Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Сорок лет спустя. Автобиографическое эссе-9


9. «ТЕПЕРЬ УЖЕ ПОЗДНО ОБ ЭТОМ НАМ СПОРИТЬ…»
(ВИА «Синяя Птица»)

- ЗНАЧИТ, ЕСЛИ ВЕРИТЬ СОДЕРЖАНИЮ ПРЕДЫДУЩЕЙ ГЛАВЫ ЭССЕ, В ИЮНЕ 1981 ГОДА ТВОЯ «ЧЕЛЯБИНСКАЯ ЭПОПЕЯ» ПОДОШЛА К БЕССЛАВНОМУ КОНЦУ? В ТАКОМ СЛУЧАЕ СЛЕДУЕТ, НАВЕРНОЕ, ВСПОМНИТЬ ОБ ОСНОВАТЕЛЬНО УЖЕ ЗАБЫТЫХ РЕПЕРНЫХ ТОЧКАХ СУДЬБЫ, КОТОРЫХ У ТЕБЯ К ТОМУ ВРЕМЕНИ СКОПИЛОСЬ ЦЕЛЫХ ШЕСТЬ? ПРИЧЕМ, НАСКОЛЬКО Я ПОМНЮ, ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕ ЭТИ ТОЧКИ БИФУРКАЦИИ ОЦЕНЕНЫ ТОБОЙ КРАЙНЕ ОТРИЦАТЕЛЬНО…

- Именно так, но случай с моим обучением в ЧелГУ даже на этом неблагоприятном фоне выглядит слишком одиозным для того, чтобы дать ему просто отрицательную оценку! В первой главе своего эссе я, рассказывая о работе, проводимой Научно-исследовательским центром «МАННАС» в области реперных точек (или точек бифуркации) Судьбы, сознательно не упомянул совершенно особую Поворотную Точку Судьбы, которую еще называют Точкой Шанса. Эта точка является одной-единственной в жизни человека, и от правильного выбора, сделанного тобой при ее прохождении, будет зависеть вся твоя дальнейшая Судьба… Так вот, дорогой мой Небесный Покровитель, не кажется ли Тебе, что я, прекратив свое обучение в университете, совершил как раз ту фатальную ошибку, после которой вся моя дальнейшая жизнь пошла наперекосяк?!!

- И ЧТО? УЖ НЕ ХОЧЕШЬ ЛИ ТЫ СКАЗАТЬ, ЧТО ВО ВСЕХ ТВОИХ ПРОБЛЕМАХ ВИНОВАТ Я, ПОСКОЛЬКУ ВОВРЕМЯ НЕ ПРЕДОСТЕРЕГАЛ О ГРОЗЯЩИХ ОПАСНОСТЯХ? А ИЗВЕСТНО ЛИ ТЕБЕ ВООБЩЕ ХОТЯ БЫ О ЧАСТИ ТЕХ МЕР, КОТОРЫЕ БЫЛИ ПРЕДПРИНЯТЫ МНОЙ ДЛЯ СГЛАЖИВАНИЯ ПОСЛЕДСТВИЙ ТВОЕГО СОВЕРШЕННО БЕЗАЛАБЕРНОГО ПОВЕДЕНИЯ?!!

- Ну, я могу лишь предполагать, какие это были меры с Твоей стороны: где Ты предоставлял мне возможность действовать самостоятельно, а где вмешивался в мою жизнь самым жестким и решительным образом!

- ВОТ И ДАВАЙ ВМЕСТЕ ВСПОМНИМ О ТЕХ ЭПИЗОДАХ ТВОЕЙ ЖИЗНИ, КОГДА МОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО БЫЛО ПРОСТО НЕОБХОДИМО! И НАЧНЕМ, ПОЖАЛУЙ, С ЛЕТА 1969 ГОДА (БОЛЕЕ РАННИЕ СОБЫТИЯ ТЫ ВРЯД ЛИ ВОССТАНОВИШЬ В ПАМЯТИ)…

- Действительно, в то лето произошло одно ЧП, которое вполне могло стоить мне жизни! Напомню, что тогда я проживал на рабочей окраине города Кургана в поселке путейцев ПМС-172, куда был направлен по распределению мой отец после окончания Магнитогорского железнодорожного училища (все необходимые подробности – в первой главе моего эссе). И была в то время на нашем краю поселка дворовая компания мальчишек лет 6-8 в количестве 10-12 человек. Возглавлял эту разношерстную «банду» мой закадычный дружок Валька, а я считался его правой рукой и своеобразным «мозговым центром» нашего сборища.
Ничего, однако, противозаконного мы тогда не совершали, да и вряд ли смогли бы совершить в силу своего малого возраста, а просто весело и беззаботно проводили время на свежем воздухе, затевая какие-нибудь популярные в то время среди ребятни игры. И одной из таких игр у нас были регулярные вылазки на другой конец своего поселка. Поодиночке это делать мы не решались, так как запросто могли отхватить «люлей» от местных хулиганов, поэтому всегда выходили «в поход на врага» дружной и сплоченной командой. Кстати, в том же краю располагался и единственный поселковый продуктовый магазин, так что наш интерес к «дальним странствиям» носил не только авантюрный, но и вполне материальный характер!
И вот однажды мы, как обычно, «затоварились» в нашем продмаге, взяв себе по плитке фруктового киселя, и, похрустывая на ходу этим нехитрым угощением, стали изучать ближайшие окрестности. Наше внимание сразу привлек полуразрушенный барак, стоявший без крыши, окон и дверей и предназначенный для сноса. Конечно, мы и раньше наблюдали эти руины, однако заходить вовнутрь не решались, поскольку там трудились на разборке завалов рабочие. А в тот раз здание оказалось совершенно пустым, поэтому наша дружная компания уже без всякого стеснения вступила на территорию «запретной зоны»... И никто даже не подумал, что это может представлять реальную опасность для жизни!
Как выяснилось позже, в полном соответствии с традиционным русским головотяпством подготовленный к сносу барак не был отключен от электрической сети, поэтому торчавшие из стен оголенные провода в любой момент могли стать причиной серьезного несчастного случая. И случай этот пришелся как раз на мою долю: проходя мимо одной из раскуроченных электророзеток, я нечаянно коснулся ее ладонью… Сила удара была такова, что я сразу свалился с ног! От резкой и пульсирующей боли в руке у меня потемнело в глазах, а в груди перехватило дыхание. Я попытался подняться с пыльного и грязного пола, но без посторонней помощи не смог этого сделать. Лишь благодаря пришедшим на выручку ребятам я оказался на свежем воздухе, где постепенно пришел в себя…

- ВСПОМНИЛ? А ТЕПЕРЬ ПРЕДЛАГАЮ ПЛАВНО ПЕРЕЙТИ К ЛЕТУ УЖЕ 1970 ГОДА!

- И что со мной произошло тогда? Ах, да, кое-что припоминаю! У моего дворового дружка Вальки был самый настоящий мопед, на котором он гордо колесил взад-вперед по нашей улице. Если уж быть совсем точным, то данное транспортное средство, бывшее источником белой зависти для всех окрестных пацанов, принадлежало отцу Вальки, работавшего смотрителем железнодорожного переезда. Но тот по доброте душевной охотно разрешал сыну, которому не исполнилось еще и десяти лет, пользоваться этой двухколесной мототехникой. А уж если Валька оказывался за рулем мопеда, то, конечно, не мог отказать своим друзьям в просьбе прокатить их с ветерком «вдоль по Питерской». И чаще всего, разумеется, таким счастливчиком оказывался я!
В общем, мы, конечно, сильно рисковали в том плане, что для самостоятельного управления велосипедом с мотором следовало достигнуть шестнадцати лет, однако на нашей тихой улочке отродясь не бывало сотрудников ГИБДД (тогда еще ГАИ), да и движение автотранспорта практически отсутствовало, поэтому пользоваться мопедом можно было без всякой опасности. Во всяком случае, нам с Валькой тогда именно так казалось…
Однако настал день, когда наша беспечность едва не обернулась самым серьезным происшествием! Мы, как обычно, неслись на полной скорости по уличной грунтовой дороге (асфальта у нас, как и «гайцов», никто и никогда в глаза не видывал), успевая еще о чем-то переговариваться, заглушая шум рокочущего мотора. И вот на одном из поворотов случилось так, что Валька не справился с управлением, и мопед с ревом рухнул на дорожную обочину! Хорошо еще, хоть мой дружок успел в последний момент притормозить, а то я даже не представляю, какие травмы мы могли тогда получить… Впрочем, нам и так хорошо досталось: ободранные до крови локти и колени в сочетании с порванной и измазанной одеждой явно не порадовали наших с Валькой матерей! Удивительно, как еще мы при этом не получили на ногах ожоги от раскаленного двигателя нашего «железного коня»?

- И ПОСЛЕ ЭТОГО ТЫ ПЕРЕСТАЛ КАТАТЬСЯ СО СВОИМ ДРУГОМ НА МОПЕДЕ!

- Да, я так и не сумел тогда преодолеть свой страх перед этим «двухколесным монстром»! Валька какое-то время позлился на меня из-за этого, но потом и сам стал ездить на своем мопеде гораздо реже… Кстати, буквально несколько слов по поводу безопасности нашей уличной дороги! На ней действительно движение автотранспорта практически отсутствовало, однако время от времени все-таки отдельные машины проезжали. Как правило, это был транспорт наших соседей по улице, на котором они ездили на работу и с работы.
В общем, в нашем «краю непуганых идиотов», казалось бы, просто по определению не может быть никаких ДТП, но оно все-таки случилось, причем с моим активным участием! Нет, я сам тогда нисколько не пострадал, во всяком случае, физически, а вот другому моему дворовому приятелю Жорке пришлось очень несладко…
Дело было в начале сентября того же 1970 года. Наша уличная компания, пользуясь хорошей погодой, до позднего вечера пропадала в чьем-нибудь дворе, предаваясь всевозможным развлечениям. И вот однажды, когда мы играли в догонялки, Жорка, убегая от меня, неосторожно выскочил на дорогу… И надо же было такому случиться, чтобы именно в этот момент по улице мчался сломя голову на тяжелом мотоцикле с коляской «Днепр» какой-то неизвестный мне мужчина! Помню, я еще успел крикнуть своему дружку, чтобы он остановился, да разве в игровом азарте станет кто-то воспринимать даже самые разумные советы?
Короче говоря, залетел наш бедный Жорка с разбегу прямо под колеса «Днепра» и получил тогда открытый перелом правой лодыжки, который ему пришлось залечивать почти до Нового Года! А сбивший ребенка мотоциклист даже не остановился и помчался куда-то дальше… Правда, далеко он не уехал, поскольку вскоре был задержан сотрудниками милиции. Оказалось, что этот лихой «мотоковбой» еще и управлял своим транспортным средством в пьяном виде, так что срок за свое преступление получил, надо полагать, вполне реальный!
Что же касается меня, то я тоже пережил немало неприятных минут, когда получил приглашение по повестке для дачи свидетельских показаний по делу о данном ДТП. Разумеется, прибыл я в кабинет следователя вместе с матерью, однако мне, девятилетнему ребенку, было все равно страшно! Я очень боялся, что и меня привлекут к ответственности за соучастие в травмировании Жорки, поэтому старался всячески выгородить себя, неоднократно напоминая, как едва не сорвал голос, пытаясь остановить бегущего навстречу своей беде мальчишку… К счастью, у следствия претензий ко мне не оказалось, так что домой я возвращался уже в самом прекрасном расположении духа!

- А ТЫ НЕ ЗАБЫЛ, КАК В СЛЕДУЮЩЕМ 1971 ГОДУ САМ ТОЖЕ ПОСТРАДАЛ ФИЗИЧЕСКИ? ПРАВДА, НЕ ПОД КОЛЕСАМИ АТОТРАНСПОРТА, А ОТ РУК МЕСТНЫХ ХУЛИГАНОВ? ПРИЧЕМ, ДАЖЕ ДВАЖДЫ?

