Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Уездный сыщик.


                                                                                                                                               ­Мирослав Авсень
16.02/2018
                                                                                                                              Уездный Сыщик.

                                                                                                                                    Глава 8.

                                                                                                                        Дело о пропавших Девушках.



                                                                                                                                 Х Х Х

Лето, незаметно катилось к закату, хотя август продолжал радовать жителей города прекрасной погодой и сочными плодами садов. Публика пользуясь возможностью, всё чаще выбиралась за город, кто в лес по грибы и ягоды, а кто на реку, кататься на лодке. Иван Силович в выходной день тоже решил немного развеяться, съездить на своём Сером к реке, и там арендовав лодку немного покататься, а если получиться то и искупаться. Бравый Хворостовский отсутствовал по делам сугубо личного характера, его новой пассии Француженке, так понравилась бальная «нейтрализация», что она теперь бомбардировала записочками его, и денщику приходилось изображать разорившегося помещика и дворянина. Бусов смотрел на ситуацию философски.
-Ты, Хворостовский – говаривал он денщику- творишь благопристойное и общественно-пользительное дело, утешаешь страдающую хернёй даму, и при этом сам растёшь в культурном отношении. Да и её посвящаешь в тонкости военно-аристократической диалектики!
-Однако всё это изрядно стоит!- намекал денщик начибриниваясь на очередное свидание- Эта полиглотка, жрёть после каждой нейтрализации как не в себя!- досадливо добавил соблазнитель, поправляя воротничок.
-Да чего ж ты хочешь, брат Хворостовский?- деликатно замечал сыщик протягивая деньги-до 26-ти лет в девках просидеть, а потом такое небесное счастье на голову свалилось в виде тебя! По неволе будешь голодной да темпераментной. Нет, ты крепись брат, да продолжай тушить огонь страстей, брандмейстер ты наш!
-Слушаюсь Иван Силыч!- ухмылялся денщик. Вот так дни и летели. Теперь же, отправив «пожарную команду» на очередную нейтрализацию, Бусов и собирался на реку, получив от Олега секретное послание, в котором говорилось что всё семейство Брусникиных там будет. Облачившись в лёгкий летний костюм светлых тонов, и такой же картуз, сыщик менее чем через полчаса, уже привязывал лошадь за дерево у реки. Народу как он и предполагал было много, хотя лодок против ожидания по речной глади бегало не густо, и свободные у пристани ещё стояли. Заплатив лодочнику даже больше чем следовало, Иван с небольшой курьерской сумкой через плечо, где лежали нехитрая снедь да бутылка вина, сел в лодку, и в несколько мощных гребков, сразу отчалил на середину. Ну, положительно сегодня удачный день, лодка под управлением Олега, выплывала из-за плавучего камышового островка, а на носу её, деловито красовалась прелестная барышня Светлана, в лёгком летнем платьице светло-голубого цвета, и такой же шляпке с цветочками. В руках красавица держала сложенный зонтик, коим указывала брату направление движения.
-Ага, вот и моя сладость в шляпке, иду на перехват!- проговорил сыщик, и тут же стал выгребать на встречу. Когда лодки поравнялись, сыщик приветливо приподнял картуз.
-Привет честной компании!
-Иван Силыч, это вы?- ошеломлённо хлопая глазками радостно пропела девушка, расцветая радостью.
-Разумеется Светлана Дмитриевна это я!- кивнул сыщик, и следом поздоровавшись с Олегом, товарищески протянул ему бутыль с вином.
-Не желаете ли жахнуть?
-Желаю, но у меня с собой нету стакана!
-Да не смущайся мой друг, пей прямо из горла!
-Ну, тогда ваше здоровье! – Олег опрокинул в себя пару глотков, и вернул бутыль владельцу.
-М… а мне?- тоненько пискнула барышня.
-Лимонаду, на берегу- ответил брат, а сыщик его поддержал, глотнул треть бутылки и спрятал остатки в сумку.
-У-у жадины!- притворно обиделась Светлана, и надула губки. Сыщик запустил руку в сумку, и выудил оттуда прекрасную южную грушу, с одного боку жёлтенькую а с другого красную.
-Угощайтесь ваша светлость!
Сверкнув очами, барышня как игривый котёнок лапкой, цапнула грушу ( они с детства были её слабостью, и она даже лазила за ними с мальчишками в чужой сад!) и стала лопать. Пока девушка жмурясь от удовольствия, смачно лакомилась, сыщик спросил у Олега.
-Так, позвольте Олег Иваныч полюбопытствовать, не вы ли капитан сего судна?
-Никак нет, я всего лишь лоцман!- чётко ответил будущий родственник- А капитан вот напротив меня сидит, и зонтиком указывает путь.
-Угу!-браво кивнул очаровательный капитан прожёвывая грушу- Я капитан, вот! А вы господин сыщик чего интересуетесь?
-Да вот думаю, взять вас на абордаж, или нет? – глядя девушке в глаза, проговорил Бусов, слегка усмехаясь. Олег сразу поднял руки в верх.
-Ну тогда- сдвинув брови произнёс сыщик обращаясь к симпатичному капитану- я объявляю вас моей пленницей, и прошу перебраться на борт моего судна!
Светлана выбросила за борт огрызочек, смочила ручки, обмыла мордашку и утиревшись платочком решительно поднялась, и подала сыщику руку.
-Смертельный номер! Зрителей со слабыми нервами, просьба покинуть театр! – холодно озвучил действо следователь, от чего барышня озорно хихикнула, и осторожно занесла ножку на борт соседнего корабля. Бусов одним плавным движением переместил ойкнувшую девушку на борт личного галеона, и пообещав брату доставить семейное сокровище в том же виде, в котором брал на абордаж, вышел в открытые воды…
Иван, стараясь уплыть от всех как можно дальше, грёб вёслами с такой силой, что лодка буквально летела по воде, делая небольшие волны.
-Куда это Иван Силыч, вы так разогнались-то?- кокетливо хохотнула барышня, подставляя личико под тёплый ветерок. На это сыщик охотно ответил, что он похищает прекрасную сарматочку для приватной прогулки.
-Звучит как-то двусмысленно!- вслух подумала барышня, и открыла зонтик.
-Что, припекает?- спросил Иван, когда они уже отплыли достаточно далеко.
-Да нет, просто пусть будет!
Бусов огляделся по сторонам, они были совершенно одни, и сыщик бросил вёсла, лодка стала медленно дрейфовать меж белых лилий. Стремительно носились стрекозы, клопы-водомерки скользили по воде, зигзагами проплыл большой уж, играли кругами рыбки, и солнечные блики отражались в речных волнах. Благодать.
-Я очень рад что нашёл вас здесь Светлана. Просто несказанно!- прошептал сыщик.
-Я тоже очень довольна, вы подняли мне настроение!- улыбнувшись тихо ответила девушка, глядя на сыщика с неприкрытой девичьей любовью- Иван- робко прошептала она – а почему вы тогда не пригласили меня на вечер в тот салон, где я вас случайно нашла?
-Светлана, да я там не отдыхал, а был по делам служебным – полу соврал сыщик – но, увидав вас, я послал их все к чёрту, они не стоят и одной вашей очаровательной реснички!
Барышня так счастливо улыбнулась и сверкнула глазками, что сыщик на короткое время, вовсе забыл об окружающем мире: перед ним была только та, ради которой он был готов почти на всё. Любовь всей его оставшейся жизни, сидела сейчас перед ним, и сияла как солнечный зайчик. Такой красоты, Иван не видел давным-давно, красоты не той которая вызывает страсть и вожделение, а той, ради которой стоит жить, а коли придётся, то и умереть. Голову, кружили большие голубые глаза, источающие озорство и нежность, само лицо, царственная осанка, вся фигура Светланы сводила с ума, и не будь Иван настолько натренирован и выдрессирован жизнью, могла бы произойти какая-нибудь, почти непоправимая ошибка. Но хвала небесам, старому драгуну хватало и того, что он мог любоваться красавицей, говорить с ней, делать подарки, и конечно же целовать, в эти дурманящие ум, сочные девичьи уста…
-Давайте к берегу Иван, а то у меня уже ножки затекли!- попросила барышня, и сыщик сразу же повиновался. Берег ему тоже был сейчас просто необходим ( обнимать милую в лодке было не совсем удобно)
Лодка ткнулась носом в песок, сыщик первым скакнул на берег, и протянул барышне руку. Та повелительным жестом подала свою, кавалер ухватил её ладошку собственной пятернёй, плавно но решительно потянул на себя, и в ту же секунду прелестное создание уже нежилось в его объятиях. Он целовал Светлану долго и страстно, от чего та, закатив глаза даже лишилась чувств, обмякнув в его руках. Слегка встряхнувшись, он быстро оживил прекрасную царевну, извинился и в оправдание сказал что просто увлёкся.
-Разрешаю…-блаженно пролепетала Светлана, глядя на него большими глазами.
-Чего разрешаешь?- не сразу понял сыщик.
-Увлекайтесь Иван… разрешаю!... – счастливо повторила девушка, медленно приходя в себя. «Да нет, пожалуй не стоит, а то я так и контроль могу потерять, всё же не железный !»-подумал сыщик, ещё держа девушку в объятиях. Через минуту барышня впрочем окончательно ожила, и увидав цветочную поляну вскрикнула, и резво бросилась собирать цветы, позвав с собой и сыщика.
-Спасибо Светлана Дмитриевна, но я лучше отсюда на вас полюбуюсь, вы такая хорошенькая на этом лугу среди цветов, что будь я живописец, то обязательно нарисовал бы вас!
-Ещё нарисуете!- хохотнув, девушка сняла шляпку и повесила на куст. Ветерок игриво перебирал пушистые локоны красавицы, Бусов допивал вино закусывая его яблоком, и мысленно купался в счастье. Семнадцать. Семнадцать долгих лет он не знал что такое по настоящему полюбить женщину, когда ты счастлив просто тем что она есть, что она смеётся, огорчается, дует губки, забавно возмущается, растерянно хлопает глазками, и всем видом показывает тебе, что любит сама. После страшной разлуки с Нефрит, он думал что ему в лучшем случае останутся только интрижки, да страсть и вожделение обычного живого человека. Теперь же, любовался, просто любовался и мечтал, мечтал о будущем. Скорее бы купить дом и тогда… Тогда решительное объяснение, и свадьба. Только бы никакая нелепость, или бредовая дурость не влезла бы меж ними, только бы нет… Но Бусов, тут же прогнал дурную мысль, вон,отсюда! Он либо будет вместе со своей Светланой, либо его не будет совсем. Середины уже нету, годы не те… Девушка собрала большущий букет, и потом сев на бережок ( Иван постелил ей свой костюм) и сплела два чудных венка, себе и ему. Оба одели их и стали похожи на влюблённых в день Ивана Купалы. Венок так понравился Бусову, что он снова обнял любимую, и долго целовал.
Обратно, они плыли в веночках, чем очень порадовали Олега, полу дремавшего на берегу.
-Ну, друзья мои, вы прямо Купала и Кострома!- восхитился брат девушки, помогая ей спрыгнуть на берег.
-Ой Олежек, это было так здорово, так восхитительно, так…- начала было заговорившись барышня, на что Олег коротко сказал.
-Дома расскажешь, егоза ты моя!
-Ну ладно!- согласилась девушка.
-Так, Светлячок, а шляпка-то твоя где?- задумчиво спросил вдруг брат. Светлана на секунду замерла с открытым ртом, хлопая глазами.
-Ой… на кусту забыла, на полянке с цветочками…- огорчённо пролепетала девушка, растерянно глядя на мужчин.
-Это не страшно Светлана Дмитриевна- успокоил её сыщик- я вам ещё лучше куплю, какую укажете! А ту, ну пусть берегини с русалками по модничают!
-Да!- вдруг весело кивнула Светлана- точно! Пусть по модничают! Дарюу-у!- она весело закружилась на одном месте, счастье, простое девичье счастье, снизошло на неё в этот миг, и поглотило целиком: она любила и была любима!..
Буквально на следующий день, на Ивана свалилось очередное дело. В 16-ти верстах от города, в окрестностях большого волостного села Засекино, две недели назад, стали пропадать молодые девушки. С начало одна, потом другая. а потом сразу две. А буквально сутки назад, в лес по орехи, пошли трое девушек. А назад прибежала только самая младшая, Фрося, 14-ти лет от роду, и запыхавшись рассказала соседям что двух других девчонок, которым было уже по 16-ть, увела куда-то неизвестная тётка с пустой корзиной, посулившая всем медовых пряников с молоком.
-А почему ж они только сейчас-то спохватились, Василий Петрович?- возмущался сыщик в кабинете у полицмейстера – Две недели как девки пропадают, а они только теперь проснулись?
-Да Иван Силыч, ну вы же порядок знаете, такие преступления если нету поблизости полиции, обязаны расследовать старосты при помощи десятских да сотских!- устало пояснил Горынин- ну они и попытались сами найти, да вон вишь ты как, ещё двух упустили. Ну и пришлось нам, уж челом бить!- развёл руками полицмейстер. Бусов гневно выдохнул и сказав что выезжает немедленно, пошёл собираться. С собой взял Хворостовского да Ефимова, и на полицейской пролётке, поехали уже в это самое Засекино.
-Чует моё сердце ребята, что там мерзапакость какая-то таиться за этими пропажами!- мрачно предположил Бусов, когда они ехали.
-Полагаете убийство?-спросил Ефимов.
-И похоже не одно- вздохнул сыщик поправляя цилиндр- девушки так просто не пропадают!
-А цыгане не могли?- предположил Хворостовский.
-Вряд ли, да и табора по близости нету – ответил сыщик – тут дело тёмное, гнусное. Если б это где в европейской стране происходило, и там рядом был бы замок знатного вельможи, то могло быть бы так, что он заманивал бедных девушек на утехи плотские, да умерщвлял. Но замков тут нету, вельмож, окромя блудливых помещиков тоже, так что будем искать.
-Если б блудливый помещик, то это бы пол-беды, это б уж известно было, и решаемо в пять минут – бросил Ефимов – а там помещика нету, и не было никогда, однодворцы да государственные крестьяне живут. Я как-то давно охотился с приятелями в тех местах.
-Ладно, гадать на бобах не будем, приедем и выясним всё на месте!- решил сыщик. Вскоре показалось и село Засекино, церковная колокольня которой, горделиво возвышалась над домами. Въехав на улицу, пролётка сразу стала предметом гордости селян, однако близко они не подходили, высокий барин с тростью да сопровождавшие его судейские, имели уж очень строгий вид, мало ли чего? Гости поинтересовались где тут дом старосты, и получив почтительное разъяснение, поехали к нему. Дом старосты был длинным, деревянным строением с двумя печными трубами, и входом по середине. Крыша отливала золотистым блеском свежей, ржаной соломы. На заливистый собачий лай, из дверей вышел мужчина лет 60-ти, среднего роста, с причёсанной бородой и густыми волосами.
-Ты что ль будешь здешний староста?- хмуро спросил Бусов приподнимаясь в пролётке.
-Точно так ваше благородие, точно так!-кивнул мужик. Иван Силович сошёл на землю, помощники тоже стали выгружаться.
-Тогда принимай гостей староста, полиция, следователь Бусов, Иван Силович. Ну а тебя как звать-величать?- спросил сыщик глядя на старосту.
-Минай Кондратич я, Колесов!- ещё раз поклонившись ответил тот.
-Ну пошли тогда в избу, Минай Кондратич, разговоры разговаривать, а пролётка покуда тут постоит, а там решим!
-Милости просим господа, вон в ту половину!- староста указал рукой на право. Они вошли, повернули, и оказались в большой и светлой горнице, с левой стороны которой стояла массивная изразцовая печь, а с правой у окошек, длинный тесовый стол, и лавки.
-Располагайтесь господа!- велел сыщик. и Ефимов с Хворостовским хлопнув на стол свои папку да тетрадь, деловито уселись с уголка, шеф пристроился с торца, снял цилиндр, и положил рядом.
-Может, откушать чего изволите?- угодливо предложил хозяин, но следователь неожиданно ответил, что он изволит начать разговор о деле, и предложил самому старосте тоже сесть за стол. Минай Кондратичь послушно сел рядом с Ефимовым, и оказался от Бусова наискосок.
-Ну давай Минай Кондратичь, рассказывай как всё началось, в подробностях!- приказал сыщик.
-Да как оно началось-та, как обычно… Случаи когда люди в лесу блукали, тута не редки, Ладовский Бор он ого-го-го какой могучий!- качнул головой староста- В прошлом годе вон трое суток две девки блукали. Леший видать сердит был, водил долго, ничего, нашлись комариная закусь. Ну и тут, две недели назад-то, первая пропала, пошли в ночь искать с факелами, аукались-аукались, нет, не отзывается! Уже и к болоту ходили, и там нету следов никаких, ну потыракались потыркались, да на той заднице и сели, где искать? Неизвестно же… Тут дня три спустя вторая пропала, ну народ заволновался, опять бросились искать, и снова ничего, ни корзиночки, ни платочка ни лапоточка! Дня два спустя, опять напасть, двое исчезли, что за наказание? Уж мы и лесных хуторян на подмогу позвали, тоже на тоже, ни следа, ни памяти никакой! А буквально вчера, или нет, позавчёра к вечеру, прибегла вся перяпуганная, одна из трёх девок, что с утра в лес ушли, младшенькая самая, Фроська. Ну и рассказала, что мол встретили они в лесу тётку какую-то с пустой корзиной, и она, позвала их на пряники с молоком да мёдом, а те две дуры и упёрлись. А Фрося даром что младшая, а не пошла, да домой прибегла!
-Что искали вы девушек, это хорошо, - хмуро сказал Бусов глядя в стол, а потом вдруг поднял глаза на хозяина- а почему ж вы, когда хотя бы вторая пропала, не очухались, да девок одних в лес пускать продолжали-то, а?
-Как это?- промычал староста.
-Так это, почему парней с ними не отправляли?- в упор спросил сыщик. Староста как-то даже стушевался.
-Да как же эт можно девок-то, одних с парнями в лес-то отправлять? Да ить там что может быть без глаз-то?- опасливо пробормотал староста, с искренним недоумением глядя на сыщика. На лице Бусова заиграли желваки.
-Ты Минай Кондратичь как, взаправду дурак, либо прикидываешься?
-Не понимаю я вас… ваше.. – залепетал староста.
-Полковник я, по званию!- твёрдо сказал сыщик, сверля старосту глазами. Услышав это, хозяин уже не таясь струхнул, и медленно поднялся.
-Не понимаю я… ваше высокоблагородие…
-Чего ты олух царя небесного, не понимаешь?!- гневно переспросил сыщик- У девок этих что, братьёв-дядьёв не было? Отцы-деды по вывелись все, а? Да и парни ничего нового бы там не натворили небось, а девок бы спасли! Это вам в голову не приходило, нет? - староста виновато опустил голову.
-Ответ понятен- холодно сказал Иван- не приходило… Пороть вас сукиных детей некому! –зло бросил Бусов, и уже тише, но горячо добавил- Четыре молодые жизни могли спасти бы!
