Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Бездна


­
  • Авторы
  • Произведения
  • Рецензии
  • Поиск
  • Магазин
  • О портале
  • Ваша страница
  • Кабинет автора
***
Александр Набатов 2
* * *БЕЗДНА. * * *
Часть 2.
1.

Никита , после долгих скитаний, заблудился. Он сам не помнил уже, где был, по какому пути и в какую сторону шел. В памяти остались обрывки видений. Вот древняя старушка, увидев сидящего на краю обрывчика большого пруда на краю села путника, потянула кружку молока и кусок хлеба.
. -" Откушай, касатик, странник Божий. Далеконько видно путь твой?"
. -" Далеконько, мать, ох далеконько. И конца пока не видно, да Господь со мной, дойду".
. За время скитаний Никита много думал о себе, прошлом, о детстве, о родителях, о Ленках, большой и маленькой, о своих взаимоотношениях с криминальным миром. И везде обнаруживал себя жалким, трусливым, продажным. И все больше уверялся в доброте Всевышнего, даже в том, когда Никите было плохо. Правы те, кто утверждает, что к Богу мы обращаемся и превозносим его именно в дни испытаний, когда нам невыносимо плохо. И Господь утешает наши боли, исцеляет, питает. То, что бабушка без просьб с его стороны принесла ему пищу, сделано от имени Господа , с Его подачи знака этой старушке. Никита сам не заметил, как изменилась его речь, как все реже , даже в мыслях, появлялись срамные слова и мысли. Он перерождался, перерождался в муках, через боль. Но ведь не даром и мать приносит миру дитя через боль. Так Господом завещано, так и есть, так и будет.
Мужчина наткнулся на него, лежащего на голом пригорке под палящими лучами светила, изнывая от жажды и голода.Привёз к себе домой, накормил, жажду утолил, предложил у него пожить. Но Никита сказал:
. -" Рано еще!",- и ушел в ночь.
Не перечесть таких случаев. Были и матерные слова во след, и угрозы, и даже пинки, но их было во стократ меньше, чем доброты. Никита стал говорить нараспев, не замечая, что имя Господа непроизвольно вплетается в речь, и не знал он, что глаза его смотрели с любовью на всех , даже на тех, кто гнал его.
. -" Ты, касатик, не обижайся на дуру старую, но видю я, что тебе негде головку преклонить, прислониться к чему негде. Поживи у меня маненько, а там, посмотришь, понравится, навсегда останешься, а нет, дорожка мягкая".
Никита подумал и , оправдываясь, сказал:
. -" Прости, родная, но не могу я остаться, некогда мне пока, дела какие - то есть , не знаю какие, но есть. Вот и надо идти, искать" .
. -" Ну дело твое. Одна я, нет никого у меня на белом свете, потому и рада была бы. Не от доброты своей предложила, от корысти. Плохо мне одной!".
Никита только и смог сказать:
. -" Прости, мать",- и поднялся на ноги.
. -" Не обижай, уходя, посиди маленько, я быстро"- ,и засеменила прочь.
Минут через пять вернулась с газетным свертком и поллитровой бутылкой молока:
. -" На те вот на дорогу. Чем Бог послал, не обессудь".
Молча принял подношение, молча поклонился в пояс и пошёл. Легко идти было , держа в руках согревающие подарки безвестной бабушки, божьего одуванчика.
. Наступили осенние , холодные ночи.Все чаще путнику приходилось подниматься среди ночи и скорым шагом идти дальше. Никита курил, но в последнее время сигарета была праздником. Кто зависим от сигареты, тот знает ощущение вкуса дымка после воздержания. Никита зависим, не смотря на то, что другой на его месте давно распрощался бы с этой дрянной привычкой , сам он при случае разживался сигаретами и спичками. Когда у него появлялись спички, он мог зажечь костер и погреться, глядя на огонь, но сейчас, уже несколько дней, такой возможности у него не было.Вот и грелся на бегу, клацая зубами и бья себя руками по бокам.
. ,Было раннее утро. Никита шел уже пару часов.Рассвет согревал потихоньку, и Никита предвкушал отдых на ворохе соломы, которой было много по полям. Вот он заметил небольшой стожок и направился к нему, думая о предстоящем сне, согревающем солнышке, которое уже скоро будет пытаться еще немного побороться с осенью. На стожке , оказалось, место уже занято. Какой - то мужичок, квеленький, кургузенький, в болотных сапогах и плащ-палатке, смотрел на пришельца хитрым башкирским взглядом.
. -" Эгеее, каво ищешь? Меня наверно?" Никита растерялся:
. -" Да нет, никого я не ищу. Иду просто"
. -" Откудова идешь".
. -" Издалека".
. -" Куда идешь?".
. -" Не знаю"
. -" Ааа! Ну тагда садись тут,- он похлопал рукой по соломе,- говорить будем, решать будем".
Никита сел рядышком с интересным собеседником, блаженно вытянув ноги, и расслабив всего себя. Посидели молча, куря предложенные мужичком " примы".
. -" Дома нет, жена нет, дети есть далеко, так!"
. -" Почти так. Детей тоже нет".
. -" Ой! Плохо так. Жена нет, дома нет- хорошо, дети нет - плохо!"- и он залился счастливым смехом, как будто шутка самому понравилась.Посмеявшись, посерьезнел:
. -" Документы тоже ек, да?".
. -" Да!"
. -" Плохо, очень плохо. Со мной пойдешь? В колхоз скотник нужен. Колхозник есть , колхоз совсем плохой, но денга платит маленько, жить хватает. Бригадир якши, хороший, возьмет. Пойдем?
Никита почему - то сразу проникся доверием к этому смешливому башкиру.
. -"А пойдем!"
-" Ну тогда отдыхай, кури, - он бросил пачку начатую " примы",- а я пойду сети сниму, рыбку браконьерю, и айда в колхоз".
. Никита докурил и уснул под набирающим силу солнышком. Разбудил его Юрий, так звали рыбака - браконьера. Оказывается, речка была совсем рядом, в ста метрах. Вдвоем уже они подошли к ней. Пока из кустов Юра выуживал улов, несколько щурят, уже приличных, пару линьков и килограмма три карасей, Никита умылся, провел ладошкой, смоченной в студеной прозрачной воде, одежду свою, и двинулись к поселку, невидимому пока за плотной завесой леска, через березово - лиственничные заросли. Вышли на трассу, ровной линией уходящую в разные стороны. Через километр показался поселок, не очень большой, с почти одинаковыми домиками.Поселок был справа, а через трассу, напротив, стояли постройки большого животноводческого комплекса. Асфальтированная дорога, ответвление к комплексу, подкатывала к зданию одноэтажной , из силиката, просторной конторы. Положив улов на лавочку у конторы, Юрий позвал Никиту за собой. В кабинет, в одной из четырех равноценных комнат, сидел за столом бригадир, Михал Михалыч, кругленький обыкновенный деревенский бригадир.Он даже не стал расспрашивать самого Никиту, а просто, после слов Юрия:" Зек, хороший, жить негде"-, сказал:
. -" Третья комната, постель принесут, отоварят. Завтра, Юрка, возьмёшь с собой, три дня с тобой пусть разберётся, что к чему, потом сам. Скотину пас когда?Не пас. На коня садился? Не садился, Ладно, захочешь, научишься.Понравишься, сделаем документы. Все, не мешайте . Черт те что тут с этими бумагами".
. Вошли в комнату три.Кровать с матрасом , одеялом и подушкой , без постельного белья, стол квадратный, столовский, четыре стула по кругу, платяной шкаф, на окнах чистые занавески. И все - таки видно - не жилое, казенное. Юрий приказным голосом предложил хотеть гулять, хотеть спать , хотеть , что хотеть, а он рыбы домой, потом займемся кормежкой. Так и сказал, " кормёжкой", видно, это дело для него привычно.
. Никита вышел на улицу и пошёл по территории комплекса. Тарахтел трактор, развозил что - то откуда - то и куда - то, пробежали мимо отшатнувшегося скотника нового лошади, презрительно покосившись на бояку. Сначала по бокам дороги из мелкого щебня были пустые загоны. Их обитатели паслись сейчас в полях на пастбищах.Дальше были свинарники, оглашающиеся визгом , а ,подойдя вплотную, Никита увидел свиноматок с поросятами, нежащимися в болотной жиже посредине и сохнущих на возвышениях. Идилия!!! Еще дальше была конюшня, тоже сейчас пустой загон с добротным корпусом рядом. В одном из длинных ангаров сразу угадывался кормоцех и складские помещения. " Богато живут",- подумал Никита.- Чем черт не шутит, а вдруг получится. Ну, как будет, так и будет". Верхом на вороном мерине подскакал Юрий.
. -" Смотришь? Правильно, смотри. Хорошо живем. Айда шамать, там я принес".
Развернулся и был таков.На столе стоял чайник закопчённый, кружка алюминиевая пол литровая и большая тарелка жареной речной рыбы.
. -" Когда пожарить успел ?",- удивился Никита.
. -" Зачем успел? Вчерашняя . Кушай, чай пей. Плитка электрическая потом принесу.Забыл дома.Плитка хорошая, зимой хорошо греет, кушать быстро готовит.Сегодня я выходной.Сейчас к завсклад пойдем, все даст Клавка, хорошая девка, добрая, холостая. Я тоже сам, баба нету.Зачем баба, обуза лишняя. Я и так хорошо, Клавка добрая, я добрый, всем хорошо".
Никита слушал и удивлялся, с какой простотой Юрка открывает секреты своего и сельского быта. Пока он с аппетитом уплетал вкусно приготовленную, поджаристую рыбку, картина житья его самого почти обозначилась.
. Потом ходили на склад. Там было сосредоточенно все: отдельно постельное белье, предметы быта, продукты, а в огромных амбарах корм для скота. Все это было в ведении Клавки, очень даже симпатичной, сбитой как говорят," кровь с молоком", смешливой и малоговорящей не по делу. Она дала по руке Юрия, ущипнувшего ее за мягкое место, выдала простыни, пододеяльник, плед, с кило полукопченной колбасы, килограмм картошки, по двести грамм разных групп, масло подсолнечное, в пластиковой бутылке, чай в пакетах, кило сахара, каравай хлеба ,долбанула по спине, крепко долбанула, Юрку, за ту же вину, и сказала:
. -" Пока все. Если завтра сбежишь, не жаль будет убытков. Если что, обращайся".
Огрела Юрку лыжной палкой, лыжи тут тоже были и вытолкала обоих вон. Разложив продукты, застелив постель, Никита , почему - то, почувствовал такую усталость, будто весь день пешком шел. Нервы не выдерживали новшеств, свалившихся неожиданно на его голову, чтобы все переварить нужно время и сон, что он и сделал.Не раздеваясь, лег, укрылся с головой пледом и вырубился, да так основательно, что пришедший вечером его персональный гид еле добудился Сони.
. -" Вставай, давай, ужинать будем".
На столе стояла бутылка водки и вернувшаяся полной жареной рыбой тарелка.
. -" Будем мал - мал знакомиться. Водка пьешь?"
. -" Не отказываюсь".
. -" Это хорошо.Водка не пить, друзей не иметь. Садись".
Никита вынул колбасу, порезал, наломал хлеба от домашнего каравая, выпеченного в местной пекарне, поставил алюминиевую кружку.
. -"Ай!", - вскинулся Юрка,- совсем балда стал, старею никак.Вот!"- и из кармана пиджака вынул рюмочки на высоких ножках.- Зачем некультурно, не в степь сидим, дома сидим"
Рюмки были старые , еще с годовщиной 50-х, сейчас таких и не делают пожалуй.
Юрка по - хозяйски перетасовал все на столе так, как хотелось ему, налил полные рюмки и чокнувшись с Никитой долгими глотками высосал содержимое. Нюхнул хлеба, вернул кусок на место и хитро прищурившись, спросил:
. -" Никита, говоришь? А настоящее не забыл?"
.Никита , только что опрокинувший в себя содержимое рюмки, поперхнулся и закашлялся. Он смотрел на неверу вытаращенными глазами, с выступившими от кашля слезами, и только и мог выкашливать:
. -" Да ты, кхе-кхе, да, кхе, я..."
Юрка победно и довольно лыбился.
. -" А ты что? Дурак, думал, Юрка? Юрка не дурак, Юрка понимает все . Да ты не бойся, я не выдам, сам такой".
Он налил снова рюмки.
. -" Давай еще выпьем и домой пойду, завтра в 6 часов работать будем".
Они выпили, Юрка кинул в рот кусочек колбасы и не прощаясь, вышел из комнаты. За дверью потопало сначала отдаляясь, потом приближаясь, двери приоткрылись, пропустив лыбящуюся мордочку.
. -" Мне разницы нету, как имя, мне человек нужен!".
Дверь закрылась. Никита смотрел на дверь и что - то тревожное колыхнулось, болезненное чувство того, что не от чистого сердца и колбаса, и хлеб ,и рыба эти.
" Ну и ладно. Поживём - увидим, нечего раньше пожара хату тушить. Дорога, поля и просторы лесные остались прежними и доступными. Поживем - увидим!".
Новым человеком стать - желание Никиты, но дадут - ли им стать?

