Одно лето в Аду


Одно лето в Аду
 

ОДНО ЛЕТО

В  АДУ  
 






© Виолетта Баша, «Литературная Россия», №23 (2103), 6 июня 2003

«Видный общественный деятель, редактор популярной рижской газеты, бывший член народного фронта Латвии, единственный признавший нарушение прав человека в Латвии, Алекс …», - в новостном блоке мелькнуло знакомое лицо. Не слишком изменившееся за двадцать лет.
Заброшенный, мирно дремал на полке Артюр Рембо, двадцать лет не смея напомнить о себе. Одно лето в Аду, может быть? Пожалуй, нет. Просто, одно лето в интерьере судьбы…
… Капелька крови. Прощание с Прибалтикой. Три капельки крови. Не будет русского внука у латышского «лесного брата»…
Звонок разбудил ее среди ночи. Первой ночи без неопределенности. Первой ночи, когда она уже знала ответ. Ее разбудил междугородний звонок, которого она перестала ждать.
- Нет, Алекс, не будет у тебя сына…


Любите ли вы маленькие сумрачные кафе в готическом стиле, тихие, безлюдные и таинственные, с высокими черными резными спинками средневековых, похожих на трон какой-нибудь шотландской королевы стульев. С маленькими прозрачными на просвет фарфоровыми чашечками. Со спрятанным в них озерцом крепчайшего кофе с едва заметным привкусом горьких латышских трав, отмеренных с немецкой точностью из заветной бутылки темного стекла невозмутимым сыном «лесных братьев». С крохотными пирожными на игрушечных блюдцах. С намеком на расчерченное соснами побережье, струящееся сквозь витражи всех окон. С отблеском пламени от камина на едва знакомом лице сидящего напротив сорокадвухлетнего тевтонского рыцаря, с легким латвийским акцентом читающего вам Ницше? Любите ли вы холодным шампанским запивать стынущий в дюнах размытый молочной взвесью предосеннего тумана балтийский закат? Или замотав в плед свое бледнеющее в сумерках худенькое совсем не загоревшее тело, облаченное в почти неуместный по такой погоде бикини, дрожа от непрекращающегося вторую неделю ветра, подбрасывать крошки сыра низко парящим над осокой чайкам, кричащим «спасибо» на языке, созвучном свистящему всеми своими ветреными «с» птичьему латышскому диалекту. И не смея прервать собеседника, третий час сообщающего вам под непрекращающийся ни на минуту почти беззвучный шелест песка о том, что говорил Заратустра, до голодных галлюцинаций мечтать о кусочке копченой курицы - не виданной тогдашними соотечественниками экзотической жар-птице. Да и откуда было знать этой бедолаге, что именно ей суждено стать частью нашей памяти о ранней прибалтийской осени начала восьмидесятых…


Она знала, что где-то там, на западе, у холодного моря есть чужой край с соснами, похожими на органные трубы, с холодным, сыроватым песком, усыпанным сосновыми ресницами, вечно закрадывающимся под платье, поскрипывающем на зубах. С капельками солнца под ногами, заснувшими тысячелетия назад в янтарной вечности. Край, такой непохожий на дрожащие в первые заморозки, наполненные гудками подмосковных электричек березовые перелески. На почти невесомые, едва намеченные голубоватым штрихом в начале марта поля, прячущиеся у горизонта в сырые серые сумерки. Такие по-сиротски безлюдные, с покрытыми ломкой корочкой льда лужами в ямах разбитых, бегущих по краям полей проселочных дорог. И если стать на высоком берегу реки, и смотреть на эти бескрайность и одиночество, то можно почувствовать их беззащитность. Почувствовать, насколько эти поля до нежности маленькие под грачиным, вороньим, с миражом куполов деревенских церквей небом. Нет, в том чужом краю не было такого
– до озноба, до мерзнущих на ветру пальцев, до слезящихся от долгого пристального взгляда глаз, до кома в горле – ощущения Родины.

Тот край был словно списан с литографий, на которых угадываются очертания видящей во сне века своей бурной славы и уже утихшей, умиротворенной, успокоившейся Европы. Подруги попрактичнее ругали холодное балтийское лето, какое-то невыразительное, без привкуса соли и запаха черноморских водорослей море. С его полукилометровым мелководьем, по которому, пока дойдешь до глубины, непременно посинеешь. С его прибрежными деревянными дачами, с шуршащими, нагло забирающимися в кровать мышами.



Подруги ругали этих суровых, высокомерных, неразговорчивых и непонятных латышей. Ругали и отправлялись в следующий отпуск в Сочи. Одна из них как-то подарила Эвелине необработанный янтарь в белом шелковом мешочке с изображением чайки и якоря. Эви весь январь просидела над газовой плитой, разогревая иголки, сгоравшие одна за другой, и зажав иголки щипцами, прожигала в янтарных капельках дырочки. А потом, нанизав тысячелетние сосновые слезы на леску, повесила этот закольцованный символ застывшего солнца на люстру, и до утра, разглядывая его мерцание, была абсолютно счастлива. С тех пор она не снимала янтарное ожерелье, струившееся, стекая с шеи вниз, до талии и еще чуть ниже. Эти бусы казалось, знали тайну, что-то такое, что должно произойти скоро, может быть, грядущим летом. Они словно звали ее на свою родину, и Эви гладила их, смотрела, как сквозь них становятся ярче лучи скупого зимнего московского солнца.
Весной у Эви появился новый алый купальник, туфли на высоком каблуке и темно коричневое, слишком мрачное даже для хмурого балтийского пляжа, длинное, летящее, застегивающееся спереди на золотистые металлические пуговицы платье.
В середине августа рижский поезд весело выстукивал что-то из рижских напевов, что-то вроде «ти- ба – да – бу –дам» интонациями
Лаймы Вайкуле.



Не безнадежный и поэтому красивый в своей тщетности рывок готических шпилей в вечность, не чакона Баха в четвертом ряду от органа Домского собора, а мокрый песок побережья удивил ее чудесным свойством путать и растворять в задумчивости века. Он легонько поскрипывал, почти не рассыпаясь, и то, что по нему можно было идти на шпильках, на полкаблука утопая и от этого пружиня, казалось чудом. Надо было только аккуратно ступать на носки…

Эви шла километр за километр по юрмальскому Бродвею, оставляя шпильками ниточку следов на песке…
Темно коричневый парус ее расстегнутого платья развевался по ветру, обнажая
алое пятно купальника.
Эви не заметила, когда он появился, но километра два он шел за ней, отстав на пару шагов, худой мужчина лет сорока.
- Море бледнее неба, поэтому горизонта совсем не видно, - заговорил он.
- Лорелея?
- Эвелина, - поправила она.
- Прекрасная праправнучка немецких рыцарей на балтийской земле…
- Нет, я русская. Мама – переводчица с немецкого. Поэтому - Эви.
- Конечно, Эви. Именно это я и хотел сказать. Вы филолог из Москвы и вам двадцать пять. И вы не любите Цветаеву.
- Да.
- Вы, конечно, любили Цветаеву, но давно. Вам кажется, что ее надрыв неприличен.
- Да.
- А теперь вы предпочитаете Ахматову.
- Да.
- Светает, от твоих волос светает…
- Петра Вегина я тоже люблю. Но я не филолог, математик. И мне двадцать восемь, мессир…
- Алекс, меня зовут Алекс.
Эви шла впереди спутника, не замедляя шаг, и не заметила, как он, резко свернув в сторону, скрылся в соснах.
На следующий день, когда Эви вновь шла по песку, Алекс появился вновь и снова шел следом за ней километр за километром, отстав шага на два.
Она остановилась. Он улыбнулся.
- Снова я, ваш мессир, Лорелея… Москвичка….
В его улыбке не было веселья. Усталость, не сиюминутная, многолетняя.
Ей стало жаль его, но что-то в нем пугало ее.
В руках Алекса был томик Ницше. Они сели на сухую траву, сбегавшую от сосен к дюнам, и Эви, пропуская санаторский ужин, как завороженная вот уже второй час слушала, а Алекс читал. Вдруг он поглядел на Эви и сказал: «На сегодня хватит! А завтра - китайская поэзия девятого века».
«Ну, нет! Только этого мне не хватало!» - подумала Эви, решив поехать с утра в Ригу.



Утром Алекс уже ждал ее на выходе из столовой…
- А где же Конфуций? - Спросила Эви, не обнаружив у Алекса томика в руках.
- Сегодня будет дождь и Бах…
Эви не успела ничего возразить, как оказалась под одним зонтом с Алексом. Кажется, уже секунд пять небо намекало на дождь, и вдруг выплеснуло все, что сутки собирало в небе над Балтикой. К станции они подошли промокшие до нитки…
В окна электрички вплывали то темные ельники с черничными полянами, то аккуратные дачи за раскрашенными в веселые тона заборчиками без единой вывернутой, как в какой-нибудь родной курской области, доски, то станции с названиями, звучавшими как таинственные заклинания. Алекс рассказывал, Эви слушала. Он не филолог, медик. Десять лет как развелся, жена не дает ему встречаться со взрослой дочерью. Вот там, у станции Булдури, домик Алекса. Эви заметила старика, выходившего из калитки и направлявшегося в сторону леса.
- Отец, - Алекс перехватил взгляд Эви. – Уж лес-то он знает. Воевал в этих краях…
Алекс так произнес эту фразу, что Эви напряглась. Но переспрашивать не стала. Когда электричка подплыла к рижскому перрону, вовсю светило солнышко.

