Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Скиф. Книга 3. Наемник.


Скиф. Книга 3. Наемник.
­Аннотация: Олег Найденов, полностью меняет ход истории. Князь Святослав Игоревич остается жив. Опираясь на своего воеводу, по каким-то причинам ведущего о грядущих событиях, киевский князь реализует свои амбициозные планы по созданию Империи. Территория Руси расширяется, присоединяя к себе Болгарию, причерноморские степи и Крымский полуостров. Но для этого Святославу нужны все военные ресурсы. Тем временем в русских княжествах появляется другая беда. Распоясавшиеся разбойничьи ватаги, наносят существенный вред молодому государству. Наместники не справляются. Кому как не попаданцу из будущего по силам справиться с этой бедой.

Глава 1.

На холме, в устье реки Ладожки, в месте ее впадения в Волхов, расположился один из древнейших городов,- первая, официально известная столица Руси,- Старая Ладога. Именно отсюда начал свое правление Рюрик. На месте старого городища князь отстроил новую деревянную крепость. Решение избрать Ладогу своим форпостом было не случайно. Город находился на пересечении торговых путей и надежно запирал проход по Волхову. Позже Вещий Олег возвел каменную крепость. Она была сооружена из известковых плит, сложенных на глине, без применения извести. Стены, высотой восемь с половиной метров и толщиной в три метра, проходили по гребню насыпного вала, перед которым от реки Ладожки до Волхова, был вырыт глубокий ров. Верхняя часть стены, венчалась крытой галереей двухметровой ширины. Пять круглых башен дополняли, и без того мощную защиту крепости.
Старая Ладога стала крупнейшим северным торговым городом. Здесь располагались многочисленные мастерские кузнецов, ювелиров, резчиков по кости, гончаров, литейщиков, а также корабельные верфи. Здесь можно было не только отремонтировать судно, но и нанять лоцмана.
Ранней весной шесть тысяч четыреста семьдесят третьего года от сотворения мира, или если брать от рождества христова в год девятьсот шестьдесят пятый, в двадцати пяти верстах от города по раскисшей от распутицы дороге мчались сани. Запряжена в них была не рабочая лошадка, а ухоженный конь. Сразу было видно, что он более привычен, ходить под седлом. Судя по его виду, кормили конягу не только отборным сеном, но и зерном. За такого красавца, ни мало золота можно было запросить. Мерин недовольно фыркал, косил глазом на своего хозяина, но продолжал нестись вперед. Сидя на передке, больше словом, чем кнутом, его погонял крепкого вида мужчина. Весь его вид говорил о знатности происхождения. Хорошего сукна кафтан был оторочен благородным бобровым мехом. Широкий пояс с крепящимися к нему ножнами, лежал рядом, от чего полы кафтана распахнулись. На сжимающих поводья пальцах поблескивали золотые перстни. Круглая меховая шапка слетела с его головы. Русые, с проседью волосы развевались на ветру. В лицо и прикрытую шерстяной рубахой грудь, летели мокрые крупицы снега. Но возница не обращал на это, ни какого внимания.
- Потерпи, доченька,- он оглянулся, взглянув на лежащую под меховым покрывалом молодую женщину. На вид ей было чуть более шестнадцати лет.- Уже скоро на месте будем.
Мужчина вновь хлестнул коня.
То был боярин Борислав Лыков. Все было у него и удел из двух десятков деревень в два-три двора, дарованный за верную службу его деду князем Олегом. И усадьба, отстроенная на реке Сясь. Имел Лыков и свое дело в Ладоге,- литейную мастерскую и торговую лавку. Но не было радости в богатстве. Видимо за грехи, боги вознамерились наказать его, прервав род. Вначале забрала лихоманка любимую жену. Затем лишился боярин двух сыновей. Первый, ушел в дружину к князю Святославу и сгинул в далеких болгарских землях. Второй сын погиб в стычке с норманнами, осадившими Ладогу. И вот, наконец, наслали боги на его единственную дочь смертельный недуг. За ее исцеление Борислав обещал богатое вознаграждение. Многие знахари приходили. Но ни кто из них так и не смог определить, что за болезнь пожирает тело дочери. Уж седмицу лежала она в беспамятстве. Тело металось в горячке, исходя потом. С каждым днем дочь угасала.
Теперь боярин надеялся лишь на помощь богов.
Сходу, проскочив дубраву, сани вылетели на небольшую поляну. Здесь, вдали от людских поселений, располагалось святилище бога громовержца. Имело оно форму Зари-Алтаря. Восемь жертвенных огней были установлены вокруг девятого, располагавшегося в центре. В восточной части, ликом на запад возвышалась статуя Перуна.
Остановив коня, Лыков соскочил с саней. Торопливым шагом он направился к располагающейся за пределами святилища, избе.
- Эй,- боярин несколько раз стукнул кулаком в дверь,- Велемудр!
Дверь со скрипом приоткрылась. На пороге появился суховатый старик с вытянутым лицом длинными седыми волосами и бородой по пояс.
- А, это ты Борислав,- бесцветные губы тронула улыбка,- что, же ты такой беспокойный? Коли пришел за помощью к богам, зачем шуметь?
- Нет, у меня времени, Велемудр,- поклонился боярин,- дочь, моя Варвара, совсем угасает. Я и знахарей звал. Я и богов просил. Я и жертвы приносил. Ни чего не помогает. Одна надежда, на тебя. Милости у тебя прошу. Исцели мою дочь.
Волхв поджал губы, от чего они совсем пропали на фоне белой кожи.
- Ладно,- вздохнув, проговорил, он,- пойдем, посмотрим твою кровиночку.
Возле саней волхв остановился. Откинул покрывало. Приложил ладонь ко лбу. Двумя пальцами поднял веки, заглянул в глаза. Приложил ухо к груди. Послушал, есть ли дыхание. Наконец отошел от саней, покачав головой, и повернулся к переминающемуся с ноги на ногу боярину.
- Боюсь, что уже поздно,- старик пожевал губами,- ее душа уже покинула тело.
- Не отрекайся от нее, Велемудр,- Лыков встряхнул волхва за плечи,- я знаю. Ты можешь. Проси, что хочешь, но верни мне дочь.
- Что захочу?- задумался волхв,- хорошо. Я попробую. Но свою просьбу я тебе скажу потом.
- Обещаю, что выполню ее, - поклялся боярин.
- Найти ее душу, среди миров, подвластно лишь Роду, верховному богу, повелевающему всем сущим. Он всемогущ. Он существует повсюду и ни имеет, ни конца, ни начала. Я передам ему твою просьбу. Раздень дочь свою и неси ее на алтарь, я же все приготовлю.
Пока волхв отсутствовал, Борислав освободил дочь от одежды и положил ее на каменную плиту животом вверх. Через некоторое время появился Велемудр. Он провел ладонями по обнаженному телу, после чего поднял руки к верху и лишь одними губами зашептал молитву.
На небе сгустились тучи. Стало темно. Вокруг святилища закружил вихрь. Гнулись к земле макушки деревьев. В воздушном водовороте проносились листья, ветки, мелкие камни и не успевшие скрыться пичуги. И лишь в пределах капища, было тихо. Воздух загустел настолько, что дышать стало трудно. Вдруг затряслась земля. Грянул гром. Молния ударила у изголовья каменной плиты. Безжизненное тело изогнулось, будто по нему прошел разряд тока.
От яркой вспышки боярин закрыл рукой глаза. Когда он вновь поднял веки. Стихия уже успокоилась. Тело дочери по-прежнему лежало на плите. Но болезнь отступила. Пропал сжигающий тело жар. Ее кожа порозовела, дыхание выровнялось. Казалось, что девушка просто спит.
Слезы потекли из глаз Борислава. Он бросился к дочери, обняв ее, прижавшись всем телом. Но тут, он ощутив что, происходит что-то необычное. Боярин выпрямился, с изумлением глядя, как прямо на глазах вздувается ее живот.
- Что, это?!- отшатнулся Борислав.
Волхв подошел к алтарю. Положил обе ладони на живот девушки.
- Твоя дочь беременна,- улыбнулся старец,- плод уже сформировался. Скоро ты станешь дедом.
- Да разве такое возможно?!- воскликнул Лыков.
- Нельзя противиться верховному богу. Если он решил не только вернуть твоей дочери жизнь, но и даровать ей ребенка, значит, так тому и быть. Смирись Борислав и прими это испытание…
- Хорошо,- склонил голову боярин,- я воспитаю этого ребенка как родного…

Глава 2.

Было уже за полдень. Найденов, стоял возле узкого окна в своей горнице, глядя с высоты на то, как в ворота Преслава втягиваются конные гридни. Далеко, до самого горизонта, между холмов вилась цепочка русской рати, возвращающаяся с очередного победоносного похода.
Весной Австрийский марграф Леопольд первый, решил расширить границы своего герцогства. Его войско вторглось в соседнее княжество. Венгерский правитель Геза, выступил ему навстречу. Но венгры были отброшены, и австрийская армия, взяв Пожонь, устремилась вглубь венгерского княжества. Геза отступил к своей столице, запросив помощи русского князя.
Но для сбора войска требовалось время. Нужно было любым способом задержать победоносное шествие Леопольда. Это сложное дело было поручено Олегу.
Найденов, как всегда, приступил к поручению, со свойственной ему активностью и изобретательностью. Его легкая кавалерия, легко ускользая от тяжелой австрийской конницы, громила обозы и небольшие отряды, посланные грабить селян. Не ограничившись мелкими пакостями, двухтысячный летучий отряд, вторгся в Австрию. Целый месяц воевода жестоко и практически безнаказанно опустошал восточные земли герцогства. Леопольду первому, пришлось остановить наступление и отправить часть войска против русских диверсантов.
К середине лета, Святослав, во главе тридцати тысячного войска, подошел к Буде. Битва состоялась двадцать третьего июня. Объединенное русско-венгерское войско, наголову разбило австрийскую армию. С остатками войска Леопольд отступил к Вене. Наступление союзников на некоторое время задержал оставленный герцогом заслон. Леопольд хотел спокойно закрепиться в столице и ожидать помощи. Но тут, как-то некстати и появился летучий отряд Олега. На плечах отступающих рыцарей его конница ворвалась в столицу. Руссы захватили надвратную башню, часть стены и площадь перед воротами и удерживали плацдарм до прибытия Святослава.
Опасаясь угрозы плена и потери столицы, Леопольд запросил мира. Через два дня был заключен мирный договор, по которому вся нижняя Австрия, утраченная венграми каких-то полвека назад, возвращалась под контроль венгерского королевства. И это не оговорка. Геза все же выторговал для себя королевскую корону.
Еще до заключения договора, Святослав отпустил своего верного воеводу и его людей. Вот и дожидался Олег возвращения князя в Преславе.
Десять лет минуло с того момента, как душа Олега перенеслась из двадцатого в конец десятого века. В той, своей прошлой жизни, он был простым парнем из детского дома. Получив КМС по боксу, бросил спорт. Ради нравящейся ему девушки, чтобы быть рядом с ней, записался в исторический кружок. Как оказалось, Зоя, тоже была к нему не равнодушна. Дружба, скоро переросла в любовь и физическую близость. Но их счастье было не долгим. Чтобы не попасть в тюрьму за нанесение тяжкого вреда здоровью новому заведующему детским домом, пытавшемуся изнасиловать Зою, Олегу пришлось бежать. Заблудившись в тайге, он подвергся нападению тигра. И не жить бы ему, коли не старый охотник. Однако в поселке его признали умершем. Не выдержав разлуки, и угроз со стороны подручных заведующего, Зоя покончила с собой. После этого Олегу оставалось только одно,- мстить. Что он и сделал, убив насильника и его прихвостней. Власти решили, что между лидером преступной группировки и его охраной произошел конфликт в ходе, которого они перебили друг друга. Искать мстителя ни кто не подумал. Однако Найденов рано расслабился. Его вычислила одна из преступных группировок. Во время драки один из бандитов, ударил Олега в грудь ножом. Казалось, что это конец его пути. Но нет. Его душа, каким-то непостижимым образом перенеслась в тело друга и соратника князя Святослава.
Найденов в полной мере воспользовался своими знаниями истории. Он предотвратил гибель князя от рук печенегов, а затем всего за два года помог ему вернуть утраченные и прирастить к Руси, новые земли. После этого, он еще семь лет служил Святославу. Во главе дружины, в союзе с печенегами, разбил половцев, вторгшихся в причерноморские степи. Одержал победу над флотом византийского императора Василия второго, вознамерившегося вернуть Херсонес.
Сфенгел, в теле, которого очутился Олег, был воином, и потому ничего не нажил. Все его богатство состояло в боевом коне, хороших доспехах, да оружии. Разве, что деньжата водились. Жильем ему служил походный шатер, да чистое поле. В Преславе, князь выделил старому другу, целые хоромы в восточной части своего терема. Но Олег чувствовал себя в них неуютно, и использовал лишь небольшую комнатушку.
От нечего делать, Найденов, совсем было заскучал. Но вот, наконец, в Преслав вернулся князь, со своим войском.
На улице, нещадно палило солнце. Но воины не страдали от жары. Шли налегке, сложив тяжелые доспехи в обоз. А чего боятся на своей земле.
- Господин…
Знакомый голос, выдернул Олега из воспоминаний.
- А, это ты Ростислав,- воевода взглянул на стоящего в проеме двери, парня.
Выглядел он, на первый взгляд, неказисто. Среднего роста, худощавый, с узким лицом, острым носом и серо-зелеными глазами. Но это было ошибочное мнение. На самом деле, под свободной рубахой и широкими штанами, скрывалось мускулистое, поджарое тело натренированного бойца, обладающее в комплексе невероятной силой и выносливостью. Молодой человек не принимал растительности на лице. Не имел ни усов, ни бороды. Голову он тоже брил наголо, оставляя лишь посередине копну волос, ниспадающих на плечи вроде конского хвоста.
Семь лет назад, после разгрома половцев, в захваченном стане, Олег обнаружил исхудавшего, забитого, но не сломленного духом, мальчугана десяти лет отраду. И взял его себе на воспитание. За прошедшие годы парень окреп и возмужал. Превратившись в умелого воина и отличного бойца. Уж об этом бывший десантник позаботился.
- Я же просил называть меня просто, дядькой.
- Прости, дядька Сфенгел,- приложив руку к сердцу, поклонился Ростислав,- князь кличет.
- Ну, раз, кличет,- Олег опоясался широким ремнем с ножнами,- то пойдем. Негоже князя заставлять ждать.
Святослав ожидал своего старого друга, в своем кабинете. А это могло означать лишь одно. Было у него к нему дело, не для посторонних ушей.
- Дозволь войти?- Олег, как обычно, нагнувшись, еле протиснулся в низкую дверь.
- Проходи,- улыбнулся князь, поднимаясь навстречу другу,- присаживайся. Разговор у нас будет долгий.
Найденов сел в кресло. Откинулся на спинку, приготовившись слушать.
- Знакомы мы с тобой давно,- начал Святослав, удобно устроившись, напротив, в своем кресле,- служил ты мне верой и правдой. Потому я верю тебе как себе.
Князь запнулся, внимательно глядя в лицо воеводы.
- Ныне, твоими стараниями, установился прочный мир на южных границах.- через мгновение вновь заговорил он,- Не скоро еще наши враги накопят новые силы. Но ведомо мне, что не по душе тебе мирная жизнь. Вижу, как гложет тебя тоска. И то понятно, негоже воину сидеть без дела. Потому решил я доверить тебе одно дело.
Найденов напрягся. По телу пробежало приятное возбуждение. Видимо дело предстояло не только серьезное, но и опасное.
- Как ты знаешь, не любо мне сидеть в Киеве,- между тем, продолжал Святослав,- Хочу жить в Преславе, ибо здесь середина земли моей. Сюда стекаются все блага: из греческой земли золото, паволоки, вина; из Чехии и Венгрии, серебро и кони; из степи, невольники. Сюда везут наши купцы меха, воск, мед. Потому править в землях русских поставил я своих сыновей. В Киеве Ярополка, Олега в Полоцке, Владимира в Новгороде. Но дошли до меня слухи, что не справляются они. Без должного пригляда тати расшалились. Сбиваются они в ватаги, да грабят честных людей по дорогам, да рекам. Вот и решил я отправить верного человека, разузнать, что твориться в моем государстве…
- Ревизию, значит, решил учинить?- понятливо кивнул Найденов,- что же, дело нужное…
- Слово незнакомое,- наморщил лоб Святослав.
- С латинского языка, это значит, уполномоченное лицо, осуществляющее проверку,- охотно пояснил Олег.
- Ну, можно и так сказать,- кивнул князь,- вот тебе и хочу поручить это дело. Отправишься с первым купеческим караваном. Но действовать будешь тайно, не под своим именем. Поэтому подумай, кем станешь представляться. На крайний случай возьми это,- Святослав протянул свернутую грамоту, с княжеской печатью,- тут указано, что действуешь ты по моему приказу, и каждый должен оказывать тебе всю необходимую помощь. Но используй ее только в крайнем случаи. А так, действуй по своему усмотрению. Ну, ступай.
Князь поднялся, обняв старого друга.
С этого момента княжий воевода Сфенгел, перестал существовать. А появился наемник Олег Малюта…

Глава 3.