.

.


2
Если вы присутствовали хоть раз в школе верховой езды, то я своим рассказом вас не удивлю, зато эмоции будут те же. Рано утром, чуть свет, явился Юрка, веселый, в ковбойской шляпе и бриджах раритетных.Где только откопал он эти шмотки никто не знает, но видок тот еще. Обучение началось с умения коня поймать. Вернее, это была кобылка пятилетка, и кажется, с норовом. Ну а как еще предположить, если она спокойно подпустила к себе Никиту, который,с вытаращенными от страха глазами бочком подкрадывался к спокойно ждущей его кобыле, чмокая губами, хрипящего" кось - кось". Кобыла сказала " здрасте", то - есть кивнула головой, а Никита резко отпрянул, поскользнулся на отработанном коровьем корме и шмякнулся, хорошо, что на спину. Материться пока не начал, но захотелось. А Юрка ухахатывается, смешно ему. Увидя хмурый взгляд ученика, опомнился, пожалел, сказав " ай - яй - яй" и попробуй еще, смелей, она смирная". Смирная подтвердила, покивав головой. Никита зачмокал и пошвыркал мелкими шажками.Кобыла без имени, так сказал Юрка, улыбнулась, плотоядно показав зубищи. Те еще. На расстоянии вытянутой руки Никита застыл.
. -" Замерз, че - ли?",- это Юрка.
. -" Ага!," - ясно кто .
. -" Узду цепляй, уйдет сейчас".
Она и ушла, презрительно крутнув хвостом по морде опаздайки. Снова чмоканье, снова крадущиеся шаги, снова хотот учителя. С полчаса поплакали приблудившиеся из ниоткуда зрители, расходиться решили, повторения серии надоело. Но Юрка тот еще кинщик. Нарочито строго говорит:
. -" Ладно, давай я сам, а то до вечера будем мордой кизяк целовать".
Он взял уздечку, подошел к безымянной, та даже голову нагнула и шею подставила.
. -" Вот и все. Теперь седло".
Седло он надел сам, затянул подпруги.Подвел скромную лошадку к Никите.
. -" Узду держишь вот так, ногу закидываешь вот сюда, втыкаешь в стремя, прыгаешь в седло".
Он ловко вскочил в седло и натянул узду, сдерживая затанцевавшую кобылку. Спрыгнул на землю, передал узду Никите. Никита взял узду, вставил ногу и заорал благим матом, схватившись за плечо. Это полоумная цапнула его тем, чем перед этим улыбалась. Куртку, подаренную Юрцом , не прокусила, но на плече, как потом выяснилось, остались следы конячьих зубов в виде синяка.
. -" Ну ее, тварь несчастную, я пешком пасти буду".
. -" Пешком нельзя, пешком уставать будешь, коров терять будешь".
Никита вздохнул, взял из рук Юрки брошенную от боли узду , поставил ногу куда надо и повис животом на седле.Это "тварь несчастная" потрусила прочь от зрителей. На втором десятке метров Никита свалился на утоптанную землю. А безымянная тварь , как ни в чем не бывало, остановилась и удивленно уставилась на упавшего седока, " ты еще не не на мне? " . Молча поднялся, скрипя зубами и потирая ушибленный зад Никита, от злости смелый, схватил узду, вставил ногу... А что вы думаете сделала она? Она победно заржала и рванула дальше. Благо успел высвободить ногу из стремени, но уздечку держал крепко, поэтому дрыгнув ногами , полетел вперед за рукой с уздечкой . Крепко держал, даже полетел аж вперед и шмякнулся, но уже в другой позе. Зрители снова заинтересовались. С минуту полеживал на животе. А она стояла по стойке смирно, не шелохнувшись. Встал Никита, штаны на коленях лоскутками,сами колени, кажется, тоже. Юрка хлопал глазами, потом подбежал к горе - наезднику, причитая:
. -" Эй! Ты что вытворяешь, разве так ездят? Ай - ей, штаны порвал, почти новые! Ладно, пешком будешь бегать".
Никита коротко бросил:
. -" Нет, не буду!",- и к непокорной пошел.
Юрка заорал:
. -" Не трогай, это не твоя!"
. -" А чья?" ,- остановился Юрка.
. -" Это Витьки, а твой вечером домой прийдет.Если захочет".
. -" Так чего ж ты, паразит, меня мучал, издеваешься, что - ли?".
. -" Зачем издеваешься, учу. А Витька на моем пасет за меня. Тебя же учить надо? Надо! Я же не знал, что вы с ней контрики".
Никита завелся. Сейчас перед шутником стоял не Хмырь, стоял Никита .Он подошёл к кобыле, взял в руку узду, и что - бы вы думали? Он ей сказал:
. -"Харэ дурью маяться, дура, я тебе что, шут? Еще раз дернешься, отдубасю, как Сидорову козу".
Лошадка согласно кивнула головой и до тех пор, пока всадник, кряхтя от желания почесать ушибленные места, не взгромоздился в седло, одной рукой за луку ухватился и сказал:
. -" Но, поехали"
Стоит.
. -" Поехали, говорю!"
Стоит.
Юрка Юркой бы не был, если бы свои пять копеек не доложил. Он размахнулся кнутом и огрел , от души приложился к заду непокорной. Она, кажется, даже ойкнула от неожиданности, взбрыкнула и понеслась, куда глаза глядят. Никита забыл, что узда - это руль и тормоза одновременно. Ухватившись обеими руками за луку седла, он закрыл глаза, открыл рот и выдавал горлом такие рулады, куда там Витасу. А глаза кобылы смотрели на небольшую рощицу из зарослей акации, воспетой, как душистая и милая. Юрка поняв, что координация лошади сбилась куда - то не туда, подхватил мелодию Никиты, стараясь петь в унисон. На всю жизнь акация стала врагом, а песни о ней неправильными.Но счастье было на стороне всадника. Вскочив внутрь рощицы, и только не более нескольких раз хлестнув по морде всадника ветками, стараясь не по глазам, они все - равно закрыты, кобыла остановилась. Когда добежавшие зрители с Юркой во главе приблизились к дуэту, увидели следующее.Статуя, хоть и слегка поцарапанная, стояла как и положено порядочной статуе, мёртвой, только глаза и у коня и у всадника периодически блымали.
.К большой радости Никиты, на сегодня урок верховой закончился. В комнате 3 устроили маленький лазарет. Лечили Никиту скопом, и Юрец, прикладывая примочки куда ни попадя, и благодарные зрители, подливая местный самогон, и суя соленые огурцы. Никита ни от примочек, ни от огурцов не отказывался, жрал все, даже самогон. Потом все вывели всадника на пешую прогулку.Юрка был из руководителей и гидов удален, руководили зрители. Осмотрели все - окрестности, речку, улицы села и погреб бригадира.У него, оказывается, был день рожденья, сорок пять. Юбилей! Пол села праздновало, и в доме, и во дворе добротного дома. Никита, несмотря на явные признаки перенесенных страданий от акации, был сразу признан своим, почти родственником, хотя и пошарпанным.Он помнит танцы под магнитофон, потом гармошка появилась и залилась, потом кому - то слегка морду побили, но не сильно и не Никите.Он был неприкосновенен. Так ему сказал кто - то из мужиков, когда он целовался с зав. складом. Может это и Юрка сказал, но как - то смутно лицо помнится. Проснулся на диване, в одной из комнат бригадира. Это он понял точно. Вокруг тишина, только, откуда - то сап, храп, сонное дыхание, за шторками и занавесками повсюду спящих не видно. В большой комнате стол, с разграбленной закуской на нем, но много и осталось вполне чистой и съедобной. Никита по - хозяйски сел , осмотрелся и начал уплетать за обе щеки. Оголодал, бедолага.Наевшись, вышел из дому и , сориентировавшись, отправился в комнату ;3.
Шел к себе и думал " Везде бардак, люди не то что ночью, днем выйти из дому боятся, а здесь? Село после поголовной пьянки поголовно спит, двери настежь.Куда я попал?
А на дуре этой я все - таки лихо. Ничего завтра, нет, уже сегодня. Стоп! Только не это, только не это!"

.
.


