Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

О гендерном равенстве


О гендерном равенстве
Друзья!

Мировое сообщество решило дать бой мужчинам-насильникам, использующих женщин на работе как сексуальные объекты.Движение #MeToo возникло в октябре 2017 года после скандала и обвинений в сексуальных домогательствах со стороны американского кинопродюсера Харви Вайнштейна.
Из Сети.
"ООН приняла новую конвенцию против домогательств на рабочем месте
Международная организация труда (МОТ) при ООН в пятницу приняла новую конвенцию и соответствующую рекомендацию о борьбе с насилием и домогательствами на рабочих местах. Об этом говорится на сайте организации. Новая редакция документов была инициирована участниками движения #MeToo, которые осуждают сексуальные домогательства и выступают в поддержку их жертв.
Новую конвенцию одобрили 439 голосами, семь были против, еще 30 участников воздержались.Новая рекомендация была принята 397 голосами, 12 стран выступили против, 44 воздержавшихся.
В конвенции признается, что насилие и домогательства в сфере труда «могут представлять собой нарушение прав человека или злоупотребление <…>, являются угрозой равным возможностям, неприемлемы и несовместимы с достойным трудом». Впервые дается определение насилию и домогательствам в сфере труда — это поведение, действие или угроза, «которые направлены на или могут привести к физическому, психологическому, сексуальному или экономическому ущербу».
Reuters отмечает, что незадолго до голосования Соединенные Штаты объявили, что проголосуют в поддержку новых документов, Россия утверждала, что воздержится. Конвенция станет обязательной для тех государств, чьи правительства ее ратифицируют".www.adv.rbc.ru
...Новые ветры, сдается, повеяли над планетой Земля. Ведь еще много лет назад Е.И. Рерих, посвятившая немало страниц своих писем размышлениям об эволюционной миссии женщин в современном мире, считала, что только когда женское равноправие будет признано в планетарном масштабе, можно будет говорить, что наша эволюция достойна называться человеческой. И вот сдвиг в сознании половины землян, так называемого сильного пола, явно происходит.
Наступающая Эпоха Матери Мира установит космическое равновесие между Началами- мужским и женским! Попирание этого вселенского Закона ведет к гибели многих стран. Не исключение и Россия!
"У нас несовершенное законодательство. В 2003 году в Госдуму был внесен законопроект о гендерном равенстве. Пролежал там 15 лет. Сейчас к нему хотят вернуться, но идет обсуждение по его корректировке. Еще неизвестно, чем это закончится. Последние три года было много дискуссий о законе о домашнем насилии — все силы феминисток ушли на него. Они хотели, чтобы работала система защиты жертвы, как в некоторых других странах, где бывшему мужу или партнеру суд может запретить приближаться к бывшей супруге или партнерше. Там суд не только возбуждает уголовное дело, но и стремится обезопасить жертву от возможных притязаний с помощью охранного ордера. У нас этого нет".https://lenta.ru/
Нет, но должно стать! Немедленно! Вопрос жизни и смерти нации!
Вл.Назаров
*******
1.«Она не человек, а сексуальный объект»
Миллионы россиянок страдают от домогательств. Никто в стране не готов это признать

По данным Института социологии РАН и Нижегородского государственного университета имени Лобачевского, каждая десятая женщина (13 процентов) не считает насилие харассментом и готова с ним мириться. 25 процентов считают домогательства на работе личным делом людей. Научная сотрудница Федерального научно-исследовательского Социологического Центра РАН Ольга Мирясова, которая провела исследование «Насилие в сфере труда», рассказала «Ленте.ру» о видах домогательств на работе и методах борьбы с насилием.
«Лента.ру»: Давайте начнем с определения. Что в России понимают под харассментом?
Мирясова: Предполагаю, что около 70 процентов жителей России в принципе не знают, что это такое. Если спросить про домогательства, ситуация будет лучше, но трактовка и этого понятия далеко не очевидна.
В 2011 году опрос на сайте вакансий HeadHunter показал, что 59 процентов людей сталкивались со случаями харассмента, среди женщин — 70 процентов. Но аудитория этого сайта намного более продвинутая, чем общество в целом, — его посещают активные пользователи интернета, образованные россияне. Когда ФОМ в 2017 году опрашивал население по стандартной выборке, 24 процента сказали, что случаи сексуальных домогательств в нашей стране бывают «часто», а 36 процентов — «бывают редко». Разброс в оценках объясняется влиянием на результат опросного инструмента. Можно спросить в лоб — «были ли случаи харассмента?» — и получить от большинства в ответ «нет», а можно спросить про отдельные формы харассмента — результат получится другим. Опросы о распространенности харассмента и отношении к нему дают совершенно разные цифры в зависимости от контекста и формулировки вопросов. Это говорит о том, что понимание термина у людей размыто.
