Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Неоновый свет


Неоновый свет
«Джек говорит, что, если бы не она, видимо, в его жизни не было бы чего-то важного и светлого и что, если будет нужно, ей легко будет найти его через любого серьёзного игрока в покер. Они прощаются. Спустя годы Джек иногда приезжает на пустынный берег, от которого когда-то отходил паром на Кубу. И если он видит какой-то корабль, сердце его начинает биться сильнее…» Сидни Поллак "Гавана"
Драма в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
Вячеслав Андреевич Каратидов - авторитетный бизнесмен, бывший крупный чиновник, чуть полноват, среднего возраста, умеет обаять, самоуверен.
Сергей - художник, бизнесмен. Однажды он вошел в бизнес, но безболезненно для себя и близких выйти из него не может.
Сотрудники компании Сергея:
Татьяна - рыжая, яркая девушка, этим сказано все, так как рыжие всегда выделяются и отличаются от других. Как и альбиносам, им труднее выживать в жизни, хотя внешне кажется, что им легко все достается.
Виктория – клубная тусовочная девушка.
Мария Ивановна - дама в возрасте, многое повидала в жизни, особенно в лихие 90-е годы.
Александра - выразительная блондинка, серьезная, основательная, знающая себе цену. Уверена, что если она приличная девушка, то все должны быть порядочными людьми.
Михаил - атлет, к жизни относится серьезно, но готов открываться новому. У него молодая жена.
Иные действующие лица:
Полицейский - в дорогом кожаном плаще, ухоженный.
Женщина-полицейский - молодая женщина, шатенка, одета стильно.
Налоговый инспектор - красивая брюнетка с жестким мужским взглядом.
Хорькин – активист, зарабатывающий на жизнь, действуя на подхвате у рейдеров. Муж своей жены. Жена работает судьей.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Сцена освещается. Стандартный офис. Сергей, уткнувшись в ноутбук, что-то печатает. Заходит полный мужчина, уверенный в себе. Татьяна протискивается мимо него.
Татьяна (торопливо): Сергей, к тебе Каратидов Вячеслав Андреевич.
Сергей (поднимается): Добрый вечер, Вячеслав Андреевич! Рад видеть Вас в нашем офисе.
Слава (не сразу пожимает протянутую руку): К Путину легче попасть, чем к тебе! Окружил себя, понимаешь, красотками.
Сергей (Татьяне): Спасибо, Татьяна, оставьте нас.
Татьяна: Мне можно идти? У меня тренировка…
Сергей: До свидания, Татьяна. Рабочий день закончился.
Татьяна (энергично): До свидания, Сергей! До свидания, Вячеслав Андреевич!
Слава (Татьяне): Подожди-ка, узнай сначала, зачем ваши строители «влезли» на мой участок?
Татьяна (смотрит на Сергея): Сергей, мне остаться?
Сергей: Нет! Позвоните Михаилу, пусть перезвонит и объяснит мне суть проблемы.
Слава: Кто она тебе? (смотрит вслед уходящей Татьяне с интересом).
Сергей: Коллега…
Слава: Секретарь что ли?
Сергей: У нас нет секретарей, есть офис-менеджер.
Слава (пренебрежительно): Все у тебя не как у людей.
Сергей (сначала вспыхнул, потом успокоился): Нам так удобнее.
Слава: Отдай мне её!
Сергей (холодно): Я не вмешиваюсь в личные дела сотрудников.
Слава (с ухмылкой): Ну ты даешь! Как ты попал в строительство? Таких я не встречал ещё. (задумчиво)Не строитель ты, Сережа...
Звонит городской телефон. Сергей берет трубку.
Сергей: Добрый вечер, Михаил. Да, я понял. Когда устраните? Хорошо, до свидания (кладет трубку и обращается к Славе). До пятницы недостатки будут устранены.
Слава (небрежно): Какие пустяки... Чем ты живешь? Чем интересуешься?
Сергей (улыбается): Женщинами.
Слава: Нормально. Я имею в виду охоту или рыбалку.
Сергей (сухо): Равнодушен.
Слава (эмоционально): Слушай, отдай мне Татьяну.
Сергей: Берите, соблазняйте.
Слава: Несерьезно... Не зря люди говорят, что с тобой трудно иметь дело. Ты, наверное, меня не знаешь!
Сергей: Знаю, более чем серьезная фигура в городе.
Слава (будто огорчен): Не видно что-то. Мне не хватает участка для благоустройства. Отдай мне два участка своих. Они ведь у тебя сомнительные.
Сергей: Впервые слышу, что сомнительные. Участки прошли согласование инстанций. Не говоря уже об экспертизе проектно-сметных документаций и получении градопланов.
Слава: Аааа, не говори ерунды, бывший главный архитектор бумажки подмахнул, не глядя.
Сергей: Мы уже распродали на этих объектах более половины квартир. Мне нечем ответить перед дольщиками. Я не могу отказаться от них. У меня нет других объектов больше.
Слава: Слушай, какой ты непонятливый. Не зря на тебя серьезные люди раздражены. Мы пришли работать в микрорайоне. Зачем артачишься?
Сергей (тихо): У меня нет другого варианта.
Слава: Ты ничего не понял. Мозги ты разжижал со своими красавицами?
Сергей (устало). Это ваше мнение. (Встает и протягивает руку Славе.) Благодарю за визит и за открытость.