3
Научился Никита падать с коня осторожно, чтобы ничего не сломать себе и узду из рук не выпустить. Конь, который его, оказался мерином, рыжим, хитрым, старым и ленивым.Упасть с него надо было еще постараться, а Никита в том деле старательный.Коня кто - то назвал " Геббельс". Странное имя, тем более Геббельс - конь молчалив, какой с такого пропагандист. И еще он широкий везде: круп широкий, живот широкий, шея широкая и ноги тоже. Копыта неподкованы, поэтому тоже широкие и плоские.Ехать рысью на нем невозможно даже жоккею международного класса. Если хочешь ехать быстрее, бей пятками по бокам не переставая до тех пор, пока Геббельс поймет и перейдет на галоп. Красота тогда, тогда это плавная иномарка, только медленная.Никита и Геббельс подружились, да и я бы подружился, если бы мне впихивали пол каравая деревенского хлеба от ежедневной пайки Никиты. Где пасти и сколько, он тоже разобрался с помощью персонального гида. Никите даже понравилось сидеть на широкой спине мерина, одну ногу задрав на седло, с книгой в руках. Коровы, которых было с полсотни, паслись сами, урожай везде уже был убран, поэтому поворачивать никого не надо, сиди и читай книги. Раньше, даже в зоне, он никогда не испытывал желания читать, здесь же он глотал странички одну за другой. Световой день становился короче и короче, уставал пастух не так чтобы очень, работа ему нравилась. Недалеко было то время, когда запуржит, заметелит и скот поставят на зимовку. Тогда будет другая работа. А пока паси один день, второй день приготовь корма в ясли на ночь, третий отдыхай.
. Зрители шоу конепада не оставили прозябать, скучать и голодать нового, как они надеялись, односельчанина.И в поле к нему наведывались и в комнату ;3. Женщины, правда, скромничали, но мужики приносили от них то пирожки, то ядреного кисляка, а то и крылышко гусиное. Башкиры, оказывается, гостеприимны, как и все народы нашей необъятной, но вдвойне. Однажды наведалась местная фельдшерица, не с таблетками, с варениками. Расспросила о здоровье, посетовала о том, что даже задрипанного телевизорчика здесь нет, рассказала, что они с мужем, который работает электриком сейчас , беженцы из Узбекистана. Рассказала о помощи со стороны администрации поселка почти нищим беглецам. Им дали хатенку, коровку, кормов. Она сразу на работу в местный ФАП, в котором давно никого не было, он оказался знающим электриком. Единственный недостаток, это то, что с местными аборигенами близости не наступило, к приезжим относились, как к приезжим, уважали , помогали, но просто поговорить было не с кем. Вот и решили они пригласить Никиту в гости, чтобы на дальнейшее время и у них был именно друг, а не товарищ. Никита сразу согласился, а Татьяна предложила прийти уже сегодня вечером, в баню. Правда, баня по черному. Как это, Никита не знал, но уже вечером познакомился с ней. Домик их на самом краю села , на отшибе. Мазанная хатка, сродни украинской, с хозяйскими ветхими пристройками, а на самом краю приземистая , в землю наполовину вросшая, банька.Баней ее назвать, язык не повернётся, но баня.Муж ее, Иван, настоящий богатырь, крупный, но не толстый, подвижный,и как узнал позднее Никита, аккуратный. Пока Никита с Татьяной чаи гоняли, он растопил баню и периодически выбегал подложить дровец. Они рассказали, как убегали из Узбекистана, бросив все имущество. Условия были таковы, или умереть, или выжить ценой нажитого имущества. Здесь их встретили очень хорошо, и хотя живут они небогато, особой нужды не испытывают . Наконец, баня была готова. У Никиты вещей и одежды было только то, что выделил учитель верховой езды. Таня вынула из шкафа трусы, майку, носки, вещи сына, который сейчас где - то учился, и который был мельче Ивана.Белье все - равно было большевато, но выбирать из ничего и чего - то не приходилось. Баня, как я уже говорил, вросла в землю, чтобы войти, надо было согнуться вдвое, чтобы протиснуться в лаз.Прикасаться к чему - либо было противопоказано, так как копоть лежала везде. По черному - это значит весь дым идет внутри помещения, вытяжной трубы нет.Маленькая лампочка освещала внутренности.Баню топили, нагревая воду и камни, потом проветривали немного и мылись. Если не считать запаха дыма, все отлично . На камни плескали воду и пар был даже приятней, чем в современной бане. Напарился Никита от души и Ивана ,в ответ на свои ощущения, когда тот трудился над ним, отхлестал веничком. Вышли из бани чистые и , как бы , отдохнувшие. . В доме их ждал накрытый стол, с отварной картошечкой, квашеной капустой, огурцами, помидорами. Стол хоть и небогатый, но и я бы сел именно за этот стол, а не за стол бригадира. Пока Таня отсутствовала, моясь, мужчины выпили по рюмке домашнего самогона, выгнанного хозяином . Качественный самогон, для себя, не не продажу. Скоро вернулась хозяйка, распаренная и веселая. Ваня, оказывается, хорошо играл на гармошке, а оба прекрасно пели. Никита певцом никогда не был, но тоже подпевал, где мог. Засиделись допоздна, много выпили, но были трезвы. Когда Никита уходил, что так не хотелось ему делать, ему насовали пирожков, пирожки, кажется, были непременным атрибутом каждого дома, квашеной капусты, которая очень понравилась, и бутылочку собственного самогона.
. С этого дня дом их стал притягивать к себе и к владельцам ежедневно. Как только выдавалось время, Никита бежал к ним.Смотрел телевизор, разговаривал с Татьяной обо всем и ни о чем.Таня и Иван были его ровесниками, с ними было легко и трудно одновременно. Как вы могли догадался, неравнодушен был он к Тане, нравилась она ему все больше и больше. Иван, кажется, примечал это, но был до того уверен в своей жене, что равнодушно улыбался на потуги воздыхателя своей жены. А Таня кокетничала, строила глазки, но делала это из чисто женской стервозности, даже не помышляя изменить мужу реально. Всех такая трихолюдия устраивала, все были довольны.
. Помните я говорил о работе в день первый, день второй? Так вот о дне втором . Вместе с тем, кто работает на кормах постоянно, а это был пацан перед армией, бесшабашный, ленивый и хитрый племянник бригадира. Бригадир в колхозном отделении всегда был выше всех, царь и Бог. От бригадира зависело место работы колхозника, чистить навоз из под свиней или писать в тетрадочку учетные цифирки, пропалывать посадки в палящий зной или сидеть в тени склада, отказывая или, наоборот, выдавая просимое. Это в советское. А сейчас бригадир император, и только по старинке зовется бригадиром. Он полновластный хозяин села и всего, что в нем, от амбарной крысы до человека в люльке. Даст бригадир указание и дадут тебе на многодетную семью не одну, а две булки хлеба из так называемого колхозного, на самом деле бригадирского склада, а заартачится мать, откажется выйти на работу из - за болезни младшенького, то и будет семья попрошайничать у соседей от у них оставшегося черствого куска. Он уже полновластный законный владелец, барин. Так его уже и называют подхалимы, подьедающие объедки за ним, подобострастно кланяясь " чего изволит барин? ". Я не шучу и не утрирую, так и звали и в глаза, и за глаза бригадира, не по имени отчеству, а барин, и не только в этом башкирском селе, слышал я это и в других местах, и сейчас слышу. Так вот, этот самый племянник и работал, вернее присутствовал при работе с Никитой. Они впрягали Геббельса в телегу, ехали в дробилку. Там погружали мешки с дробленкой , развозили по объектам, то- есть в коровник, свинарник и конюшню.Геббельса отпускали, чему он был рад - радешенек, и положенную порцию кормов рассыпали по кормушкам; коровы вечером сами домой бегут, и гнать не нужно. Вот и весь второй день в трудах. Это так положено, а на самом деле? А на самом деле коровы мчатся , подняв хвосты, обогнав тяжелого быка - производителя, которому во главе положено, влетают в загон к кормушкам, тык- мык, и шиш вам.Только пыль.Куда подевался? Ветром выдуло? Невозможно, бригадир, хоть и барин, умный, рачительный, все кормушки прикрыты до поры крышками. Мышки и крыски упитанные здесь, но им привес от свиноводов ближе к пузу, надо им еще по всяким колеям и колдобинам сюда переться! Так куда же усыхает корм?
Отработали как - то положенный второй день, Никита пошел в третью, прилег, вчера допоздна с Татьяной просидели, пока уже сама она не взмолилась, на работу же. Прилег, полежал, погрезил, сами знаете о ком, и встал. Не лежится. Вчера барин выговаривал, кричать, он никогда не кричит, но его спокойный голос иногда в столбняк вводит. Так вот, пытал он всех , стоящих в шеренгу, скотников, куда все - таки усыхает корм. Юрка самый смелый, только он вслух поддерживает разговор с барином.
. -"Я думаю, кто - то ворует".
. -"Ну это я и без тебя знаю. Кто? Днем же ворует. Кто? Кроме работающих в комплексе некому. Конюхи, свинари, скотники?".
. -" А доярки?",- влепил Юрка.
Бригадир хмуро глянул на разговорчивого:
. -" Промолчал бы. Ладно, не пойман - не вор, но как его поймать?"
. -" Неее! Я дежурить не буду, своих делов уйма".- это Юрка, конечно.
Помолчали.
. -" Когда не пасу, я могу".- сдуру ляпнул Никита.
. -" Во-во",- обрадованно Юрка, - ему все - равно делать нечего. Семьи нет, дома нет, дети не плачут".
. -" Ладно.Приглядывай тогда, дам премию, если поймаешь, сделаю документы".
-" Спасибо",- сказал Никита, думая " дернул же нечистый за язык идиота!"
-" Ну так и порешили! Все, по местам пошли".
Пошли. А Юрка зубоскалит:
. -" Напросился, теперь даже прятаться не надо, сам от себя охранять будешь".
Дать бы по харе мерзкой, да сам потом огребешь. Смолчал, и как бы признал слова шутника за истину.
В следующий день второй Никита выполнив все работы, чайку попил, изредка решил выходить и посматривать на загон для скота, и вот тебе и юрьев день, Юрка тут как тут и племяш рядом.Выгребают из кормушек сыпучее крошево и в мешок. Подошел Никита, поинтересовался, а что это они тут делают, прямо как в кино про пионерлагерь получилось. Юрец в улыбке расплылся, хохотнул и , почему - то по хохлячьи :" А шо таке, чи ни бачишь? Робим ось!"
.Никита пр хохлятски и ответил:
. -" Та бачу, но не разумию".
Каков язык, а они , хохлы , еще и обижаются на нас. У нас даже башкиры на мове изъясняются.
. -" Ты не стой, помогай лучше",- заключил бригадирский племянник.
Никита развернулся и пошел к себе. Чего уж тут присматривать, все, как на ладони.Но вот как теперь быть? Никита присматривает, а корма все - равно в утруску - усушку. Пришли соратники, обступили, сдашь, не сдашь.
. -" Хочется, но не сдам",- успокоил.
Достали пузырь, отпраздновали это дело. Племянничек отвез куда - то усушку, вернулся груженный под завязку. Праздновали до вечера, Никита, как и собутыльники , был весел, а когда сменщик за бегущими коровами примантылил, веселье только стало веселей. Бык, сволочь, решил зря не бегать к кормушкам, пасся в метрах ста и не шел домой.Тренажер по первому обучению Никиты верховой езде стояла привязанной к столбику.Юрка и подал идею Никите отомстить сволочной кобыле, до пота погоняться за быком. Самогон местный не только крепок, но и созидательный, создал из неумехи Никиты жокея лихого . Вскочил лихо в седло, гикнул , свистнул и пошел аллюр сколько - то крестов, только пыль из под копыт. Как не пыталась во время учебы унизить наездника Безымянная, фигу с маслом, а тут и удалось. На всем скаку, взбешонная лошадь взбрыкнула, высоко подкинув зад, и вылетел , и мордой в пыль, и боль. Померк свет, выключили все, и надолго.
Открыл глаза, хотел подняться, да боль пронзила грудную клетку, н вдохнуть, ни выдохнуть. Такое в жизни у него было первый раз. Делали ему больно, били его часто, но увечий особых он до этого не получал .
Приходил бригадир, покачал головой, и сказал:
. -" Вот видишь! Зачем надо было воровать дробленку? Чтобы нажраться до чертиков и угробить самого себя? Юрка покрывал тебя, но сейчас и он возмутился.Ты хоть бы не сам на сам жрал, поделился бы, глядишь меньше тебе досталось бы, и не лежал бы сейчас пластом. Ладно, выздоравливай, там посмотрим, что с тобой делать".
Не стал дожидаться Никита суда неправедного. Как только смог встать, взял полторашку холодного крепкого чая, и продукты, ему приносимые до этого дня, сложил в рюкзак, который нашел валяющимся в коридоре конторы, и ушел в ночь.Первый раз в своей жизни он бежал от несправедливости. Первый , но
. ПОСЛЕДНИЙ - ли???.