Международная организация труда определяет харассмент как действие, направленное на людей по причине их гендера, в том числе действие сексуального характера, с целью причинения вреда. Такие действия относятся не только к работникам, но и к ученицам, стажеркам, волонтерам и соискателям.
Проще говоря, это давление на человека, которое имеет сексуальную составляющую и происходит в рамках отношений в трудовом или учебном коллективе.
Как распознать харассмент? Это не всегда — физическое насилие?
Нет. Спектр относящихся к нему действий очень широк, начиная с откровенных взглядов — невербальной коммуникации. Среди вербального — как прямые сексистские комментарии, так и обсуждение внешности одних женщин в присутствии других. Если мужчины, находясь в одном помещении с женщиной, достаточно грубо или откровенно обсуждают другую, то она чувствует себя сексуализированным объектом. Женщина может предположить, что в ее отсутствие о ней говорят примерно то же самое.
Но если у данного обсуждения нет цели, то это скорее будет просто сексистское поведение. А если есть (например, цель унизить), то это харассмент. Иногда провести грань довольно сложно, потому что неуважительное отношение к другим, постоянная демонстрация своего превосходства, попытки самоутвердиться за счет унижения других — все это для части людей является нормой поведения.
Многие думают, что домогательства распространены только в сфере шоу-бизнеса.
Такие случаи чаще попадают в средства массовой информации. Кто напишет статью о том, что начальник цеха домогался укладчицы конфетной фабрики? Кому будет интересна такая новость? Пишут о звездах и случаях с ними, поэтому и складывается такое мнение.
Почему вы выбрали эту тему для исследования?
В июне в Международной организации труда должно пройти голосование по принятию новой конвенции об искоренении насилия и домогательств в сфере труда. Россия ведет себя пассивно, и никто не знает, как она проголосует. Эта ситуация подталкивает к обсуждению темы.
Кого вы опрашивали?
Вместе со студентками магистратуры СПбГУ я начала опрашивать работниц кафе в Санкт-Петербурге. Сфера обслуживания — это та сфера, где есть явные случаи харассмента, а официантки — достаточно массовая профессия для женщин 18-30 лет. В обществе официантки имеют имидж низкооплачиваемой и низкостатусной профессии, что увеличивает риск домогательств не только со стороны клиентов, коллег, но и со стороны, например, таксистов. Когда уставшая девушка после смены садится в такси в два-три часа ночи, водитель часто делает ей неприличные намеки, предлагает поехать куда-то еще, исходя из того, что она официантка, а значит флирт и случайный секс для нее являются нормой.
К вербальному насилию относятся неуместные вопросы о личной жизни: опрошенные официантки говорили, что домогательства начинаются с вопросов, есть ли муж или парень, как бы намекая на то, что если они свободны, то им что-то там предложат. Часть клиентов считает, что официантке нечем заняться и ее можно пригласить посидеть за столиком. На самом деле они полностью загружены работой и отвечать постоянно на вопросы, замужем или нет, им не очень комфортно. Мужчины не понимают, что это не первый подобный вопрос к девушке за день.
Получается ситуация, когда мужчина пытается познакомиться, и его желание может быть искренним, для женщины это, по сути, уже домогательство: ей это мешает работать, поскольку она понимает, что для клиента она не официантка, а сексуальный объект. Ведь официантка — это человек, который должен принести блюдо, а сексуальный объект — это тот, с кем планируют какие-либо дальнейшие отношения.
Хотя исследование только началось, уже очевидно, что официантки часто не рассматривают насилие как харассмент. Несмотря на негативное отношение и к тому, и к другому, они видят в харассменте издержки профессии, с которыми приходится иметь дело. Им не приходит в голову, что эта проблема системная и решать ее тоже нужно системно.
Ее решили в других странах?
Проблема нигде не решена окончательно. Пока есть отношения экономической зависимости, будут возникать подобные ситуации. Просто в разных странах существуют свои механизмы и подходы к решению проблемы.
Европа дальше ушла в наличии инструментов для защиты женщин, начиная от законов и заканчивая профсоюзами, которые понимают эту проблему и готовы ей заниматься. Там более давняя история защиты гражданских прав. В Советском Союзе равенство прав мужчин и женщин внедряли сверху: была государственная политика, связанная с потребностью государства в новой рабочей силе, но домашнее хозяйство при этом оставили на плечах женщин. В Европе же женщины сами долго боролись за свои права, поэтому институты гражданского общества имеют там намного более прочный базис, и демонстрации собирают десятки тысяч женщин.
