цемент.Если отсев приехавший большегруз просто вывалил на приготовленную площадку, то цемент в бумажных мешках пораньше надо было выгрузить из длинного фургона и перенести под навес. Здесь уже были и ребята, вчера бывшие в металлоприемке. Работа завертелась, чуть не бегом мужики в момент разгрузили машину и она выехала со двора. Оказалось, что пока на приемке не наберется металлолома на полный вагон, рабочие занимались изготовлением кирпича из отсева, песка и цемента. В этом дворе , по соседству с домом хозяина, стоял минизаводик.Бетономешалка, сушилки, стеллажи для контейнеров аккуратно соседствовали, создавая порядок и ощущение крепкого хозяйства. Несмотря на свое полное невежество в вопросах производства, Никита понимал, здесь все к месту. Позавтракали домашней стряпней хозяйки, которую сами разлили по большим мискам, оказавшейся очень вкусной , работяги приступили к делу. Сообща приготовили раствор, сообща изготовили кирпич при помощи вибратора, сообща пообедали, сообща сложили схватившийся кирпич в сушилки. Обед прошел весело, казалось, никто не устал, несмотря на объем выполненных работ. После обеда все повторилось. Сергей , хозяин, трудился наравне со всеми.Он , раздевшись по пояс, месил, грузил, таскал, и казалось, что хозяин здесь не он, а загоревший амбал - сварщик, резавший вчера на куски листы железа.Сегодня же он покрикивал на остальных, заставляя добавить песка , цемента или воды, пробуя , сжимая горстью раствор. Удивительно, но и к вечеру Никита был бодр, общение с работающими с ним рядом ребятами, их равное отношение ,приводили в восторг впервые в жизни испытавшему трудовой раж бывшему Хмырю. Помывшись в летнем душе прохладной водой и напившись крепкого чая с ватрушками, Никитос был счастлив. От выдаваемых денег Никита отказался наотрез, ему казалось, что он не заслужил пока такой высокой зарплаты. Сергей не спорил, но вечером пришла Люся с тетрадкой в руках. Никита замер, теплый ветерок истомы поскакал по телу. А хозяйка, словно не замечая состояния работника, заговорила:
. -" Сергей сказал, что Вы решили собирать зарплату на будущее. Я не только жена,- улыбнулась,- я еще и бухгалтер, экономист, инженер по технике безопасности и юрист. В эту тетрадку буду вписывать вашу зарплату, а вы будете ставить роспись . Первая клетка - уведомлены, вторая - получил. Согласны?"
. Никита закивал, как китайский болванчик.
. -" Вот и хорошо. Вот ваша заработная плата за сегодняшний день. Распишитесь".
. Никита не слушающейся рукой расписался. Люся продолжила, закрыв тетрадку и положив ее на полочку над столом:
. -" Вот тут будет лежать. Вы извините, я побегу, дочка у меня маленькая, месяц всего.
Хозяйка ушла, а Никита сидел за столом, и не мог пошевелиться. " Дочка! Дочка! Дочка у нее годовалая!"
В голове стучали кувалды, пилили электропилы, работали перфораторы. Боль становилась невыносимой. Пересилив ее, потянулся к бутылке, оставленной хозяином в конце работы. Думал повременить, а может и вовсе отказаться от зелья, но выпить захотелось до безумия, требовалось убить боль от встречи и слов женщины. Он выпил полный,стакан и провалился в сон.
. Утром голова побаливала, подташнивало даже. Часов в семь привезли баллоны с кислородом. Их нужно было выгрузить и составить в приготовленный сетчатый сарайчик. Разгружали вчетвером: Сергей с водителем подавали с машины, Никита со вторым Сергеем, приехавшим откуда - то на коне, переносили баллоны в хранилище. Баллоны тяжелые, борта высокие, а силенок и у Никиты, и у партнера малые. Не удержал Сергей - работник баллон, слетел он с высоты борта на поставленное колено Никиты. Коленная чашечка возопила благим матом вместе с Никитой. Переполошились все, обступили стонущего с разбитым в кровь коленом. Сергей - хозяин решил везти пострадавшего в больницу, но Никита отказывался ехать. Не верил он в то, что его, зека, будут там лечить, как положено. Да и боль потихоньку отпускала, хотя наступить на ногу было невозможно.Сергей и здесь спорить не стал. Глядя на провинившегося Сергея - работника он сказал:
. -" Пока не встанет Никита на ноги, забирай его к себе. А там посмотрим".