-Так их что, в живых что ль нетуть?- тихо спросил староста.
-Скорее всего что нету, хотя пропавших позавчера, может и удастся спасти. Так Минай Кондратичь, запоминай крепко чего скажу- сыщик встал и вышел из-за стола- с этого часу, я, своей властью, под страхом ареста и плетей, запрещаю отпускать в лес детей и девок одних, без сопровождения мужиков или парней. Кто ослушается, пусть на себя пеняет, я нынче в плохом настроении. Так, это первое что ты прямо сейчас доведёшь до всех жителей. Второе, как у этой Фроси фамилия, и где её изба стоит?
-Так это, возле церкви они живут, прямо напротив колодезя-журавля, а фамилия у них Тумановы, Фрося Туманова она!- виновато ответил староста. Сыщик надел цилиндр, и спросил ещё.
-Ну и третье почтенный муж, куда нас на постой определишь?
-Так господа, у меня и становитесь, вон там- хозяин указал рукой на дверь в стене- две светёлки хорошие есть, с окошками, если конечно не побрезгуете!- с надеждой проговорил Минай Кондратичь.
-Не побрезгуем, Хворостовский, Ефимов, располагайтесь пока, а я слетаю с девчонкой потолкую!
-Хорошо!-кивнул денщик. Они всеми вышли, помощники внесли в дом свой нехитрый скарб, а следователь сев в пролётку, приказал кучеру гнать к церкви. Изба Тумановых оказалась средних размеров саманным домом огороженным щербатым плетнём, возле которого стояли две бабы лет по сорока, да чего-то живо обсуждали. Экипаж остановился, сыщик легко соскочил с него, и быстро подошёл к замолкнувшим женщинам.
-День добрый бабоньки, это дом Тумановых?- он указал на строение.
-Добрый день барин, я Таисья Туманова- сказала одна, темноглазая и ещё довольно привлекательная женщина, тревожно глядящая на сыщика. Тот постарался придать лицу мягкость.
-Фрося, что позавчера одна из лесу прибежала, это дочка ваша?-тихо спросил он.
-Ох да, я прямо не своя вся, так испугалась за неё!- заохала женщина.
-Я из полиции, буду искать пропавших, но, мне необходимо поговорить с вашей дочкой, могу даже тут, в вашем присутствии. Дома она надеюсь, не в лесу?
-Ох что ты барин, бог с тобой!- отмахнулась Таисья- Да я её голубку, сроду теперь туда одну не отпущу, место проклятое!
-А почему проклятое?- тихо спросил Бусов.
-Так говорят люди- голос женщины чуть дрогнул- что нечисть в том лесу страшная завелась, вот девки и пропадают! Мою-то, господь уберёг!- крестьянка истово перекрестилась.
-Да, бережёного бог бережёт!- согласился Бусов, и повторил вопрос- Так дома дочка-то?
-Ды дома, стряпает она, сейчас покличу, Фроська-а! пойди ко мне, доча-а! – позвала Таисья. На зов из дому выскочила невысокая, крепкая босоногая девчонка в сарафанчике, и платочке на шее. Личико у подростка было чистое и приятное.
-Ты Фрося, да?-ласково улыбаясь спросил следователь, и девчонка кивнула.
-Я Фрося, барин, а ты чего-то хотел, да?-дрогнувшим голоском спросила девочка. «Боится бедолага»- подумал следователь.
-Да нет, просто поговорить хотел с тобой, о том, что ты позавчера в лесу видела когда убегала-то?
-Бабу страшную видела!- широко раскрыв глаза, выпалила девчонка- она Лушку с Валюшкой заманила, а я убежала!
-А чем она страшная-то была? Описать сможешь?- сел на корточки следователь, глядя в глаза ребёнку. У Фроси в них сразу заиграл интерес.
-Она такая знаешь невысокая, и видно что трескает много, широкая в общем женщина. Голос такой тихий, заманистый, как колыбельную поёт. А я чего испугалась-то, - голосок у девушки снова дрогнул- глаза у ней такие, не наши, беглые какие-то!
-В смысле стреляет она ими в разные стороны?- уточнил Бусов, девочка согласно кивнула.
-Да, они у ней как бы шарят везде! Я девчонкам говорю «Ну её, она плохая, ведьма наверное!» а они мне «Уйди малявка, мы пряников с мёдом да молоком вот поедим, а ты нет!» Ну я тогда развернулась да домой со всех ног, так-то вот!
-Скажи Фрося, а далеко ли в лесу, ты эту бабу страшную видела?- соображая что-то своё, опять спросил Бусов. Девочка с готовностью ответила.
_ А версты три от опушки, мы глубоко в лес не ходим!-деловито заметила Фрося.
-А три версты это не глубоко?- улыбнулся сыщик.
-Да нет, мы уж домой возвращались, близко были!
-Странные у тебя подружки, под вечер, к неизвестной бабе на пряники идти- проговорил следователь и поднялся на ноги –Ты Фрося то место где бабу страшную видела, не запомнила, нет?- с надеждой спросил сыщик. Девочка пожала плечами.
-Да лес как лес, тропинка извилистая, может и нашла бы…
-А может там рядом приметы какие были, мостки, деревья особенные, бугорки, домишки старые, нет?
Фрося чуть призадумалась закусив пальчик. «Гм, как моя Светочка прямо»-весело подумал следователь.
-Я когда от места где баба их увела побежала по дорожке, я эту дорожку знала, ходили мы по ней, и там точно, мелькнула с левой руки, наполовину сломанная толстющая берёза, вся в грибах, вот она и приметная, а больше нет!
-А от этой берёзы до сюда, сколько вёрст-то?
-Да как сказать-то барин – деловито развела руками Фрося покачав головой- до поляны-то где девок баба увела, отсюда больше трёх вёрст, а от берёзы-то поменьше будет, вот!
-А на пролётке ежели я тебя до туда прокатну, покажешь мне это место, не испугаешься?
-С вами-то чего бояться, вы же не баба!- искренне ответил ребёнок, а её мать смущённо вспыхнула.
-Фроська! Да чего это ты говоришь-то?
-Да ничего-ничего!- улыбнулся Бусов- Весёлая она у вас девочка, ты Таисья не волнуйся, мы часа в полтора обернёмся, а дочка хоть прокатиться заодно! Мы вот только к старосте заедем, там ещё двух полицейских заберём, и покатим. Муж-то где, в поле?
-Да где ж ему быть-то? Сено коровам сгребают –тихо ответила женщина, с какой-то надеждой глядя на сыщика. Тот галантно помог Фросе залезть в пролётку.
-Ну-ка полезай стрекоза, сейчас поедем, а потом я тебе за службу, денежку дам, ага?
-Ага! Я на неё бусики куплю!- сразу нашлась Фрося.
-Разумеется!- согласился Иван Силович, и кучер тронулся. Захватив помощников, экипаж сопровождаемый кучей зевак, покатил к лесу.
-Примечайте ребята всё, что броситься в глаза!- приказал следователь помощникам, когда пролётка въехала в лес- важна бывает любая мелочь!
Ехали не долго, вот мелькнула обломанная берёза, но дальше дорожка сузилась, и Бусов взяв Хворостовского, осторожно пошёл за Фросей. Минут через 20-ть, вышли на небольшую поляну.
-Вон!- указала рукой девочка- Оттуда эта баба с пустой корзиной и вышла!
Сыщик глянул. Слева рос густой орешник, справа через тропинку, две корявые сосны обвили друг друга как змеи в брачном танце.
-Из-за кривых сосен она вышла, да?- уточнил сыщик глядя на Фросю, та молча кивнула.
-А вы с какой стороны шли? - переспросил Бусов. Девчонка показала тропинку бегущую чуть сбоку.
-Вон оттуда барин мы шли!
-Подождите тут!- бросил Иван, и не спеша подошёл к соснам-змеям. Осмотрел всё вокруг, пригляделся, пристроился за ними. Неплохое место для наблюдения и засады. Встал и не торопясь пошёл дальше глядя на кусты и дорожку. Ничего, какие тут улики? Сами шли как ослик за морковкой, да и что крестьянские девушки могут оставить? Драный лапоть? Так нет их тут. Ладно, пришла пора опять древнюю науку применить…
Иван прислонил трость к дереву, снял цилиндр, и положил на землю. Затем подняв голову вверх, он замер и стал слушать ветер, чуть разведя руки в стороны. Стоял он так пару минут, затем опустился на колени, приложил ухо к земле и ладошки тоже. Глаза Иван прикрыл и сосредоточился, как учил его когда-то, простоватый на вид казачок, Степан Чига… Минут через пять, Иван сонно открыл глаза, оттолкнулся руками от земли, и плавно встал. Не спеша отряхнулся, надел цилиндр, взял трость и вернулся.
-В деревню!- приказал он, усаживаясь в пролётку вслед за денщиком и Фросей. Дав девочке двугривенный, сыщик задумчиво вздохнул произнеся «Н-да»..
-Ну, Иван Силыч, чего там?- тихо спросил Хворостовский, по опыту зная чем барин там занимался.
-Зло здесь в лесу Митя, очень большое зло.. А по меркам деревни, очень страшное. И оно будет расти если мы меры не примем, и не поторопимся с поисками. Так-то, брат Димитрий!
-А в деревне что?
-Убийц там нет, но сообщники могут быть, так что не смотря на мои данные, проверять будем всех и вся, ну как обычно всё. Соучастие же может быть и невольным, ты же знаешь как порой случается!
- Да уж нагляделся…
-Сейчас как приедем, вы Ефимов- он обратился к молча сидевшему приставу-залезете на колокольню и подробно, со всех сторон срисуете план деревни, до лесной опушке. Но если в лесу разглядите какие-то строения, то их тоже разумеется надо будет занесть в план, сделаете?
-Конечно Иван Силыч, посижу подольше, но срисую!- ответил Ефимов.
-Ты чтоб работу себе облегчить, только линии улиц мне отметь, переулки, перекрёстки, и тому подобное, дома помечать не надо. Мы какие необходимо будет, по ходу дела нарисуем!- объяснил сыщик.
-Ну тогда это вообще всё упрощает!- облегчённо вздохнул пристав. В Засекено вернулись быстро.
-Спасибо, помогла дочка ваша!- поблагодарил сыщик маму Фроси, высаживая шустрого ребёнка у родного дома. Ефимов тоже соскочил, и пошёл с папкой прямо к церкви, чтоб исполнять приказ начальства, прочие поехали до квартиры. Пролётку загнали на широкий двор, огляделись и пошли в дом. К тому времени староста тоже уже вернулся, и отчитался перед их высокоблагородием что приказ не пускать девок в лес одних, до мирян доведён полностью. Сыщик поблагодарил Минай Кондратича за расторопность, и сев за стол, сказал старосте.
-Мне надо побеседовать с родными всех пропавших девушек, но для начала с теми, что пропали на днях, вы пошлите кого-нибудь за ними!
-Слушаюсь, сей момент распоряжусь!- староста поклонившись вышел.
-Думаете что родные могут свет на это дело пролить?- тихо спросил Хворостовский. Сыщик тяжело вздохнул.
-Вряд ли Митя, вряд ли, но чем чёрт не шутит? Допросить их надо.
Скрипнув дверью вернулся староста и сказал что послал внука оповестить сродственников пропавших.
-Так, ладно это потом, а сейчас я хочу тебя Минай Кондратичь кое о чём по расспросить- проговорил сыщик на что староста с готовностью согласился.
-В лесу ты упоминал хуторяне есть, и много там хуторов этих?
-Да как сказать-то? Ну хуторов семь-восемь есть, они там издавна живут. За дорогами следят чтоб не зарастали, просеки очищают, ну и вообще за порядком следят.
- Семь-восемь говоришь, и далеко они в лесу друг от друга располагаются?
-Друг от друга-то они не более чем по одной версте сидят, так оно способней, и навещать можно друг друга. А от нас первый хутор, верстах в пяти, от края лесу будет!
-А они как, в одну линию стоят, или в разброс?
-Да кто как, ваше высокоблагородие, есть кто в рядок, а иные в разброс, кому как способнее, так и становились!- пояснил староста.
-Ещё кто-то там есть? Лесники, мельники, ну?
-Лесники-то, они хуторяне и есть сами собой, и мельница имеется, водяная, верстах в трёх в лесу, у реки, она там изгиб делает. А ещё пасечник, Панкрат Могутов с супругой вдвоём живут, уже давно, лет почитай 30-ть. Но тот в сторонке от хуторян стоит.
-Нелюдимый что ли? – спросил Бусов.
-Да напротив, общительный!- пояснил хозяин- Просто он чуть на просторе, не в чаще живёт, от нас где-то версты четыре, не больше будет, и мёд у него хороший!
-Ну лесной мёд всегда хорошо ценился- улыбнувшись кивнул сыщик-и более никого в том лесу нету?
-Нет, нету болей никого!- помотал головой староста. Бусов, сцепив пальцы в замок, проговорил.
-Мой помощник сейчас снимет план села, а ты потом пометишь мне на нём эти хутора, мельницу и пасеку. Сможете карту-то читать?
-Так читаем, мы и охотой живём, как же не читать-то?- оживился Минай Кондратичь- Отмечу, дело не хитрое.
-Ну и хорошо, а покуда подождём родственников,да и побеседуем с ними – сказал полицейский, задумчиво глядя на хозяина.
Первыми пришли родители Лукерьи Шубиной, девушки 16-ти лет, хлопотливой, рукодельной и заботливой, как наперебой затараторили было родители, но сыщик не громко но твёрдо попросил говорить по одному, и начал расспрос. Однако ничего сколько-нибудь интересного он не услышал. Осенью Лушу собирались отдавать замуж за сына сапожника Николая Буракова, молодого, 18-ти лет от роду, но уже хорошего мастера. Жениха дочке, родители нашли сами, уже были смотрины и молодые друг другу понравились.
Других женихов у Луши не было, так, дурачилась на игрищах да и всё. В конце, мать с отцом чуть не на коленях стали умолять «их благородие» найти дочку. Бусов гневно потребовал встать с колен, и никогда впредь перед ним так не унижаться, а то прикажет наказать. А затем, уже более тихим голосом заверил несчастных супругов что сделает всё что в его силах, и надежда есть. Крестьяне поклонившись ушли, за ними робко просунулись родители Валюши Климовой, тоже 16-ти лет, и тоже работящей, собиравшейся на Покров замуж за сына кузнеца, Василия Дорохова 21-ти года, домовитого парня.
-Да люди-вздохнул сыщик- не страдали бы вы все тут хернёй благонравственной, а пускали бы с девушками их женихов всюду, все бы теперь были живы и здоровы, а мне бы тут с вами-дураками не сидеть, а иное дело делать!-недовольно заметил сыщик.
Дальнейший расспрос ничего не дал, родителям была обещана помощь, но едва ушли эти, как пришли родственники других четверых девок, и всех пришлось принять и выслушать, убив на это два часа, но ничего толком не узнав. Никаких романтических страстей в семьях не было, ни ревности отвергнутых женихов, ничего такого, обыденная крестьянская жизнь. Этих людей Бусов обнадёживать не стал, и посоветовал готовиться к худшему. Миряне уходили удручёнными. За это время пришёл Ефимов с составленным планом, и по указанию сыщика сел со старостой на другой конец стола, вносить дополнения в виде лесных домов. Когда последние родственники ушли, сыщик облегчённо вздохнув, спросил у Хворостовского.
-Ну, чего сам думаешь по этому поводу?
-Глухомань Иван Силыч, в семьях ответа на вопрос нету, корень преступления не там, уверен!- ответил денщик, задумчиво глядя мимо шефа.
-И я тоже Митя так думаю. Зло в лесу, всё оттуда ползёт, там и шуровать надо, но кое-что в селе ещё посмотреть стоит.
- Узнать хочу нету ли поблизости от Засекина, усадеб каких-либо господ, знаешь, из тех что почти без клочка земли, но как-то живут.
-Думаете что кто-то из таких мог?
-Запросто!- ответил Иван- Примеры тому уже были. Живёт такой европейски ориентированный барин, и становиться ему подлецу скучно, и задумывает он преступление совершить. Ну со своей-то дворней опасно, и заметно, да и зарезать-зарубить запросто могут. Посему посылает какую-нибудь клюшницу Агриппину или Параскеву, дурочек деревенских заманивать, и всё до поры шито-крыто. Чем не Синяя борода в провинциальном исполнении?
-Ну если отбросить все другие версии, то эта полагаю самая верная!- согласился денщик. Иван Силович не успел что-либо сказать на сей счёт, Ефимов со старостой поднялись с мест.
-Готова карта, Иван Силыч!- кратко оповестил пристав, показав сам документ.
-Давайте сюда оба!-позвал Иван, и когда «картографы» подошли да сели, Бусов взглянув на план остался доволен, всё чётко, ясно, и расстояния указаны хоть и примерно, но вполне приемлемо.
-Скажи-ка, Минай Кондратичь, а кого ты из лесных жителей, знаешь хорошо так, чтоб совсем?- спросил следователь. Староста ответил сразу.
-Так это, Панкрата –пасечника знаю, даже бывал у него раза два, да.
-Что за человек?
-Учёнай, грамотнай, книжки читаить!- уважительно кивнул староста- И собой обходительный.
-Учёный? Это с чего ж вы взяли, он что, из благородных что ли?- переспросил сыщик. Колесов отрицательно мотнув головой, ответил.
-Не, Иван Силыч, он из мужиков, только говорят что в европейских землях был в молодости, но где и когда, не ведаю!
-Ладно, это мы выясним- проговорил Бусов- и давно он тут живёт-то?
-Да лет 30-ть, я ить уже говорил вам…
-Это ничего, повторить пройденное полезно!- заметил Иван и дополнительно поинтересовался, кто может про пасечника рассказать подробнее? Староста растерянно пожал плечами.
-Даже не знаю, тут у него старинных-то товарищей нету, с детства чтоб, пришлый он…
-Ладно, про мельника что можете сказать?
-Мельник-то наш, здешний, Фёдор Угольцов его зовут, лет ему где-то 45-ть, женатый, детей уже взрослых имеет. Ну как сказать? Мельник, он и есть мельник, жуковатый, скуповатый, объегорить нашего брата норовит, а так сказать что сволота, нет, не могу.
-Ладно, а прочие хуторяне?
-Ну с теми шапошно знаком, так, здрасьте-до свидания и шабаш! Дел больших не имею, если дров привезти там, аль строевого лесу, то да, но не более того. В товарищах не хожу ни с кем!
-Да-а- протянул сыщик – проверять и проверять, дело боюсь затянется, а время играет против нас…
-Ваше высокоблагородие, может отобедать изволите, время уже!- неуверенно предложил хозяин. Сыщик оглядел своё воинство, оба судя по выражениям на лицах, были не против.
-Пожалуй Минай Кондратичь, давай отобедаем, да ты там особо не суетись с разносолами-то, мы люди военные, ко всякой пище привыкшие!
-Не извольте беспокоиться господа, останетесь довольны!- пообещал староста, и не обманул. Щи со свиными рёбрами, картошка, курятина, грибочки-огурчики, рыба жареная, домашняя водочка и пироги с различной начинкой, угостились сыщики на славу! Попив чайку с вареньем, они все трое ( кучера покормили отдельно) пошли в отведённые им комнаты. Там, в одной из них, Бусов стал держать военный совет.
-Вам Ефимов, надо будет остаться в деревне, походить тут, понаблюдать, поговорить с кем-то, может кто сам чего сказать пожелает, либо донести. А мы вот с Хворостовским часика через полтора, съездим верхами в лес, да от места где баба девок увела, по карте-то и поглядим, да попытаемся вычислить наиболее вероятное логово преступников.
-Вы думаете их несколько?- спросил Ефимов.
-Конечно, одному такое трудно проворачивать, без сообщников не обойтись ни как- ответил задумчиво сыщик- но вот кого и на чём ловить в том лесу, я пока не ведаю.
-А по хуторам завтра поедем?- спросил денщик.
-Да, завтра по раньше встанем с тобой, и в небольшой поиск сходим, а Ефимов тут поработает, кто знает, может и накопаем чего?- устало завершил свою речь следователь, и опрокинувшись на лежанку, прикрыл глаза. Ему хотелось подремать. Через полтора часа как и было задумано, Бусов и Хворостовский взяв за небольшую плату пару осёдланных лошадей, и сверяясь с картой въехали в лес, уже по знакомой с утра дорожке. По пути отметили искалеченную берёзу, доехав до змееподобных сосен, отметили и их, а дальше пошли уже очень осторожно, стараясь не пропустить возможные улики или подсказки.
