Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Политическая публицистика Е. П. Блаватской.


­

­

ПОЛИТИКА И ТЕОСОФИЯ

Обо всем пишут западные исследователи-теософы творчества Блаватской. Одну тему они нередко обходят стороной: о ее отношении к западному обществу, в котором ей было суждено прожить около 30 лет.
Между тем, нелицеприятная картинка западного общества, нарисованная Еленой Петровной около 120 лет назад, имела пророческий смысл. Тенденции развития западного общества, выявленные ею в ряде статей, сохранились в начале 21-го столетия. Ярко обозначились новые противоречия в его развитии. Каковы были социально-политические взгляды Праматери современной эзотерической философии и парапсихологии?

I

Блаватская была бунтарем по натуре, и поэтому ее внимание привлекали бунтари в науке, такие как А.Н. Аксаков и Н.И. Пирогов, поднявшие бунт на корабле позитивистской, рационалистической науки; такие бунтари-мыслители, как Л.Н. Толстой, восставший против церковного христианства и официальной ханжеской морали; такие борцы против английского колониализма в Индии, как те герои-националисты, которые не раз поднимались на борьбу с английскими колонизаторами в середине XIX века.
Ее русская натура не принимала установившегося миропорядка, как принимают его люди западной цивилизации. Она ненавидела западное, российское и индийское мещанство, европейскую и христианскую буржуазность.
В своей независимой позиции и неспособности к конформизму и приспособленчеству она не видела никакой особой заслуги. Она болезненно реагировала на критику Теософского общества и политики Российского самодержавия со стороны западных масс медия. Об этом свидетельствуют ее статьи и очерки об Индии, написанные для российских изданий. В физическом мире она свободно себя чувствовала в нескольких геополитических сферах: российской, западной и индийской.
Она не раз писала о том, что негативно относиться к политике вообще и к политическим революциям, в частности. Она считала их неизбежными, но бессмысленными только потому, что они НЕ меняют человеческого сознания. Один правящий политический класс или группировка сменяет другой, но все, что существовало прежде, в несколько видоизмененной форме остается почти не тронутым нововведениями. И меньше всего меняется сам человек. А государство, революции, контрреволюции, партии и прочие атрибуты политической жизни – всего лишь декорации, чаще всего иллюзорные.
Она была убеждена в том, что мир, общество, цивилизации в физическом мире основаны на ханжестве, лицемерии и лжи. История христианской цивилизации представлялась ей временем, наполненным преступлениями христианских духовных и светских правителей.
Во всех этих процессах активную, если не решающую роль, играет белая или чёрная магия, то есть скрытые энергии, которыми управляют посвящённые в их секреты операторы.
В письмах Блаватской можно найти скромные утверждения о том, что она плохо разбирается в политике. Ее скромность поразительна. То она признается, что плохо знает английский язык, а сама создает многотомный храм теософии на этом языке. То она пишет, что не разбирается ни в математике, ни в физике, а сама дает ссылки в своих трудах на десятки научных и философских сочинений, которые она в свое время штудировала. Ее статьи убеждали читателя в том, что она была не только дальновидным политиком, но и белым магом.