В 1990-е вопросы гендерного равенства широко обсуждались в обществе: в Госдуме появились гендерные фракции, давали гранты на гендерные исследования, работали общественные организации. Сейчас ситуация противоречивая. Есть как ярко выраженный консервативный тренд, связанный с государственной политикой и деятельностью церкви, так и общественный запрос на гендерное равенство. Мне кажется, что молодежь имеет совсем другое самосознание, многие девушки не готовы следовать стереотипам, и в этом большой потенциал изменений.
Каким образом человек формирует свое отношение к харассменту? Почему получается, что для одних это что-то допустимое, а для других — наоборот?
На человека влияет все понемногу, но есть так называемый «скрытый учебный план»: кроме непосредственно образовательных программ, которые дают учебные заведения, начиная с детского сада и кончая вузом, нам прививают определенные ценности. В детском саду мальчикам и девочкам постоянно говорят: ты, девочка, — делай это, ты, мальчик, — делай то. Далее дети проносят это через школу и частично — через вуз, что, безусловно, влияет на их биографию, стремления и отношение к себе.
Почему многие девочки в школе увлекаются информатикой, но существенно реже идут учиться на программистов и еще реже в итоге работают ими? Это влияние скрытого учебного плана: «программист — не женская профессия».
Интересно, как меняются голливудские мультики. Иногда смотрю их с дочкой. Например, один сюжет «Суперсемейки» был про распределение семейных обязанностей: мама находит хорошую работу, а папа остается с тремя детьми дома. И тут он понимает, что на работе намного легче! И это не единственный пример. Меня это радует. Советские мультфильмы даю ребенку смотреть с болью: вижу, как они формируют гендерные стереотипы. Современные «Смешарики» тоже ненамного лучше. В них две героини: сова-домохозяйка и Нюша, которая думает о своей привлекательности. Хотя там есть серия, как Нюша добивалась гендерного равенства, но в целом женские персонажи не радуют разнообразием. И это тоже скрытый учебный план, который на подсознательном уровне потом будет тормозить девочку.
Та же ситуация складывается и с харассментом. В культуре и образовании имеет место объективизация женщины, восприятие ее как сексуального объекта, с одной стороны, и как объекта, который обслуживает семью, — с другой. Все эти представления воспроизводятся из поколения в поколение, транслируются через культуру.
Но сейчас заметны подвижки. Ни общество, ни культура не статичны, и вместе с ростом разнообразия, которое произошло в последние 20-25 лет, появлением новых коммуникативных возможностей (интернет, поездки за границу) растет общая открытость общества. Теперь меньше факторов, которые принуждают людей жить в рамках заданных социальных ролей. Но, несмотря на изменения, это всегда конфликт: с одной стороны, девочки начинают себя ценить, с другой — выбраться за рамки стереотипов не так просто. Дальше начинается личная история каждой: сможет ли она выбрать свой путь и жить с чувством собственного достоинства или нет.
«Большинство женщин вынуждены увольняться»
Связан ли харассмент со стеклянным потолком и разрывом зарплат у мужчин и женщин в 30 процентов?
Отчасти. Когда много мужчин на средних или высших позициях, а женщина уже сталкивалась с сексизмом или харассментом, работа в мужском коллективе может быть для нее стрессом. Она может опасаться, например, вновь столкнуться с ситуацией, когда мужчины обсуждают между собой женщин, не обращая внимания, что делают это в присутствии одной из них. И в целом получается, что это «не ее» коллектив.
Есть ли в России статистика по харассменту?
Когда спрашивали людей в массовых опросах, сталкивались ли они с харассментом, цифры выходили небольшие, но их нужно внимательно анализировать. Многим женщинам трудно признаться, что с ними такое случалось, поэтому про свои истории они не говорят, не помнят или просто не распознают как таковые. Когда началась история с #MeToo, я поначалу думала, что я лично не сталкивалась с домогательствами на рабочем месте. Только потом у меня в памяти всплыла история, когда мне было 18 лет и я работала проводницей в студенческом отряде. Начальник поезда закрылся со мной в купе и стал приставать. Про эту ситуацию я забыла, видимо, потому что она разрешилась — я перевелась на другой поезд. Увольнение с работы — до сих пор наиболее распространенная стратегия поведения в случае харассмента. Возможностей решить проблему другим способом у наших женщин немного.
Ваша ситуация напоминает скандал в Голливуде, когда о домогательствах продюсера Харви Вайнштейна жертвы рассказали спустя много лет, и наш скандал в Госдуме, когда в домогательствах, которые происходили в разные годы, обвинили депутата Леонида Слуцкого.