-Так Хворостовский, судя по карте от Змеиных сосен до пасеки Могутова две версты, до мельницы, около трёх примерно, это на юг и север соответственно. Далее, чуть пройдя мельницу, примерно версты три, в ряд стоят три хутора. А вот на восток, версты четыре от Змеиных сосен, сидят ещё пять хуторов, на верстовом удалении друг от друга. Вот и думай Митя, гадай, куда именно, могла эта баба с беглыми глазами, девок-то заманить ближе к вечеру, от Змеиных сосен? Давай, поработай колганом-то!
Хворостовский задумался.
-Угу. Ну если качать воду, то всегда лучше из ближнего колодца барин- наморщив лоб, начал денщик.
-Так-так, давай!- подзадорил сыщик.
-От опушки леса до Змеиных сосен, версты три. Девки идут уже домой, то есть находились да подустали, так. Появляется баба, и зовёт проголодавшихся дурочек в гости, это значит только одно: живёт она где-то недалеко, иначе вряд бы девки опять попёрлись на дальняк. Смотрим куда могли деться. На пасеку могли? Могли, две версты всего, самое оно. Далее на мельницу, всего три, тоже положим могли. До южных хуторов, аж шесть только до первого, а до третьего все восемь! Нет, туда вряд ли. До восточных, до первого, четыре версты, но это по прямой, а по лесным крюкам да обходам те же шесть-семь набежит. А ить уже к вечеру дело, а в лесу темнеет раньше, им домой надо, они же хоть и глупые но не безумные, больше чем на час в гости не собираются в такой ситуации-то!..
-А ежели скажем баба посулилась что у неё тут где-нибудь лошадь с телегой, нет?-прикинул Бусов, глядя на помощника. Тот поморщившись, отрицательно помотал головой.
-Нет, вряд ли, Фрося бы это запомнила, вон, глаза у бабы забеглые приметила, а уж упоминание про лошадь с телегой не пропустила бы, она похоже умница!
-Да, ребёнок шустрый, ты прав Хворостовский, и что ж тогда нам остаётся, пасека да мельница?
-Точно так, они первые у нас на проверку!- уверенно кивнул денщик.
-Можно конечно нагрянуть туда внезапно, с обыском, мол ищем везде, - начал прикидывать Бусов- но, мы можем как ошибиться, так и наоборот, не найти где держат пленниц, или их останки. Как правило, такие лиходеи близ домов тайников не держат, хотя –сыщик почесал щёку – народ не пуганный, тёмный, могут и обнаглеть.
-Гадать нечего барин, ехать надо прямо к пасечнику и мельнику, и на месте глядеть что да как!- предложил Хворостовский.
-Ну добро Митя, поехали тогда сперва на пасеку, мёды разведаем!
Ещё на подъезде к пасеке, услышали яростный собачий лай, брехал один пёс, и судя по голосу, здоровенных размеров. Дом пасечника был большим бревенчатым строением с высокой завалинкой, большими окнами, и высокой же, двускатной крышей, крытой тёсом. Вокруг стояли деревянные сараи, амбар, хлев, торчала из земли замшелая крыша омшанника. Окружал поместье высокий тын, за внешним периметром которого росли кусты шиповника, дикого тёрна и сливы, словом живая изгородь, надёжно берегла территорию двора от лесных обитателей, или случайного человека. Но ульёв видно не было. Да это и не удивительно, в таких случаях пасеку держат на некотором удалении от дома, и не в хвойном же лесу ей стоять! Ворота были отворены, и гости чинно въехали во двор.
-Хозяин! Выдь-ка сюда, дело есть!- зычно крикнул Бусов, чуть приподнявшись на стременах. Здоровенный лохматый пёс в углу двора рвался с цепи. Из одного сарая вышел мужик в домотканой подпоясанной верёвкой рубахе, поверх которой был одет жилет из козьей шкуры, таких же штанах с заплаткой на колене, стоптанных сапогах, и соломенной шляпе на голове. Длинные седеющие волосы да короткая с проседью же борода, делали его облик особенно колоритным. Пасечник поглядел на гостей спокойно, так, как глядят на тех кто бывает часто, то есть привычно.
-Добрый день господа!- приветливо сказал он, чуть приподняв шляпу.
-Да уж вечер скоро!- сказал на это Бусов, и поинтересовался у мужика, он ли хозяин дома, пасечник Панкрат Могутов?
-Точно так-с- кивнул головой пасечник- я Панкрат и есть, живу тут, уже почитай лет 30-ть, место хорошее. А вы позвольте спросить, по какой ко мне надобности-то?
-Да вот хотели порасспросить о соседе вашем, мельнике Угольцове Фёдоре, что он за человек?- ответил Бусов соскочив с коня. Хворостовский тоже слез. Пасечник неопределённо пожал плечами.
-Да не знаю даже как вам и ответить, а вы извиняюсь, по какой части служить изволите?
-Полиция, следователь Бусов, Иван Силович – представился сыщик, и тут же следом представил помощника.
-Сосед ваш подозревается кое в чём, мы пока не можем вам всего рассказать, но рассчитываем на вашу помощь и содействие!- сказал Иван, внимательно разглядывая пасечника.
-Ну тогда нам лучше в избу пройти, тут не особо поговоришь-то – улыбнувшись заметил хозяин, жестом зовя гостей за собой. Сыщики не торопливо вошли, миновали полутёмные сени, и шагнули в просторную горницу с печью, столом, лавками, и стульями со спинкой. В нескольких подсвечниках горели свечи, Панкрат жестом указал гостям на стулья, и те устало присели приготовившись слушать. Хозяин хлебнул ковшом воды из деревянного ведра, неторопливо подошёл к столу, и тоже сел рядом.
-Спрашивайте господа, скажу что знаю, ничего не утаю!-приготовился отвечать пасечник.
-Вы дружны с ним, или как?- начал Бусов, внимательно вглядываясь в обстановку жилища.
-Да просто обычные соседи, не враги, но и не так чтоб уж приятели- неопределённо ответил хозяин, равнодушно смотря куда-то мимо следователя.
-Скажи-ка любезный, а как он с женой своей живёт? Всё ли у них ладно, не замечен ли в чём непотребном, или она сама у него какая негодная баба?
-Да не, такого нету, тут бы сразу это ясно и заметно стало. Он со своей Акулиной живёт как все…
-А мы слышали он от неё погуливает, и вроде как даже в хуторах у него полюбовница есть, врут или нет?- опять спросил Бусов. Панкрат чуть усмехнулся.
-Даже если и так, беды в том не вижу. Он мужчина не старый, а баба его уже, господа простите за простоту речи, не товарного виду особа, располневшая, да и характер на мельнице испортился, тяжела там работа-то…
-Ты я слыхал в Европе одно время жил?- неожиданно сменил тему Иван – Говорят учёный человек, книги читаешь, верно ли такое?
-Это мужики мою любовь к книгам, за великую образованность принимают- улыбнувшись пояснил пасечник – я тут одно время книги-то и впрямь скупал. Если там у господ лишние были, или даже у мужиков иногда. А насчёт учёности, это они преувеличивают.
-А в Европе-то где были?
-Давно это было всё, так что даже сомневаюсь со мной ли?- смущённо улыбнулся Панкрат- Ещё при императоре Павле Петровиче, во Франции, я со своим барином, князем Семёном Иванычем Разувайским был, и четыре года там прожил, затем перед самой кончиной царя, мы домой вернулись, барин проигрался там шибко, еле-еле расплатился. Да на обратную дорогу только и хватило нам чтоб вернуться. Тут он мне вскорости вольную дал, имение продал, да в столицу и уехал. А я вот тут и осел, вот вся моя учёность и есть.
-А ты же вроде не здешний?
-Да, я из Московской губернии, просто тут у меня приятель в Ладове жил, он умер теперь, ну я какое-то время у него квартировался, пока вот эти хоромы себе не поставил.
-А князь тебе небось и наследство в виде книг оставил?- улыбнулся следователь.
-Вы ваше благородие догадливы, точно, Семён Иваныч то деньгами не богат был уже, а книг мне десятка два оставил, хотите ежели, могу показать..
-Обязательно, но завтра!- отказался пока Бусов, и вернулся к старой теме- Скажи-ка Панкрат, а мельник сильно себе на уме, шаромыжник большой или как?
-Я не замечал, хотя уже лет пять как только у него зерно и мелю, не думаю что сильно он объегоривает, нет!
-А он часом не жестокий человек? Ну может характер дурной у мужика, тяжёлый, склочный там, работников колотит, детей гоняет, тиранит всех, не было ли за ним чего такого?
-Да всяко было – пожал плечами хозяин- в сердцах чего не сделаешь и не скажешь-то? Может и был когда жесток, не без этого. Так с народцем-то и нельзя порой по другому, балует зачастую народец-то, вот и приходиться жестокими-то быть, во благо идеи значить!
-Гм, за идею значит можно?- осведомился Бусов, и продолжил- А в суд на Угольцова никто не подавал? Капитан-исправнику не жаловался? Заседателю жалобу не подавал? Там может детей чужих обижал, уши драл, девок обижал, не было ли этого?
-Да слухи ходили что что-то есть за ним- неохотно подтвердил пасечник- но вот чтоб прям с уликами, иль за руку ловить, нет, не было, точнее я не знаю, могло не могло?
-А ты сам, ни на кого в суд ни разу не подавал?- спросил Бусов.
-Я? На кого? Нет, я не сутяга, все хлопоты да беды сам разрешаю, да сам и хлебаю, вот так-то…
-И на тебя никто?
-В суд нет, грозились только, а так нет, не было!
-Селяне грозились, или хуторяне лесные?
-Да и те и те было дело, а всё по злобе да по невежеству!- подняв палец в верх, пояснил Панкрат.
-А мельник, ни на кого в суд не подавал? Ну там долг стребовать, либо ещё что, не слышал ты, нет?
-Нет, да тут за долги никто почитай по судам-то и не бегает, сам всё про меж себя решают. Должники коли денег нет, просто отрабатывают и всех делов. А дозвольте хоть спросить, в чём же вы ваше благородие, Фёдора-то подозреваете?
-Да стряслась тут одна оказия нехорошая, все улики на него указывают, вот проверяем!- уклонился Бусов от прямого ответа, и на прощание попросил пасечника держать их разговор в тайне, тот согласно кивнул, и клятвенно пообещал быть нем как пень. Было ещё довольно светло, солнце только собиралось клониться к закату, когда полицейские ехали по широкой, лесной дороге. Пройдя с версту, Бусов обратил внимание на следы колёс в песчаном грунте, начинавшиеся из-за поворота, который они проехали.
-Ну ка стой брат, давай глянем!- сыщик остановил коня, и проворно соскочив, стал исследовать колёсные колеи. Денщик слезать не стал, барин и сам хороший следопыт, разглядит что нужно.
-Обрати внимание Хворостовский, следы как от крестьянской подводы, так и от экипажа, это уже кое-что!
-А у кого ж тут экипаж то есть?- слегка удивился денщик. Бусов прошёл шагов десять, присел, покопался пальцем, встал.
-День-два назад тут экипаж проезжал, вон и следы подков чёткие, новые. А мужицкие телеги нынче ездили, ого, а вот и улика, свежая! – указывая чуть впереди, на кучки конского навоза.
-Да, бричка вполне могла тут поджидать сообщницу с жертвами – нашёлся денщик- мол подвезём, садитесь! А тем чего, дети ещё почитай, в радость прокатиться-то, ну и залезли с дуру! Вот как могло это быть – пробормотал Хворостовский. Бусов молча сел в седло.
-К мельнику!- и не спеша тронул лошадь вперёд – Экипажи могут быть и у богатых хуторян или купчиков- размышлял Бусов, легонько пришпоривая конягу- но тут купчиков нету. Значит тут где-то есть помещик, либо кто-то из хуторян разбогател хорошо.
-Новый след?- хмурясь бросил денщик.
-Да, и похоже он нас приведёт куда-то…
-Иван Силыч, а чего вы про пасечника ничего не говорите? Обычно вы свои соображения мне сразу представляли!- намекнул Хворостовский.
-Да ты знаешь брат Димитрий, есть за ним что-то, эти холопы, что при господах за границей-то побывали, в большей своей массе, с вывихнутыми мозгами оттуда приезжают, и начинают тут чёрти чего нести и проповедовать!
-Да знаю я, сталкивался уже- невольно перебил денщик- а общие впечатления о нём есть?
- Впечатления в суд не передашь, но что-то нехорошее тут рядом витает Хворостовский, да и бабы его не видать, где была? Подозревать всех моя работа, так что он на подозрении, хоть и вид имеет вполне себе благообразный.
-А я вот заметил что красного угла в доме нету, это тоже подозрительно!- сообщил Хворостовский.
-Заметил это и я, но спрошу про то завтра, хотя могу цилиндр против твоего картуза поставить, что он атеист, а проще говоря, представиться нам эдак горделиво безбожником, целуйте мол меня за это всеми!
Скоро стал слышен шум мельничного колеса, и полицейские доехали до широкого, даже большого поместья на берегу реки. Усадьба мельника, раза в полтора превосходила по размерам хоромы пасечника, а многочисленные хозяйственные постройки, полукругом охватывали дом сзади и с боков. Забор в рост человека, стоял лишь со стороны леса и дороги, а со стороны реки высился крепкий тын. В ворота въезжали-заезжали подводы с мешками, работники, белые как призраки, разгружали телеги, затаскивали по дощатому трапу зерно, а обратно выносили муку. Всадники молча въехали во двор. Да-а, тут есть где и пленников спрятать и тела. Правда есть одно но: глаз тут много и ушей. При такой куче свидетелей, ежели творишь тёмное дело, то обязательно кто-то что-то заприметит. А вот похоже и хозяин. Широкоплечий в длинном кафтане, сапогах и картузе, тёмноволосый бородач лет 45-ти, деловито беседовал о чём-то с мужиками. Заметив гостей, бородач прекратил разговор, и посмотрел на Ивана Силовича вопросительно: дескать кто вы мил человек будете?
-Который тут будет Угольцов Фёдор, хозяин мельницы?- сам громко спросил сыщик.
-Я хозяин и есть- ровным голосом ответил человек в кафтане- чем могу служить господа?
-Полиция, следователь Бусов, Иван Силович, а это мой помощник, Дмитрий Данилович Хворостовский!- представился сыщик сойдя с коня, денщик слез тоже.
-Нам с тобой хозяин поговорить надо приватно, где это можно сделать?- спросил следователь. Мельник слегка заволновался.
- Да можно вон в доме господа, прошу!- Угольцов жестом показал на дверь. Вошли, в сенях горела масляная лампа подвешенная за гвоздь к потолку, и было достаточно светло. В горнице, свет лился ещё ярче, из гораздо большей по размерам лампы. Суетившаяся тут пара девушек, испуганно юркнули в комнаты при виде гостей.
-Дочки мои!- пояснил мельник снимая картуз, и садясь вместе с гостями за стол.
-Не прикажете ли закусить чего?- предложил хозяин.
-Нет, благодарю покорно Фёдор Игнатич, некогда нам закусывать, дело у нас спешное и разговор к вам серьёзный!-напуская туману начал Бусов. Мельник заволновался ещё заметнее.
-А чего такое? Ежели на меня чего наклепали, так я завсегда готов ответ держать! Они сами вон друг дружку объегоривают, а потом шишки летят, мельник мол жила!
-Да нет мельник, мы не по твоим делам мучным, это тут вы сами решайте-разбирайтесь кто жила, кто сустав, не моего уровня дела-то. Я вот про что хотел тебя расспросить, вернее про кого: что ты можешь про пасечника Панкрата Могутова сказать?
-Чего нужно вам, то и могу!- не задумываясь о высоких материях, простодушно сказал мельник.
-Нам правда нужна, а не поклёп с наговором, всё что знаешь о нём, то и рассказывай давай!
-А он что, украл чего-нибудь?
-Подозревается он в одном неблагонадёжном деле, но может оказаться и непричастным. Вот мы и спрашиваем тех, кто с ним в приятелях ходит!- строгим голосом разъяснил сыщик.
-Так а мы с ним никакие и не приятели вовсе, так, соседи и не более!- сразу начал отнекиваться мельник, часто моргая глазами.
-Ну тогда выкладывай чего знаешь про него, я спрашивать стану, а ты отвечай как есть, ничего не скрывая!- предложил следователь, и диалог начался. Мельник нарисовал сыщикам следующую картину. Пасечник живёт тут очень долго, и по слухам, когда-то давно, ещё в прошлом веке, сбежал из столицы, ибо есть безбожник, и за то не очень любим миром. Человек он хитрый, но грамотный, только книги всё читает какие-то не наши, не Святое писание или Жития святых, а каких-то басурманских хилософов, что всё сотворение мира приписывают не пойми кому. Правда в город ездит часто, к тамошним людям в гости, возит им мёд, а от них чего-то ещё… Детей со своей Фетиньей так и не завёл, да не особо и хотел. Работники у него иногда есть, а работниц не слышно чтоб держал. До баб тоже вроде не ходок, хотя одиноких молодух в деревне много, и почему не заведёт, не понятно. Грубоват бывает, но не жесток, не водилось за ним, а может и не замечали просто. Может ли на преступление пойти? А как же? Человек вообще всё может, чего ж не смочь-то, коли сама натура его такая? Есть ли у кого из хуторян бричка или иной экипаж? Нет, такого нету, это дорого, у всех телеги, правда разные. Про пропавших девок из деревни слыхал, даже работников с огнём посылал на поиски. Чего сам про то думает? А лешие их себе в жёны уволокли, им тоже девки грудастые ндравяться!
-А ты почём знаешь что они грудастые были?- встрял вдруг Хворостовский, чуть склонив голову глядя на рассказчика. Тот ни мало не смутясь ответил.
-Так им же по шашнадцыть годов было, всё ужо выросло что должно рость-то, хе! Сельские девки не чета городским худосошкам, налитыя, сисястыя!
-То есть ты их лично в глаза не видел?
-Да откуда ж? Я и родителев-то ихних пошти не знаю, так, здрастье-до свиданья!- простовато ответил Фёдор Игнатич. Поморщившись, Бусов задал один, только теперь пришедший вопрос.
-Скажи-ка мельник, а барин какой-нибудь тут поблизости не живёт ли, ну в пределах пяти вёрст примерно?
-Да как не быть-то, есть один – спокойно ответил мельник, но кашлянув добавил- только ваше благородие, ежели к нему от нас, через лес ехать, то выйдет около десяти вёрст. А если от Засекино напрямую, то будет всего три версты, во как!
-А как того барина-то величать?- спросил Бусов чего-то про себя соображая.
-А, барина-то? Никитин, Николай Андреич, он в годах уже, за 60-т лет ему, офицер в отставке, и не очень богат, дворни у не то три, не то четыре человека и всё. Землица какую не продал, мужикам в аренду сдаётся, тем и кормиться.
-А наследники у него имеются?
-Да есть вроде, но тут не появлялись.
-Никитин этот, у тебя муку покупает?
Мельник согласно кивнул. Бусов огляделся и поинтересовался а где сама хозяйка дома? Мельник раскрыл было рот чтоб ответить, но тут скрипнув дверью, в горницу вошла полноватая, круглолицая баба в повязанном назад платке, неся в руках лукошко куриных яиц.
-Да вот она и есть, супруга моя, Акулина Афанасьевна – небрежно представил жену мельник, та едва слышно поздоровалась и удалилась в другую комнату.
-Ну Фёдор Игнатич, нам пора уже, сумерки скоро, ехать нам время, завтра возможно заглянем ещё! – встав с места проговорил Бусов, и провожаемые хозяином, гости вышли во двор. Стоял уже совершено какой-то сиреневый вечер, в лесу темнело, но когда полицейские въехали в село, то оказалось что до темна ещё не так скоро. Пастухи гнали домой стадо, и наши герои не торопясь уже приехали на свою квартиру, где их ожидал в нетерпении становой пристав Ефимов.