Она внимательно следила за развитием международных отношений, событий на своей первой родине – в России. Особо ее интересовало, как европейская пресса освещала международную политику России, военные действия российской армии на европейском и азиатском театрах военных действий, внутрироссийские события.
Она писала о политике в своих письмах. Она живо откликалась на русофобские статьи, появлявшиеся в зарубежной прессе. Особенно ее раздражали английские газеты. Она писала в одном из писем английскому журналисту Синнетту: «… поведение и политика вашего нынешнего кабинета министров бесчестны, презренны, достойны Иуды и в то же время восхитительно глупы!».
В «сугубо доверительном письме» тому же адресату, она изложила свое мнение о роли Ватикана, иезуитов в европейской и азиатской политике. Она называла князя Бисмарка «величайшим деятелем» в Европе, и считала его единственным руководителем, знающим все «тайные интриги» Папского двора через своего агента. Марионеткой она считала английского премьер-министра У.Ю. Гладстона, связанного с папистами. Он назначил бывшего католика Эрла Рипона на должность генерал-губернатора Индии, и это обстоятельство позволило иезуитам находиться рядом с ним в резиденции губернатора в Калькутте. «Иезуитский отец Кер всегда находился рядом… и фактически был вице-королем Индии».
Она не сомневалась в том, что иезуиты использовали свои революционные отряды и партии для борьбы с неугодными организациями для борьбы с неугодными Ватикану правительствами в разных странах мира. Когда иезуитов изгнали из республиканской Франции, они «повалили в Англию» и открыли в Лондоне свою штаб-квартиру.
Иезуиты вели отчаянную борьбу с теософским движением. При этом они не гнушались применением черной магии, колдовства, подкупа государственных чиновников и перевербовкой агентов спецслужб. Она писала: «Изучающим оккультизм следует знать, что в то время как иезуиты ухитрялись с помощью своих уловок заставлять мир в целом, и англичан в частности, думать, что такой вещи, как магия, вообще не существует, и смеяться над черной магией, сами эти коварные и хитрые интриганы устраивают магнетические круги и создают магические цепи концентрацией своей коллективной воли, когда им надо достигнуть какой-нибудь цели или оказать влияние на какую-нибудь особенную и важную персону. К тому же они еще и щедро используют свои богатства, чтобы помогать себе в осуществлении любых проектов. А богатства их несметны».
Если соотнести это мнение Блаватской с заговором, организованном против нее, то становится ясно, что она прекрасно понимала, как ей трудно, практически в одиночку, противостоять иезуитскому чудовищу, этому хорошо отлаженному механизму, уничтожающего физически или морально любого, кто вставал на пути Ватикана к мировому господству. «Я совершенно беспомощна и беззащитна в Англии и в Индии как НЕНАВИСТНАЯ РУССКАЯ и ненавистный теософ, – они, не колеблясь, воспользовались своим положением, чтобы оскорблять с полнейшей безнаказанностью женщину, клеймя ее как шпионку и фальсификатора».
В своих статьях она публично осуждала поддержку Папой Римским турецких жестокостей на Балканах. Она осуждала продажную английскую систему, социальное неравенство в странах запада, колониальную политику Англии в Индии, рабовладение в Америке. Она осуждала антиеврейскую политику русского правительства, подчеркивая, что она мало чем отличается от антиеврейской политики западноевропейских правительств. Это общеизвестно.