4

Господь раз взялся беречь Никиту, так и не оставлял этого дела. Правда, Никта сам мешал вести эту работу; то напьется, а Господь отворачивается от духа перегара, то свяжется с кем - то, от кого отворачивает брезгливо взгляд Господь. Но в такие моменты, как сейчас, когда вышел хранимый из комнаты ;3 в курточке не зимней, в обуви не для снега и мороза, Всевышний и повернул вовремя голову, и устремил свой взгляд на обездоленного. "Ай, худо и - подумал,- надо спасать, замерзнет болезный". И направил жигуленок с четой корейцев - огородников, едущих домой. Сезон закончился давно, но работа не остановилась у них, нужно заранее готовиться к весне, к работе по приготовлению рассады, тепличных принадлежностей. Как подготовишь, так и урожай огурцов, помидоров, и всего прочего, соберешь. Едут, беседуют, отдыхают и , на тебе, явление. Поземка по трассе наискосок , а по обочине, скукожившись от вьюжного ветра, мужик топает, ноги с трудом передвигает. Бомж, конечно, а бомжей корейцы уважают. Не все, конечно, но эти - точно. Остановились, машут призывно, иди быстрей в салон садись, замерз ведь. Тот и втиснулся на заднее сидение, отодвинув чуть пакеты, свертки всякие. Тронулись. Говорила женщина, муж за всю дорогу слова не молвил.
. -" Совсем окоченел. Давно идешь?" Непослушными губами Никита ответил:
. -" Да нет, но да."
Улыбнулась кореянка, " наш клиент", и спросила:
. -" И куда направляешься?"
. -" Да куда глаза глядят"
. -" Ясно.- женщина помолчала, не спешила,- Если хочешь, мы тебя к себе возьмём. Сыт будешь, в тепле. Стаканчики под рассаду клеить. А по весне сажать, полоть, летом убирать овощи. Не понравится , уйдешь, держать никто не будет. Сейчас денег не дадим, а весной и оплата будет.Соберешь денег, может и жилье приобретешь. Думай, пока едем".
И Никита сам удивился,"ну Боженька! И впрямь охраняет!"
. -" Согласен.Чем замерзнуть, лучшего не найдешь. Везите".
. -" А мы и везем уже".- улыбалась довольная огородница.
Через часок, где - то въехали в село, и к крайнему, мазанному глиной, побеленному домику. Во дворе, за штакетником сараюшки, пристроечки, банька. Козы бродят, ищут что бы слямзить, куры гребутся в снежной пыли. Кореец только посигналил, из домика выскочила высокая , худая, но веселая женщина, чернявая и с глазами стрелками, то есть с косинкой. Быстренько открыла штакетниковые же воротца и приглашающей повела правой рукой. Въехали прямо к двери пристроенных деревянных сеней. Кореянка сказала громко, посмотрев на встречающую:
. -" Выгружай, Раиса, подарки привезла.Все, что в багажнике и сзади, тебе".
Радостно всплеснув руками, Раиса открыла багажник и начала выбирать содержимое. То были продукты. Никите хозяйка, так будем ее теперь называть, посоветовала помочь женщине. Пакетов, кульков, свертков было много, но управились быстро. В доме было натопленно, но но не жарко, чистенько и даже уютно. Когда с продуктами закончили, началось знакомство.
. -" Вот, Рая, помощника тебе привезла. Мужчина ,сразу видно, хороший...Как тебя зовут - то? Ага, Никита, хорошее имя. Холостой? Я так сразу и подумала. В общем, знакомьтесь дальше сами. Только не резко. Шучу. Ну все, мы поехали. Ты, Раиса введи сама в курс дела, что к чему и почему. Ладно, Никита, устраивайся, здесь у Раиса все есть, чего нет , привезем. Ну все, пока".
"Надо же! - подумал Никита, - без меня меня женили.Нормалек".
. Уехали добродетельные корейцы, стоит Никита посреди комнаты, не знает, куда прислониться. Пока ехали, отогрелся, а глаза - хоть спички нарастопырку вставляй. Рая поприглядывалась, поприглядывалась, мысленно рукой махнула, дескать, квелый какой - то, к делу пока непригодный, и смилостивилась.
. -" Устал с дороги? Кушать будешь, или сразу спать?
. -" Спать сразу, - сказал Никита,- ночь не спал".
. -" Иди сюда, вот твоя постель. Ложись, отдыхай.
Заснул сразу, хоть и грудная клетка побаливала, и ноги гудели. К обеду проснулся, открыл глаза и увидел Раису, которая сидела за столом, что - то подрезала ножницами, клеила. Присмотревшись, понял, что это бумажные стаканчики.
"Зачем они ей, подумал, но вспомнил разговор в машине, сообразил, для рассады.
. -" Добрый день,- сказал он,- времени сколько?"
. -" Да как раз обед. Если выспался, вставай, обедать будем".
. -" Ага,- сказал Никита,- встаю".
Умылся , подставив руки под древний рукомойник в сенях, почувствовал, что и впрямь проголодался. Рая убрала в сторону бумагу , обрезки ее, клей бумажный и ножницы, накрыла на стол
. -" Присаживайся",- сказала она, сама присев напротив.
Ели молча, каждый думал о своем. Никита о том, что ожидает его впереди, обида на Юрца испарилась. Сам такой, думал он. Рая думала о Никите .Лет пять уже живет она одна в этом домишке. Когда неожиданно, буквально за считанные дни, неизвестная болезнь съела ее мужа, с которым и сошлись - то год с небольшим, затосковала она. До него лет пятнадцать одна была, а тут, на гулянке какой-то познакомились, отплясывая трепака, помиловались по углам между рюмкой и пляской, да и привела она его к себе. Бегала жена его несколько раз, все пыталась назад вернуть, да куда там. Уже и сама гнала, а он ни в какую. Люблю, говорит, хоть убей, хоть так ешь. Детей у прежней жены быть не могло, пустая она, так что хоть и разлучница Райка, но детей не обездолила. В очередной забег брошенки натаскала Райка ту за косы, отшлепала по горбу, поплакали вместе, выпили, еще поплакали и мирно разошлись, даже подружились. Но не судьба, видно. Умер скоро. Детей и Раиса иметь не могла, бурное девичество, раннее половое созревание лишило.Пропала бы, пья горькую, разбазарив пожитки, которых и так почти не было. Кореянка Екатерина вовремя обратила внимание на вот - вот в петлю, пьяную женщину, когда находилась в поисках сезонных рабочих на арендованной у государства земле. Отмыла, сначала похмелила, потом отрезвила и взяла бессрочное шефство. Работница Райка - огонь, ветер. С утра и до ночи на жаре колупается, пример наемным показывает.Зимой вся ответственность за подготовку к весне на ней. А оплата, плата за свет, налог на развалюху, да питание. Курит ещё Райка" приму", как и все небогатые, ну и брагу ставит из картошки, которой снабжена достаточно , и сахара. Довольна она, да не совсем. Не старая еще, мужика - то, хоть завалящего какого, но страх, как хоцца.Каждый год ,из последних, приглядывает, примеривает. Нет мужика! Среди бомжей, работающих на плантациях, хоть и хорошо работающих, не попадается такого, который, получив после работы к вечеру обязательную полторашку браги, мог быть готовым к чему - либо серьезному в отношении бабы. Спит рядом, носом свистит, вот и весь аргазм, что в ухо ему от досады врежешь.
И вот, этот, Никита. Имя красивое, сам не очень, да дарёному коню в зубы не смотрят, так берут, даже беззубым вовсе.Ну посмотрим, решает, уже сегодня атакую сволочь, пусть попробует отказать, убью гада.
А Никита ел, и размышлял. Баба костлявая что - то. Вроде кормежка неплохая, а работа - вообще детская игра. Хотя... Летом, наверное, как пчелка, пашет. Не кривая и не русская, точно. Башкирка? Татарка? Да какая, к черту, разница, баба и есть баба. Ох , если как та, ненасытная, сдохнуть и не встать. Лучше уж в дороге загнуться.
А Райка о нем; оооо!!! Кажется интересуется! Уже что - то. Подкормлю, цены ему не будет, хоть и морда крива.
Так, ничего и не говоря, и сговорились. Наелся уже Никита, а она и предлагает:
. -" А можа браги ядрёной кружечку?"
. -" Умеешь, хозяйка, готовить, не умеешь подавать. Куда ж я ее теперь впихивать буду.Через заслонку потечет. Нет, спасибо, может вечером разве".
. -"Ну вечером, так вечером, - успокоилась,- перед сном и выпьем".
Намек был понят, принят благосклонно.До вечера Рая ,за склеиванием стаканчиков для рассады, рассказала о жизни своей вдовьей, об хреновости без хозяина в избе, даже о своей бездетности и причине ее честно призналась.
Никита сдержанней был. О том, что сидел, сказал, о том за что - нет. И вообще, рассказ его только прибавил неизвестности, но башкирка, вот оказывается как, была не любопытна, вернее любопытна, но не нетерпелива. Всему свое время, думала она.
На следующее утро в домике на краю поселка жила семейная пара в пору медового месяца, со всеми его атрибутами.Клеить стаканчики, простейшая работа, была не для него.Уже с первых попыток Рая решила оградить себя от матов любимого, которыми он, как - то сразу заговорил, она, кстати, тоже отлично владела этим языком. Он умудрился за пол часа испортить множество заготовок, разлить клей себе на штаны, у ножниц стал вид двух серпов.Но на то и месяц медовый, чтобы ответные маты молодайка отложила на потом.Зато с небольшим хозяйством, двумя козами, дойными, да десятком куриц, молодожен справился легко. Так и зажили они счастливо и весело . Часто наезжали корейские работодатели, привозили продукты, вместе с молодоженами , ближе к весне , приготовили почву, имеется в виду землю для стаканчиков, наполнили их, а потом и семена в каждый воткнули. Комнаты домика превратились в оранжерею.Стаканчики с ростками будущих овощей стояли везде, сотнями они лепились впритык.Солнышко пригревало, день удлинялся, семья крепла. Уже уверили они друг друга в вечной несокрушимой любви и верности. Уже, сидя вечерами на лавочке за двором, мысленно перестраивали и дом, и двор.Дом у них будет...ого - го домище, хозяйство , ух и хозяйство у них будет, машина всем на зависть будет, а главное, у них дети будут. Ну не свои, так из дома малютки, чтобы никогда они не знали, что приемные. Мне полностью понятны их думки. Не только у них они появлялись, очень у многих они появляются время от времени, и у меня были. Утопия? А почему и не помечтать, иногда же сбываются. Никита не был околдован женщиной, но и понимал, лучшего не будет.А Рая обожанием и лаской окружила мужчину, готова была ноги его мыть, а воду эту пить. Она уверяла его, что после получения документов им, она и домик на него перепишет, и ...
. Может и впрямь наладится все? Ну почему - бы не сбыться этому?
. Время покажет, а мы подождем.

.


5
. Весна! Кто как воспринимает ее, кто с облегчением, наконец - то закончились холод и муки по обеспечению жилья теплом, кто с восторгом, весна всегда восторженна, кто в хлопотах. Ручьи талого снега пригрелись каждый в своем законом месте, в реках , озёрах , прудах и ставках, а некоторые просто в земле притаились, ожидая брошенное семя. Эти особые, живительные, даже животворящие, ведь они дадут начало жизни, которая в будущем послужит источником жизни и для человека. А земля дышала , надышаться не могла, впитывала воздух галлонами, цистернами невидимыми. Не знаю, чем и какими объёмами делает это она , земля наша матушка, но именно она , кормилица и достойна всей земной атмосферы, вселенной достойна, чего уж мелочиться. За ручьями и корешки трав разных решились выглянуть на свет божий, как тут, нормалек, уже можно? А чего нельзя, можно, валяйте, где там ваша красота, показывайте уже. Воробьишки, хоть и склочники вечные, испокон любовь выражают перьями выдранными у соперника, да ни на что не похожий ор. Куры гребутся уже не в снежной крупе, а в настоящей пыли, в самой целебной для всех, но разве не для человека. Хотя вон он, в рваных штанцах, рубаха на выпуск, нос в занозах , от чего непонятных , пацаненок вместе с воробьями лечится от зимней хандры. Почки на деревьях, сначала с оглядкой, страшно же, вдруг передумает зима уходить на покой, вдруг спятит. Бывало и такое.Но нет, теплехонько, можно расправить свои зеленые крылышки, а абрикос, так тот вообще полоумный, листья только осмелели, а он уже и цвет показал. Да какой! Сад весь только зевает спросонок, а абрикос уже гарцует вовсю.Поля оттаяли от прошлогодних обид, от того, что недодали, да еще и обобрали. Ну да ладно, так каждый год. Стоит отмороженная, а завтра глядишь, запарила, запереливалась дымками, зашептала" хочу рожать" . Да вот такая бесстыдница, на весь белый свет, но вроде и по секрету. А ветерок тут, как тут, тоже в оргии весны поучаствовать рад, в оплодотворении помочь земельке. Где ни поймает какое семечко, и понёс, понес, пока наиболее плодовитое местечко не бросит. Червячки , тараканчики всякие бороздят просторы приусадебных участков. Каждый делом занят, каждый норовит в газеты устные соловьиные, коростелевые, пичужные всякие попасть, прославиться к осени, когда результат на лице планеты, когда и человек гуляниями, песнями да танцами грех земли прославлять будет, ведь наплодила же, постаралась! И человеку пора приходит с печи вставать и не по щучьему велению, собственными рученьками начинать копать, грабарить, окучивать и еще много чего ...вать. Дай Бог им сил, а нам дождаться, пока моя логорея на нет сойдёт и делом займусь, Никиту в поле выведу. А я выведу. И на поле выведу, и из себя выведу, а однажды и в отставку выведу. Но до этого еще ждать да ждать.
.