Эви давно потеряла счет улочкам и проходам, сбегавшим куда-то лестницам и маленьким, в одну скамейку, скверикам, и уже ни за что бы не нашла дороги к электричке без Алекса. Она делала вид, что рассматривает обрушившийся на нее поток образов и откровений, но тайком рассматривала Алекса, и никак не могла заставить себя отвести от его лица взгляд. «Тевтонский рыцарь», окрестила она его, хотя и представления не имела, как должен выглядеть тевтонский рыцарь, и почему именно тевтонский. Откуда пришло это слово, само собой возникшее в памяти, словно когда-то она уже знала Алекса, когда-то, века два назад, и, может быть, в том времени любила его. Одно она знала точно, таких лиц в Москве не встретишь. Худое, мрачное, пожалуй, слишком загорелое для этого края, оно было словно выведено художником в дополнение к каменным домам, шпилям соборов, узким улочкам, к брусчатке, к спускам в три ступеньки в таинственный полумрак кофеюшен. «Кафеюшни» - это его словечко надолго войдет в ее лексикон. Изредка отрывая взгляд от этого лица, она старалась подольше задержать его то на витрине ателье, за стеклом которой улыбался счастливый манекен в атласном подвенечном платье и гипюровых перчатках по локоть, то на лоскутах неба в пространстве между черепичными крышами. Взгляд ее балансировал на грани приличия, но то и дело соскальзывал на вызывавшее озноб лицо. Да нет, это не многолетняя усталость. Другое, сдерживаемое, подспудное, отчего хотелось немедленно спасаться бегством, или … обнять Алекса.
Они бродили третий час, Эви не раз прокляла тот момент, когда решила надеть туфли на высоком каблуке, и, наконец, сказала:
- Все, устала от вашей брусчатки!
И они сели на первую попавшуюся скамейку.
- Смотри, как порхают рижанки! На шпильках, не касаясь земли.
Эви промолчала. Она разглядывала огромный, разросшийся в пол-окна куст герани на подоконнике окна на первом этаже дома напротив, когда прямо из-за куста возник из полумрака комнаты – почему–то без всяких намеков на наличие хозяина, словно один в этой комнате и жил – черный дог.
- Какой красивый! - Эви подумала, что до собаки - метра три, которые вот этот самый, такой же красивый как Алекс и такой же опасный самец преодолеет в несколько прыжков. Внезапно она прижалась к Алексу. Его замечание поразило ее настолько, что она точно помнила его спустя двадцать лет:
- Не люби его - люби меня!



Вечером, когда они ехали последней электричкой на побережье, Эви еще купалась в водопадах токаты Баха, волнами заполнявшего Домский собор, заигравшего бликами в витражах высоких окон. Плыла зачарованной девочкой среди страшных образов - то ли безнадежности и неуловимости мгновений счастья, то ли тени непонятной, пугающей вечности, с ее ошеломляющей неизбежностью смерти, ощущением, настигшем ее прямо здесь, в четвертом ряду от органа, сантиметрах в двадцати от этого невероятного, сошедшего со средневековой фрески Алекса. Озноб. Он начинался где-то у затылка, волной сбегал вниз, до пальцев ног, чтобы снова защекотать завиток волос у затылка.
В санаторий идти было поздно, они сошли на станции Булдури.

В комнате горел ночник, на тумбочке у кровати стояла почти полная бутылка коньяка. Эви подташнивало – за весь день десяток чашек кофе с бальзамом и одно пирожное, согласитесь, маловато для того, чтобы заглушить лихорадочный озноб. Алекс пил коньяк из бутылки, Эви выскочила на крыльцо. В дальних кустах у изгороди ее начало рвать. Когда она пришла в себя, увидела старика, стоявшего неподалеку с фонариком в руке. Он взял ее под руку, довел до комнаты Алекса и прикрыл за ней дверь. Голова кружилась, в потемках она нащупала кровать, присела, и потеряла сознание. Очнулась она в объятьях Алекса.
Вы никогда не запивали таблетку нитроглицерина коньяком? Как он догадался? Ее больше не тошнило, но головокружение…Оно подступало волнами, казалось, что потолок наклоняется, и тени сосен, освещенных фонарем у станции, плывут от двери к кровати. Всю ночь в окно стучал ветер, и домик скрипел, жаловался и постанывал от его напористого любопытства.
Утром старик принес им кофе с молоком и ломтики сыра. Он что-то резко говорил по-латышски, Алекс отвечал односложно и сердито. Больше старика Эви не видела, и в домике у станции не была.

Алекс появлялся и исчезал неожиданно. Он то подкарауливал ее у выхода из столовой, то ловил на дорожке к морю, то находил на пляже. Они уходили в дюны, далеко, туда, где не было людей, устраивали там свой маленький мирок на подстилке между камышами и песочными замками, Алекс как всегда приносил сыр и какую-нибудь книгу. Он читал часами то Конфуция, то Пруста, то стихи по-латышски. Эви грызла сыр, слушала мелодию латышского языка, и, кажется, начинала понимать.
Как-то он заметил мурашки на ее теле, и завернул ее как ребенка в плед. Перед закатом чайки садились на песок очень близко от них. Алекс научил ее подбрасывать кусочки сыра, чайки взлетали и ловили их на лету. Эви голодала, забывая про санаторские обеды и ужины, и однажды просто подпрыгнула и пискнула, подражая чайкам, а потом поймала один из кусочков сыра, подброшенных Алексом. Он усмехнулся и повел ее в сторону маленького магазинчика среди дач на удаленной улочке, где не было ни одного отдыхающего. Они купили копченую курицу, и Эви с наслаждением, отрывая ее маленькими кусками, поглощала эту экзотику, а Алекс запивал коньяком захватывающее зрелище едва ли не мурлыкавшей от удовольствия женщины, жадно поглощавшей добычу мужчины-охотника. В санаторий они шли лесной тропкой, и Эви вновь стала бояться Алекса.


- Боишься, Лорелея? Москвичка, я бы мог…- Алекс странно на нее посмотрел. – Все, что я мог бы с тобой сделать, я уже сделал с тобой.
Эви покраснела. Озноб, охвативший ее, был совсем иным, чем прежде. Она не могла забыть то, что рассказала ей соседка по номеру Татьяна: «лесные братья» изнасиловали и убили ее мать. Так они расправлялись с женами русских офицеров после войны…

Однажды он принес ей подстрочник стихов Мары Залите , и Эви в тот же вечер занялась переводом:

Задумчивая Рига смотрит в ночь,
Усталый лоб снежинкам подставляя,
И нежные ладони усмиряют
Ее тревогу…

Эви пыталась представить Ригу, утонувшую в снегопаде, два силуэта в неслучившейся еще метели, промельк герани в снежном водовороте на подоконнике первого этажа, черного дога, которого нельзя было любить больше, чем Алекса. Тревога? Вот слово, которое она искала, скрытая тайнопись лица Алекса.

На низеньком окне горит герань,
Как на плебее царственная тога…

Ночью ей снились три ступеньки вниз, в полуподвал кафеюшни, Алекс с книгой Ницше в руке, в наручниках и в белоснежной тоге. И отец Алекса с автоматом, бредущий по лесу у станции Булдури.

Снег ворожит и рану усмиряет.
Пройди сквозь боль, пройди, ведь эта ночь
Рождественская, тихая, святая…

Соседка Эви, сорокадвухлетняя и одинокая с виду такая суровая майор Татьяна, сотрудница женской колонии, после недели ночных разговоров оказалась обыкновенной добродушной русской бабой, завела курортный роман и больше не показывалась, оставив на память о себе конфискованный в колонии «смертельный номер» - кипятильник из двух бритв. Алекс перестал ловить Эви на тропинках по дороге к морю. Он будил ее по утрам, если ей все-таки удавалось заснуть в его объятьях. А однажды, когда шел дождь, и они остались сидеть на балконе, она все-таки рассказала ему свой сон про отца Алекса, бредущего между елями с автоматом.
- А он и бродил здесь с автоматом, - хмыкнул Алекс, - «лесной брат», как-никак! А потом бродил по тайге. С охотничьим ружьем. На поселении после лагерей.
- Я ведь не поеду жить в Москву, - вдруг сказал Алекс. - А ты не захочешь жить в Риге.
«Пожалуй», - подумала Эви.
- А о чем вы говорили в то утро с отцом? – Эви казалось, что она должна в чем-то оправдаться перед стариком, но вины не чувствовала.
- Вот об этом и говорили. Отец спрашивал, русская ли ты. Сначала он принял тебя за латышку. Твои длинные светлые волосы, понимаешь…

В то утро на пляже было безлюдно, второй день моросил безутешный мелкий дождь. Детские качели в дюнах. Загорелая рука не вписывается в серый тон осеннего дождя, загорелая рука Алекса.
Вверх, вниз, летят качели, вверх, вниз.
- Еще! – Эви смеется, мокрые волосы липнут к ее лицу. – Сильнее, сильнее!
Алекс раскачивает детские качели, Эви отпускает руки, разводит их в стороны.
- С ума сошла! – Алекс тормозит качели, обнимая Эви.
– Я придумал, я тебя удочерю, малышка. Лорелея. И твоего ребенка. Ты хоть сообщишь, кто родится, мальчик или девочка?
- Я об этом как-то не подумала… - смеется Эви. –… лесной брат!



До нее очень медленно и предельно ясно стало доходить, что она и вправду об этом не подумала. Ей было почти все равно. Стоит ли думать об этом в последний, в мелких барашках на море, в мелкой зыби на мокром песке, моросящий мелким дождиком невероятный день ее невероятного отпуска?
… - Ну вот и все, моя опека над тобой закончилась.
Эви сдает сумку в багаж. Очередь движется к паспортному контролю.
- Я приготовил тебе подарок.
- В руках Алекса книга.
- – Все думал, что подарить, Фета или Рембо? Угадай, что я принес?
Эви пытается подглядеть, но Алекс прикрывает название рукой.
- «Однажды вечером я посадил красоту себе на колени, и нашел ее горькой»…
- Я так и знал…
- Да. Одно лето …
- … в Аду?
- «Одно лето в Аду».
… «…единственный признавший нарушение прав человека в Латвии, Алекс …», - в новостном блоке мелькнуло знакомое лицо. Не слишком изменившееся за двадцать лет. Эви набрала латвийский номер… Пулеметная очередь прерывистых гудков перенесла ее в прошлое…

- Эви?!
- Татьяна? Как вы?
- …Отца хотели судить за то, что он воевал с лесными братьями. Помнишь Алекса? Если бы ни он, отца уже не было бы в живых, с его сердцем в тюрьме он бы долго не протянул… А Алекса уволили из газеты…
Эви взяла с полки томик Рембо…
«Однажды вечером я посадил Красоту себе на колени, и нашел ее горькой. И я нанес оскорбление. Я ополчился на Справедливость. Ударился в бегство. Мне удалось изгнать из своего сознания всяческую человеческую надежду. Радуясь, что можно ее задушить, я глухо подпрыгивал, подобно дикому зверю. Все бедствия я призывал, чтобы задохнуться в песках и крови. Несчастье стало моим божеством. Я валялся в грязи. Обсыхал на ветру преступления. Шутки шутил с безумием. Однако, совсем недавно, обнаружив, что я нахожусь на грани последнего хрипа, я ключ решил отыскать от старого пиршества. Этот ключ – милосердие».