II

Блаватская была не только теософом и журналистом, но и политическим комментатором. Ее политическая публицистика менее всего изучена теософами и историками. Установилась неписаная традиция изучать и описывать только ее оккультное и эзотерико-философское наследие. В сознании большинства ее почитателей она выглядит человеком больше западной культуры, чем русской аристократкой, любившей Россию и русский народ. Причин тому несколько.
Во-первых, никто из ее соратников и последователей не обладал ни ее энциклопедическими познаниями не только в области оккультизма, религии, науки и философии, но и в сфере международных и политических отношений. Никто из них не формировался, не воспитывался в нескольких культурно-языковых средах с детства. Никто из них не говорил свободно на русском и других европейских языках так, как Блаватская.
Во-вторых, никто из ее соратников и последователей не обладал таким широким политическим кругозором, не был таким дальновидным руководителем, как она. Все они сосредотачивали свое внимание на теософских, религиоведческих, оккультных проблемах. Никто из них, кроме Анни Безант, возглавившей Теософское общество после Олькотта, не писал о современных международных, политических, социальных проблемах тех дней.
Она постоянно подчеркивала, что теософы не должны вмешиваться в политику и этно-конфессиональные отношения, то есть не пользоваться теми тайными знаниями, которыми они обладали.
В тоже время она признавала право каждого теософа свободно выражать свое отношение к происходящим событиям, если его участие не противоречит кодексу теософа – тем принципам, в соответствии с которыми он решил жить.
Все теософы запомнили ее мысль, прозвучавшую в «Ключе к теософии», о том, что Теософское общество не является политической организацией; что «политика должна меняться в зависимости от обстоятельств эпохи и склада ума конкретных людей» (то есть от конкретно-исторических условий); что каждый теософ «свободен следовать собственным путем политического мышления и деятельности, если это не противоречит теософским принципам и не наносит ущерба Теософскому обществу».
Так должна была звучать официальная доктрина теософского братства.
В этом случае Теософское общество избегало критики в свой адрес со стороны его политических противников и могло открыто работать в любой стране мира, призывая людей, нации, государства к сотрудничеству и братству. Теософское движение интернационально и его цель – улучшение человечества, «… но как организация, оно не принимает абсолютно никакого участия ни в национальной, ни в партийной политике».
И далее она призывала всех теософов активно участвовать в жизни современного им общества: «Если человечество способно развиваться умственно и духовно только под воздействием разумных и естественно обоснованных законов, то прямой долг всех, кто борется во имя этого развития, сделать все от них зависящее, чтобы увидеть эти законы в действии».
Это очень важное заявление. Оно не соответствует лозунгу о невмешательстве в политические события. Наоборот, оно призывает каждого теософа быть политиком, ибо только своей активной жизненной позицией и деятельностью можно влиять на ход общественного и духовного развития. Не замыкаться в теософских дискуссиях, а выходить на политическую арену в своей стране, на международную арену. Она сама показывала пример, как это должен делать каждый настоящий теософ.
Блаватская предупреждала, что если каждый теософ не выполняет свой долг перед человечеством, то вместо сотрудничества люди будут продолжать биться «друг с другом, зачастую, увы, во имя славы и корысти, а не великого дела, коим, по собственным словам, заинтересованы, и которое должно быть главнейшим в их жизни».
Так оно и получилась. Только Анни Безант, сменившая на посту президента Теософского общества Олькотта, занимала подобную активную политическую позицию в жизни Индии.
И за эту ее позицию, за помощь, которую она оказывала Индийскому национальному конгрессу, ей воздвигнут памятник в Индии, как, кстати, и Блаватской с Олькоттом, воздвигнутый в Адьяре, штаб квартире Теософского общества.

Каждый теософ должен, прежде всего, способствовать практическими делами духовному прогрессу человечества. Он может достигнуть этого только путем избавления от эгоистических устремлений и развития в себе альтруизма и других благородных качеств. Он обязан бороться против эгоизма, безразличия и жестокости в любой форме и в любом уголке планеты – утверждала Праматерь современной теософии.
Кроме того, каждый теософ должен содействовать «формированию соответствующего общественного мнения», что достигается «только благодаря внедрению высших и благороднейших понятий общественного и личного долга, лежащих в основе всякого духовного и физического самоусовершенствования». Каждый должен быть «центром духовного действия».
Она не отрывала процесса духовного самоусовершенствования личности от идеологической борьбы с противниками духовной эволюции человечества. Умению и формам такой борьбы следует долго и настойчиво учиться у Блаватской каждому теософу. К сожалению, этот завет Праматери теософского учения был предан забвению. Никто из ее окружения, включая Олькотта, никто из среды последователей не пожелал скрещивать шпагу ни с иезуитами, ни с колонизаторами; никто не попытался вести борьбы ни с деспотическими, ни с тоталитарными режимами в 20-ом столетии.
Вместо участия в острой идеологической и политической борьбе все руководители старались блеснуть друг перед другом только вниманием, которым, по их заявлениям, Махатмы одаривали их. Все они без исключения замыкались и замыкаются в узких интересах региональных теософских сект, на которые распалось теософское движение еще при жизни организатора этого движения. Такой неутешительный вывод, вытекает из событий, происшедших в Теософском обществе на протяжении ХХ века.