                                                                                                                     Х Х Х

А в Ладове, в те часы как развивались поиски пропавших девушек, своим чередом текли совсем иные события, и даже поиски. Дело в том, что барышня Брусникина, в утро когда Бусов с командой отбыл в Засекено, проснулась в состоянии некой эйфории. Ей вспоминался вчерашний день, катание с Иваном на лодке, и то, как она лишилась чувств от его поцелуев. Ей стало казаться что каждый раз как Бусов целует её, происходит некое новое ощущение в душе, или как бы она выразилась точнее, всякий новый поцелуй любимого, был слаще и жарче предыдущего. Когда он вчера уезжал на лошади, она так хотела броситься за ним, что только присутствие брата удержало её от этого, а тут ещё и родители наконец подошли. Всё это время они провели на пикнике в большой и шумной компании знакомых. Потерю шляпки Олег тут же объяснил тем, что её унёс весёлый августовский ветерок, после чего они втроём причалили к берегу и обзавелись венками.
-А чего ж ты Олег тогда без венка?- лукаво спросила Катерина Петровна, глядя как дочка застенчиво краснеет. Племянник разочарованно развёл руками.
-А мне тёть Кать не кому было его плести, зато Бусов уехал домой счастливейшим из людей, сияя как золотой червонец и с венком на голове!
-Прямо так и на голове?- с сомнением переспросил дядюшка, глядя как любимое дитя, усиленно пытается найти надлежащие слова.
-Ну просто ему очень понравились цветочки… А я сплела… И ему тоже понравилось, вот… - хлопая глазками пролепетала девушка, пытаясь скрыть смущение, но родители дружно и беззлобно посмеявшись обняли разом дочуру, и сказали что она у них самая славная из всех цветоплетуний. Теперь, нежась в постели, она с радостью вспоминала всё, и была счастлива. Оставалось как ей казалось совсем немного, совсем чуть-чуть до решительного признания Ивана в любви.
Разумеется она всё понимала и без этих слов, поцелуи и объятия говорили лучше всяких объяснений, но тем не менее магической фразы «Я вас люблю» им произнесено не было, даже в пылу поцелуев и объятий. Значит она сама должна подтолкнуть его к этому, вывести на разговор, да. Ведь мужчины ( она это хорошо знала!) если даже были храбры на войне, в мирное время очень долго не решаются произнести этих слов. А значит девушкам нельзя ждать милостей от жизни, а самим их добиваться, а то так и прдётся клещами тянуть эти признания! Да, она намерена решительно вынудить бравого сыщика сознаться что он её любит. Ну не будет же он отпираться в самом деле? Улик кстати предостаточно, они все на лицо! Или на лице…
За завтраком, обведя всех лукавым взором, Светлана задала давно уже кстати не задававшийся вопрос.
-Ну народ, кто чего с ветру принёс?
-Ну что тебе сказать? У меня новость только она – начал папенька уплетая творожную запеканку- наш Иван Силыч опять отбыл с утра пораньше, очередное дело расследовать, так-то вот!
-Куда отбыл?- тревожно осведомилась барышня- И откуда ты сам это узнал сидя дома?
-Таисья с утра на рынок ходила, а там товарку свою встретила, у неё сын городовым служит, так он и сказал. Там где-то в селе, девушки крестьянские бесследно пропадать стали уже давно, да вот теперь лишь спохватились!- пояснил Дмитрий Михайлович. Светлана сразу погрустнела. Где-то в селе, это значит далеко, и значит на несколько дней, как же жалко!
-Гм, интересно, куда вот могут девушки в селе пропадать?- задумчиво пробормотал Олег доканчивая свою запеканку, и прихлёбывая чай. Дядюшка чуть прикрыв один глаз, поправил.
-Не в селе Олег, они в лесу пропадали, уходили, а назад уже не возвращались, и поиски старосты с десятскими ни к чему не привели, увы… Я думаю что дело худо.
-Будем надеется что Бусов хоть что-то сделает с этим – тихо проговорила тётушка- бедные девочки, несчастные родители!..
-Да, Иван Силычу достаются дела одно другого краше!- мрачно заметил папенька, наливая себе чай. Светлана, чуть дрогнувшим голоском то ли спросила, то ли подытожила.
-И опасные…
-У, нет Светлячок, это дело с пропавшими просто загадочное, но опасностей там нету, ну не веришь мне, примени свой Дар да погляди сама, только в начале успокойся и сосредоточься!- буднично заметил Олег.
-Угу!- кивнула сестрица, тоже наливая чай. Лететь гадать очертя голову, она не собиралась, не горело слава богу ( сердечко хоть и грустило, но не играло) а потому братик прав, надо успокоиться, и потом Поглядеть что там и как. Впрочем, сидеть в доме когда красавец август может последние ясные денёчки людям дарит, она не хотела, а сказав всем спасибо, вышла в сад, погулять, погрызть яблочко, потрясти груши, да посидеть в беседке или на лавочке…
Она побродила, подняла яблоко, схрумкав скушала его, и подошла к груше. Висят, эх… те что на земле были, либо Пашка, либо Олежек по стянули, значит надо тряхнуть. Светлана была девушкой сильной, так во всяком случае она о себе думала, а потому схватившись за ветку как за древко знамени, она уверенно, несколько раз тряхнула. Бум! Бум! Бум! –посыпались груши, тряхнула ещё разок, и бумц! Одна прямо чуть не по лбу, да звонко то как!
-Ой-ёй!- вскрикнула девушка потирая пострадавшее место, гневно оглядывая землю, вот. Здоровенная груша поразившая её в оплот идей и мыслей, лежала у самых ног.
-А, ты вот где, противное грушовое создание?- проговорила она поднятому плоду- За нападение на меня, ты приговариваешься мной же, к поеданию. Вот как слопаю тебя сейчас!- и с этими словами барышня кусанула грушу что было сил. Ой мамочки, зубки бедные-е! Груша оказалась просто дубовой, немудрено что голова-то болит, звизни таким плодом по голове даже мужчине, он и то небось такие фразы выдаст, какие маменьку в ужас и трепет приводят! Светочка обиделась на грушу, и гневно отбросила её в траву. «Вот тебе!» затем нарвала спелых слив в подол, села на лавку и принялась их лопать и приходить в норму. Так, Ньютону на башку упало яблоко, и он издал закон. Ей, по голове ударила гадкая груша, но ничего за этим не последовало. Что сие значит, и как такую несправедливость, прикажете ей понимать? Она должна была не обалдеть, а вывести некий закон, который мог бы помочь влюблённым девушкам, добиваться быстрой взаимности. После этого, Светлана опять вспомнила утреннюю мысль, что она должна поговорить с Иваном, и попытаться, нет, не добиться определённости, а узнать её, чтоб он разъяснил ей всё, что так тревожит девичью душу. Потому как любовь-любовью, но и конечная цель отношений тоже важна. То что он любит, она, Светлана, видит и чувствует, и сама уже готова всю себя отдать если б он захотел ( а вот эти бестактные мысли даже «Запискам» доверять нельзя!) Но что он готов со своей стороны отдать в залог ей? Они уже достаточно близки друг другу, хочется девушке уже и ясности. И от чего-то кажется ей, что Иван ответит искренне, скажет всё как есть, и не ранит её, ну он просто не сможет этого! Был бы он повеса или соблазнитель, то случилось бы уже то, о чём девочки её круга уже шушукаются краснея по углам, а у некоторых уже и случалось, и все живы-здоровы, небо на землю не упало. Но её Иван, никогда не то что не намекал, он даже не подводил к этому, целуя её хоть и страстно, но всегда умея во время остановиться. А вот за себя, она и не поручилась бы уже… и чтоб девичья душа не трепыхалась как потерянная косынка на ветру, разговор с Иваном необходим. Просто спросить, и чем проще, тем лучше. А коли он заробеет и стушуется, искренне растеряется? Ну тогда она, барышня Светлана, сама первая возьмёт управление их судьбами в свои руки, и как признается сама в любви к мужчине, то-то сыщик опешит от неожиданности!
-Да Иван Силыч – мечтательно прошептала Светлана своим мыслям- если вы, не признаетесь мне в любви, тогда я признаюсь в ней вам, сумасбродства у меня на это хватит, поверьте! – закончила девушка серьёзные размышления, несерьёзными замыслами. Покончив со сливами, барышня пучком травы вытерла пальчики, промокнула губки, и прикинув планы на сегодняшний день, решила сходить туда, где давно не была, в кондитерскую Ремнёва. Там наверняка есть её любимые пирожные, и она их купит. При мысли о пирожных, опять пришёл образ Ивана, точнее его слова о ней самой. «Пироженка, я вас когда-нибудь возьму, и слопаю!»
-Нечего меня лопать, я и сама могу… кого-нибудь слопать!- чуть смущённо но весело пробормотала девушка, но в душе была очень рада, что сыщик хоть и завуалированно, но дал понять что она ему нравится! Это прекрасно!
Светлана сбегала в дом, надела небольшую шляпку с цветочками (она всегда должна быть красивой, даже когда Ивана нет в городе!) взяла свою сумочку-мешочек, убедилась что денег там достаточно, и весело поскакала в кондитерскую пешком, ловить извозчика ей не хотелось. Наконец-то старый знакомый адрес, угол Колёсной и Прогонной №8-мь. Предчувствуя лакомство, девушка проворно вбежала по ступенькам, толкнула дверь тренькнувшую колокольчиком, и юркнула внутрь. Народу было не много, да барышня и не обращала на покупателей никакого внимания, на витрине, маняще лежали её любимые пироженки. Дождавшись своей очереди, девушка нетерпеливо ткнула в них пальчиком.
-Свежие?
-Точно так-с барышня, свеженькие!- вежливо поклонился кондитер, и улыбнулся.
-Тогда мне как всегда, четыре штучки!- улыбнувшись попросила девушка, и полезла в сумочку за деньгами. Пока кондитер упаковывал пирожные, Светлана думала о том, как она сейчас в саду устроит целый чайный ритуал и будет наслаждаться…
-Вот-с, пожалуйте барышня!- кондитер протянул коробку с товаром, барышня отдала деньги, развернулась чтоб уйти, и вдруг с удивлением обнаружила за свой спиной, глядящую на неё вульгарную рыжею особу, с лорнетом в руке, в дорогом и модном платье, ну ту что бесцеремонно и ужасно вела себя на том вечере, чуть ли не вешаясь Ивану на шею.
-День добрый Светлана!- приветливо бросила Евгения Скважина, и шагнула к выходу. Барышне Брусникиной не очень хотелось беседовать с бесстыдницей, но и убегать тоже было не к чему, сочли бы за трусость. Поэтому выйдя на улицу она коротко ответила «День добрый!», и всем своим видом стала показывать что ей некогда и она страшно спешит.
-Меня кстати Евгения зовут, нас не представили на том вечере!- с сожалением проговорила Скважина, и предложила присесть на лавочку в сквере рядом. Томясь, Светлана согласилась, почему бы и нет, может эта особа как-нибудь себя выдаст, и ей, Светлане, легче будет предвидеть все козни и поползновения, ходят тут вообще всякие!..
-Вы сударыня хотели мне что-то сказать?- абсолютно серьёзно спросила барышня, настраиваясь мысленно на схватку. Однако рыжая особа снова мило улыбнулась.
-Да не то чтобы сказать, просто хотелось узнать вас поближе, в свете только и разговоров что о легендарном драгуне, ныне сыщике, и вас, его очаровательной барышне. Вы ещё не обручены?
-А вот это, вообще не ваше дело- почему-то обиженно, ответила Светлана, мысленно готовая даже и нагрубить хищнице. Но та лишь весело улыбнулась.
-Вы правы, не моё, и ни чьё вообще! Вот так всем и отвечайте чтоб не лезли! Я слышала что Иван так нежно и приятно к вам относиться, что не позволяет никому не то что вас оскорбить, а даже косо поглядеть в вашу сторону! Это очень редкое явление в наше время, вы везучая!
-Иван?!- едва выдавила из себя девушка, почувствовав как её обдаёт жаром – А вы что, давно с ним знакомы?
-Да нет, не очень – улыбнулась Евгения, решив немного подтрунить над забавной девушкой- вот на том вечере-то, и познакомились собственно говоря!
У Светланы отлегло от сердца, но возмущение осталось.
-А почему вы Евгения, тогда позволяете себе панибратствовать так, «Иван!» он для вас, Иван Силович между прочим!- строго заметила барышня, глядя в смеющиеся глаза собеседницы.
-Ой простите Светлана мою вульгарность, просто я общаюсь в основном с офицерами похожими на Бусова, ну а там всё проще!
-И тем не менее, я бы вас попросила!- снова выдав нотки строгости и даже суровости, намекнула Светлана, ожидая что же ещё применит её соперница. Соперница негромко рассмеялась.
-Вы очаровательны Светлана, я понимаю господина Бусова, а вам, просто по женски завидую, вы счастливица. Такие мужчины как Иван Силыч, попадаются нашей сестре лишь раз в жизни, так что глядите в оба!
Так, это что, угроза или предупреждение?
-Вы Евгения что имели сейчас в виду?
-Только то, что вы должны быть осторожной, и не проспать своё счастье- пояснила собеседница – многие женщины сами погубили себя своими глупостями, а спрашивали потом с других. Это глупо. Мне вот например судьба не посылала такой удачи как вам Светлана! И не мудрено, какое тут к чёрту счастье, если я трижды вдова!
-Вы, овдовели три раза?- невольно удивилась Светлана, и даже заинтересовалась.
-Да, а вы разве ничего обо мне не слышали? – с напускной деловитостью проговорила Скважина.
-Ничего абсолютно!- честно ответила барышня, удивлённо глядя на собеседницу.
-О, Светлана, я – горделиво заявила Евгения – уже с некоторых пор местная знаменитость. Послал же чёрт на мою голову трёх дураков, моих мужей! Прямо мор какой-то, не успевала менять траур на свадебное платье! Представьте только себе, за четыре последних года, таскать наряды безутешной вдовы более трёх из них! Ну и как это назвать? Просто свинство с их стороны!
-Да, пожалуй вам не позавидуешь – искренне посочувствовала Светлана, а Евгения тут же поддержала её.
-Ещё бы! Одни эти чёртовы похороны влетели в копеечку, венки, поминки, три легиона безутешных родственников, каждый из которых, лезет к тебе с утешениями и соболезнованиями. Не жизнь, а сплошная панихида, хоть билеты продавай на это!- горько пошутила Скважина, на что барышня с пирожными, невольно улыбнулась.
-И вот теперь, представляете как сложно мне будет, найти четвёртого мужа?- огорчённо сообщила Евгения, но именно эта тирада и насторожила нашу Светочку. Так вот куда она клонит? Вот на кого эта акула разврата нацелилась-то? Четвёртого ей выньте-положьте? И конечно же она Бусова имеет в виду? А-а-а… ужас-то какой! И ведь не стыдно вот так сидеть и ухмыляться! Ну уж нет, довольно!
- Послушайте Евгения- сурово подняв брови, холодно произнесла Светлана, не глядя на собеседницу- я конечно вам где-то сочувствую, но, говорю вам решительно и непоколебимо, ищите себе четвёртого претендента в покойники где-нибудь ещё, потому как Иван Силыч, он, он – голос девушки немного потерял холодность - он уже занят, да. Сердце его занято тоже, и он совершенно не свободен, вот!
Евгения добродушно рассмеялась.
-Ой простите меня Светлана, но вы и впрямь чудо, так забавно ревнуете, что я право не могла удержаться от смеха, извините!
-Что?- вспыхнув краской гнева и застенчивости одновременно, вскинулась барышня, вскочив с места – Я ревную? И, и вовсе я не ревную, чего это вы себе на придумали сударыня? Да и вообще- голос у Светланы стал спокойнее – даже если это так, вас вот это, совсем не должно беспокоить!
-Да меня и не беспокоит!- был ответ.
-И вот что я вам Евгения, хочу сказать на прощание- со всей строгой решительностью собралась барышня- не вздумайте даже и завлекать Бусова, я вам этого, решительно не позволю и даже запрещаю! И не глядите на меня так снисходительно, то что я очень молода и совсем не опытна в этих делах, ещё не значит что я не сумею за себя постоять, вот! И знаете что я могу…
-Девочка – ласково вдруг проговорила Евгения, дружески взяв барышню за руку- не нужно слов, не скрою, хотела было загробастать вашего сыщика себе, да, целилась, такой мужчина мне ещё не попадался, но. Я видела его глаза, видела как он глядит на вас, и на других. Да,я кое-что повидала в жизни, поверьте. Так не глядят пардон за выражение, светские ****уны во фраках, да сладкоголосые водевильные гусарики, нет. Так глядят на женщин те, кто уже не мыслит себе жизни без них, и не отдаст их никому. Любит он вас Светлана, цените это.. А я, я вам не угроза, я просто хочу стать вам обоим другом, или приятельницей, вы согласны?
Замышляет что-то, с другой стороны заходит, Троянский конь, да? Тактику сменила? Знаем мы эти невинные лица, видели, близ самой вон три подозрительные личности крутятся, на минуту оставить мужчину нельзя. Но, раз вы, хитрите сударыня, то мы тоже не попрём дуриком, как папа говорит, подпустим турусы!
-Ну если всё так- уже мягче, но ещё с толикой решительности произнесла девушка- то хорошо, пожалуй.. Но не думайте что меня так легко одурачить!
-Разумеется нет! Не волнуйтесь так, и берегите своего Ивана, он нам всем ещё пригодиться, пока!- Евгения отняла руку, и приветливо чмокнув девушку в румяную щёчку, весело пошла восвояси. А Светлана осталась стоять в лёгком недоумении. Что это вот значит-то. «Он нам всем ещё пригодиться?» Кому это «всем?» И в чём это он позвольте уточнить, пригодиться должен? Шиш вам всем, и дулю с маком! Он самой пригодиться, а не всяким там рыжим-бесстыжим! Ой как же оказывается тяжело порядочной девушке, удерживать своё счастье-то! Да за него надо прям царапаться-кусаться! Быть бдительной-пребдительной! Ну женщины просто с цепи сорвались все, может комета на небе появилась? Светочка подняла глазки в верх. Нет, нету ничего кроме тучек и птичек. Пора домой, пирожные лопать!
Светлана наконец собралась с мыслями, и поспешила домой. Там, её уже оказывается ждала Даша, о чём-то весело щебечущая с Олегом за чаем в беседке. Так, а чего эта подозрительная подружка тут делает? Хотя, какая она подозрительная-то? Весёлая просто да игривая, вот и всё, не придумывай себе Светочка всякую чушь, хотя конечно основания есть, не без этого…
-О, вот и сарматочка наша пришла, дождалась Дашенька наконец свою товарку!- весело заметил Олег. Подружки обнялись, Светлана торжественно водрузила коробочку с пирожными на стол.
-Ой Светочка, я тебя уже полчаса жду, у меня для тебя потрясающая новость!- загадочно играя глазами, проговорила Даша, глядя как Брусникина распаковывает пирожные. Олег чтоб не смущать девушек удалился, а Светлана предложив подружке угощение, стала разливать чай.
-Пасибки!- Даша охотно укусила одно пирожное, запила чаем, и тут же поведала очередную ошеломляющую новость. Оказалось, что уже чуть ли не две недели, одна дама, которую все зовут Француженка, (языки преподаёт) наметила себе в мужья Бусова, и бомбардирует его любовными письмами, а он, внимание ( Светочка замерла похолодев вместях с пирожным) ни на одно из них не ответил, а прочитав, отправляет их в мусорную корзину, и всячески сторониться этой особы. Но, это ещё не самое пикантное. Эта Француженка, внезапно закрутила бурный роман с Хворостовским, потеряв очевидно надежду охмурить его начальника.
-Ну, каково?- задорно переспросила Даша, протягивая пальчики ко второму пирожному.
-Нет, ну что за день сегодня, а?- угловато как-то улыбнулась Светлана, откусывая так же второе- Одна хищница щас в кондитерской попалась, соловьём заливалась, а тут и вон чего…
-Ой Светик, расскажи про хищницу, а?
Светлана рассказала, и в конце спросила у товарки.
-Даш, ну ответь, ну что им всем мой Иван так понадобился, а? Ну что они бесстыжие все к нему липну-то? Что, мужчин в Ладове нету совсем, да?
-Таких Светик, да, нету!- коротко развела ладошками Даша- Он какой-то у тебя, м-м… настоящий!- нашла слово Светлячкова, доливая себе заварки по крепче.
-Нет, так обнаглеть-охаметь, чтоб мужчину записочками забрасывать?- качала головой Светлана, позабыв немножечко, что и сама грешна в эпистолярном жанре, посвящённом персоне сыщика.
-А он, Иван-то каков? Даже не поддался!- восхищённо заметила Даша.
-А он такой, и пусть никто не мылиться, даже теоретически!- с намёком заметила Светлана, многозначительно поглядев на Дашу, но в слух ничего не сказала, незачем!
-Светочка, а ты чего теперь намерена предпринять?- с жаром поинтересовалась Даша, пропуская намёк мимо себя.
-Даже не знаю –соврала Светлана, решив никому до времени не открывать своих намерений поговорить с Бусовым, а то поползут сплетни раньше времени, да сглазит кто-нибудь. Даша грустно вздохнула.
-Жаль подружка что ты ничего не придумала, и я вот не знаю чем тебе помочь и что присоветовать!
-Да не майся ты!- улыбнулась Светлана- Если что-то случиться, я обязательно тебе первой расскажу!
Они посидели ещё с полчаса, затем Даша сославшись на занятость убежала, а Таисья появившись следом, сказала что к барышне просительница, у которой там кто-то болен, и требуется поехать туда. Светлана слегка смутилась, такая резкая перемена событий, да и обращались к ней буквально недавно, правда приезжали сами. Барышня вышла на улицу. На дорожке, возле веранды, стояла странно одетая женщина, в облачении чёрно-серых тонов, не по летнему тёплых, с горчичного цвета накидкой на плечах, и какого-то кружевного, не то чепца, не то маленькой шляпке, чего-то, чего Светлана ещё не видела. Да и весь облик женщины не внушал доверия, сердечко девушки как-то тяжко заныло. Когда же она спустилась вниз, и глянула ей в лицо, Светлане совсем стало не по себе. Красного цвета, оно обладало злыми, пронзительно-прожигающими глазами непонятного оттенка, тонкими губами, и длинным, угловатым носом. Сероватого отблеска волосы, сильно зачёсанные назад, были собраны в тугой узел. Образно выражаясь, отталкивающе выглядела эта женщина.
-Здравствуйте Светлана Дмитриевна!- приглушённо поздоровалась носатая, пристально глядя на девушку.
-Добрый день.. вы, вам нужно чего-то?- опасливо спросила барышня, стараясь понять, что в гостье не так. Та слегка оживившись сверкнула глазами, и торопливо пробормотала.
-Вам надо поехать к нам домой, заболел мой сыночек, Пафнутий…
-И что с ним?- недоверчиво поинтересовалась Светлана, которой на ум вдруг пришли недавние слова- Ивана о том, что ей не стоит никуда ездить одной с кем бы то ни было, а тем более с незнакомцами.
-Занедужил он, вас требует, поедемте, кучер тут стоит, за углом!- торопливо залепетала баба, глядя в лицо Светланы, как бы подталкивая её к решению. Но девушке совсем уже не хотелось никуда ехать, и она вообще теперь засомневалась, что эта визитёрша говорит правду.
-А почему вы его сюда не привезли, ко мне?- в упор спросила она гостью, та растерянно выпучила и без того бывшие почти на выкате зенки.
-А к чему же сюда-то? Он же болен, Пафнутий-то, недужный он… вам бы поехать барышня, а?- склонив голову на бок, забормотала баба не моргнув ни разу. Светлане стало совсем тяжко, но она собралась с силами, и резко ответила.
-Нет!
-От чего же нет? Он же ждёт там Пафнутий-то, ждёт…- растерянно лепетала уже сама носатая. С полминуты барышня пристально смотрела на просительницу, и вдруг всё поняла, врёт.
-Нету у вас никакого Пафнутия!- чётко ответила девушка, и сделала шаг вперёд, а носатая чуть подалась назад.
-От чего же нету? Есть Пафнутий, как не быть-то, недужен он, вас ждёт – не мигая бормотала незнакомка, начав отступать под напором почувствовавшей уверенность барышни.
-Вы кто такая? Вас кто подослал?-грозно спросила девушка, а незнакомка вдруг перестав просить попятилась, сквозь зубы прошептала «Уже не важно», и скорчив злобную гримасу досады и разочарования, подхватилась, и торопливо пошла прочь, оглянувшись с неприязнью лишь однажды, и пропав за углом, мелькнув краями одежды словно крылами. Светлана поспешила на дорогу, и по ней добежав до угла дома поглядела. Никого, ни тётки ни пролётки с кучером, пустая улица. Как сквозь землю провалилась. А вдруг, и вправду… провалилась? Тревога стала уходить, и девушка поспешила домой чтоб принять ванну, так подсказал ей внутренний голос. Уже лёжа в тёплой водичке, она успокоилась совсем, и с благодарностью вспомнила предостережения Ивана, беречь себя, и похоже беречь для него. А если бы не остерёг, а? Она скорее всего и поехала бы, душа безотказная, и куда бы тогда привезла её эта особа?
Выйдя из ванной смыв с себя всё нехорошее, барышня переоделась в чистое бельё, новое платьице, и решила немного посидеть в комнате среди книг, любимого плюшевого мишки, и подумать над событием последнего часа. Лёжа в обнимку с мишкой, девушка вдруг поняла, что к ней, приходило зло, само зло, которому она стала поперёк горла. И если б не напутствия Ивана, она дурочка доверчивая, взяла бы свою корзиночку заветную, и поехала бы в свой последний путь.
-Господи, Ванечка, ты родной мой, почувствовал беду, упредил любимый!- чуть всхлипнув слезами благодарности шептала девушка, ей было очень легко теперь, когда любовь родного человека, спасла фактически ей жизнь.