- И хотелось бы забыть, но до сих пор хорошо помню! Первый раз все произошло в конце марта, во время весенних каникул. Я тогда возвращался домой из городской детской библиотеки и уже свернул на нашу улицу, когда лицом к лицу столкнулся с компанией мальчишек лет 10-12. Своих уличных ребят я всех к тому времени хорошо знал, а эти малолетки оказались совершенно незнакомыми (видимо, случайно забрели в наши края). Я хотел спокойно пройти мимо них, но не тут-то было! Едва я приблизился к тем пацанам, как все пятеро разом на меня набросились, отобрали портфель с библиотечными книгами и, расстегнув на мне пальто, стали обшаривать карманы в поисках денег.
Здесь я должен пояснить, что при въезде на нашу улицу сначала с двух сторон начинались густые заросли лесозащитных полос, и лишь потом дорога выходила на жилые бараки и хозяйственные постройки. Вот я как раз и попался на глаза неизвестной «гоп-компании» в тех самых зарослях, где мне никто из местных жителей помочь не мог… В результате лишился всей мелочи, которая была при мне, заработал фингал под глазом и основательно измарал совсем еще новое пальто! Матери и бабушке пришлось тогда соврать, что поскользнулся на грязной дороге и ударился о какую-то корягу. И хорошо еще, что ограбившая меня шпана не позарилась на содержимое моего портфеля, а то пришлось бы потом оправдываться и перед библиотекой за утрату полученных у них книг!
Что же касается второго случая, то он произошел уже в разгар летних каникул. Как-то однажды получилось, что я один прогуливался вдоль железнодорожных путей, разделявших нашу улицу на две стороны – четную и нечетную. Я и мои дворовые друзья проживали как раз на четной стороне, а на нечетной мы практически ни разу не бывали. Во всяком случае, ни с кем из пацанов, обитавших «на том берегу», я не был знаком. Поэтому, когда через железную дорогу на нашу сторону неожиданно выпорхнула стайка мальчишек примерно моего возраста, я сразу насторожился. В моей памяти еще были слишком свежи воспоминания о мартовской стычке с незнакомыми сверстниками, и я благоразумно решил, что будет лучше, если я подобру-поздорову скроюсь с глаз таких же неизвестных «пришельцев»…
До сих пор не могу понять, почему мое хваленое благоразумие подвело меня в последний момент? Внимательно приглядевшись к приближавшимся мальчишкам, я вдруг решил, что они не представляют для меня опасности. Ребята шли, улыбаясь во весь рот, о чем-то весело переговаривались друг с другом и приветственно махали мне руками. И я, утратив всякую бдительность, также с широкой улыбкой на лице направился навстречу веселой компании.
Мальчишки, окружив меня со всех сторон, стали о чем-то расспрашивать (о чем именно – за давностью лет не припомню). Я хотел тоже что-то им сказать, однако не успел даже рта открыть, как согнулся от резкого тычка под дых! А следующий меткий удар в челюсть вообще опрокинул меня на землю…
- Ребята, за что? Что я вам плохого сделал?!! – закричал я, поднимаясь на ноги, но в ответ на меня лишь обрушилась новая серия ударов.
Несколько раз я вот так падал и снова поднимался, захлебываясь от крови, слез и соплей. Мне казалось, что эта жестокая и, главное, совершенно непонятная экзекуция никогда не прекратится! Но моим мучителям, к счастью, вскоре надоело измываться надо мной, и они с прежним веселым смехом убежали обратно…
Я с трудом приподнялся с земли. Все тело мучительно болело, губы распухли от ударов, а из расквашенного носа сочилась кровь... Кое-как добравшись до ближайшей колонки с водой, я умылся и остановил кровотечение. После этого долго не решался пойти домой, чтобы не напугать своей «боевой раскраской» мать и бабушку. А когда уже вечером вступил за порог своего дома, то придумал в свое оправдание легенду о том, что играл с друзьями в футбол, где и получил мячом прямо в лицо, когда стоял на воротах!

- ВОТ ТЫ ВСПОМНИЛ НЕСКОЛЬКО ДРАМАТИЧЕСКИХ ИСТОРИЙ ИЗ СВОЕГО, В ОБЩЕМ-ТО, БЕЗОБЛАЧНОГО ДЕТСТВА, И ЧТО? СКАЖЕШЬ, БУДТО Я ТЕБЕ НЕ ПОМОГ ВО ВСЕХ ЭТИХ СЛУЧАЯХ? ДА, МНЕ НЕ УДАЛОСЬ ТОГДА ПОЛНОСТЬЮ ПРЕДОТВРАТИТЬ ОПИСАННЫЕ ТОБОЙ КАТАКЛИЗМЫ, ОДНАКО УЩЕРБ, НАНЕСЕННОЫЙ ТВОЕЙ ДРАГОЦЕННОЙ ПЕРСОНЕ, Я ВСЕ-ТАКИ СУМЕЛ МИНИМИЗИРОВАТЬ!

- Понимаю Твою иронию, дорогой Ангел-Хранитель, но разве я отрицаю все то, что Ты сделал для меня за годы моей жизни? Просто мне хочется кое-что уточнить из Твоих Божественных Деяний… Кстати, в обоих описанных мною случаях малолетние «гопники» поступили со мной довольно гуманно! Они ведь запросто могли, сбив меня на землю, запинать меня ногами или использовать в качестве подручных средств какие-нибудь палки или арматурины, не говоря уж о настоящем холодном оружии, но ничего этого тогда, к счастью, не произошло. Нападавшие на меня хулиганы ограничились тем, что наносили удары просто кулаками, а когда я падал, позволяли снова встать на ноги… Разве можно себе представить такое в наше совершенно беспредельное время?!!

- ПОЛНОСТЬЮ С ТОБОЙ СОГЛАСЕН! ЛЮДИ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ГОД ОТ ГОДА СТАНОВЯТСЯ ВСЕ БОЛЕЕ ЖЕСТОКИМИ, И ЭТО МЫ, ВАШИ НЕБЕСНЫЕ ПОКРОВИТЕЛИ, ВЫНУЖДЕНЫ С ГОРЕЧЬЮ ПРИЗНАТЬ… ОДНАКО НЕ ПОРА ЛИ НАМ ПРОДОЛЖИТЬ НАШИ С ТОБОЙ «РАЗБОРКИ ПОЛЕТОВ»?

- Думаю, что пора, но предлагаю сначала сделать одно далеко не лирическое отступление от темы. Ведь именно в этот день, 27 мая, когда я пишу данные строки, мне исполнилось ровно шестьдесят лет! С одной стороны, конечно, радостное событие, как и всякий Юбилей, но с другой… Разве об этом я мечтал еще пару лет назад? Я так надеялся уже в текущем году перестать работать «на чужого дядю», выйти на пенсию и заняться, наконец, тем, что интересует только тебя и никого другого! А что получилось в итоге? Проклятые единороссы, гореть бы им всем в аду за их антинародную пенсионную реформу!!! Ведь все остальные фракции в Государственной Думе были против повышения возраста выхода на пенсию, однако депутаты от Единой России, пользуясь своим парламентским большинством, все-таки своего добились! И вот теперь мне придется еще целых три года надрываться за гроши на своей ненавистной работе…
Кто-то может возразить, что не видит здесь никакой проблемы. Дескать, смени свою профессию, если тебя не устраивает нынешняя! Сменил бы с удовольствием, да только как это сделать? И дело тут не столько в моем возрасте, сколько в общем социально-экономическом положении в нашем районе. Курганская область уже не первый год считается одним из самых депрессивных регионов России, но даже на этом фоне у нас в муниципальном образовании обстановка царит совершенно удручающая! Если в самом Кургане постепенно открываются хоть какие-то новые предприятия, то в нашем районном центре, наоборот, каждый год рабочие места все больше и больше сокращаются. В результате те, кто моложе, вынуждены гробить свое здоровье где-то «на Северах» в качестве вахтовиков, а такие «старперы», как я, сумевшие найти хоть какую-то постоянную работу, держатся за свои места мертвой хваткой и согласны на любые унижения со стороны работодателей, лишь бы не пополнить собой ряды безработных… И как еще можно назвать этот беспредел, если не современным крепостным правом?!!

- ПОНИМАЮ ВСЮ ГЛУБИНУ ТВОЕГО ВОЗМУЩЕНИЯ, ОДНАКО НЕ МОГУ НЕ СПРОСИТЬ: А ТЫ МОГ БЫ ХОТЬ КАК-ТО ОБЪЯСНИТЬ ПРИЧИНУ СТОЛЬ НЕПОПУЛЯРНОГО РЕШЕНИЯ, ПРИНЯТОГО ПО ИНИЦИАТИВЕ ЕДИНОЙ РОССИИ?

- Я долго думал об этом и, в конце концов, пришел к следующим выводам. Карл Маркс в своем фундаментальном труде «Капитал» вывел, как известно, ключевую формулу рыночной экономики «Деньги – Товар – Деньги» (Д – Т – Д). А наши отечественные олигархи, похоже, внесли в данную формулу коренное изменение, преобразовав ее к виду «Деньги – Власть – Деньги» (Д – В – Д)! И чтобы реализовать на практике это «открытие», создали по образцу КПСС новую «партию власти», стоящую на страже их интересов. Речь идет, естественно, о Единой России, главной задачей которой в Государственной Думе является контроль расходования средств федерального бюджета. Понятно, что для этого единороссам просто необходимо иметь постоянное парламентское большинство, которое они регулярно обеспечивают как за счет мощного административного ресурса, так и путем вовлечения в свою политическую орбиту организаций типа Молодая Гвардия, Народный Фронт или Юнармия.
Чисто внешне деятельность Единой России выглядит, конечно, достаточно привлекательно: тут тебе и активное участие в так называемых «национальных проектах», и ежегодное проведение конкурсов профессионального мастерства под эгидой WorldSkillsInternational, и даже ставшие уже традиционными «праймериз», то есть процедуры предварительного голосования за кандидатов от партии. Но в действительности единороссы, вопреки своим заявлениям о формировании в стране гражданского общества, занимаются ничем иным, как построением в России корпоративного государства итальянского образца периода правления Бенито Муссолини! Это утверждение для страны, разгромившей в 1945-м году фашизм, кажется на первый взгляд совершенно абсурдным, однако я далеко не одинок в этом своем мнении. Точно то же самое утверждал, например, еще год назад такой авторитетный российский политик, как один из отцов-основателей партии «Яблоко» Григорий Явлинский.
В самом деле, что делает любой более-менее вставший на ноги отечественный предприниматель? Конечно же, вступает в ряды Единой России, потому что видит в этом залог своей дальнейшей успешной деятельности! Вот и получается, что единороссы концентрируют в своих рядах весь цвет российского предпринимательства и, соответственно, обеспечивают себе большинство мест в Государственной Думе за счет «владельцев заводов, газет, пароходов»…
Теперь конкретно по поводу так называемой «пенсионной реформы». Что именно выгадал федеральный бюджет за счет того, что в стране увеличили пенсионный возраст? Средняя пенсия у нас, как известно, составляет около 17 тысяч рублей в месяц или примерно 200 тысяч рублей в год. А согласно заявлению председателя Правления Пенсионного Фонда России Антона Дроздова, за два года проведения реформы количество работников, вышедших на пенсию по возрасту, сократилось на 800 тысяч человек. Перемножаем эти две цифры и получаем в итоге 160 млрд. рублей… Серьезная, конечно, сумма, однако если учесть, что в своем апрельском послании Федеральному Собранию Президент Владимир Путин анонсировал дополнительные расходы на социальные нужды в размере 500 млрд. рублей, то возникает вполне естественный вопрос: а для чего надо было «огород городить»? Какой вообще смысл тогда в данном мероприятии?!! И объяснение здесь я вижу только одно: Единой России гораздо проще контролировать расход средств федерального бюджета, нежели Пенсионного Фонда!

