Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Проверка на верность18+


Проверка на верность
­­­­Нина Петровна в преддверии праздничного дня и каникул радостно потянулась за учительским столом и обнаружила, что для проверки осталось всего четыре тетрадки. В класс постучали.
- Войдите, - не отклоняя голову от стола позвала учительница.
- Нин Петровна, я поговорить…
В дверях стояла отличница и умница Олечка Бурко. Стройная, с большими карими глазами, она вызывала зависть всех окружающих. Олечка была всего лишь в шестом классе, но ей завидовали даже старшеклассницы, потому что она переросла сверстников.
- Проходи, Оля, что-нибудь с братом?
Брат Женька учился с Олей в одном классе, но был на год младше, родители захотели, чтобы детям было легче, но для этого Олечке приходилось тянуть на своей шее слабенького в учебе брата.
- Нет, у меня … - девочка замялась и опустила глаза.
Нина Петровна не любила, когда ходили вокруг да около серьезных тем.
- Оля, говори прямо, или иди и еще подумай, стоит ли об этом говорить?
Учительница снова уткнулась в тетрадки – время дорого, особенно в предпраздничный день и хотела уже забыть о проблеме, но…
- Ниночка Петровна, меня папа… того…
- Чего того? – не поняла учительница.
- Ну, трогает во всех местах, а потом заставляет делать ужасные вещи…
У Нины Петровны глаза выкатились на лоб, в практике такого не бывало, но она слышала кучу историй от коллег, что отцы могут сожительствовать со своими дочерьми.
Она стала девочку расспрашивать подробнее, каково же было ее удивление, когда Ольга призналась, что отец использует свою дочь вот уже три месяца подряд. Рассказ девочки был сбивчив, ребенок путался в деталях, слезы лились из глаз как ребенка, так и умудренной жизнью женщины.
Нина Петровна оставила Олю ненадолго в кабинете и помчалась к директору школу. Впервые в жизни она не знала, что делать? Когда она влетела в кабинет к директору, он даже очки снял:
- Нин Петровна, за всю свою жизнь вижу в первый раз, как Вы плачете. Успокойтесь, выпейте воды.
- Я в порядке, Владимир Семенович, у меня там ребенок в кабинете, с ним надо что-то делать.
Когда рассказ был подробно передан директору, тот молниеносно набрал номер телефона, созвонился с социальным центром, те, в свою очередь, подняли полицию, защитников по Правам Детства, и заработала огромная машина Министерств и Ведомств, чтобы спасти ребенка.
Когда ребенка увезли в реабилитационный центр, Нине Петровне предстояло вызвать родителей в школу и взять обьяснительные по поводу случившегося. Маму Оли классный руководитель видела часто – Оксана Сергеевна приходила на собрания, занималась воспитанием детей, поэтому Нина Петровна была убеждена, что мать ничего не подозревает. Как ей сейчас всю эту грязь вылить на голову?
Предстояла встреча и с тем, кого Оля обвиняла в домогательствах. Учительница много раз слышала от детей, что отец – суровый человек, поэтому он никогда не ходил в школу и воспитанием детей не занимался.
В класс вошли родители Оли и Женьки.
Мама была статная женщина средних лет, ухоженная и одета по последней моде. Отец был крупнее Оксаны Сергеевны, одет по-обычному и с непроницаемым лицом. «Как сказать?» Эта мысль точила мозг учителя и запечатывала уста намертво. Наконец, выручил директор, он забрал отца к себе в кабинет, а Нина Петровна начала нелицеприятный разговор с Оксаной Сергеевной. Когда она закончила, мать рассмеялась:
- Вы что поверили Оле? Да она напридумывала все это! – легко успокоила классного руководителя мать.
Нина Петровна опешила: с какой легкостью говорила мать о происходящем. Еще одна мысль прокралась осторожно в голову: «А может, мать в курсе и теперь прикрывает мужа?» Кому верить: матери? Дочери?
Учительница не стала разбираться, попросила все описать на бумаге, так как этим делом, конечно, занималась полиция.
Через минут двадцать Оксана Сергеевна поднялась со своего места протянула бумагу учителю, улыбнулась:
- Не берите в голову, Нина Петровна, я вот Ольге задам дома за такую болтовню…
- Оля в реабилитационном центре, вы ее не увидите в ближайшее время, посетить ее можно по такому адресу…
Мать испуганно посмотрела на руководителя:
- Моего мужа сейчас допрашивают?! – ее ужасу не было предела.
- Да, в кабинете директора он пишет обьяснительную…