6

К концу марта хозяйка почти ежедневно уже наезжала к Раисе с Никитой, а в один из дней и вовсе приказала собирать манатки, готовиться к отъезду на плантации. Рая договорилась с ближайшими соседями о курицах, мол яйца собирайте, да присматривайте, а коз и вовсе отдали в примаки.В одно утро приехали хозяева на Жигулях в сопровождении грузовика.Загрузили постельные принадлежности и стаканы с рассадой. Все стаканы сразу не стали брать , только часть, чтобы , не успев высадить в землю теплиц, не поморозить, ночи бывали еще холодными. Ехали часа два до места, где придётся им все лето и часть осени жить безвыездно. Для Никиты, в скитаниях повидавшего много новых мест, это было очередное, уже привычное , но с элементом комфорта путешествие. Ведь не придётся , как в прежних скитаниях, думать каждый вечер, где поспать и что б поесть. Переехав мостик через неширокий оросительный канал и проехав еще пару километров, свернули на дорогу вдоль лесополосы из березы. Жизнь уже вовсю кипела, лесополоса уже гудела голосами вернувшихся наконец жильцов балаганов и балаганчиков, сараюшек, построенных из бросового материала, землянок , вмещающих в каждую постройку по десятку человек. Эти десятки в основном пока ютились по подвалам и теплотрассам в большом городе, они еще только предвкушали ежедневный труд, хорошее питание и законную полторашку вечером. Сейчас же, то тут, то там шла работа по подготовке этого лесополосного лагеря к приему их.
. Через километр от канала в лесополосе обозначилось и место наших героев.С краю была самая большая землянка, вырытая и накрытая по всем правилам саперного мастерства. Это штаб и жилье самих хозяев плантации, а в радиусе двадцати метров уже несколько вышеперечисленных жилищ. В одном из наиболее сохранившихся за зиму сараюшек и обосновались Райка с сожителем. Посредине сарая был сбит стол из досок, служивший , видимо не один год, с лавками с четырех сторон.А по стенам сплошные нары , которых нет только со стороны входа. Продукты, так же привезенные с собой, были сгружны в еще одну добротную землянку, с крепкой дверью и амбарным, но цифровым замком.Но что это были за продукты!!!Картофель лежал здесь в утепленном амбаре с осени, из урожая, как и лук, морковь и свекла.Привезли немного риса и других круп, но в минимальном количестве, хозяева корейцы едят не много, а для рабочих другая , особая пища, сало.Но его еще нет, его скоро купят, самое дешевое, твердое и тонкое, шкурка, смазанная немного, на палец , салом.А вот банок трехлитровых стояло здесь прилавка на два приличного магазина.Все корейские соления, не проданные на рынках зимой, стояли здесь.Это, кроме сала , и будет служить пищей для сезонных рабочих, обитающих, пока, в теплотрассах и т.д.
После обеда на природе, сегодня только и сделали, что осмотрели пашню для будущего посева. Земля, по выражению самого хозяина, который,наконец , заговорил, готова. В руке старого, оказывается , корейца, жена лет на пятнадцать моложе, и та уже в годах, земля сначала в комок превратилась и не рассыпалась в пыль, так комочком, но рассыпчатым, и осталась. Значит готова, ведь теплая. Муж хозяйки, оказывается, молчал, когда дело не касалось непосредственно агрономии, но в деле посадки, полива, прополки и сбора урожая его слово не оспаривалось. Всем же остальным заведовала женщина. Приехали через пару дней и их сын с женой и грудным ребенком на руках. В штабной землянке им был отгорожен отдельный угол, куда никто, даже родители , не имел права войти.Сын, кстати Юрий, был за надсмотрщика над работниками.В отличии от Юрия башкира, он был серьезным, рассудительным будущим хозяином будущих плантаций, а еще он работал наравне со всеми работниками, так же, как все члены их семьи.Даже сноха с грудничком не сидела без дела, она готовила обеды на весь сельскохозяйственный лагерь этой семьи. Я немного стемнил, говоря о питании рабочих, просто вспоминая сало, сразу забываю обо всем остальном, сало я люблю. Так вот, кроме сала и салатов , салаты вообще неограниченно, сноха готовила супы, но не такие, конечно , как для родных, супы были из даров огорода с малой толикой продуктов с рынка.Никогда Никита не ел столько перца, как здесь, на плантации. Корейская кухня гордо задирала нос и ни разу за время пребывания на территории лагеря не дала подвинуть себя. Перец утром, в обед и вечером не давал забыть о себе даже во сне.Вкус его преследовал ежесекундно, и , чтобы хоть как - то вернуть вкусовым сосочкам настроение, работяги жевали все мало-мальски съедобное, что растет. А уж как только начинают созревать огурцы, помидоры, болгарский перец, то из первого урожая уничтожается заперцованными желудками немалый процент. С семьей хозяев был и брат хозяина, который работал на поливе, не общался практически ни с кем из наемных, и был всегда пьян. Удивительно, но никто и ни разу не видел его трезвым. Никогда.
. Уже на следующий день посадили рассаду огурцов. В нарезанную плугом борозду , в сантиметре от гребня ее, втыкаются в проделанную лунку стаканчики с двумя зелёными лепестками, и тут же накрываются защитной пленкой. К вечеру огурчики, вернее то, на чем вырастут огурчики, сидели ровненькими радами, но в шахматном порядке, надежно укрытые пленкой, которая тут же запотела от влаги.Никита так наломался , сидя на корточках, что даже сытный ужин из сала и салата не сразу соблазнил его.Но Раиса, добрая душа, тут как тут, да еще и с полторашкой браги. Вроде и не крепкая брага, но мало - помалу, кружка по кружке, и уже весело щебечет семейка , а там глядишь, незаметно и в люлю. Утром проснулись, непонятно, кажется где - то же на похмелье оставляли? Да нет, все выжрали. Что же делать? Головка - то вава, а во рту кака. К хозяйке идти надо. А она что , она добрая, но справедливая. По условиям договора, устного правда, оплата заключается в окладе, то - есть не зависит ни от времени, ни от выработки.Номинации рубля еще не было, но она должна была вот- состояться. За день работнику начислялось 15 рублей, если он пил брагу, если не пил - 25 рублей. Но не пьющих, как правило, не было, если и появлялся такой, то уже на третий день он хлестал наравне со всеми. Полтора литра браги выдавалось , так сказать , бесплатно, а если не хватает, иди к хозяйке, она добрая, даст, но вычтет десять рублей из заработка. В итоге, по окончании работ, все поголовно остаются должниками хозяйки, но она добрая, прощает долг до следующего сезона. А не желающий пить, желающий накопить, не может этого сделать. Если он отказывается от полторашки, его сослуживцы потребуют, сам не пьешь, бери для нас, а то пропадает за зря целая законная пайка. Уж лучше сам выпью, решает трезвенник, результат на всю морду. Никита с Раисой в этом плане льготниками не были, они были равными со всеми. Понял это Никита и возмутился, а как же обещание заработать? Но стойкость хозяев в вопросе оплаты была железной.Хочешь заработать не пей и будь битым, не хочешь быть битым, пей. Да Здравствует наука экономика в постсоветском протранстве! По одному , по два начали подвозиться, некоторые приходили своим ходом, жаждущие поработать и отъесться на корейской еде работники. Многие не первый год подвизались здесь, выбирали хозяев, исходя из прошлогоднего опыта.Вся лесополоса была населена по подворьям многочисленных хозяев- корейцев, так же годами зарабатывающих свои капиталы на этом поле, и на полях в окрестностях. Никита, по приезду и заселению в их сараюшку старых Райкиных знакомых по прежним годам , с удивлением узнал, что буквально в паре километров разлилась матушка река Волга. В первый же свободный вечер он взял на прокат у хозяина удочки, накопал червей и отправился к реке Заблудиться было невозможно, иди прямо и найдешь. Уже через полчаса он вышел к ней, с березовыми зарослями и кустарниками по берегам. До самой реки он, правда, не дошел, заблудился в зарослях и Озерках, которые были на каждом шагу. Одно озерцо понравилось своими отлогими берегами, по одному из которых проходила дорога, накатанная и , видимо, часто использующаяся по своему назначению. Рыбы он не наловил, но клев был бешеный, сказалась его неопытность в вопросах рыболовства. Комары достали, но уходить не хотелось, хотя и темнело быстро. Он сидел, свесив ноги с кручи и слушал соловья. Он любил эту птицу и ее концерты с детства, с тех времен, когда никому не нужным, как он сам считал, он сидел на берегу родной реки и слушал соловья, виртуоза песенного жанра, поющего для души, не ради славы.Вспомнилось школьное " ради жизни на земле". Да, наверное ради этого поет соловушка, извергая горлышком шедевры, понятные всем и каждому. Детство, юность , взросление, все перед глазами. Только счастье не является, подзадержалось где - то, видимо, запутавшись в сплетениях ошибок и поступков. Как жить дальше? Райка хорошая, но не любимая, нетребовательная, хватает малого, пальцем о палец не ударит, чтобы изменить существующее.Вряд - ли ждет его с ней счастье, прозябание ждет. А соловей пел, и темнота не скрывала для него нот, написанных ночью и вышедшим на небо прогуляться месяцем.Никита решил пока не дергаться, но при первой же возможности изменить жизнь и свою , и нелюбимой, но доброй Райки.
. Издали послышался приглушенный крик:
. -" Ниикиитааа! Аауууу!"
. -" Я здеесяяяяя!- прокричал мужчина, и затеплилась надежда, появилась уверенность. Все будет, все будет, и будет хорошо.

.


7
. В лагере огородников жизнь была интересна для интересующегося.Я интересуюсь, поэтому и постарался, когда у меня появилась такая возможность присмотреться, подружиться со многими героями этой повести, поговорить по душам у вечерних костров многих подворий. То, что доверительно рассказывали мне, заслуживает не одной книги. Изломанные судьбы многих из них вызывают сострадание, иногда слезы на глазах. Признаюсь, после таких разговоров на меня нападала бессонница, и сам я уходил на Волгу, благо для меня дорога к ней была исхоженна и измерянна собственными ногами, с бутылкой водки. Ведь моя судьба складывалась так, что я вполне мог оказаться на их месте. Просто ко мне судьба была более благосклонной. Может в благодарность за это я и пишу.
. За все благодари судьбу,
. Не забывай ей поклониться
. За все, за отдых и борьбу,
За неуменье обозлиться
На все ее хитросплетенья,
На все крутые повороты.
Тогда она, к вам, без сомненья,
Благосклонится. Скажет, кто ТЫ.
Эти строки сами собой пришли в голову, я им поверил и записал. Поверьте и вы.
После первого посещения приречного озерка, Никита зачастил туда.Как только выпадал лишний час , он брал удочки и шел к обрыву. Со временем он даже научился не только смотреть на прыгающий поплавок, но и подсекать рыбешку. Однажды его успех вылился в полную сковороду вкусной жарехи, которую слопали сожители в пять секунд.