Слава (игнорирует протянутую руку Сергея): Ты не строитель, Сергей. Я не хочу никакого шума. Но никто не должен хихикать за моей спиной, что рядом с моим объектом кто-то бестолковый пыхтит. Я могу доказать тебе по-другому. Не думай, что это так сложно. Не забывай: это провинция, здесь свои законы. Я очень надеюсь на твой разум. Ты же не хочешь свою жизнь превратить в ад. Мы узнаем про твою жизнь, про твой дом, где ты живешь или где ты обитаешь, про твою семью, про твоих близких. У них постоянно будут проблемы. Ты захочешь помочь им выпутаться из переплёта и наткнешься на стену. Ты не сможешь им помочь. Ты будешь проклинать себя за то, что твоим близким не повезло быть твоими родными. За твоей машиной будут следить. Ты в этом убедишься, когда с любимой женщиной будешь ужинать в хорошем ресторане, к вам пристанет хулиганье, и вам придется обратиться за медицинской помощью. Ты не захочешь лишний раз высовывать своё лицо из закрытого пространства. Ты нигде не будешь чувствовать себя в безопасности. Ты даже проститутку не сможешь снять. Подставишь сутенеров. Из-за тебя будут облавы на притон. И ты поймёшь, что тебя пасут. Ты хорошо выглядишь, еще свежий. Ты можешь работать в другой сфере. Я не думаю, что ты выберешь такую жизнь для себя. Я искренне не желаю тебе проблем, поверь мне (Слава был убедительным и говорил приглушенно).
Сергей: До свидания, Вячеслав Андреевич.
Слава покидает офис. Походка его уверенная. Он слегка косолапит. Сергей только сейчас замечает, что Каратидов одет в дорогой адидасовский костюм. Сергей напуган. С этим чувством он не может справиться и, чтобы привести себя в порядок, садится за ноутбук. Возвращается Татьяна.
Татьяна (торопливо): Где Слава?
Сергей (он почти взял себя в руки): Ушел. Я не собираюсь следить за твоим Славой.
Татьяна: Он не мой. Он плохой человек.
Сергей: Что за глупости. Слава — уважаемый человек в городе. Что за фантазии? Кстати, откуда ты его знаешь?
Татьяна: Я его не знаю. Но как мужчина он, конечно, интересен.
Сергей: Что??? Рыбак рыбака видит издалека. Слава только что распинался о симпатии к тебе. Что он только нашел в тощей пигалице?
Татьяна (иронично): Чужие, наверное, видят не только тощую.
Сергей: С чего ты взяла, что он плохой? Кстати, почему ты не в своем фитнес-центре?
Татьяна (садится): Вот как раз там про него и говорят. Был нормальным чиновником, сейчас связался с бандитами. (Озабоченно) Зачем он пришел? Что он хотел? Он вел себя нагло, даже секунду не стал ждать. На мое предложение выпить кофе отмахнулся грубо.
Сергей: Ну, колхозник. Ты и вправду считаешь его интересным мужчиной? Меня он не возбудил.
Татьяна: Ну да, харизматичный, умеет обаять.
Сергей: Вот как? Не зря говорят, девушкам нравятся плохие парни. (С интересом разглядывает Татьяну) А ты, оказывается, умеешь размышлять.
Татьяна (смущается): Ну, хорошо, я ухожу.
Сергей: До свидания.
Татьяна: До свидания (уходит).
Сергей с интересом смотрит на уходящую Татьяну. Затем оборачивается к зрителям, чуть мотает головой, как бы беря в союзники зрителей, «в ней что-то есть, но что именно, он пока еще не знает».
Затемнение.
Голос, обращенный к залу: «Публичное слушание объявляется закрытым. Считается целесообразным строить обществу «Ираида» на месте гаражей многоквартирные жилые дома, а обществу «Атлант» нецелесообразно строить жилые дома на смежных участках «Ираиды».
На сцену входят Сергей, Татьяна, Виктория, Елена Петровна, Александра, Михаил. В глубине сцены висит плакат со словами:
«Мы молодцы!!!
Мы добились своего!
Атлантовцы будут дарить
Любимому городу новые дома!»
Виктория (пытается сорвать плакат): Это издевательство над нами. Ну, кто же будет строить: мы или «Ираида»?
Мария Ивановна (устало садится на стул): Не трогай, Вика. Пусть висит…
Виктория: Зачем только мы пошли на это дурацкое публичное слушанье. Мне друг из органов еще на прошлой неделе сказал, что бесполезно. Слава заплатил, Слава получит, Слава в итоге и получил всё.
Александра: Неужели ничего нельзя сделать? Я не верю. А кто вообще этот Слава? Почему его все боятся?
Виктория (улыбается): Ты, Александра, не слышала, кто у нас крестный отец?
Александра: Ну, глупости, сказала тоже, крестный отец. Слава всю жизнь проработал чиновником, а сейчас олигарх.
Татьяна: Вика, зачем ты говоришь эту чушь, мы должны были пойти на публичное слушание. Мы пошли, еще не всё потеряно. Пусть Слава хоть будет десятикратным крестным отцом.
Михаил: Я согласен с Таней. Мы пошли, дали бой. Выкинуть нас будет уже сложнее.
Виктория: Миша, не выдумывай. «Там» уже решили (показывает указательным пальцем вверх): мы больше не будем строить.
Татьяна (уверенно): Мы будем строить. Правда, Мария Ивановна?
Мария Ивановна: Да, Татьяна, если мы этого не сделаем, наши дольщики окажутся обманутыми. У нас и выбора-то нет.
Звонит телефон, трубку берёт Татьяна, слушает, затем прикрывает трубку.
Татьяна: Там бригада полицейских. Они требуют открыть офис.
Сергей: Уже восьмой час вечера, объясни им, что мы работаем до 18-00. Виктория, звоните адвокату, пусть посоветует, как нам поступить.
Виктория: Зачем мы только притащились в офис. Лучше бы пошли в «Рапсодию» водки выпить с горя. Полицейские не отстанут от нас. Я же вам давно говорила, что у Славы друг - главный полицейский.
Татьяна: Офицер грозится: если в течение трех минут мы не откроем дверь, ее взломают. Кто-то сообщил в полицию, что мы уничтожаем документацию компании.
Сергей: Откройте, Михаил и Мария Ивановна. Вы среди нас самые солидные, встречайте их, постарайтесь не спровоцировать их и, если получится, погасить агрессию.