- ЧТО Ж, СИЛЬНО, КОНЕЧНО, СКАЗАНО, НО НАСКОЛЬКО ВЕРНЫ ТВОИ УТВЕРЖДЕНИЯ? Я НЕ СИЛЕН В ПОЛИТИКЕ, ПОЭТОМУ ВСЕ-ТАКИ ПРЕДЛАГАЮ ВЕРНУТЬСЯ К ОБСУЖДАЕМОЙ НАМИ ТЕМЕ. А ИМЕННО: ВСПОМНИТЬ, НАСКОЛЬКО АКТИВНОЙ И ДЕЙСТВЕННОЙ БЫЛА МОЯ ПОМОЩЬ В ГОДЫ ТВОЕГО ОБУЧЕНИЯ В КУРГАНСКОМ МАШИНОСТРОИТЕЛЬНОМ ТЕХНИКУМЕ…

- Да, там был целый ряд эпизодов, когда явно не обошлось без Твоего участия! Годы своего обучения в техникуме я описал во второй главе эссе, и именно на эту главу я буду теперь ссылаться… Итак, эпизод первый, сельскохозяйственный! Речь пойдет о селе Попово, центральной усадьбе Совхоза имени 9-й Пятилетки Варгашинского района Курганской области. Район, в котором располагалось данное село, являлся для нашего техникума подшефным, поэтому регулярные поездки учащихся в то или иное хозяйство на уборку урожая были делом привычным. Вот и наша группа ДВ22ОР тогда, в сентябре 1977 года, выехала на свои первые сельхозработы.
Чем мы тогда занимались целый месяц? Понятно, что без соответствующих навыков работники мы были аховые, поэтому и поручали нам для выполнения, как правило, самые простейшие и, соответственно, малооплачиваемые операции. Например, подрабатывать намолоченную пшеницу на зернотоку. Выглядело это следующим образом: по асфальтированной площадке с зерном медленно двигался электропогрузчик, захватывая пшеницу загрузочным шнеком и сбрасывая ее позади себя выгрузным шнеком, а мы должны были подгребать подрабатываемое зерно с помощью плиц (ручных металлических ковшей). Ясно, что такая работа была не слишком утомительной, так что в конце месяца мы получили зарплату, не превышавшую по объему обычную техникумовскую стипендию…
Впрочем, о деньгах мы тогда особо не заморачивались, поскольку родители перед поездкой вручили каждому из нас достаточно приличные суммы «на мелкие расходы»! Это позволяло нам вполне сносно питаться в совхозной столовой, а также время от времени затовариваться в местном сельпо «гамырой», этим «плодововыгодным» вином курганского производства по цене 1,02 или даже 0,92 рубля за бутылку… Нет-нет, не следует думать, что мы тогда на сельхозработах «не просыхали»! Я ведь не зря употребил выражение «время от времени»: просто случались в сентябре, особенно в конце месяца, дождливые, да и просто пасмурные, дни, когда на току особо делать было нечего. Вот тогда-то мы, шестнадцатилетние пацаны, и позволяли себе немного «расслабиться», прикупив вскладчину с десяток «пузырей» горячительного.
И вот с этой самой «гамырой» и связана история, о которой я даже с высоты прожитых лет не могу не вспоминать без содрогания! Дружил я в то время с Валерием Рожиным, самым несчастным и забитым учащимся нашей группы (об этом я подробно рассказывал в той самой второй главе своего эссе). Наши отношения носили с моей стороны откровенно токсичный характер, поскольку я регулярно зло высмеивал бедного парнишку, придумывая про него всякие гадости, а он терпеливо все сносил, так как не мог обойтись без моей помощи в учебе.
Однако тогда, проживая в общежитии села Попово, мы с Валерой общались вполне дружелюбно, без всяких «наездов» с моей стороны! Более того, когда у нас намечалась очередная гулянка, мы вдвоем брали одну из бутылок «плодововыгодного» и отправлялись за околицу, где на опушке леса устраивались в одном из стогов сена и потихоньку опорожняли принесенную емкость, перемежая глотки вина с нехитрой закуской и задушевными разговорами.
Сколько мы тогда сделали таких «выходов на природу»? Точно не помню за давностью лет, но, скорее всего, два или три, не более, потому что однажды за свое «веселое» времяпровождение едва не поплатились жизнью… Мы тогда, как обычно, направлялись в сторону своего любимого стожка, когда дорогу нам неожиданно перерезал какой-то местный мужик. Был он уже изрядно навеселе, однако нас напугало не столько нетрезвое состояние неожиданного «визитера», сколько висевшее на его плече ружье! Местность вокруг была совершенно безлюдной, так что в случае чего рассчитывать на чью-либо помощь не приходилось.
- Ну, пацаны, гроши есть? – пьяно усмехаясь, поинтересовался незнакомец.
- Откуда у бедных студентов деньги? – попытался я смягчить ситуацию, но не тут-то было! Мужик в ответ еще больше озлобился и заорал:
- Что, прибедняться будете? Гоните монету, или я вас прямо здесь пристрелю!
И начал стаскивать с плеча ружье… Я мысленно представил себе, как некоторое время спустя на этом месте найдут два наших «молодых красивых трупа», и покрылся холодным потом. Неужели мне и моему другу так и предстоит умереть, даже не дожив до семнадцати лет?!!
Все дальнейшее напоминало какой-то дурной сон. Во мне внезапно пробудилось дикое желание выжить любой ценой, и я, бросившись наперерез вооруженному пьянчуге, завопил во всю глотку, размахивая бутылкой вина:
- Не веришь, да? А ты посмотри, что у меня в руках! Один-единственный пузырь, а нас, меду прочим, проживает в общаге целых двадцать человек!!! И что, ты думаешь, нам этого хватит? А больше взять не на что, мы уже потратили последние копейки!
Мужик с нескрываемым изумлением выслушал мой страстный монолог и громко расхохотался в ответ:
- Ладно, студенты, так и быть, живите! Что с вас и вправду возьмешь?
И с этими словами развернулся и, пошатываясь, побрел в обратную сторону. А мы с Валерой со всех ног рванули к себе в общежитие, на ходу дав себе зарок, больше никогда не отлучаться от остальных парней…

- ДА, ЭТА НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА МОГЛА И В САМОМ ДЕЛЕ ЗАВЕРШИТЬСЯ САМЫМ ДРАМАТИЧЕСКИМ ОБРАЗОМ! И ХОРОШО, ЧТО ТЫ ВСЕ-ТАКИ СУМЕЛ ПЕРЕЛОМИТЬ ХОД СОБЫТИЙ В СВОЮ ПОЛЬЗУ…

- И, как я понимаю, все это благодаря Твоей своевременной помощи, дорогой мой Ангел-Хранитель! А вот в следующем эпизоде, о котором я хочу рассказать, Ты почему-то не проявил такую же расторопность… Речь пойдет уже о моей «уральской эпопее», то есть производственной практике, которую я проходил в апреле – июле 1979 года в городе Уральске Казахской ССР. Рассказывая во второй главе эссе о своем заселении в общежитие Уральского арматурного завода (УАЗ), на базе которого мы, учащиеся групп 31О и 32О, как раз и должны были осваивать премудрости рабочих профессий, я упомянул о том, что мне не досталось нормального койко-места в комнатах с нашими парнями, поэтому мне пришлось около трех недель ночевать на стульях впритык к кровати своего одногруппника Сергея Фролова.
Так вот, тут принципиально важным было то, что кроме самого Сереги и других парней из нашей группы Александра Богданова и Владимира Костылева, в комнате проживали заселившиеся еще раньше будущие литейщики Виктор Яковлев и Александр Гринь. Эти ребята поступили в наш машиностроительный техникум (КМТ) на базе десяти классов, поэтому успели уже отслужить в рядах Советской Армии и после этого возобновить свое обучение. Виктор показался мне тогда слишком суровым и необщительным, зато Александр сразу же произвел впечатление «своего парня»! Он буквально сразил меня наповал, когда взял в руки гитару и стал исполнять песни, написанные, как сказали бы сегодня, в стиле «Шнур отдыхает». Их содержание я до сих пор хорошо помню, однако не могу привести здесь по чисто цензурным соображениям. Могу лишь сказать, что в одном из этих «шедевров» речь шла о путешествии Робинзона, а во втором – о приключениях Буратино и Мальвины…
В общем, новоявленный Шура Балаганов сразу произвел на меня такое благоприятное впечатление, что я утратил всякую осторожность, обычно свойственную мне при общении с малознакомыми людьми! Более того, я почему-то вдруг решил, что с этим парнем мне можно общаться вот так запросто, по-панибратски. И почему мне на ум тогда не пришли предостерегающие слова австрийского этолога (зоопсихолога) Конрада Лоренца о том, что самые опасные твари на Земле внешне выглядят совершенно безобидно?!! Конечно, ученый при этом имел в виду представителей животного мира, но так ли уж далеко мы, люди, ушли в своем эволюционном развитии от диких предков?
Короче говоря, расплата за мою беспечность не заставила себя долго ждать и настигла меня уже в ближайшее воскресенье! В тот вечер в актовом зале заводского общежития для проживающих проводилась традиционной дискотека выходного дня, на которую я отправился вместе со своими одногруппниками и соседями по комнате Серегой, Шуриком и Володей. Наши старшие товарищи Виктор и Александр тогда находились где-то в городе и вернулись, когда веселье уже было в полном разгаре. Шура Балаганов подошел ко мне и попросил ключ от комнаты. Ключ этот действительно был у меня, однако я решил пошутить и сказал, что при мне его нет. Недовольный моим ответом Балаган пошел разбираться с остальными нашими парнями, а когда через несколько минут вернулся обратно, уже в самой грубой форме повторил свое требование. Я не стал больше нагнетать обстановку и молча протянул соседу по комнате тот злополучный ключ.
Казалось бы, инцидент на этом был исчерпан, но как сильно я ошибался! Едва мы вернулись к себе после дискотеки, как Балаган с перекошенным от злости лицом с силой заехал мне кулаком в челюсть, а потом еще дважды ударил по ушным раковинам… Я рухнул на кровать и сквозь звон в голове услышал, как мой «экзекутор» процедил сквозь зубы:
- Ты понял, за что? А теперь иди, умывайся!
Я медленно поднялся и, с трудом переставляя ноги, побрел в туалет. Оказалось, что у меня от нанесенных побоев, помимо разбитой губы, еще оказался частично поврежден левый верхний клык! Кое-как уняв обильно струившуюся по подбородку кровь, я присел на лавочку возле раковины, чтобы прийти в себя после пережитого потрясения. Идти обратно очень не хотелось, однако делать было нечего. Ведь не оставаться же ночевать прямо в туалете!
Когда я вернулся в свою комнату, все уже спали, и лишь один Балаган продолжал бодрствовать. Я опасливо покосился на него, однако тот уже вполне миролюбиво проговорил:
- Давай ложись, а то завтра на работу рано… И смотри, больше так не делай!
Я торопливо закивал головой и стал привычным движением приставлять стулья к кровати Сереги. Потом кое-как разместился сам и, морщась от боли в поврежденной губе, стал засыпать…

- ТЕБЯ, КОНЕЧНО, ИНТЕРЕСУЕТ, ПОЧЕМУ Я ТОГДА НЕ ПРЕДОТВРАТИЛ ТВОЕ ИЗБИЕНИЕ? ДА ПОТОМУ ЧТО ОНО НЕ НАНЕСЛО ТЕБЕ ОСОБОГО ВРЕДА И, НАПРОТИВ, ЛИШЬ ПОШЛО ТЕБЕ НА ПОЛЬЗУ! ТЕМ БОЛЕЕ, ЧТО ТВОЕМУ «ЭКЗЕКУТОРУ» ВСКОРЕ ПРИЛЕТЕЛА «ОТВЕТКА» ПО ПОЛНОЙ ПРОГРАММЕ…

- С Тобой, как всегда, не поспоришь! Действительно, после всего пережитого в тот воскресный вечер я стал вести себя гораздо осмотрительнее даже по отношению к заведомо более слабому собеседнику. А что касается упомянутой Тобой «ответки», то здесь произошла очень интересная и весьма поучительная история!
Случилось так, что одна из наших практиканток по имени Любовь Банникова, учившаяся в параллельной группе 31О и слывшая безнадежным «синим чулком», неожиданно закрутила роман с одним из местных жителей, работавших на том же арматурном заводе. Звали его Александр Любченко, и характерной его особенностью была сломанная и неправильно сросшаяся челюсть, из-за чего парень получил характерную кличку Медведь. И, в общем-то, не было бы ничего особенного в этой любовной связи двух молодых людей, если бы не один нюанс. Дело в том, что Медведя всегда сопровождал на свидание с Любой его друг с явно хулиганскими наклонностями. Какое у него было настоящее имя, никто из проживающих в общежитии не знал, поэтому звали его просто Десантник (видимо, бывший военнослужащий ВДВ). Этот Десантник, будучи от природы физически очень крепким, обладал еще и чрезвычайно вспыльчивым и взрывным характером, и Боже упаси было даже случайно оказаться на его пути! Но именно это и произошло однажды с Шурой Балагановым…
Подробности той жестокой стычки Десантника и Балагана мне неизвестны, поскольку в то время, то есть в середине мая, я уже проживал в другой комнате общежития, зато последствия их «мужского разговора» на лице моего обидчика я мог наблюдать достаточно долгое время! Шура Балаганов вынужден был даже провести несколько дней на больничном, чтобы залечить серьезно поврежденный в драке левый глаз.