Я понимаю женщин, которые рассказали о ситуации харассмента только 20 лет спустя. Мне в 18 лет и в голову не пришло зафиксировать случившееся как проблему, имеющую общественную значимость. Я не думала, что нужно к кому-то обратиться, единственная мысль — надо менять работу. Америка же за 20 лет прошла большой путь, и, если тогда пострадавшие, возможно, думали, что это часть их профессии, что можно отказаться спать с кем-то, но это будут предлагать регулярно и от этого никуда не денешься, — говорить бессмысленно, никто не поддержит. А сейчас они поняли, что говорить стоит: в профессию приходят молодые девушки, они проходят через то же самое, и надо дать понять на публичном уровне, что такие действия недопустимы.
Что касается Слуцкого, то, конечно, это позор, что комиссия по этике не нашла нарушений в поведении депутата, но для меня эта история больше про смену поколений и тренды. Люди старшего поколения консервативные и закостенелые в своем сексизме, да и корпоративная солидарность вполне типична для Госдумы и представителей власти. Но растет новое поколение, и у него намного более прогрессивные взгляды.
Что вы можете сказать о ситуации с главредом «Медузы» Иваном Колпаковым, которого также обвинили в приставаниях к жене подчиненного?
Хорошо, что состоялось обсуждение. Если кейс со Слуцким — это история на рабочем месте, то кейс с Колпаковым — про пьяную вечеринку. Раньше сказанные в таких местах слова вообще никого не волновали.
В этих историях важен не сам факт наказания «уличенного» в сексизме (увольнение, штраф или что-то другое), а дискуссия, реакция самого человека и его готовность переосмыслить произошедшее. Виновный не обязан всю оставшуюся жизнь носить клеймо сексиста — это тупиковая ситуация. Если бы Колпаков искренне написал, что все понял и никого унизить не хотел, то, по моим меркам, это был бы лучший результат.
Обычно говорят о случаях, когда домогательствам подвергаются женщины. А часто ли с этим сталкиваются мужчины?
Бывает все, но другое дело, что сложно сказать, насколько часто. Исследований не было, да и мужчины менее охотно будут про все это рассказывать: находиться в положении жертвы им тяжело. Все зависит от распределения власти: если женщина, например, вышестоящая начальница, а мужчина зависим от нее, в этом случае домогательства вполне возможны. Но у мужчин в сексистском обществе власти больше по умолчанию, поэтому для подобной ситуации у женщины должен быть гораздо больший ее [власти] перевес. Трудно себе представить, что девушка домогается равного по статусу коллегу, а если и так, то, скорее всего, для него это не будет проблемой: он либо посмеется, либо ее отвергнет, но на 99 процентов не останется после этого в униженном положении. С женщинами все по-другому.
Почему так? В чем сложность для женщин, подвергшихся харассменту, борьбы с этим?
Я разговаривала с юристами, они говорят, что ничего или почти ничего не могут предложить женщинам, которые хотят бороться с харассментом. Правовые механизмы в этой сфере в нашей стране фактически отсутствуют. Вся надежда на коллектив, профсоюз или добрую волю работодателя.
Большинство женщин вынуждены увольняться. Юристы считают, что харассмент надо рассматривать как дискриминацию на рабочем месте, потому что это сфера трудовых отношений, но наши суды очень не любят работать с дискриминацией и вообще не понимают, что это такое. В судах доказать случай дискриминации не удается почти никогда. Одно из немногих исключений — кейс со стюардессами из «Аэрофлота», когда им сказали, что в компании должны работать девушки с размером одежды меньше 48. За «избыточный вес» их лишали надбавки к зарплате. Суд запретил отбирать работников по размеру одежды, но постановил выплатить смешную компенсацию — около пяти тысяч рублей за моральный вред. Но это тоже история не про харассмент. Про харассмент вообще нет успешных историй.
Почему?
Нет никакой системы безопасности. Были прецеденты, когда муж встречал жену около суда, нападал на нее и пытался избить. Много сил ушло на этот закон, поэтому до темы харассмента, на мой взгляд, просто руки не доходили. А говорить про это надо: можно добиться возбуждения уголовного дела в случае попытки изнасилования или побоев на рабочем месте, но если человек не под стражей, он продолжит работать в той же компании и встречаться со своей жертвой. У нас закон никак не обязывает работодателя перевести или уволить сотрудника.
Поможет ли введение корпоративного кодекса?
Это эффективная, хотя и непростая для осуществления модель. Все зависит от того, какие инструменты будут прилагаться к нему: какие санкции последуют за нарушением кодекса. Логично было бы создать конфликтную комиссию или ввести должность омбудсмена по правам женщин, к которому можно обратиться по всем наболевшим вопросам. Этот орган должен решать проблему внутри коллектива, чтобы потерпевшей стороне не приходилось идти в суд, потому что суд — дело затратное по деньгам и времени.
Если подытожить: как женщине обезопасить себя от харассмента в России?