© «Литературная Россия», 2003

Муз. фон - "Вернисаж", Раймонд Паулс, исп. Лайма Вайкуле





Рейтинг работы: 1327
Количество рецензий: 59
Количество сообщений: 65
Количество просмотров: 10271
© 18.02.2008 Виолетта Баша
Свидетельство о публикации: izba-2008-3164

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Вячеслав Коровьев       16.08.2018   23:59:56
Отзыв:   положительный
Не могу отделаться от ощущения, что читаю классику. Уровня Набокова, Чехова или Пелевина. Впрочем, Пелевин мне нравится меньше. Он на любителя. Безусловно изумительное владение языком, тонкая и умная драматургия, грани бриллиантовые готики и русской традиции.

Пламенеющая готика органных готических соборов, миражи восприятия, и три эпохи двадцатого века...

Блестяще

Рембо…
«Однажды вечером я посадил Красоту себе на колени, и нашел ее горькой. И я нанес оскорбление. Я ополчился на Справедливость. Ударился в бегство. Мне удалось изгнать из своего сознания всяческую человеческую надежду. Радуясь, что можно ее задушить, я глухо подпрыгивал, подобно дикому зверю. Все бедствия я призывал, чтобы задохнуться в песках и крови. Несчастье стало моим божеством. Я валялся в грязи. Обсыхал на ветру преступления. Шутки шутил с безумием. Однако, совсем недавно, обнаружив, что я нахожусь на грани последнего хрипа, я ключ решил отыскать от старого пиршества. Этот ключ – милосердие».
Виолетта Баша       17.08.2018   02:56:33

Не могу отделаться от ощущения, что я читаю классика лит. критики, возможно, Льва Аннинского. Извините за добрую как бы шутку.
Я действительно люблю Набокова, и вы не первый, кто заметил близость стиля моего рассказа и Набоковских. Но есть и отличия. Пелевин далеко, Чехов еще дальше.

С признательностью и восхищенным изумлением от вашего уровня всех ( а не только этого ) комментариев.


Patriot Хренов       28.05.2018   23:51:04
Отзыв:   положительный
В январе мы схоронили моего друга.
Из Риги их семья переехала в Волгоград то ли тогда, когда он должен был пойти в заключительный класс средней школы, то ли сразу после окончания оной.
По воспитанию он был скорее латыш, нежели русский. Быть может потому, что из всех своих дедов-бабок он видел-знал лишь мать своей матери -- латышку. Быть может, в противовес земному, он выбрал не католицизм, а православие...
И вот это именно он объяснил мне, что чакона (исп. chacona, итал. ciaccona) — изначально средневековый танец карнавального характера.

Ещё помню "предбанник" Рижского домского собора.
Просто мы с отцом опоздали на концерт: оно у нас в туристической карте не значилось, а отец мой мечтал услышать орган.
До того мы были в Москве. И нам тоже никак никто не мог объяснить, как пройти к Третьяковской галерее. Так что когда в Риге нам никто никак не мог объяснить, как найти домский собор -- мы уже не обижались.
Но мы таки успели купить билет и войти в предбанник. Две или три хрущёбских кухни в один ряд. С одной стороны -- окна. С другой стены. И никаких скамеек. Но тут заиграл орган. Он проникал повсюду. Весь собор резонировал -- не говоря уж о наших бренных...
На второе отделение мы вошли внутрь. Оказалось, наши места -- на балкончике. А тут звук был ещё проникновеннее...
Риги я почти не помню.
Безусловно остались в памяти прекрасные плюшки-булочки с киселём из ревеня со взбитыми сливками... Ещё бар или пивная в полуподвале слева от собора... Но это всё...

А ещё помню, как мой отец -- после некоторого совместного возлияния с немцами, австрийцами и итальянцами -- вдруг взгоношился: "А не видали ли вы, друзья наши западные, такого великого чуда здешней природы как Эльтон?
-- Нет, не видили...
-- Так поехали!!!
И поехали.
А уже на Эльтоне мой отец подмигнул остальным русским водилам и заявил немчуре:
-- Вода в радиаторе вскипела. Придётся вечера ждать...
Объясняю дислокацию: водку все вместе начали пить ещё в 15 часов дня предыдущего. Потом вдруг поехали к Эльтону. В 10-м часу дня (или ещё утра?) "вода закипела"... ага.
Вокруг -- степь. Тень -- только от машин... А рядом -- целое море воды. Только каждая волна этой воды оставляет на берегу солёную рапу... И плюс 43 в 10 часов утра. Напомню -- водку начинали пить все -- в 15 часов предыдущего дня.
А мой отец накрыл кепкой глаза и заснул до вечера.
И лишь когда солнце скрылось за горизонтом, проснулся: -- О! теперь вода не закипит... Поехали обратно...
Все наши русские готовы были отца убить. Про немчуру -- не знаю, не в курсе.
Но уже поздней ночью в Волгограде -- высаживая пассажиров -- отец сказал им:
-- Был я в вашей Европе. Орган слушал. Чакона Баха -- о! Одного не понял: зачем вы вот сюда полезли? И опять вон шебуршитесь... Вам мало было Сталинграда? Давайте лучше слушать Баха!..

От себя добавлю:
-- А чужой земли нам не надо! Из Парижа ушли. Из Берлина ушли. Из Варшавы ушли. Из Риги, Вены, Таллина, Кракова -- спасённого такими жертвами наших солдат -- УШЛИ!!! Нам и здесь работы хватит -- вода вот-вот вскипит, пора веники заготавливать...


И всё же вставлю тут ещё одно воспоминание.
Буфет в ночном Витебском вокзале Питера.
Парочка. Любви до ненависти... или наоборот.
Пьяна она.
А я -- голодный. И всех забот у меня -- так рассчитать оставшиеся лицейские рулеты и пирожки с мясом, что б мне достался хоть один из них.
Она:
-- Никто не просил вас делать эту революцию.
Он:
-- После того, как моему новорождённому деду крыса отгрызла нос, его надо было не просить, а останавливать. Кстати! Заметь! С тех пор крыс не стало меньше. Зато теперь никто не живёт в подвалах.
Она:
-- Никто не просил вас морить голодом людей в блокаде!
Он:
-- А вот это -- да. Но заметь, и блокаду Ленинграда устраивать -- тоже никто не просил.
-- Да если бы не вы...
Тут ваш покорный слегка упустил композицию фактов, поелику на буфет нахлынул целый табор беременных цыганок с пятью младенцами на каждой конечности -- и все надежды Вашего покорного хоть чем-нибудь поддержать свои бренные потуги помыслить о вечно сталииспаряться со скоротью сета... но тут оказалось, что смертельно голодные цыганки со всеми своими накладными ртами оголтело брезгают лицейскими рулетами и уж тем более любыми пирожками хоть с каким-нибудь начинком -- им нужны были шашлыки, коих тут не наблюдалось...
И Ваш покорный восторженно вернулся к отслеживанию перипетий пересечений и разного прочего...
Короче...
-- Вас никто не просил! -- уже практически ОРЁТ Она.
-- Не могу не согласиться на этот раз... -- отвечает он вот с тем затиханием громкости, которое так похоже на отлив океанских волн от берега перед приходом цунами... -- Нет! НИЧЕГО НЕ НАДО ГРЕТЬ!!! --изо всех сил тихо говорит Он буфетчице. -- Пусть подавится холодным!.. Пойдём домой, дорогая...
-- Вас никто не просил!!!..
-- И если бы нет, -- или да? -- то ты бы не работала сейчас проституткой, а я бы не заканчивал второе высшее.
-- Ты возьмёшь меня замуж?
-- Рулеты будешь брать или здесь оставишь? Мы -- ко мне или ко мне?..
-- К тебе не хочу -- тебя Жужа ревнует...
-- Тогда -- к тебе?
-- Ну... а что с той Жужей? Она же тоже -- женщина... Слушай! ты её накажи: она мне вчера лифчик порвала, а ты знаешь, сколько он стоит?..


И всё же ещё одно воспоминание из Риги...
Мальчик. Лет семи. В этой кепочке, курточке, с галстучком, в гетрах и этих, как их? в бриджах! с хлястиками и пуговками на обрезе штанин...
Гонит прутиком кораблик по городскому каналу. Вода не течёт. Ветер не дует. Мальчику насрать и на Гитлера, и на Сталина, и на -- кто там сейчас? -- ветер не дует, вода не течёт... А я смотрю на него и вспоминаю фильм "Город мастеров"...


Простите уж, душа моя!
Просто вот уже почти полгода прошло, а я всё никак не могу простить моему другу, что он умер...
А вот от меня -- хрен дождёшься, что б я сдался!


И ещё раз, Виолетта Баша, по ходу, я уже не первый раз Вас мучаю своим потоком сознания...
Ну!.. извините!! а вот не ковыряй больного, ага!!!


Спасибо!
Виолетта Баша       29.05.2018   04:09:13

Мучайте, читала с интересом, классный поток сознания, пишите рассказ!
Patriot Хренов       06.06.2018   19:42:56

В смысле?
Вы -- чё?
Не испугались?..
А я так старался...


Ну тогда ещё добавлю.