III

Блаватская настаивала на том, чтобы теософы не вмешивались в политику. Почему?
Во-первых, разрабатывая теософское учение, она считала, что оно будет положено в основу будущего универсального мировоззрения человечества. Поскольку новое мировоззрение должно быть одухотворенным, в нем не должно быть места борьбе теософов за власть на национальном и планетарном уровнях. Она не раз писала о том, что история христианства и любой другой религии свидетельствует о том, что жрецы, церковники, мусульманские наследники пророка, индийские брамины всегда использовали религиозную оболочку духовного учения для идеологического оправдания своих политических амбиций в борьбе за власть и собственность, а также захватнической политики своего государства по отношению к соседним народам.
Она предостерегала теософов от участия в подобных движениях.В ее эпоху социализм стал модной идеологиейреволюционно-демократических группировок. Она точно знала, что революционные и социалистические идеалы рано или поздно выльются в жестокие войны, что последствия этих войн будут трагическими не для одной нации, но для всей планеты. Она осуждала нигилистов и социалистов за терроризм, ибо понимала, к каким последствиям они могли привести мир, когда рационалистическая наука вложит в руки террористов оружие массового поражения.

Во-вторых, по законам кармы любое насилие и террор бумерангом возвращаются к насильникам и террористам. Если Блаватская осудила, как и М.Н. Катков, убийство Александра II, Владимир Соловьев, известный русский философ и поэт, не только не осудил этот акт террора, но потребовал гуманного отношения к цареубийцам. Доживи он до 1922 года, и цареубийцы, придя к власти, отправили бы его, как и других российских философов, за границу в лучшем случае, а в худшем – в трудовые лагеря, из которых большинство их уже никогда бы не вернулось, он, вероятно, стал рассуждать бы по-другому.Соловьевы, Плехановы, Кропоткины и Бакунины способствовали рождению того страшного чудовища, которое пожрало десятки миллионов ни в чем не повинных людей. Бумеранг насилия снес с лица земли дореволюционную Россию, а затем и СССР, затормозил духовное, экономическое, научно-техническое, философское творчество человечества более чем на столетие.
Революционные преобразования и новую более развитую духовность, чем буржуазную, в СССР душили вместе так называемые западные и российские либералы в 1990-е годы.