Михаил и Мария Ивановна удаляются.
Сергей (Виктории): Что адвокат?
Виктория: Адвокат скоро подъедет. Он говорит, что полицейские имеют право производить изъятие.
Сергей: Расслабимся. Женщин-полицейских в США учат: если не избежать насилия, постарайтесь хотя бы получить от этого удовольствие. Ну, давайте, идите — развлекайтесь.
Все уходят. Сергей остается один. Звонит телефон.
Сергей: Привет, моя дочурка. Нормально. Как у тебя? Класс! Это твоя первая сделка, и все войдет в своё русло. (Раздается громкий стук, будто кто-то кувалдой бьёт по металлу). Что за звук, спрашиваешь? Собственники верхнего этажа ремонт затеяли, вот долбят. Я скоро ухожу из офиса. Пока, девочка. Люблю! Горжусь тобой.
Появляется Татьяна. Она встревожена. Молча присаживается в уголок большого овального стола.
Сергей (улыбается): Чем заняты наши полицейские?
Татьяна: Им нужны счета-фактуры и акты выполненных работ нашего подрядчика.
Сергей: А что они там долбили?
Татьяна: Искали документы в шкафу офис-менеджера.
Сергей: Почему не дали ключей?
Татьяна: Ключи у офис-менеджера, а она же в отпуске.
Появляется первый полицейский в длинном дорогом кожаном плаще. Подходит и без «здравствуйте - до свидания» присаживается рядом с Татьяной.
Первый полицейский (ласково): Тань, отдай документы и все будет у вас нормально.
Татьяна: Аха, вы всё перерыли, всё забрали. Не понимаю, что еще вам нужно? Как мы сейчас будем рассчитывать зарплату и начислять пособие?
Первый полицейский (замечает Сергея): А ты кто такой?
Сергей: Креативный технолог.
Первый полицейский: Это ещё что такое?
Сергей: Советы даю.
Первый полицейский: Посоветуй девушке, пусть отдаст нам документы. И всё будет ОК.
Сергей: Татьяна, отдайте...
Татьяна: Их нет!!! И как мы теперь будем рассчитывать зарплату и начислять пособия?
Сергей (первому полицейскому): Ничем не могу вам помочь.
Первый полицейский: Ладно (идет к двери, у двери оборачивается). Ну, заработали, хватит, дайте теперь новичкам заработать.
Сергей (возмущенно): Это Слава -то новичок? Да он тридцать с лишним лет в строительстве.
Первый полицейский: Что ещё за Слава? Думай башкой, а потом базарь… (Уходит.)
Сергей и Татьяна остаются одни. Они оба задумчивы.
Сергей (медленно): Пииисец...
Татьяна: Ничего и не пипец. Мы будем вручную рассчитывать рабочим зарплату и начислять пособие.
Сергей (медленно поднимается со стула): Я о другом...
Татьяна (возбужденно): Я тоже о другом.
Сергей неожиданно обнимает Татьяну, пытается поцеловать.
Татьяна (отстраняется от Сергея): Отпусти...
Сергей: И не подумаю. Сейчас брошу тебя на стол и изнасилую, всё равно сидеть (улыбается).
Татьяна обнимает Сергея за талию. Следует долгий поцелуй. Он ведёт её к столу, наклоняет, почти укладывая на стол.
Слышится стук каблуков.
Татьяна: Это Виктория.
Сергей: Действительно. Это может быть только Виктория. (Сергей помогает встать Татьяне). Ты знаешь, незавершенность проекта разрушительна?
Татьяна: Какого проекта?
Сергей: Любого...
Затемнение.
Появляется свет. Сидят за столом Сергей и Татьяна. Каждый занят своими бумагами. Под ритмичную музыку входит налоговый инспектор. Она одета ярко, видно, что стервозна.
Налоговый инспектор: Почему у вас не принимают акт о налоговой проверке? Вообще обнаглели. Весь город знает, что вы строите дом незаконно.
Татьяна: При чём тут строительство дома?
Налоговый инспектор: У вас при входе сидит девушка, она заявляет, что нет директора. Директор никого не уполномочил получать письма.
Сергей: Вы можете отправить нам ваше решение через почту.
Налоговый инспектор: Не учите нас, что делать, вы лучше разберитесь со своими делами. Мы знаем, что вы сотрудничали с компанией «Заря», которая является фирмой - «однодневкой».
Сергей: Хорошо, может быть для вас они «однодневка», у нас они нормально работали.
Налоговый инспектор: «Заря» не платила налоги бюджету.
Сергей: Это ваши проблемы: получить налоги у налогоплательщиков.
Налоговый инспектор: Нет, это не наши проблемы, это будет вашей проблемой.
Сергей: Татьяна, а сколько они нарисовали нам налогов?
Татьяна: Непосильную сумму.
Сергей (обращается к налоговикам): Вы насчитали дикую сумму, чего еще переживаете? Молодцы, Слава будет очень доволен вами.
Налоговый инспектор: Засуньте вашего Славу в задницу! Вы уже достали нас со своим Славой ещё при проверке. Мы у вас проводили проверку в рамках закона (последнее предложение говорит по слогам).

Вбегает Александра.
Александра: Наш башенный кран сотрудники Ростехнадзора с прокуратурой опечатали, стройка остановилась.
Сергей (спокойно): Почему?
Александра: Ростехнадзор посчитал, что кран слишком старый.
Сергей: Позовите Михаила?
Александра уходит. Появляется Виктория.
Виктория: Наши налоговики уже тут как тут.
Татьяна: Они нарисовали нереальные налоги и всё ещё ходят, переживают.
Налоговый инспектор: Не нарисовали, а в ходе проверки нашли налоговое правонарушение плюс незаконное использование денег.
Виктория: Ну всё, доблестный арбитражный суд копейку на копейку оставит в силе. Сергей, надо копить, иначе уголовное дело. На арбитражку надежды нет.
Появляется Мария Ивановна.