Но не только из -за рыбы шел он. Он уходил от разгула отдыхающих после изнуряющего труда под палящим солнцем, с жаждой после выпитой браги, от неизбывности желаний и мечты утопической. А люди были здесь собранные, если без предвзятости, без осуждения бомжам, павшим, и даже умершим, хотя и живым, иногда выдающиеся, многие заслуженные, некоторые уважаемые, и очень редко сволочные, действительные отбросы общества. Мне не раз приходилось видеть и слышать презрение к сидящему на лавочке в парке старичку неопрятного вида ." Когда их уже изведут, уберут с наших улиц, развелось, как вшей!" Возможно это говорил ты сам, читающий эти строки. Признайся, ведь говорил(ла). Было, чего уж там. Я не осуждаю, сам говорил, срывалось. А может это Сан Саныч, учитель истории в прошлом из города Саратова.В тартарары скатилась страна, сын его тоже радовался капитализму пришедшему, бросил институт, подался в бизнесмены.
. -" Теперь заживем, пап, ох и заживем. Я кредит взял, сейчас сервис в мроде, быстро поднимемся. Так что бросай свое учительство, все - равно бесплатно работаешь, зарплату уже сколько не платят? Кому сейчас нужна твоя история?"
И правда, зажили.Мать умерла недавно, от какой - то не очень и страшной болезни, но врачи тоже в бизнес хотят и ,не хватило двух учительских зарплат, чтобы за лечение заплатить, вот и угасла она, держа мужа за руку. А тут и деньги появились, хватило - бы не на один курс, да нет ее уже. Не бросил Сан Саныч школу, продолжал учить лоботрясов, но появились и среди высшего школьного звена учителей те, которым история именно бывшая не нужна, переписывать начали, а Сан Саныч против, как та Баба Яга против Олимпиады. Но боролся, даже побеждал.А сын молодец. В квартире появились дорогие вещи, на собственной иномарке иногда батю к школе подвозил на зависть тем, у кого сыны на заводах работали. Но капитализм - то наш, российский, а она придурашная. Раньше придурашная была в хорошем смысле, то - есть, веселая и добрая, а теперь по - настоящему рехнулась, с катушек съехала. Капитализм в такой стране так же придурашный, то - есть дурной, в бешенство впадающий. А это чревато.Вот и зачреватило.Вечером сидит Сан Саныч в кресле новом в новый телевизор смотрит, новости переваривает неудобоваримые. Стук в дверь, сынок наверное пришел, стучит, потому что звонок решил поменять на какой - то крутой, ненашенский, да отключить , отключил, а подключить новый звонок мобильника помешал. Шапку в охапку и умчался. А это не сын, дружок сына, с которым вместе какие - то свои дела бизнесменские делают. "Заходи"- только и сказал, а свет померк. Очнулся, - потолок белый, стены белые, и простынка на нем белая. Уже после реанимации ,в общей палате, следователь навестил.Нет у него больше сына, убили. Пролить свет на преступление он не мог, только и помнил дружка сына, которому дверь открыл, да следователь сказал, что приснилось это старому учителю, по голове - то крепко получил.Его мнимый обидчик сейчас на Бали кости греет. Не долго лечили учителя, как только смог идти, эпикриз, то - есть выписку из из больницы в руки и до свидания. Доковылял до дома, звонок жмет и ,ну надо же, новый звонок, крутой!. В дверях амбал, лицо доброе, жвачкой давится.
. -" Че, батя, надо?"
Опешил батя! Как это че? Домой я пришел. Сначала по - хорошему объяснял бате, что ошибся тот, добрый же, но терпение уже не то, работа - то, позволившая квартирку прикупить вредная, нервная. Дал пендаля, не выдержав хамства дедка, да и спустил с лестницы. Так и оказался он сидящим на лавочке в вашем скверике. Когда же очистят наши города от нечисти этой?.
Такая же нечисть парная Галка с Жориком. Ох и нечесть! Жорик особенно.Вся спина у него гноится, левая рука в струпьях, и ноги тоже. То он зимой пьяный на трубах теплотрассы спал, тепло на них, а зима лютая была.Если б сразу полечили, то ничего, наверное шрамы уже и остались только, но кто ж его лечить будет? Он бомж. Галка лечит, как может его болячки, да плохо поддаются они лечению, не врач она, она секретарша. Совсем недавно, года два в бомжи их произвели, но произвели качественно. Галка виновата в этом, вернее виноватой назначили. Жили они хорошо после своей свадьбы, да и до нее. Оба детдомовские, оба красавца писанные, оба влюблены до самопожертвования со школы. Из детского дома выпустились и поженились сразу. Галя, чернявая, длиннокосая, длинноногая, веселая хохотушка окончила курсы секретарей машинисток, ловко стучала пальчиками ,зацелованными Жориком, по по клавишам. А Жорик на то и мужчина, чтобы деньги зарабатывать, шофером дальнобойщиком стал. Купили квартиру однокомнатную , обставили, хорошо им, хотя детей Бог не дал. Кто в этом виноват не спорили, просто старались, вода камень точит. Бац, государственные учреждения чем - то гавкнули, частные нарисовались, со своими индивидуальными законами. Но Галка упорная, в фирме пристроилась неплохой, стучит пальчиком, зарплату получает. Жорик тоже упорный , по стране фуры частные гоняет, ружье помповое в изголовье держит. Хозяин доволен, смел Жорик, ни разу груза не потерял, никому не отдал. Достаток в семье полный, а на счет счастья, так даже с перевыполнением плана. Кажется будет у них все - таки полная семья, будет у них сын, или дочка. Да разница - то какая? Это же дитя их, их ДИТЯ!!!. Беременная Галка.
Начальник у Гали добрый, подарки дарит, знаки внимания оказывает. Неудобно Гале, мужа она своего, самого лучшего мужчину на свете, любит , а тут такое. Прямым текстом в постель женщину тащит.Отбивается Галя, крепится, но не говорит Жорику ничего, убьет Жорик непутевого работодателя, он такой, за Галю в огонь полезет. Так и объясняет Галя шефу, помилрсердствуйте , мол, да куда там, свербит у шефа, до умопомрачения свербеж довел. В один из вечеров в конце рабочего дня собирается Галя домой, Жорика ждет, за ней забежать должен, обещал. Шеф набросился зверем похотливым, жаром пышет, слюнями исходит. Кричит Галя, рвет рожу коготками ,удлинёнными по моде, но и сама получает удары в лицо, в лицо. Отвалился от нее и затих, а над ним Жорик, кулак поднимает для повторного удара.
. -" Не надо, не бей, Жора",- тихо просит Галя.
Для Жорика слово любимой - закон, в каком бы бешенстве не был. Поднимает любимую и на руках уносит.
Позвонила подруга Гали, работавшая рядом с ней. Шеф сдох. Спасай срочно мужа. Нет у них теперь ничего.В бомжах легче спрятаться от кривосудия, от шавок шефа, и от всего прочего, от чего прятаться надо. И выкидыш случился, нет у них ребеночка. Но , если посмотреть на них со стороны, завидки берут, так хочется сразу на их место, стать такими же счастливыми.
. Я только капельку приоткрыл вам от того, что узнал, больше не могу, не выдержу.Да и слезам надо время дать, чтоб высохли.
. Время от времени местная милиция проводит рейды по выявлению лиц, прячущихся от закона, а так же не имеющих документов. Корейская диаспора крепка, такие дела заранее узнаются и быстро распространяются между всеми членами огородного сообщества. Рано утром, только солнышко разминаться стало, готовясь к труду повседневному, подъехала небольшая фура, в нее загрузили продукты, мангалы , фляги с брагой. Сегодня праздник, выходной, день мента называется. Сегодня менты будут разъезжать по окрестностям, пытаясь собрать дань за игнорирование закона о бездомных и т.д. Хозяину менее накладно накормить шашлыками, напоить брагой своих работников, чем заплатить мзду честным ментам, которые так добры, что самого страшного маньяка не заметят, глядя в свой полный кошелёк. В тот же фургон и люди попрыгали, двери закрылись, поехали. У Волги очень живописны берега, места для пикника много, а чтобы никто не мешал, есть такие дебри, что пробираться к ним себе дороже. А для моих героев это раз плюнуть, на раз. Выгрузились, чуть прошлись груженными и вот, пожалуйста.Волга вот она, но гуляющих на берегу с нее заметить трудно, разве что по дымкам. С нашими работниками по соседству работники соседских хозяев. Насобирали дров, запалили костры со всеми предосторожностями, снедь разложили.К обеду фильм о культурном отдыхе трудящихся снимать можно. Игры команда на команду, песни под гитару, тихие задушевные беседы. С стороны ни дать , не взять, отдыхает коллектив какого - то столичного НИИ. Людей с высшим образованием здесь не меньше, а если брать по возможным их работам, не даденным сделаться, то много потеряла страна изобретений, написанных книг, да просто сделанных руками ценностей. Не потеряла бы, может не стояла бы сейчас на полусогнутых.
До самого вечера гуляли, где - то даже подрались, но культурно.
Опять фура и балаганы вот они снова, проверенные , прочесанные милицией , оставшихся в подозрении, но уж ладно, понемногу все - таки заработали у совестливых огородников. Жизнь продолжается, а как, это уж вопрос второй.
. Отпраздновали окончание посадки, пошли первые огурчики, которые собирали, не давая и превратился в откормленных поросят, такими собирали, чтобы в банку они прыгали с разбега, потом и другие культуры начали давать плоды. Удобрения сыпались жменями под каждый куст, жрите окаянные, они и жрут, и прут, как на дрожжах. Даже сами корейцы предупреждают, ешьте сколь хотите, но с индивидуальный грядок, которые по старинке, без гадости всякой и для себя. Рацион пополняется каждый день . Редис, петрушка, укропчик, перья луковые. Лето началось, машины ежедневно вывозят с плантации тоннами, уже давно, как при первых урожаях, не надо самим везти на рынок свою продукцию, клиенты сами приезжают, дерутся за каждый баклажан. К середине лета арбузы с дынями пошли, только поворачивайся , собирай. Из команды выбывают , некоторые оппившись браги, с трясущимися всем, что может трястись, не могущими даже похмелившись работать, некоторые чтоб такими не стать. Таких младший хозяин похмеляет, сажает в свою иномарку и доставляет в ближний город. На их место прибывают с ним же с железнодорожного вокзала другие страждущие. Чем ближе к концу сезона, тем пестрее контингент в сторону ухудшения. Теперь здесь больше профессиональных тунеядцев, не желающих работать вообще, приезжающих, пьющих брагу пару дней и выгоняемых вон. Чаще устраиваются драки, появились первые труппы, которых хозяин тихо вывозит на Волгу, и в мешковине притапливает. Их, конечно, чуть позже вылавливают, но пойди разберись, откуда он появился в реке. По вечерам все чаще стали появляться бродячие гости, ищущие где можно на халяву пропустить чужого пойла.Чаще им наливали пол кружки, они выпивали и уходили дальше, но попадались и такие, которые не только брагой довольствовались, им еще и приключений надо. С такими труднее, таких приходилось охлаждать тумаком, а то и хозяев на помощь звать.
Однажды заявилась так же компания. Один из них пристально смотрел на Никиту, а потом заулыбался, и заорал:
. -" Вот те на, вот так удача! Братва, да мы тут пить будем до ишачьей пасхи ! Братан,- обратился он к Никите,- неужели ты даш засохнуть другу, с которым зону топтал, а? Да нет, конечно, ты же не хочешь услышали чтоб , кто ты есть.Не дашь засохнуть, братан?"
. -" Не дам,- сказал Никита,- не успеешь!"
На столе лежал тесак, которым срезали ботву.Одно мгновение, и нож с хрустом , по самую рукоять вошел в грудь непрошенного гостя, вышев рядом с лопаткой со спины.Удивленно смотрел он на Никиту и только прошептал:" Я же только пошутил".
. Шел по дороге человек, видимо шел давно, так как ноги передвигал с трудом. Его шатало из стороны в сторону, как пьяного, но он упорно шел, отмахиваясь от редких сердобольных водителей, предлагающих...