Педагог не успела договорить, как мать выскочила из кабинета и помчалась к директору, она ворвалась к главному и встретилась глазами с мужем. Мужчина втянул голову в плечи и сидел не шелохнувшись. Правда убила его. Мать подхватила отца под руку и вывела из школы.
Начались каникулы, Нина Петровна стала потихоньку приходить в себя от случившегося, когда раздался телефонный звонок Оли:
- Нин Петровна, вы не могли бы мне привезти чего-нибудь поесть. В реабилитации было холодно и кормили невесть чем. Учительница собрала пакет еды, захватила теплую кофту и шерстяные носки.
- Оля, а мама тебя не навещает?
- Приезжала, но я ее видеть не хочу.
- Почему? Мама знала о твоей связи с папой?
- Нет, она уходила в магазин с Женькой, их папа отправлял.
- Тогда почему ты не встречаешься с мамой?
- А она мне не верит, говорит, что я все это придумала, она папе верит.
Учительница обняла девочку, ей так стало жалко маленькую только начинающую жить душу и так уже подломленную на корню.
Ученица звонила Нине Петровне каждую неделю, учительница отправляла к ней ребят с класса с передачками (никто в классе не знал, почему Оля находится в больнице), Женька в школу не ходил.
Все больше и больше Нина Петровна убеждалась, что родители чудовищно поступили с ее подопечной. Через неделю после посещения школы отец Оли скрылся, его разыскивала полиция, но вскоре он сам заявился в полицию и попросился пройти тест на детекторе лжи. Такая проверка была устроена мужчине и даже не одна. Но все результаты показали, что отец Оли не врет – он не трогал свою дочь даже пальцем: не домогался и не бил.
Еще через неделю пришли другие результаты: гинеколог осмотрел девочку, Оля была невинна. Психологи забили тревогу и вновь обратились за помощью в школу. Директор вызвал филолога и предложил:
- Нина Петровна, надо съездить в реабилитационный центр поговорить с Олей. Она все напридумывала, теперь не знает, как из этой лжи выпутаться. Поговорите с ней, пусть признается во вранье.
У учительнице снова волосы на голове зашевелились:
- Владимир Семенович, Вы полагаете, такое можно выдумать на своих родителей?
- Я ничего не полагаю, я придерживаюсь фактов. А они, как принято, упрямая вещь. Отца выпустили, он не виноват, медицинская экспертиза показывает, что у девочки все в порядке со здоровьем и даже с психикой.
После уроков Нина Петровна задумчиво вышла со школы, побрела на остановку, чтобы доехать до реабилитационного центра. Что она скажет девочке? Кому верить? Упрямым фактам или ребенку?
Оля вышла в зал ожидания и сразу накинулась с вопросом:
- Вы мне тоже не верите? Вы только прямо скажите, Вы мне верите?!
Учительница ошеломленно смотрела на свою ученицу и не могла поверить, что так искусно можно лгать:
- Оля, я верю тебе, но все факты подтверждают, что ты это напридумывала…
- Ну, и пусть подтверждают, Вы мне должны верить!
Нина Петровна попробовала убедить девочку все-таки признать свое вранье, но та была неумолима.
Больше учительница не хотела касаться этой темы, где бы среди коллег не заходил об этом разговор, она разворачивалась и уходила.
Олю разрешили забрать домой, она вернулась в семью, но в школу больше эти дети не приходили, их перевели в другое заведение, и история на этом была бы закрыта. Но…
Однажды раздался телефонный звонок:
- Нин Петровна, можно я зайду поговорить… - в трубке жалостливый голос Оксаны Сергеевны.
Учительница хотела откреститься спешными делами, но бывшая родительница уже была в дверях школы.
- Нин Петровна, подскажите, что делать?
- Что случилось?
- Я боюсь свою дочь.
- ?
- Я не могу по ночам заснуть, она пообещала меня прибить.
- За что?!
- За то, что в той ситуации я защищала не ее, а мужа.
- Вы ей объяснили, почему защищали его. Вернее, как вы ей объснили, почему были на его стороне?
- Ну, как обычно: он мой муж, я знаю его много лет, он не способен на такие гадости.
- Понимаете в этой ситуации получается, что между им и ею Вы выбрали его, ребенок расценил это как предательство. Поговорите еще раз, объясните, что вы стояли за правду. Муж не врал, а врала Оля. Так ей будет легче понять, что она натворила.
Эти оправдания мало помогли женщине, это было видно по ее растерянному и сникшему лицу. Она, действительно, боялась свою дочь. Ребенок, который так искусно сплел паутину вокруг своего отца, мог что угодно сделать со своей матерью.
Нина Петровна облегченно вздохнула: одна из прелестей учительского труда, что дети приходят к тебе на время, а вот семье жить с этим до конца своих дней.