Вот уже два года, Олег путешествовал по Руси. Намерено обходя крупные населенные пункты, он предлагал помощь наместникам небольших городов в решении вопроса с распоясавшимися ватагами.
В первый раз возникли некоторые сложности. Ни кто не знал неизвестно откуда появившегося борца с преступностью. Олегу пришлось самому искать охотников. Таковых нашлось два десятка, и те лишь смерды из разоренных татями сел, кроме топоров и вил, ни чего в своей жизни в руках, не державших. Но, когда этот сброд разгромил банду одноглазого атамана Тугарина, насчитывающую с три десятка опытных душегубов, слава о грозе разбойников Олеге Малюте, покатилась по всей Руси, далеко опережая его.
Новоявленный борец с преступностью точно знал, где лагерь татей, когда и на кого они нападут. Олег устраивал засады, обкладывал ватаги, словно диких зверей. Тех, кто оказывал сопротивление, уничтожал. Других приводил на суд. И самое главное не было у него ни одной промашки. Народ только диву давался.
А все было просто. Незадолго до Олега, в очередном городке, страдающем от татей, появлялся шустрый юноша. Ему ни чего не стоило вычислить, скрывающихся под личиной добропорядочных горожан, членов преступной группировки, выследить их, войти в доверие, а после легко внедриться в их банду.
А дальше было дело техники.
Наведя относительный порядок в южных княжествах, Найденов направился в Новгородские земли. Первым на его пути оказался небольшой городок на реке Ловать, под названием Руса.
Олег поселился в первой попавшейся корчме. На другой день к нему в комнату постучался юркий долговязый отрок.
- Господин,- начал он с поклоном,- батюшка, боярин Савелий Рык, в терем свой тебя зовет. Будьте ласковы, не откажите в приглашении. Как наступит час закатный, в дом его пожалуйте, на честном пиру погулять извольте.
- Передай боярину,- молвил Олег, сунув в руку холопа мелкую серебряную монету,- что приглашение его принимаю и буду непременно.
- Премного благодарен,- вновь поклонился отрок. Сунув монету за щеку, он убежал.
В назначенное время Найденов явился к дому местного главы. Слуги проводили его в большую горницу.
Ярко горели свечи в бронзовых светильниках. Посреди помещения был накрыт большой стол, ломившийся от яств и напитков. В специально отведенном месте старались показать свое искусство гусляры и дудари.
Олег вошел, остановившись у дверей. Сидящие за столом, были заняты каждый своим делом. Кто пил, кто ел, кто переговаривался друг с другом. На нового гостя, не обратили внимания. Но вот сидящий во главе стола полноватый мужчина, с широким раскрасневшимся от спиртного и духоты лицом, поднял глаза. Его толстые губы расплылись в улыбке. Он встал, поднял руку. Музыка сразу прервалась.
- Что же ты стушевался,- развел руками, городской глава,- проходи, садись рядом со мной.
Гости обернулись, с любопытством разглядывая вновь прибывшего. Зашептались между собой. Стараясь не обращать на них внимания, Найденов прошел к хозяину дома. Сел на свободное место справа от него. Тут же к нему подскочил слуга. Поставил блюдо, наполнил, стоящую на столе чашу.
Савелий Рык медленно встал. Поднял свой кубок.
- Этот тост, хочу провозгласить за гостя нашего, Олега Малюту, безжалостного борца с татями погаными.
Он залпом выпил.
- Ну, что приутихли дудари, да гусляры?! А ну, играй веселей!
Вновь зазвучала музыка.
- Не думал,- Олег выпил вино, вытерев усы,- что слава обо мне достигла ваших земель.
- Что же, мы,- шутливо возмутился наместник,- глушь, какая? Караваны купеческие по Ловати через нас в Ильмень озеро идут, а оттуда и в Новгород. Да и слухами земля русская полнится. Правду говорят, что ты один всю банду Тугарина одноглазого разгромил.
- Разгромил,- не стал отрицать Олег,- но не один. Людишек охочих со мной было малость.
- Ты не тушуйся,- хлопнул его по плечу боярин,- ешь, пей.
Шумом и гамом продолжился честной пир. Через некоторое время наместник, все же, решился заговорить о деле.
- Знаешь,- наклонился он к Олегу,- беда постигла места наши. Невесть откуда появилась в наших краях ватага татей. Атаманом там Кривой Горян. Не стало житья от них для люда купеческого, да сел близлежащих. На своих быстроходных ушкуях, как вихрь, налетают они на караваны. Грабят, убивают и бесследно исчезают.
- И что, ни кто не пытался их поймать?- спросил Олег, обгладывая куриную ножку.
- Пытались,- махнул рукой городской глава,- много раз я посылал воеводу своего, Воислава. Вон он сидит,- кивнул он в сторону крепкого мужика, в простой одежде, с тронутыми сединой русыми волосами и мужественным лицом,- он воин, конечно, опытный, да куда ему до хитрых татей. Те пограбят, да исчезнут в бесчисленных протоках, да лесах бескрайних. Ищи их, свищи. А людей у меня для прочесывания всей территории маловато. Горян распоясался настолько, что, со своими душегубцами, на села нападать стал. Насильничают, в полон уводят. Совсем худо стало. Купцы перестали суда по Ловати водить. Смерды разбегаются. В том урон городу.
- А много ли их?
- Ни кто точно не знает,- вздохнул хозяин дома,- одни говорят сотня, другие будто видели три сотни, но врут, конечно. У страха глаза велики. Думаю, что их не более четырех-пяти десятков.
- Пять десятков,- Олег сделал вид, что призадумался,- сила большая. Тут все твои воины понадобятся.
- Бери!- Савелий схватил Олега за руку,- всех отдам. Да еще охотников кликну. Только избавь нас от этой напасти. Любую награду требуй.
- Хорошо,- стукнул кулаком по столу Найденов,- возьмусь я за это дело…

Глава 4.

Низкие тучи нависли над устьем реки Ловать. Всю ночь шел дождь. С наступлением утра, надоедливый ливень совсем прекратился. Но солнце так и не показалось. Просто стало светать. Над водой повис густой туман. Было тихо. Будто вся природа, еще не проснулась от ночного ненастья.
Где-то совсем рядом послышался плеск вёсел и тихие голоса. Из-за поворота медленно показались два расплывчатых силуэта. В поднявшемся над рекой густом тумане, можно было рассмотреть лишь струганные мачты. Ветра практически не было. Да и поднимать паруса в таких условиях было опасно. Течение в этом месте слишком быстрое. Русло изобилует топляком, мелями и камнями. Потому, сильно перегруженные ладьи не шли, а медленно пробирались на веслах. Было видно, что плавание дается нелегко. Тяжелые и широкие суда, просели почти наполовину. Гребцам приходилось сильно потрудиться, чтобы двигать их против течения.
На носовой надстройке впереди идущего судна, возвышалась двухметровая фигура богатырского телосложения. Стоящий рядом городской воевода, тоже отнюдь не хилый, просто терялся, на фоне этакого великана.
Скрестив руки на груди, Найденов спокойно всматривался в клубящуюся белую пелену.
- Думаешь, клюнут?- с сомнением поинтересовался Воислав.
- Слух о богатом купце, спешащем в Новгород, распустили?
- А как же,- кивнул воевода,- по корчмам верных людей разослал, на вроде холопов купца заезжего. Так они поведали, что как узнали о том, кто они, сразу же подсели мужики. Пивом угощали, да расспрашивали, что да как. Ну, мои-то, пиво пили, да рассказывали, мол, товара много, да скуп купец. Охрану малую нанял.
- Тогда,- усмехнулся Олег,- куда они теперь о нас денутся. Тем более и информация кое-какая имеется.
- Ну, ну,- покачал головой старый воин.
- Глянь,- Найденов вытянул вперед руку. Впереди река делала очередной поворот. А за излучиной едва виднелись расплывчатые силуэты.
- Никак ушкуи,- Воислав положил руку на рукоять меча.
Найденов обернулся. Вторая ладья, как и было условлено, держалась сзади и чуть сбоку.
- Ну, кажись, началось,- потер руки Олег,- теперь воевода вот, что... Иди в трюм, и гляди, чтобы твои хлопцы сидели тихо, до тех пор, пока разбойники все не влезут на борт. Спугнем, потом не поймаем.
- Не беспокойся,- кивнул Воислав,- выйдем только по твоему сигналу.
Между тем из-за поворота навстречу каравану, разрезая килем воду, мчался приземистое судно. Струг набрал приличную скорость, видимо на веслах были сильные гребцы. Найденов оглянулся. Воевода уже исчез в трюме. На палубе оставалось не более десятка воинов, да трое гражданских, один из которых, наряженный в богатые одежды, играл роль купца, а двое остальных,- его приказчиков.
Неизвестное судно быстро приближалось. Вслед за ним, от прибрежных зарослей отделились хищные силуэты ушкуев. Их было не менее пяти. Набирая скорость, они двинулись наперерез каравану.
Наконец вражеские суда приблизились настолько, что можно было рассмотреть находящихся на них разбойников. То были мужики разного телосложения, от худосочных, до мускулистых, одетые кто во что горазд. У многих татей, не имелось ни каких доспехов.
На носу струга, размахивал, кривым басурманским мечем, небольшого расточка плюгавый мужичок, одетый, не в пример другим, в пластинчатый доспех. Суда сблизились настолько, что можно было рассмотреть повязку, закрывающую его левый глаз.
Охрана каравана, уже была готова. Воины, подошли к борту, наложили на тетиву луков стрелы и только ждали команды.
С разбойничьих кораблей неслись издевательские крики. Видимо тати были уверены в своей неуязвимости, и надеялись на легкую поживу.
- А ну, угостите гостей долгожданных,- махнул рукой Найденов.
Многократно щелкнули упругая тетива. Десять стрел унеслись в сторону разбойников. Несколько татей, взмахнув руками с торчавшими из груди стрелами, повалились в воду. Новый залп, вновь проредил толпу. Но тут вражеский струг со всего маха врезалась в носовую часть купеческой ладьи. От сильного удара лучники рухнули как подкошенные.
- А ну братцы!- орал атаман разбойников, прыгая по палубе струга,- покажем этим купчишкам, кто тут хозяин.
Он, скакал по палубе словно мартышка, лихо махал саблей, подгоняя своих людей, но сам перебираться на купеческое судно не спешил.
Взметнулись веревки. Железные крюки прочно зацепились за борта. На ладью, как тараканы, полезли разбойники. Но купеческая охрана была готова. Воины как один были в кольчугах, со щитами и мечами. Сплотившись, плечом к плечу, они приняли удар. Первые ряды ватажников полегли сразу. Пыл остальных немного поостыл. Они перестали сломя голову кидаться на обнаженные мечи. Но в этот момент, с другой стороны полезли тати с подошедшего сбоку ушкуя, атаковав по всему левому борту. Ратники отбивались, медленно пятясь к корме.
Найденов, бился отдельно, оттянув на себя сразу десяток врагов. Большему количество было не подойти. Действовал он спокойно. Куда этим бродягам, было до княжьего воеводы. С каждым взмахом его меча, падал на палубу очередной тать. Краем глаза Олег все же наблюдал за стругом.
А там разворачивались не менее значимые события.
Палуба струга почти опустела. На ней оставалось пять-шесть разбойников, видимо из числа охраны кривого Горяна. Остальные, перебравшись на борт ладьи, теснили наемных охранников. Сам «лихой атаман», уперев саблю, а палубу, подбоченившись, стоял посредине судна, гордо подняв голову. Он даже не замечал, как за его спиной, один за другим падают его люди. Найденов усмехнулся, увидев своего воспитанника, который ловко действуя двумя ножами, перерезает горло телохранителям атамана.
Видя, что ватажники уже почти захватили купеческую ладью, с сияющим лицом Горян обернулся к своим телохранителям. Но увидев распростертые по палубе тела, он тут же впал в ступор. Улыбка медленно сползла с его лица. Атаман, было, открыл рот, но получив прямой удар в челюсть, обмяк, и мешком осел на палубу.
Ростислав подошел к борту. Деловито, перерезал каната и оттолкнул багром струг от ладьи.
В это время, разбойники, окружив полукольцом ощетинившихся мечами охранников, веселились вовсю.
- Сдавайтесь, лапотники!
- Скидывай мошну, легче будет!
- Кто бросит железяку, того не больно зарежем!
Со всех сторон раздавались насмешливые выкрики.
Подождав пока струг, отойдет за значительное расстояние, Олег махнул рукой.
- Пора!
Затрубил рог. Из трюма, за спинами, уверовавших в победу ушкуйников, высыпали облаченные в кольчуги ратники. Услышав лязг железа, ватажники в изумлении обернулись. В одно мгновение радостные крики стихли. А когда, средневековые джентльмены удачи, заметили, что их струг уплывает, и путь к отступлению отрезан, так их и вовсе охватила паника. Но сдаваться ни кто не собирался.
Отчаянно бились разбойники. Некоторым удалось пробиться к борту и прыгнуть воду. Их добили стрелами. Многих посекли. Других взяли в плен.
Не прошло и часа, как державшая в страхе всю округу, банда кривого Горяна, перестала существовать.

Глава 5.