Налоговый инспектор (на прощание): Завтра, если не будет ответственного лица, мы придём с полицией.
Никто не обращает внимания на её реплику, смотрят на Марию Ивановну, будто ожидают новую беду.
Мария Ивановна: Михаил не может подойти, он ожидает полицию и скорую помощь. На объекте случился несчастный случай.
Сергей: Что там ещё?
Мария Ивановна: Транспорт наших подрядчиков совершил наезд на рабочего.
Сергей: Он жив?
Мария Ивановна: Он погиб.
Немая сцена.
Сергей: Мария Ивановна, наш башенный кран опечатали, нам может помочь высотный автокран одной крутой компании? Мы к ним всегда обращались по поводу аренды башенного крана.
Мария Ивановна: Нет, они отказались. Их директор прямо заявил, разберитесь вначале со Славой.
Сергей (обращается к Виктории): Виктория, помните, один директор компании-застройщика пытался сделать самосожжение у кремлевской стены. Его ведь тоже уничтожали? Кто? Тоже Слава?
Виктория: Я не знаю, кто уничтожал, но в офисе погибшей компании теперь находится фирма «Ираида» нашего Славы.
Татьяна: Вика, от этого самосожженца отстали кредиторы?
Виктория: Ещё чего? С какой стати они будут отказываться от своих денег?
Появляется Александра с кислой миной.
Александра: Судебные приставы пришли, опечатывают наши компьютеры и служебную машину. Сергей, как мы сейчас будем работать?
Сергей (обращается к Виктории): Виктория, а чего так въелись судебные приставы?
Виктория: Мы Хорькину проиграли триста тысяч рублей.
Сергей: Аа-а, это тот беспредел? Мы же перечислили приставам. Татьяна, я не ошибаюсь? (обращается к Татьяне).
Татьяна: Да, мы сегодня утром перечислили.
Александра: Ну, неужели непонятно, они нас унижают. Приставы заявляют, пока мы не увидим ваши деньги на нашем расчетном счете, ваше имущество будет под арестом.
Сергей (говорит спокойно): Прекращаем истерику, у всех у нас есть личные ноутбуки, будем работать. Всё будет нормально. Пошли по домам.
Все уходят. Последней удаляется Татьяна, у выхода Сергей резко притягивает её к себе, осторожно прикрывает дверь. Они бросаются друг на друга. Зритель понимает, что их никто и ничто не остановит, но вдруг слышится топот ног.
Татьяна (озабоченно): Это Михаил!
Сергей (отстраняется, улыбаясь): Как ты узнала шаги Михаила? Это подозрительно.
Татьяна (отходит в сторону): Вот так вот. Ну не ревнуй. У Михаила роман с Викторией. Ты не знал?
Сергей (с улыбкой): У нас публичный дом, а не строительная компания.
Татьяна: Что ты имел в виду, когда говорил, что незавершенность вредна?
Сергей: Банально: то, что имел, то и сказал.
Затемнение.
На сцене появляется свет. Сидят Сергей, Татьяна и Михаил.
Сергей: Татьяна, перечислите родным пострадавшего материальную помощь. Михаил, ты точно уверен, что мы можем завершить строительство дома высотным автокраном?
Михаил: Два высотных автокрана надо. Я связался с казанцами. Они могут дать два высотных автокрана. Это стоит в десять раз дороже, чем башенный кран, платить надо наличными.
Сергей: Михаил, вы видите другой вариант?
Михаил: Нет.
Сергей: Придется заплатить эти деньги. Когда обещали прийти на объект депутаты?
Михаил: Уже завтра, с телевидением. Слава обещал, что дом будет снесен.
Сергей: Ну, это его желание мы давно знаем. Он что, и вправду конкретный пацан, как говорит Мария Ивановна?
Татьяна (вмешивается): Его все в городе боятся. Кто его не боится, того он покупает.
Сергей (искренне смеётся): Ну вот, наша Татьяна начала говорить афоризмами. Не надо слишком демонизировать Славу. Он обыкновенный живой человек, не Бог и не дьявол.
Затемнение.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ.
Сосновая роща на берегу Волги. Домик двухэтажный в стиле Шале. В беседке у дома сидят сотрудники «Атланты».
Сергей (встаёт, поднимает бокал): С днём строителя, коллеги! Замечательная традиция отмечать праздник на берегу великой реки! Я каждый год думаю: вот мы в этом году отмечаем праздник, неужели он последний? Спустя время я ругаю себя: надо же быть таким пессимистом. Все наши проблемы спустя время кажутся нам, честно говоря, самыми красивыми, романтичными временами. Хотя каждая новая проблема представляется неразрешимой задачей. Так что, желаю нам быть оптимистами.
Чокаются друг с другом, поздравляют друг друга и садятся на лавочку в беседке. Оживленный разговор продолжается.
Александра: Мы больше времени проводим на работе, чем дома. Как нам научиться беречь друг друга? Мы на глупости обижаемся, дуемся друг на друга зря.
Виктория: А я считаю, что работа - это романтический переплёт, я вас всех люблю. Простите меня, если я вас случайно задеваю, я вас всех прощаю и люблю.
Разноголосица: «прощаем», «любим», «всё будет у нас замечательно».
Мария Ивановна: И я поздравляю вас всех с великим праздником! Вот подождите немножко, нам дадут разрешение на строительство и всё войдёт в свою колею.
Михаил (неожиданно): Я вам не говорил, два года назад ко мне на стройке подошёл Слава. Он был серьёзен, солиден, предложил мне перейти к нему на ответственную работу, убеждал меня, что «Атлант» больше не будет строить.
Виктория (слегка раздраженно): Ну, Миша, ты опять за свое, обязательно нужно все испортить.
Татьяна: Ну и наглец Слава! Откуда быть таким уверенным? Он что бог? Мы же строим, пусть даже без разрешения. (Возмущенно) Какой наглец!!!