Беда в том, что пока никак. Пока приходится надеяться только на солидарность коллег и отзывчивость руководства. При этом люди часто не очень хотят знать, что происходит в жизни коллег, не всегда готовы помочь или боятся реакции работодателя. Конечно, женщина должна попытаться сама что-то предпринять, но то, насколько ее действия будут успешными, зависит от многих обстоятельств: от востребованности ее как работника, размера коллектива, типа взаимоотношений и ее личных коммуникативных возможностей. Даже если жертва — сильный и уверенный в себе человек, противоположная сторона может быть так же уверена и сильна в своем праве на притязания. Важно начать говорить. Обсуждение проблемы в обществе — первый шаг к изменениям.
https://lenta.ru/
************
2.Нет- сексуалному насилию!
Их принуждают к сексу с начальством. Их насилуют прямо на фабриках, где они работают. Миллионы женщин сталкиваются с сексуальным насилием на работе. Но через несколько недель мы можем помочь претворить в жизнь важнейший договор, способный защитить женщин по всему миру от насилия на работе! Давайте вручим наш призыв странам, занимающим передовую позицию в этой сфере, например, Испании и Аргентине, накануне крупного международного саммита, и убедим мировые правительства поддержать закон.
Более 120 женщин со швейных фабрик в Лесото утверждают, что их принуждали к сексу с начальством. Некоторые из них говорят, что были изнасилованы прямо на фабрике.Такая участь постигла не только этих женщин. 80% опрошенных в Бангладеш работниц швейных производств подвергались или были свидетелями сексуального насилия и домогательств на работе. С подобными проблемами сталкиваются миллионы женщин по всему миру.Но через несколько недель мы можем помочь претворить в жизнь поворотный договор, который будет защищать женщин по всему миру от насилия на работе!Договор ратифицировали 6 стран, но этого недостаточно для того, чтобы он стал законом по всему миру. Давайте вручим наш призыв странам, занимающим передовую позицию в этой сфере, таким как Испания, Аргентина и Эквадор, накануне крупного международного саммита по правам женщин, и расскажем о призыве по всему миру.
Договор ратифицировали 6 стран, но этого недостаточно для того, чтобы он стал законом по всему миру. Давайте вручим наш призыв странам, занимающим передовую позицию в этой сфере, таким как Испания, Аргентина и Эквадор, накануне крупного международного саммита по правам женщин, и расскажем о призыве по всему миру.
Примерно в каждой четвёртой стране мира НЕТ законов о сексуальных домогательствах на работе. А в тех странах, где такие законы есть, они не всегда эффективны. Во Франции 30% женщин утверждают, что подвергались сексуальным домогательствам или насилию на работе, что свидетельствует о необходимости реформ!
Однако этот договор может кардинально изменить ситуацию. Впервые в истории страны должны будут разработать национальные законы, противодействующие насилию на рабочих местах, принять превентивные меры и обеспечить доступ пострадавших к средствам правовой защиты. Вместе с масштабными внутренними реформами это может изменить положение женщин по всему миру.
Согласно инсайдерской информации, сейчас самое время заручиться поддержкой большего количества государств. Мировые лидеры планируют встретиться на масштабном саммите во Франции, и поддерживающие договор страны готовы содействовать его дальнейшему продвижению. Давайте соберём 1 миллион подписей и передадим их непосредственно мировым лидерам.
Легко почувствовать себя беспомощными от рассказов о сексуальном насилии и домогательствах. В то же время мы можем принять меры против этого прямо сейчас и ещё помочь защитить женщин во всём мире. Женщины и сторонники их прав поколениями боролись за этот результат. Давайте сделаем всё, что в наших силах, чтобы они могли нами гордиться.
С надеждой и решимостью,
Сара, Руфь, Наксали, Крис, Нана, Адела и вся команда Авааз
https://www.rambler.ru/
**************
Материалы из Сети подготовил Вл.Назаров
Нефтеюганск
30 мая 2021 года.
***************
ПРИЛОЖЕНИЕ
Интервью с молодыми женщинами.
С 12 июля 2020 года в России в социальных медиа стало активно распространяться движение #Metoo.
#Metoo – хэштег, запущенный в социальных медиа в октябре 2017 года в США актрисой Алисой Миллано, как опознавательный знак сообщений, в которых женщины рассказывали истории о харрасменте, сексуальных домогательствах и насилии, совершенных против них. Алиса Миллано призвала женщин использовать эту фразу для того, чтобы понять масштаб проблемы сексуальных домогательств и насилия против женщин. Отправной точкой этой истории стали обвинения в сексуальных домогательствах и насилии по отношении к женщинам, в том числе к известным актрисам, в сторону известного американского продюсера Харви Вайнштейна. Против него выступили 87 женщин, 2 из них подали на него в суд, и, как мы знаем, суд закончился тем, что Вайнштейну присудили 23 года тюрьмы.