. 12.07.2021г.
. продолжение следует.

.


8
. По трассе шел человек.Человек - ли? Он снова убийца, скрывающийся от правосудия. Может - ли сам он понять, человек - ли он? Человек, который убил другого человека лишь потому, что побоялся услышать правду о себе, испугался так, что убил , не успев даже сообразить, что делает? Так волк, огражденный флажками, не видящий выхода, не задумываясь, бросается на первого, стоящего на пути.Он волк? Так крыса, попавшая в капкан, грызет железо, ломая зубы, и рвется грызнуть того, кто тянет руку к капкану. Он крыса? Человек копался в своем прошлом, и оно говорило:" Ты человек!". " Разве? - отвечал он,- а как же Лена ,как же этот , убитый мной вчера?".
. Никита шел, не зная зачем. Может стоит сдаться и принять наказание молча? Увидав труп, хозяйка всплеснула руками:
. -" Ну вот, дождались, чтоб вас всех черти взяли. Никто никуда, сидеть в балагане и не выходить никому, даже в сортир".
. Через пять минут прибежали мужчины - корейцы, труп упаковали в мешковину и погрузили в фургон "Москвича". "Москвич" уехал.Все сидели вокруг стола, курили, тихо переговаривались. Вошла хозяйка, внесла несколько полторашек с брагой.
. -" Сегодня разрешаю всем напиться до чертиков, кому не хватит, добавлю. Здесь ничего не произошло, нам не нужны здесь ментовские разбирательства, работа по сбору не должна остановиться. Все облегченно вздохнули, потянулись за кружками, выпили. Хозяйка присела на край лавки, рядом с ушедшим в себя Никитой и молчаливой Раисой.
. -" За что ты его?"
Никита молчал
. -" Тебя никто не сдаст, но ты сегодня ночью должен уйти.Все, кто здесь, ничего такого не видели.Если ты решишь сдаться ментам, тебе никто не поверит, спьяну тебе все померещилось. Трупа никто пока не найдёт, а нет трупа, нет убийства. Вот так - то. А теперь, прежде ,чем уйти, покайся перед нами, за что ты его. Мне надо знать это, чтобы не повторялось такое ".
. Никита посмотрел на нее, приложился к бутылке с брагой и пил, пил, пил, пока в ней остались совсем немного. Закурил, вдохнул дыма, и начал:
. -" С зоны знакомы. Хотя как знакомы, виделись. Он красный, кумовка. Вязанный. А я - опущенный".
В балагане ахнули, у некоторых руки в кулаки сжались, они готовы были кинуться и растерзать рассказчика. Чтобы неискушенный читатель понял, о чем идет речь, я кое - что разъясню. Красный, вязаный - зек, давший подписку сотрудничать с администрацией. Это зеки, которые следят за порядком в красной , то - есть, сломанной режимом зоне, они шакалы зоны, они , ради досрочного освобождения, ломают судьбы мужикам, работягам, и боятся связываться с блатными и ворами в законе. Опущенный, это дно зоны, уборщики помойных ям и туалетов, а кто посмазливей, жены и любовницы. Никита и был из последних. Услыхав угрозу быть раскрытым перед обществом, он защитил себя так, как получилось. А сейчас вот сам открылся, сам не зная, почему. Все молчали. Все поняли, и те кто сидел, и те, кто никогда не был в зоне, но знает о ней все из рассказов вечерами именно здесь, в таких вот балаганах. По закону все они теперь запарчушены, нормальный зек не имеет права сидеть теперь с ними за одним столом, ведь они ели из одной посуды с опущенным. Можно махнуть рукой и сказать " да ладно, мы же не в зоне", но кто может гарантировать, что не окажется там, и вот такой, который мокнет сейчас где - то в мешковине, увидев его, не скажет " а, братан, я же знаю кто ты, вот и плати теперь.." .Поставили себя на место слушающих сейчас Никиту? Не дай вам Господь, только не это. Что теперь скажете вы, те , кто осуждал, повторял как мантру , " горбатого могила исправит", и т.д., измените свое мнение? Ну и не надо, необязательно это, ведь пока неизвестно, что будет дальше. Будете хорошо себя вести, внимательно слушать или читать, расскажу.
. -" До Саратова его подкинул на газели мужик с двумя детьми, мальчишками веселыми и понятливыми. Они заставили отца остановиться и подобрать бомжа, они же на окраине города подсказали, что отпускать бомжа вот так, просто высадив, нельзя, надо ему чем - нибудь помочь, и они же вынесли из ворот дома сумку, набитую вещами и продуктами. Отнекивался Никита, отказывался от подношения, но младший, лет десяти, по - взрослому возразил:
. -" Не знаем, что нас ждет, может, тоже это".
. Никита был поражен, шкет, два вершка от горшка, а рассудил , как поживший, повидавший. В сумке были вещи, вполне приличные, а главное, как раз по размеру. Произносился Никита на плантации, действительно обомжился, по одёжке видно .Переоделся и, ну надо же, вполне сойдёт за обычного человека. Расческа даже не была забыта, лежала на дне самом.Проплутав по улицам, вышел к набережной, с какими - то постройками и гостиницами.А дальше пляж, с множеством народа.Нашел укромный уголок под деревьями, примостился там и проспал до следующего утра. Утром, чуть свет к речке сбегал, искупался , с мылом, дар мальчишек же, вымыл голову, сам обмылся, переоделся, причесался. Нет, все - таки он человек, хоть и с придурью. Покопался в продуктах, совсем хорошо, даже колбаски кусочек есть, лук, хлеб и сала шмат.Ножа вот только нет. Вспомнил про нож, вспомнил убитого. Нет, не жалко его, себя жалко, ну чего не смолчать, все - равно сам все и рассказал.Теперь уще больше людей знает его в лицо, и кто он, знают. Но голод не тетка, разорвал руками, зубами пищу, жевал, думал. А ведь это не мальцы такие умные, батя их золотой человек, его воспитание. С детства приучили, накорми, помоги, потом думай, кому помог. Да, люди у нас в основном добрые, даже к таким, как Никита. Наелся от пуза, покурил, благо сигаретами обалдевшие однобалаганники снабдили. После рассказа Никиты сжавшиеся кулаки разжались, молча все сидели, женщины плакали. Даже хозяйка пошмыгала носом. А учитель сказал:
. -" Правильно ты его замочил. Да, за дело".
И отпустила боль на время, боль у всех, кто был сейчас здесь, и даже надежда заглянула в открытую дверь, с надеждой заглянула надежда, но поняла, отставить, на потом оставить ее решили. Как бы не оправдывали его, Никиту сейчас, оставаться ему нельзя.Да и не сядет с ним больше за один стол никто, а чем дальше, тем больше те, кто сейчас оправдывает, будет стараться загнать его на парашу. И загонят обязательно. Собрали немного сигарет, спички Райка, плача, завернула в целлофан, чтоб не отсырели, и провожать никто не вышел, и подвезти, как всех ранее, не подвезли. И вот он здесь, на камне сидит, на купающихся смотрит. Час смотрит, два смотрит, пять смотрит, сбегал искупался и опять смотрит до самой темноты. Свернулся под кронами приютившего дерева, вздремнул и, хоть убей не спится. Собрал пожитки, смех какие, пошел бродить.Вышел в город. А он то - ли спит, то - ли нет, не поймешь сразу. Потом понял, спит, но подглядывает. Там толпа молодежи развлекается, там на лавочках парочки, а вот и брат бомжик в баке мусорном ковыряется. Не утерпел Никита, плохо одному, муторно.
. -" Много собрал?",- спросил ласково, дружелюбно.
Бомжик, старичок лет семидесяти, хотя не факт, присмотрелся и своего признал.
. -" Да нет, сегодня не очень, а ты?".
. -" И я не не очень, но пожевать немного есть ".
. -" Это хорошо. Может скорешимся, у меня спиртик есть, двести граммов?".
. -" Почему нет? А куда пойдем?".
. -" А у меня домина целый есть, на снос стоит, последние жильцы остались, не сегодня - завтра все выедут. Тогда не знаю, куда пойти, а пока там обитаюсь".
За разговорами дошли до двухэтажного дома, в котором в одной квартире еще мерцал огонёк При доме было множество сараюшек, дровянников, и кто знает для чего будочек. В одной такой будочке и жил старичок. Ящик вместо стола, топчанчик, на который и присели.Развели спирт, получилась поллитровка.Старик выложил свою добычу; сосиски в упаковке, три штуки, пельмени сырые в упаковке , две, салаты корейские, в упаковке же, аж пять.
. -" Ничего себе, батя, улов у тебя!".
. -"Это, што, - махнул рукой,- это мелочи.Вот на той неделе улов, так улов был. В Меркурии просрочку выкинули, пол города нашего брата набежало, всем хватило. Я неделю пузо чесал, и пьян и нос в табаке".
. -" А откуда же водка, она ж без срока годности?".
. -" Не, водку не выкидывают, а вот продуктов валом. Домашним стыдно идти подбираться, а у нашего брата за спирт с руками отрывают. Им , бедолагам, еще хуже, чем нам. Побираться стыдно, по ящикам да контейнерам зазорно, а где взять? В магазинах пять шкур дерут, а работы нету. Вот они сначала спирт , он дешевый, берут, а потом у нас просрочку. И им хорошо, и нам благодать".
За этими разговорами и выпили, и закусили, а много ли таким надо, и опьянели, так и попадали, где сидели.Только и успел подумать Никита, " а как же зовут дедка? Бомж зовут" Проснулись рано, еще только первые трамваи зазвенели рельсами. По старой русской традиции на опохмелку не осталось ничего, хотя и опьянели быстро, остатки допили. Голова трещит, во рту местные коты побывали, спирт - то современный, ядерный в смысле отравы, а не градусов. Но друг друга помнят, кроме имен. Познакомились как положено, по пятаку друг другу протянули, решили идти на работу. С утречка рано как раз, объясняет неопытному Никите дядя Витя, ночью молодёжь пиво пьют много, а бутылки по лавочкам, да по кустам распределяют. Главное вперед других их обнаружит. Пока еще есть надежда на успех, рано еще ордам похмельным выскакивать. Пошли по улицам. Дядя Витя, оказавшийся позже ровесником Никиты, местные достопримечательности знает хорошо, хотя и не является местным, уверенно ведет по маршруту наиболее выгодному по местам сбора молодежи под луной. Пакет пополняется бутылками из под пива, именно приемными, так как принимаются не все, импорт не в почете в стеклоприемке, они патриоты Родины. Народ появился на улицах проснувшегося города, коллеги появились.Все, с бутылками покончено, а то и по морде схлопотать не долго. Подсчитали, неплохо, и на сто грамм спирта есть и на пару пирожков. Местные стеклоприемщики работают без выходных и круглосуточно, так как и спирт тоже у них. Сдали, вернулись в будочку. Сто грамм на двоих, имею в виду спирта термоядерного, вполне себе так ничего.Выпили, познакомились. Дядя Витя ровесник, живет в этой сараюшке уже три года, всех жителей рассекаемого дома знал в лицо и по именам. Они не гнали его, подкармливали, когда он появился. До этого он жил в деревне.Родных никого не было у него, работал по шабашкам на стройках, и домик свой был , небольшой, но свой.В одном из сел, где строили они бригадой какой - то объект, Виктор запамятовал какой, подводить память стала, познакомился с одинокой женщиной, понравились друг другу, решили сойтись. Сказано - сделано. Решили жить в доме сожительницы, а его дом продать и скотинки прикупить, все какая - никакая помощь в наше время, хотя и хлопотная. Неплохо зажили. У нее два взрослых сына, живут и сейчас здесь, в Саратове, приезжали, помогали иногда, ну и сами иногда живились деревенскими деликатесами. Беда ниоткуда пришла. Полезла сожительница на потолок, чердак значит, что ей там понадобилось , неизвестно, а теперь и не спросишь.А внизу, сбок лестницы, но рядом, борона лежала, да зубьями вверх. Никто на нее внимания не обращал с тех пор, как прежний муж с пьянки угорел, да помер. Лежит себе, никого не трогает, и ее не трогают. Полезла, значит, баба, да и повело ее в сторону, то - ли голова закружилась, то - ли еще что. Гипертония ее донимала. Повело ее , и вниз сбок лестницы и приземлило, прямо головой и телом на зубья. И не охнула даже, сразу насмерть .
. Похоронили, справили , как положено поминки, а как поминальщики разошлись и заявляют сыны:
. -" Все, мужик, финита. Пожил у доброй мамки нашей, теперь ее нет, и ты здесь чужой. Ариведерчи , бэбби!"
. Вот так и остался он без дома, без бабы, а по пьяни еще и документы потерял. Пришел сюда, пригрели благодетели, а теперь и не знаю, что делать. Сегодня вон Татьяна последние манатки соберет и все. И он заплакал пьяными слезами, причитая. Хоть бы уж сдохнуть быстрее, не могу я так больше жить. Так в слезах и заснул. Вышел на улицу Никита, подышать дымом, подумать. К дому машина подъехала, вещи грузить в нее мужики начали, не старая еще женщина командовала, покрикивала на грузчиков. С ней рядом подгонял грузчиков и лет тридцати мужчина, видно родственник. Увидев Никиту, подошел, поинтересовался, что он здесь делает.Никита объяснил.
. -" Я - Гоша, меня все здесь знают.Виктор где?А , ну пусть спит. Ты ему скажи, что пока не снесут здесь все, пусть живет. Но не долго это уже. Подыскивает заранее пусть что - нибудь. Жаль мужичка, да что поделать. А ты где обитаешь?".
Никита, не вдаваясь в подробности, рассказал немного о себе, сказав, что ищет какую - нибудь работу с жильем. Гоша осмотрел критически и предложил:
. -" Если хочешь, возьму к себе, пойдешь?".
Никита сразу согласился.
. -" Тогда на тебе на сто грамм, похмели Витька, а я зайду попозже за тобой, сестре только помогу устроиться и прибегу. Жди". И он ушел. Прощание с Виктором, которого и знал - то ночь одну и до обеда, получилось тягостным. Не стал Никита пить с ним купленные сто грамм, пусть горе заливает, выслушал кучу жалоб на судьбу и желание умереть, посоветовал обратиться куда - нибудь, попросить помощи, но куда и сам не знал.Пришел Гоша, дал пьяному товарищу еще на сто.Они уходили, а Виктор стоял и со слезами на глазах провожал их взглядом.
. Гоша жил в домике, во дворе которого стояла еще два. Это, по-видимому, точно не знаю , старые уплотненные индивидуальные застройки, когда земля внутри города застраивалась впритык, дом к дому.Соседи живут одной дружной семьей, и праздники и горе все вместе, все пополам. Как выяснилось, этот дом не принадлежал Гоше. Он работал на риэлторскую фирму, которая состояла из двух человек, шефа, молодой симпатичной девушки и Гоши. Владелица зарегистрированной фирмы искала дешевые, старые дома, продающиеся за бесценок из - за ветхости, а Гоша производил капитальный ремонт, подводил современные коммуникации, вода, туалет, ванная комната, канализация, и дом превращался в современную квартиру с евроремонтом. Стоила такая в десяток раз дороже , чем за нее заплачено.Шефиня отвечала и за доставку необходимых материалов и за сбыт. Каждый раз Гоша жил там, где работал, сюда и привел Никиту.За домом был просторный сарай для материалов с закутком, в который и поселил помощника. Сам он вел работы внутри дома, а Никите поручил обложить кирпичом огромную канализационную яму, в которую выводились трубы слива из дома. Сверху яма была закрыта бетонными плитами с люком посредине. Никита никогда не был строителем, но Гоша быстро обучил его премудрости каменщика, благо в яме не видно качества кладки, лишь бы дренажные отверстия были и кирпич не выпадал. Со следующего утра Никита уже месил раствор, опускал кирпич б/у в яму через люк и клал, как мог внутренние стены. В обед Гоша приносил вполне приличную стряпню, час отдыха на топчане в сарае, и вновь кладка. Соседи благосклонно отнеслись к новенькому, наверное в таких домах на генном уровне все, кто живёт во дворе, уже родные. По вечерам он играл в карты с соседями на столике внутри двора, ему, как и всем, несли хозяйки чай с вареньем, а в сараюшку забегали с пузырьком, прячась от жен. "Так бы и жить здесь всегда", думал Никита, жаль будет уходить. А работа двигалась и , уже в ноябре, все было отремонтированно, подогнано. Гоша предложил отпраздновать это дело вдвоем. До этого Гоша не был замечен в употреблении, но сегодня нагнал все, что воздержанно, то есть вдрыбаган. Он стал неуправляем.Потащил Никиту, тоже нетрезвого, куда - то к бабам, но в трамвае сцепился с женщиной - контролером, отказавшись платить за проезд. Когда трамвай,остановился, чтобы их высадить, Гоша , куражась, отказался выходить. Пассажиры возмущались, Гоша хохотал, а когда один из мужчин попытался помочь контроллеру, Гоша влепил ему кулаком в глаз. Поднялась суматоха, били все и всех, не разбираясь, и наконец Гоша с разбега вылетел из дверей трамвая лицом об асфальт. Никита все это время тихо сидел на своем месте, а когда Гоша приземлился, пардон, приасфальтился, Никита вышел спокойно следом, под подозрительный взгляд ставшим только что одноглазым пассажира. Трамвай,победно прозвенел и укатил.Гоша сидел, тер лицо, ощупывал бока, понял, что ничего страшного, улыбнулся Никите и сказал:
. - " Нормально прокатились. Пошли домой"
. Дома они дошли до нормы не знающих нормы, и...Ну это за кадром, секрет даже от них самих, амнезия.
. Утром пришла мать Гоши, вставила, вдолбила и пожалела сына, а с ним и Никиту, достала по бутылке пива на брата, она тоже себя к братьям причислила. Потом пошли в церковь, туда привезли мощи Серафима Саровского, которому срочно все присутствующие хотели приложиться. Приложились, а дома снова приложились .Дня три прикладывались и устали. Привели себя в порядок, Гоша позвонил Шефине, та приехала на своей иномарке.Все было осмотрено, одобрено, и подсчитана зарплата Гоши. Сумма хорошая, но получишь потом. Это она Гоше. Когда уехала начальница, Гоша сказал Никите:
. -" Что делать, я не виноват. Обязательно приходи через месяц, я тебе половину от заработка отдам, а пока - видишь, не могу. Найди пока где жить, а через месяц приходи. Ну давай, не обижайся, мне нужно бежать".
И убежал. Или правда забыл , или задумано так, но куда в декабре должен был прийти Никита, он не сообщил. Все правильно, неинтересна была бы книга без страданий главного героя, скучная.

.