Виктория (возбуждение еще не прошло): Вот видите, кто-то постоянно говорит о нем: "Крестный отец, крестный отец..." Как я знаю, крестные отцы словами не бросаются. А он бросается. Почему же мы его боимся?
Александра: Никто и не боится. Только очень противно.
Сергей: Боимся, Александра. Я рассказывал вам, что моя младшая дочь спровоцировала, чтобы её исключили из колледжа и депортировали из Америки, чтобы папе сказать: «Папа, видишь, я старалась, чтобы меня отчислили и высылают из Америки». Помните, я полетел за дочерью? Так как она у меня несовершеннолетняя, они не могли её одну посадить в самолет. И вызвали меня, чтобы интеллигентно, толерантно нас обоих выслать из Америки. По приезду меня прессовали американцы, чтобы спровоцировать скандал и с легкой душой депортировать вместе с дочерью. Но выявилось, что вещи моей дочери без всякой описи незаконно изъяли. Получилось так, что и мы не без греха, и они допустили грубую ошибку. Моя дочь категорически отказалась вернуться в Россию. Могли ли американцы выслать нас по беспределу? Без проблем. Выслали, а потом докажи, и вряд ли потом мы могли еще раз вернуться в Америку. После трех часов пресса мы пришли к выводу, что дочь передают папе, а колледж соглашается на перевод моей дочери в другое учебное заведение. А теперь попробуйте представить, что вместо моих оппонентов в Америке окажется Слава со своей бандой. Мы все не сомневались бы, что был бы беспредел, потому что у них власть, полицейские, психологи, таможенники, миграционная служба. Мы не сомневались бы, что если какой-нибудь нувориш дорвется до власти, он начинает беспредел, считая, что ах, попался бы в лапы, тогда терпило должен терпеть.
Александра: Почему ваша дочь вдруг отказалась вернуться в Россию?
Сергей: Влюбилась в какого-то колумбийца, непонятно чем занимающегося. Я просто хочу сказать другое. Мы все знаем, что наша позиция уязвима, у Славы тоже очень много недостатков, но он строит легально, за ним те люди, которые рассуждают так: «Мы власть, мы «держим органы», «Ираида» будет строить, а «Атлант» должен быть уничтожен, нам никто не поможет. А в советские времена, когда местная власть слишком безобразничала, Москва одергивала, сейчас, к сожалению, этого нет.
Виктория: Это правда. Каждый ест свой хлеб на своем месте, и никто не будет вмешиваться. Вот нас сейчас хищники будут жрать, жрать, а все будут смотреть и думать: «Значит, у них такая судьба, они попались». На Москву нет надежды. Москва слезам не верит.
Татьяна: Сергей, зачем ты сейчас рассказываешь страшилки, зачем тебе это?
Сергей: Почему страшилки? Я рассказываю о нашей ментальности и западной.
Мария Ивановна: Мы как в анекдоте, выпили и давай о работе калякать, давайте уж лучше о любви, о природе, о Волге…
Александра: Правда, Мария Ивановна, почему вы не замужем?
Мария Ивановна: Я слишком эгоистична для брака.
Александра: А мне семья помогает, временами я тоже слишком эгоистична. Даже идем мы с мужем в супермаркет, я ему говорю, давай купим тебе куртку, а он бормочет: «Нет, моя куртка хорошая, давай купим тебе лучше платье». Мы покупаем мне новое платье, потом оба счастливые идем домой к детишкам.
Виктория: Все хотят любви. Где я только не была, все хотят любви. А мы в России зациклены на своих проблемах, своей работе. Давайте выпьем за любовь! (Чокается со всеми, все улыбаются).
Михаил: Я тоже вас всех люблю, мне неловко, что я иногда груб, привыкаешь на стройке к жестким отношениям, и не всегда удается перестроиться в офисе. Я отдыхал в этом году, мне было скучно, и я стал играть роль журналиста. Языка я не знал, брал планшет и бродил по городу. Я понял, что во всем мире хотят любви, внимания, понимания, мы не исключение (порывисто берет бокал, делает глоток и смущенно осматривает коллег).
Затемнение.
Открывается лесная тропка и неспешно идут двое, они держатся за руки. Это Виктория и Михаил.
Виктория: Миша, у нас в России всегда будет бардак? Одни будут захватывать бизнес, потом придут другие рейдеры, и всегда война за деньги. Давай улетим вместе в Барселону. У меня там родные, они давно меня уговаривают.
Михаил: Давай подождем, пока закончится эта история.
Виктория: Эта история закончится одним лишь, мы будем разбираться с кредиторами, обманутыми дольщиками, это такая дрязга вечная, я устала от этого.
Михаил: Давай подождём, на полпути я не хочу уходить.
Виктория: Дурачок ты, Миша. Если бы я тебя не знала, я бы подумала, что ты изображаешь из себя несгибаемого революционера.
Михаил: Не думаю, что ты меня очень уж хорошо знаешь.
Виктория: Вот я и хочу узнать тебя поближе (вешается ему на шею, звучит пение птиц).
Затемнение.
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ.
На сцене Сергей, Мария Ивановна, Александра, Виктория. Заходит Михаил.
Михаил: У нас опять полицейские? Что они делают? Какое преступление мы совершили на этот раз?
Мария Ивановна: Их привёл Хорькин.
Александра: Тринадцать полицейских и активисты с Хорькиным третий час взламывают офис, ищут доказательства нецелевого использования денег собственников.
Михаил: Зачем их так много? Нашли, что ищут?
Александра (чуть не плача): Они хотят запугать нас.
Появляется Виктория. Все присутствующие вопрошающе смотрят на нее.
Виктория: Мы проиграли в Нижнем кассацию по разрешению на строительство. Во Владимире оставили в силе решение суда по «Ираиде». Наш жилой дом незаконен.