- ОДНАКО ЭТОТ ЖЕ БЕЗЫМЯННЫЙ ДЕСАНТНИК СТАЛ ДЛЯ ТЕБЯ НАСТОЯЩИМ ПРОКЛЯТЬЕМ, КОГДА ТЫ СО СВОИМИ ТОВАРИЩАМИ ПО КОМНАТЕ ОТМЕЧАЛ СОБСТВЕННОЕ СОВЕРШЕННОЛЕТИЕ!

- Не совсем так, потому что больше тогда пострадали все-таки мои комнатные «сожители», а я сам, можно сказать, отделался легким испугом. А ведь как прекрасно начиналось то воскресенье 27 мая 1979 года…
Я в то время уже проживал в комнате напротив «балагановской», где у меня были теперь вполне нормальные жилищные условия, включая собственную кровать. И все это лишь потому, что одного из наших учащихся Вячеслава Кавунова, занимавшего названное койко-место до меня, отчислили из техникума за систематическую неуспеваемость. Вот таким образом и я оказался в компании, состоявшей полностью из моих одногруппников: Николая Гаврилова, Андрея Негадаева, Юрия Панченко и Сергея Санникова. Эти ребята, узнав о моем грядущем совершеннолетии, подготовили мне тогда совершенно фантастический подарок, предложив съездить на экскурсионном автобусе на место гибели легендарного комдива Чапаева!
Районный центр Уральской области, изначально называвшийся Лбищенском, а после Гражданской войны переименованный в честь принявшего там свой последний бой Василия Ивановича, располагался примерно в 120 километрах южнее областной «столицы». Это расстояние мы, благодаря увлекательному рассказу женщины-экскурсовода о событиях 1918 – 1920 годов на территории Северо-Западного Казахстана, преодолели совершенно незаметно.
Тут я должен заметить, что вокруг имени Чапаева до сих пор столько всего понакручено, что просто диву даешься! А вот каковы реальные факты его биографии? Насколько верно они отражены в знаменитом романе Дмитрия Фурманова и последующей его экранизации в 1934 году «братьями» Васильевыми? Ведь во время Лбищенской трагедии Дмитрий Андреевич уже не был комиссаром Чапаевской дивизии и находился в ожидании нового назначения в городе Уральске, поэтому свой рассказ о последних днях жизни знаменитого комдива писал, ориентируясь исключительно на впечатления от посещения места гибели Василия Ивановича. Да и в остальном жизнеописании Чапаева бывший его комиссар не отличался большой точностью. В результате у представителей нашего поколения с раннего детства в голове засел прочный стереотип: во время Гражданской войны Василий Иванович лихо рубился на боевом коне с беляками, и помогали ему в этом верный ординарец Петька и отважная Анка-пулеметчица. А в ночь на 5 сентября 1919 года Чапаев героически оборонялся от неожиданно нагрянувших в Лбищенск казачьих отрядов, пока очередью из вражеского броневика не был ранен в руку. После этого истекавший кровью комдив вынужден был отступить к Уралу и, пытаясь переплыть на другой берег, в очередной раз оказался сражен белогвардейской пулей на середине этой широкой и своенравной реки, на дне которой в результате и обрел свое вечное пристанище… Кстати, и вышедший в 2012 году сериал «Страсти по Чапаю», снятый по сценарию Эдуарда Володарского, ничего нового в этом смысле, кроме изрядной порции «чернухи» и «порнухи», не добавил!
Поэтому для меня большим откровением стала статья в еженедельнике «Аргументы и факты», опубликованная несколько лет назад, в которой убедительно разоблачались все мифы и легенды, связанные с жизнью Василия Ивановича Чапаева. Прежде всего, автор данной статьи затронул вопрос о происхождении фамилии героя. Оказалось, что деда его звали Степаном Гавриловым, и был он одним из самых знатных плотогонов на всем побережье Волги. Именно Степану поручали выбор бревен для формирования устойчивых к переворачиванию плотов, и он бросал их в реку с характерным криком «Чепай!» (то есть, «Хватай!» или «Цепляй!»), чем и заслужил свое соответствующее прозвище. А сын Степана Иван уже был официально записан на фамилию Чепаев, которая потом досталась по наследству и его детям, включая самого Василия. Именно так, через букву «е»! Чапаевым же Василий Иванович стал только после своей героической гибели, когда был написан вышеупомянутый роман Фурманова, содержавший искаженную фамилию комдива.
Далее, во время Первой «империалистической» войны Чапаев, как тогда говорили, кормил вшей в окопах вдоль линии фронта, будучи сначала рядовым, а потом фельдфебелем пехотного подразделения, так что стать «лихим кавалерийским рубакой» он никак не мог! Поэтому в качестве командира 25-й красноармейской дивизии передвигался на поле боя исключительно в трофейном автомобиле. Да и дивизия, находившаяся под командованием Василия Ивановича, была вовсе не кавалерийской, а пехотной. Кстати, и «ординарец» комдива Петька, то есть Петр Исаев, являлся на самом деле командиром взвода разведки, и никакой «Анки-пулеметчицы» среди чапаевцев не числилось, а была санитарка Мария Попова.
Наконец, о том, что на самом деле произошло в ночь на 5 сентября 1919 года в Лбищенске. Уральские казаки давно уже мечтали расправиться с Чапаевым, и вот тогда им предоставилась для этого прекрасная возможность. Дело в том, что этот небольшой городок на берегу Урала был захвачен лишь передовыми частями Чапаевской дивизии, а основные ее силы находились на другом берегу реки. Поэтому захват и уничтожение авангарда чапаевцев во главе с их командиром не представлял особой сложности. И прекрасно понимавшие это белогвардейцы не упустили свой шанс! Тщательно готовясь к атаке на Лбищенск, казаки даже копыта своих лошадей обмотали тряпками, чтобы ничем не нарушить ночную тишину при приближении к городской окраине. Естественно, что и никакого броневика у них не было, иначе шум от его работающего мотора раздавался бы в степи на много верст вокруг.
Как же мирно почивавшие бойцы дивизии восприняли это неожиданное нападение? Сначала среди них сначала поднялась настоящая паника, но, благодаря смелым и решительным действиям Чапаева, они быстро сориентировались в обстановке и смогли организовать эффективную круговую оборону своего штаба. Сам же Василий Иванович продолжал руководить действиями подчиненных до тех пор, пока не получил тяжелое ранение. Ранение в живот, а не в руку, как утверждается в романе Фурманова! И тогда Петр Исаев, видя, что их любимый комдив теряет сознание, принял решение немедленно увести его из зоны боевых действий. Вместе с еще несколькими бойцами он на руках донес Чапаева до берега Урала, где погрузил его на створку ворот одного из прибрежных домов и начал переправу через реку. Им удалось благополучно добраться до противоположного берега, однако было уже слишком поздно, поскольку Василий Иванович, так и не приходя в себя, скончался по дороге от внутреннего кровотечения!
Огорченные гибелью своего командира чапаевцы похоронили его прямо на том же берегу и поспешили в расположение основных сил дивизии. Поднятые по тревоге бойцы стремительно форсировали Урал и бросились на выручку принявших неравный бой товарищей. Но к тому времени все, к несчастью, было уже кончено: дивизионный штаб оказался полностью разгромленным, а его защитники погибли все до единого. Нападавших же на город белогвардейцев, как говорится, и след простыл…

- ПОЛУЧАЕТСЯ, ЧТО ПЕТЬКА, ТО ЕСТЬ ПЕТР ИСАЕВ, УЦЕЛЕЛ ТОГДА В ЭТОЙ КРОВАВОЙ «МЯСОРУБКЕ»?

- Да, уцелел, и опять-таки вопреки утверждению Фурманова! Впрочем, дальнейшая его судьба сложилась не менее трагически, чем у того же Чапаева. Год спустя, когда бойцы 25-й дивизии проводили поминки по своему первому командиру, захмелевшие сослуживцы стали упрекать «Петьку» в том, что это по его вине не удалось спасти Василия Ивановича. И тот, не выдержав выдвинутых обвинений, выхватил револьвер и пустил пулю себе в голову! Смертельно раненого Петра Исаева срочно доставили в один из челябинских госпиталей, где он и скончался спустя несколько дней…

- КАКАЯ ПЕЧАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ! А ИНТЕРЕСНО, ЗНАЛ ЛИ ОБО ВСЕМ ЭТОМ ПИСАВШИЙ СВОЙ РОМАН ФУРМАНОВ?

- Неизвестно, как неизвестно и то, был ли Дмитрий Андреевич знаком с подробным рапортом «Петьки» о трагических событиях 5 сентября 1919 года, хранившимся в Центральном архиве Министерства обороны СССР. Зато доподлинно известно, что в шестидесятые годы прошлого века с этим рапортом ознакомились дети Чапаева, после чего они обратились в Уральский обком партии с просьбой разыскать останки своего отца и торжественно перезахоронить их на городском кладбище. Однако выяснилось, что в том месте, которое Петр Исаев указал в качестве захоронения легендарного комдива, теперь уже проходит русло Урала, успевшего в очередной раз изменить свое направление, поэтому просьба потомков Василия Ивановича оказалась, к огромному сожалению, невыполнимой!

- ТЫ ПРИВЕЛ МНОГО ИНТЕРЕСНЫХ ФАКТОВ ИЗ ЖИЗНИ ЧАПАЕВА, НО СЛУЧАЙНО НЕ ЗАБЫЛ О ТОМ, ЧТО СОБИРАЛСЯ РАССКАЗАТЬ О СВОЕЙ ПОЕЗДКЕ НА МЕСТО ГИБЕЛИ ЭТОГО ГЕРОЯ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ?