Саласпилс.
Так получилось, что мне довелось ещё школьником с разницей в несколько дней посетить Пискарёвку, Саласпилс, Максимку и Вертячий.
Сперва -- Максимка. Это железнодорожная станция под Волгоградом, который в прошлой жизни был Сталинградом. В то время, когда мне довелось побывать на Максимке, это была база каких-то войск и сплошные садоводческие товарищества.
(В скобочках. Всю жизнь тупо туплю при заявлениях о лени русских. А потом просто говорю -- приезжайте к нам под Волгоград -- в эту степь. И посмотрите, КАКИЕ САДЫ развели там эти ленивые русские -- это вам не Австрия, где палку в землю воткни, и уж тем более не Украина, с её нежнейшими реками и черноземом... Помню, как я в детстве дивился тому, как травка мягко уходит под воду на реке Псёл -- дело было в Сумах. А у нас -- буераки, где ... раки. Мой друг -- у мню их много -- мой друг не может есть раков. Потому что в детстве видел, как раки обгладывают утонувшую лошадь. Ну да... весна у нас дикая. И утопшие животные -- вполне нормальное явление. Но продолжим... Приезжайте к нам под Волгоград в августе, когда суслики от жары и засухи дохнут, а мы тут СА-А-АДЫ, надь, разводим. А зимы? Спросите тех немцев, какие зимы у нас под Сталинградом -- а мы тут сады разводим -- алкаши ленивые... Но это -- в скобочках.)
Так вот попал я на Максимку. Чёрных копателей знаете? Так вот. На Максимке, в Городище, в Гумраке не надо быть черным копателем -- купи кусок земли и начни его возделывать -- замаешься от "железа" избавляться. Так вот попал я на Максимку. Ещё будучи школьником. К друзьям моих родителей на дачу. А у них на заднем дворе пирамидки из человеческих костей, касок и прочей амуниции сложены... Так тут ведь большой концлагерь был, -- объяснили мне. -- Да и бои не слабые были...
-- Какой концлагерь?! -- поинтересовался Ваш покорный.
-- Знаешь, -- ответили мне. -- До сих пор идут споры, какой концлагерь описал Константин Симонов в своём романе -- наш или Вертячевский?
Во-о-от...
А в Вертячем всё ещё смешнее.
Если в Максимке -- там хот какая-то военная часть в то время стояла, то в Вертячем просто возделывали картошку. После полой воды все берега оврагов кажный год усеяны костями... Там же ж ещё и бои были тож офигенные...
И вот меня напрягало то, что у нас в Волгоградской области все эти следы боёв были как бы само собой, и каждый год кто-то из школьников у нас взрывался на следах бывших боёв... И как-то всё это...
А тут -- Пискарёвка. И холмики с обозначением -- нет! не фамилий, не даже количества захороненных, -- а просто года... Холмик и -- год. И ещё один холмик, а год всё тот же... А потом ещё один...
И тут ч понял и простил ТО, что у нас в Волгоградской области почти нет специальных мемориалов на месте гибели людей... А просто если такие мемориалы и ставить, то у нас не останется свободной земли.
А потом -- Саласпилс.
И вот эта сдержанность мемориала меня реально потрясла.
То есть я был к ней АБСОЛЮТНО готов -- ведь я родился под Сталинградом, среди этих степей, где и до сих пор каждой весной самой природой открываются чьи-то могилы...
Мне так понравился монумент на месте детского барака. И свежие цветы на нём...


И знаете, что я понял?

МЫ ВСЕГДА ГОТОВЫ ПРОСТИТЬ!

Мы. Те, кто такой безмерной кровью заплатил за эту ночую жизнь, -- мы всегда готовы простить.

Простить в НАДЕЖДЕ, что мир образумится, и НИКОГДА НИЧЕГО подобного не повторится...


И что теперь?

Ладно, ладно, ладно...

Проехал я этой Европы... Хорошо. Реально хорошо. И помню ту тоску, что мне никак не хотелось возвращаться к своим сусликам... но и не вернуться к ним я никак не мог.

Понимаете, мы -- русские.
Одни -- захватывают земли. И тем реализуют своё предназначение. Другие кладут на эту землю камни и воспаряют к всеобъемлещему... И тем реализуют таки уже своё предназначение.
А мы, сука, ПОДНИМАЕМ землю...
Вернусь к Вертячему. Там супесь. Кроме картоки практически ничего не растёт. НО!.. С нашим засушливым и жарким летом картошка вырождается за два поколения... И? Откапываем кости своих предков, откладываем их в сторонку и... выводим новые сорта картошки.

Некоторые народы напоминают мне насекомых.
Вот тараканы бегают повсюду и всё жрут.
А термиты вгрызаются в одну дырочку дерева и не уйдут никуда до тех пор, пока не сгрызут всё дерево.
А вот муравьи и гусениц собирают, и тащат их на стол, и разной падалью не брезгают, хотя и тлю, сука, разводят, да и расселяют её, да ещё и от разных там хищников охраняют. Одним словом, обиходуют в силу своего разумения ту землю, которой владеют... Во-о-от... И, кстати! трогать их муравейник не советую...
Эк меня унесло от Пискарёвки да Саласпилса...
Да лана!...
Нет?


КСТАТИ!!!
Давно хотел выложить сюда что-нить эдакое...
Ну вот с Вашей подачи выложу мелкое, но очень любимое "Вот ведь гад!"


Эх! и таки когда-нить соберусь да таки и съезжу-таки вновь к Домскому органу...
Ой! вот только вот не спрашивайте меня про орган в Санкт-Петербургской филармонии и уж теп более про орган Волгоградской филармонии -- та я Вас умоляю!!
А то я Вам отвечу -- да по Шнуру мороз!..

Чмоки-чмоки...
Ренат Х. Нуруллин       11.09.2017   07:25:21
Отзыв:   положительный
Изящно!

Виолетта Баша       12.09.2017   01:11:34

Спасибо, Ренат!
Ди.Вано       13.06.2017   12:40:48
Отзыв:   положительный
Читаю и слышу орган...
Он имеет особое звучание в Домском соборе...
И ощущаю набежавшую волну...,прощания с морем ..
Так зримо передана атмосфера Рижского взморья.
Рига...это мой город детства и юности..
Но это фон.
В в глубине проблема...
потомок лесных братьев..."бывший член народного фронта Латвии, единственный признавший нарушение прав человека в Латвии".... прочитана и понята история...
Как жаль, что не многими....
Весь образ Алекса...глубок и внутренне богат.
Время , которое нас разъединило, бессильно вычеркнуть из сердца память о латышских друзьях, о чудесном крае ...
Вспомнилось несколько строк из стихотворения В.Рождественского-
"Сосны Райниса":
И, в дюны впиваясь пятой узловатой,
Как мачты тугие, гудя в высоте,
Несут они берег — свой парус косматый —
К бессонному солнцу и вечной мечте.
Так хочется верить...к мечте о мире...
Признательна.
С уважением
Д.
Виолетта Баша       13.06.2017   15:42:05

Во-первых, большущее спасибо за прочтение и очень глубокий комментарий.
Рассказ от части автобиографичен. Но он - не документальная проза, это художественный вымысел по мотивам. Один Алекс - знаменитый ведущий "Балтийского маяка" на радио "Свобода" и второй муж одной моей университетской подруги - Алекс Григорьев. Ситуация с ним - документальна. Сторонник независимости Латвии в советские 1990-е годы, он поменял мнение после того, как начался аппартеид по сути русского населения, а сам он полукровка. Он был главным редактором русскоязычной газеты Латвии, и лишился должности. опубликовав статью от главреда - о ущемлении прав "неграждан", причем в тот момент, когда кто-то из ведущих европейских политиков был с визитом в Латвии.

Второй герой - лирический - это тоже реальный человек, с кем я познакомилась в 1982 году, и его отец действительно был "лесным братом". Соседка по номеру - реальная служащая женской колонии и ее рассказ о зверствах лесных братьев, убивавших жен красноармейцев - это я слышала самаи он врезался мне в память.
И последнее - Алекс дал мне подстрочник Мары Залите и ее пробовала ( нет зная латышского языка) ее переводить. Это было еще в первой половине 1980-х, когда эта семейная пара жила в Москве, в главном здании МГУ, оба - филологи, Майка и Алекс. Она сейчас научной сотрудник Библиотеки имени Ленина, он - живет в Латвии и они в разводе. Но тогда я запомнила наши разговоры о судьбе Латвии.
Ди.Вано       13.06.2017   16:46:40

Спасибо.
Интересные дополнения.
Лариса Калинина       08.05.2017   09:30:59
Отзыв:   положительный
Не первый раз перечитываю Ваш, Виолетта, удивительной силы и красоты рассказ. Равный по емкости и смыслу целому роману. Впервые за многие годы нашла прозу, которая подарила мне яркую и ясную картину мест, где утонул, спасая русскую туристку, друг моей юности Ян (студент консерватории и скрипач камерного оркестра Риги)
С благодарностью и уважением Лариса Калинина
С праздником!
Виолетта Баша       08.05.2017   12:23:03

Большое спасибо, Лариса. Мне дорог ваш отклик.
Мария ...       05.12.2015   11:27:56
Отзыв:   положительный
Спасибо тебе Виола, за раздумья в дюнах, за Пруста, за ключик от Рембо, за твой талант, за то, что ты есть.
Виолетта Баша       05.12.2015   15:18:38

спасибо, Мариша... вчера была в пустом родительском доме... и опять умираю от тоски
Мария ...       26.12.2015   18:40:58

Виола, нашла обещанное стихотворение о русских колокольчиках.
Здесь следы и Башлачёва, и того, кто позже был.

https://www.chitalnya.ru/work/1333590/
Сергей Маслов       03.12.2015   22:31:23
Отзыв:   положительный
Это не просто рассказ, это гораздо больше - свиток истин и эмоций! Браво!
Виолетта Баша       03.12.2015   23:30:44

Сережа, дорогой,большое спасибо за отклик. Так все и есть.
Денис-3       19.12.2014   22:26:20
Отзыв:   положительный
Все замечательно! Виолетта, Вы не просто мастер прозы, Вы наша гордость!
Виолетта Баша       30.12.2014   18:59:44

Спасибо
Иля       03.05.2014   13:20:32
Отзыв:   положительный
Спасибо за прекрасный рассказ!
Виолетта Баша       20.05.2014   06:36:57