Речной туман уже успел оторваться от воды, и теперь путался где-то в вершинах прибрежных деревьев. Спокойная гладь заводи дрогнула. Послышался тихий всплеск. Закачались на ряби широкие глянцевые листья кувшинок. Тихо скрипнул песок. С ушкуя выпрыгнули в воду шесть человек. Подхватив суденышко за борта, с разбегу вытащили его на берег. С минуту они стояли, прислушиваясь, затем крадучись, исчезли в прибрежных зарослях.
Лагерь разбойников нашли быстро. Благо имелся человек, который знал заветное место. Пристанище ватажников находилось на острове, затерянном в многочисленных протоках. Без провожатого в таких-то дебрях, не зная дороги, можно плутать вечно, и не найти чего ищешь.
- Пришли,- прошептал Ростислав.
Найденов раздвинул ветки кустарника. Лагерь был именно таким, каким себе представлял Олег, по прочитанным книгам. Большой шатер, видимо резиденция атамана, множество палаток и несколько землянок. Навес от дождя, под которым расположился длинный стол и скамьи, из грубо отесанных досок.
Для охраны было оставлено десять человек. Они настолько расслабились, что даже не выставили стражу. Одни валялись на травке, попивая пиво, другие бесцельно прогуливались, третьи готовили на костре освежеванную тушу кабана, время от времени тыкая в нее ножом.
- Который из них Ерш?- Олег, окинул поляну взглядом.
- Вон тот,- указал рукой Ростислав на лежащего возле костра здоровенного, бородатого мужика в распахнутой косоворотке,- Горян запретил нападать на села. Опасается, что смерды устроят облаву. Но Ершу наплевать. Чуть не треть ватажников его поддерживает. Еще неизвестно у кого больше власти у него или Горяна. И если Ерш, еще не захватил власть, это лишь потому, что его пока все устраивает. Атаман должен водить ватагу в набеги на караваны. А Ершу этого не надо. Он со своими людьми, нападает на селения. Любит, гад, безнаказанно мучить и издеваться над беззащитными смердами.
- Его возьмем живым,- решил Найденов,- остальных по обстоятельствам. Пересвет,- повернулся он к одному из ратников,- ты со своими людьми останешься здесь. Если, что прикроешь. Ну, все. Пошли..
Найденов первым выскользнул из зарослей кустарника. За ним, извиваясь ужом, бесшумно полз Ростислав. Пересвет, со своими людьми, остались на месте, приготовив луки.
Высокая трава закончилась. Впереди было вытоптанное пространство. До костра, вокруг которого вольготно расположились четверо ватажников, оставалось не более пяти аршин.
В это время Ерш, что-то заподозрил. С шумом втягивая носом воздух, поднялся, сделав несколько шагов в сторону замерших в траве диверсантов.
Олег сгруппировался, и когда тать приблизился еще на шаг, выскочив, словно черт из табакерки, нанес прямой удар в челюсть, вложив в него всю силу. Разбойник рухнул на спину, раскинув в стороны руки. Его друзья, возле костра, разом повернули головы, изумленно хлопая глазами. Одного из них в нокаут, ударом ноги в лицо, отправил Найденов, двух других, кистенем припечатал его воспитанник.
Замешательство в лагере длилось недолго. Один из разбойников, сидевший под навесом, выдернув торчавший из чурбака топор, с криком бросился на нежданных гостей. Только чудом Олег увернулся от летящего лезвия. А тать уже наносил новый удар. Видимо работать плотницким орудием, ему было не впервой. Он наносил удары в различных направлениях, не давая возможности подойти на расстояние вытянутой руки. А самое главное Ростислав не мог ни чем ему помочь. Ему самому приходилось отбиваться от двух наседавших на него ватажников вооруженных тяжелыми суковатыми палками. Олегу приходилось лишь пятиться. Взмахнув в очередной раз топором, тать замер, с удивленно раскрытыми глазами. Повернул голову, стараясь взглянуть на спину, из которой торчало древко стрелы. Крутанулся на месте и рухнул на землю.
Наконец Олегу удалось оглядеться. По сути, говоря, все было уже закончено. Четверо оглушенных ушкуйников, продолжали лежать у костра, подавая слабые признаки жизни. Еще четверо валялись пронзенные стрелами. Найденов перевел взгляд на своего воспитанника.
Ростислав уже успел разделаться с одним из татей. Тот лежал на земле с перерезанным горлом. Другой же, не обращая внимания на то, что, по сущности, остался один, а также на появившихся зрителей, продолжал размахивать дрыном, пытаясь достать неуловимого противника. А Ростислав будто играл с ним, двигаясь вокруг как бы в танце. Олег сразу узнал используемые его воспитанниками движения.
Из всех боевых искусств, которые показал Ростиславу, Найденов, ему приглянулась капоэйра. Это боевое искусство, зародилось в Бразилии, когда португальцы привезли негров в свою колонию.
Колонисты с рабами не церемонились. За любое неосторожное движение, били кнутом, а за нападение на охранника, убивали. В ответ рабы создали боевое искусство, которое замаскировали под танец. Это искусство позволяло рабу, внезапно упав на связанные руки, сбить с ног нескольких охранников и скрыться в лесу. Те, кому удавалось бежать, создавали в лесах свободные поселения. Вспомогательным оружием капоэристов, были короткие лезвия. Их зажимали между пальцами ног и, опираясь на связанные руки, одним движением ног легко перерезали горло врагу.
Бой, который вел с ватажником Ростислав, напоминал брэйк-данс. Он выполнял затейливые комбинации уклонений и прыжков, то пропуская дрын над собой, то перелетая его сверху. Поскольку ноги воспитанника были обуты, свои любимые короткие, кривые ножи, он сжимал в руках, нанося ими противнику множественные поверхностные раны.
Разбойник, здоровый детина, уже еле держался на ногах. Тяжело дыша, он все реже поднимал дрын. Наконец Ростислав качнувшись, прыгнул, и, распростершись параллельно земле, нанес удар каждой ногой поочередно в лицо противника. Ватажник покачнулся и, выронив дрын, рухнул набок.
- Молодец,- хлопнул по плечу воспитанника Олег,- не забываешь мои уроки. Пойдем покажешь, что тут у них и где припрятано.
Остров оказался не таким и большим. Однако, чтобы пройти на другой его конец, пришлось продираться через кустарник, по болотистой почве.
- Да как, вы тут ходите?- недовольно бурчал Олег, старательно раздвигая ветки, норовившие хлестнуть его по лицу и спотыкаясь о выпирающие из земли корни деревьев.
- Так, посуху туда ни кто не хаживал,- пояснил Ростислав,- вокруг по воде проходили.
Наконец впереди появился просвет. Сделав последнее усилие Найденов, вырвался на открытое пространство. Не далеко от воды, поднятые на сходни, стояли две пузатые ладьи, с украшенными красной каймой бортами и задранными к небу зубастыми головами морских змеев. Их трюмы были буквально забитым товаром. Были здесь и бочки с вином; медом, дегтем и воском; пеньковое и льняное волокно; меха и кожа; ткани и одежда; оружие и кольчуги; ювелирные изделия и драгоценные камни. Все, что смогли награбить, ватажники оставили до того времени, когда смогут по-тихому сбыть его и разбежаться до нового сезона.
Олег, в общем, остался доволен ревизией.
Вернувшись в лагерь, командир карательного отряда к своему удивлению увидел возле навеса, жавшихся друг к другу, полуголых женщин, числом с полдюжины. Все молодые, и на первый взгляд, симпатичные, но грязные, со спутавшимися волосами.
- Это еще, что?- растеряно, спросил Найденов.
- Дык, полон, видимо,- невозмутимо отозвался Пересвет,- в одной из землянок нашли
- Так, так, так,- почесал затылок Олег,- ты вот, что,- обратился он к десятнику,- там,- он махнул в сторону другой оконечности острова,- я видел большой котел. Пусть твои люди притащат его сюда, воды в него натаскают, да на костре нагреют. Бочка вон тут имеется. Наполним ее горячей водой. Пусть помоются. А ты,- повернулся к воспитаннику Найденов,- притащи сюда наряды, какие найдешь, да украшений подбери. Пусть выберут себе, что приглянется.
На этот раз Ростислав с двумя ратниками отправился по воде. Погрузив походный котел на ушкуй, он натаскал в него женскую одежду и сверху положил ларец с драгоценностями. Когда они вернулись, женщины сидели за столом, уплетая за обе щеки кашу, нарезанную толстыми кусками свинину, запивая все это вином, обнаруженным в шатре атамана. Найденов расположился рядом, наблюдая за пленницами. Одна из них, курносая, с трогательными ямочками на пухлых щеках, и большими серыми глазами, уж очень подозрительно косилась на бывших речных пиратов, которые угрюмо сидели возле одной из палаток, связанные по рукам и ногам. Она единственная выглядела не тронутой, хотя и была одета в какое-то тряпье. Но каштановые волосы, ниспадающие на плечи, были расчесаны и еще не успели замусолиться.
- Дядька Олег,- Ростислав подбежал к приемному отцу,- все исполнено. Куда котел ставить, да одежду нести?
- С котлом я распоряжусь. А ты, пригляди вон за той, курносой. Уж больно взгляд у нее ожесточенный. Как бы ни сотворила, она чего с пленными. Их судить и прилюдно казнить надобно, чтоб другим неповадно было.
Найденов поднялся, направившись к ратникам.
- Тащите котел в шатер,- распорядился он,- там мы уже костер разожгли, да бочку поставили.
Пока бойцы исполняли приказ, Олег взял мешок с одеждой, ларец подмышку и пошел вслед за ними. В шатре он вытряхнул из мешка одежду. Ростислав не поскупился, выбрав самые дорогие платья, различных размеров. Разложив наряды, Найденов открыл шкатулку. И тут его воспитанник не прогадал. В ларце сверкали драгоценными каменьями серьги, кольца, браслеты, подвески. Но хорошенько рассмотреть их ему не удалось. Раздавшийся снаружи шум, заставил его выскочить на улицу. Там Ростислав пытался оттащить от сжавшихся в ужасе татей, ту самую курносую девушку. Она визжала, извивалась в его объятиях, старалась укусить, и одновременно тянула руки к Ершу. А тот, с кривой усмешкой наблюдал за ее отчаянными попытками. Однако девушка видимо успела добраться до своего мучителя, пробив тому щеку расколотой костью.
Найденов бросился к ней, сгреб в свои объятия, прижал к себе.
- Успокойся, милая, успокойся,- ласково поглаживая ее по голове, торопливо повторял Олег. Девушка вдруг обмякла, уткнулась лицом в грудь, стараясь спрятаться от пережитого кошмара, и заплакала.- Все хорошо, не бойся. Я с тобой и ни кому в обиду тебя не дам,- продолжал он, поцеловав ее в макушку.

Глава 6.

Наступил вечер, отмытые и приодетые молодые женщины спали в шатре.
Найденов сидел на бревне на берегу заводи, глядя на звезды, и бесцельно бросая мелкие камушки в воду. Спиной он почувствовал чье-то присутствие, но даже не обернулся, чуть сдвинувшись в сторону. Рядом с ним опустилась та самая девушка. Сейчас она была одета в синее платье из дорогого шелка прямого покроя. Верхняя часть плотно облегало тело. Лиф приподнимал упругую девичью грудь. Сужающееся на талии, платье расширялось на бедрах, спадая складками до самых ступней. Спереди оно было оторочено каймой, представляющей собой широкую тесьму, расшитую золотой нитью. Тщательно расчесанные волосы, были сплетены в косу. Лоб перетягивал золотой обруч. Маленькие ушки, украшали совсем не большие сережки с рубинами. На длинных пальцах поблескивали в лунном свете кольца.
- Меня Настей звать,- как бы невзначай представилась девушка.
- Олег,- повернул к ней голову Найденов,- сколько же тебе лет?
- Семнадцать…
- Родители есть ли?
- Отца не помню,- вздохнула Настя,- мать говорила, что сгинул он в чужих краях. Мама осталась. У нас поместье в Ладоге, от деда осталось. А его в прошлом годе лихоманка унесла.
- А сюда как попала?
- После смерти деда, сосед наш, боярин Всеслав, нам зачистил, помощь предлагал. Но думаю, что к хозяйству нашему присматривался. Вид делал, что сватов к матери заслать хочет, а сам на меня пялился, да слюни пускал. Мать время решила потянуть. Сказала, что даст ответ, как после смерти её отца, год минует. Всеслав на людях согласился, а сам решил меня похитить, чтобы мама по сговорчивей была. Да я сбежала. Думала к князю Новгородскому в ноги упасть. Да не успела. На караван наш ушкуйники напали. Меня вот сюда привезли.
- Тебя, что…- Найденов запнулся, не зная как спросить.
- Что?- девушка взглянула на собеседника,- а-а, нет,- замотала она головой,- меня не тронули. Я Горяну приглянулась. Он велел его дождаться. А вот других…- она совсем по-детски шмыгнула носом, из глаз вновь потекли слезы.- Женщин здесь много было. Да всех замучили. Мужики, как напьются, так ужас и начинался. Пленниц они распинали прямо на земле. Ноги и руки к кольям привязывали. Кому первому идти, в кости разыгрывали. А потом в очередь выстраивались. Нередко замучивали до смерти. Мертвых женщин оттаскивали за ноги, да в яму сбрасывали. Потерявших сознание, обливали водой, приводили в чувство, и продолжали насиловать. Но особенно зверствовал этот гад, Ерш. Я сама видела, как одной из девушек, которая попыталась сопротивляться, он отрезал соски и выколол глаза. Зачем вы меня остановили? Такому зверю незачем жить…
- Да-а-а,- протянул Олег,- натерпелась ты,- он приобнял девушку за плечи, прижав ее к себе.- А за Ерша, не беспокойся. Он свое получит. Я его, вместе с Горяном и другими татями, в Новгород отвезу. Там их судить будут. И могу тебя уверить, что смерть их не будет легкой.

* * * * *

С утра выяснилось, что провести по протокам загруженные доверху ворованным товаром ладьи, не представляется возможным. Слишком мелким было русло. Нужно было перегрузить часть товара на ушкуи, перевести его до большой воды, и перетянуть туда же сами суда. Со стороны взглянуть, работа тяжелая. Но и на нее нашлись желающие, из числа вольнонаемных людей, нанятых в экипажи ложного купеческого каравана. Им, что гребцами быть, что грузчиками, все едино. Главное чтобы звонкая монета в карман падала. А как узнали старшины, что, по прибытие в Новгород, им полагается доля в добыче, так и вовсе дело пошло. Работали скоро и слажено. Ладьи разгрузили. Товар, за несколько рейсом перевезли на ушкуях к Ловати. Где на веслах, где веревками, а где и на катках по берегу, перетянули туда же и сами громоздкие суда
На все заботы ушло три дня. После чего караван тронулся вверх по реке Ловать.
В довольно крупном городище, под названием Холм, продали трофейные ушкуи. Там же восполнили нехватку гребцов и знающих русло кормчих, пообещав щедрую оплату по окончанию рейса.
Река Ловать издавна была связующим звеном пути «из варяг в греки». Тридцать-сорок метров в ширину, она спокойно несет свои воды среди невысоких лесистых берегов. От притока Кунья, где и было разорено разбойничье гнездо, пришлось преодолеть около двадцати несложных порогов, представляющие собой узкие, поперечные каменистые гряды, которые кормчие обходили справа, либо изредка, прорывались посередине.
В Русе с частью ратников, сошел на берег воевода Воеслав, оставив на каждой ладье по десять воев, поручив командование судовой ратью десятнику Горыне.
В устье течение совсем замедлилось. Хорошо, что дул попутный ветер, и идти на веслах не было ни какой необходимости. А еще через несколько часов берега расступились. Перед глазами Найденного открылся бескрайний водный простор.
Озеро Ильмень имело в поперечнике более пятидесяти верст, так, что противоположного берега было не рассмотреть. Олегу казалось, что они плывут, на удивление по тихому, бескрайнему морю.
День выдался жарким. Солнце палило нещадно. Но особенно тяжело было ратникам, в бронях и войлочных поддоспешниках. Вроде бы и опасаться было не чего, но привычные ко всяким неожиданностям воины, рисковать не хотели. Лишь ветер, по-прежнему дувший в попутном направлении, позволял отчасти справляться с духотой.
Как только ладьи вышли в озеро, гребцы дружно ударили веслами. Можно было и не грести. Паруса, вон, глядишь, вот, вот порвутся, но каждому хотелось быстрее добраться до Новгорода.
Десятник Пересвет, закинул на прочной веревке за борт кожаное ведро. Вытянул, воду выплеснул себе на голову. Тряхнул волосами, с удовольствием крякнул. Такого душа хватало минут на пятнадцать. Одежда высыхала моментально. Пересвет отер лицо, взглянув в сторону носовой надстройки. Там, упершись руками в борт, стоял человек, сумевший всего в три дня, обнаружить и ликвидировать, одну из самых свирепых ватаг, которую видела Новгородская земля. Таких здоровяков десятнику еще видеть не приходилось.
Словно почувствовав, что на него смотрят, Олег обернулся. Но смотрел он не на десятника, а в сторону кормчего.
- Долго ли нам плыть?- Найденов, пересек всю ладью, остановившись рядом кряжистым мужиком, в холщовой рубахе на выпуск, с расстегнутым воротом. Было ему лет около сорока, с небольшой бородкой и растрепанными волосами. Но дело свое знал добре. Уверенно стоял на палубе, широко расставив босое ноги, лишь изредка слегка поворачивая рулевой весло, поправляя курс.
- Если погода не измениться,- глянул на небо кормчий,- то до вечера к Волхову подойдем. Главное, чтобы бури не было. Ох, страшен тогда становится Ильмень. Берега-то тут не высокие. Ветру приволье. Вот и гуляет он как захочет. Налетит разом, поднимет волы один выше другого. Не каждое судно с ними справиться. Но слава Перуну, пока непогоды не предвидеться.
Олег кивнул, бросив взгляд, на следующее за их ладьей судно. Оно шло на приличном расстоянии, но все равно было видно, стоящую на краю стройную девичью фигуру. Настя забралась на основание носовой фигуры, широко раскинула руки, и подставив лицо солнцу. Сзади, ее за талию крепко держал Ростислав. Ветер доносил до Найденова счастливый девичий смех.
« Ишь ты,- усмехнулся, Найденов,- а парнишка-то не промах. Ну, ни чего, дело молодое. Может быть, у них все и сладится…»
Опытный кормчий как в воду глядел. Солнце только стало клониться к горизонту, а впереди показался окутанный туманной дымкой берег.
Заночевать решили недалеко от истока могучего Волхова. На много, много верст, раскинулся здесь бескрайний лес. Человек еще не добрался до этих мест. Вокруг вздымались в небо вершинами вековые дубы, сосны и ели. Но берег был расчищен. Тут и там виднелись кострища. Видимо многие использовали это место для стоянки.
При подходе к берегу, команда шустро спустила парус. Несколько гребков и ладья, сминая корпусом камыши, уткнулась в илистую отмель. Остальные суда пристроились неподалеку.
В одно мгновение берег заполнился людьми. Всем нашлось дело. Натаскали дров, благо найти их в близком лесу не проблема, да и выкинутого на сушу плавника, в окрестностях было достаточно. Развели костры. В ближайшей заводи сетями наловили рыбы. Мелочь не брали. Улов: пара сомов, пять налимов по полтора аршина длиной и пол пуда весом, с десяток пудовых щук, и множество крупных лещей по десять-двенадцать фунтов каждый. Наскоро распотрошили улов. Наварили ухи и каши. Пока суть, да дело, совсем свечерело. Солнце в конец спряталось за макушками деревьев.
Плотно поужинав, Олег пошел прогуляться вдоль берега. Спать совсем не хотелось. На безоблачном небе мерцали звезды, отражаясь в спокойной воде Ильмень озера. Здесь, вдали от многолюдного стана, было тихо. Лишь слышался плеск прибоя, да жужжали вокруг назойливые комары. Вдруг, ему показалось, что совсем рядом, кто-то разговаривает. Олег остановился. Прислушался. Голоса раздавались из зарослей, окаймляющих небольшой песчаный пляж. Найденов подкрался поближе. Раздвинул ветки.
На бревне, спиной к нему сидела Настя. На ее плечи, была накинута мужская стеганка. Перед девушкой на одном колене стоял Ростислав.
- …твои глаза, затягивают, словно два омута,- горячо шептал юноша, удерживая в своей ладони пальцы боярской дочки,- твой взгляд тревожит душу, твой лик словно свет луны, среди мрака. Твой голос, словно родник, утоляет жажду. Аромат твоих волос подобен запаху весенних цветов. Твое лицо прекрасно, разлетом бровей соболиных, жемчугом зубов белоснежных, губами рубиновыми. Твоя стать заставляет дрожать от желания любого мужчину…
- Мне еще ни кто не говорил таких слов,- девушка погладила ухажера по голове,- говори же…
Чтобы не мешать влюбленным, Найденов, отступил назад и вернулся в лагерь. Уставшие от дальнего перехода люди, спали прямо на земле, укрывшись накидками. Лишь караульные, сидели возле костров, тихо переговариваясь между собой.
Олег подошел к одному из костров, где сидело несколько воинов. Это были обыкновенные мужики из русской глубинки. На службе у воевод не состояли. Они явились, на призыв наместника Русы, из разоренных ватажниками селений. Совсем недавно у них были семьи, свои радости и мечты. Но после набегов разбойников, у многих не осталось ни чего.
- Не помешаю?
- Садись, коль не шутишь,- один из охочих людей, отодвинулся,- хорошему человеку завсегда рады.
Найденов подбросил в огонь охапку сухих веток ивняка, и устроился на краю бревна. Он по имени знал не многих. Но кое с кем, уже успел познакомиться. Вот этого, например, угрюмого мужика, лет тридцати пяти, звали Осипом. Во время набега банды Гаряна, он был в Русе. Вернулся уже на пепелище. Его родные, видимо, оказали сопротивление. В отместку, тати не пожалели ни кого. Похоронив жену, двух сыновей и дочь, Осип отправился искать кровников. И нашел-таки. То, что он не плохой боец, Олегу уже довелось убедиться. Не имея кроме стеганки, с нашитыми металлическими бляхами, ни какой защиты, он настолько ловко работал двумя боевыми топорами, что ни кто из врагов, не мог к нему подступиться.
- Вот скажи нам, мил человек,- без обиняков начал разговор Осип,- какого ты будешь роду, племени?
- А что?
- Да вот мужики интересуются, боярин ты, али может воевода.
- Да просто служивый,- поскреб затылок Найденов,- с князем нашим Святославом, в походы ходил, против ромеев, печенегов, да половцев. Сейчас на южных границах мир. Вот и решил я побродить по свету. Все мое богатство, щит, меч, да воинское умение.
- Доброго воина, нам боги послали,- по-дружески улыбнулся Осип,- Воеслав, два года за Гаряном бегал. А ты, в седмицу управился и людей не потерял. И добычу богатую взяли.
- У меня работа такая,- покачал головой Олег,- а вот о тебе люди говорят, что ты один с целым отрядом татей управился, что твой дом разорили, вот это подвиг.
- То не подвиг, а месть,- отмахнулся Осип,- да и было их всего пяток. Упились все да спать завалились. Вот я всех во сне и перерезал.
Не простой оказался человек, этот Осип. Такого Найденов был бы рад взять в свою дружину.
Так за разговорами время и пролетело. Далеко за полночь Найденов лег спать…