- Нет, я хорошо об этом помню и как раз собираюсь перейти к такому рассказу! И начну с описания самого музея города Чапаева. Он располагался на окраине районного центра буквально в ста метрах от Урала и представлял собой небольшое двухэтажное здание, первый этаж которого был сложен из кирпича, а второй – из дерева. При входе в музей сразу бросается в глаза обширная диорама, представлявшая собой объемную картину последнего боя попавших в белогвардейское окружение чапаевцев. Впечатление, надо сказать, производит серьезное! А еще больше это впечатление усиливается, когда напротив диорамы видишь, словно по контрасту, сугубо мирную бытовую сцену отдыха бойцов Чапаевской дивизии: стол и лавка из свежеструганых досок, на столе стоит чугунок с картошкой и деревянными ложками, а рядом с ним - карта боевых действий. На лавке брошена серая солдатская шинель, под лавкой – сапоги с портянками, а в углу грозно притаилась винтовка с примкнутым штыком. И, кажется, что сам Василий Иванович отлучился буквально на минутку и вот-вот должен вернуться обратно!
А если поднимешься на второй этаж по старой деревянной лестнице, то уже с головой окунешься в конкретную историческую действительность того времени благодаря обширному архивному материалу, заботливо собранному сотрудниками музея. На стендах под стеклом аккуратно размещены документы и фотографии, относящиеся к событиям Первой мировой и Гражданской войн и подробно освещающих героический жизненный путь как самого Чапаева, так и его знаменитой дивизии. И здесь же можно ознакомиться с книгами и картинами, посвященными подвигу Василия Ивановича и его соратников по борьбе.
Ну и, конечно, наиболее волнительным из всего увиденного в тот день представлялось посещение места непосредственной гибели Чапаева на берегу Урала! Мы стояли возле мраморного барельефа с профилем легендарного комдива и с болью в сердце внимали печальному рассказу сотрудницы музея о последних минутах жизни героя. Конечно, рассказ этот был полностью выдержан в «фурмановско-васильевском» духе, но разве мы знали тогда какую-либо иную трактовку тех трагических событий?

- В ОБЩЕМ, ВЫ ВЕРНУЛИСЬ ИЗ ПОЕЗДКИ, НАХОДЯСЬ ПОД БОЛЬШИМ ВПЕЧАТЛЕНИЕМ ОТ ВСЕГО УВИДЕННОГО И УСЛЫШАННОГО! А ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ?

- А дальше как раз и началось празднование моего совершеннолетия! Вернулись мы уже во второй половине дня, поэтому зря время терять не стали и сразу пошли в ближайший гастроном «затариваться». Взяли, насколько я помню, бутылку водки и целых три «огнетушителя» - портвейна «777» по 0,7 литра. Закуски никакой покупать не стали, поскольку накануне я получил посылку из дома с целым набором дефицитнейших по тем временам продуктов: тушенки, сгущенки, копченой колбасы, шоколада и кофе… В общем, «днюху» мою тогда мы отметили на славу: мало того, что все, как говорится, насливались до поросячьего визга у нас комнате, так еще и ходили «догоняться» по соседям! Последнее, что запомнилось мне в тот вечер, было то, как я, сидя на кровати, попытался опорожнить содержимое своего стакана и неожиданно полностью «отключился». Сквозь пьяный сон я еще слышал какие-то странные звуки, однако сил отреагировать на происходящее у меня совершенно не было…
Пробуждение мое после «вчерашнего» было просто кошмарным: мало того, что с похмелья страшно болела голова, так еще и подоконник рядом со мной был покрыт толстым слоем блевотины! Как выяснилось позже, это я сам, время от времени просыпаясь, со стоном извергал из себя сию дурно пахнущую субстанцию… Но гораздо хуже было то, что все мои вчерашние собутыльники вели себя как-то неадекватно: лежали на кроватях, не издавая ни звука и боясь пошевелиться. А на лицах у них мало того, что застыл явный испуг, так еще и отчетливо виднелись многочисленные синяки и кровоподтеки!
- Пацаны, что здесь произошло? – попытался выяснить я, разом позабыв о своих проблемах. Однако все продолжали молчать, словно воды в рот набрали! Лишь спустя некоторое время, когда я уже навел вокруг себя порядок, очистив подоконник от следов извержения своего желудка, парни стали приходить в себя и делиться со мной ужасающими подробностями прошедшей ночи.
Оказалось, что они после моей «отключки» решили продолжить гулянку где-нибудь в другом месте. Вышли из комнаты, горланя на весь коридор пьяные песни, и тут же столкнулись с двумя крепко сложенными незнакомцами. Если бы мои одногруппники знали, кто встал тогда у них на пути, то, уверен, сразу бы бросились врассыпную, невзирая на свое сильное опьянение! Почему? Да потому что это были никто иные, как сам печально знаменитый Десантник и его закадычный дружок Медведь!!!
Что произошло дальше? Думаю, особого смысла объяснять нет, поскольку и так ясно, что огребли мои невезучие «сожители» люлей по полной программе! Разошедшийся не на шутку Десантник хотел даже продолжить их избиение прямо у нас в комнате, но более благоразумный Медведь отговорил его от продолжения экзекуции и поспешил увести из общежития.

- И ЧТО? ЭТА ОЧЕРЕДНАЯ ХУЛИГАНСКАЯ ВЫХОДКА ДЕСАНТНИКА ОПЯТЬ ОСТАЛАСЬ БЕЗНАКАЗАННОЙ?

- Нет, в тот раз уже не осталась! Как выяснилось позже, сотрудники местной милиции давно уже наблюдали за данным субъектом, склонным к многочисленным правонарушениям, и их терпение в ту злополучную ночь окончательно лопнуло. Поэтому Десантника наконец-то «закрыли» и даже завели на него уголовное дело! Хотели также привлечь к ответственности и Медведя, однако он сумел как-то «отмазаться» и в дальнейшем проходил по данному делу о злостном хулиганстве лишь в качестве свидетеля…

- ДА, ТАКОЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ, КОНЕЧНО, ЗАПОМНИТСЯ НАДОЛГО! И В ТОМ, ЧТО МОЯ ПОМОЩЬ ТОГДА БЫЛА ЭФФЕКТИВНОЙ И СВОЕВРЕМЕННОЙ, ДУМАЮ, ТЫ НЕ ДОЛЖЕН СОМНЕВАТЬСЯ… ВПРОЧЕМ, Я ДАЛЕКО НЕ ВСЕГДА ДЕЙСТВОВАЛ ТАК ПРЯМОЛИНЕЙНО. ИНОГДА МОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО НОСИЛО СТОЛЬ НЕЗАМЕТНЫЙ ХАРАКТЕР, ЧТО ТЫ ВРЯД ЛИ О ЧЕМ-ТО ДОГАДЫВАЛСЯ!

- И что конкретно Ты имеешь в виду? Опять-таки какие-то события в годы моего обучения в стенах машиностроительного техникума?

- НЕТ, В ЭТОТ РАЗ РЕЧЬ УЖЕ ИДЕТ О ТВОЕМ ЧЕЛЯБИНСКОМ ПЕРИОДЕ ЖИЗНИ! Я ПОНИМАЛ, ЧТО ТЫ ВСЕ ЕЩЕ ПРОДОЛЖАЕШЬ ИСКАТЬ СВОЕ МЕСТО В ЖИЗНИ, ПОЭТОМУ БЫЛ ОЧЕНЬ ОСТОРОЖЕН. ТЫ ПОМНИШЬ, НАПРИМЕР, КАК В ЧЕТВЕРТОЙ ГЛАВЕ ЭССЕ РАССКАЗЫВАЛ О СВОИХ НЕУДАЧНЫХ ПОПЫТКАХ ЗАНЯТЬСЯ БАДМИНТОНОМ ИЛИ ЗАПИСАТЬСЯ В СОСТАВ УНИВЕРСИТЕТСКОГО ВИА? А ВЕДЬ ЭТО ВСЕ БЫЛО СОВСЕМ НЕ ТВОЕ…

- И Ты, мой добрый Небесный Покровитель, решил, что мне не стоит позориться перед людьми? Браво-браво! Что тут еще скажешь?

- А СКАЗАТЬ МОЖНО ВОТ ЕЩЕ ЧТО. В СЕНТЯБРЕ 1980 ГОДА, КОГДА ТЫ ТОЛЬКО ЕЩЕ НАЧИНАЛ УЧИТЬСЯ, К ВАМ В АУДИТОРИЮ ЯКОБЫ ПО ОШИБКЕ ЗАШЕЛ ПРЕПОДАВАТЕЛЬ ПСИХОЛОГИИ. НА САМОМ ДЕЛЕ ЭТО Я ЕГО ТУДА НАПРАВИЛ, ЧТОБЫ ТЫ ОБРАТИЛ ВНИМАНИЕ… И КАК ЖЕ ТЫ ТОГДА ОТРЕАГИРОВАЛ?

- Намекаешь на то, что я в то время и сам очень интересовался психологической наукой? Однако, поступив на физико-химический факультет ЧелГУ, я твердо, как мне тогда казалось, решил посвятить свою жизнь совсем другой дисциплине, то есть физике, поэтому к неожиданному визиту психолога не проявил ни малейшего интереса!

- ХОРОШО, А ПОЧЕМУ ЖЕ ТЫ В ТАКОМ СЛУЧАЕ ОСТАЛСЯ РАВНОДУШЕН К ПРЕДЛОЖЕНИЮ ЗАНЯТЬСЯ НА КАФЕДРЕ МОЛЕКУЛЯРНОЙ ФИЗИКИ ИЗУЧЕНИЕМ СВОЙСТВ РАСПЛАВОВ РАЗЛИЧНЫХ МЕТАЛЛОВ? ВЕДЬ КОМУ ЕЩЕ ИЗ СТУДЕНТОВ БЫЛО НЕ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬСЯ ЭТИМ, КАК НЕ ТЕБЕ СО СВОИМ СРЕДНИМ СПЕЦИАЛЬНЫМ ОБРАЗОВАНИЕМ?

- Но вот тут-то как раз мое образование было совершенно ни при чем, поскольку я решил тогда стать не простым физиком, а теоретиком! А зачем теоретикам тратить свое драгоценное время на какие-то там расплавы и их свойства? Лучше скажи, дорогой мой Ангел-Хранитель, почему Ты летом 1981 года не воспрепятствовал моему уходу из университета?

- ПОТОМУ ЧТО Я ВИДЕЛ, ЧТО ТЫ РЕАЛЬНО НУЖДАЕШЬСЯ В ДЛИТЕЛЬНОМ ОТДЫХЕ, ПОСКОЛЬКУ ТВОЕ ЗДОРОВЬЕ БЫЛО ОСНОВАТЕЛЬНО ПОДОРВАНО!

- Стало быть, это благодаря Тебе мне удалось также «отмазаться» от призыва в ряды Советской Армии? В таком случае я премного благодарен Твоему вмешательству! Впрочем, изначально я вовсе не планировал «откосить» от срочной службы, поскольку предполагал, что после «дембеля» мне будет даже проще поступить в какой-либо другой ВУЗ (скорее всего, на факультет психологии МГУ, как и планировал когда-то). Но, как говорится, все сразу пошло не так! И все из-за моей гипертонии, вернее, юношеской гипертензии. В предыдущей главе эссе я уже говорил о том, что у меня на почве сильнейших нервно-психических перегрузок стало постоянно «шкалить» кровяное давление, доходя до показателей 160 на 100 единиц. И эти параметры продолжали беспокоить меня длительное время даже после ухода из университета.
Так вот, в октябре 1981 года меня впервые после официального прекращения всяческих контактов с ЧелГУ вызвали повесткой для прохождения медицинской комиссии в Первомайском райвоенкомате (РВК) города Кургана, в котором я тогда проживал с матерью и бабушкой. В общем и в целом я тогда вполне благополучно, если не считать окулиста (у меня была близорукость минус 1,5 диоптрии), прошел всех врачей, однако терапевту не понравились показатели моего давления, и мне в результате предоставили отсрочку от призыва на полгода.
В апреле 1982 года я снова проходил медосмотр в стенах того же Первомайского РВК, и опять меня «тормознули» до осени по той же самой причине! Честно говоря, эта ситуация стала меня уже реально напрягать, и я решил, что с призывной кампанией мне пора «завязывать». Где, в самом деле, гарантия, что меня вот так не перестанут «мурыжить» аж до 27 лет? Да и потом я за долгие месяцы этой тягомотины наслушался столько всяких страшилок о «дедовщине», царившей в рядах доблестной Советской Армии, что мое желание «отдать конституционный долг Родине» как-то незаметно пропало…

- И ТОГДА ТЫ РЕШИЛ ДОБИВАТЬСЯ ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ ВОЕННОГО ПРИЗЫВА?