В-третьих, во времена Блаватской колониализм был мощной политической силой. Ей она противопоставила насилию ненасильственные средства борьбы: перо и духовность, идеи братства европейских и азиатских народов.Международное теософское движение с самого начала своей деятельности в Индии превратилось в идеологическую оппозицию по отношению к политике европоцентризма и расизма правящих кругов Англии и других европейских держав, включая Россию. Поэтому не столько христианские миссионеры, сколько творцы и проводники колониальной политики Англии были заинтересованы в разрушении теософского движения. Они возглавили заговор против Блаватской и непосредственно или косвенно осуществляли руководство марионетками, исполняющими их волю: Куломбам, миссионерам, агентам из Общества психических исследований.
Блаватская назвала бы ХХ век — «веком черных магов» – диктаторов, изобретателей, производителей и торговцев оружием, революционеров, террористов. Поистине, создание огромного глобального военно-промышленного комплекса есть ни что иное, как внушительная ПОБЕДА ЧЁРНОЙ МАГИИ на земле! Не только на Западе, но и в СССР.
Диктаторы ХХ века использовали теоретические достижения оккультистов и теософов в своих дьявольских, агрессивных целях. Гитлер посылал своих эмиссаров в Тибет за древними тайнами. Берия использовал сибирских шаманов для слежки за чекистами высшего ранга. Президенты и монархи во все века пользуются услугами астрологов, колдунов, знахарей. Десятки тайных лабораторий и исследовательских институтов, оснащенных новейшим оборудованием, ищут секреты управления массами людей с помощью биологического оружия, специальной аппаратуры, телевидения и Интернета. В военно-оккультные исследования вкладываются миллиардные средства – не меньше, если не больше, чем средств, влитых в развитие фундаментальных наук.
Едва ли понравится защитникам, идеологам западной «свободы и демократии» мысль Блаватской о том, что и «наш век (ХIХ, и добавим от себя – и ХХ век, – Ю.Г.) поддерживает «de facto и de jure» порок в самых различных его формах – от продажи виски до вынужденной проституции и воровства, инспирируемых мизерными заработками, «шейлоковскими» поборами, рентами и прочими «благами» нашей культурной эпохи. И хотя наш век провозглашен веком физической и моральной свободы, на самом деле он является веком дичавшего морального и ментального рабства, какого не знала история».За фасадом чистоты и богатства, достатка и комфортности многих семей, высших и средних классов, мегаполисов и широких автотрасс и автобанов стран Запада, восхваляемых на все лады подкупленными идеологами и продажными средствами массовой информации, скрывается сегодня действительно «страшная трясина» таких пороков и в таких широких масштабах, в каких они не проявлялись во всех предыдущих исторических эпохах.
Блаватская обнажала суть буржуазной морали: «рабское служение государству и людям исчезло, но на смену ему пришло рабское служение вещам и своему эгоизму – своим собственным порокам и идиотским обычаям и традициям, принятым в обществе. Быстрый прогресс, направленный на удовлетворение нужд высшего и среднего классов,
обрекает на все большее обнищание и голод широкие массы людей. Уравняв отчасти высший и средний классы, он тем самым сделал их еще более безразличными к сути, и еще более заботящимися о форме и внешнем облике, таким образом подталкивая современного человека ко все большему осквернению, к рабской зависимости от неодушевленных вещей. Служить этим вещам и использовать их – теперь основная, непреложная обязанность каждого «культурного» человека».
Вещизм, насилие, наркомания, порнография; прославление золотого тельца; любование жизнью «сильных мира сего»; смакование скандальных похождений кинозвезд, известных спортсменов – все эти пороки сегодня приобрели масштабы, невиданные и невообразимые в век Блаватской.
В начале ХХI века западная хваленая демократия помешалась на рекламе, прославлении жестокости, насилия, террора, преступлений. После развала социалистического лагеря, новоиспеченные «демократы» распространили эти «прелести» американского образа жизни и американскую массовую культуру на постсоветское пространство. Блаватская была права, утверждая, что «моральные добродетели не приносят ни почета, ни наград».
Она терпеливо объясняла, что такое, по ее мнению, Мудрость: ее «первой составляющей является умение распознавать ложь и второй – умение находить истину». Человеку, одурманенному западной пропагандой, нелегко научиться «распознавать ложь и находить истину», потому что вся система образования на Западе построена на принципе борьбы и соперничества. «Ребенка учат как можно быстрее овладеть знаниями с единственной целью – превзойти своих товарищей, опередить их во всем». Школа «не учит любви и доброжелательности». Она воспитывает в человеке «только зависть и ненависть друг к другу».
Западное общество «не благоприятствует развитию в человеке морального мужества».Блаватская в полной мере обладала этим качеством. Она имела мужество обвинять современное ей общество в многочисленных пороках. Она не пыталась обрисовать контуры нового справедливого порядка. Она была убеждена в том, что к нему невозможно придти с помощью насилия, террора, революций.
Блаватская была сторонником концепции плавного, регулируемого перехода в далеком будущем к общественному строю, основой которого должна стать Мудрость. Этот переход будет происходить по мере целенаправленного изменения человечеством своего сознания. Светлые и мудрые силы рано или поздно победят. Только тогда темпы духовной эволюции нашей планеты будут ускорены.