Хэштег metoo появился не в одночасье, у него длинная история, которая началась еще в 2006 году, когда общественный деятель Тарана Берк начала использовать фразу «Me too» в рамках кампании «расширение возможностей через сочувствие», которая оказывала поддержку темнокожим женщинам, ставшими жертвами сексуального насилия. Рождение этой фразы связано со случием с Тараной, когда она на признание 13-летней девочки в том, что она подвергалась сексуальному насилию, не нашла других слов кроме «Я тоже (me too)».
В США это движение приняли позитивно, только за первые сутки 4,5 млн. пользователей Facebook опубликовали сообщение с этой фразой или хэштегом. За год было опубликовано более 450 обвинений против медийных личностей, часть из них была уволена и покинула сферу деятельности (индустрию развлечений, политику, бизнес и т.д.). В остальных странах все было не так однозначно. Во Франции и Индии сами представительницы феминистских движений выступали против женщин, которые публикуют бездоказательные обвинения, так как, по их мнению, это могло навредить реальным жертвам насилия. В Китае на государственном уровне было объявлено, что в стране домогательств нет, а сообщения с #metoo удалялись. В Южной Корее были самые жесткие последствия для обвиняемых, даже за подозрения, публика буквально растаптывала человека и исключала его из медийного поля (если это артист, политик или бизнесмен). В России #metoo не получило активного распространения вплоть до 2020 года.
«Metoo» — это очень неоднозначное движение. С одной стороны, хорошо, если реального насилия станет меньше, если насильники получат наказание, а жертвы необходимую им поддержку. Однако, в движении было немало ложных обвинений или обвинений с большим сроком давности (даже более 30 лет). Были и сообщения женщин, которые считали, что какой-то эпизод в их жизни был насилием, которого на тот момент они не осознавали, а теперь поняли и расстроились. Я сама видела подобное обвинение. В нем девушка обвиняла известного певца в том, что в школе он подсел к ней в автобусе, пытался с ней познакомится, положил руку ей на колено, а потом ушел. 10 лет эта девушка не вспоминала об этом случае, но, когда увидела сообщение других девушек в рамках #metoo, поняла, что тот случай был сексуальным домогательством и выдвинула обвинение. Закончилось все тем, что девушка получила деньги, певец извинился и исчез из поля зрения аудитории.
В виду спорности темы, я решила обсудить ее со своими друзьями, коллегами и знакомыми.
Лера (молодая мама, замужем, есть 2-летняя дочь)
О: - Что ты знаешь о движении #metoo? Как ты относишься к движению?
Л: - #metoo — это вообще что? Знаю, что переводится как «я тоже».
Я впервые слышу о таком движении, но на сколько я поняла, это о том, что кем бы ты ни был, хоть звездой из космоса, а за свои поступки придется отвечать, особенно за плохие. Если это так, как я поняла, то я за такое движение.
О: - Как ты думаешь, почему именно сейчас движение получило поддержку?
Л: - Почему именно сейчас это начало набирать обороты? Ну, наверно, потому что, как минимум, мы стали технически более прогрессивны, а как максимум, мы научились ценить и любить себя.
О: - Как ты считаешь, это движение должно продолжать свою активность?
Л: - Если я права в своих предположения, то да. Хватит бесчинствовать.
О: - как ты относишься к тому, что мужчин, которых обвиняют без доказательств, клеймят и выгоняют с работы?
Л: - Отрицательно, так как пока не доказано, «не надо чесать языком». Может он нормальный человек с любящей семьей, добытчик и кормилиц, а тут какая-нибудь радикальная феминистка или неудовлетворенная и обиженная женщина, решила обвинить весь мужской род в своих проблемах. И нормальный мужчина с 3-мя детьми из-за нее останется ни с чем: без семьи, без друзей, без работы. И как ему потом жить? Я всегда за пруфы. Слова словами, но без доказательств они ничего не стоят. Вот взять моего мужа, он порой как чего отмочит пошлого, иногда смешно иногда обидно, так что ж теперь, мне в суд на него подавать каждый раз?
О: - Какие ограничения нужно ввести для движения, чтобы оно было и позитивным, и не калечило людские жизни?
Л: - Ограничения нужно ввести и для женщин, и для мужчин. Для мужчин: если есть подозрения, отстранить от работы на время разбирательств или перевести на онлайн работу, если возможно. А для женщин: проходить медосвидетельствование, получать заключение психолога, узнавать социальный образ жизни и достаток. А в идеале - решать все по факту, на месте, а не через десятки лет.
О: - Как ты относишься к тому, что из-за движения metoo Харви Вайнштейна посадили в тюрьму на 23 года?