- Именно так, причем в этом мне помогли даже сами врачи из военкомата! Меня направили на дополнительное обследование в ревмо-кардиологическое отделение 2-й городской больницы, расположенной в поселке Рябково. Там я пробыл целых две недели, в течение которых у меня ежедневно брали какие-то анализы. Мне даже пришлось сдавать суточный анализ мочи, чтобы проверить, нет ли у меня какой-либо патологии в работе почек. И в конечном итоге я получил на руки медицинское заключение, в котором был указан диагноз: «Вегето-сосудистая дистония по гипертензивному типу».
Я тогда еще не знал, достаточно ли было этого для получения заветного «белого билета», поэтому в последний день своего пребывания в больнице, когда меня пригласили для приватной беседы с врачом-психологом, решил подстраховаться. Речь у нас шла о степени моей готовности к тяготам предстоящей армейской службы, и я честно признался собеседнику в белом халате, что боюсь проявления неуставных отношений среди военнослужащих, из-за чего мне не хочется становиться в ряды бойцов Советской Армии.
Доктор, внимательно выслушав эту эмоциональную тираду, не стал меня ни в чем разубеждать, а просто молча добавил в мое медицинское заключение еще одну строку: «Необходима проверка на предмет наличия Sch». Я в то время уже довольно неплохо разбирался в психологии, так что для меня не составило труда понять, что речь здесь идет о таком серьезном психическом заболевании, как шизофрения! И мне бы, дураку, надо было тут немедленно остановиться и всеми силами начать доказывать отсутствие у себя данной душевной патологии, ибо с такой «Каиновой печатью» вся моя дальнейшая жизнь могла пойти наперекосяк… А как поступил я? Наоборот, очень обрадовался и решил, что теперь уж точно смогу «откосить» от призыва в армию!
Так я оказался уже на месяц заперт в стенах стационара Курганского психоневрологического диспансера (КПНД). И надо отдать мне должное, что в этом «богоугодном» заведении по улице Смирнова я вел себя крайне осмотрительно, стараясь ничем не вызвать подозрение в своих истинных намерениях. А намерения эти были предельно простые: изобразить из себя такого «психа», чтобы мне все поверили и рекомендовали призывной комиссии окончательно признать меня негодным к строевой службе! И здесь, конечно, не последнюю роль сыграло мое знание основ психиатрии из курса общей психологии (к тому времени я уже успел проштудировать дома «науку о душе» в объеме пединститута).
Если говорить конкретно, то линия моего поведения в стационаре выглядела следующим образом: я строго соблюдал режим дня, беспрекословно выполнял разовые поручения завхоза и сестры-хозяйки и, конечно же, в беседах с лечащим врачом не нес никакую ахинею, а, напротив, был в своих рассуждениях очень логичен и последователен. Иногда, правда, чтобы не выглядеть уж совсем пай-мальчиком, позволял себе немного покапризничать и повозмущаться. Дескать, как вы посмели меня, совершенно здорового парня, запереть в этом «бедламе»… То есть, я всеми возможными способами демонстрировал окружающим, что у меня нет и не может быть никаких психических заболеваний!
Но вот подошло время для проведения моего тестирования с помощью карточек-вопросников. Карточек этих было около 150 штук, и моя задача заключалась в том, чтобы разделить их на две партии в зависимости от того, согласен я с их содержанием или нет. И вот здесь-то я и позволил себе специально «проколоться» при ответе на один из заданных мне вопросов! Повторяю, что только на один вопрос, поскольку на все остальные я ответил именно так, как положено любому нормальному человеку…

- И ЧТО ЖЕ ЭТО БЫЛ ЗА ВОПРОС?

- «Согласны ли Вы с тем, что Вам предстоит совершить великую миссию?» - было черным по белому начертано на той самой карточке. И я, ничтоже сумняшеся, недрогнувшей рукой отправил ее прямо в коробку с надписью «Да»!
Что было потом? Меня, по истечении месяца «заключения», отпустили домой, причем на этот раз никаких документов для военкомата на руки не выдали. Еще один месяц я провел, как на иголках, дожидаясь результатов проведенных обследований, пока в начале декабря 1982 года меня не вызвали в Первомайский РВК… И вот наконец-то я получил из рук военкома заветный «белый билет»! Чисто внешне – самый обычный документ подобного типа, однако на 32-й его странице красовалась следующая отметка: «2 декабря 1982 года врачебной комиссией при Первомайском райвоенкомате Курганской области признан негодным к военной службе с исключением с учета по группе 1 статьи 4 расписания болезней, объявленного приказом МО СССР № 185 от 9 марта 1982 года». Как оказалось позднее, за этой витиеватой формулировкой как раз и скрывалось признание у меня вялотекущей и скрытой формы шизофрении, то есть моя хитроумная инсценировка в стенах стационара КПНД удалась в полной мере!!!

- НУ, И ЧЕМУ ЖЕ ТЫ ТОГДА ТАК ОБРАДОВАЛСЯ? ТОМУ, ЧТО, РЕШИВ ПРОБЛЕМУ С ВОЕНКОМАТОМ, ПРИОБРЕЛ НОВУЮ ГОЛОВНУЮ БОЛЬ?!!

- Тогда я даже не задумывался о возможных последствиях этого своего поступка, пребывая в какой-то радужной эйфории. А отрезвление пришло ко мне уже через полгода, когда я, решив не тратить зря время и попытаться снова поступить в ВУЗ, стал проходить медкомиссию на предмет получения справки формы № 286. И вот тут-то у меня и нашла коса на камень! Едва лишь врач-терапевт нашей заводской поликлиники увидел мой военный билет (а я работал тогда в конструкторском бюро автобусного завода), как тут же потребовал принести разрешение от психиатра из КПНД, в котором я тогда был поставлен на учет…
Здесь я должен сделать одно важное пояснение. Дело в том, что к лету 1983 года мои предпочтения в сфере высшего образования претерпели кардинальные изменения. Вновь вспыхнувшее после ухода из ЧелГУ увлечение психологией стало у меня постепенно трансформироваться в интерес к науке, не имеющей, на первый взгляд, ничего общего с моей прежней страстью… О чем здесь идет речь? Как ни странно, о кибернетике! Как такое вообще могло произойти? Попробую более-менее доходчиво растолковать.
Когда я достаточно серьезно погрузился в самостоятельное изучение психологии, меня очень увлек такой ее раздел, как эвристика, то есть наука о творческом мышлении. Я узнал, что все величайшие открытия в истории человечества были совершены каким-то совершенно мистическим образом, не поддающимся никакому логическому объяснению. Это уже потом та или иная теория облекалась ее первооткрывателем в строгие «логические одежды», а сначала любой выдающийся ученый видел решение волновавшей его проблемы как бы непосредственно, то есть чисто интуитивно.
Но какова же тогда природа этой самой интуиции? Каким образом человек добывает принципиально новые знания об окружающем его мире? Сейчас стало уже притчей во языцех утверждать, что нашу планету окружает некая «сфера всемирного разума», из которой отдельные представители человечества могут напрямую черпать сведения различных областей знания. Однако во времена моей молодости подобные мысли еще никому не приходили в голову, поэтому объяснить сущность интуиции занимавшиеся данной проблемой ученые пытались гораздо более реалистичными способами. Например, очень распространенным было мнение о том, что вся новая информация добывается путем некой глубокой переработки уже имеющихся в научном арсенале данных. Эта идея показалась мне тогда вполне заслуживающей доверие, но как конкретно могла происходить названная «глубокая переработка данных»?
Размышляя об этом на досуге, я однажды взял в городской библиотеке книгу Леонарда Растригина «Этот случайный, случайный, случайный мир». Это научно-популярное издание привлекло мое внимание совершенно нестандартным подходом его автора к вопросу о природе случайности и ее роли в жизни человека. В то время я искренне полагал, что всякий случайный процесс носит чисто субъективный характер, обусловленный либо нашими недостаточными познаниями в той или иной сфере, либо слишком малой точностью существующих контрольно-измерительных приборов. Однако Леонард Андреевич взял на себя смелость утверждать, что случайность, напротив, является сугубо объективным явлением окружающей действительности, поскольку в основе ее лежит ключевой постулат квантовой механики под названием соотношение неопределенностей Гейзенберга. И, более того, человечество должно не столько бороться с данным явлением, сколько использовать его в своих интересах! А как именно, ученый показал на примере так называемого метода случайного поиска (МСП), широко применяемого при настройке сложных многофункциональных систем и механизмов.
Если не вдаваться в подробности, то суть МСП заключалась в следующем: совершенно случайным образом провести первый этап регулировки оборудования, после чего проверить его работоспособность. Если произошло улучшение показателей, то точно также случайно выставить параметры второго этапа данной процедуры, в противном же случае вернуться к исходному положению и повторить опять же в случайном порядке операции первого этапа. И так продолжать до тех пор, пока регулируемое оборудование не начнет работать в самом оптимальном режиме.
Прочитал я тогда эти строки и вдруг подумал: а что, если наша интуиция именно так и работает, используя вышеописанный МСП? Наш мозг на подсознательном уровне перебирает всю хранящуюся в нем информацию и в конечном итоге «выдает на-гора» решение той или иной волнующей нас проблемы… Но в таком случае получается, что точно по этому же принципу можно организовать и работу электронно-вычислительных машин (ЭВМ), и, следовательно, создать то, что в различных научно-фантастических романах принято высокопарно именовать Искусственным Интеллектом (ИИ)!
Мысль об этом настолько поразила мое воображение, что я решил более углубленно изучить данный вопрос, поэтому уже вполне сознательно приобрел книгу Льва Залманзона «Беседы об автоматике и кибернетике». И нисколько не пожалел о своем поступке, так как узнал для себя много потрясающих вещей! Оказалось, что проблема ИИ является всего лишь одним из вопросов, которыми занимается такая наука, как бионика, изучающая жизнь живой природы с целью применения полученных знаний для разработки новейших технических устройств. В свою очередь, бионика не является какой-то изолированной дисциплиной, а входит в состав кибернетики, то есть науки об общих принципах управления любой произвольно организованной системой. Другими словами, кибернетика, с одной стороны, отличается широким, как философия, взглядом на окружающий мир, однако при этом является строго логичной и последовательной областью знания, опирающейся на методы исследования, применяемые в физике и математике. То есть, эта совсем еще молодая наука, основы которой были заложены Норбертом Винером лишь в 1948 году, просто идеально подходит для меня, неисправимого перфекциониста и интроверта!!!
В самом деле, занятие психологией подразумевает постоянное тесное общение с большим количеством людей, причем зачастую с неадекватным поведением, а для меня налаживание и поддержание контактов подобных контактов всегда представляло достаточно серьезную проблему. Так не лучше ли мне тогда поменять сферу своих интересов и переключиться на изучение кибернетики? Но тогда какой же лучше выбрать ВУЗ, чтобы гарантированно стать студентом соответствующего факультета?
Я долго размышлял над данным вопросом и в конце концов принял «Соломоново решение»: не мудрствовать лукаво, а ехать и снова поступать в уже хорошо знакомый мне Челябинск, только не обратно в ЧелГУ, а в политехнический институт (ЧПИ), в котором на приборостроительном факультете открылась специальность «Прикладная математика»…

- И ЧЕМ ДЛЯ ТЕБЯ ЗАКОНЧИЛАСЬ ПОПЫТКА РЕАЛИЗОВАТЬ ДАННОЕ РЕШЕНИЕ?

- К величайшему моему сожалению, полным провалом! Мне тогда, в июле 1983 года, не удалось даже собрать необходимые для допуска к вступительным экзаменам документы, поскольку для получения требуемой медицинской справки пришлось обратиться в упомянутый выше КПНД (уже не стационар, а непосредственно клинику, расположенную по улице Ленина). А там мой лечащий врач, у которого я состоял на учете, Галина Владимировна Филимонова открытым текстом заявила, чтобы я даже думать забыл со своим заболеванием о получении какого-либо высшего образования!!!