Благодарю
(ёлка) Галина Шубарина       04.04.2014   16:19:27
Отзыв:   положительный
Здравствуйте! Я уже не первый раз попадаю на Вашу прозу. Одна беда - не люблю читать в компьютере, люблю держать в руках книгу и слушать шорох переворачиваемых страниц... Но тут всё же пересилила себя и прочитала...Как же в памяти всколыхнулись немедленно и мои воспоминания о пребывании в Прибалтике, и Рига с её уютными кафешками, и наше путешествие (мы с мужем там были на гастролях и поехали на машине)по косе в Калиниград, как покупали копченых угрей...В ТО время как-то не задумывались совсем (во всяком случае мы с мужем) ни о каких "лесных братьях".. была просто ЖИЗНЬ, просто всё здорово и, казалось ТАК будет ВСЕГДА.... И сегодня читая Ваш рассказ, я, уже с высоты своих лет, понимаю намного больше, чем тогда в нашем щенячьем возрасте, когда казалось, что весь мир у ног... Вы смогли опять окунуть меня именно туда, в то время! Чччерт! Ностальгия - это болезнь и очень тяжелая и у старшего поколения ностальгия по СССР будет до конца дней!Как все исчезло мгновенно, как будто и не было никогда, только … магма остывающей памяти… Не много бурлит время от времени, выталкивая наружу то, что все еще теплится внутри… Создавая для окружающих иллюзию жизни.. СПАСИБО ВАМ.
Сергей Сергеевич Афанасьев       25.03.2014   14:14:46
Отзыв:   положительный
На самом деле, такую прозу я редко читаю, так как не имею к таковой предпочтения... но! У вам удалось сделать красивое описание, в сущности банальных моментов которыми страдают многие - погружаясь в атмосыеру кофе, маленьких улочек, взморья... вам удалось
Виолетта Баша       26.03.2014   03:28:20

Вам удалось , прочитав рассказ, не понять ровно ничего. Вам удалось.
Сергей Сергеевич Афанасьев       26.03.2014   09:48:05

Зря обиделись - я все понял, просто не моя история... написано мало того - проникновенно, но меня приятно удивили моменты описания, ведь без создания атмосферы - история становится менее пронзительной... просто не моя история, но она нужная для других читателей. С уважением, Виолетта.
Людмила Ойкина       13.01.2014   18:25:23
Отзыв:   положительный
Рассказ заставляет задуматься и поразмыслить вместе с автором.
Виолетта Баша       15.01.2014   07:06:35

Спасибо за отклик.
Сандра Шварца       31.12.2013   14:51:43
Отзыв:   положительный
Сказать, что я потрясена, это значит ничего не сказать... Такое пронзительное и яркое произведение. Такой взгляд на мою Родину - это для меня откровение. Не могла уйти, не оставив отклика, но теперь, начав писать, не нахожу слов. Хочется оправдаться (за что?), убеждать (в чем?), сказать спасибо - вот, это, пожалуй, ясно! Спасибо Вам за прощение, за снисхождение, за милосердие!
С уважением,
Сандра.
Виолетта Баша       01.01.2014   11:32:09

Прочитав ваш отклик, я стала перечитывать заново мой рассказ.
И снова окунулась в вихрь и водоворот того, что стало прологом его написания.

Ни один рассказ я не писала так, пять лет, день в день, пять лет по крупице, по штриху, по строчке.

Не знаю, что это было, но знаю, какая у него музыка. Это моя любовь к Балтике, и это главное. И это моя Эви и другая любовь - к России. И Алекс, и Эви были в моей жизни, Эви это немного я, но не совсем, Алекс - их два. Прототип одного Григорьев, "Балтийский Маяк", радио "Свобода", в череде жен у которого была моя университетская подруга из нашего МГУшного братства 80-х.
Но был и тевтонский рыцарь, и все, описанное в рассказе, реально произошло, и каждое свидание с латышами - как перелом в мировоззрении, робкая попытка понять и полюбить- в море обид. Кусок жизни.

Ваш отклик - как стекло витража моей памяти, витража из калейдоскопа тех времен, и это волшебное стекло я оценила, знаете, ради такого созвучия и писала. Ради такого резонанса, как у Баха - многоголосие, каждый голос поет свое. но вместе - это уже музыка Бога. Понимание людей разных наций - перешагнуть через ров войн.
Наверное так как то.
Сергей Сергеевич Афанасьев       25.03.2014   14:15:42

Сан, какие люди))) без охраны))))
Татьяна Леухина       21.12.2013   05:01:50
Отзыв:   положительный
Господи, Виолетта, если бы Вы только знали. что я испытала, читая Вашу работу (почему-то язык не поворачивается называть её рассказом, маленькой повестью или раздумьями о прожитом, привязывая к какому-то конкретному жанру)! Всё такое родное, знакомое, а язык!.. Будто сказочным образом оказалась в маленьком кафе, только в Вильнюсе, где неожиданно встретилась с хорошим знакомым из доброго старого прошлого - оно там, в Литве, где прожила всё своё детство, юность и молодость... Горизонты тогда были ясными, и даже столь часто появлявшиеся на балтийском небе тучи не сулили ничего, кроме дождя. В последний раз (правда, тогда я ещё не знала, что это был на самом деле последний раз в жизни) жила там с 1988 по 1990 - это были печальные годы, когда я один за другим хоронила бабушку, затем родителей. И всё-таки что-то подсказывало, что могу больше не вернуться, а потому всё свободное от скорбных забот время тратила на то, чтобы до устали бродить по родным мощёным узким улочкам старой части города, заходила в костёлы, чтобы послушать орган...
Читала Ваше "Одно лето в аду" - и вся была там, однако с расстояния в десятки лет даже на ад смотришь иначе.
Как много воспоминаний: детские качели среди дюн, правда, в Паланге; друзья-товарищи - внуки, а среди более взрослых знакомых - дети лесных братьев, недосказанность в близком общении, когда невольно касались В«больныхВ» тем. Спасибо Вам, что всколыхнули тот пласт памяти, который в последнее время позволяю себе тревожить всё реже, как, к примеру, старые семейные альбомы, от просмотра которых, увы, стало частенько покалывать сердце и ныть где-то за пределами тела, но всё же внутри меня. Возможно, так осязается душа?..
С уважением Татьяна Леухина
Виолетта Баша       21.12.2013   08:29:49

Татьяна, спасибо за созвучие, вижу,что звучит в нас одна музыка, эта земля у дюн - особая...

сплетенье всего,о чем мы с вами - это и есть музыка сосен-моря, готики и людских драм...
Виктор Станкевич       19.12.2013   20:24:57
Отзыв:   положительный
Я бы назвал "Последнее лето перемирия". Потому что снова война. Поле битвы - сердца человеческие. Рига снова фронтовой город, и Юрмала, и, наверное, Москва с Питером.
Стиль мастерский. Словно смотришь фильм Тарковского. Но не Рембо (перемирие потому что).
Творческих успехов Вам!
Спасибо.
Виолетта Баша       20.12.2013   09:40:12

Благодарю за такой отзыв. У меня ощущение от него - что общаюсь с равным. Это очень редкое ощущение.
Владимир Моисеенков       12.01.2019   14:48:56

Странно, Виктор, у меня в процессе прочтения именно Андрей Тарковский с его особым языком, языком раздумий и ассоциаций всплыл в памяти. У Виолетты повествование имеет фрагментарные перескоки и это мне показалось именно от трудности написания рассказа. Тем не менее резонанс пошёл и талант автора здесь на лицо!
Простите, что встрял со своим мнением.
С уважением.
Владимир.
Лана Ланг ( Сьюзи, Фея - Светлана)       01.03.2013   20:59:35
Отзыв:   положительный
Очень понравилось!
нежно, тихо, душевно.
Виолетта Баша       04.03.2013   16:11:05

Спасибо за понимание,
Игорь Рывкин       29.02.2012   17:18:45
Отзыв:   положительный
Здорово, просто здорово! Будто фильм хороший посмотрел! Кино закончилось, вышел из зала, а всё ещё там...Всё ещё не отпускает! В театре тоже так. Актёры ушли, занавес... А ты стоишь и хлопаешь...:-)
Спасибо!
Виолетта Баша       27.05.2017   06:56:46

Спасибо
Безымянный почитатель       14.01.2012   03:18:51
Отзыв:   положительный
Понимание может быть в двух случаях:
Первый. Забыть, не напоминать и считать, что ничего не было...
Второй. Сложнее... Это попытаться в многосложности предшествующих взаимоотношений показать бессмысленность ранее происходящего, что в рассказе прекрасно, больше между строк, чем в строках рассказа, показано. Не во всех это получается. Для некоторых читающих старшего поколения даже этот рассказ будет не бальзамом, а солью на рану, скорее всего как напоминание о моментах в жизни, которые были им не совсем понятны и задуманы были не ими…

По поводу первого.
По ОРТ несколько лет назад, предположительно случайно пропущенный, был сюжет, когда корреспондент попытался взять интервью у одной женщины в «Приднестровской Республике» спрашивая: «Как Вам живётся?».
Ответ был краток, лаконичен: «Пока нет подобных горе журналистов всё прекрасно! Стоит хоть что-либо сказать, которое успешно можно перекрутить, по предварительно задуманному сценарию, как начинаются проблемы и тогда знакомые смотрят косо и спрашивают: «Что ж тебе Маша не хватает, такого наговорила!? И тогда всё начинается, а так всё прекрасно!».
Понимание обязательно будет и оно есть для тех, кто понимает, что во всех этих проблемах взаимоотношений виноваты не народы, а единицы, их горе - правители…

Спасибо за рассказ!
Спасатель       13.11.2011   18:12:06
Отзыв:   положительный
Сколько себя помню- всю жизнь читаю.
Говорят, есть не много достойного прочтения, но, чтоб это узнать, надо прочитать очень много.
Это Ваше- достойно! Я так думаю.
Виолетта Баша       08.12.2011   06:04:17

Спасибо, Слава
Ивар Куне       15.10.2011   17:34:02
Отзыв:   положительный
Спасибо за такое искреннее и глубокое понимание Балтии от коренного балтийца.
Рассказ действительно выдающийся и в плане языковых находок, и в плане сюжета и в плане глубины раскрытия темы.
Сравнение с Набоковым вполне уместено.