Л: - Блин, там все так запутано. Понимаешь, у них менталитет отличается от нашего, там женщины слишком чувствительны и любят преувеличивать. С Харви Вайнштейном все сложно, я не вдавалась в подробности, но если все то, что о нем говорили, правда, то он получил по заслугам.
О: - как мама 2-летней дочки, чтобы ты хотела сказать всем мужчинам, которые еще не знают о metoo, и тем, кто уже знает.
Л: - Включать мозг всем, не только мужчинам. Думать о последствиях.
Даша (семейный психолог, не замужем, выступает за права ЛГБТ-сообщества)
О: - Что ты знаешь о движении #metoo? Возможно, сам принимаешь участие?
Д: - Metoo – это движение, осуждающее сексуальное насилие, созданное для поддержки девушек и женщин, переживших домогательства. Появилось после скандала и обвинений кинопродюсера Харви Вайнштейна. Хэштег активно распространяется в социальных сетях, с его помощью жертвы насилия привлекают внимание к своим историям и получают необходимую им поддержку и возможность выговориться.
О: - Как ты относишься к движению?
Д: - К движению отношусь положительно. Как мне кажется, оно привлекает всеобщее внимание к социально значимой теме. Хочется верить, что metoo способствует тому, что виновные будут наказаны, а жертвы получат поддержку общества.
О: - Что думаешь о движении в России?
Д: - К самому движению отношусь отлично, жертвы насилия должны иметь возможность быть услышанными вне зависимости от того, где они живут. Что касается наказания для насильников в России – тема достаточно сложная. Насколько я знаю, в нашей стране женщины не так хорошо защищены на законодательном уровне. Хочется верить, что движении привлечет внимание к проблеме и поспособствует изменениям, которые необходимы.
О: - Какие плюсы и минусы движения ты отмечаешь.
Д: - Я считаю, что во всем должна быть соблюдена мера. Движение очень популярно, многие относятся к нему как к модному хайпу и распространяют выдуманные истории. Это ужасно, т.к. вредит самой идее движения. Из-за появления фейков общественность переключается на выдуманные скандалы, что подрывает репутацию к движению в целом и рассеивает внимание таким образом, что из вида теряются истории, которые заслуживают того, чтобы их выслушали.
О: - Как ты думаешь, почему именно сейчас движение получило поддержку? Не 10, не 20 лет назад, а сейчас. Ведь заявления против медийных персон были и раньше, но они очень часто уходили от наказания, а жертв «клеймили» и высмеивали.
Д: - Сейчас у нас рассвет толерантности, острые социально значимые темы интересуют каждого человека. Современный человек более осознанный, лучше понимает, что ему нужно, а что нет, отстаивает свои права и границы, заботится о психологическом здоровье. Если раньше было принято молчать, то сейчас мы настроены решать проблемы, предпринимать необходимые действия для более комфортного существования. Поэтому мы боремся за равные права для всех вне зависимости от пола, цвета кожи, сексуальной ориентации, противодействуем насилию над женщинами, детьми, животными и т.д. Я склоняюсь к тому, что подобных движений будет становиться больше, мы стремимся к новому миру, более совершенному.
О: - Не станут ли люди еще дальше друг от друга, боясь стать неправильно понятыми и воспринятыми как агрессоры?
Д: - Такое возможно, но как мне кажется в вопросах секса лучше придерживаться тактики большей щепетильности. Как я уже говорила, сейчас люди уделяют внимание вопросам познания себя, поэтому большинство из нас знает, как он/она хочет, что приемлемо, а что нет. Поэтому всегда лучше сначала спросить перед тем, как что-то сделать (ок это человеку или не ок). Возможно, это мои внутренние стереотипы, но я сомневаюсь, что в нашем менталитете из-за metoo и подобных движений патриархальные установки улетучатся. Главное донести до людей, что инициатива – допустима, а грубость – нет.
О: - как ты относишься к патриархату в России? почему он до сих пор так силен в России?
Д: - Сама отношусь нормально, даже положительно, опять же, если все в меру. У всех должны быть равные права, возможность высказать свое мнение и принять решение, но лично мне кажется, что есть мужские и женские обязанности. Самый банальный пример – семейные роли, я считаю, что первые годы жизни ребенок все-таки должен проводить время с мамой, а папа, соответственно, должен быть кормильцем – в этом смысле я поддерживаю патриархальный уклад, мне это кажется естественным что ли. При этом, некоторые семьи распределяют обязанности, наоборот, и это тоже здорово, просто конкретно мне это не подходит. А силен патриархат потому что такова наша культура, так исторически сложилось. Перемены — это всегда страшно, возможно молодежь, которая растет и формируется в других условиях, поменяет сложившуюся ситуацию
Евгения (ведущий психолог, замужем)
О: - Что ты знаешь о движении #metoo?