- ПРЕДСТАВЛЯЮ, КАКИМ ЭТО СТАЛО ДЛЯ ТЕБЯ УДАРОМ… ХОТЯ, С ДРУГОЙ СТОРОНЫ, РАЗВЕ НЕ ТЫ САМ БЫЛ ВИНОВАТ В СЛОЖИВШЕЙСЯ СИТУАЦИИ?

- Ну, разумеется, я, а кто же еще? И как я пережил бы такую драму, даже затрудняюсь сказать, если бы та же Галина Владимировна следом не обнадежила меня возможностью продолжить свое обучение в следующем году при наличии стойкой ремиссии…
Что это означало на практике? А то, что я фактически оказался под пристальным и бдительным надзором специалистов КПНД, продолжавшимся аж до лета 1984 года!

- ЗАТО ВЕДЬ ПОТОМ ТЫ ПОЛУЧИЛ ДОЛГОЖДАННОЕ РАЗРЕШЕНИЕ, НЕ ТАК ЛИ?

- Интересно, что Ты называешь здесь «долгожданным разрешением»? То, что мне «милостиво» позволили поступить (на выбор) либо в машиностроительный (КМИ), либо в сельскохозяйственный (КСХИ) институт? Да разве об этом я в то время мечтал, мысленно представляя себя снова на студенческой скамье?!!

- ПОГОДИ, НЕ ГОРЯЧИСЬ, А ЛУЧШЕ ХОРОШЕНЬКО ПОДУМАЙ, КАК ТЕБЕ ВООБЩЕ УДАЛОСЬ ТОГДА СТАТЬ СТУДЕНТОМ ОДНОГО ИЗ ТЕХ ВУЗОВ? ТЫ, ПОХОЖЕ, СОВСЕМ НЕ В КУРСЕ ТОГО, НАСКОЛЬКО МНЕ СЛОЖНО БЫЛО «ПРОБИТЬ» ДЛЯ ТЕБЯ ДАЖЕ ТАКУЮ «МИЛОСТЬ»!

- То есть, за это я еще должен быть Тебе благодарен, мой щедрый Небесный Покровитель? Что ж, видимо, мне, как говорится, на роду написано всегда довольствоваться самым малым… Ладно, продолжу свой рассказ и объясню, почему я тогда, в июле 1984 года, решил сделать выбор в пользу сельскохозяйственного, а не машиностроительного института!
Прямо скажу, что делал этот выбор, не испытывая никакой радости, поскольку ни тот, ни другой ВУЗ меня никогда не интересовали. Однако что еще мне оставалось делать в сложившейся ситуации? И я рассудил следующим образом: по профилю машиностроения у меня уже есть диплом, пусть даже не института, а техникума, поэтому для разнообразия стоит попробовать начать обучение премудростям сельского хозяйства, а там уж видно будет… Вот так я и стал в результате студентом факультета механизации КСХИ!

- А ПОЧЕМУ ИМЕННО ЭТОГО, А НЕ СТРОИТЕЛЬНОГО ФАКУЛЬТЕТА? МОЖЕТ БЫТЬ, ТОГДА ТВОЯ ДАЛЬНЕЙШАЯ ЖИЗНЬ СЛОЖИЛАСЬ БОЛЕЕ УСПЕШНО? ВЕДЬ Я ЖЕ НЕ ЗРЯ НАМЕКАЛ ТЕБЕ НА ЭТО ВО ВРЕМЯ ВСТУПИТЕЛЬНЫХ ЭКЗАМЕНОВ…

- Ты имеешь в виду то, что я сдавал профилирующую физику вместе с абитуриентами-строителями? А разве это не было простым совпадением? Ведь от меня, как обладателя красного техникумовского диплома, для зачисления в состав студентов требовалось лишь получить отличную оценку на экзамене по той самой физике (что я, кстати, и сделал), а данную дисциплину первыми сдавали как раз поступавшие на стройфак (перечень вступительных экзаменов для будущих механиков и строителей был тот же самый, что и для абитуриентов-физиков)… Но если это была все-таки Твоя инициатива, дорогой мой Ангел-Хранитель, то извини! Я ведь со стройкой и в то время, и в более поздние годы практически никак не был связан, если не считать короткого периода подсобных работ летом 1982 года (об этом я скажу чуть позже). Зато со всевозможными машинами и механизмами полеводства и животноводства дело приходилось иметь довольно часто (любили в советское время посылать горожан на помощь труженикам колхозов и совхозов)! У меня даже до сих пор сохранилось удостоверение тракториста-машиниста третьего класса, полученное после обучения в автошколе весной того же 1982 года… Так что какой еще факультет я должен был выбрать тогда, если не механизации сельского хозяйства?

- ХОРОШО, ДОУСТИМ, ЧТО ВСЕ БЫЛО ИМЕННО ТАК: ТЫ СМИРИЛСЯ СО СВОИМ ПОЛОЖЕНИЕМ, ПОСТУПИЛ НА МЕХФАК КСХИ И СТАЛ ПОСТИГАТЬ «ПРЕМУДРОСТИ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА». ПРИЧЕМ ПОСТИГАТЬ ОЧЕНЬ УСПЕШНО, ПРАКТИЧЕСКИ С ПЕРВОГО ДНЯ СТАВ КРУГЛЫМ ОТЛИЧНИКОМ! ТОГДА КАКОГО ЖЕ ЧЕРТА ТЕБЕ ПОНАДОБИЛОСЬ ПОСЛЕ ПЕРВОГО КУРСА ПЫТАТЬСЯ ПЕРЕВЕСТИСЬ ОБРАТНО В ЧЕЛГУ? ТЕБЕ ЧТО, НЕДОСТАТОЧНО БЫЛО ПРОШЛОГОДНЕЙ АВАНТЮРЫ С ПОЛУЧЕНИЕМ «БЕЛОГО БИЛЕТА»?!!

- Я хорошо понимаю причину Твоего праведного гнева, мой суровый Небесный Покровитель! Ведь если бы мне тогда удалось осуществить задуманное и уйти из института, то, скорее всего, я вообще бы оказался без высшего образования, поскольку вряд ли мне удалось бы сдать все необходимые экзамены и восстановиться на втором курсе университета. Однако в то время я был настолько уверен в возможности успешного «возвращения на круги своя», что даже моя природная осторожность не стала для меня помехой…

- И В РЕЗУЛЬТАТЕ МНЕ ПРИШЛОСЬ ПРИНЯТЬ САМЫЕ ЖЕСТКИЕ И РЕШИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ, ЧТОБЫ ТЫ ПРОДОЛЖИЛ СВОЕ ОБУЧЕНИЕ В КСХИ!

- Думаешь, я об этом не догадался? Нет, Ты все правильно сделал, так что я нисколько не держу на Тебя зла! Но Тебе, наверное, было бы интересно знать подробности этой моей «авантюры номер два»? Что ж, охотно поделюсь соответствующей информацией…
А начну несколько издалека, с описания самого сельхозинститута, в гостеприимных стенах которого я провел целых пять лет своей жизни. Так вот, это высшее учебное заведение располагалось, да и располагается до сих пор, на окраине села Лесниково Кетовского района нашей Курганской области. Чтобы добраться до него из областного центра, нужно было сесть на автовокзале в соответствующий автобус, который уже через сорок минут доставлял всех желающих на место. И там, сразу за остановкой, начинались корпуса студенческого городка КСХИ. Вначале шли трехэтажные дома для преподавателей и сотрудников института, а затем – непосредственно учебные корпуса и общежития для студентов. Самым первым было здание экономического факультета (главный корпус) со спортзалом, в котором также размещались все руководящие органы ВУЗа, затем – Дворец культуры (ДК), столовая и здание зооинженерного факультета. Далее шли подряд три общежития старого коридорного типа: для студентов-зоотехников, заочников и будущих механиков. В последнем из них я, кстати, успешно «кантовался», если было лень после занятий возвращаться домой в Курган. А прямо под окнами нашей общаги располагалось уже новое современное здание общежития секционного типа (совсем, как в Челябинске), в котором проживали студенты экономического факультета. Точно такое же здание, кстати, возвышалось и чуть подальше, рядом с корпусом факультета промышленного и гражданского строительства (так официально именовался стройфак), и предназначалось оно, естественно, для заселения будущих инженеров-строителей.
Ну, а что же факультет механизации сельского хозяйства? Где была его дислокация? Как оказалось, уже в самом конце студгородка, можно даже сказать, на отшибе! Это был как сам учебный корпус, так и прилегающая к нему территория с машинным двором и гаражным комплексом. То есть у нас, будущих инженеров-механиков, была возможность изучать различные образцы сельскохозяйственной техники прямо на месте, не тратя драгоценное время на поездку в учебно-опытное хозяйство села Каширино (примерно в двадцати километрах от КСХИ).
Что же касается непосредственно учебного процесса на нашем факультете, то дисциплины общеобразовательного цикла мы проходили на младших курсах в аудиториях других факультетов (экономического, зооинженерного и строительного), а вот непосредственно специализация нас, старшекурсников, проводилась уже на месте. И занимались этим делом целых пять факультетских кафедр: теоретической механики (заведующий – Чирков Борис Яковлевич), тракторов и автомобилей (заведующий – Лепехин Анатолий Тихонович), сельскохозяйственных машин (заведующий – Архипов Александр Степанович), механизации животноводческих ферм (заведующий – сначала Таушканов Алексей Степанович, потом – Липп Виктор Александрович), ремонта и эксплуатации машин (заведующий – Лапшин Петр Николаевич). А руководил столь обширным хозяйством наш декан (и по совместительству - доцент кафедры теоретической механики) Сиражетдинов Ривияз Хуснутдинович, татарин по национальности, которого все на русский манер звали Романом Константиновичем.
Да, чуть было не забыл вот еще что! Здесь у меня ни словом не упомянуто об агрономическом факультете КСХИ, а ведь он был исторически первым после эвакуации с Украины в 1941 году Полтавского сельхозинститута и создания на его базе аграрного ВУЗа в Кургане. Тогда все учебные корпуса института располагались в самом областном центре на улицах Куйбышева и Советской. Затем, начиная с 1962 года, КСХИ стал постепенно перебазироваться на свою нынешнюю территорию в районе села Лесниково, однако сам агрофак еще долгое время оставался на старом месте. И лишь в 1989 году на территории студгородка, напротив главного корпуса, развернулось строительство современного здания этого факультета… Кстати, интересное замечание: когда я поступал в институт в 1984 году, там заканчивалось строительство студенческого профилактория (рядом с автобусной остановкой), а вот пять лет спустя, когда пришло время получать долгожданный и заслуженный диплом о высшем образовании, началось возведение учебной базы для будущих агрономов!

- ВСЕ ЭТО, КОНЕЧНО, ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО, ОДНАКО КАКОЕ ОТНОШЕНИЕ ИМЕЕТ К ТВОЕМУ ТОГДАШНЕМУ НАМЕРЕНИЮ ВЕРНУТЬСЯ ОБРАТНО В ЧЕЛГУ?