                                                                                                                               Х Х Х



Вечером того же дня, после ужина, Бусов деловито поинтересовался у старосты.
-Минай Кондратичь, а чего же ты любезный,не сказал что тут в трёх верстах от вас, помещик живёт, Николай Андреич Никитин, а? Я ведь вроде честью спрашивал?
Колесов изумлённо захлопал глазами.
-Виноват, да ить он не наш, он к нам касательства-то не имеет- заметил староста.
-Это решать мне любезный, имеет или нет!- твёрдо, но тихо и без гнева сказал Иван Силович – Уже ведь в годах ты Кондратичь, а всё как дитё малое, иль у вас тут все такие, что каждому всё разжёвывать надо?
-Виноват, ваше высокоблагородие, не додумал старый, что ж теперь?- оправдывался староста
-Ладно, это поправимо, но в друголядь думать живее надо, и соображать скорее- посоветовал Бусов, и спросил что за человек этот помещик? Староста развёл рукам.
-Не могу знать, он к нам никаким боком, и мы к нему таким жа!
-Ясно!- обречённо махнул рукой сыщик – завтра сами выясним. Да, на шесть утра должны быть готовы две осёдланные лошади, ясно тебе?
-Будет исполнено!- пообещал староста, а сыщик позвал своих помощников в апартаменты на совет. Вначале спросил у Ефимова что интересного, тот в селе накопал? Пристав рассказал что по словам жителей, многие селяне пасечника с мельником не любят, и считают колдунами, а потому не доверяют им, и поговаривают что это они девок для леших и схитили!
-Это всё?- устало спросил Иван Силович, Ефимов развёл руками, мол что есть. Бусов на это лишь заметил.
-Положим эти двое и у меня на подозрении, а завтра навестим господина помещика, и возможно будет третий претендент на эшафот, а покамест давайте обсудим то, что мы узнали друг о друге от пасечника и мельника.
Стали обсуждать, и пришли к выводу, что пасечник и мельник оба себе на уме, впрямую друг дружку ни в чём не обвиняют, но и не захваливают, как бы лазейку какую оставляя, вот. Однако выводов делать покуда не с чего, значит многое решит завтрашний день. Дальше разговаривать было особо не о чем, Ефимов сказал что набегался за день, и пойдёт отдыхать, Хворостовский хлебнув винца тоже поняв что пока не нужен, лёг отвернувшись к стенке, а Иван Силович зажегши свечу, сел к столу, и достав тетрадь, стал задумавшись что-то писать. Нет, не размышления о жизни, или соображения по делу, нет. Сейчас, когда волей ситуации у него появилось свободное время, в голову вдруг сами-собой, полезли иные мысли, приятные, лирические. Он снова задумался о Светлане. Образ любимой уже не выходил из головы, лишь временами его накрывала пелена служебных дел, но место своё в душе и голове, он занял уже прочно и навсегда. Расследование в конце концов не денется никуда, тем более что на данный час, он не властен ничего изменить. А ноющему сердцу нужен отдых. А что может быть лучше, чем представлять себе образ Светланы весь, целиком? Рисовать мысленно цветные картины Бусов умел, точнее это умение заложили ему при рождении высшие силы, и он иногда так забавлялся, вспоминая, или представляя себе кого-то или чего-то. Сейчас, он представил себе барышню в том сказочно-соблазнительном, голубом платье с вырезом, что она одела когда они ходили на открытие ресторации. Образ возник такой яркий и живой, что Иван чуть было не потянул руки чтоб его обнять. Впрочем, явление желанного лика, затронуло иные, поэтические струны его души, и сыщик, быстро и уверенно, стал выводить карандашом поэтические строки, посвящённые ей…
Он писал и думал о том, как он соберёт самое лучшее из того что он ей написал, и торжественно вручит, или лучше вложит в конверт и подарит с каким-либо подарком, пускай потом в тишине прочитает и оценит. А впрочем, пусть будет как будет, запросит как душа, так он и поступит. Лучше конечно в тот момент когда она будет читать стихи, видеть её волнение либо изумление, понять что любимая почувствует, но уж равнодушной, точно не останется!
Иван работал час, писал, черкал –перечёркивал, дополнял, затем наконец-то стал переписывать на бело. Готово. Прочитал ещё раз, и самому понравилось.

                                                                                             Ночь длинна и светел месяц,
                                                                                             Серебром усыпан дол,
                                                                                             Золотых мерцанье лестниц,
                                                                                              Источает Правь-престол…

                                                                                              И услышал я средь песен,
                                                                                               Средь сияния миров,
                                                                                              «Час полночный сей чудесен,
                                                                                                Коих хочешь ты даров?»

                                                                                                Я ответил окрылённый,
                                                                                                Словно сам в душе пою,
                                                                                                «Мир, надеждой озарённый,
                                                                                                 Дай мне, Ладушку мою!»