Мария Ивановна (неожиданно читает свой монолог):90-ые годы были сложными и простыми. Чиновники были чиновниками, милиция была милицией, бандиты были бандитами. Слава работал тогда начальником УПТК «Колхозстрой», мой муж - его заместителем…
Михаил: Вы никогда не говорили об этом.
Виктория (о своем): Мы проигрывали и будем проигрывать Славе, потому что и администрация, и Минстрой пишут в суды о том, что у «Ираиды» все законно, а у «Атланты» нет ничего законного. У нас нет никаких шансов, наш дом снесут. Вы понимаете?
Мария Ивановна (не обращает внимания на Викторию, свой монолог обращает Михаилу): Слава до приватизации «Колхозстроя» украл все ценности и организовал дело так, будто бы была кража со шпаной. Моему мужу это было противно, он понадеялся на свой авторитет в регионе и открыто сказал Славе: «Ты бандит». И правда, когда муж с главным инженером УПТК отдыхали на даче, к ним пришли бандиты, моего мужа убили, а главного инженера оставили в живых.
Александра: А зачем свидетеля оставили в живых?
Виктория: А куда он денется? Будет молчать. Он молчал ведь, Мария Ивановна?
Мария Ивановна: Да, молчал. К нам на похороны мужа приходила вся элита, и Слава тоже. Меня папа предупредил: «У тебя два подростка-школьника, не ищи справедливости, ничего уже не сделаешь». А главный инженер - закадычный друг моего мужа сказал: «Лена, я ничего не скажу». Мне потом передали родные, подручные Славы, венок, где было написано: «От крестного отца».
Виктория: Что за чушь - крестный отец? Я тысячный раз повторяю, он всего лишь банальный коррупционер.
Михаил: Я не знал, Мария Ивановна, о вашей истории. Ваши пути соприкасались со Славой потом?
Мария Ивановна: Нет, только сейчас. Он не отстанет от нас. Он не один. Вика, конечно, он не крестный отец, но у него есть связи во всех структурах, он все двери открывает ногой. Многие ему обязаны. Слава попросил, почему бы не сделать.
Звонок. Трубку поднимает Мария Ивановна. Слушает.
Мария Ивановна: Михаил, тебя просит прораб.
Михаил (берет трубку): Мне нужно идти. Слава отрезал наши трубы теплоснабжения на полтора метра. Вчера ночью окна наших домов были обстреляны с мелкокалиберного ружья.
Сергей: Почему мне не доложили?
Михаил: Только сейчас обнаружили. Мелкашка стреляет беззвучно, охрана не услышала.
Александра: Это Слава. Зачем ему делать такие вещи?
Сергей (эмоционально): Чтобы мы не смогли сдать дом, чтобы нас разорвали дольщики и контрагенты, чтобы мы никогда не строили, и наши активы перешли к банде Славы.
Александра: Но такие методы ужасны и недостойны.
Сергей: Ну колхозник он. Колхозники, если упрутся, пока не сломают себе бошку, не отцепятся.
Появляется Татьяна, вместе с ней полицейский, женщина-полицейский и Хорькин с двумя активистами.
Татьяна возбуждена, она пытается подойти к столу Сергея, но Хорькин с активистами её останавливает, они о чем-то переговариваются.

Хорькин (наседает на женщину-полицейского): Обыщи Татьяну, у нее «черная» бухгалтерия. Обыщи, сказал!
Женщина-полицейский (решительно мотает головой, смотрит на полицейского, полицейский отводит взгляд в сторону): Нет-нет-нет….
Хорькин (снова шипит): Ты что не понимаешь, зачем тебя отправили с нами? Мы их разоблачим. Они ведут двойную бухгалтерию, это точный источник.
Женщина-полицейский (посмотрела на Сергея): Нет-нет-нет…
Хорькин, махнув рукой, решительно идет к Татьяне, но, увидев жест руки полицейского, запрещающий ему действовать, останавливается. Эту немую сцену присутствующие наблюдают в шоковом состоянии, будто и не сомневаются, что Татьяну обыщут.
Полицейский отходит от Татьяны и идет к выходу, вслед за ним уходят все непрошеные гости. Женщина-полицейский перед уходом растерянно смотрит на присутствующих, будто извиняется перед ними, так как никто из собеседников не сомневается: это заказ. Татьяна обессиленно садится на кресло, Михаил подносит ей воду.
Татьяна: Спасибо, Михаил (вытаскивает из груди небольшой потрепанный журнал, передает Михаилу). Передай, пожалуйста, Сергею.
Михаил подходит к Сергею, передает ему журнал. Сергей берет и кладет журнал в сумку, кивает головой в знак благодарности, снова начинает заниматься бумагами.
Затемнение.
На сцене появляются Михаил и Виктория.

Виктория: Миша, что ты собираешься делать? Ты же видишь, на «Атланте» поставили крест. Скоро начнутся разборки с обманутыми дольщиками и инвесторами, снос дома.
Михаил: Вика, мне не 20 лет, я остаюсь с Сергеем.
Виктория: А ты хоть знаешь, что он замышляет? Что-то он стал очень интеллигентным и задумчивым.
Михаил: Наверное, думает, как спасти фирму.
Виктория: Мы обречены. Нас никто не может спасти. Дом снесут, нас растерзают обманутые дольщики и кредиторы.
Михаил: До этого не дойдет.
Виктория: Миша, ты вообще ничего не понимаешь? Сергей вчера собрал нас, адвокатов и юристов, и задал вопрос: «Кто принимает решение о сносе нашего дома?». Когда мы начали ему ездить по ушам, что прокуратура, суд, приставы, он на нас заорал: «Меня интересует, кто принимает решение о сносе из власти?». Когда мы ему сказали, что Андрей, он успокоился, стал интеллигентным и задумчивым.
Михаил: Это нормально. Человек узнает, кто нам может помочь.
Виктория: Ну ты даешь. Все в городе знают, что это организовал не Слава с Андреем, а ты только один не знаешь. Сергей вылезет, он умный, а ты останешься в дураках.