Глава 7.

Утром, когда еще солнце не поднялось над лесом, стали загружаться на ладьи. Найденов опасался, что нужно будет потратить, ни мало сил и времени, чтобы снять суда с отмели. Да не тут-то было. Раздались команда кормчего. Экипаж поднял парус. Дувший с берега ветер наполнил полотнище, вздув его пузырем. Заскрипели снасти. Ладья дрогнула и стала медленно сползать в озеро. Опустились в воду весла. Через мгновение судно оказалось на глубине. Зазвучали рожки. Привычно выстроился судовой караван. Одна за другой ладьи вошли в Волхов.
Легко и бесшумно скользили по реке ладьи, ловко лавируя, обходя встречные и попутные суда. И вот уже впереди появились стены древнего города.
Как и большинство европейских городов, этого времени, Новгород, расположенный на равнине, был хорошо укреплен. Его оборонительные сооружения состояли из внутреннего и окольного города. Глубокий ров, мощные деревянные стены с башнями, и внешний вал, окружавший весь город, делали Новгород серьезным препятствием для любого врага.
По берегу Волхова имелись пристани,- «вымолы». Каждый предназначался для купцов из различных государств и имел соответствующее название.
Ладьи, причалили к русскому «вымолу». Прибывшие с караваном из Русы приказчики занялись товаром. Пересвет, отправился к новгородскому воеводе с докладом о ликвидации банды. Плененных ватажников, ратники погнали в острог. Вслед за ними в Северную столицу Руси отправились Олег, его воспитанник и боярская дочка Настасья.
Городские ворота были открыты. Получив полагающуюся мзду, стражники охотно пропустили гостей в город.
Новгородские улицы, были очень узкими. Одни шли параллельно Волхову, другие, пересекая их, по направлению к реке. На улицу выходили фасады жилых домов, мастерских или высокие столбовые тыны дворов усадьб.
Все дома были выстроены из дерева и имели два этажа. Первый был не жилым. Новгородцы здесь хранили различную утварь и продовольственные запасы. Жилое отапливаемое помещение располагалось на втором этаже. Высокие крутые крыши домов, были покрыты дубовой дранью. На довольно тесно застроенных городских участках, горожане умудрялись разводить сады.
Не смотря на то, что по городским улицам проходило множество лошадей, на деревянных мостовых, площадях, было довольно чисто.
Олег шагал, молча, насмешливо поглядывая в сторону своих юных спутников. Ему, старому воину, довелось побывать во многих городах. Даже в Царьград захаживал. По его оценке Новгород, в нынешнем его состоянии, не достоин был, чтобы даже в десятку Европейских городов войти. Хотя, нужно было признать, что среди городов Руси он, несомненно, занимал первое место. Казалось, что здесь совсем не имеется смердов или холопов. Вон, даже золотари, и то в добротную одежду одеты и важные, будто бояре какие.
А вот для Настасьи и Ростислава, все было в новинку. Идя бок, о бок по улицам города, они постоянно вертели головой. Как только шеи не устали поворачиваться.
Пройдя плотницкий квартал, вышли на огромную площадь. Торжище, встретило гостей шумом, гамом, криками, песнями, да музыкой. От лотков с товарами глаза разбегались. Одни продают, всячески свой товар расхваливая. Покупатели стараются цену сбить. Радуются, когда это им удается. И не ведают того, что их все равно объегорят. Гомон стоит вокруг, аж уши закладывает. Каких только диковин тут нет!
Найденов не успел оглянуться, как потерял из вида молодых спутников. Но найти их не составило труда. Настасья вон возле прилавков с нарядами, да украшениями крутиться. На латках разложены сапожки разных размеров и цветов, платки с затейливым рисунком, кокошники, жемчужные понези, браслеты, серьги, бусы. Все, что для девушки интересно. Вон как блестят глаза Настасьи. Накинула на плечи цветастый платок, примерила кокошник, покрутилась перед начищенным до блеска, серебряным зеркалом.
Ростислав не далеко ушел. Вона, возле оружейной лавки стоит, ножи перебирает.
- Пироги с рыбой, зайчатиной, требухой! Налетай народ честной!
- Сбитень горячий!
Олег обернулся. Прямо на него шел здоровый мужик в красной рубахе и белом фартуке. Борода лопатой. Перед ним огромное лукошко с лямками на плечах. Рядом семенит мальчуган лет семи, с большим кувшином.
Олег втянул носом воздух, почувствовав, как засосало в животе.
- Почем пироги,- останови он торговца.
- За пару по резане, мил человек, широко улыбнулся торговец.
- Давай,- Найденов достал векшу, мелкую серебряную монету.
Торговец проворно свернул куль, положил туда шесть пирогов, передал его Олегу. Мальчуган протянул берестяную кружку со сбитнем.
- Хороши у тебя пироги,- Найденов с удовольствием откусил от сдобы. Пожевал. Запил сбитнем.- А скажи, где тут у вас можно комнаты снять.
- Спасибо за добрые слова,- поклонился торговец,- а насчет жилья, так вы к Братиславу иди. Вон его постоялый двор, на краю торжища. Там и цены небольшие, и комнаты чистые, да светлые. Квас, меды разные есть, да и вино заморское имеется.
- Небось, знакомый твой?- хитро прищурился Олег.
- Ну а как же,- не стал темнить торговец,- братом мне приходиться. Пирогами и сбитнем от него торгуем…
- Спасибо за пироги,- Найденов сам не заметил, как смолол всю сдобу,- да за совет твой…
- И тебе спасибо, мил человек,- кивнул мужик, и пошел дальше.
Забрав молодежь, Олег, вместе с ними, отправился на постоялый двор.
За высоким забором на обширном дворе, располагался добротный двух этажный дом, с небольшими резными оконцами, затянутыми слюдой. За ним виднелась открытая галерея, с привязями для коней и яслями для их кормежки, в глубине которой располагался вход в конюшню. К ней прилегал сарай для возов. Отдельно стояла небольшая банька.
Первый этаж дома занимала корчма. Навстречу посетителям выбежал молодой паренек с веснушками на лице и смешно оттопыренными ушами.
- Снедать изволите?- поклонился он.
- Да,- коротко ответил Найденов,- и пусть нам ни кто не мешает.
- Тогда, извольте идти за мной.
Паренек первым зашагал вглубь помещения. Вначале была людская. Здесь, на скамьях, за длинными столами, сидели простые горожане, мелкие торговцы, приказчики. В воздухе вился запах сивухи, стоял сыроватый туман от людского дыхания.
За людской, располагалась смежная комната, отличающаяся от предыдущего зала, относительной чистотой. Здесь уже были отдельные, крашеные, столики, стулья грубой работы. Тут трапезничали купцы, бояре, да иностранные гости.
Но Олега и его спутников, паренек привел в отдельный кабинет, с накрытым расписной скатертью столом, и двумя небольшими диванчиками. Имелось тут и большое медное зеркало.
- Чего изволите?- подождав, пока гости рассядутся, спросил служка.
- Принеси нам капусты квашеной,- немного подумав, стал перечислять Найденов. За время путешествия, когда приходилось питаться, в основном, дичью, мясное меню, порядком поднадоело,- еще, пусть подадут: грибков, сельдь малосоленую, икру белужью, ботвинью с белорыбицей, кашу гречневую, драники со сметаной, да вина, самого лучшего.
- Не извольте беспокоиться,- поклонился корчемный служка,- все вмиг исполню.
Шустрый паренек мгновенно исчез, задернув за собой занавеску. Ждать пришлось не долго. Скоро стол был накрыт.
Набив брюхо, Найденов наклонился, откинув занавеску.
- Эй, человек!
- Чего изволите,- перед ним, словно из воздуха материализовался служка.
- На-ка, вот тебе за старание,- Олег кинул ему векшу.
- Благодарствую,- паренек ловко поймал монетку, сунув ее за щеку.
- Хозяина кликни.
Служка, вновь поклонился, и исчез, будто его и не было.
Найденов откинулся на спинку дивана. Прикрыл глаза, наблюдая из-под полуопущенных век за молодыми спутниками. А те ерзали на месте и так и так. Было видно, что им хочется вновь улизнуть на рынок.
- Дядька Олег,- наконец не выдержал Ростислав,- мы остановимся здесь?
- Тут.
- А тогда можно, нам с Настей, на торжище пойти. Уж дюже интересно на скоморохов поглядеть.
- Идите уж,- благосклонно разрешил Найденов,- что с вами делать.
Взявшись за руки, молодые бросились к выходу.
- Только друг от друга ни на шаг! И в неприятности не лезьте!- Крикнул им вслед Олег. Но вряд ли последние наставления влюбленные расслышали.
Стоило им скрыться, как в кабинет зашел, небольшого роста, круглый как шар, щекастый мужик, безбородый, с кудрявыми волосами и лоснящимся от пота красным лицом.
- Здрав будь боярин,- слегка поклонился хозяин постоялого двора,- все ли тебе понравилось? Или кто плохо услужил?
- И тебе здравия,- улыбнулся Найденов,- все мне у тебя понравилось. Вот хочу задержаться в городе на несколько дней,- он положил на стол золотник.
- Дорогим гостям, мы завсегда рады,- расплылся в улыбке Братислав, проворно заграбастав монету,- для вас самые лучшие комнаты. Сколько велите приготовить.
- Две,- Олег налил себе вина,- одну с зеркалом для молодой девицы. И баньку пусть истопят.
- Комнаты сейчас велю приготовить. А в баньку к вечеру просим…

Глава 8.

Молодые вернулись под вечер, когда торжище вконец затихло. Не имея опыта в общении с девушками, и будучи не связанным в средствах, Ростислав накупил для подруги всяких подарков: и бусы, и расписной платок, и глиняную свистульку, и печатный пряник, и серебряное зеркальце в резной оправе. На потеху толпе, сумел влезть на высоченный, ошкуренный и покрытый маслом, столб, откуда снял изящные сапожки. От своего спутника Настя, была просто без ума.
К моменту их возвращения баня была готова.
В прежней своей жизни, Найденов любил ходить в баню. Не в городскую, где куча голых мужиков, обливается из тазиков, а в настоящую, деревенскую. В этом времени, ему еще не довелось посетить русскую баню.
Баня, на постоялом дворе представляла собой небольшое бревенчатое строение. Олег помнил, что в дохристианской Руси, баня считалась местом мистическим. Люди верили, что в ней проходит граница между двумя мирами,- материальным и миром духов. Охраняли эту границу совсем не безопасные духи,- Банник и его жена Обдериха. Первого представляли, как голого, косматого старика с длинными волосами, который живет под полком. А его жена, лохматая старуха, превращается либо в кошку, либо в красивую женщину, высасывающую у зазевавшегося посетителя, душу.
Поэтому, прежде, чем войти в баню, Олег остановился перед порогом.
- Хозяин,- поклонился он, пусти нас помыться, погреться, попариться.
Внутри что-то громыхнуло и все стихло.
- Вроде все в порядке.
Найденов первым переступил порог. Внутри вместо печи был открытый каменный очаг. Он прогревал не только каменку, но и стены. Дым здесь шел прямо в помещение, от чего стены и потолок были черными. Но сейчас дыма уже не было, его выветрили через дверь.
Скинув одежду, Найденов плеснул квасу на камни и забрался на самый верх. Белый, душистый пар, клубами поднялся к потолку. Ростислав, привычный к любой боли, к такому испытанию оказался не готов. Он просто сел на пол, там где пара было поменьше.
- Чего внизу сидишь!- Олег слез с полка,- а ну лезь на самый верх!
- Не-е-е,- совсем по-детски замотал головой Ростислав,- там заживо свариться можно.
- А ну марш наверх!- прикрикнул на него Найденов,- мужик ты или барышня кисельная!
От грозного рыка, парень стрелой взметнулся на полок, растянувшись на животе. Олег выбрал с жерди веник по плотнее, сунул его в кадку с горячей водой, и без стеснения начал хлестать своего воспитанника. Того обдало жаром, кожа покраснела. Но он, стиснув зубы, продолжал лежать. Однако скоро по телу разошлась сладостная истома. Ростислав расслабился, получая удовольствие.
Парились долго, хлестая друг друга веником. Не заметили, как совсем свечерело. Вдруг дверь открылась. Оба мужчины одновременно повернули головы. В баню, вступила обнаженная Настасья. Невысокая, стройная, с упругой, девичий грудью, слегка прикрытой распущенными волосами, она была красива словно нимфа. Ростислав так и застыл, с раскрытым ртом.
- Что же вы мужики,- совершенно не стесняясь своей наготы, уперев руки в бока, с укором в голосе покачала головой девушка,- на дворе скоро полночь. Время Банника и прочей нечисти наступает. Когда мне прикажете париться?
- Извини,- смутился Найденов,- совсем счет времени потеряли,- а ты, что рот раззявил?- перевел он взгляд на воспитанника,- ну марш из бани!
Ростислав стыдливо отвел глаза и засеменил к двери, прикрывая руками взбунтовавшуюся плоть. Олег вышел следом, прикрыв за собой дверь.
Из бани до них донесся веселый девичий смех…

* * * * *

Комнаты, выделенные хозяином постоялого двора для богатых гостей, оказались рядом и располагались в самом дальнем конце длинного коридора. Двери, довольно прочные, сколоченные из хорошо подогнанных, толстых досок, снаружи, в отсутствие хозяина, запирались на массивный навесной замок. Ночью, для безопасности гостей, имелся засов, глубоко уходящий в стену. Такой запор ножом не подцепишь, и снаружи не отодвинешь.
Олег оглядел помещения, и не смог удержать улыбки.
Обстановка в комнатах была обычной для постоялых дворов, таверн, гостиниц и других подобных мест, всех времен и народов. В большей комнате два топчана вдоль стен, небольшой столик у окна, да массивный сундук. Обстановка другой комнаты, меньшей по размеру, отличалась лишь одной кроватью, наличием комода с выдвигающимися ящиками и большим медным зеркалом над ним. Освещалось помещение свечами, установленными в трехглавом, медном подсвечнике, и регулировалось количеством зажженных фитилей.
А, в общем, бедненько, но чистенько и со вкусом. А что еще нужно путешественнику?
Оставшись довольным, Найденов, спустился в харчевню. В трапезной за отдельным столиком, ужинали несколько человек,- три здоровых парня, по виду приказчики. С одной стороны было удивительно, что они не в людской. А с другой, мало ли что? Может хозяева хорошо платят, вот они и не отказывают себе ни в чем.
Пройдя людскую, Олег вышел во двор. Близилась полночь, а Насти все еще не было. Ворота постоялого двора были уже закрыты. Возле привязи, опустив морды в ясли, пережевывали овес четыре расседланных коня. Значит, кроме них тут остановилось еще четыре человека. Трех парней он видел. А кто же четвертый? Найденов вдруг почудилось, что возле бани мелькнула чья-то тень.
Почувствовав тревогу, он, было, двинулся в ту сторону, но тут дверь бани открылась и оттуда, отжимая на ходу волосы, вышла Настасья. Увидев Олега, она помахала ему рукой и побежала навстречу.
- Не спиться, дядя Олег?- улыбнулась девушка.
- Да вот вышел подышать,- решил не пугать ее Найденов,- в комнате душно.
- И впрямь, ночь-то, какая теплая и звездная,- Настя запрокинула голову,- красота!
- Ты иди,- подтолкнул ее Олег,- голова-то мокрая. Простынешь.
- Ни чего, я привычная,- отмахнулась девушку. Но все же убежала внутрь.
Найденов еще некоторое время постоял, вглядываясь в темноту. Но так ни чего подозрительного не увидев, поднялся в свою комнату.
Ростислав уже развалился на своем топчане. Заложив руки за голову, он, с мечтательной улыбкой на лице, о чем-то думал, уставившись в потолок.
Олег зашел внутрь, не плотно прикрыв за собой дверь.
- Вот, что,- обратился он к воспитаннику,- Будим дежурить по очереди. Ты сейчас ложись спать. Через четыре часа я тебя разбужу.
- Что-то не так?- Ростислав одним движением сел на топчане.
- Неспокойно у меня на душе,- не стал отрицать Найденов,- за Настасью опасаюсь. Ее ведь, наверно ищут. Так, что дверь не закрывай и поглядывай. Не равен час кто чужой появится.
Однако, не смотря на опасения, ночь прошла спокойно.