. Никто не стал перечить такому решению, и Никита с комфортом был доставлен на базу отдыха для одного человека. Это было райское местечко. Кругом лес , в котором преобладал дуб, с тремя достаточно обширными озерами, полными рыбы, а посреди озера шалаши, навесы, загоны для свиней, которые привольно разгуливают , копаясь в корнях деревьев и в прибрежных зарослях. Это было место работы нового, попавшего в немилость по вине Никиты, Сереги. Встретила их гражданская жена свинаря, выделившая местечко травмированному в своем жилье, обыкновенном вагончике. Широкие нары вдоль стен, деревянные стол и лавки, платяной шкаф с одеждой. Семья свинарей, оказывается, живут здесь постоянно. Свиней штук двести, самостоятельно добывающих пропитание в окрестностях и только утром и вечером получающие дробленку в корытах посреди загонов и клетушек. Накормить утром и вечером, посчитать прибывших, отметить в памяти отсутствующих, которых по уверению Сергея, никогда не было, вот и вся работа.Весь день сидение с удочкой, лежание с книжкой в руках, а иногда транспортировка пары мешков корма для свиней в ближнее село, а обратно нескольких бутылок первяка, самогон высшей пробы и закуси из магазина. Рай, а не работа.Жена Любка, худощавая, старше мужа лет на пятнадцать , оренбургская урожденная казачка, хлебосольна, выпив, не прочь погорланить на пару с сожителем песняка, рада новому лицу, хлопочет, стараясь угодить болезному, глазки помолодели, тело здоровьем пухнет. Серега привез с собой с пол - ящика водки, колбасы, селедку, свежие тепличные овощи. Стол ломится яствами, слюнки текут плотоядно, жажда тут как тут. Поутру проснулись от визга требующих ежедневного угощения поросячьего племени. Вчера праздновали увечье Никиты, о поросятах подзабыли как - то. Но никто не расстроился, дело привычное и свиньям , и свинарям, надо же проданные корма компенсировать. Похмелились, Сергей взял с полмешка дробленки, пошел кормить двухсотголодное орущее стадо. Через пять минут наступила первозданная тишина.На вопрос гостя, а как же свиньи наедятся таким обилием кормов, свинарь манул рукой и сказал:
. -" А куда они денутся, наедятся, конечно. В лесу, на берегу много всякой всячины. При забое и вес и жирность не подвели ни разу. Это взрослых двести, а поросят и того больше. Они же на воле, как кошки.Бывает, пропадёт свиноматка, а через три, четыре дня прибегает с хвостом поросят за собой. Мы их даже не считаем.Хорош переживать, наливай. День, два, на третий Никита потихоньку на бережку с удочкой сидит уже. Коленная чашечка болела, но терпимо, видимо, была просто ушибленна, но обошлось без трещин. Дни шли, пили по мере желания, но как в первый день не напивались, да и водка кончилась быстро. Когда это время настало, Сергей съездил в поселок с очередными мешками, затарился необходимым. В один из дней, когда Никита уже достаточно быстро передвигался по территории, приехал хозяин с резаками. Они забили несколько свиней, разделали их и загрузили мясо в прибывшую за ним машину . Сергей - хозяин прошелся по владениям, заглянул во все углы, и уехал, наказав больному продолжать лечение до полного выздоровления.Перед отъездом он отозвал в сторону Никиту, и сказал:
, -" Он думает, что я не замечаю его воровства. Обидно мне. Еда, спиртное я выделяю достаточно даже для того, чтобы спиться. Умный и пить будет, и ума не пропьет, такой мне и нужен. Тезка ум потерял уже. Как только заживет рана, здесь останешься ты, а семейке полный расчет. Захочет, будет работать у меня дома, но не здесь.Убытки чувствительны при нем. Так что с недельку присматривайся, чтобы знал, что к чему. Ну давай. Там водки и деликатесов я оставил".
. Никита был в замешательстве. С одной стороны радовался, подфартило как, свобода на свободе, работа по силам, чем не фарт для бездомного и часто бездумного человека. Но за прошедшие дни подкупила искренность и дружелюбие нового товарища и его сожительницы, они ничего, кроме хорошего, для него не сделали. А получается, что он как бы подсидел. Что же делать?
. Вечером он все выложил друзьям. Они бравировали, но было видно , что расстроены.Даже к нему изменилось отношение их, хотя и старались не показать охлаждения. После первого стакана Никита сказал, обращаясь к обоим сотрапезникам:
. -" Не стану я работать здесь, откажусь."
. -"Не нужно отказываться - сказал Серега, - раз он решил, другого найдет, желающих пруд пруди".
. -" А я , все - таки, не буду здесь работать. Дашь мне завтра бутылку водки, пожрать что - нибудь, и адью. Пойду домой. И все, разговор окончен."
. Прощались утром, как родные. На коне вдвоем с Сергеем доехали до трассы. На обочине выпили из горла, закусили, попрощались и разошлись. Никита снова был бездомным, и даже без справки об освобождении. Где - то посеял и искать не стал. Обидно было уходить оттуда, где он мог все - таки начать новую жизнь. И все - таки он был доволен." Я пожертвовал ради друзей своим благополучием, а это , оказывается ,так приятно. Ничего, прорвусь, постараюсь."
. Господь оказывается не забыл страстной молитвы под дождём, хранил его.К обеду крутая иномарка тормознула возле идущего не оборачиваясь путника.
. -"Далеко топаем? Садись , подброшу, только быстрее, я спешу очень."
. "Есть Бог, - подумал Никита.

.
.









Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 8
© 08.10.2021г. Александр Набатов
Свидетельство о публикации: izba-2021-3171273

Рубрика произведения: Проза -> Повесть
















1