Е: - Слава Богу, с проблемой насилия я лично не сталкивалась и участие в движении никогда не принимала, однако я имею представление о нем. Первоначально хештег metoo был предложен актрисой Алисой Милано как способ донести до общественности о проблеме сексуального насилия. Данное движение возникло в ответ на известный скандал о сексуальных домогательствах кинопродюсера Харви Вайнштейна.
О: - Как ты относишься к движению?
Е: - Я крайне позитивно отношусь к данному движению и считаю, что о таких вещах нужно говорить, рассказывать и всеми способами способствовать борьбе с проблемой. Также я неимоверно уважаю тех женщин и мужчин, которые отваживаются рассказывать свои истории вслух. Для этого, действительно, нужно обладать смелостью. Смелостью посмотреть на самого себя, на историю, которая с тобой произошла, смелостью посмотреть в глаза обидчику и рассказать правду.
О: - Что думаешь об этом движении в России?
Е: - Наше общество пока только маленькими шажками движется к тому, чтобы начать говорить о такой проблеме, как насилие, я уже не говорю о том, чтобы как-то ее решать. К сожалению, по большому счету, разговоры о насилии в нашей стране сводятся только к вопросам семейного насилия и предлагаемому законопроекту (который, по моему мнению, необходимо принимать). Мы живем в более патриархальном и тоталитарном обществе, а в наших мыслях надолго закрепились идеи «не выноси мусор из избы», «бьет – значит любит» и «женщины сами провоцируют мужчин, надевая короткие платья». Основная задача развивающегося человека запада сегодня – саморазвитие, поиск себя, принятие себя и счастливая жизнь в духовной гармонии, которая подразумевает наличие самоценности и чувства достоинства и независимости. Наши люди в большей степени обеспокоены удовлетворением более насущных, к сожалению, низших потребностей – обеспечить себя и родных крышей над головой и едой. Также не стоит забывать, что мы много десятилетий равнялись на общепринятые правила и нормы и теперь очень боимся быть осужденными, не понятыми, громкими и не такими как все. При этом мне хочется верить, что мы начинаем подходить к той дороге, которая приведет нас к пониманию ценности каждого отдельно индивида и его прав. Во всяком случае, гладя на Москву и Санкт Петербург, такое ощущение есть.
О: - Какие плюсы и минусы движения отмечаешь.
Е: - Умение посмотреть на проблему, признать ее наличие и начать пытаться ее устранить – это бесспорные плюсы. Если речь идет про обратную сторону движения в России, то хочется отметить агрессивную и кричащую форму, к которой прибегают люди, которые, как они говорят, занимаются данной проблемой. Сейчас в нашем обществе формируется достаточно негативное отношение к феминисткам, которые более остальных говорят о проблеме насилия. Негативное отношение к ним в свою очередь транслируется и на отношение к данной проблеме. Бесспорно, мы должны говорить о проблеме и стараться говорить так, чтобы нас услышали, однако агрессивная форма привлечения внимания только усугубляет положение дел. Также хочется сказать, что я не считаю, что американская модель правильная. На мой взгляд нам бороться с реальным насилием, в результате которого один из людей, вовлеченных в контакт, является жертвой. В ситуациях, когда первоначально оба понимают на что идут и заключают негласный контракт, я считаю неправильным выворачивать ситуацию в собственных интересах.
О: - Как ты думаешь, почему именно сейчас движение получило поддержку? Не 10, не 20 лет назад, а сейчас.
Е: - Если мы говорим об Америке, то 20 лет назад в ней еще царил дух, навеянный сексуальной революцией 60-х годов. В обществе еще существовали классическое распределение ролей между мужчиной и женщиной и принципы их взаимоотношений. Тогда флирт на рабочем месте воспринимался позитивно. Сейчас Америка живет в мире всеобщей толерантности, равноправия всех меньшинств, подипозитива, феминизма и так далее. Во главу угла ставится человек, его права, ценность. Люди борются за то, чтобы иметь такие же возможности, как все остальные. Борются за уважение. В таком мире, хочешь не хочешь, вектор внимания обратится к несправедливости, которой является насилие.
О: - Не станут ли люди еще дальше друг от друга, боясь стать неправильно понятыми и воспринятыми как агрессоры?
Е: - Как мы видим, Америка сейчас близка к этому – мужчина боится придержать перед женщиной дверь в метро, полагая, что за это на него могут и в суд подать. Думаю, гиперболизация и уход в крайности – это всегда плохо и ничем хорошим не заканчивается. Однако, думаю, России, если это и светит, то очень-очень не скоро
https://zen.yandex.ru/






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 10
© 29.05.2021г. Владимир Назаров
Свидетельство о публикации: izba-2021-3095981

Рубрика произведения: Проза -> Статья


















1