С глубоким уважением перед вашим Мастерством,
Ивар
Виолетта Баша       17.10.2011   07:00:01

Спасибо,
отклик от балтийца особенно ценен.
Татьяна Frego       17.07.2011   11:01:30
Отзыв:   положительный
...оставляя шпильками ниточку следов на песке...
Все в этом - и одиночество, и дорога, и надежда...
И всепоглощающее прощение...
Или прощание...
Веточка тонкая и хрупкая, но и хлестко стегающая...
С искренной признательностью за линию, Татьяна!
Виолетта Баша       26.07.2011   06:27:19

Благодарю
Невидимый Художник       21.06.2011   11:24:55
Отзыв:   положительный
Было очень интересно читать, многие мелкие детали были описаны так живо и ярко, будто сам находишься посреди паутины этих событий.
Мысли двадцативосьмилетней женщины преданы очень ярко, чувственно, неосознанно представляешь себя ею и вновь окунаешься в эту магическую, полную тайн и загадок историю.
Виолетта Баша       22.06.2011   05:51:05

Спасибо, Художник. А так и есть, писала по воспоминаниям себя в 28 лет и в том интерьере.
С признательностью,
Лариса Баженова       07.06.2011   21:18:47
Отзыв:   положительный
Очень интересно. Ваш взгляд на Юрмальское побережье, которое я часто навещаю показался необычным, с тонкими, продуманными после ощущениями. Сам сюжет и простой и сложный одновременно - мне такое по сердцу. Захотелось и самой попробовать описать то, что так люблю с детства. Безусловно понравилось.
Виолетта Баша       08.06.2011   08:44:51

Давно там не была, соскучилась. Если выпадет еще раз приехать, мысленно передайте от меня привет Юрмале.

Спасибо за понимание...
Лариса Баженова       08.06.2011   13:42:18

Через пару дней передам. Я, проживая в Риге, частенько приезжаю в Юрмалу..
Виолетта Баша       11.06.2011   05:32:39

Красивый город. Вот бы еще раз приехать.
Но пока сердце болит, врачи не советуют ездить за пределы Подмосковья.
Лариса Баженова       28.06.2011   01:40:47

Набирайтесь сил и обязательно приезжайте! Нам тут хорошие люди не помешают :-)Здоровья!
Оксана Николаева       12.02.2011   19:59:13
Отзыв:   положительный
Спасибо! Большое спасибо! Читала и не могла отроваться. Сегодня не часто можно встретить прозу, похожую на стихи. Хотя нет - на музыку. Вы правы - именно Бах. Негромко, чуть слышно, когда сквозь нежную, светлую мелодию слов слышишь тревожащие душу басы, страшноватый рокот темного прошлого, и рвет душу тревожная тема невозможности...
Виолетта Баша       17.02.2011   17:16:02

Благодарю,
Mihail       21.01.2011   16:37:30
Отзыв:   положительный
Спасибо, Виола, за отменный рассказ. Очень понравился. Жаль расставаться со словесным великолепием.
Виолетта Баша       22.01.2011   08:02:50

Благодарю, Михаил.

С признательностью,
Виктор Астраханцев       12.12.2010   23:19:09
Отзыв:   положительный
Наконец у меня были покой и время, и я прочел ваш рассказ. Кажется, мне удалось ощутить его атмосферу
и услышать его особенную интонацию. Она как легкий акцент прибалта среди родной речи - и привлекает,
и настораживает. И переливаются разные слои рассказа, вытягивая его по координате времени.
Почти учебный пример: минималистский сюжет – пара фраз в пересказе, но насыщенный слоями времени,
он становится объемным и значительным. С интересом следил и за движениями женской души.
Прекрасная работа!
Но «Вернисаж» при всей его мелодичности, все же груб для этой сложной и тонкой прозы,ее изящного языка.
Тем более, с хоровой подпевкой зала, а если прислушаться к тексту, где «надежды ясный свет», то его хорошо скрываемая попсовость стучит по ушам. Хорошо, что прослушал трек после прочтения рассказа, когда тонкая интонация рассказа полностью заполнила воображение, и ее уже нельзя ничем выбить.
Мои поздравления с мастерски сделанной творческой работой!
Виолетта Баша       14.12.2010   04:32:46

Большущее вам спасибо, Виктор.
Вы - один из тех редкий читателей, которые особенно дороги автору, дороги своим глубоким пониманием.

Ну а муз. фон - знаковый, это просто символ времени и эпохи.
Хотела поствить органный концерт Баха, который слушала в Домском соборе. но передумала и поставила "Вернисаж".

С признательностью,
Зонтик Разноцветный       10.12.2010   14:40:03
Отзыв:   положительный
читал
ZJAMA       06.09.2010   13:36:22
Отзыв:   положительный
Яркий, многоуровневый рассказ. Написан отлично.
Давно не был в Риге, прочитал и пошли воспоминания.
Николай Лемкин       03.07.2010   08:40:11
Отзыв:   положительный
Спасибо, Виола!
Побаиваюсь читать такое-сердце перехватывает, ты уж не серчай!
Сильно, талантливо, профессионально.

В начале перестройки в газете "Советская молодёжь"( Рига) я выиграл конкурс политической карикатуры, деньги по тем временам получил немерянные, но какой стыд меня грызёт!

Эх, знать бы что будет потом....
Евгения Аркушина       03.07.2010   08:32:58
Отзыв:   положительный
Чудесное произведение, Виолетта! Экзотичное, глубокое, и близкое, и далекое - одновременно... Видимо, любовь всегда добавляет к себе и территорию, истоки происхождения...Такой образный, просто бесподобный язык повествования... очень рада, что этот рассказ - есть! Спасибо Вам.

Рудольф Сергеев       24.05.2010   06:18:00
Отзыв:   положительный
«… обжирались пирожками и Бальмонтом», - просто какая-то дальняя ассоциация, возм по «Сестрам» А. Толстого (это про тогдашних барышень, ведущих соответствующий образ жизни сметенных, как мусор, революцией). – А проза, конечно, превосходная.

В Риге был, но чисто деловые-инженерые командировки... давненько же это было. И ничего-то там сейчас от того производственного великолепия не осталось.
Виолетта Баша       24.05.2010   15:36:17

Рудольф, спасибо, что зашел и прочитал.
да, наверное и такие ассоциации...
эпохи меняются, и сновав ломка по стране прошла...
и вот уже становится дальним зарубежьем то, чо еще вчера было так близко...
а контакты производственные - понимаю, беда это, рушатся...
ну не для открытой сети дальше написать могла бы...
и про наши беды конкретнее ( с ВПК тем же)

давненько не было в Риге



С ув.
Виола
Александр Васин       28.12.2009   13:20:03
Отзыв:   положительный
С большим удовольствием прочитал Ваш рассказ, Виолетта! Как тонко Вы сочетаете любовную тему с темой разобщённости, непонимания между людьми разных национальностей, разных культур, разных политических взглядов.
Конечно, не могу не отметить и язык произведения! Поистине Ваша проза высокой пробы!

С уважением,
Виолетта Баша       11.01.2010   01:46:51

Благодарю, Александр!

С признательностью,
Владимир Макуров       21.12.2009   12:54:47
Отзыв:   положительный
Отлично написано, Виолетта!
Виолетта Баша       21.12.2009   18:54:57

Спасибо, что прочитал и рассказ.
Этои факт для меня - особенный подарок.
А оценке очень рада!

Володя, твое мнение для меня значит очень много, потому что хорошо знаю еще по другим сайтам твои стихи, твое видение и понимание и языка, и поэзии, и России.
Gloria       26.11.2009   15:39:18
Отзыв:   положительный
Это написано очень сильно и образно...читала с большим интересом и волнением...
"край с соснами, похожими на органные трубы"-очень интересная находка сравнения...мне понравилось))
И ещё эти сосны-органные трубы гудят на ветру и поют свои тайные песни))
Спасибо, что пригласили...Рада знакомству.
Думаю, что ещё будем заходить в гости друг к другу.
Всего доброго.
Виолетта Баша       26.11.2009   22:02:59

Спасибо, Глория!
Нет, я не родилась в Риге. Я просто люблю этот край...
Рада знакомству и конечно буду заходить, и вас жду у себя:)))
Ира Карлова       25.11.2009   00:09:22
Отзыв:   положительный
Слава Богу! Наконец-то нашла прозу высокого уровня!
Спасибо.
Всего Вам доброго.
Виолетта Баша       25.11.2009   15:16:02

Спасибо, Ира!

Заходите.

И Вам - всех благ!
Илья Рубинштейн       19.11.2009   22:32:56
Отзыв:   положительный
Да, Виолетта, очень достойная проза. Особенно сильны, так называемые, "ремарочные" фрагменты. Плюс композиция, конечно. Сильно.
Виолетта Баша       21.11.2009   07:21:12

Рада вашей оценке, ведь вы- профи.

С благодарностью,
Герцог *       05.05.2009   21:04:00
Отзыв:   положительный
Вы знаете толк в композиции! Это нечасто встречается.
Фёдор Григ       17.04.2009   22:06:00
Отзыв:   положительный
Виолетта, рассказ - из хрестоматийных! Великолепный язык, изысканная детализация... Единственно, - в чём я не согласен с предыдудщими авторами отзывов: считаю сравнение писателей друг с другом неэтичным (это отдаёт богемной пошлятиной). С уважением, Фёдор
Виолетта Баша       18.04.2009   13:42:00

Да Бог с ними. Конечно не стоило бы сравнивать, ну к чему мне "набоковский" или иной стиль? Каждый из нас делает свой...

За "хрестоматийный" - большущее спасибище! Нет сил отказываться!:)))

С улыбкой,

Виола
Евгения Зенюк       28.02.2009   22:27:00
Отзыв:   положительный
Бесподобный рассказ. Правда, остаётся на губах привкус горечи кофе с бальзамом и ещё песчинки с берега Балтйского моря, брызги дождя, ожог холодным ветром...
Боль одинаковая.
Я тоже помню, как нас предупреждали в людных местах (1975г) говорить на украинском языке...
Было всяко...
А повар столовой университета, где нас кормили, ужасно огорчался, что мы не едим десерт - кисель фруктовый с хлопьями молочного киселя и всегда беспокоился, сыты ли мы...
Культура питания даже разная...
А уж любовь русской души...по-прибалтийски...
Произведение небольшое по формату, но ощущаешь себя участником драмы. Чувствуешь, и всё...
"Давно сошли царапины с лица, срослись порезы памяти упрямой.
На теле - ни единого рубца, и даже в сердце не осталось шрама.
Но тем-то мне, быть может и больней..."
Спасибо, Виолетта!
Всегда уношу впечатления...
ВЕСНЫ, ЛЮБВИ, УДАЧИ!
Ж.
Виолетта Баша       05.03.2009   11:55:00

Спасибо, Женя!
Да, были времена, когда мы с прибалтами жили одной семьей, и как и в каждой семье, было невысказанное, но была и дружба. Был она, помню!
Что бы сейчас не говорили.