- Да самое прямое! Сейчас много говорят о том, что Курганская государственная сельскохозяйственная академия (КГСХА), как в настоящее время именуется КСХИ, вступила в период своего расцвета, объединив под своей крышей в единый образовательный комплекс все аграрные образовательные учреждения области. И во многом здесь заслуга ее нынешнего ректора Владимира Геннадьевича Чумакова, которого я знал, кстати говоря, еще с момента своего поступления в ВУЗ. Тогда он был еще свежеиспеченным выпускником мехфака института и только-только начинал работать на кафедре сельхозмашин в качестве рядового ассистента. А еще Владимир Геннадьевич являлся однокурсником куратора нашей студенческой группы Геннадия Анатольевича Грохотова.
Все это, безусловно, правильно, но вовсе не означает, будто во времена моего студенчества КСХИ находился в каком-то упадке! Виктор Дмитриевич Павлов, занявший пост ректора всего лишь в 1983 году, достойно продолжил традиции, заложенные предыдущим руководителем ВУЗа Иваном Рафаиловичем Куном, безвременно ушедшим из жизни. Поэтому жизнь наша студенческая, как говорится, била ключом, поскольку мы успевали и отсидеть на занятиях три-четыре учебных пары, и сходить позаниматься в спортивной секции, и с пользой провести время в одном из многочисленных кружков ДК, а при необходимости – поправить пошатнувшееся здоровье в санатории-профилактории… Короче говоря, что еще нужно было бы для полнокровной и насыщенной жизни? Да вот только не лежала у меня душа ко всему этому великолепию, ибо не видел я себя в будущем дипломированным специалистом сельского хозяйства!!!

- И ПОЭТОМУ ТЫ И НАЧАЛ СВОЙ «ВЫХОД ИЗ ИГРЫ»?

- Именно так, поскольку, будучи студентом-первокурсником мехфака сельхозинститута, я не переставал самостоятельно штудировать учебную литературу по теоретическим основам кибернетики, которую постепенно приобретал в книжных магазинах города. И ко мне вдруг постепенно стало приходить осознание того, что эта наука об общих принципах управлении, оказывается, целиком и полностью зиждется на законах другой науки, которую я начал было изучать четыре года назад в стенах ЧелГУ! Это неожиданное открытие настолько шокировало меня, что я чуть было не запустил учебу в институте, но вовремя опомнился и решил, что еще не все потеряно. И если мне не удалось поступить в ЧПИ для изучения прикладной математики, то, возможно, я смогу перевестись обратно в ЧелГУ и восстановиться там на втором курсе физико-химического факультета?
Чтобы разобраться в данном вопросе, я не поленился в конце учебного года специально съездить в университет и переговорить с Алексеем Павловичем Привезенцевым, деканом своего бывшего факультета. Честно говоря, я очень боялся, что столкнусь с твердым и однозначным отказом, однако Алексей Павлович встретил меня на удивление радушно и с ходу заявил, что будет только рад моему возвращению. А по поводу несданных в летнюю сессию экзаменов сказал, что составит для меня индивидуальный график, по которому я смогу ликвидировать свою академическую задолженность...
В общем, обратно в Курган я, можно сказать, не возвращался, а летел на крыльях радости и счастья! Неужели я, наконец-то, после стольких лет «разброда и шатаний» обретаю свой смысл жизни?!! И какое мне теперь дело до возможных «подводных камней» на пути к своей долгожданной мечте? Тем более, что и мои старые челябинские друзья Софронов, Лаушкин и Ахраменко с большим воодушевлением восприняли весть о грядущем «возвращении блудного сына» в родные пенаты.
Однако все сразу пошло не так! Началось с того, что в летнее время я так и не смог подписать свой обходной лист, поскольку практически все сотрудники института ушли в отпуск. Пришлось перенести данную процедуру на сентябрь, благо, что занятий в этот первый осенний месяц у студентов вторых, третьих и четвертых курсов не было по причине прохождения сельскохозяйственной практики. И вроде бы мне удалось тогда собрать все необходимые подписи, но тут на пути к моей заветной мечте встал непреодолимым препятствием сам Папа Рома, как мы за глаза называли своего декана! Не сумев лично уговорить меня продолжить обучение на мехфаке, а расставаться с таким ценным, без всякой иронии, кадром ему очень не хотелось, Роман Константинович подключил «тяжелую артиллерию» в лице проректора по учебной работе КСХИ Николая Афанасьевича Лушникова…

- И ЭТОТ «АРТИЛЛЕРИСТ» СУМЕЛ-ТАКИ УГОВОРИТЬ ТЕБЯ ОСТАТЬСЯ?

- Да он, бюрократ и крючкотвор несчастный, просто запугал меня, пригрозив взыскать все затраты, пошедшие на мое обучение в институте!!! Не знаю, возможно ли это было по закону или нет, однако я тогда здорово струхнул и решил уж «тянуть до конца лямку» в своем тогдашнем студенческом качестве.
В общем, собрал я тогда всю свою волю в кулак и продолжил с блеском покорять одну учебную дисциплину за другой! Преподаватели, глядя на мои достижения, просто не могли нарадоваться, а я, в свою очередь, изо всех сил старался не показать, какие кошки у меня скребут на душе… Конечно, назвать такое положение дел нормальным было ни в коем случае нельзя, и неизвестно, долго ли я смог бы так продержаться, но уже во втором семестре мне неожиданно протянул руку помощи наш преподаватель сопротивления материалов Владимир Александрович Белоногов, доцент кафедры теоретической механики. Ему очень понравилось то, как я легко справляюсь с самыми сложными задачами по его дисциплине, и он предложил мне подготовить доклад для выступления на студенческой научной конференции факультета на тему «Расчет статически неопределимых систем методом сил в матричной форме».
Предложение Владимира Александровича меня неожиданно заинтересовало, и я в кратчайшие сроки подготовил весь необходимый материал, причем даже добавил от себя использование программируемых микрокалькуляторов в вышеупомянутых расчетах. И каков же был результат? При подведении итогов конференции оказалось, что я, единственный второкурсник среди участников, представлявших исключительно пятый курс факультета, занял почетное второе место! Это достижение настолько вдохновило меня, что я уже вполне сознательно стал участвовать в работе студенческого научного общества (СНО) института под руководством того же доцента Белоногова, а на пятом курсе с феерическим успехом защитил дипломный проект с разработкой культиватора-плоскореза-глубокорыхлителя облегченного типа, в основе конструкции которого лежала идея опять же Владимира Александровича. И все это было ради того, чтобы получить диплом с отличием и остаться работать на кафедре теоретической механики с перспективой подготовки и защиты кандидатской (и, возможно, даже докторской) диссертации... Да, именно таковы были тогда мои намерения, и мне казалось, что уже никто и ничто не сможет мне в этом помешать!

- И ПОЧЕМУ ЖЕ ЭТИМ ПЛАНАМ НЕ СУЖДЕНО БЫЛО ОСУЩЕСТВИТЬСЯ?

- Как будто Ты сам не знаешь причину! Конечно же, все дело в треклятой горбачевской перестройке, черт бы ее побрал!!! Ведь в 1989 году, когда я заканчивал свое обучение в КСХИ, в стране на фоне крушения семидесятилетней коммунистической диктатуры происходил полный раздрай: людям месяцами не платили заработную плату, в магазинах на полках было хоть шаром покати, повсеместно полыхали стихийные забастовки и демонстрации протеста, а в политических кругах национальных окраин открыто и всерьез обсуждалась возможность обретения суверенитета союзных республик. Спрашивается, как можно было в такой обстановке посвящать свою жизнь Большой Науке, тем более, что ученым тогда стали платить сущие гроши?!! В общем, наплевал я тогда на свой красный диплом и принял решение получить распределение по месту жительства своей супруги, на которой женился примерно за полгода до окончания обучения, чтобы пережить все эти катаклизмы в одном из более-менее спокойных районных центров области…

- ЛАДНО, ОБ ЭТОМ ТЫ РАССКАЖЕШЬ В ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЙ ДЕСЯТОЙ ГЛАВЕ СВОЕГО ЭССЕ! А СЕЙЧАС Я ПРЕДЛАГАЮ ТЕБЕ ВСПОМНИТЬ О СОБЫТИИ, ПРОИЗОШЕДШЕМ В СЕНТЯБРЕ 1982 ГОДА, КОГДА МНЕ СНОВА ПРИШЛОСЬ ДЕЙСТВОВАТЬ ОЧЕНЬ БЫСТРО И РЕШИТЕЛЬНО…

- Кажется, я понял, что Ты имеешь в виду! В это время я в качестве работника Курганского автобусного завода (КАВЗ), а был я тогда сотрудником отдела главного конструктора (ОГК), трудился в подсобном хозяйстве предприятия, расположенном в селе Пьянково Белозерского района. Кроме меня, в этом хозяйстве работали еще два инженера отдела капитального строительства (ОКС) Андрей Яковлев и Геннадий Чейкин. Парни эти были моими ровесниками, поэтому мы легко нашли общий язык и практически сразу стали если не друзьями, то уж точно приятелями… Чем мы тогда занимались? Да, в основном, чисто подсобными работами, поскольку сельскохозяйственную технику нам доверяли очень неохотно, несмотря на наличие соответствующих удостоверений. Однако нас подобное отношение нисколько не напрягало, и мы, добросовестно отработав свою смену, без всяких комплексов «отрывались» на дискотеке в сельском клубе.
Разумеется, при этом не обходилось и без контактов с местными девчонками, что особенно не нравилось деревенским парням. Не нравилось настолько сильно, что однажды они решили даже выяснить с нами отношения, причем в качестве объекта для таких разборок выбрали почему-то меня, хотя я меньше всего подходил на роль заезжего ловеласа! Тем не менее, именно ко мне однажды вечером, когда мы втроем, как обычно, «сокращались» под зажигательные ритмы дисков клубного ди-джея, подошел мальчишка лет семи и сказал, что со мной хотят поговорить на заднем дворе местные ребята…
Что означают подобные «разговоры» и чем они обычно заканчиваются, я прекрасно знал, поэтому у меня разом пересохло во рту, бешено заколотилось сердце, а внутри образовалась какая-то странная пустота. С трудом переставляя негнущиеся ноги, я двинулся следом за малолетним посыльным к выходу из клуба, на ходу лихорадочно соображая, как мне поступить. С одной стороны, конечно, следовало бы позвать с собой Андрюху и Генку, но тогда уж точно не удалось бы избежать грандиозного мордобоя, а так все-таки оставался какой-то шанс обойтись «малой кровью»… В общем, я уже почти дошел до порога, как вдруг дверь внезапно распахнулась, и мне дорогу преградила Танька-казашка!
Об этой «светской львице» из села Пьянково следует сказать особо. Настоящего ее имени никто не знал, поскольку она действительно являлась казашкой по национальности, зато уж Танькина бурная личная жизнь была у всех на слуху! Чего только ни вытворяла эта «звездень» с огненно-рыжими крашеными волосами: пила, курила, ругалась отборным матом, закатывала регулярные скандалы с соседками и, по слухам, переспала со всеми деревенскими мужиками… Короче говоря, я, рафинированный интеллигент, к этой крайне неприятной особе ничего, кроме сильнейшего отвращения, не испытывал, несмотря на цвет ее волос!
И вот теперь я стоял перед Танькой-казашкой с самой постной и унылой физиономией, а она, улыбаясь во весь прокуренный рот, что-то радостно мне говорит. Я отвечаю совершенно невпопад, и моя неожиданная собеседница сразу догадывается, что у меня какие-то серьезные проблемы. Быстро разузнав суть дела, она коротко приказывает мне вернуться обратно, а сама снова исчезает за дверью.
Я возвращаюсь на танцпол к своим заводским приятелям и мучительно выжидаю, чем закончится для меня эта крайне неприятная история. К счастью, долго ждать не пришлось, потому что буквально через пять минут моя спасительница подбежала к нам и с прежней радостной улыбкой сообщила, что наш конфликт с местными парнями ею полностью улажен!

- НАДЕЮСЬ, ТЫ ПОНЯЛ ТОГДА, ЧТО НИКОГДА НЕ СЛЕДУЕТ СУДИТЬ О ЧЕЛОВЕКЕ НА ОСНОВАНИИ ЧИСТО ВНЕШНЕГО ВПЕЧАТЛЕНИЯ?

- Конечно же, понял и с благодарностью оценил оказанную мне своевременную помощь! Об этом и еще о многом другом речь пойдет как раз в заключительной десятой главе эссе…
­






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 19
© 18.07.2021г. Алекс Унфарт
Свидетельство о публикации: izba-2021-3124956

Рубрика произведения: Проза -> Эссе


















1