9
.У тех, кто следит за перипетиями жизни Никиты, наверняка, появились вопросы: " Что, так и будет он бродить по стране, так и не остановится нигде?". Остановится, конечно, мы все когда - то остановимся, вопрос где! И с чем! Рассуждая о бомжах, о пьяницах, мы не рассуждаем о причинах падения, о невозможности подняться упавшему. Человек рождается не преступником и не праведником, он просто открывает ангельские, с нашей точки зрения, глаза и , о боже, куда я попал? Мир такой интересный, такой разноцветный и такой пестрый, этот мир в глазках ангельских рябит. Надо как - то сфокусировать взгляд, чтобы не пестрило. Сначала фокусирующие очки - папа с мамой, потом учителя, но уже с меньшим разрешением , чем родители.Потом, как только появляется первая ложь, линзы в искаженное, кривое зеркало превращаются. Чаще растущий, все - таки, научается отделять один цвет спектра от другого, более самостоятельный - легче, немного ленивый - с подсказкой. Вот от нее - то и зависит дальнейшее движение вперед, от этой подсказки.Но мы забываем о том, что есть еще и равнодушие, по моему мнению, а я , конечно, могу ошибаться, равнодушие - самое страшное зло, подаренное любящим нас Дьяволом. Сколько бы добрых людей не встречались на пути павшего Никиты, а ведь многие начинали ему помогать, но давайте вспомним, довели - ли они свое доброе дело до конца? Вы спросите" а с какого такого перепуга они должны были это делать? Вот и я этот вопрос задаю, и убеждаюсь, что ответа на этот вопрос не существует вообще. Человек, даже посвятивший себя служению Господу, служит себе, извлекая выгоду от своего служения.Если есть такой служитель, который отдаст свой кусок , единственный кусок, хлеба страждущему, зная, что не будет у него этого хлеба никогда , и он будет мучим голодом, пока не умрет, отзовись, ауууу! Из книжек вроде были, но даже книжных сейчас нет. Наступил век, когда мушкетерский девиз " один за всех" вызывает хохот.Миром с некоторых времен правит Его Величество Равнодушие, у которого девиз " моя хата с краю".
Если есть аргументы против, рад буду выслушать , а еще больше буду рад ошибиться.
Да, так и бродил Никита, так и наматывал километры, стаптывал башмаки. Не надо и меня в равнодушии к нему обвинять, что Вы! Я как раз принимаю самое деятельное участие в его судьбе.Все , что он имеет, дал ему я, хотя с корыстью конечно, ведь я ничем не лучше своего читателя, а по мнению некоторых, наверное, много хуже. А моя корысть - заработать если не вашу любовь, то хотя - бы интерес. Но мы с вами будем упорны, как не скучно нам становится, топая вместе с Никитой, дойдем до конца, тем более недалеко уже он, на горизонте появился.
. Дальнейший путь его со стороны мог показаться хаотичным, не имеющим цели, но мы ошибемся, утверждая это. Цель была, но он и сам пока ее не знал, она была глубоко запрятана в его подсознании, и именно эта цель исподволь подводила его к финалу. Не к финалу жизни, нет, конечно, к финалу скитаний. Он попадал в рабство, где работал лишь бы выжить, убегал , прячась от людского глаза любого, трясся от холода, отмораживал руки и ноги. Свой родной городок он обошел стороной, считая его улицы, парки , скверы и рощицы виновниками бед его. Ноги несли его без направления, но приближали к конечной цели.
Волгоград, длиннющий, нескончаемый, еле - еле выпустил его. Он уже разуверился в том, что этот город имеет где - то край. Но, наконец, производственные окраины. На какой - то развязке с указателями направлений он понял, что двигаться ему придется в Калмыкию. А почему нет! На обочинах было много машин - скотовозов с указанием региона. Номера Дагестанские, и водители, как видно, дагестанцы. Идя через весь Волгоград, Никита нигде не останавливался, не рылся в мусорных баках, не собирал бутылок. Он только пил воду, когда имел такую возможность. Сейчас он решился обратиться к дальнобойщикам. Они, как правило, никогда не отказывают многим странникам бездомным, хотя и с усмешкой на лице. Никита подошел к одной машине, в кабине которой жевал пирожок молодой водитель. Он давно уже не испытывал стыда, прося подаяние, он считал, что лучше попросить, чем украсть и быть битым.
. -" Друг, извини, помоги пожалуйста, я не ел давно, и устал, как собака".
Без разговора мужчина протянул в открытое окно пакет с оставшимися пирожками, сказал:" Погоди".- покопался за сиденьем и протянул вместительный пакет с едой.
. -" Куда идешь?",- спросил он.
. -"Куда - нибудь",- ответил.
. -" Работать хочешь?"
. -"Где?"
. -"У моего отца в горах. Корова, овцы, надо присматривать. Не обидят, будешь как сын".
. Никита знал, что таким образом часто попадают такие, как он, в рабство, но опыт побегов уже был, он сказал, что согласен. Водитель назвался Хасаном, предложил переместиться бродяге в кабину.
. -" Ешь здесь, вот напиток, пей. Водку пьешь?"
. -" Бывает".
. -" Это ничего, все пьют. Только умно пить надо. Ты умно пьешь?"
. -" В основном да, умно".
. -" Хорошо".Сейчас мне надо загрузить скот, купленный. Поэтому поедем в Калмыкию. Несколько дней, потом домой поедем".
. Когда насытился внезапный новый работник, Хасан предложил:
. -" Хочешь, поспи, назад перелезть и отдыхай.Я буду брата ждать, вместе поедем дальше".
. С удовольствием завалился на спальнике Никита, думая о том, что не побрезговал Хасан, видит же, как несвеж пассажир, как потом несёт от него за версту.
. Проснулся и понял, куда - то едет, потом вспомнил и Хасана, и приглашение его. Ну что ж, в Дагестане он никогда не был. Интересно, ведь и в горах он тоже не был никогда.
. Рассказывать о том, как ездили от одной фермы к другой, отбивали из стада коров, предназначенных на продажу, как грузили их в скотовоз не следует, неинтересно это. И как ехали в Дагестан, изредка останавливаясь, чтобы перекусить и напоить мычащих рогатых, тоже неинтересно.Доехали, сдали, отмыли машину и фуру и уже на легковой " ладе " подались к родителям Хасана. Это были вполне цивилизованные бабушка с дедушкой, которые приезду Никиты, кажется, обрадовались больше, чем приезду сына. Его отмыли, переодели, накормили, и было такое ощущение, что он в гости приехал, а не на работу. Но нет, как бы не радовались они новому человеку, привезли его именно для работы . Аул был небольшим, в ущелье, обрамленном горными кряжами, со снежными вершинами и чистейшим воздухом. Днем было прохладно, а по ночам Никита кутался в теплое верблюжье одеяло. Скотину пасли по очереди пастухи из каждого двора. Вечером скот пригонялся домой и его надо было и встретить и подкормить.Не тяжело было, было интересно смотреть на быт людей, для которых прошлое не ушло далеко вперед, оно приостановилось просто.Никита обрел покой, какого не было у него уже давно. Старики были рады обрести человека, который заменял им внимание собственных сыновей, которые хоть и навещали часто, снабжали их всем необходимым, но они все - таки жили своими семьями в городе. Как не уговаривали они родителей переехать в город, не могли сломить упорства тех, кто любит свои горы, свои суровые зимы и пасмурные осени, поющие ручьями весны и щедрое на солнце лето. Они не желают уйти от могил своих предков в каменные бездушные джунгли города.. Никита тоже полюбил горы и удивлялся желанию сыновей стариков поменять эту красоту и чистоту на безумный мир цивилизации. Со временем у него появились любимые камни, любимые деревца, любимые животные, за которыми он ухаживал, и которых старые люди считали своми кормильцами, не смотря на все те деликатесы, которыми их щедро, благодаря сыновьям, одаривал город. Часто он уходил подальше к горным перевалам, смотрел на гордый полет орла в поднебесье, на парение его.Как же хорош был этот мир, как хотелось Никите породниться с ним. Там, внизу, он был чужой, сам отгородился он от того мира своей ненавистью к нему. Он сам отказывал тому миру в своей любви, и получал в ответ то, чего кажется и хотел, ответной ненависти. Но здесь он начал прощать беспощадность, беды, боль , полученные им от мира. Но и покаяние пришло.Сидя на камне и глядя на пасущееся стадо, он задумывался и начинал плакать. Он помнил все, себя, окружение прежнее, доброту, которой не был достоин. И убитого им зека помнил, и простил, и попросил мысленно прощения, и... Да! Ты прав, дорогой мой читатель, пора. Пора освободить нашего героя из плена заблуждений. Чистотой этих гор, чистотой стариков, подаривших ему эти горы, сказав однажды:
. -" Сынок! Мы не знаем матери, тебя родившей, не знаем отца твоего уважаемого, мы никогда не спрашиваем тебя откуда ты пришел, благословленный Аллахом, чтобы скрасить нашу старость. У нас хорошие, уважаемые сыновья, но и ты теперь наш сын, мы не обидим тебя, а ты не обижай нас. Когда мы уйдем жить в долины Аллаха, твои братья, наши сыновья, не оставят тебя, таков наш им наказ. Никогда не пожелай уйти от нас, этим ты причинишь нам непоправимое горе.
. Как мог он оставить их? Он и сам уже сед, он старше сыновей стариков, но и самый маленький.И как мог забыть он Лену, убитую им в порыве ненависти ко всему миру! " Как я мог? Неужели это сделал я???".
. В горах часто появляются туристы, молодые и не очень, привлекаемые трудностями подъёмов и спусков, отвесными скалами и обрывами, ночевками в палатках и под открытым небом. Часто они встречались и Никите, когда он забирался повыше , поближе к Всевышнему. Однажды он встретил компанию, в которой была всего одна женщина. Туристы вежливо поздоровались, распросили, как лучше им спуститься к реке, протекающей в ущелье.Когда Никита объяснил, все повернулись к женщине и начали уговаривать не пытаться последовать за молодыми, мол, путь опасен, и при всей ее подвижности и здоровье лучше не рисковать. Женщина начала возражать и уверять в своей уверенности преодолеть нужное расстояние.Никита стоял - словно гром грянул над его головой. Этот голос, эти интонации. Неужели? Перед ним , спиной , стояла... Он присматривался, слушал голос. Женщина повернулась к нему.
. -" Вы...,- она запнулась на полуслове. Справилась с волнением, проглотила ком, прдкативший к горлу,- Вы поможете нам?".
. Никита кивнул машинально, не в силах произнести хоть слово. Сопровождающие ее мужчины посмотрели на Никиту, требуя подтверждения словам о помощи.
. -" Я проведу,- громко сказал он, - не беспокойтесь".
По узкой козьей тропе вереницей спускались они вниз, туда, где по камням скакала речушка, весело шумя и грозно предостерегая. Никита шел впереди, изредка оборачиваясь и глядя на спутников. Иногда женщина и он встречались взглядами, и он быстро отводил свой.Внизу, в пяти метрах над бушующим потоком , они остановились для отдыха.Все присели на камни, а женщина подошла к кромке над обрывом и не отводила взгляда от мчащихся волн. Никита подошел сзади и тихонько тронул ее за плечо. Она вздрогнула и резко повернулась, потеряла равновесие и рухнула вниз, в поток. Ее крик привёл в ужас , но только Никита, не раздумывая ни секунды прыгнул следом, прямо в поток. Женщина была неплохой пловчихой, но стихия была безразлична , она швыряла и переворачивала, била о встречные камни. Никита догнал, схватил за одежды и с силой толкал тонущую к берегу, которого не было, только скальная порода. Неожиданно на пути вырос островок из речной гальки, величиной около трех - четырех метров. Никита напряг мускулы, которые грозили вот - вот разорваться от напряжения, с последними уходящими силами он толкнул тело спасаемой на отмель, а сам унесся с потоком , молча, не издав ни единого стона.
Лену быстро нашли, она почти не пострадала, только ссадины да ушибы, да шок от пережитого двойного потрясения. Она узнала Никиту, убийцу ее семьи. Узнала, пришла в ужас, но не испугалась. Она решила не показать убийце своего страха перед ним, она уверила себя - он за ней пришел. В больнице ей все же полежать немного пришлось, а выписавшись, она снова затерялась, но перед тем, как потеряться, она зашла в церковь, покаялась в своей ненависти к убийце Никитосу, и в том, что очень хочет его простить , в ответ на поступок его, на ее спасение. Но не может она простить. Не по христиански это, но она не может.
. Если кто - либо из вас будет в Дагестане, то высоко в горах,отдельно от цивилизации, в небольшой сакле, лишь изредка посещаемой альпинистами, живет ветхий, но крепкий старик. Изредка его навещает младший брат Хасан, постоянно требующий перестать дурить и перебраться в город, но старик отвечает:
. -" Хасан, дорогой, здесь , в паре сотен метров, лежат твои родители, они же и мои. Я не хочу от них уйти, и когда умру, знаю, не бок о бок, но недалеко, поближе к ним, похороните и меня. Мне здесь хорошо, зачем же мне отсюда уходить?".
Хасан уходил, а старик шел к реке, сидел на камне и благодарил ее за то, что не убила она его, выпустила из своих объятий, выходили его горцы, и теперь он снова рядом со своими новыми, но настоящими родителями. Простим же его, пожелаем жизни, такой, какую выбрал он себе в преклонные годы. А ты , дорогой мой читатель, прости меня за то, что пишу может и плохо, но сопереживаю вместе с вами, и плачу, если плачете вы.
. ПОКА!!!
.









Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 2
© 08.10.2021г. Александр Набатов
Свидетельство о публикации: izba-2021-3171235

Рубрика произведения: Проза -> Повесть
















1