И был прекрасный край, такой невероятно красивый, и немного чужой, все-таки осоколок Европы Балтийской.
Теперь же там - русские стали людьми без гражданства, они то в чем виноваты? В действиях прежних властей? В независящей от них геополитике? Трагедий много. Человеческих судеб изломанных.
Но осталась моя любовь к Балтике, и память о лучших днях там...

С признательностью...
алексей догадаев       20.02.2009   22:53:00
Отзыв:
Это ЛУЧШЕЕ! Искренне,
Алексей
Виолетта Баша       22.02.2009   04:58:00

И мое самое любимое...

Спасибо, Алексей,
а я давно вас жду...
алексей догадаев       24.02.2009   18:03:00

Я написал Вам с ПРОЗЫ.РУ.
Надеюсь, что получили...
Николай Шульгин       27.12.2008   17:27:00
Отзыв:   положительный
Если бы Владимир Набоков, долго публиковавшийся под псевдонимом Сирин, был жив, можно было бы заподозрить, что Виолетта Баша - его творческая ипостась. А копченая курица, о которой мечтает героиня по ходу прибалтийских событий, - тонкий иронично-набоковский самонамек на птицу Сирин... Но Набокова с нами ныне уж нет, а есть Виолетта... - Птица-Сирин русской литературы...
Виолетта Баша       28.12.2008   00:16:00

Благодарю, Николай!
Меня поразило то, что ты не первый упомянул имя Владимира Набокова в связи с этим рассказом.
Да, я люблю прозу Набокова. И уже третий раз лит. критики сравнивают мою собственную прозу, точнее, стиль этого рассказа, со стилем Набокова. Для меня это большая честь.

Ну а стану ли я "Набоковым наших дней" - покажет время.

С признательностью
Странница       03.11.2008   18:10:00
Отзыв:   положительный
Спасибо! Очень тронуло. Осебенно это: «Однажды вечером я посадил Красоту себе на колени, и нашел ее горькой. И я нанес оскорбление. Я ополчился на Справедливость. Ударился в бегство. Мне удалось изгнать из своего сознания всяческую человеческую надежду. Радуясь, что можно ее задушить, я глухо подпрыгивал, подобно дикому зверю. Все бедствия я призывал, чтобы задохнуться в песках и крови. Несчастье стало моим божеством. Я валялся в грязи. Обсыхал на ветру преступления. Шутки шутил с безумием. Однако, совсем недавно, обнаружив, что я нахожусь на грани последнего хрипа, я ключ решил отыскать от старого пиршества. Этот ключ – милосердие».
Виолетта Баша       07.11.2008   03:49:00

Спасибо за добрые слова.
Это - цитата из Рембо)))
В тексте это указано - лит. героиня берет томик Рембо и читает...
Она мне тоже нравится, в частности тем, что точно дает ключ к решению межнациональной проблемы - понимание и прощение.
Кстати, прототип рассказа реальный, и томик именно рембо и был подарен, и открыт именно на этой странице ... как бы случайно - вот такое вот совпадение...
Странница       07.11.2008   18:46:00

Конечно же я поняла, что это цитата из книги! :) Просто очень уж по душе эти строки пришлись.
Точнее, вероятно, о милосердии трудно написать. А межнациональная проблема, затронутая Вами, искусственно создаётся и подогревается чиновниками и руководителями высшего ранга, что не может не печалить вполне адекватных людей... :(
Лилия Менковская       03.11.2008   10:07:00
Отзыв:
Спасибо...
Больно за Прибалтику сегодня,продавшуюся новым хозяевам мира...Останется и народ,и территория,а вот этнос уже не сохранится.Те крохи,которые можно бы сохранить,сжирают амбиции национализма.
Приезжайте в гости!
С глубоким уважением к Вашему безусловному таланту.
Виолетта Баша       03.11.2008   11:02:00

Да, перекройка мира не проходит без крови, унижений народов и взаимных обид. Такая печальная эпоха...
А приехать врядли удастся, за приглашение - спасибо
и за отклик спасибо
Удачи,
всего доброго!
Сергей Павлухин       08.10.2008   16:58:00
Отзыв:   положительный
Здравствуйте, Виолетта!
Интересное это чувство - читать о таких привычных с детства пейзажах балтийского побережья, как об экзотических местах. Хотя я родился и вырос немного севернее Риги, но морской берег у нас почти не различается. В Эстонии, правда, существует уникальное геологическое образование - глинт. Глинт - это древний берег Балтийского моря. Известняковая обрывистая стена тянется на сотни километров, то приближаясь к сегодняшнему краю моря, то удаляясь от него. И меньше чем в сорока километрах от Таллина находится чудесное местечко Лауласмаа (буквальный перевод - "поющая земля"). Там песок на пляже звенит под ногами гитарными переборами. Совсем не такой резкий скрип, какой издает сухой снег на морозе.
О неброской красоте эстонской природы я мог бы писать часами - чего стоит только история хаапсалуского замка (построен в начале XIII в.), где в Хаапсалуском соборе ежегодно появляется призрак Белой Дамы. Во время полнолуния в августе или сентябре луна стоит особенно низко над горизонтом и свет ее, падая через восточное окно соборного баптистерия, отражается на южной стене, образуя в южном окне силуэт "белой дамы". Зрелище это наблюдают сотни людей с крепостного вала напротив окна. Я когда-то приводил туда своих московских сестер.
А как интересен "ведьмин колодец" в Тухала, где часто слышны невнятные голоса или песни, а весной вода частенько начинает сама выливаться поверх края колодца, заливая все вокруг...
Мне неоднократно приходилось бывать в Риге, и я с полной ответственностью могу сказать, что Таллин гораздо лучше передает ощущение средневекового города. У нас, в Таллине, сохранился почти не тронутым весь центр Старого города. Большинство зданий были выстроены в XIV - XV веках. И сейчас, при взгляде с Вышгорода на центр города, наблюдатель видит ярко-красную черепицу крыш, крепостные башни, острые шпили готических соборов и свинцовый отсвет волн Финского залива.
Но дело не в соперничестве красот Риги и Таллина...
Виолетта, язык вашего рассказа очень гармонично совпал с описываемым балтийским ландшафтом - холодящий кожу морской ветерок на песчаных дюнах, возможность увидеть линию, где небо сливается с морем, сухие хвоинки под ногами, органные аккорды и запах нагретой солнцем сосновой смолы. Рассказ, безусловно, женский. Только у женщин может быть такая готовность прощать, только женщина готова принять за истину ту точку зрения (и ту философию), какую принял на веру ее любимый. И любовь окутает все романтичной вуалью. Проза жизни будет скрыта красивым антуражем.
Что я могу сказать о содержании рассказа? Прежде всего - ни в Латвии, ни в Эстонии никогда не было характерным противостояние родителей межэтническим бракам. Таких браков никогда не было особенно много по разным причинам. Одна из них - у латышей и эстонцев женщины частенько бывают мужеподобны, коренасты, и (чего уж там скрывать) не шибко симпатичны. Хотя, безусловно, и красавицы попадаются просто замечательные, но... редкость. Мужчины рослые, светлые, молчаливые и... довольно прижимистые. Широких жестов от такого кавалера придется дожидаться долго.
Ваши слова о потомках "тевтонских рыцарей" аборигены могут воспринять как оскорбление. Дело в том, что в так называемые "немецкие времена" эстонцам запрещалось даже оставаться в Таллине ночью. Все они были обязаны до захода солнца прекратить торговли или работу и удалиться за пределы крепостных стен. Местные жители к рыцарскому сословию не принадлежали. В лучшем случае - обслуживающий персонал. Но немецкие бароны активно практиковали право "первой ночи". Так что присутствие тевтонской крови отрицать невозможно.
"Белокурая бестия" с томиком Ницше в руке - у меня сразу аллюзия с "Ночным портье"...
Однако не стал бы ни к чему придираться, если бы этот текст так сильно не задел меня. Уж очень свежее чувство: разглядывать привычные вещи вашими глазами. А глаза у вас зоркие. И главное вы разглядеть сумели - тяжелое преодоление барьеров между такими разными культурами, таким разным восприятием мира, жизненных ценностей, рамок этики и т.п. И это - только первый слой проблемы. Действительность еще сложнее.
Не реже, чем раз в месяц мне доводится встречаться и разговаривать с Героем Советского Союза Арнольдом Константиновичем Мери. Он - двоюродный брат бывшего президента Эстонии Леннарта Мери. После войны Арнольд Константинович (рискуя карьерой и свободой) многим сумел помочь семье своего брата. А вот после восстановления независимости Эстонии они ни разу не встретились, и ни разу не общались.
Недавно мы с друзьями собрались на шашлыки. Несколько семей, для всех родным языком является русский. Но семейные корни у половины присутствующих уходят в эстонские семьи (Мяльсоны, Рейнольд и т.д.) Дети моего покойного брата Саши от жены-эстонки не знают русского языка. А мой давний друг Андрюша Мадисон (в котором причудливо смешалась кровь шведов и армян) проявил крайнюю степень неприятия обострений местного национализма и… уехал жить в российскую провинциальную Тотьму.
Загляните на русскоязычный информационный портал DELFI: http://rus.delfi.ee/ Там, в комментариях, вы легко увидите весь спектр сегодняшних отношений между двумя языковыми общинами. И сразу поймете, насколько далеки эти отношения даже от простой попытки понять другого.
Благодарю вас за то, что вы оставляете нам надежду на то, что со временем люди ЗАХОТЯТ понимать чужую точку зрения.
Боюсь, что я слишком поспешно "разродился" этой рецензией, но (еще раз повторяю) уж очень задел меня этот текст за живое. А это и служит лучшим доказательством того, что ваш рассказ состоялся как литературное явление.
С благодарностью, читатель
Сергей Павлухин.
Виолетта Баша       11.10.2008   04:25:00