Солнце уже клонилось к закату, когда Нина Петровна собрала вещи, накинула пальто и вышла в майский теплый вечер из дверей школы. Сейчас войти во дворы, пройти по парку, перейти дорогу, и она дома. За углом дома ее кто-то сильно подхватил и приподнял над землей:
- Женька, сумасшедший! Отпусти! – Олин брат держал крепко в руках свою бывшую учительницу и хохотал:
- Нин Петровна, не забыли, как я вам правило у доски сорок минут рассказывал?
Учительница посмеялась над Женькиными выкрутасами в школе, и конечно, нехотя поинтересовалась, как дела у Оли.
- А она сама Вам сейчас расскажет. Из дверей дома вышла уже повзрослевшая девушка небесной красоты:
- Нин Петровна, вот здорово, что я Вас встретила, - проворковал нежный голосок.
Учительница и ученица пошли вдоль аллеи неспеша, вспоминая дела давно минувших дней. Она думала, что для Ольги будет тяжело вспоминать ту печальную историю, но она ошибалась.
- Нин Петровна, а почему Вы меня в социальных сетях в друзья не добавляете? Обижаетесь?
- Да что ты! Я редко смотрю в уведомления да и добавлять не умею, плохо ориентируюсь в интернете. – соврала учительница. Не скажешь же правду, что она не хотела снова вспоминать ту грязь.
- А я думала, что помните и обижаетесь. Зря! Я тогда одну Вас любила и боготворила, Вы мне одна поверили и пошли со мною до конца. А вот мать и отец не выдержали проверки!
- Проверки! На что же ты нас проверяла?
- Ну, вот все родители клянутся, что любят детей, что готовы простить им все! Да и учителя частенько об этом говорят. Вот я и решила проверить.
- Тебе не кажется способ проверки несколько кощунственным? Как ты до этого додумалась?
- Ой, таких историй в интернете полно…
- Как же ты жила все эти годы с родными?
- Нормально, мать, правда, сначала отчего-то запиралась от меня, а отец не разговаривал долго. А потом ничего, смирились.
Нина Петровна не в силах была произнести ни слова, а Ольга продолжала щебетать о своих успехах, о поступлении в вуз, о новом романе с мальчиком.
Распрощались они у аптеки. Нина Петровна дальше побрела одна и не могла понять: как семья осталась семьей. Она видела изредка отца Оли – он состарился на лет десять раньше времени и ни с кем не разговаривал. Мать тоже прятала глаза от окружающих, потому что вся округа знала об этой истории. Это плата за предательство? Или счет за любовь?






Рейтинг работы: 7
Количество отзывов: 1
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 34
© 12.09.2021г. Нина Свергун
Свидетельство о публикации: izba-2021-3155535

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Людмила Зубарева       12.09.2021   17:29:53
Отзыв:   положительный
"Нина Петровна облегченно вздохнула: одна из прелестей учительского труда, что дети приходят к тебе на время, а вот семье жить с этим до конца своих дней".
Действительно, как семье потом с таким грузом жить?!!

Рассказ, видимо, первоначально был написан от первого лица, которое иногда вторгается в повествование:
"Я не успела договорить..."
"Мы посмеялись над Женькиными выкрутасами в школе..."
















1