Глава 9.

Наутро, позавтракав на скорую руку, отправились на центральную городскую площадь.
Вече было такое мероприятие, на которое сходился весь люд. Весть о поимки ватажников, державших в страхе всю округу, стремительно распространилась среди горожан и гостей Северной столицы. На сегодня был назначен суд над татями. А там и на казнь можно посмотреть. Как можно пропустить такое развлечение? Вот и торопились люди с самого утра занять лучшие места.
Шумно и многолюдно было на улицах. Толпа расступалась, пропуская конных, и вновь смыкалась за ними. Ручейки мелких улиц, стекались в реки, чтобы впасть в большое озеро,- огромную Вечевую площадь.
А тут народ уже собрался спозаранку. Мужики толпились, окружив полукольцом сбитый из досок помост. Купцы, бояре, ремесленники, смерды, все стояли плечом к плечу. Старейшин пропускали вперед. На дальних задворках, кучковались тихо переговаривающиеся между собой женщины. Все заборы и другие возвышенности оккупировала детвора, повиснув на них как гроздья винограда.
Олег остановился за спинами последнего ряда. С его ростом он возвышался над толпой больше чем на голову. Поэтому ему было все прекрасно видно. А вот насчет своих спутников, он глубоко сомневался.
– А ну, детвора, постарались,- Найденов, словно дядя Степа, снял с помоста, где было установлено било, двух сорванцов. Те, попытались, было, что-то возразить, но увидев сурово сдвинутые брови такого великана, в один миг, затерялись в толпе. –А, ну-ка, Настасья, залазь. Давай подсоблю,- видя, что девушка не знает, как подступиться, Олег подхвати ее на руки и бережно водрузил на перекладину. Та уселась поудобнее, как курица на насесте, обняв рукой столб.
Между тем на помосте стали собираться люди: старший волхв в сером балахоне с морщинистым лицом и длинной, до колен, седой бородой; младшие жрецы из местных святилищ; несколько знатных бояр. Князь приехал в сопровождении полусотни светловолосых воинов. Не доверяя соплеменникам, уже сейчас он отдавал предпочтение норманнской охране.
Князю Новгородскому, Владимиру, исполнилось двадцать пять лет. В той, прежней истории, он уже был полноправным правителем всей Руси. Сейчас же, ему суждено было оставаться в тени своего великого отца и править в Новгороде.
Князь уселся на установленное посредине помоста высокое кресло. Взмахнул рукой. Площадь затихла. Задние ряды колыхнулись, стараясь подойти поближе. В давке Найденов и не заметил как его оттеснили от того места, где сидела Настасья.
К краю помоста вышел глашатай.
- Сегодня, люд новгородский,- громко заговорил он,- собрались мы, чтобы чинить суд над преступниками,- широким жестом распорядитель указал на дальний конец помоста, где в окружении стражи стояло полтора десятка человек. Среди них были не только мужчины, но и несколько женщин.
- Вена у них разная,- продолжил глашатай, но без наказания оставлять ни кого мы не имеем права. Посему суд княжеский решено провести публично, чтобы все знали, что нет от народа у него секретов.
Князь Владимир, со своего места наблюдал за людским морем, положив руки на подлокотники, сохраняя гордое и решительное выражение лица.
Судилище начали с мелких провинностей. Выслушивали обвинителей и обвиняемых. Расспрашивали свидетелей и тут же выносили решения. В основном это были, как бы сказали в будущем, административные правонарушения. В одном случае сбежавший холоп скрылся у конкурента его хозяина, а тот из мести за причиненные обиды, не выдал его. Холопа вернули, а за обиду стребовали три золотника. В другом случае боярский сын умыкнул дочь смерда, да позабавился с ней. За обиду с его отца взыскали двадцать золотников, а самого безобразника, услали служить в дальнюю крепость. Конокрада прилюдно выпороли, после чего взяли с него тридцать резан, да отпустили.
Затем пошли более серьезные дела. Убил гончар по пьяному делу, соседа бондаря. Так он уплатил семье погибшего сорок золотников, и все. Правда, для этого ему пришлось заложить свою мастерскую. А бывали случаи, что свободные люди и в холопы попадали. Вот как в следующем случаи. На край помоста вышла молодая женщина, лет двадцати не более. Среднего роста, со стройной, поджарой фигурой, высокой грудью, довольно привлекательным лицом и огненно-рыжими волосами, сплетенными в длинную косу. Она стояла, гордо подняв голову, с презрением глядя на упитанного мужика, в поклоне застывшего возле князя, ожидая разрешения говорить.
- Ну, рассказывай, - дозволил Владимир,- на кого просишь? Как дело было?
Тысячи глаз с любопытством уставились на просителя.
- Зовут меня, Чистим,- начал тот,- являюсь я тиуном боярина Путислава. По роду своих обязанностей приехал я объездом в селение Медведки, что на выселках. Оброка, они, уже давно не платили. Вот и забрал я всю скотину в счет долга. Да вот поплатился за свое рвение. Чуть жизни меня не лишила ведьма проклятая,- он ткнул пальцем в сторону стоящей неподалеку женщины.
- Полно тебе,- улыбнулся князь, взглянув на хрупкую фигуру,- да правду ли ты говоришь? Неуч-то, ты один ездил?
- Нет, конечно,- замотал головой, Чистим,- были со мной десяток холопов.
В толпе раздался смех.
- Да не пьян ли ты был,- посуровел Владимир, устремив свой взгляд в лицо тиуна,- как одна женщина, могла причинить тебе вред, когда вокруг тебя стража?!
- Клянусь Перуном,- задрожал всем телом, Честим,- в том и руку на отсечение даю.
- И какой же ты ущерб от нее получил?
- Стрелу она послала, когда мы уже за околицу выехали.
- Это, с какого же она расстояния стреляла,- удивился князь.
- Так, это,- призадумался, Чистим,- сажень сто будет.
Над площадью пронесся недоверчивый гул.
« Ого,- даже присвистнул Найденов,- с двухсот метров в движущуюся мишень попала! Такое не всякому стрелку удается…»
- А скажи,- прищурился Владимир,- куда же она тебе попала. Что-то не видно у тебя ни каких ран.
- Ну, это,- замялся тиун,- место такое, на людях, и сказать стыдно…- он потер правую ягодицу, и тут же сморщился от боли,- я теперь ни сидеть не могу, ни на коне ездить.
- Так ли было,- перевел взгляд Владимир на обвиняемую.
- Так,- кивнула она,- что тут уж говорить. Да он ведь уже третий раз приезжает. Все выгреб, ни чего не оставил. Как нам зиму пережить?!
- Значит так,- немного подумав, сказал князь,- В Медведки я отправлю, своего тиуна. Если выясниться, что оброк был чрезмерный, повелю вернуть незаконно изъятое, а виновных наказать. Но за покушение на жизнь боярского тиуна, надлежит тебе выплатить сорок золотников. А если нет, придется идти тебе к нему в холопы и отрабатывать долг.
- Нет у меня таких денег,- развела руками обвиняемая, да и во всей деревне не наберется.
Даже с такого расстояния Найденов, увидел, как зло блеснули глаза, Чистима, а физиономия расплылась в довольной улыбке, ни чего хорошего не сулящей бедной девушке.
Видимо это понял и сам князь.
- Хорошо,- решил он,- если найдется честный человек, что решиться выплатить указанную сумму, то освобожу тебя от наказания. А с доброхотом сама потом решишь, чем долг отдавать станешь.
Владимир кивнул. Глашатай подошел к краю помоста.
- Есть ли желающие выплатить указанную сумму, назначенную княжьим судом, за девицу Василису из селения Медведки?!
Найденов огляделся. Все вокруг смотрели на женщину с сочувствием, но ни кто не хотел лишаться огромных денег. Олег перевел взгляд на обвиняемую. Блеснувший во взгляде лучик надежды, потух. Она отошла назад, опустив голову.
- Ну, раз нет желающих…
- Есть!- Найденов поднял вверх руку,- я готов выплатить указанную сумму!
Толпа колыхнулась, расступаясь. По освободившемуся коридору, Олег прошел к помосту, поднялся по деревянным ступеням.
- Назови себя,- взглянув на князя, потребовал глашатай.
- Звать меня, Олег Малюта,- поклонился вначале князю, а затем собравшемуся люду, Найденов. Толпа ахнула. Видимо слава о борце с ватагами, добралась и сюда,- а прибыл я в Новгород, чтобы передать в руки правосудия атамана Гаряна и захваченных татей из его ватаги…
- Слыхал, слыхал о твоих подвигах,- поднялся со своего места Владимир,- брат мой Ярополк, дюже хвалил тебя, да огорчался, что не заглянул к нему в Киев. Значит, ты готов выплатить долг девицы.
- Готов, княже,- вновь поклонился Олег. Он отцепил от пояса кашель и бросил его к ногам Чистима.
- Забирай,- князь брезгливо подтолкнул ногой кашель в сторону тиуна,- девица Василиса, ты свободна, о чем благодари дорого гостя.
- Спасибо,- девушка поклонилась Олегу в пояс,- готова отплатить тебе службой.
- Хорошо,- кивнул Найденов,- приходи завтра на постоялый двор Братислава, что за торжищем. Там переговорим.
Он уже собрался спуститься вниз, но Владимир остановил его.
- Останься. Сейчас твоих татей судить будем. А после у себя в тереме видеть тебя желаю. Трапезничать будем.

Глава 10.

И вот наступил момент, ради которого Новгородцы, поднялись ни свет, ни заря. На помост вытащили довольно просторный эшафот. На нем располагались плаха и колесо, с вставленным в него деревянным колом. Рядом с эшафотом плотники, прямо на глазах у толпы, собрали общую виселицу, состоящую из двух столбов и длинной перекладины со свисающими с нее веревками. Под каждой петлей поставили чурбан. Таким образом, расправа должна была произойти над всеми преступниками одновременно.
Люд Новгородский, всех чинов и сословий, зашумел, когда на эшафот вывели восемь преступников. Босиком, в исподнем, они уныло шли друг за другом. У всех руки были надежно связаны за спиной. Шестерых из них стража подвела к виселице, заставив встать на чурбаны.
Обязанности палача вызвался исполнять норманн из княжеской дружины. Раздетый по пояс, здоровенный детина, с суровым, словно грубо вырубленным топором лицом, бугрящимися под бронзовой кожей мышцами и длинными светлыми волосами, каждому осужденному на смерть накинул на шею петлю, слегка ее затянув.
Возле плахи остались стоять лишь двое: Гарян и Захар по кличке Ерш. Их имена вызывали у новгородцев одновременно животный страх и лютую ненависть. Эти смешанные чувства и не позволили горожанам остаться в этот день дома.
Пока глашатай зачитывал приговор, описывая все злодеяния, за которое тати должны были понести заслуженное наказание, приговоренные к смерти вели себя по-разному. Хмуро опустив головы, с петлями на шеях стояли висельники. С кривой усмешкой, прямо смотрел поверх толпы Захар Ерш. Бывший лихой атаман Гарян, упав на колени, выл и рвал на себе волосы.
Глашатай, закончив зачитывать приговор в отношении рядовых преступников, обернулся в сторону князя. Владимир некоторое время смотрел сторону виселицы, затем, махнул рукой. Кат, проходя за спинами осужденных на смерть, один за другим вышиб у них из-под ног опору. Тела недолго дергались на крутящихся веревках, затем замерли с оттянутыми вниз ступнями.
Глашатай перешел к зачитыванию обвинений в отношении главарей шайки. Захар Ершь, выслушал приговор с отрешенным спокойствием. Когда стража бросилась к нему, он отпихнул их плечом, сам встал на колени, положив голову на плаху. Палач поднял топор, играя на публику, пальцем провел по его лезвию. Оставшись довольным, он навис над приговоренным, широко расставив ноги, занес топор и резким, заплечным ударом, опустил его на шею татя. Удар был сильным, резким и точным. Голова разбойника покатилась по доскам.
Последним, ожидающим смерти, был главарь банды. Он уже был близок к безумию. Двое стражников, держа за плечи и бедра, втащили безвольное тело Гаряна по лестнице, подняли над колом. Какое-то время кат двигал его, регулируя положение. Когда острее уперлось в задний проход, осужденного опустили, придерживая в вертикальном положении, пока тело, под собственным весом опускалось по смазанной жиром поверхности. Раздался душераздирающий крик. Бывший атаман дико засучил ногами, извиваясь всем телом, от чего процесс только ускорился. Из разорванной прямой кишки, кровь лилась сильным потоком.
Собравшаяся толпа одобрительно зашумела.
Когда ступни приговоренного к смерти коснулись колеса, из его ключицы, прорвав кожу, показалось острие кола. После этого тело бывшего безжалостного атамана, прочно закрепили в вертикальном положении, привязав к колу. Теперь ему оставалось лишь медленно умирать.