Михаил: Останусь, так останусь, тебе-то что…
Виктория: Миша, а ты почему не думаешь обо мне, о нас…
Звонит городской телефон. Виктория берет трубку.
Голос Марии Ивановны: Хорькин, прекрати! Я отдала вам процентовки одной фирмы, а не обещала всё вам принести. Держи слово! Ты обещал, что от моего сына отцепятся. И нереально забрать процентовки других фирм. После изъятия все документы «Атланты» под замком. А ключи только у Сергея.
Виктория: Мария Ивановна, вы ошиблись номером. Перезвоните Хорькину по другому номеру. (Михаилу)Началось…Миша, сейчас позвонила Мария Ивановна. Она ошиблась номером. Вместо Хоркьина набрала сюда. Ты понял?
Михаил: А что случилось?
Виктория: Мария Ивановна первая из нас успела отнести компромат на нас рейдерам.
Михаил: И что?
Виктория: Лопух ты, Миша…
Затемнение.
Свет на сцене.
Сергей в одиночестве. На его столе четыре сотовых телефона, ноутбук, газета, городской телефон. Он держит в правой руке дымящийся кофе, ставит его на стол. Берет первый мобильный, набирает номер.
Сергей (по телефону): Привет, как дела? Ваш Андрей снова летит в Москву? Ну, так и должно быть, крутые чиновники как короли, приходят минута в минуту. Спасибо. Конечно, встретимся. (Вытаскивает сим-карту. Разламывает на мелкие части. Ломает телефон, кладет все это на газету. Берет новый телефон). Добрый день. Такси до аэропорта на 17 часов. Спасибо. (Вынимает сим-карту, разламывает. Ломает телефон, кладет на газету. Берет новый телефон). Такси из аэропорта до центра на 17:30. (Снова вынимает сим-карту, разламывает. Ломает телефон, бросает на стол. Берет третий телефон). Такси в кафе «Рапсодия» на 18:00 часов. Спасибо. (Снова вынимает сим-карту, разламывает. Ломает телефон, кладет на газету. Уходит со сцены, в руке держит сверток. Возвращается с кожаной мужской сумкой).
Сергей (Поднимает трубку городского телефона): Привет, моя девочка. Как у тебя дела? … У меня нормально. Я смотрю, твое агентство начало работать. … А ты что хотела? Бизнес - это война. Посмотри, как другие агентства работают, учись у них (пауза, внимательно слушает). Девочка, я тебя уже второй год убеждаю: учись жить постпапы. … Нет, нет, я не собираюсь умирать. Но лучше всегда рассчитывать на себя, так проще жить. Ты старшая дочь, ты должна еще и пример дать младшей. … Ну не расстраивайся, у других, может, вообще папы нет, живут же. … Спасибо. Я горжусь тобой. Хотя иногда жалею, что ты бросила фармацевтику и ринулась в эту дикую игру, которую называют бизнесом. Может, все-таки вернешься в фармацевты? Люди же работают исполнителями, и нормально себя чувствуют. … Ну, хорошо, моя прекрасная любимая старшая дочка. Не буду занудствовать. Когда ты собираешься к папе? На Новый год? Вся Россия новогодние каникулы проводит в Турции, а ты в Чебоксарах (бодро). Оʹкей. Люблю тебя!
Подходит к столу, садится за стол, открывает ноутбук. Набирает текст. На экране проецируются неоновые буквы.
Сергей: Как дела, моя американка?
Лика: Нормально, как у тебя, папочка?
Сергей: Тоже нормально. А ты почему не спишь? У тебя уже двенадцать часов ночи.
Лика: Что-то не спится...
Сергей: Девочка, у тебя всё хорошо?
Лика: Всё хорошо, папочка. Учеба да работа.
Сергей: Как ты живешь? На что ты живешь?
Лика: Я получаю две тысячи. Тысячу плачу за квартиру, а тысячу коплю и живу.
Сергей: На что же ты копишь?
Лика: Я хочу открыть бизнес.
Сергей: Чтооо????? Зачем тебе бизнес? Миллионы людей прекрасно обходятся без бизнеса.
Лика: Ну, ты же открыл.
Сергей (возмущенно) : Но я мужчина. И не думай, что я слишком уж счастлив в бизнесе.
Лика: Я знаю...
Сергей: Помнишь, я тебе обещал, что выкручусь из ловушки? Пока не удается вывернуться.
Лика: Ты уж выкручивайся, папочка. Без тебя мне будет трудно встать на ноги.
Сергей встает, в глазах появляются слезы. Он старается держать себя в руках, садится. На экране нет букв, затем появляются.
Лика: Ты не переживай, папочка. Я твои деньги бездумно не буду тратить. Мне поможет мой друг.
Сергей: Какой еще друг? Это тот старичок из твоей странички?
Лика: Папочка, ты дурак. Он не такой.
Сергей: Чем он занимается?
Лика: Честно, не знаю...
Сергей: Чем он тебя зацепил?
Лика: Улыбкой.
Сергей: Извини. А он у тебя адекватный?
Лика: Он хороший. Он балует меня даже больше, чем ты.
Сергей: Так выходи за него замуж. Во все времена в семнадцать лет вполне даже выходили. И у тебя в кармане будет американский паспорт.
Лика: Нет, я еще не нагулялась. К тому же он слишком хороший. Я не хочу ему испортить жизнь.
Сергей (вздрогнул) : Девочка, ты в него влюблена?
Лика: Да.
Сергей: Ну, хорошо. Я тебя люблю!
Лика: Я тебя тоже, папочка! Я к тебе собираюсь на Новый год.
Сергей: Прекрасно. Но у тебя же заканчивается паспорт. Тебя потом не пустят в США.
Лика: Папа, не переживай. Мне до конца октября сделают, я уже заплатила семьсот долларов.