Прочитала.
Подумаю.
Белокурая бестия с томиком Ницше... было, реально.
Интересно насчет подхода к межнациональным бракам. Вы знаете больше конечно же.
Но здесь отказ скорее был из-за глубокой обиды старшего поколения. И, может быть, и любовь была недостаточной сильной для того, чтобы сменить страну проживания одному из двух, и барьбер двух культур... неприятие ( на подсознательном уровне), как у Эви, так и у Алекса возможности для себя начать жизнь в другой среде)...
А по Латвии у меня глубокая ностальгия... двадцатилетней выдержки...
Был и в Таллине, давно очень, в конце 70-х... пару дней...
Глеб Сердитый       08.09.2008   16:45:00
Отзыв:   положительный
Вот и хочется поругать, попинать, поглумиться, но не за что и не над чем.
При серьезном замахе и удар, должен соответствовать. И так оно и есть... Соответствует.
На фоне всеобщего "сказительства" приятно встречать автора владеющего формой и имеющего хороший вкус к литературному инструментарию.
Виолетта Баша       08.09.2008   16:50:00

Скажу скромно, практически Набоков.
Пасиб, Отец! От тебя - ценно.
Анна Гайкалова       04.06.2008   19:09:00
Отзыв:   положительный
Такой богатый, такой разный рассказ...

Получила истное удовольствие:)
Виолетта Баша       05.06.2008   01:53:00

Спасибо, Аня!
Удачи Вам!
Александр Симонов       26.04.2008   18:48:00
Отзыв:   положительный
Виолетта, Ваша проза просто ПОТРЯСАЕТ!!! Я не умею писать рецензии на прозу, простите меня... Да и на стихи не очень умею. Но то, что это написано талантливо - видно невооружённым глазом... Я прочитал всю Вашу избранную прозу, и про подводников, и про Высоцкого, и про войну в Чечне, и про "компьютерного гения", всё очень понравилось... Иногда в прозе Вы схожи, мне кажется с Викторией Токаревой, писательницей, которую я очень уважаю и ценю, схожи искренностью, задушевностью, "обнажённым нервом" повествования... Спасибо Вам!
Виолетта Баша       26.04.2008   19:45:00

Спасибо, Саша! А я думала, что здесь мало читают прозу(((. А вот и нет! Приятно, оченеь приятно именно от Вас. Вы же - один из моих самых любимых современных поэтов-песенников!
А насчет Токаревой, спасибо за сравнение, но все же мы разные. Очнеь. Она - уминица. Но у меня иной и стиль, и манера изложения, а главное, как мне кажется, у нее - чисто женская проза, у меня все же иная, иногда жесче, не скажу, что мужская, а просто не совсем женская, резче. А "Лето в Аду" - говорили, что скорее набоковский стиль (это не я, это мне говорили, имеется ввиду только язык).

С праздником Пасхи!
Александр Симонов       27.04.2008   06:36:00

Спасибо Виола! Христос воскрес!
Сергей Сафонов       20.04.2008   10:33:00
Отзыв:   положительный
Этот ключ – милосердие)))))
Виолетта Баша       21.04.2008   04:44:00

Да, Рембо разгадал это раньше нас, но как точно...и в контексте "латвийского интерьера" в частности... да и других "интерьеров" послевоенной перекройки границ и ...судеб

спасибо)))
мстислав белых       25.03.2008   17:18:00
Отзыв:   положительный
"весь январь просидела над газовой плитой, разогревая иголки,
сгоравшие одна за другой, и зажав иголки щипцами, прожигала
в янтарных капельках дырочки"

- неслабая деталь :) продукты возгонки янтаря - неслабые
галлюциногены. Что снилось-то в том январе ? ;)
Виолетта Баша       25.03.2008   19:39:00

Не знаю, как насчет галлюциногенов, наверное, если вы химик или специалист в какой-то близкой к тому области, то вам, вероятно, виднее)))
Честно говоря, я не в курсе химии процесса переплавки янтаря:))).
А что снилось? ... все вопросы не к автору, а к лит. героине. Надо понимать, что лит. герой и автор - это не одно и то же...)))

Спасибо за внимание и отклик)))
Вячеслав Збарацкий       23.03.2008   16:29:00
Отзыв:
О, будто бы в Риге побывал, и у лазурного прохладного моря в Юрмале прошелся по желтому песочку.
Спасибо, Виола!! Ваш рассказ балтийским бризом навеял на меня воспоминания.
А кто уж там прав, судить не берусь - у всех своя правда.
Виолетта Баша       23.03.2008   17:13:00

Рада, что у вас этот рассказ вызвал ностальгические чувства по Латвии. Значит, получилось)))
А правда ... конечно у каждого своя. Вот и я об этом пишу.
Григорий Тер-Азарян (Великий Странник)       22.03.2008   18:51:00
Отзыв:   положительный
Прекрасно написано.
Разве чувства знают, что такое нация?
Разве неродившийся ребенок знает, что такое нация?
Как же мы, люди, жестоки, но гордо себя величаем Человек Разумный.
Где, где этот разум?
Виолетта Баша       23.03.2008   01:03:00

Спасибо, Григорий! Вы, как всегда, увидели самую суть. Отношения между русскими и латышами сложные, много было всякого в нашей общей истории. Но выход единственный - понимание и примирение, уважение друг к другу и любовь. К сожалению, нынешние русские в Латвии стали заложниками былых обид. Это болезнь молодой независимости, и отзвуки старых обид, тень Второй Мировой войны снова гуляет по Балтии, и как было бы хорошо, чтобы она побыстрее прошла.
С глубоким уважением
и теплом
Юрий Тубольцев       10.03.2008   16:29:00
Отзыв:   положительный
Оказалось, что встреча этих людей, сквозь которую переплетаются сложнейшие темы нашей эпохи, была не случайна...
Виолетта Баша       10.03.2008   21:25:00

А в жизни , наверное, все не случайно...
Спасибо, Юра!
С теплом
Нат Весенин       06.03.2008   17:22:00
Отзыв:   положительный
очень хорошо, мастерски
Виолетта Баша       07.03.2008   03:35:00

Спасибо, Леша!
Просто я над этим рассказов очень долго работала, не один месяц...
Дина Немировская       05.03.2008   06:44:00
Отзыв:   положительный
Вета! Мужества!
Виолетта Баша       05.03.2008   09:57:00

Спасибо
Татьяна Дюльгер       22.02.2008   21:56:00
Отзыв:   положительный
Виолетта, вы как всегда на высоте.
Рассказ написан мастерски. Подняты животрепещущие темы.История не оставляет читателей равнодушными.

С искренней дружбой и уважением,
Яслик Ошка       21.02.2008   10:58:00
Отзыв:   положительный
Яслик пришёл на этот сайт с грустью
Виолетта Баша       21.02.2008   16:49:00

Саш, да все самиздатовские сайты примерно одинаковы...
да, а грусти сейчас много..
рада вас видеть здесь, солнышко)))
Аликс Молино       18.02.2008   17:10:00
Отзыв:   положительный
очень динамичный стиль письма. на одном дыхании. живые диалоги. яркие картинки. профи. поделитесь секретами мастерства?
Виолетта Баша       18.02.2008   18:28:00

Аликс, ну вы перехваливаете, потом еще скажут, что вы - мой клон)))
Теперь, как я понимаю, всех моих рецензентов будут так именовать(((
Насчет диалогов, да вроде они не особо динамичны, рассказ этот не совсем как бы сюжетный, он скорее задумчивый и лиричный... на мой взгляд...
насчет ярких образов - спасибо, не знаю, как получается тот или иной образ, просто пишу то, что приходит в голову, ассоциации... иногда цепочки получаются длинными, разматываются как нить...
там еще есть один "фокус" например - в первых абзацах - стилизация под свист ветра и шелест песка, много шипящих и свистящих звуков - это специально, потому что хотелось попробовать передать и звуковой ряд, и язык латышский с его свистящими окончаниями "с"...
но эти вещи вообще-то известны...
да просто играйте со словом так, чтобы и себе в радость... но у каждого - свой стиль, тут наверное, трудно передать что-то или сказать, как оно пишется...
рассказ этот писался очень долго, пять лет. Точнее в 1998 был замыслен, а в 2003 вдруг за месяц написался сам... до этого все не шло и не шло, а сюжет реальный...
месяц писала 5 страничек - по несколько строк в день, чистила и шлифовала - как ни один другой рассказ
Виолетта Баша       18.02.2008   18:29:00

опечатки - свист ветра имелось в виду...
Аликс Молино       18.02.2008   18:49:00

неудобно просить Вас об этом. извините. просто я никому это раньше не показывал.
Аликс Молино       18.02.2008   18:45:00

не перехваливаю. просто понравилось. не смогли бы Вы найти минутку и дать коротюсенькую рецензию на мою писанину? строгую. заранее благодарен.
_ Fiatik       18.02.2008   14:40:00
Отзыв:   положительный
Респект.
Виолетта Баша       18.02.2008   15:19:00

Спасибо, Валера!

с теплом
      18.02.2008   13:53:00
Отзыв:   положительный
Этот рассказ многослойный и очень не простой. Три поколения - те, кто были по разные стороны фронта в Великую Отечественную, затем -
сын "лесного брата" и русская девушка, у которых возникло чувство друг к другу, это - Прибалтика, 80-е, и ...новые времена, и носва обиды... пройдут ли два народа весь путь - от ненависти к примирению? Но состоится ли оно? А пока - в Прибалтике апартеид, и русские уже оказались угнетенными и вне закона у нынешних властей...
но была .. .
Любовь между теми, между теми, чьи отцы воевали друг с другом.
и она дала свои плоды - сын "лесного брата" заступился за нашего старика, которого сейчас привлекают к суду латыши...
вот такой сюжет - и он невыдуманный, рассказ написан по реальным событиям...

хотелось бы узнать ваше мнение... что ждет дальше наши народы, будет ли прощение и понимание?









1