Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Не за красивые глазки!


Не за красивые глазки!
­«НЕ ВАЖНО, КАКИЕ У ВАС ГЛАЗА!»

Важно то, как вы ими смотрите на мир, ещё важнее, что вы видите ими
и что замечаете!

Толку разве много будет оттого, если глаза красивые, а не видят ничего из того,
что принесло бы нужную пользу и дало приятную форму общения с людьми?

Я помню высказывание моих учителей в сторону нерадивых сверстниц: «Ну, вот
за что мы вам пятёрки ставим? За ваши красивые глазки – больше не за что!»,
то бишь, знаний определённо там не было, нет, и не будет…

То есть, «красивые глазки», это наличие некоей духовной пустоты в человеке,
мол, нечем больше вас пленить, нет ни ума во мне, ни сообразительности.
Остаётся только глазками своими поводить, ресницами длинными похлопать,
глядишь, кто-нибудь да кинется, или соблазнится, попав на эту удочку!

Кто уверен в себе, тот не кривляется, лучше, чем он есть на самом деле,
казаться не старается, ведёт себя прилично, пристойно, сдержано, достойно.
Ни пошлостью не берёт, ни горло своё не дерёт. Никого ничем не прельщает,
не искушает, не вводит в соблазн, никем не понукает и не торопится властвовать.
Завоевать внимание, особо, не старается, а если куда его зовут – идёт,
не упирается.

На приглашения заманчивые или подозрительные не откликается. Визиток-телефонов
своих никому не раздаёт, тем более, не суёт их в карман знаменитостям и власть
имущим. И вот, что самое главное, никому не подмигивает, глазки не строит!
Не старается к себе внимание привлечь с помощью подобной уловки.

Формы свои красивые специально не выставляют напоказ, этаким поведением, можно
только «в глупости своей расписаться» или на худой конец, показаться пошлым!

Завоевав такой дешёвый интерес, авторитет уже не подымешь, так и останешься
на уровне зазнайки. Поэтому, прежде чем выходить на люди, надо сесть и подумать,
как себя лучше подать, что на себя надеть и как себя правильно повести,
даже если очень хочется, всё равно не лезть на рожон, время придёт – всё само
собой образуется.

Вас представят, примут, оценят и продвинут по карьерной лестнице, а не продвинут,
тоже не беда, значит, это ещё не ваше! Будет что-нибудь другое – более значимое
в вашей жизни. Ждите. Вперёд паровоза не бегите. Сидите и вникайте в суть
да дело, но времени даром не теряйте.

Кто вёл себя столь должным образом, тот достиг в своей жизни настоящей оценки
окружающих и приобрёл нужную славу для дальнейшего роста своего профессионального
авторитета. Кому он и впрямь был дорог, тот не гонялся за подделкой, помните:
«не гонялся бы ты, поп, за дешевизной», откуда это изречение, ну, кто вспомнит?

Особенно, ошибочно устремляться за быстрыми материальными приобретениями,
подозрительного характера и предметами всяческой пагубной роскоши.

Наоборот, надо категорически в резкой форме, бесповоротно, раз и навсегда,
отказываться ото всего мешающего, липнущего, того, что нарушит самое важное –
стремление к истинным знаниям.

Надо быть всячески готовыми к приобретению научных опытов, навыков, умению
анализировать, запоминать, хранить, беречь и преумножать, дабы всё использовать
в жизни, передавая потомкам…

Разумеется, это «прописные истины», и я буду голословной, если не приведу
никакого жизненного примера, а их у меня предостаточно, вы знаете.
Сюда к этой теме, наверно, подойдёт рассказ об издании мною первых книжек.
Не столько о самих публикациях поэтических сборников, сколько о том,
как я повела себя, находясь на этом поприще.

Начну, сказав утвердительно, что люди себя толком до конца не знают и то,
как они поведут себя в той или иной ситуации на многое отроет им глаза.
Они либо отступятся от своей затеи, либо начнут действовать напролом.

Возможно, немного поосторожничают, присмотревшись, друг к другу внимательно,
изучив сложившуюся обстановку, но это далеко не всё… и так, вникайте:

В ЦДЛ мне предлагали издать для начала буклет. Я посмотрела на него, повертев
в руках, и отказалась: нет ничего и такого не надо. Тогда меня свели с самым
продвинутым поэтом на тот период времени, зная мою щепетильность, порекомендовали
именно ему.

Выслушав моё резюме от парторга, он, к удивлению многих, согласился
встретиться со мной. Я очень понравилась ему и он начал со мной работать.

Поэт этот состоял на службе в СП, причём должность занимал весьма высокую
и ответственную, так что подвоха никакого ни с чьей стороны, можно было,
не ожидать.

Отличался он на редкость удивительными качествами: порядочностью и душевностью.
Также обладал природной добротой, был не жадным человеком. Вырос без матери,
в послевоенное детство наголодался, потому всех старался накормить и угостить
за свой счёт, но это далеко не последнее качество его натуры. Главное, он всё
любил доводить до результата.

Я была молода, а он был для меня 48-ми летним «стариком»! Просмотрев мою
подборку стихов, которую я принесла ему, он страшно заматюкался, вспомнив весь
классический мат последнего столетия, ему не свойственный в употреблении.
Поэт жил, сочинял, прекрасно обходясь и без него все эти годы, но тут не
стерпел, уж больно много ошибок нашёл у меня. Не любил он также выскочек,
не терпел ни малейшего проявления пошлости в строке, развёрнуто-развратных
действий на бумаге, а также не сносил жульничества. Был всегда опрятен,
при деньгах и замечательных надёжных друзьях.