* * * * *

Зрелище закончилось. Народ стал потихоньку расходиться. Но многие еще оставались возле помоста. Одни просто глазели на покачивающихся, на ветру висельников и посаженного на кол главаря ватажной шайки. Другие подходили ближе, чтобы плюнуть в их сторону.
Найденов покинул Вечевую площадь вместе с князем. Верхом на конях ехать пришлось не долго. Скоро кавалькада всадников проехала через деревянные ворота на широкий двор. Как такового детинца в Новгороде еще не было. Как помнил Найденов из истории Руси, деревянную крепость в центре Новгорода начнет возводить сын Ярослав Мудрый, примерно, через полвека.
Резиденция князя, сейчас представляла собой обнесенный тыном двор, на котором находились хозяйственные постройки, жилье для дружины и княжий терем в три этажа, который ни чем не отличался от других подобных строений, хотя бы в том же Киеве.
Обедали в трапезной. В огромном зале буквой «П» были установлены столы. Один небольшой, для князя, и два длинных. Вдоль них лавки, на которых и расселись приближенные к правителю лица. Во главе, сидел князь. С одной стороны от него расположился княжий воевода, норманнский ярл Олоф, крепкого телосложения воин лет тридцати. С другой стороны, Владимир пожелал усадить Олега. За остальными столами расположились дружинники и бояре.
Прислуживали холопы из числа княжьей челяди. Они обходили столы, меняли блюда и подливали в кубки мед. К удивлению Олега, все ели деревянными ложками из глиняных мисок. К обеду подали рыбу печеную и жареную, уху, осетровую икру, дичину, пироги с грибами и мясом. Трапеза совсем не походила на шумные пиры, к которым привык Найденов. Но пили, как и везде много, славя каждым тостом своего князя.
К третьей перемене блюд, князь, уже порядком навеселе, обратился к своему гостю.
- Говоришь, ты много путешествуешь?
- Пришлось походить по земле, матушке,- не стал отрицать Олег.
- Хотел бы я спросить,- придвинулся ближе князь,- во что веруют в других государствах, и чем их вера отличается.
- Многие народы, взять например Булгар или арабов, веруют в единого бога и пророка его Магомета. Вера сия исламом зовется. Молятся они в определенное время. И запрещает их вера им пить вино и есть свинину.
- Что за странные обряды и обычаи нелепые?- удивился князь,- как же без пиров шумных. Нет, такая вера не подходит народу русскому.
- Другие народы, иудеи,- любезно продолжил просвещать Владимира, Найденов,- верят в единого бога. Основателем религии у них считается Моисей, который сорок лет водил свой народ по пустыни.
- Где же их земля,- не понял князь.
- Сами они считают, что в Иерусалиме. Но на самом деле, их народ раскидан по всей земле. Сами иудеи говорят, что это наказание за грехи.
- Не может быть народа без земли,- задумчиво сказал Владимир,- видимо бог их не любит, ежели лишил родины.
- Еще имеется христианство,- закончил экскурс в вероисповедание Олег,- оно делиться на католичество, православие и протестантство. Имеют они между собой незначительными различия, но являются непримиримыми противниками.
- Да-а-а,- протянул Владимир,- бабка моя княгиня Ольга, приняла православную греческую веру, а она была умной женщиной…
От разговора их отвлек один из дружинников, в котором Найденов узнал варяга согласившегося исполнить роль ката. Порядком поднабравшийся дружинник, медленно поднялся во весь свой не малый рост.
- За какие, такие заслуги,- стукнул он своим кубком о стол, от чего янтарная жидкость расплескалась во все стороны,- этому выскочки, без роду и племени, дозволено сидеть на почетном месте и вести беседу с князем?!
- Угомонись, Асбьерн,- привстал со своего места Олоф,- не тебе критиковать решения князя!
- Нет мне!- не успокоился тот,- я, ежедневно своей жизнью рискую! И желаю, видеть к себе почет и уважение! Вот я сейчас возьму этого,- он указал пальцем на Олега,- за шкирку, встряхну, как следует, да выкину из терема!
- Ну, это вряд ли,- спокойно ответил Найденов,- у тебя храбрости хватает, лишь на то, чтобы людей казнить.
- Это у меня?!- Взревел как медведь, уязвленный Асбьерн,- Да, я! Да, я,- захлебываясь слюной, он выскочил из-за стола, бросившись в сторону обидчика.
- Стоять!- заорал, вскочив со своего места князь, от чего норманн замер на месте,- здесь моя воля! Драки за столом не позволю. Хотите кулаками помахать, идите во двор!
На улице уже стемнело. Лунный свет скользил по крыше и стенам терема. Посмотреть на кулачный бой вышли все гости, окружив кольцом, стоящих друг против друга спорщиков. Раздевшись по пояс Азбьерн, играя мускулами, разминался, делая круговые движения руками. Он был немного меньше ростом, но не уступал Олегу шириной плеч. Найденов спокойно наблюдал за ним, изредка встряхивая кисти рук.
- Ты бы силы поберег,- усмехнулся Найденов,- а то выдохнешься…
- Да я тебя порву!- варяг кинулся вперед, с силой махнув рукой.
Олег легко уклонился от удара, слегка подтолкнув проносящуюся мимо руку, от чего противника развернуло на сто восемьдесят градусов.
- Трус!- взвыл Азбьерн. Он закрутил головой, стараясь найти противника.
- Да ты, я погляжу, герой только против связанных и безоружных,- расхохотался Олег, слегка пританцовывая на месте.
- А-а!- вновь кинулся на врага норманн, размахивая руками. Но как он не старался, все удары проносились мимо. Тяжело дыша, Азбьерн остановился.
- Мы драться будем,- продолжил издеваться Олег,- или признаешь себя проигравшим?
- Я твою голову брошу псам!
Азбьерн пошел в новую атаку. Найденов поднырнул под его руку и нанес два сокрушительных удара: хук в печень и апперкот в челюсть. Его противник поплыл, как прошлогодний снег под солнцем. Руки варяга безвольно опустились, глаза закатились. Он сделал несколько неуверенных шагов, развернулся, рухнув набок.
- Прекрасный бой,- к Олегу подошел Олоф, хлопнув его по плечу,- Азбьерн, один из лучших бойцов, но слишком не сдержан. Это ему будет наукой. Пойдем, выпьем, а он пусть полежит, проветрится…

Глава 11.

Ночевать пришлось в тереме. И не потому, что Олег уж очень много выпил. Просто на ночь ворота запирались, и стража ни кого не выпускала. Но утром, как только первые лучи солнца упали на крыши домов, Найденов поспешил на постоялый двор. На пороге харчевни его ожидал Ростислав. От взгляда Олега не ускользнуло, что парень чем-то встревожен.
- Что произошло?
- Настя пропала,- сообщил Ростислав.
- Как?- Найденов, схватил воспитанника за плечи,- я же велел тебе следить за ней.
- Когда начались казни, толпа оттеснила меня,- чувствуя свою вину, опустил голову Ростислав,- я видел, как она пробиралась к выходу, потом потерял из вида. Когда мне удалось протолкаться к краю площади, Насти уже не было. Вначале я ее искал на улице. Потом побежал на постоялый двор. Но она сюда не возвращалась. Думаю, что ее выследили и похитили.
- Думает, он,- хмыкнул Олег, отпустив своего воспитанника. Что было рвать на голове волосы. Нужно было думать, как разыскать пропавшую девушку.- Значить так. Ты остаешься здесь. Порасспроси хозяина, слуг и постояльцев. Может кто, что видел. А я в порт. Найду Пересвета. Думаю, что нам понадобиться помощь.
Стремительным шагом, разгоняя остатки вчерашнего хмеля, Найденов пересек ремесленные кварталы и вышел из портовых ворот на пристань. Подходя к причалам, он уже углядел ладьи, прибывшие из Русы. Судов, взятых у ватажников, не было. Видим, их уже пристроили к новому хозяину. Команды постепенно занимали свои места на палубе. Дружинники, еще оставались на берегу.
- Эй! Пересвет!- закричал Олег, прибавляя шаг.
Десятник тоже узнал боевого товарища и замахал ему рукой.
Олег, бегом, преодолел последние расстояние. Остановился в нескольких шагах. Помолчал мгновение, переводя дух.
- Славно мы расторговались,- улыбаясь, сказал Пересвет,- но увидев встревоженное лицо Олега, посерьезнел лицом,- что-то случилось?
- Да,- кивнул Найденов,- помнишь девушку, что с нами была.
- Конечно. Она кажется с Ладоги.
- Ее похитили.
- Вот дела,- почесал голову Пересвет,- кому же она дорогу перешла?
- Долгая история,- отмахнулся Олег,- но выручать ее надобно. Поможешь?
- Извини,- потупил взор десятник,- мы люди служивые. Дело сделали, теперь возвращаться надо. Воевода ждет. Городу нашему без дружины ни как. Так, что не обессудь. Вот,- он протянул два туго набитых кошеля,- здесь твоя доля и доля парня, что с тобой был. Все по честному.
- Что же,- задумчиво проговорил Найденов,- может ты и прав. Зла на тебя не держу. Счастливого пути.
- И тебе пусть сопутствует удача,- пожал протянутую руку десятник,- может к князю обратиться?
- Я уже думал об этом,- Олег взглянул в сторону города,- но нельзя. Доказательств у меня, ни каких нет. А шум поднимется, похитители, чего доброго с девушкой расправятся.
- И то верно,- согласился Пересвет,- а ты вот, что! Осипа найди. Он возвращаться домой, не собирался. Он воин знатный. Какая, ни какая, а подмога.
- Спасибо,- хлопнул по плечу товарища Найденов,- Ну, прощай и попутного вам ветра…
Осипа он нашел в харчевне, расположившейся недалеко от порта. Тот сидел в конце длинного стола, хлебая из глиняной миски уху. Олег пересек полупустое помещение, сел напротив.
- Говорят, ты решил не возвращаться домой?- сразу начал он разговор.
Осип поднял голову, глянул на собеседника.
- Нет у меня больше дома, боярин,- с печалью в голосе, проговорил Осип, вновь принявшись хлебать суп.
- Со мной пойдешь?
- Пойти-то можно,- не прекращая своего занятия, сказал бывший крестьянин,- знать бы куда.
- Освободить девицу и наказать разбойников. Впрочем, как всегда.
- Дело доброе,- отодвинул от себя миску Осип,- с тобой боярин я пойду хоть на край света. Когда отправляемся?
- Думаю, что на день задержимся. Нужно еще узнать, кто девушку похитил и где держат. Коней купить.
- Что ж,- вставая из-за стола, молвил Осип, вытирая усы,- лошадей я беру на себя. Куда их привести?
- За торжищем есть постоялый двор Братислава. Там его каждый знает. Встречаемся там вечером…

* * * * *
Вернувшись на постоялый двор Найденов, нашел там Василису. Она, как и договаривались, ждала его с самого утра. Увидев своего освободителя, девушка подошла к нему.
- Еще раз благодарю, господин,- сказала она,- что выкупили меня у этого злыдня Чистима. Я готова отслужить свой долг.
- Вот, что,- Олег положил обе руки на плечи девушки,- считай, что ты мне ни чего не должна. И на твоем месте, я бы нашел какие-нибудь дела подальше от меня. То, что мне предстоит сделать слишком опасно.
Молодая женщина посмотрела ему в глаза и улыбнулась.
- Я слышала, что пропала ваша спутница. Я уже далеко не ребенок. Если вы думаете, что я ни разу не видела, как убивают людей, то ошибаетесь. Наше селение не раз подвергалось нападению. Враги убили моего отца, мать и двух братьев. Я обязана была стать сильной, и научилась убивать. Ты выкупил меня из рабства, спас от бесчестья. Поэтому я пойду с тобой до конца.
«Хм-м, а ведь она права,- подумал Олег,- я не учел, что она прекрасная лучница…»
- Хорошо,- он пожал плечами,- надеюсь, что я тебя, невзначай не обидел.
- Нет, конечно,- улыбнулась Василиса,- мне даже приятна такая забота.
Их разговор прервал Ростислав. Он вышел во двор харчевни, таща за руку паренька, которого Найденов уже видел. Именно он угощал его сбитнем.
- Это, Вторуша, племянник Братеслава,- радостно заявил Ростислав,- он кое, что видел. Ну, что же ты,- подтолкнул он мальчугана,- говори…
- Не бойся,- присел на корточки Найденов.
- Я и не боюсь,- вытер рукавом нос Вторуша,- а вашу спутницу, наши постояльцы утащили. Они ее на краю Вечевой площади подкараулили, по голове стукнули. Через круп коня перебросили и ускакали.
- Ты их знаешь?- Олег вынул их кармана серебряник и протянул его мальчугану.
- Ну а как же,- просветлел лицом Вторуша, забрав монету, зажал ее в кулаке,- это холопы боярина Всеслава. У него в Новгороде склады имеются. А еще ладьи с товарами он сюда приводит. И дом здесь имеется.
- Дом говоришь? А не туда ли нашу спутницу увезли.
- Не-е-е,- замотал головой мальчуган,- я слышал, как они говорили про Усадище.
- Усадище? Где это?
- Это там,- неопределенно махнул рукой Вторуша,- вверх по Волхову, почти до самой Ладоги.
- Я знаю,- вступила в разговор Василиса,- там земли Всеслава и его усадьба стоит. Медведки в двадцати верстах от нее будут. Туда лучше по реке добираться.
- Ну, я пойду?- шмыгнул носом Вторуша.
- Иди,- Найденов протянул ему еще одну монету,- и спасибо за помощь.
Схватив второй серебряник, счастливый мальчуган убежал.
- По реке идти опасно,- поднявшись, задумчиво проговорил Олег,- там Всеслава все схвачено. О нас ему непременно донесут. Пойдем посуху. Вечером Осип приведет коней, а выступаем завтра с утра.

Глава 12.

Сознание медленно возвращалось. Темнота сменялась сотней разноцветных искр. Настя медленно открыла глаза. Голова сильно кружилась. Рефлекторно, девушка ощупала макушку. Так и есть, на затылке набухла довольно большая шишка. Настя огляделась. Вокруг была незнакомая обстановка, небольшой, но хорошо обставленной комнаты. Дощатый потолок, бревенчатые стены. Окно, закрытое слюдой в свинцовой оправе. На подоконнике трех рожковый подсвечник с целыми свечами.
У окна скамья, обтянутая синей тканью, у двери резной дубовый сундук-уклад, обитый бархатом. На стенах и полу ковры.
С улицы доносились коровье мычание, блеяние, кудахтанье, лай, людские голоса,- в общем, звуки присущие жизни богатой усадьбы.
Сама девушка лежала, утопая в пуховой перине. Да и сама кровать не казенная,- большая, с множеством подушек, разных размеров.
Откинув одеяло, Настя села на край кровати, спустив на пол ноги. На ней была надета шелковая ночная сорочка, имеющая довольно изысканный вид от многочисленных рюш и драпировок. Другой одежды в пределах видимости не имелось.
Постепенно в памяти начали всплывать события вчерашнего дня. Вечевая площадь, шумное, колыхающее и ревущее людское море. Суд над преступниками, затем казнь. Кажется, она была с дядей Олегом и Ростиславом. Ну да, конечно, а с кем же еще? Ей было неприятно смотреть, как убивают связанных людей. Не смотря, на то, что тати заслужили свою судьбу, их было все равно, почему-то жалко. Решив обождать своих друзей на постоялом дворе, она слезла со своего места и стала проталкиваться к ближайшей улице. А затем сильный удар и тьма.
Значит, ее похитили! Это было единственное объяснение произошедшего. Настя бросилась к двери, но ни тут-то было. Она оказалась заперта снаружи. Тогда девушка подбежала к окну. Распахнула ставни. Она увидела, то, что и ожидала. Ее комната, располагалась на третьем этаже большого дома. За окном открывался вид на обширный двор с множеством хозяйственных построек. Со всех сторон его ограждала земляная стена, в которой были вырыты помещения разделенные загородками. Поверх стены был вбит частокол в полтора человеческих роста, с прорубленными в нем бойницами. По стене прохаживались несколько человек, без брони, но вооруженные копьями.
- Помогите! Эй, кто-нибудь!- закричала девушка, высунувшись из окна.
Однако на нее, ни кто не обратил, ни какого внимания. Дворня, невозмутимо занималась своими делами. Один мужик, деловито прошелся по двору с большой бадьей, вылил ее содержимое в лохань. К кормушке, толкая друг друга упитанными боками, подбежали несколько свиней, и стали чавкать, расплескивая болтанку своими рылами. Другой, занимался ремонтом телеги. Третий закидывал на чердак амбара сено. Несколько женщин, сидя на лавке, ощипывали кур. В общем, обычная деловая суета.
Услышав скрип, Настя обернулась, упершись руками в подоконник. Дверь отворилась. На пороге появился невзрачного вида мужичок,- среднего роста, с торчащими во все стороны русыми волосами и усами сливающейся в единое целое с кудлатой бородой. Одет он был в простую, рубаху, на выпуск отороченную у воротника, синей нитью, и заправленные в сапоги, черные штаны.
- Что тут, происходит?!- с презрением в голосе, как и подобает знатной боярышне разговаривать с холопами, произнесла Настасья, гордо вскинув голову,- по какому праву меня похитили и заперли в клетке?
Мужик вовсе не смутился. Он смотрел на пленницу с усмешкой, нагло изучая ее ироничным взглядом.
- А ну отвечай, холоп!- зло, сверкнув глазами, потребовала девушка.
- Поумерь свой пыл, девонька,- улыбка медленно сползла с лица незнакомца,- ты пленница моего хозяина.
- Кто он?- сорвался с ее губ вопрос, хотя и так знала ответ.
- Боярин Всеслав,- подтвердил ее догадку тюремщик,- он велел тебя не обижать. Но если будишь безобразничать,- погрозил он пальцем,- то у нас и подвал имеется. Там грязь и крысы. Ну что? Будешь послушной девочкой?
- Да,- опустила глаза Настя. Ей внезапно пришло в голову, что лучше ожидать помощи от своих друзей, в хороших условиях, чем сидеть в грязном подвале в обществе крыс. А помощь придет, в этом она не сомневалась.
- Ну, вот и ладно,- снова улыбнулся мужик,- меня Онуфрием, можешь называть. Эй, Геша, а ну, поди сюда! Боярышне, умыться, одеться надобно! Да покорми ее!
Он вышел в коридор. Геша оказалась невысокой, пожилой, сурового вида бабищей. Она еле протиснулась своим грузным телом сквозь дверной проем. На необъятной талии позвякивал связка ключей. Видимо в боярской усадьбе она занимала довольно высокую должность ключницы.
На опухшем лице домоправительницы, отчетливо выделялось несколько подбородков и были такие злющие глаза, что Настя сразу поняла, что найти с ней общий язык не удастся. Но умыться было необходимо. Девушка скинула ночную рубашку, вопросительно взглянув на женщину.
Хотя Геша всем своим видом и показывала неприязнь к узнице, но все же грубости в ее адрес себе не позволяла. Она поставила на пол таз, подождала пока в него встанет пленница, и принялась поливать теплой водой ее тело из большого глиняного кувшина. По окончанию утреннего моциона, ключница, кинула на плечо девушки полотенце. Пока девушка вытиралась, Геша, открыла сундук, недолго поковырялась в нем, вынув полотняную рубаху с завязкой под горлом и желтого цвета сарафан. Одежду она положила на кровать, забрав таз, вышла. Вернулась она через несколько минут, держа в руках поднос, накрытый ручником. Не говоря ни слова, ключница поставила поднос на стол, подошла к окну, закрыла ставни. Окинув комнату внимательным взглядом, домоправительница ушла. Снаружи послышался лязг запирающегося засова.
Одевшись, Настя уселась на лавку, пододвинула поднос и скинула ручник. Под ним стояло низкое блюдо с десятком румяных пирожков, массивными бутербродами и деревянный ковш, с пряным напитком, пахнущим корицей, миндалем и ванилью.
Пироги оказались с зайчатиной и грибами. Съев сдобу и запив из ковша, Настасья принялась за хлеб с толстым ломтем красной рыбы. Она и сама не предполагала, что так проголодалась. Съев все до последней крошки, девушка вновь открыла окно. Уперев локти в подоконник, она положила голову на ладони, с грустью глядя на чернеющий невдалеке лес.