Почерк правда оставляет желать лучшего, но в общем ежели посидеть, не каллиграфически конечно, но читабельно вполне будет, главное чтоб барышне понравились…
-Н-да, не Пушкин явно, но за то свои, не ворованные!-подытожил Бусов сворачивая листок вчетверо и убирая в тетрадь. Затем потушив свечу, завалился спать, что-то завтра будет…
Рано утром, как и планировали, после лёгкого завтрака, они с Хворостовским выехали со двора в лес. Село уже тоже давно проснулось, стада паслись, где-то жужжали косы, и клоками висел туман.
-Едем для начала к пасечнику, глянем на его супругу, да внутри дома поглядим, иногда брат Хворостовский, книги говорят о человеке больше чем он сам!- сказал Бусов, когда они въезжали в лес.
-Да, погляди что человек читает, и можно сказать кто он есть!- согласился денщик. При подъезду к дому, их снова облаял лохматый барбос, от которого вразвалочку шла невысокая коренастая хозяйка с пустой миской в руке. Так, и эта по описанию подходит, ну и что дальше?
-Здорово баба! Муж-то где твой есть? – громко крикнул сыщик, когда они въехали в открытые ворота. Баба, с круглым плоским лицом и курносым носом, подкатив глаза под лоб ( именно такую манеру сыщик терпеть не мог) и пропела.
-Тута он господа, иде жа ему быть-та?
Бусов досадливо сплюнул и отвернулся. Из одного сарая вышел пасечник одетый так же как и вчера, но с топором в руке. Увидав гостей он воткнул топор в лежащее рядом бревно, и приветливо приподнял шляпу.
-Доброго утра господа служивые! По делу ко мне, али так, по скуке?- спросил он.
-Да вот начинаем объезд хуторов, решили к вам для начала заглянуть, вы вчера книгами хвалились, вот и пришла мысль поглядеть, чего лесной философ читает?- Бусов и денщик слезли с сёдел, и не спеша подошли. Панкрат довольно хмыкнул и произнёс.
-Ну что же, я люблю читающих гостей, с ними есть хоть поговорить о чём, а то иной раз и того, дуреешь от молчания-то!
-Значит редко гости бывают?- улыбнувшись спросил Бусов, идя в след за хозяином в дом.
-Не так часто как бы хотелось-ответил Могутов проходя первым.
-Ну да, тут у вас четвергов не устроишь, салон не соберёшь!- согласился Иван Силович. Они прошли не останавливаясь горницу, и пасечник провёл их в свой рабочий кабинет, который к удивлению гостей оказался обставлен совсем по городскому, и никто несведущий не сказал бы что тут живёт простой пасечник. По виду он бы скорее предположил что это апартаменты мелкопоместного барина, любящего книги. Тут стоял и шкаф с книгами, лежали стопки газет да журналов, глобус на маленьком столике у окна, свечи, масляная лампа.
-Небольшой уголок цивилизации, в дебрях невежества!- улыбаясь пояснил Панкрат, отвешивая окна, и в кабинете сразу стало светлее- Я господа тут отдыхаю душой от всей нашей российской дикости!
-Да же так?- нахмурился Бусов подходя к книжному хранилищу, и изучая корешки фолиантов- Да, у тебя определённо есть задатки философа!- мрачновато заметил следователь- греки, римляне, китайцы древние. Не скучно, н-да, ого, драматурги даже есть, Лопе де Вега, Шекспир.. Так, а это у нас кто? Сервантес, читал, весёлая вещь, занятная. Так, а это новое вроде время… Вольтер, Руссо, да ты прямо их поклонник, господин философ?- перешёл на официоз сыщик, и не дождавшись ответа, продолжил изучать книги, и вдруг чуть замер. Крайняя слева книга, его заинтересовала.
-А это что за философ такой, Де Сад? Что-то не слышал… Вроде Вольтера, нет? – сыщик взяв книгу повернулся к хозяину дома, лицо которого при этом чуть заметно дёрнулось.
-Да, но это не слишком известный человек- рассеянно пролепетал пасечник, робко подходя ближе- позвольте?- он протянул руку к книге- Не сочтите за бестактность, не моя, вернее пока не стала моей, денег ещё всех не отдал!- неуверенно пояснил хозяин, рука которого заметно дрожала. Бусов поспешно отпустил книжку.
-Изволь господин пасечник, изволь, философы, тем паче заграничные, не моя слабость, а романов ты значит не читаешь совсем?
-Ну тех по которым барышни с ума сходят, нет!- поставив книгу на место, уже облегчённо ответил философ. Сыщик ещё немного прошёлся по кабинету, и вздохнув сказал что им уже к сожалению пора, надо ещё мельника опять потрясти.
-Ох и не нравиться нам этот ваш мельник, ох и не нравиться!- покачал головой Бусов, идя к двери, денщик молча за ним.
-А чем же он так полиции подозрителен?-поинтересовался Панкрат, когда гости уже вышли на улицу. Сыщик неловко поморщился.
-Да подозрителен и всё, вот не как вы, не образован, скрытен, всех во всём подозревает, даже вас…
-А меня-то в чём?
-В неблагонадёжности, говорит мол не то читаете что нужно!- деликатно пояснил полицейский, садясь на коня. Панкрат криво усмехнулся.
-Ха, этот может… Они все тут меня за своего не держат!
- А мёд всё ж берут?
-А мёд берут!- весело развёл руками пасечник.
-Ну я не прощаюсь хозяин, может ещё зачем к тебе и заедем- посулил сыщик, и громко, с вызовом добавил- Ох и не нравиться мне этот мельник-та, ох и подозрителен чёрт! Едем господин подпрапорщик!
Когда отъехали уже достаточно далеко, денщик насмешливо спросил.
-Чего это вы Иван Силыч такую комедию с мельником разыграли-то, иль почуяли чего?
- Именно брат Димитрий, почуял!- очень серьёзным голосом ответил сыщик- Засмердило чем-то гадким, пасечник этот философствующий, не заметил какие книги-то по-мимо прочего почитывает, нет?
-Ну Де Сада вы озвучили, я признаться удивился что пасечник такие извращенства читает-то!
-А я уже Митя по жизни перестал совсем удивляться-то - покачал головой сыщик – да только тут вот немного подивился такому совпадению, как пропажа юных девушек, и увлечением нашего европействующего вольнодумца творчеством полового психопата и изувера. Не усёк ты кстати, как я его купил за медный пятак?
-Не, барин, прослушал я значит, а что там было-то?
-Спросил я про Де Сада, что мол за философ, и почему я его не знаю? Ну Панкрат этот и подтвердил, что мол да, философ, только не очень известный, и так мол и так, и книгу-то из рук взять поспешил, чтоб я там весёлые картинки не увидал. Можно конечно маркиза-то и в мыслители записать, я не удивлюсь ни чуть, ежели европейцы когда-нибудь так и сделают. Но только философия-то его тянет на пожизненную каторгу.
-Так что, вы уверенны что это пасечник?
-Не совсем, покуда не проверим мельника и помещика, выводов делать не будем. Можем же ведь и пролететь с треском, как эфиоп мимо пальмы!
-А улик-то у нас с вами и нету!- вздохнул денщик.
-Будут брат Хворостовский, будут!- уверенно заявил сыщик, и продолжил- Есть у нас два варианта: первый, слежка за пасечником днём и ночью, и на чём ни будь он коли виновен, попадётся обязательно. Второй, если в ближайшие сутки слежка ничего не даст, организуем отсутствие хозяев из дома, и покуда их нету, обшариваем весь хутор с низу до верху, простукиваем стены, полы, ну и так далее.
-Да, задача – согласился денщик- вроде бы вот он преступник, всё на него указует, а поди ж ты, ухвати за кончик когда его не видно.
-Время Митька, время мать его разтак- горестно проговорил сыщик- если девушки ещё живы, то с каждым часом их шансы уменьшаются. И вот что мне сейчас в голову-то пришло брат Хворостовский- ещё более убитым голосом сказал вдруг следователь- нету у нас с тобой никаких суток в запасе, совсем нету. Расшибиться надо, а к вечеру кончить дело, вот так-то!
-Понимаю барин, занервничает супостат наверняка, да прибить их может!- согласился денщик.
-Нам с тобой подпрапорщик, только вот нельзя никак нервничать- заявил Бусов- холодно обдумать, а действовать горячо. Если у нас к вечеру ничего существенного не образуется, берём из села своих и прямо идём с обыском по домам, и начнём с пасечника. Попробую философа на маркизе подловить. Баба у него хоть и себе на уме, но нажму на неё по своему, и думаю поплывёт. Всё, к чёрту все эти правила и законы, две девоньки юных на кону, две жизни молодые… Их тоже кто-то любит и ждёт, не мы с тобой одни чувствами живём!
-А ежели ошибёмся совсем, барин?
-Тогда их леший украл да затискал насмерть!- ответил Бусов.
На мельнице во всю кипела работа, хозяин отсутствовал, но его помощник был на месте. Хворостовскому велено было поговорить с работниками, а сам сыщик пригласил на беседу помощника. Однако ничего проливающего свет на дело, сыщикам выяснить не удалось. Ни четыре, ни три дня назад, хозяйка надолго с мельницы не отлучалась, а тем более к вечеру, когда с девками ужин стряпать надо. И вообще, она по лесу одна ходить боится, особливо как девки пропадать стали. Хозяин три дня назад отлучался, но днём, и на один из хуторов к кузнецу, а так либо в селе у кого, либо на мельнице, потому как без глаз работу надолго бросать нельзя, всё наперекосяк пойдёт. Чужих на мельнице нету, да и на виду всё, народу-то уйма шатается! Поняв что тут пустоцвет, полицейские расспросили одна ли тут дорога до помещика Никитина, и услышав что одна, неторопливо поехали туда, лелея надежду зацепиться хоть за что-то, чтоб коли уж решиться на крайние меры, то предварительно исчерпав все законные.
Господский дом Никитина Николай Андреича оказался хоть и одноэтажным, но обширным деревянным строением на высоком каменном фундаменте, с тремя печными трубами, большой верандой, да запущенным, но тем и привлекательным садом. Бусов, сразу определил опытным взглядом, что когда-то давно, здесь кипела и била ключом и даже фонтаном жизнь, а теперь лишь догорает маленький её костерок в виде старого барина, да нескольких дворовых, коим и деваться-то некуда будет в последствии. Сам помещик, в распахнутом охотничьем костюме поверх белой рубахи, сидел на веранде и пил чай из небольшого самовара. Прислуживала ему рослая красивая женщина лет 30-ти с такими породистыми и симметричными чертами лица, что если б не крестьянское на ней платье, она вполне бы сошла за дворянку. Никитин так же был высок, жилист, военная выправка не смотря на седьмой десяток, ещё была видна, носил пышные бакенбарды переходящие в усы, и густую, зачёсанную назад шевелюру. Заметив гостей он встал, и сыщики увидели что обут помещик в начищенные высокие сапоги.
-Утро доброе сему дому!-Бусов и Хворостовский дружно приподняли головные уборы, Никитин просияв довольной улыбкой, чинно склонил голову, и ровным баритоном ответил.
-И вам господа доброго здравия, рад я гостям во всякий час, хоть и редко их вижу!
Сыщики слезли с лошадей, привязали к коновязи, и приглашаемые жестом хозяина, поднялись на веранду.
-Принеси ка милая ещё две чашечки гостям!- ласково попросил женщину Никитин, и та улыбнувшись ему, быстро ушла в дом. «А тут даже мило по своему!» определил Бусов, почувствовав себя в своей тарелке.
-Мы Николай Андреич из полиции, следователь Бусов, Иван Силыч, а это помощник мой, Хворостовский, Дмитрий Данилыч!-представился он по привычке, а помещик многозначительно улыбнулся.
-А-а господа, так вы по делу об этих несчастных девушках что пропадать стали-то? давно бы вам пора сюда прибыть, что ж поздно-то так спохватились, Иван Силыч?-сокрушённо попенял хозяин, служанка принесла чайные приборы, и получив от Никитина короткое «Ступай пока», ушла.
-Да мы Николай Андреич сами про то лишь вчера утром узнали-то! – горько ответил Бусов тяжко вздохнув- Две недели кто-то у вас тут лютует, а староста с десятскими да сотскими, продолжали девок одних в лес отпускать, остолопы проклятые!
-Вы у меня-то что хотели узнать?- поинтересовался помещик.
-Для начала будьте добры скажите, а большая ли у вас дворня?- спросил следователь.
-А трое всего!- весело бросил помещик- Горничную мою она же и кухарка у меня вы уже имели счастье видеть, вольная она уже господа, и давно, но вот при мне осталась. Да ещё кучер Игнат, да дворовый человек Мишка, и всё… Девок по лесам не заманиваем, живём пока живётся!
-Как на ваш взгляд, кто их мог похитить из ваших хуторских соседей?- спросил Иван Силыч. Никитин пошевелил плечами.
-Любой мог, народ бедовый, полуразбойный народ, мало ли кому взбрело в голову?
-Гм, ну а про мельника что можете сказать?
-Этот? Этот всё время занят, когда ему? Нет, не он… А если серьёзно, то думаю пришлый тут кто-то есть, но вот где отсиживается не ведаю…
-А зачем пришлым девок красть, да две недели на месте сидеть? Ведь селяне то лес обыскивали, и ходили везде! –напомнил Иван. Помещик лишь пожал плечами.
-Я право не знаю на кого думать, тут ничего подобного сроду не было… Воровство да разбои в старое время случались, но как-то не так!
-Хорошо, а про пасечника что можете сказать?
-Ха-ха! Про философа-холопа-то? – весело воскликнул помещик- Да это тот ещё гусь, вот правду говорят, пусти свинью за стол, она и ноги на стол. Сейчас я господа вам про этого любителя вольтерьянства, расскажу один забавный анекдот, случившийся ещё в начале царствования покойного государя. Правда сам я всё это по рассказам товарищей из города знаю. Ну вот, промотался во Франции барин этого пасечника, некто князь Разувайский из Москвы, там и дом его был. Ну кое-как вернулись домой, без денег но с идеями всеобщего равенства и счастья значит. Ну князь по салонам витийствовать начал, а Панкрат этот полупомешанный, в родную деревню метнулся, и хотел там господа – лицо помещика аж просияло- создать нечто вроде масонской ложи из мужиков. И возьми да брякни на миру, что мол бога нет, господин Вольтер всё в Париже мол это доказал, и все иконы надо бы вон, и всем всё общее сделать. Не убили его на месте только потому, что там некие господа из города на постое были, уж чего они там стояли, не знаю. Ну они тоже этот бред слышали да от расправы-то и спасли. Родитель его правда обматерил да проклял, вот Панкрат потом и мотался как говно в проруби, покуда тут не осел , в городе у знакомых, а там в лесу и пасеку завёл, да продолжил свои философские измышления. Ругался и тут кое с кем, но до драк не доходило, так-то вот господа!
-Да Николай Андреич, интересную вы нам историю поведали- согласился Бусов, и сам спросил мнения у помещика, а мог ли пасечник быть лиходеем, что девок заманивает? Никитин чуть подумал и ответил.
-Так сразу господа сказать сложно… Чем он допустим девку заманить-то мог? Жил бы торговлей, тогда бусами да лентами… а так, мёдом? Не знаю господа, ни да ни нет не скажу вам, уж не взыщите! Блудил бы он с бабами, я бы сказал да, философы они на это падкие, так ить нет, не замечен, вот ведь оказия!
-А вы позавчера к вечеру, никуда на бричке не ездили?- тихо спросил Бусов, глядя внимательно в лицо хозяину. Тот спокойно ответил что нет, ходил на реку гулять. А в лес вечером на телеге за мукой, ездил его человек Мишка, но приехал быстро, значит не дальше мельницы и был.
-Ну спасибо Николай Андреич, нам пора в село, дел много, а с какого бока к ним подходить, и не ясно пока! – Иван Силович с денщиком встали, и попрощавшись начали спускаться вниз.
-Вы заезжайте в гости господа коли время-то будет, а то тоскливо тут порой!- попенял помещик.
-Коли будет нужда, заедем!- пообещал Бусов, и спросил где тут прямая от него дорога на Засекино? Помещик показал поворот налево, и пояснил что за этим поворотом мимо сгоревшего дуба, через три версты всего, и будет село.
-Благодарствуем покорно, храни вас бог!- попрощался следователь.
-И вас господа так же!- ответил Никитин.
Обратно господа сыщики ехали полные размышлений . Историй о подозреваемых много а улик никаких.
-Да- вздохнул уж было Хворостовский- и свидетеля у нас вами барин ни од…- денщик осёкся на полуслове, и медленно поглядел на Бусова, тот также застыв, повернул лицо на помощника.
-Фрося…-разом пролепетали оба, но сыщик взорвался первым.
-Хворостовский! Мы два придурка с тобой, а?! У нас свидетель есть, а мы бошки ломаем!! Свидетель! Фрося-девочка! Она бабу опознать же может! Тьфу, твою в три коромысла гнутых в душу в бога мать, а? Ну ладно ты, я-то дурак, как об том позабыть мог, а? Ну Митя, это кабздец просто!
-Да уж барин, оплошали так оплошали, но ить вспомнили же, ведь всё теперь от Фроси зависит, а? – с надеждой спросил денщик. Бусов смачно сплюнув на землю, коротко ответил.
-Да, теперь возможно две жизни зависят от пары глаз, вперёд!- и дал коню шпоры, Хворостовский присвистнув ринулся за ним. Коней, всадники осадили уже на краю села, по улицам ходило много людей, и можно было кого-нибудь затоптать невзначай.
-Сей момент берём пролётку, наших, и к Тумановым за Фросей! – приказал Бусов когда они подъезжали к дому старосты. И Ефимов, и кучер Лукьянов оказались на месте. Коротко обрисовав им ситуацию, следователь велел собираться и быть во всеоружии. Через 15-ть минут все собрались, и экипаж поехал к дому Тумановых. Хозяйка с дочкой оказались как всегда дома, первая кормила кур во дворе, а вторая играла с парой забавных пёстрых козлят. Увидав полицейских, мать Фроси обеспокоенно замерла, а вот девочка наоборот, оставив питомцев, смело подбежала к экипажу.
-Утро доброе Фрося!- весело поздоровался сыщик.
-И ты здравствуй барин!- деловито ответила егоза- Вот, я на твою денежку в нашей лавке уже бусики купила, и леденцов!- похвалилась девочка, показывая барину на свою шею, где красовались дешёвые, но по своему красивые бусы в виде плодов боярышника.
-Ну красиво, тебе к лицу, чего тут говорить-то?- искренне похвалил сыщик, и чтоб успокоить мать, сказал что они по делу, им дескать снова нужна помощь девочки, но волноваться причин нету.
-Фрося- обратился сыщик к самой юной моднице- а ты ту бабу нехорошую, что Лушу с Валюшей увела, смогла бы признать коли снова бы увидела?
-Признала бы барин, обязательно бы признала, я ж её близко видела, глазищи её не добрые хорошо запомнила, я ить вчерась вам про то говорила ведь!- уверенно кивнула девочка.
-Точно, и не ошибёшься?- на всякий случай уточнил Бусов. Фрося даже перекрестилась.
-Да ни в жизнь, дядь, вот те хрест святой!
-Ну коли так, то надо тебе теперь с нами в один хутор лесной проехать, там я тебе одну бабу и покажу, а ты, смотри внимательно. Не спеши, не горячись, подумай, и уж коли точно будешь уверена что это она, то сделай вот как –Бусов наклонился, и что-то зашептал ей на ушко- запомнила хорошенько?- девочка согласно кивнула.
-Ну и молодчина, полезай в пролётку!- он указал рукой на экипаж, и Фрося проворно юркнула под поднятый верх, где удобно разместилась на мягком сидении, а городовой Лукьянов хмыкнув в усы, достал из-за пазухи половинку медового пряника, и протянул ребёнку.
-Накось егоза, поточи зубки-то!
-Ты мамаша не боись, часа через два-три, вернёмся, и девчонку твою в целости привезём!- пообещал сыщик встревоженной женщине.
-Ой, а чего долго-то так, барин? Вчерась то быстрее было!- забеспокоилась Таисья.
-Вчерась мы лишь до поляны ездили, а сегодня на хутор один заглянем, так что малость задержимся!- пояснил сыщик, садясь сам в пролётку- Поехали!-приказал он, и экипаж весело поскакал по ухабам. По дороге, сыщик повторно наставлял свидетельницу.
-Ты ничего главное не бойся, мы рядом, никому тебя в обиду не дадим, и делай как договорились.
-Угу!- кивнула Фрося, и задумчиво спросила- а мы Лушу с Валюшей отыщем?
-Может быть Фрося, может быть –тихо ответил следователь, думая о чём-то своём. К пасечнику подъехали с шиком ( нашли чуть в стороне окольную дорогу) лихо завернув в ворота, забрехал опять здоровущий цепняк, хозяин складывал наколотые дрова под навес у дома, а жены его видно пока не было.
-Снова здорово пасечник! – весело крикнул Бусов выпрыгивая из пролётки, прочие тоже стали проворно вылезать, кроме оставшегося на козлах кучера- А мы к тебе за мёдом, вон приятель с дочкой сам приехал!- сыщик указал тростью на облачённого в мундир Ефимова- А где баба твоя есть? У нас и к ней дело иметься!
-Да тута она гдей-то!- невесело ответил пасечник, уже не так приветливо глядя на гостей, сбросил поленья, и громко крикнул- Фетинья! Выйди, тут господа до тебя приехали!
-Иду-у-у!- донеслось откуда-то из сарая, и через пару мгновений, из закутка где рвался на цепи пёс, пригнувшись вышла жена пасечника, охнув разогнулась и повернулась лицом к гостям. А вот дальше, всё пошло не совсем по плану. Фрося, вцепившись в бабу немигающим взглядом, вдруг ахнула во весь голос, и выкрикнула.
-Она это!! Она Лушу с Валюшей пряником на молоко заманила! Она ведьма-а! Отдавай девчонок курва! Держите её ба-ари-ин!!- и указала пальчиком прямо на побелевшую от удивления и страха бабу, которая теперь тоже узнала Фросю. Но толстуха оказалась прыткой, не успели полицейские и шагу сделать, она взвыв метнулась к псу, и мигом спустила того с цепи.
-Куси и-их-х!!