Короче, мне повезло, в том, что он быстро разглядел во мне литературное наследие
и поэтическое дарование, БОГОМ вложенное в молодую женщину, тогда как поначалу,
я пленила его лишь своей роскошной внешностью и гибкими восточными формами тела…

Мы подружились с ним, я видела, что поэту было интересно со мной работать.
Вскоре он вывез меня в Смоленское Издательство и представил своим коллегам
книгопечатникам!

Первый мой сборник он составлял сам, не доверив его никому. Я старалась напихать
в него всё, что имела, но опытный автор, издавший своих 8 книжек, убедительно
отговаривал меня не торопиться, апеллируя тем, что мог бы не 8, а 28 своих
издать, доходчиво объяснив, почему нельзя столь часто печататься.

О, я попала к настоящему поэту с отличной закваской. Пройдя такую школу,
потом стала выпестовать молодых авторов и сама. Как же им пригодилась моя
опытность и то, что я была сведуща в литературных делах, имея таких учителей.

На издание второго сборника меня пригласили напрямую. Так я вышла в открытое
плавание. Здесь мне уже была предоставлена возможность экспериментировать.
Я придувамала иллюстрации, разбив стихи по разделам, проявив творческую
изобретательность, потом третью и четвёртую, но меня это не удовлетворяло.
Что-то было не так, и я остро это ощущала!

Казалось бы, согласись я на буклет, где было на одном развёрнутом листе всего
несколько четверостиший, у меня появилось бы только основание, которое включило
стремление к дальнейшему совершенствованию, а тут я уже стала автором четырёх
поэтических сборников, каждый в одну тысячу экз.

Книжки мои появились в столичных магазинах и в салонах «Путь к себе»:
я приехала туда, посмотрела на стеллажи, и поняла, что не испытываю при этом
никакого восторга. Даже, когда меня просили поставить автограф, сказав пару
слов, я, ощутив неловкость, уклонялась под любым предлогом, уходя и прячась…

Однажды по счастью мне позвонила руководитель Смоленского Литфонда, часто
бывавщая в Москве по серьёзным делам. Известный драматург пригласила приехать
меня к ним в СП и «накрыть стол» для встречи с крупным издателем, по случаю
выхода всех моих 4-х книжек, дав ясно понять мне, что те сборники, что я
издавала у них, не отображают моего истинного авторского лица.

Собрав всё, «что бог послал», я отправилась на Белорусский вокзал. Начался
Великий пост. Близилось Торжество Православия, потому я выкрутилась, прихватив
с собой дары от мужниного товарища, привезённую нам из Астрахани чёрную икру,
белугу и «Кагор».

Когда драматург в обеденный перерыв вошла в небольшую приёмную комнату
для начинающих поэтов, оставив на час свой роскошный и огромный,
как двухкомнатная квартира кабинет, она не просто ахнула, она чуть было
не свалилась на пол, произнеся, ставшие пророческими слова:

— Ты далеко пойдёшь, Галочка! Зовите издателя, пока не закончился его обед,
по крайней мере, не стыдно сегодня мне будет больше ни за кого!

Это она имела в виду нынешнюю встречу с одним из местных авторов, приехавшим
к ней из села за выделенными Литфондом средствами на издание авторского сборника.
Прочитав рукопись, драматург пожалела о многом: в рукописи не было ни России,
ни деревни, как таковой, ни духа народного, короче, в нём не было Христа БОГА…

Бухгалтер быстро, приведя издателя, засияла от восторга, говоря светлыми глазами
коренной смоленской красавицы: «вот, мол, поглядите, какая у нас нынче гостья
из Москвы пожаловала! Отведайте её угощение, тут всего понемножечку, так сказать,
«чем БОГ послал»!

— Хм, да тут всё постное! Вы верующая? Ещё одна очередная книжка, надо думать,
религиозная будет? Я прежние ваши издания читал, вы очень смело пишите!
— Так у неё и фамилия соответствующая!

Издатель явно не попить-покушать заглянул сюда к нам «на огонёк», я ему белугу
со стерлядью привезла, а он мне на более крупную рыбу выйти предложил – большой
серьёзный сборник у него издать крупным тиражом в жёстком переплёте со всеми
вытекающими отсюда последствиями.

Плюс ко всему прочему, обещал выделить мне настоящего грамотного редактора,
подкованного на все сто, и выверить книжку под стили! А также известного
в определённых кругах, титулованного всеми доступными регалиями Художника
и грамотного оформителя, имеющего свою многоэтажную мастерскую в городе,
и предоставленную ему государством школу. Работы свои мастер вывозил почти
на все выставки, проходившие и открывавшиеся тогда по всему миру…

Чуть было, не очумев от восторга, подумав на досуге и взвесив всё основательно,
я поняла: хорошо, что сразу не заартачилась, придержав вожжи, не понеслась
в галоп, на закапризничала, не хлопнула дверью и не ушла, сделав обиженное лицо,
как поступали многие. Я даже не пожаловалась на матюги и попойки, представившему
меня парторгу: правильно люди говорят — «смолчи, за умную сойдёшь»!

Вошла я однажды в мир литературы фифой наряженной, а ушла оттуда взрослым
православным автором. Одно другому не мешает! Настоящему певцу, танцору
и писателю, поверьте мне на слово, ничто не мешает, вот и поселилась я в лесу
дабы настоящую литературу создавать.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 8
© 08.06.2021г. Галина Храбрая
Свидетельство о публикации: izba-2021-3101478

Рубрика произведения: Поэзия -> Прозаические миниатюры


















1