Глава 13.

Рано утром, как только стража открыла ворота, из Новгорода выехало четыре всадника с заводными конями.
Ехали поспешая. До Усадища предстояло преодолеть больше ста пятидесяти верст. А это четыре дня пути. У похитителей была фора в один день, да еще и шли они по реке, что само по себе еще больше увеличивало расстояние до преследователей.
Олега одолевали тяжкие раздумья. Настя рассказывала, что ее мать пообещала дать ответ боярину Всеславу, по истечению года после смерти отца. До этого срока Насте, скорее всего, ни чего не угрожает. Ведь если, что-то пойдет не так, то давление на несговорчивую боярыню, можно оказать через ее дочь. Но вот срок дачи ответа уже подходил. Всего седмица осталась. Нужно было непременно успеть освободить Настю, да еще до Ладоги добраться. Оставалось придумать, как взять, наверняка, хорошо укрепленную усадьбу, его небольшой ратью. Значит, надо было сделать две простые вещи. Во-первых, добраться до мест без потерь и заранее не выдать себя. И во вторых, использовать единственное преимущество, эффект неожиданности.
Дорога стала спускаться под горку. Впереди, показалась полоса тумана. На первый взгляд, конечно, ни чего удивительного. Туман по утрам, особенно в низинах, не редкость. Однако учитывая обстоятельства, стоило быть начеку.
Чем ближе подъезжали к полосе тумана, тем более росло напряжение, передавшееся и всем остальным. Вроде бы ничего необычного, но легкая неуверенность все же присутствовала. Да и лошади проявляли беспокойство.
Воздух постепенно становился влажным, видимость постепенно падала. Молочная пелена быстро поглощала все вокруг. В лица всадников повеяло холодом.
Найденов напряженно всматривался в клубящуюся дымку. Время шло, но ничего не происходило. Только казалось, что со стороны за ними кто-то следит.
Скоро дорога пошла вверх. Туманная низина осталась позади. Но всю дорогу, Олега не покидала чувство, что они здесь не одни.
Через некоторое время въехали в густой лес. Дорога, петляла между деревьями. Через каждые пару сажень, поворот. Кругом царил сумрак. Сквозь листву даже лучи солнца не пробивались.
Весь день ехали без остановки. Сколько верст осталось позади, только богам ведомо. Наконец лес стал просторнее. Стало возможным пусть коней в легкую рысь.
К вечеру небо затянуло тучами.
Еще до сумерек выехали к небольшому оврагу, заросшему кустарником. Проехав вдоль него, попали на небольшую поляну. Переночевать решили здесь.
К тому, что люди в древности были гораздо приспособлены к выживанию, Найденов привык давно. Где остановились, там и дом. Осип срубил четыре жердины. Соорудил навес, на случай дождя, натянув толстую холстину. Василиса натаскала хвороста, разожгла костер. Ростислав притащил в котелке воды из родника, подвесил его на треноге над огнем. Пока женщина варила похлебку, мужчины принялись расседлывать лошадей.
Не спеша, поужинав, распределили очередность дежурства. Первые часы ночной стражи взял на себя Найденов. Остальные улеглись спать. Первым делом Олег обошел поляну по периметру. Вокруг было тихо. Вернувшись к полу потухшему костру, подбросил немного хвороста. Уселся на ствол поваленного дерева.
Ночью все же начался дождь. Не обильный, едва ощутимый, но продолжительный. Заметно похолодало.
Чувство, что в темноте, кто-то скрывается, появилось вновь. Ветер донес слабый запах чеснока. Хрустнула ветка. Чего-то подобного Олег и ожидал. Боярин Всеслав, видимо, решил не рисковать. Лучше уничтожить потенциальных врагов заранее, чем ждать их у себя логове.
Сделав вид, что ни чего не заметил, Найденов, как бы невзначай, толкнул лежащего невдалеке Ростислава.
- Не шевелись,- прошептал он, заметив, что воспитанник открыл глаза, - у нас, кажется гости. Разбуди остальных. Но до поры делайте вид, что спите.
В этот самый момент, затрещали ветки. Со всех сторон на поляну стали выходить люди. Нападавших было не так много, но они явно превосходили по численности. Справа, поигрывая топорами, стояли три угрюмых бородача. Слева, двое в кольчугах, но без шлемов, с обнаженными мечами и один лучник. Еще двое, вооруженные шестоперами, заходили сзади.
- Не советую сопротивляться…- вперед вышел один из мечников. Олег оценивающе, оглядел противника. Мужик здоровый, с правильными чертами лица, светловолосый, с ухоженными усами и небольшой бородкой. В общем, этакий красавчик, одним словом бабам должен нравиться.- Если, что то, живыми мы вас можем не брать.
- Ладно, ладно, чего сразу угрожать,- поднялся на ноги Найденов, показав пустые руки. Сделал шаг навстречу.- Я вот только спросить,- еще шаг,- чего мы такого сделали?
- Вы, сами не знаете, кому перешли дорогу,- усмехнулся красавчик, не замечая, как сокращается расстояние,- сидели бы в Новгороде и не лезли в чужие дела, целее бы были.
- А если мы сдадимся, что будет?
- Тогда мы просто вас закуем в цепи, да продадим норманнам. Им сильные рабы нужны.
Напустив на себя вид полного смирения, Олег подошел вплотную к командиру отряда. Перенес вес на правую ногу. Протянул руки. Незнакомец, вложил меч в ножны. Вытащил из-за пояса кусок веревки. Подался вперед.
Оп! Получив мощный прямой в нос, и тут же апперкот в челюсть, взмахнув руками, рухнул на спину. Чистый нокаут!
Остальные, на мгновение застыли, еще не понимая, что произошло. Этого было достаточно. Лучник, так, не успев натянуть тетиву, рухнул с ножом в горле. Двое бородачей упали пораженные стрелами. Василиса стреляла, полусидя навскидку. Осип метнул топор, поразив одного мужика с дубиной. И тут же бросился на другого.
Последний, оставшийся в живых бородатый мужик, размахивая топором с яростным воплем, кинулся на безоружного противника.
- Меч!- Найденов не глядя, протянул руку, ощутив, как в ладонь легла рукоять клинка. Бросок Ростислав, как всегда был отточен до миллиметра. Олег уклонился. Под надрывное хеканье бородача, лезвие топора пролетело мимо. Найденов проводил его ударом рукояти по затылку. Но не попал. Мужик оказался на редкость ловким. Отскочив, тать попытался нанести новый удар. Олег принял его на меч, а носком ноги ударил противника по голени. Мужик, подволакивая ногу, отступил назад. И тут же рухнул с разрубленным черепом. Найденов, не успел поднять свое оружие, как с боку на него навалился мечник. Олег, наблюдал, как сверкающий клинок опускается на его голову. Радостно скалящийся ратник вдруг охнул, выпустил меч, и, зажимая руками, перерезанное горло стал заваливаться вперед. Найденов еле, еле успел отскочить, от падающего на него тела.
- Успел,- Ростислав вытер лезвие ножа об одежду поверженного врага.
- Успел, он,- недовольно пробурчал Олег,- а ежели опоздал бы?- он только сейчас осознал, что был на краю гибели.
Ростислав, только пожал плечами.
Допрос оставшегося в живых разбойника, ни чего не дал. То, что он не причастен к похищению, было очевидно. Знал бы чего, сказал сразу. А так, клялся, что не знает, куда отвезли девушку.
Единственное, что удалось выяснить, только то, что звали его Степаном. Был он простым смердом. Но работать не хотел, любил кулаками помахать. Вот и заключил несколько лет назад договор с боярином, попав в рядовичи. Использовал Всеслав, его для исполнения особых поручений: выбить долги, потравить поля соседей, припугнуть их смердов, а то и устранить кого. Степан любой работе был рад. Для того собрал свою ватажку из лихих людишек. Не гнушался он и банальным разбоем. Вот и сейчас, велел хозяин узнать, кто будет разыскивать пропавшую девчонку, проследить за ними, да и убрать по-тихому. Да не справился с заданием душегуб. Жадность сгубила. Захотелось выкуп получить. Человек, то оказался не простой. С самим князем за одним столом сидел. За что и поплатился. Таким, как он и его люди, нет места на белом свете. И могилки ни кто не найдет. Да и искать ни кто не будет, лишь вздохнут с облегчением.
К рассвету небо прояснилось. Едва взошло солнце, тронулись в путь. Ехали, молча, обдумывая события прошедшей ночи. По всему выходило, что противник у них серьезный и пойдет на все, чтобы достичь своей цели. Поэтому стоило поспешить, пока он не хватился своих душегубов.

Глава 14.

- Что скажешь?- Олег отступил назад. Ветки густого кустарника, растущего по всему краю леса, качнулись, скрыв наблюдателей.
- Это не усадьба, а настоящая крепостница,- нахмурился Осип,- такую твердыню и пятью сотнями бойцов не взять.
И действительно боярин Всеслав не поскупился. Усадьба стояла на взгорке, имела форму вытянутого прямоугольника, с двух сторон омываемого притоком Волхова, рекою Елошня, берега которой заросли камышом. Две другие стороны защищал глубокий ров. Склоны взгорка, для крутизны, были срезаны и увеличены за счет насыпного вала. На верху насыпи из земли, вертикально вверх на три человеческих роста, торчали плотно соединенные бревна, заостренные по концам. Колья разной высоты, образовывали своеобразные амбразуры. Стена, где располагались ворота, имела столбовую конструкцию. Здесь в землю были вкопаны мощные стояки с боковыми пазами, в которые вставили поперечные бревна, образующие надвратную башню со смотровой площадкой. Передний край вала, усиливал частокол, из кольев, наклоненных острыми концами наружу. На внешнем берегу рва, виднелись надолбы,- короткие обрубки дерева, вкопанные вертикально на близком расстоянии один от другого. В общей сложности высота оборонительных сооружений составляла не менее шести сажень. Мост через ров был постоянным, но очень узким. Тяжелые двустворчатые ворота, довершали оборонительные сооружения усадьбы.
- Не стенами крепка твердыня,- усмехнулся Найденов,- а людьми. А их, как я погляжу, ни так уж и много. Эй, поосторожней…
Последнее замечание Олег адресовал своему воспитаннику. Откуда-то сверху посыпалась кора, листья и мелкие ветки. С дерева, спрыгнул Ростислав.
- Ну что там?- недовольно пробурчал Найденов, стряхивая с волос всякую шелуху.
- Усадьбу охраняют три человека,- доложил молодой человек,- один на площадке надвратной башни, двое ходят по стенам. Три смены, каждая по четыре часа.
- Значит,- задумался Олег,- три смены по три человека. Плюс командовать ими кто-то должен. И того десять вооруженных холопов. Самого боярина в усадьбы видимо нет. Иначе людей было бы больше. Еще пяток смердов, из которых большинство баб. Думаю, справимся.
- А, то!- усмехнулся Осип,- лишь бы стражу убрать.
- А на этот случай, у нас Василиса имеется,- повернулся Олег к стоящей рядом молодой женщине,- как, справишься?
- Не сомневайся, боярин,- в глазах Василисы заиграли озорные огоньки,- здесь не более пятидесяти сажень будет. С такого расстояния я им стрелой в глаз попаду.
- Э-э,- погрозил ей пальцем Найденов,- в глаз не надо. Мы сюда не убивать пришли. Они люди подневольные, исполняют лишь волю своего хозяина. Нужно бы, как-нибудь без смертей обойтись.
- Ну, ты и задание даешь,- сморщила лоб Василиса,- да нет такого дела, чтобы я не сладила. Только сделать кое-чего надобно.
- Делай,- кивнул Олег,- время еще есть. Вот солнце окончательно зайдет, подождем чуть-чуть, пока стемнеет, а там, прежде чем луна появиться, и начнем…

* * * * *

Ночь была не особенно темной. Глаза привыкли к полумраку. Силуэты стражников в свете зажженных ими факелов, хорошо просматривались на фоне темного неба.
- Готова?
- Да…
Не опасаясь быть замеченной, Василиса вышла на открытое пространство. С такого расстояния, да в сгустившихся сумерках, разглядеть ее было практически невозможно. Молодая женщина подняла с земли стрелу. Ее хозяин не хотел ни кого убивать. Для такого случая Василиса приготовила несколько снарядов. Сперва она сняла наконечник. Затем от середины, обмазала древко глиной, при этом с таким расчетом, чтобы на конце получился набалдашник. Обожгла до каменной твердости глину над костром. Получился этакий снаряд с травмирующим эффектом.
Наложив стрелу, лучница подняла свое оружие, прицелилась. Щелкнула тетива. Полет снаряда Найденов, конечно, видеть не мог. Но результат превзошел всякое ожидание. Пущенная женщиной стрела, угодила в налобную часть шлема стражника, несущего дежурство на надвратной башне. Разлетелись во все стороны глиняные осколки. Охранник, некоторое время стоял, ошарашено тряся головой. Затем покачнулся и повис на ограждении. Двух его товарищей постигла та же участь. Одному снаряд попал в затылок, другому в висок. Шлем, конечно, спас от смерти. Но сотрясение мозга и пару часов беспамятства, им было обеспечено.
Сразу за тем, как последний из охранников был обезврежен, к стене метнулся темный силуэт.
В далеком прошлом, или точнее сказать, будущем, когда Олег Найденов проходил службу в морской пехоте, случилось ему попасть в роту старшего лейтенанта Алексея Никитина. Был взводный поклонником методики Жоржа Эбера. Военный морской офицер, инструктор по физической культуре французской армии, он разработал систему физического обучения и тренировки новобранцев, названный «Естественным методом». Руководствуясь своими наблюдениями за тем, как охотятся аборигены в Африке, Эбер создал методику, включающую в себя три направления: сила воли, моральные качества и физическая сила. Составляющими дисциплины, стали: бег, прыжки, скалолазание, самооборона, эквилибристика, плавание. Дело отца продолжил его сын,- Давид, назвав новый стиль «Ямакаси». Команда трейсеров легко преодолевали любые препятствия ( заборы, стены, деревья, перила, скамейки, крыши), демонстрируя чудеса ловкости.
Найденов, в свое время, не добился особенных успехов, но метод тренировок усвоил. А вот его воспитанник, освоил «Ясакаси» в совершенстве. Вот и сейчас, всего в несколько быстрых движений, он перемахнул через пятиметровую стену. Створка ворот дрогнула, слегка приоткрывшись.
- Вперед,- тихо скомандовал Олег.

* * * * *

Настя, сидела, поджав ноги, забившись в дальний угол кровати. После похищения, ее стали преследовать тени. Они прятались за спиной, дышали в затылок, садились на грудь во сне. Они прятались в темных углах. Метались за окном. Ползали по потолку, полу и стенам. Они хотели забрать ее в свое царство.
« Вокруг ни кого нет!- кричал ее внутренний голос, загнанный вглубь подсознания дурманящим отваром, которым поила девушку ключница,- это, только твое воображение!»
Но она не могла ничего с собой поделать. Затуманенный мозг, отказывался воспринимать реальность.
Опасаясь зловещих теней, Настя практически не спала, лишь изредка проваливаясь в тревожное забытье.
Вот и сейчас, не в состояние унять дрожь в руках, она уставилась в темное окно. Снаружи кто-то стучал в слюдковое стекло. Может это была, просто ночная бабочка, а может и демоны, пришли за ней. Стук не прекращался, а становился все сильнее и настойчивее.
« Нет, это не выносимо,- с ужасом подумала пленница,- пусть уж лучше все скорее закончиться!»
Она встала, подошла к окну, решительно отворив створки. И тут же отпрянула назад. Снаружи на нее смотрели сверкающие в темноте глаза, почему-то располагающиеся внизу лица. Настя попятилась, открыла рот, чтобы закричать. Но, как ей показалось, длинные руки существа, схватили ее за плечи, потянули наружу, и она ощутила, как чьи-то губы зажимают ей рот. Девушка зажмурилась, ожидая, что сейчас демон высосет из нее жизнь. Но ни чего не произошло. Наоборот, дурман пропал, голова прояснилась. Настя открыла глаза.
- Это ты?- слова застревали в пересохшем горле, на глазах выступили слезы.
- Все хорошо,- успокоил ее Ростислав. Он продолжал висеть на веревке вниз головой, зацепившись за нее ногами.- Подойди ближе, я привяжу тебя.
Он обмотал вокруг талии своей возлюбленной веревку.
- А теперь подожди немного. Я сейчас подниму тебя на крышу.
Некоторое время ни чего не происходило. Наконец веревка натянулась. Настя встала на подоконник. Не испытывая больше страха, она сделала шаг вперед. Ее тело, слегка покачиваясь, повисло над пропастью, и стало медленно подниматься.
В это самое время, внизу, во дворе послышались крики и звон метала.