Пронзительно закричала от страха Фрося, которую Ефимов, на одном дыхании подхватив на руки, буквально забросил в пролётку, а лютый пёс уже летел в смертельном прыжке, роняя с клыков пену. Иван среагировал как учили, как он привык ещё на войне, мгновенно. Пальцы сами легли на рукоять трости, жжикнув блеснул серебром обоюдоострый клинок, и сыщик, чуть припав на правое колено, одним точным ударом разрубил чудище в воздухе, и пока визжащая половина пса ещё кувыркалась, а задница уже тяжело бухнулась в песок, Иван распрямился. Баба реванув дурным голосом ринулась с невероятной прытью мимо сарая в лес, а пасечник, замеревший до того с вытаращенными глазами, вдруг дёрнувшись всем телом, перемахнул через тын, и задал стрекача мелькая меж соснами. Всё это, от крика Фроси опознавшей бабу, до побега владельца хутора, произошло меньше чем за минуту.
-Хворостовский!- бросив клинок в ножны рявкнул сыщик- Бери ведьму! Остальным Фросю стеречь! – и не оглядываясь, ринулся за пасечником, так же ловко перескочив тын.
-Стой ублюдо-ок!- рычал Иван набирая скорость, и неумолимо настигая убийцу. Панкрат бегал быстро, но Бусов быстрее. Сыщик сразу догадался что философ стремится на пасеку, чтоб опрокинув ульи, сбежать в пчелиной суматохе. Убегая, пасечник дважды затравленно оглядывался, бросая полный ужаса и страха взор; так быстро, расплаты он явно не ждал. Сыщик выхватив пистолет пальнул для острастки, Панкрат ахнул, дёрнулся как в конвульсии словно налетев на невидимую стену, опять оглянулся, и тут же получил набалдашникам трости в лицо…
Баба выскочила за тын через калитку, и пулей ринулась к видневшемуся шагах в десяти деревянному мостику с кривыми перилами. Хворостовский промедлил какие-то секунды, пока барин разрубив пса, не ринулся за пасечником, а тогда уж и сам кинулся за бабой.
-Стой! Застрелю кадушка!- гаркнул денщик на ходу выхватывая один из двух бывших при нём двуствольных пистолетов. Баба уже забегавшая на небольшой вал ведший к мостику, оглянулась с диким лицом на настигавшего её полицейского с пистолетом, реванула опять дурным голосом, и поспешила на мост.
-Стоять!- крикнул снова денщик, и пальнул в дерево росшее рядом с мостом. Беглянка всплеснув от страха руками, неловко покачнулась, налетела всем весом на старые перила, и хрустнув ими, бабахнулась как бомба в коричневую, вязкую жижу затхлого, застоявшегося пруда. Хворостовский быстро подбежал.
-Спа… спаси-и-итя-а-а-а!- не своим голосом хрипела баба, глотая и захлёбываясь, выкатив на лоб глазищи полные растерянности и ужаса. Хворостовский не дрогнул ни единым мускулом на лице.
-Девушки-то, небось тоже тебя о пощаде просили?! Хлебай курва, свою меру!- тихо проговорил денщик, и дождавшись когда на месте барахтающейся убийцы закипели грязные бульки, сплюнув в них, ушёл. Он вернулся на хутор, но Ивана Силовича ещё не было. Фрося к тому времени уже не плакала, а с любопытством разглядывала разрубленного пса.
-Да, ловко он его располовинил-то, а?- бодро крикнул Хворостовский, подходя ближе.
-А баба-то где? Упустил что ль?- испуганно спросил Ефимов. Денщик хмыкнул убирая пистолет в карман.
-Она ваше благородие, теперь у болотного деда в стряпухах ходить будет!
Ефимов ничего не успел ответить, меж сосен показался Бусов ведущий впереди себя пасечника с заломленной рукой, всклоченные волосы которого трепыхались на ветру.
-О, словили голубя!- сплюнул денщик поправляя картуз. Бусов грубо толкнул задержанного через тын, и тот пропахал носом землю.
-Вставай вошь, сейчас ответ будешь держать, ну?!- пнул его под рёбра Бусов. Взвыв, Панкрат медленно, на трясущихся ногах приподнялся. Половина лица его, представляла из себя лилово-синюшный пирог ( Иван тростью от души приложился)
-Маркиза твоего, я читал, давно ещё- тихо сказал Иван, ледяно глядя на мелко трясущегося преступника- и почти сразу понял кто ты… Но это всё лирика… Хворостовский, а баба-то где?
-В бучиле утопла Иван Силыч, там черти теперь с ней тешатся!- ответил денщик.
-Значит так любезный- поморщившись проговорил Иван – я теперь с трудом великим держу себя в кулаке, чтоб не приказать живьём тебя в нужнике утопить, а посему, если хочешь дожить до суда, отвечай коротко и прямо на мои вопросы, ты уяснил?
-Да…-страдальчески ответил Панкрат
-Две последние девушки живы?
-Да…
-Где они?!- лицо сыщика не изменило выражения. Панкрат жестом головы показал.
-Вон там… в амбаре… под полом…
-Хворостовский, за мной!- сыщик и денщик опрометью бросились к амбару, растворили настежь двери, и стали расшвыривать предметы, ища лаз. Ударили в пустоту.
-Тут!- крикнул Иван, вдвоём с денщиком поднимая крышку, лёгкая. Вниз вела широко ступенчатая лестница.
-Лушка! Валюшка! Вы тут?- позвал Бусов, пока денщик зажигал вытянутую из внутреннего кармана толстую свечу. В ответ, из глубин этой ямы, донёсся всхлип, стон и жалобный плачь.
-Давай свечку!- сыщик взял из рук денщика свечку, и первым стал спускаться вниз- Не бойтесь лапушки, мы из полиции, не бойтесь! – проговорил Иван пока спускался. Следом залез Хворостовский, сыщик посветил. У стены, над кучей соломы и тряпья, были подвешены за руки две полуобнажённые, юные девушки, со следами пыток на теле, их похоже били хлыстами или ещё чем-то, видимость была скверной. Увидав мужчин, девушки испуганно затряслись и затравленно задрожав губами, нервозно зарыдали. Бусов оглядел помещение, нашёл несколько свечей, запалил, стало хорошо видно. Напротив пленниц, у другой стены, стояла всклоченная деревянная постель, в углу кадушка с хлыстами да розгами, плётки на стенах, медицинские инструменты в ящиках.
-Вот Митя, тут всё и происходило, отвязываем барышень, да ходу отседова!
-Тихо! Тихо не бойтесь! Мы за вами, Луша, Валюша, сейчас домой в село, к маме с папой поедем!- бормотал Хворостовский, пытаясь развязать тугой узел, а сыщик свой просто перерезал, и мягко принял на руки обессилевшее девичье тело. Следом, с узлом расправился и денщик, осторожненько подхвативший другую пленницу. Когда сыщики вынесли их на свет, девушки зажмурились от стыда и боли в глазах. Только теперь полицейские смогли как следует разглядеть, что творили с несчастными, двое извергов. Все тела их были в рубцах, ссадинах, порезах и следах от зубов. Городовой Лукьянов аж застыл от шока, так поразила его лютость человеческая. Фрося,увидав подружек в таком обличии, задрожав губами, всхлипнула и с криком бросилась к ним, а Бусов повернулся в сторону их мучителя.
-Где тела первых четырёх?-каменным голосом спросил он.
-В бучиле утоплены… -едва выговорил от страха философ, видя какое лицо сделалось у следователя.
-Не получиться у тебя философ- глухо проговорил тут сыщик, лезя рукой себе во внутренний карман- не доживёшь ты до суда!- Иван выхватил пистолет, но пальнул не в голову или сердце преступнику, а в пах. Взвыв по волчьи, изувер рухнул и забился в жутких конвульсиях, от таких ран умирали долго и мучительно.
-Сбегайте кто-нибудь в дом, и поищите там по сундукам бабьи платья, девушкам одеться надобно!- повернувшись к своим, приказал Иван, и Лукьянов мигом сорвался с места.
-Хворостовский, глянь-ка, вон тот домик, не баня ли?-сыщик указал на небольшое строение в два окна.
-Ага, щас!- денщик метнулся в домик, и тут же буквально через минуту выскочил.
-Баня, Иван Силыч! И вода в котле как парное молоко, и мыло есть, и мочало!
-Девушки-тихо сказал следователь, стараясь смотреть им в лица- вам надо сейчас сходить обмыться в баньку, снять с себя лохмотья, вам одежду принесут, вы там переоденетесь. Фрося, ты голубушка сходи с ними, помоги им там, ладно?
-Ладно барин, схожу!- тихонько ответила Фрося, жалобно глядя на медленно приходящих в себя подружек. Из дому наконец вышел городовой Лукьянов, с целым узлом тряпья.
-Во, Иван Силыч, всё бабье, и чистое, в сундуке было!
-Давай!- Иван принял у подчинённого узел, и передал Фросе- на, неси!
Фрося взяла узел, и тихо позвала девушек за собой. Луша и Валюша встали хоть и с трудом но сами, и стыдливо прикрываясь руками, нетвёрдой походкой, пошатываясь пошли мыться. Панкрат хрипел и продолжал дико корчиться в конвульсиях. Бусов приказал начать обыск в доме, изъять все книги, из конюшни вывести и запрячь лошадь, да поискать в доме еды для девушек. Хворостовский занялся поисками еды, Лукьянов вывел из конюшни и запряг в телегу мерина, а Бусов с Ефимовым вытаскивали из дома все книги и бумаги какие есть. Сочинения Де Сада, сыщик отметил особо, пояснив Ефимову.
-Сии мерзкие сочинения, в России запрещены, а посему, по этой книжке, мы узнаем где и кто это печатает, да за хехец клещами-то и прихватим!
Книги и бумаги, Бусов подробно занёс в опись, Ефимов аккуратно складывал всё это в телегу. В доме нашли охотничье ружьё с запасом патронов. Хворостовский меж тем выволок из дому небольшой стол, поставил чуть в стороне чтоб не было видно корчащегося тела, и натаскал из дома всякой еды: горшок тёплой каши, куски варёного мяса, жареную рыбу, хлеб, яйца, и жбан кваса. Ещё, нюх денщика навёл его на большой дубовый кублак с салом, хотя свиней в хозяйстве не было. Запах исходил просто обалденный, да и на вкус добыча была прелестна. Хворостовский оттащил кублак в пролётку под сиденье ( не пропадать же добру) а обратно приволок бутыль красного вина.
Из бани, вымывшись до чиста, вышли все три девушки (Фрося искупалась за компанию) По лицам стало заметно что пострадавшие понемногу приходят в себя.
-Прошу вас девушки покушать чем бог послал!- предложил сыщик, и те хоть и стеснялись ещё незнакомых мужчин, но оказались весьма голодны, буквально набросившись на еду. Полицейские есть не стали, а выпили вина. Девушки кушали долго, и слопали всё что было на столе. Поблагодарив, они растерянно стали глядеть на окружающих, как бы чего-то опасаясь.
-Так господа, вы возьмите Фросю, да погуляйте тут- приказал сыщик Ефимову с Лукьяновым а Хворостовскому шепнул на ухо, глянуть как себя там чувствует философ, и помощник кивнув отошёл. А Бусов, положив на стол большую толстую тетрадь с карандашом, обратился к девушкам.
-А теперь голубушки, расскажите-ка мне без утайки как попали сюда, как в погребе оказались, и что там с вами эти сволочи делали. Это надо для того, чтоб вас потом в город не тягать без толку, и чтоб мне помочь, договорились?
-Да..-робко кивнула одна.
Оказалось что когда они с дуру пришли сюда, пасечник радушно принял их,усадил за стол, дал по прянику, да стал говорить им какие они красивые. Попив чаю, они провалились в забытьё, а очнулись уже полуголые в погребе. Было жуть как страшно. Их били по очереди, сначала он, а баба корчилась в сладострастии на постели, а после наоборот. Затем были и другие истязания. Они, девушки, очень сильно были испуганы, плакали и просили отпустить их домой, умоляли и даже молились. Тщетно. Сластолюбцы продолжали истязать их, кусали и хватали за всё руками… мерзость! Последний раз их били нынче ночью. И кусали до синяков и крови.
-Всё?- тихо спросил следователь, девушки молча кивнули, он закрыл тетрадь- Посидите пока тут, скоро домой поедем, к батюшке и матушке, ждут они вас там.
-Барин, а как нам жить-то теперь?- тихо спросила одна, и добавила- Нас ведь замуж после такого не возьмёт уж никто…
-А женихи ваши что, ужель откажутся от вас?- сомневаясь спросил Бусов, но девушки ничего не ответили, а только снова заплакали. «Ясно всё»-подумал сыщик, и встал из-за стола. Подошёл денщик.
-Готов изувер, издох!
-Найди в доме что-то вроде одеяла, заверни труп, да положи на телегу, повезём Музыкалову на изучение, нехай вскрывает!
Пока Хворостовский возился с этим, сыщик стал размышлять похаживая по двору. Скорее всего, девушки правы, замуж их тут теперь не возьмут, не позволят так называемые старики, блюстители чужой нравственности. Плевать что девушек не успели изнасиловать, для деревенщин они навсегда теперь «порченные», и всю жизнь, им какая-нибудь свинья, мнящая себя примером благолепия, будет в глаза тыкать. Что тут можно сделать? Поговорить с родителями что коли сорвутся свадьбы, то отпустили бы дочек в город, ведь рукодельницы всегда требуются, в тех же ателье, или горничными в хорошие дома? Надо ещё найти эти хорошие дома, желательно с одинокими, или вдовыми хозяйками, только без великовозрастных сынков нагломордых, а то от волка попятишься, да на медведя налетишь! Размышляя над этим, он не заметил как подчинённые всё сделали, всё уложили, в телегу за возницу сел Хворостовский, девушек усадили в пролётку, и ждали лишь Ивана Силыча. Увидев что всё готово, сыщик прервал размышления, сел в экипаж, и приказал трогать.
В село въехали уже около полудня, народ кипел и бурлил, беспокоились родители Фроси, но увидав дочку живой и здоровой да ещё заработавшей серебряный рубль, что сыщик вручил ей по дороге, успокоились, и даже стали гордиться что их дитя помогло полиции.
Радость родителей спасённых девушек, было не описать никаким пером, их обнимали, целовали, спрашивали чего-то, охали-ахали, и всё бросались благодарить полицейских, и особенно Ивана Силовича, которому откровенно говоря сейчас было не до нежностей. Когда схлынули первые волны восторгов и слёз, Бусов отозвал родителей Луши и Валюши в сторону, и порасспросил о перспективах их дочек в будущем. Опасения следователя оказались не беспочвенными, родители вздохнув сказали что с замужеством тут в деревне будет трудновато, если вообще возможно.
-В городе вам в этом случае счастье попытать надо будет, есть у вас там кто?- спросил следователь, но оказалось что никого.
-Вы вот что, покуда суть да дело, вы сами дно прощупайте в городе-то, может там чего и найдёте. Я пожалуй тоже поищу, может кому из одиноких барынь нужны рукодельницы, либо горничные-то…
-Да не надо барин, вы и так для нас жизнь вернули – хмуро сказал один из отцов- мы уж сами там чаво в городе али уезде-то отышшим. Я сам вот как схлынет вся пена-то обратно, в город поеду, уж думаю до Покрова найду чего!
-Ну тогда уж и я!- встрял за компанию второй мужик. Сыщик чуть улыбнулся и добавил.
-Ну воля ваша, однако я всё же на всякий случай наведу справки насчёт мест для девушек, хуже от этого не будет!
А тем временем, всё село уже знало подробности страшного дела, кто схитил-заманил девок, и что их жестоко били, и теперь нужна знахарка раны врачевать, да испуг выливать, чтоб души у девок не болели. Узнали что мерзкая Фетинья утопла в вонючем бучиле, где до того, нашли свой последний приют четыре несчастных девушки, родные которых выли от горя на все голоса. Знали что самого Панкратку-изувера, застрелили при оказании сопротивления полицейские, а теперь везут труп в город, «для закону». Чуть позже, через старосту, мирянам было объявлено, что кто желает, может ехать на хутор Панкрата, и забрать с пасеки ульи и какую найдёт живность, но без драк и хамства, и в присутствии сельских властей. Народ сразу азартно загудел, и можно было уже не сомневаться что и пчёлам и птице со скотиной, найдётся хозяин, и даже не один. Напоследок, Иван попросил селян помнить эту страшную историю, быть осторожнее, и впредь беречь своих детей, и не пускать их в лес одних. И уж совсем под самое уезжать, Бусов, от лица властей города Ладова и всей полицейской Управы, попросил жителей Засекино, ни коем образом не обижать бы спасённых девушек Лукерью и Валентину, отнестись к ним с должным уважением и по совести. Старосте Минай Кондратичу, велено было за устроением судьбы девушек, лично проследить, и по осени, после Покрова, отписать ему лично как тут всё прошло, и ежели кто Луше или Валюше обиды учинять станет, тех считать шаромыжниками, и внеся их в особый список, предоставить оный в полицию. На сём, сыщики и покинули гостепреимное село, оставив его жителей, чесать себе в затылках над словами строгого полковника Бусова.
В городе, вначале оставив труп преступника у доктора, покатили сразу в Управу. Полицмейстер услышав рассказ Бусова о ходе дела, сокрушённо помотал головой.
-Ну надо же, а? В нашем уезде-то, а? Прямо Салтычихи какие-то, вот оно к чему вольтерьянство-то приводит!
-Совершенно верно- кивнул сыщик, и протянул начальнику книгу Де Сада- вот, полюбопытствуйте, и дайте уведомление в губернию, чтоб начали розыск где и кто это напечатал, пресекать подобное надлежит на корню!
-Сегодня же отпишу и с курьером отправлю!- принимая книгу, ответил полицмейстер, и на этом, разговор двух начальных лиц был завершён. В кабинете, следователь попросил Ефимова начать бумажную писанину, а сам знаком руки поманил денщика к выходу. На улице, Бусов предложил.
-Пошли подпрапорщик, хлопнем по полненькой в трактире, чёй-то гадко на душе от этого дела, хоть и повидали мы с тобой всякого, и всё ж…
-А пошли барин, чего ж не хлопнуть-то?- согласился денщик, и они торопливо пошли по тротуару. В трактире, заказав бутылку коньяка и много закуски, сыщики выпили по первой, и стали говорить всё о том деле.
-Я вот одного не уяснил себе- бормотал денщик- как он, пасечник, дошёл до этого? Ведь жил же себе столько лет нормально, и на тебе!
-Да всё просто!- коротко бросил Иван, наливая по второй- В начале, вслед за барином, холоп кидается в повальное увлечение всем западным, не зная при этом своего, и на медный пятак. Потом в ход идут философы-материалисты, затем «Свобода, равенство и братство» с оправданием миллиона жертв, а далее приходит уже своя философия, холопско-аристократическая, философия мелкого лавочника или сельского куркуля. Ну а вслед за ними, приходит и господин Де Сад тихой сапой. И вот вам получите, четыре юные жизни зверски загубленные на корню- голос сыщика дрогнул, он быстро проглотил рюмку, закусил и продолжил- А пришло ему это на ум думаю недавно, как сочинения эти прочитал пару раз, и даже в слух, для бабы своей. Ну разумеется вольтерьянствовать, так уж полной мерой, европейские повадки на русской земле уже к сожалению лет полтораста как доминируют, чего же теряться-то? Вот и наслаждались муками да мольбами жертв, получали удовольствие. ..
-И ведь не боялся гадючий выползень что разоблачат его, покарают- пробормотал Хворостовский, наливая по третьей.
-А такие и не рассчитывают что их всерьёз искать-то будут, да и кто? – хмыкнул сыщик- Мы вот с тобой знаем это дело, а староста тамошний в лучшем случае лес прочесать, да погоню снарядить сможет, только и всего! ..
-Да Иван Силыч, хорошо что мы с тобой не стали сутки-то эти ждать, а то неизвестно что с девками-то было б!
-Ну да, господь вразумил поторопиться, да на мысль навёл!- улыбнувшись согласился сыщик, выпивая. Они ещё немного посидели, допили коньяк, докончили закусь, и расплатившись, вернулись в Управление. Иван запротоколировал показания девушек, подшил к делу записки Ефимова, соблюл все формальности, да за гибелью преступников, в тот же день дело было закрыто и сдано в архив к огромной радости полицмейстера. На сегодня в Управе делать было больше нечего, и сыщик с денщиком отправились домой по раньше, чего вообще случилось чуть ли не второй раз за всё время.
Искупавшись в бане, сыщик сел отдохнуть у себя в комнате, а Хворостовский переодевшись в приличный костюм, ушёл навестить истосковавшуюся Француженку. Расслабившись, Иван попил чаю, и мысли его опять коснулись Светланы, причём коснулись нежно и трепетно. Нет, он не собирался лететь в гости, тем более что на днях и так уже был с барышней на реке, но как-то дать о себе знать, было всё же необходимо. Он сел за стол, и старательно, красиво как смог, переписал те стихи посвящённые ей кои посчитал достойными, вложил в большой конверт, запечатал и надписал кому и куда. Дело оставалось за малым. Спустившись вниз, он позвал своего дворника, вручил ему конверт и деньги, да тот час же велел отнести. Прокоп полетел как ветер, а следователь улыбнувшись своим мыслям, вернулся в комнату.
Светлана сидела в саду, и слушала птичек, наслаждаясь клонящимся к вечеру солнышком. Она ещё не знала что сыщик уже вернулся, но мысли её витали вокруг него, и о том как она начнёт важный разговор. Барышня понимала значимость сего диалога, но при мысли о том что она должна начать первой, её охватывала робость.
-Нет, всё равно пересилю себя и скажу!- решительно определила девушка, и тут увидела спешившую к ней с конвертом Таисью.
-Барышня, вам тут письмо принесли!- горничная вручила конверт, и получив позволение уйти, покинула сад. Светлана волнуясь вскрыла пакет, и выудила несколько сложенных листов, заглянула ещё, и точно, там лежал ещё один, небольшой. Решив начать с него, она аккуратненько, двумя пальчиками вытащила его, и развернув прочитала.
Милая моя Светлана!
Я тут барахтаясь в грустных делах, на досуге думаю только о Вас, о Вашей красоте, молодости, нежности и свежести, а посему позволил своему вдохновению, посвятить Вам несколько виршей. Возможно они не совершенны, зато мои, не ворованные. Не судите строго, уж как могу.

