Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Про административное рвение и про тапочки


Про административное рвение и про тапочки
        ­Помню, как в разговорах об каких-нибудь трудных ситуациях, моя мама всегда подчёркивала, что надо проявлять настойчивость для достижения результата, а не отступать после первой же попытки добиться цели.
        "Не пускают в дверь - лезь в окно!" - формулировала она принцип борьбы, особенно с бюрократической машиной. Она действительно была настойчива во многих случаях и могла почти измором взять какого-нибудь чиновника, который, как забаррикадировавшийся мог сидеть у себя в кабинете.
        Был случай, который всегда вспоминался с улыбкой. Не сумевшая добиться у секретарши записи на приём в одном Исполкоме, мама решила проблему расчётливо просто: она дождалась ответственное лицо в коридоре у туалета, правильно рассудив, что рано или поздно, но это лицо в это место отправится.

        Когда я учился в классе пятом или шестом, точно уже не помню, администрация школы, не знаю с какого перепуга, постановила, что выйти из школы можно только один раз и после уроков, а входить в школу после начала первого урока, без уважительной причины, категорически запрещается. Мол, кто опоздал или урок прогулял, тот пусть даже и не суётся на школьный порог - разборка проступка будет только на следующий день.

        На дворе стояла весна. Тёплый ветерок и ласковое солнце манили насладиться погодой, хотя бы на переменках. Но бдительная стражница в должности завуча быстро пресекала это ребячье легкомыслие - желание глотнуть свежего воздуха.
        - Куда? - то и дело вопросительно и строго восклицала она, видя чью-то попытку шагнуть за порог, - Обратно не пущу!

        В какой-то день я и мой приятель Славка, затосковали по воле и, улучив минуту, когда чем-то отвлечённая завуч покинула свой добровольный пост, шагнули навстречу солнцу. Была большая перемена, погуляв несколько минут, мы хотели вернуться назад, но эта Фурия, словно почувствовала убыль учеников и терпеливо поджидала нарушителей порядка.
        Мы вошли как на заклание, но с малюсенькой надеждой, что до получения знаний нас всё-таки допустят. Но не тут-то было!
        - И куда это вы направляетесь? - с ехидством в голосе спросила нас гарант школьной дисциплины.
        - На урок, - ответил кто-то из нас.
        - Раз вы вышли из здания школы без уважительной причины, обратно вы уже не войдёте! Разворачивайтесь назад, прогулы вы заработали!
        Не брать же её тараном?! Мы вышли.

        - И чего теперь? - кому-то задал вслух вопрос Славка.
        Я же, как-то сразу вспомнил мамину присказку про двери и окна и ответил, вместо того, кому был задан вопрос:
        - Ищем открытое окно!
        Понятно, нас интересовали окна только первого этажа, мы же не птички!

        К досаде, распахнутые окна не обнаружились даже в физкультурном зале, хотя уж туда-то всегда не помешает подпустить свежего воздуха.
        - Мастерская! - словно слово "эврика" воскликнул приятель, - Там шумно, и нам кто-нибудь из ребят окно незаметно откроет, когда мы постучим.
        И правда, стучать пришлось недолго, нас заметили и под гул сверлильного станка мы взяли на абордаж этот сухопутный корабль с названием "Школа".

        На свой урок мы, естественно, опоздали, получив замечание от учительницы истории, но удовлетворение от победного штурма перекрыло эту маленькую неприятность.
        Следующую переменку мы благополучно пережили, а вот на второй нас накрыл девятый вал гнева Фурии. Завуч увидала нас в коридоре и аж опешила, то ли от неожиданности, то ли от нашей наглости. Пришлось тащиться с ней в учительскую, где выслушали всё, что о нас думают. Пришлось и сказать через какую брешь мы проникли в школу, разумно не упомянув, что окно нам открыли. Пусть думают, что оно было открыто до нас!
        Завуч потребовала принести дневники и перьевой автоматической ручкой, заправленной красными чернилами, дважды написала такое обращение:
"Тов. родители! Научите вашего сына входить в дверь, а не проникать в помещение через окно!!!". Три жирных восклицательных знака она с удовольствием тоже старательно продублировала.
        Мои и Славкины родители очень удивились нашему стремлению попасть на уроки во что бы то ни стало, а не сбежать с них, что было бы более традиционным поступком, по их мнению.
        - Выдумывают всякое, как будто дело делают! - заключил мой отец, выслушав подробности этой истории.
        Мама же тотчас вспомнила тот трагический случай, произошедший несколько лет тому назад из-за принципиальной учительницы. Я этот ужас тоже помнил.

        В тот год я был ещё не школьного возраста, но тоже была тёплая весна, светило солнце, было сухо.
        Помню, что через открытую форточку стали доноситься неясные крики. Мама выглянула на улицу и увидела в метрах ста от нашего дома стоявший красный трамвай и небольшую толпу людей возле кабины вагоновожатой. Ей стало любопытно и она, взяв меня за руку, вышла со мной на улицу, чтобы узнать что произошло.
        - Не ходите туда с ребёнком! - почти прокричала ей женщина, спешащая уйти с места происшествия, - Там даже одна гражданка в обморок упала!
        - А что случилось-то? спросила мама.
        - Мальчика трамваем зарезало! Насмерть! Там нога аж отдельно от тела валяется, крови - целая лужа! Лучше не смотреть!
        Мама не повела меня туда. Но подробности мы уже узнали в этот же день. Ещё бы! Печальную новость пересказывали и пересказывали тем, кто возвращался вечером с работы.

        Мальчик какого-то младшего класса забыл в школу сменную обувь. Принципиальная учительница велела ему идти домой и без тапочек не возвращаться. Он отвечал, что дома никого нет, дверь будет заперта, а мама придёт только к тому времени, когда он должен вернуться из школы. Учительница ответила, что знать ничего не хочет и в класс его не пустит.

        Что делать мальчугану, когда дома никого нет, и нет друзей на улице, потому что они все в школе? Можно покататься, решил он, и, ухватившись за что смог на заду трамвая, проехал пол остановки от школы. Кто-то из бдительных граждан, увидав уцепившегося мальчишку через заднее стекло, не нашёл ничего лучшего, как грозить ему пальцем. Мальчик маленький, грозящий палец его напугал, и он соскочил с металлического приступочка как раз в тот момент, когда проезжал встречный трамвай. Вагоновожатая встречного среагировать на неожиданный прыжок мальчика, которого не могла видеть, была не в состоянии и вовремя опустить решётку перед передними колёсами у неё не получилось бы ни при каком раскладе ситуации.

        Результатом принципиальности учительницы, бдительности строгого пассажира на задней площадке и опасная шалость самого мальчугана, стала рассыпанная слоем кучка песка со сгустками крови на трамвайной линии, которую я только и увидел через пару часов, когда проходил с мамой мимо этого места.

        Много потом чего рассказывали: и о не доработавшей до пенсии учительнице, и об убитой горем матери мальчика, и получившей тяжёлый нервный срыв вагоновожатой, и мальчике, который не вернулся в школу, выполнив требование своей учительницы...

        А я, шестилетний ребёнок, размышлял тогда, как могут привести к большой беде обыкновенные школьные тапочки. Или дело было, всё же, не в тапочках?!

29.06.21.
Геннадий Дергачев. Старый трамвай. 2016 г.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 6
© 29.06.2021г. Геннадий Дергачев
Свидетельство о публикации: izba-2021-3113734

Метки: административное, рвение, школа, сменная, обувь, мальчик, под, трамваем, беда,
Рубрика произведения: Проза -> Мемуары



Добавить отзыв

0 / 500

Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  

















1