* * * * *
Найденов, тенью скользнул в темное помещение. Здесь вповалку спали свободные от дежурства стражники. На пару с Осипом, Олег без труда связал незадачливых охранников, предварительно угомонив их ударом по голове.
- Кажись все…- Осип с удовольствием потер руки.
Но Найденов не разделял его радости. В сторожке было всего семеро. Не хватало двоих бойцов и их начальника. Его подозрения оправдались. Стоило ему выйти, как из-за угла на него налетел какой-то здоровый бугай. Найденов еле, еле, успел уклониться от летящего ему в голову лезвия. Тяжелый топор пронесся мимо, увлекая за собой врага. Олег развернулся и нанес удар кулаком в висок противника. Парень выронил из рук оружие, ноги его подогнулись, и он грузно осел на землю. Второго угомонил Осип, стукнув по затылку обухом своего боевого топорика.
А где же третий?
Найденов запоздало заметил стоящего в проеме двери одутловатого мужика в полотняной косоворотке без вышивки, темных шароварах и простых, недорогих сапогах. Выхватив из-за пояса нож, он бросился внутрь дома.
Онуфрий, громыхая обувкой по ступеням, несся вверх по лестнице.
«Только бы успеть добраться до их девки,- думал он,- приставить ей к горлу нож, вот тогда поговорим». Возле двери он замешкался, стараясь отодвинуть тугой засов, дрожащими от страха руками. Наконец ему это удалось. А самое главное преследователи еще не появились. Онуфрий ворвался в комнату как загнанный зверь, и… Ни кого в ней не обнаружил.
Издав полный отчаянья рык, он бросился к открытому окну.
- Э-э-эх!
Приказчик успел только увидеть, как чья-то темная фигура оттолкнулась от стены. Потом удар в грудь. Тело Онуфрия отлетело назад и сползло по стене. Сознание в одно мгновение угасло.

Глава 15.

День выдался пасмурным. Ветер гнал по нему низко висящие тучи. Наместник Старой Ладоги Клемент Стоянович Крешин, расхаживал по палате, не находя ни места, ни покоя. Складывающаяся в его землях ситуация сильно беспокоила.
Около года назад умер боярин Борислав Лыков. В новгородских землях он был известен и почитаем. Как ни как его дед служил в дружине князя Олега, за что и были пожалованы земли его роду. Сам Борислав послужил князь Святославу. Сыновей, кому бы могло отойти имущество, у Лыкова не осталось. Единственной наследницей была дочь Варвара. Хозяйство Борислав оставил ей крепкое, потому не у кого не возникло удивление, когда к ней посватался боярин Всеслав, земли которого располагались по соседству. Варвара не отказала ему, но попросила отсрочить принятие решение до истечения года со дня смерти отца. Назначенный срок приближался.
И вдруг к наместнику обратился боярин Всеслав, с жалобой на Варвару Лыкову, которая якобы препятствует вступлению, в права наследования земель и имущества его друга Борислава, отписанное им ему перед смертью. В доказательство, Всеслав предоставил грамоту, якобы написанную Лыковым и привел несколько свидетелей.
Однако у Варвары Лыковой, тоже имелась соответствующий документ.
При тщательном опросе свидетелей, выявилось много противоречий. Да и сам Всеслав, так и не смог внятно объяснить, чего это Борислав решил отписать все имущество ему.
Но подлинность документов сомнения не вызывало. В данных обстоятельствах не оставалось ни чего, другого, как назначить судебный поединок. И вот, наконец, этот день настал.
Весь город гудел, обсуждая эту новость. С восходом солнца народ начал собираться на площади перед детинцем. Люди толпились не только внизу, но и заняли крыши близлежащих домов. Весть о предстоящем событии разнеслась по всем окрестностям. Известные имена спорящих сторон, привлекли любопытных даже из Пскова и Новгорода. Всем было любопытно, за кем боги признают правду.
- Эй!- кричали со всех сторон, припозднившиеся мужики, стараясь протолкнуться вперед,- а ну-ка, дайте и нам посмотреть на суд божий!
Но их ни кто не слушал. Толпа была настолько плотной, что даже при желании, не было возможности сдвинуться хотя бы на шаг. Особенно сильным, удавалось все же протиснуться. Кругом раздавались крики и ругательства. Чуть не доходило до драки.
Перед самыми воротами детинца был установлен дощатый помост, покрытый сукном. На нем стояло кресло для самого наместника и несколько рядов скамей, для его свиты.
Место для поединка было огорожено цепь и рядом вооруженных ратников.
- Куда прете,- воины старались отогнать напирающий народ копьями, не давая пройти за ограждение,- а ну отхлынь!
Самые нерасторопные, получали удары тупым концом древка, либо в лоб, либо в грудь. Но и это не могло оттеснить толпу.
Наместник, в окружении свиты, вышел из ворот пешим. Поднялся по ступеням на помост. Осмотрев с высоты притихшую площадь, он поклонился собравшемуся люду, после чего уселся в кресло. Позади на скамьях, расселись приближенные.
По толпе прошелся ропот. На ристалище вышел боярин Всеслав.
Мужчина лет сорока, высокий, статный с красивым лицом, аккуратно подстриженными бородкой и усами. Впечатление портил лишь, какой-то злой, колючий взгляд из-под густых бровей. Одет он был в доспех из наборных стальных блях, наведенных через ряд серебром. У бедра, на широком узорчатом поясе, в украшенных серебряным рисунком ножнах, покачивался прямой меч. Его голову покрывал высокий остроконечный шлем. Из-под него на плечи падала кольчужная бармица.
- Я вижу,- подался вперед Крешин,- что ты, боярин, желаешь сам биться за свою правду. Что же, это твое право.
Он перевел взгляд на стоящую с другой стороны молодую, чуть более тридцати лет, женщину. Темно-русые волосы, спускающиеся воздушными волнами на плечи и спину, обрамляли овальное лицо с тонким, слегка вздернутым носом, миндалевидными глазами насыщенно голубого оттенка, под изящно изогнутыми нитями бровей. Длинные, пушистые ресницы, отбрасывали тень на покрытые легким румянцем щеки и полные, четко очерченные губы, нежно розового цвета. Она старалась держаться спокойно, но руки, нервно перебирающие складки сарафана, говорили об ее растерянности.
- А где твой поединщик?- удивленно вскинув брови, поинтересовался наместник.
- У меня его нет…- развела руками Варвара Лыкова,- я сирота. У меня есть, конечно, умелые бойцы, но все они из числа челяди и не могут биться за мою честь.
От внимания наместника не ускользнуло торжество, промелькнувшее в глазах Всеслава.
- Моя, правда!- воскликнул боярин.
- Угомонись!- осек его Крешин,- у тех, кто не может биться сам, и не имеет, среди своих родственников, достойного бойца, по причине смерти или болезни, имеет право кликнуть охотников. Ежели таковых не сыщется, то будет означать, что боги отвернулись от него. Степан Окимович, будь любезен крикни охотников, авось найдется желающий вступиться за правду Варвары, урожденной Лыковой.
Со скамьи поднялся, густобородый, осанистый, плотного телосложения, воевода.
- Есть желающие,- крикнул он, подойдя к краю помоста, из слободских, новгородских, псковских, али иноземных знатных мужей, желающих биться за правду боярыни Лыковой?
Площадь безмолвствовала. Все знали, что Всеслав слыл одним из лучших бойцов. Сам всегда вел своих холопов в бой. За их спинами не прятался.
- Ну, раз нет, таковых,- протянул Крешин,- то…
- Есть!- неожиданно разнеслось над толпой,- идет охотник!
Не смотря на плотность толпы, народ стал расступаться, образовав коридор. Через него в огороженное пространство вышел Найденов. Он был одет в гибкий кожаный доспех, покрытый железными перекрывающими друг друга, чешуйками. Голову защищал полусферический скифский шлем. Спереди него был вырез в виде двух дуг, сходящихся углом к переносице. В руках он сжимал акинак,- короткий меч.
Доселе державшийся спокойно Всеслав, повернулся к месту, где находился наместник.
- Не стану я биться с наймитом,- гордо вскинув голову, произнес он,- не гоже родовитому боярину, мериться силой со смердом!
- Твоя, правда,- проговорил Крешин. Он обратил свой взор на Олега,- можешь ли ты, воин, назвать себя?
- Могу, усмехнулся Найденов,- но думаю, что княжья грамота больше скажет.
Он достал из прикрепленного к поясу небольшого тубуса, грамоту, и протянул ее воеводе. Тот передал ее наместнику. Клемент Крешин, развернул свиток, пробежал глазами написанный текст. Он посмотрел на Олега уже с нескрываемым уважением, затем перевел взгляд на Всеслава.
- Поверь мне, боярин. Этот человек имеет полное право бросить тебе вызов.
- Я хочу знать, как его зовут!
- Мое имя Сфенкел,- представился Олег, со снисходительной улыбкой,- воевода князя Святослава…
Он несколько раз взмахнул, мечем, разрезая воздух.
- Ну что будем биться, или сразу сдашься?
- Биться…- прошипел сквозь зубы Всеслав, зло зыркнув глазами.
Он отошел назад. Взял в левую руку, поданный холопом щит.
- Эй,- выкрикнул наместник,- подайте нашему гостю щит!
Найденов принял его от подскочившего к нему ратника. Продел руку в кожаные лямки. Повел плечами, повернулся к противнику, приняв боевую стойку: поджал выставленную вперед левую ногу, убирая ее от возможного удара, одновременно чуть выдвинул край обитого железом деревянного диска.
Всеслав бросился в бой первым. Первый удар, Найденов принял на свой клинок. Звякнул сталь. Олег резко сократил расстояние. Толкнул поединщика щитом, и тут же отступил на шаг. Тяжелый меч боярина разрубил воздух. Но Всеслав, видимо решил покончить с противником побыстрей. Он ринулся в атаку, нанося удары из-за головы, то тыкая клинком вперед, то пытаясь поразить его сбоку. Но его меч, либо свистел мимо, либо натыкался на щит. Невозможность поразить врага, приводила Всеслава в бешенство. Но поделать он ни чего не мог. Со стороны его потуги напоминали тренировку неумелого новобранца,с опытным бойцом.
Тяжело дыша, Всеслав ударил серединой своего щита в край диска противника, стараясь развернуть, и одновременно постарался уколоть его сверху. Олег отбил клинок, мечем, и тут же присел, обрушив край деревянного диска на выставленную стопу боярина. Всеслав взвыл. Попятился, волоча ногу. Найденов же перешел в наступление, нанося, множественные удары своим мечем по щиту противника. Во все стороны полетели щепки. Стягивающие диск кожаные полосы лопнули. Откинув в сторону бесполезный кусок древесины, Всеслав злобно зарычал, бросив свой клинок параллельно земле, целясь в лицо врага. Найденов слегка повернулся, пропуская его мимо, и тут же нанес удар рукоятью меча в грудь противника. Глаза боярина округлились. Он упал на колени, со свистом выдохнул воздух, согнулся, упершись головой в землю.
Олег шагнул к поверженному боярину, откинул ногой меч.
- Не спи, замерзнешь,- он плашмя похлопал своим клинком по шлему противника.
Всеслав приподнял голову. Его глаза злобно блеснули. Но ответить он ни чего не смог. Взвыв от боли, боярин повалился на бок, да так и остался лежать, поджав колени к груди.

Глава 16.

- Бой закончен!- Провозгласил наместник, поднявшись со своего места,- боги сделали свой выбор! Притязания боярина Всеслава повелеваю считать не законными! Отныне земли, имущество и торговое дело боярина Борислава Лыкова, а равно его обязанности, переходят к его дочери Варваре Лыковой, с правом наследования потомками!
Больше не говоря ни слова, Клемент Крешин спустился с помоста. Следом за ним потянулась и его свита. Не пришедшего в себя боярина Всеслава, холопы увезли, погрузив на повозку.
Народ так же стал расходиться, спеша по своим делам…
- Мама!
Через стремительно пустеющую площадь, широко раскинув руки, бежала Настасья. Боярыня Варвара Лыкова, вскинула голову. Узнав дочь она двинулась у ней навстречу. Попав в объятие матери, Настя уткнулась лицом в ее плечо.
- Где ты была?- женщина ласково погладила дочь по голове,- я чуть с ума не сошла, когда ты пропала…
- Все хорошо,- девушка выскользнула из ее объятий,- позволь я представлю тебе моих друзей.
Боярыня с интересом взглянула на нескольких человек, остановившихся за спиной воина, только, что одержавшего победу.
С серьезным видом, Настя стала подводить к матери своих спутников, называя их по имени. Осип и Василиса, как водиться, поклонились в пояс. Ростислав, приложив руку к сердцу, склонил голову. Боярыня с торжественным участием, отвечала на приветствия. Когда настало время представить незнакомца, только что рисковавшего ради нее жизнью, который, наконец, снял с головы свой шлем, Варвара Лыкова вздрогнула.
Вот он, стоит перед ней: высокий, статный, атлетически сложенный незнакомец. Но его голос, и этот до боли в сердце, знакомый взгляд. Она бы узнала его в любом обличии.
- Олег?- Варвара пошатнулась на вдруг ослабевших ногах.
Найденов взглянул на нее другими глазами. И вдруг незнакомые черты будто расплылись. Сквозь них проступил до боли знакомый и любимый образ.
- Зоя?!- Найденов застыл в изумление, не веря своим глазам.- О, Боже…- Сердце бешено забилось в его груди, готовое выскочить наружу.- Этого не может быть! Это сон!
Видя, как женщина покачнулась, Олег бросился к ней, подхватил на руки, прижал к себе, осыпая лицо поцелуями.
А по ее щекам катились слезы.
За семнадцать лет, прошедших в новом для себя времени, у Зои Крошиной, а ныне боярыни Варвары Лыковой, произошло многое. В ее жизнь вторглись новые, совершенно незнакомые ранее люди. Одни стали родными. Другие,- недругами. Но эти люди были посланы ей свыше, как испытание. Она прошла его, и боги вознаградили ее. Она не могла поверить своему счастью. Ее любимый вновь с ней рядом. Как раньше, в детском доме, когда не хотелось думать ни о чем плохом, а лишь ежеминутно наслаждаться друг другом.
Зоя счастливо рассмеялась. Теперь она не отпустит его от себя ни на долю секунды. Они преодолели столько трудностей: горесть разлуки, осознание потери, и самое тяжкое, что может быть у влюбленных,- расстояние. Но они выдержали. И теперь проведут отведенное им богами время вместе.
- Ой, закружил совсем!- счастливо рассмеялась Зоя.
Найденов, легко, будто пушинку, поднял ее, усадив на край помоста. Сам же подошел вплотную, положив голову ей на колени.
Она запустила ладони в его волосы, с улыбкой посмотрела на него, и, не зная почему, начала рассказывать, что произошло с ней за то время, когда они в последний раз расстались. Он смотрел на нее, внимательно, слушая.
Зоя, говорила, внимательно наблюдая за своим любимым. Он теперь не тот озорной мальчишка, а зрелый мужчина, воин, друг самого князя. Она не знала, что он хочет знать, но продолжала свой рассказ.
По окончании повествования, Зоя подозвала к себе дочь. Подождав пока девушка подойдет, она обратилась к ним обоим.
- Настя, познакомься.
- Да я уже знакома, с дядей Олегом,- смущенная таким бурным проявлением чувств матери к ее знакомому, произнесла девушка.
- Это твой отец…
- Как?!- одновременно воскликнули оба.
- А как же….- первым опомнился Найденов, но запнулся, не зная как задать мучающий его вопрос, чтобы не обидеть любимую.
- Что?- Зоя, серьезно взглянула ему в лицо.
- Ну, когда я пришел, «Таракан», он….
- Ах, это,- рассмеялась она,- нет, он ни чего не успел. Ты спас меня и нашего ребенка.
Все это время молчавшая Настя, подошла к Олегу. Ее личико, совсем по-детски обижено сморщилось. В глазах появились слезы.
- Где же ты все это время был, батюшка,- хлюпнула она носом,- разве так можно?
Она уткнулась лбом ему в грудь.
- Как, я вас люблю!- Найдено, сжал родных женщин в объятия,- теперь-то я уж вас ни кому не отдам!..






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 20
© 26.04.2021г. Дмитрий Жидков
Свидетельство о публикации: izba-2021-3075305

Метки: Альтернатива, фантастика, приключения,
Рубрика произведения: Проза -> Фантастика


















1