Всегда ваш, Иван Бусов (дата и подпись)

-Господи!- прошептала она, перечитав записку ещё раз- стихи прислал, мне? Свои?- и торопливо принялась читать их, одни за другими. Ей никто и никогда вот так, не посвящал стихов. Слащавые и бездарные стишата, получаемые в прошлом от занудных поклонников, она даже в расчёт не брала. А тут, тут в каждой строчке можно было смело прочитать «Я, вас люблю»… Перечитав их по несколько раз, Светлана так разволновалась, её охватили такие чувства, что будь тут прямо сейчас Иван, она бы… Ох она бы себя не остановила! Сыщику и в голову бы не пришло, что на юных, впечатлительных барышень, могут так подействовать лирические строки. Ну что ж делать, следователь писал стихи девушке лишь второй раз в жизни, опыта фактически не было! Светлана соскочила с места, и стала озорно кружиться и бегать по саду как в детстве, эмоции буквально перехлёстывали через край . Ей хотелось кричать, петь, летать, и любить весь мир, всех людей скопом! А ещё, сотворить что-нибудь настолько необычное и прекрасное, что ещё никто, никогда не творил…
Девичьи страсти бушевали в прелестной груди добрых полчаса, девушка раскраснелась, глазки горели алмазами, локоны слегка растрепались, и увидь её сейчас Иван, он вероятно уже не сумел бы совладать с собой, до того прекрасна предстала бы перед ним в этот момент, его Светлана! Но Ивана слава богу рядом не было, и кипящий вулкан постепенно успокоился. Окончательно придя в себя, барышня написала Бусову короткую записку с просьбой о встрече в скверике через час, и поймав возле дома уличного мальчишку, попросила его отнести записочку куда нужно, заплатив гонцу по царски. Пока тот бегал, барышня ринулась в дом, и переоделась в очень изящное розовое платьице для прогулок вечером, на плечи набросила лёгкую накидочку, одела на голову пресимпатичную шляпку с голубыми цветочками, взяла в руки одну из своих сумочек-мешочков, и выпорхнув из дома, пешком пошла в скверик, думая что может быть, Бусов тоже придёт туда раньше. И она не ошиблась. Оба, подошли в сквер почти одновременно с разных сторон, и сразу увидели друг друга. Светлана едва удержалась чтобы не броситься к Ивану со всех ног, а сыщик напротив, сумел скрыть своё волнение, тем более что народу вокруг как на зло, было в этот раз много. Барышня бабочкой подскочила к Бусову, и сразу цапнула того под руку.
-Добрый вечер Иван Силович, я так рада что вы откликнулись на моё приглашение!- улыбнувшись промурлыкала девушка, глядя на него с боку такими широкими глазами, словно хотела захватить его ими. Иван тоже был несказанно рад такой встрече, ибо проводить чудный августовский вечер в одиночестве когда рядом есть такое сокровище как Светочка, есть преступление перед человечеством.
-Очень добрый Светлана Дмитриевна!- улыбнулся сыщик любуясь красавицей- Ведь вы украшение этого вечера!
-Да, я украшение!- деловито согласилась барышня и весело улыбнулась- Иван Силыч, вы… вы просто сразили меня сегодня наповал своими стихами! Я была в таком восторге, что чуть не улетела на небеса!
-Серьёзно? – слегка удивился Иван- Вас так поразила моя писанина? Гм, ну что же, не скрою, я рад. Но, только одно меня смущает..
-Что? –с любопытством спросила девушка.
-Ваша попытка улететь- улыбнулся сыщик, а барышня тоненько прыснула со смеха.
-Ой Иван Силыч, ну вас право, вы всё шуткуете, а я себя не помнила от восторга! Мне ещё никто таких стихов не писал, вот!- смеясь пояснила барышня, слегка помахивая сумочкой.
-А что, были попытки сразить вас виршами?
-Ой, «попытки»- передразнила Светлана, и смеясь уточнила- пытки были Иван Силыч, вспоминать и то тоскливо…
- А я эти дни всё время о вас думал!- сказал Бусов, оглядывая окрестности, выискивая укромное местечко.
-Я тоже!- тихо созналась девушка, и чуть замявшись, проговорила- Иван Силыч, я, я хотела бы приватно поговорить с вами, об одном неотложном деле, вернее даже не поговорить, а некоторым образом выяснить один вопрос, ох боюсь, я так волнуюсь, что могу сбиться…
-Да вы успокойтесь, Светлана- ласково сказал сыщик, и показал девушке в углу сквера, свободную беседку- давайте захватим её, и там обо всём поговорим?
-Давайте!- таинственным шёпотом согласилась девушка, и они проворно вскочили в повитую декоративным вьюном постройку. Сели рядом на лавочку, и сыщик не выдержав, крепко обнял девушку, и стал сладко целовать её.
-Иван… стойте… пожалуйста… поговорить нам нужно!- задыхаясь от неги зашептала она, слабо сопротивляясь. Бусов подчинился.
-Простите Светлана, не совладал с собой, каюсь!- улыбнувшись проговорил сыщик, наблюдая как барышня, смущённо поправляет причёску и шляпку.
-Ничего, я не в обиде- мурлыкнула она, и собравшись с силами, начала говорить.
-Понимаете Иван, мы с вами уже давно встречаемся, гуляем, держимся за руки, я сама первая не раз вас целовала, но мне ни чуть за это не стыдно, не подумайте чего, нет. Вот… Я, я и вам многое уже позволила- краснея и отводя взор, добавила девушка теребя пальчиками сумочку- вы, вы целуете и обнимаете меня когда хотите, и я, я не падаю в обморок как кисейная барышня, я всё в этом вопросе понимаю. Вы, взрослый мужчина, и вам трудно одному, и держать себя тоже… Мне, мне не скрою, очень приятны все ваши объятия, а когда вы целуете меня так что голова моя начинает кружиться, мне это приятно в двойне если не больше. Я бы верно сама уже начала целовать вас раньше, если б вы на это не решились… Но Иван- голос Светланы чуть дрогнул, и она умоляюще поглядела на него заблестевшими глазками, в которых как ему показалось, навернулись слезинки- мне бы хотелось услышать от вас определённость, как вы по - настоящему ко мне относитесь, и… каковы ваши окончательные намерения на мой счёт, вот!- облегчённо выдохнула Светлана, в упор глядя на суженного, всем видом как бы прося его. «Иван, ну ответь мне, ну пожалуйста!»
Иван улыбнулся, и как-то даже облегчённо вздохнул, затем взял её руку в свою, и очень трепетно поцеловал эти маленькие, нежные пальчики.
-Светлана, вы, вы молодчина, и вы правы, настала пора объясниться мне с вами, ибо все эти недосказанности и недоговорённости промеж себя, это порой хуже лжи, и приводят к бедам и даже трагедиям. Многие искренне полагают что их должны понимать с полуслова и с полунамёка, но это не так. Я уже верно говорил вам что вы, самое дорогое что есть у меня на этой земле, самое любимое и бесценное, это вы Светлана. И я, я люблю вас, нежная, милая моя барышня ( У Светланы от счастья, потекли из глаз слёзы.) люблю давно. Не скажу что как увидел, нет, но это и неважно. И теперь знайте, что вы, моя жизнь и смысл этой жизни! Я вас так люблю, что даже не найду слов как это описать. Если бы я мог, то не выпускал бы вас из объятий, 25-ть часов в сутки! Оберегать, защищать вас от опасностей и неурядиц, вот что мне хочется милая, по мимо того, что любить вас! С некоторых пор, я, я смертельно боюсь за вас, Светлана моя… При одной мысли о том что вас кто-то может обидеть или оскорбить, я просто становлюсь другим, слышите меня? Я, пойду ради вас практически на всё, кроме измены- сухо добавил он, сглотнул ком в горле, и продолжил- я долго не мог разобраться в себе, и в вас, потому и не открылся вам ранее. Мы с вами, должны мыслить как взрослые люди. Я просто хотел убедиться что ваши чувства ко мне, это не скоротечная девичья влюблённость, а нечто большее, потому и молчал…
-Я тоже… Я тоже люблю вас, Иван- роняя слёзы прошептала радостно девушка, глядя на него чуть не в упор- и люблю уже давно, даже до того как мы с вами познакомились, вот с каких это пор…
-Как это?- тихо спросил он, не выпуская её ладони из своих рук.
-Я, я нагадала ваш образ в зеркале, на святки, минувшей зимой- смеясь сквозь слёзы, зашептала Светлана- увидела вас молодого, в мундире, с повязанной головой, и чьи-то руки, подавали вам ковш воды. Вы выпили, утёрли ладонью губы, и так улыбнулись мне сверкнув глазами, что я поняла что пропала, и влюбилась по уши… Вот как это было…
-А знаешь любимая- мягко сказал Иван- в этом зеркале ты видела реальный случай из моей военной жизни, именно так всё и было один раз!
-Правда?- ахнула девушка- Расскажите!
-Потом Светлана, давайте лучше уж я сознаюсь вам до конца, так сказать выдам чистосердечное признание- хмыкнул Бусов, и обняв девушку одной рукой, привлёк ласково к себе- Я, я бы не секунды не помедлив, предложил бы вам стать моей женой, но, пока я стеснён некими бытовыми обстоятельствами, и сделать этого не могу. Однако, я собираюсь в ближайшее время всё это решить, и уже предпринял в этом направлении необходимые поиски. И будьте уверены, что я не оставлю вас в любом случае. А если быть совсем точным, то не позднее следующего мая любимая, я попрошу вашей руки, в любом уже случае. Вот, вы подождёте до мая?
-Любимый мой – дрожащим голосом вместо ответа прошептала Светлана, и внезапно сама обняв Ивана за шею руками, страстно поцеловала, а затем отстранившись проговорила не отпуская своих рук- теперь, когда я наконец от вас это услышала, я готова ждать хоть целую вечность, Ваня, мой…
-Не надо вечность Светлячок мой ласковый, май-это крайний срок- тихо ответил Иван уже крепче обнимая барышню, и ловя её рот своим. Сидели они так долго и к счастью им никто не мешал.
-Никому тебя не отдам и не уступлю!- решительно сказал Иван целуя и обнимая возлюбленную, отвечающую ему уже какими-то обрывками едва различимых фраз. Спустя четверть часа, влюблённые покинули свой уголок, и просто пошли гулять, главное дело на сём отрезке пути было сделано, они объяснились. Вечер только набирал силу, пёстрая публика оживлённо порхала по парку, а они шли и беседовали. Внезапно, Светлана вспомнила о вчерашнем визите страшной и таинственной женщины, и решила что Иван должен об этом знать.
-Иван Силыч, я должна тебе, вам… ну кое-что рассказать!..
-Я весь внимание!- улыбнулся Бусов.
И Светлана, не упуская ни одной детали, рассказала ему всё, вплоть до того, как носатая, таинственно исчезла за углом. Лицо Ивана помрачнело.
-Вот оно что… значит поперёк горла ты им стала, Даром своим, душою светлой, тем что людям помогаешь. Права ты любимая, не женщина это была, а нечисть из тёмного мира за тобой приходила. Последний шанс у них вчера был погубить тебя, на доверчивости на твой поймать, не вышло у них – облегчённо вздохнул Бусов.
-Да Иван, я и сама нехорошее почувствовала, и предостережение твоё вспомнила, оно и спасло меня!- ласково прижавшись головой к его плечу, проговорила девушка.
-Не даром значит любимая, я за тебя так боялся!- переходя от волнения на ты, проговорил Бусов- Вовремя упредил. Но теперь всё мой Светлячок, всё мой озорной, мой игривый котёнок, с этой стороны, беды больше не будет. А ещё, я научу тебя одной древнерусской, славянской молитве, которая будет охранять тебя от нечисти, целительница ты моя любимая! Ни чёрту ни дьяволу не дам и пальцем до тебя коснуться. Я теперь лада моя, такую Силу в себе чувствую от того что ты рядом, и ты моя, что никто и ни что мне уже не страшно! Ты моя жизнь- тихо добавил он- теперь мне есть за кого стоять насмерть по мимо Отечества, это-ты!...
Вечер разгорался.

21.02/2018.

                                                                                                        ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
-

-

-
-

-

-
-
-

-
-
-

-
-
-
-






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 5
© 11.09.2021г. Мирослав Авсень
Свидетельство о публикации: izba-2021-3155094

Рубрика произведения: Проза -> Роман


















1