Сергей: Хорошо. Но лучше не на Новый год приезжай, а летом. Удобней будет летом. Но если ты уж решишь на Новый год, папа будет счастлив. Кстати, твой друг знает, что твой папа очень злой мальчик?
Лика: Конечно, знает. Знает, что я смысл твоей жизни. Я тебя люблю!
Сергей: Спокойной ночи. Постарайся заснуть.
Лика: Хорошо, постараюсь.
Затемнение
Свет. Сергей один. Осторожный стук в дверь. Сергей не реагирует. Осторожный стук настойчиво повторяется.
Сергей: Да, войдите!
Мария Ивановна: Добрый вечер, Сергей! Я только на минутку.
Сергей: Присаживайтесь. Чем я вам могу помочь, Мария Ивановна?
Мария Ивановна: Простите меня, Сергей. У меня другого выхода не было.
Сергей: Хорошо. Прощаю.
Мария Ивановна: «Хорькины» зацепили моего сына. Ты же знаешь, у него отделочная фирма. Его подставили.
Сергей: Надеюсь, у него все будет хорошо.
Мария Ивановна: Сережа, у меня не было другого выхода. Я молюсь за тебя. Я каждый раз молюсь за тебя. Я знаю, что тебя не переиграют. Я знаю, что и дом будет узаконен. И у тебя тоже будет все хорошо. Ты встретишь свою любовь. Настоящую… Бизнес поднимется.
Сергей: Спасибо, Мария Ивановна. До свидания. Я и вам желаю успехов. Искренне.
Мария Ивановна удаляется. Сергей встает, прогуливается по офису, затем берет походную сумку, кладет туда светлую рубашку и два пистолета, подумав, один пистолет кладет в свой карман. Неожиданно появляется Татьяна.
Татьяна: Спасибо-спасибо-спасибо, ты как всегда прав.
Сергей не обращает на нее внимания, собирает вещи.
Татьяна: Ах-ах, все сделано в твоем стиле. Сделал дело и в полет. Куда собираешься? В Европу или в Америку? Мы с утра до ночи на тебя пашем, воюем с этими ненормальными конкурентами, а ты все прохлаждаешься. Твой Хорькин чего стоит? Эта гусыня из прокуратуры нарисовала мне шесть административок благодаря тебе. Орала на меня, наседала: «Я тебя под монастырь подведу. Не лезь, дура!!! С Сергеем ничего не будет. А ты будешь отвечать!» А потом мы пытались остановить бульдозер фирмача Славы. Тракторист понял нас, остановился, но приехал сам и направил на меня бульдозер. Так бы и сгинула. А ты где-то прохлаждался в это время.
Сергей: Хорошо, Татьяна. Извини, я, к сожалению, не могу выслушивать твои стенания.
Татьяна. Зачем ты меня уволил? Зачем эту дуру взял вместо меня?
Сергей. Так будет лучше для тебя и для меня.
Татьяна (еще более возбуждается). Очень даже лучше, с утра до ночи пахать. А ты знал, что когда ты мне писал свои сообщения, было два часа утра, три часа утра, пять часов утра. Я выполняла твои поручения, а потом сонная шла на работу, пила крепкий чай и снова вкалывала на тебя. Думала, кто же тебе, кроме меня, поможет? Мне от тебя ничего не нужно было, я просто хотела быть рядом с тобой...
Сергей. Спасибо, Татьяна, все было взаимно. (Оживленно) А как ты могла так моментально реагировать на мои сообщения?
Татьяна (повторяет). Я хотела быть рядом с тобой...
Сергей. Я тоже...
Татьяна. Ты врешь?!! Ты врешь!!! Ты всегда врал мне. Ты бы смотрел, как обыскивают меня полицейские, я это делала для тебя. Зачем мне это нужно было? Пусть бы меня обыскали (Татьяна набрасывается на Сергея, показывает), вот так, вот так…
Сергей, как врач против истерики, несильно ударяет по щеке Татьяну, она отступает.
Татьяна. Ты только женщин можешь ударить! Ты понимаешь, что Слава каждый раз опережал тебя на полшага? Ты только с женщинами можешь драться. (Татьяна снова бросается на своего друга, получает новую пощечину. Она приходит в себя и отходит в сторону. Плачет).
Сергей. Я тебе благодарен за все, мы были единым целым.
Татьяна. Так зачем было резать целое? Ну да ладно, теперь уже поздно, я улетаю в Питер.
Сергей. Удачи тебе, Татьяна. Ты будешь счастлива (он обнимает её, улыбается). Опять кто-нибудь зайдет, хотя в офисе никого нет
Татьяна (отходит от Сергея). Ты лучший. Мне все завидовали.
Сергей. Я всегда удивлялся, как из девочки из глухой деревни вырастает настоящая леди без перебора и недобора.
Татьяна. А я удивлялась, как мужчины старше моего отца на десять лет никак не взрослеют.
Татьяна уходит со сцены.
Сергей (вдогонку). Наверное, уже никогда не повзрослею (с сумкой в руках динамичной походкой удаляется, минуя зрителей в середине партера).
Сцена пуста. Свет на сцене медленно гаснет. Раздается голос диктора.
Голос.
Гибель ключевого функционера Андрея вызвала в регионе скандал. Многие стали говорить о возвращении лихих девяностых. Уход Славы остался незамеченным.
Глава региона, избранный всенародным голосованием и ничем не обязанный элите, остановил снос жилого дома «Атлант». Татьяна переехала в Питер. Вышла замуж за одноклассника, родила троих детей. Она счастлива в браке. Сергей спустя время эмигрирует в США. Следствие приняло основную версию: причиной трагедии стало освоение местными чиновниками многомиллионных бюджетных средств. Причастность Сергея следствием не рассматривалась.
­






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 101
© 23.07.2021г. Павел Евлампьев
Свидетельство о публикации: izba-2021-3127502

Рубрика произведения: Проза -> Пьеса


















1