IV

Что такое МУДРОСТЬ? Это, по мнению Блаватской, и «божественное вдохновение», и «земная хитрость», и «тайное знание эзотерических учений», и «слепая вера», и «страх Божий», и «искусство фараоновых магов», и «колдовство». Эти разновидности Мудрости можно объединить в две Софии. В Божественную или теософскую Мудрость входит только тайное знание эзотерических учений и белой магии. Все остальные составляют дьявольскую, чёрную Софию.Подлинная Божественная Мудрость доступна только Посвященным, «совершенным людям», как сказано в Библии. Блаватская подробно объясняла, что Божественная Мудрость «рассеяна по всей безграничной Вселенной», что Бог проявляется внутри каждого разумного существа, что «никто из людей не в силах постичь истинную окончательную Мудрость в течение одной жизни, что каждое новое рождение – это еще один урок, который дает нам строгий, но всегда справедливый учитель – Кармическая жизнь».
Она доказывала, что «человеческий эгоизм настолько силен, что там, где хотя бы слегка затрагиваются его личностные интересы, человек становится слеп и глух по отношению к истине, делая это либо сознательно, либо бессознательно», что «ни учителя наши, ни проповедники не обладают Мудростью свыше, – не вызывает сомнений». Житейской мудрости накопительства, жажде власти, золота и наслаждений она противопоставляет Божественную Мудрость, которая никогда не приходит к тем, кто погряз во лжи и пороках, кто предпочел суетную жизнь. Божественная Мудрость «нисходит только на тех, кто оставил на пороге Оккультного весь свой эгоизм», потому что «природа раскрывает свои наиболее сокровенные секреты и дает истинную мудрость только тому, кто ищет истину ради самой истины, и кто жаждет знания для того, чтобы заставить его служить людям, а не собственной малозначительной персоне». Если для истинных мудрецов была необходима чистота помыслов, бесстрашие и независимость духа, то для современных «мудрецов» требуется только наглость и бесстыдство». Она неустанно повторяла, что понятия Мудрость и Истина – синонимы.
Не будем забывать о том, что Блаватская, была современницей Маркса и Энгельса, и не могла не знать, что эти два мыслителя подвергли жестокой критики основы капиталистического общества и буржуазной морали и противопоставили им новую общественно-экономическую формацию — социалистическое общество и коммунистические идеалы.
Сто лет понадобилось человечеству, чтобы убедиться в его неготовности к практическому строительству общества, основанного на коммунистических идеалах, если оно окружено со всех сторон капиталистическими государствами и если главным направлением в его развитии будет оставаться только развитие производительных сил, плановой экономики, материалистической науки и будет отрицаться значение духовно-религиозной составляющей жизни.
Какой бы суровой не была критика христианской цивилизации Блаватской, глубже и понятнее сделали ее все-таки Маркс и Энгельс. Но в одном, следует признать, была права реставратор древней Божественной Мудрости – в том, что без изменения человеческого сознания, без соединения науки с религией, с духовностью новое справедливое общество построить невозможно.
С точки зрения человека, не знающего тайной доктрины, заложенной в коды развития человечества на земле, Блаватскую можно назвать таким же утопистом, какими были Маркс и Энгельс. Она не призывала теософов к разрушению социально-политических основ буржуазного общества. Она призывала теософов к работе по постепенному изменению сознания индивидуума и сознания всего человечества. Она понимала, что процесс изменения сознания продлится много веков, и начинать следует с создания духовных общин, братств. В этом заключалась практическая цель всех теософских обществ. Пока не изменится людское сознание — не измениться и человеческое общество, хотя эти оба процесса взаимосвязаны железными канатами кодов навечно.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 9
© 09.06.2021г. Юрий Горбунов
Свидетельство о публикации: izba-2021-3101863

Метки: Блаватская, теософия, политика, духовная культура человечества, коммунизм,
Рубрика произведения: Разное -> Научная литература



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  

















1