Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Бабкодав18+


­Проворные мутные капли ёрзали по грязному стеклу, одолевала тряска. От удушающего запаха выхлопных газов уже мутило. Но Алексей Егорович, вцепившись в руль своего МТЗ, продолжал ехать по грунтовке, залитой серой кашей грязи. На каждой кочке или яме гулко ухал пустой прицеп. Железные листы обшивки гремели словно гром. И создавалось такое впечатление, будто за окном льёт не унылый осенний дождик, а бушует настоящая майская гроза. Но тракторист прекрасно знал, что на дворе осень, скучная, безрадостная пора... Снова он под завязку загружен до ужаса надоедливой, однообразной, серой работой. Богатый хозяин местной агрофирмы, разъезжающий на дорогущем джипе, приказал Алексею Егоровичу возить навоз со зверофермы в одной деревне в тепличное хозяйство, в другую деревню. А его, навоза этого, было столько, что и сотня тракторов за год не перевезла бы...
Дорога из деревни в деревню пролегала мимо огромного дачного массива, куда на автобусе обычно приезжают летом дачники из города. Алексей Егорович часто «срезает уголок», проезжая через дачи. Но от этого работать легче не становится. За сущие копейки, которых едва хватает на пропитание большой семьи, тракторист горбатится от зари до зари на толсторожего урода в дорогом костюмчике. «Хозяин» – так его называют бывшие колхозники, ставшие практически рабами. Этот «хозяин» разорил в своё время колхоз, довёл население нескольких деревень своим «мудрым руководством» до беспробудного пьянства, скупил их земельные паи, и создал свою агрофирму. То есть, это был всё тот же колхоз, состоящий из разбросанных на несколько километров деревень. Только теперь всю прибыль от урожая «хозяин» забирал себе. «Рабы» получали копейки, но деваться им было некуда: либо рабство, либо пьянство.
И вот, в такой вот бесперспективной обстановке жил и трудился наш герой. Вся его жизнь была расписана по дням на годы вперёд. Жена тракториста работала на ферме, безвылазно убирая навоз из-под неустанно гадящих коров. Четверо детей помогали по хозяйству, подрабатывали на выпасе скота. В серых буднях рабского труда праздников не существовало. Алексей Егорович даже забыл, когда в последний раз улыбался. Тяжёлая, полная трудностей и рутины, жизнь немолодого тракториста абсолютно ничем не скрашивалась. Но природа ведь требовала своё! Душе нужен был праздник, развлечение! И Алексей Егорович совершенно неожиданно нашёл такое развлечение. Только то, что оно было поистине чудовищным, тракториста не смутило.
На своём пути через дачи Алексей Егорович частенько встречал бабушек. Старушки до самых морозов ходят на свои участки, ковыряясь там в «родной» землице, щепетильно наводя порядок и зная, что за зиму воры устроят там полнейший разор. Словно инстинкт какой-то тянул старух к земле. Задумавшись об этом, Алексей Егорович неожиданно для себя рассердился на бабок за их тупость. Ведь кому нужен их бесполезный труд? Сидели бы дома, чай пили. Так нет же...
Как назло, за окном показалась одна из таких запоздалых старух-дачниц. Идя вразвалочку, старуха не думала даже залезать в заросли, чтобы освободить дорогу. Мол, объедет. Но Алексей Егорович объезжать на сей раз не стал. Вдавив грязным сапогом педаль газа в пол, тракторист направил машину на ничего не подозревавшую бабку. Тут же последовал негромкий удар, и старуха упала под переднее колесо. Приоткрыв дверцу, Алексей Егорович выглянул наружу, слегка притормаживая. А там увидел он картину, совершенно как оказалось не страшную. Тёмно-зелёную ткань, из которой было сшито старушечье пальто, медленно и бесшумно проминало грязное колесо трактора. Жидкая серая грязь тут же заливала смятую материю. Никаких воплей, никакой крови. Лишь голова старухи глухо треснула, когда колесо дошло до неё.
Алексей Егорович захлопнул дверцу и поддал «газку». Останавливаться тракторист не стал, хотя ему и было до страсти интересно, что же осталось от старухи? Доехав до фермы, он загрузился навозом и с надрывным гулом мотора медленно поехал обратно. Проехать, конечно же, решил той же дорогой, что ехал сюда. Старуха была на месте, это легко угадывалось по кускам мокрого пальто, торчащим из лужи. Куда ж ей деться?! Но беспокоило Алексея Егоровича другое. Старуху мог кто-то обнаружить. Чтобы этого не произошло, тракторист ещё раз проехал по бабке, ещё глубже вмяв труп в грязь. Так катался он по мёртвой старухе весь день...
Стемнело. Старенький движок трактора, наконец, успокоился под соломенным навесом. Тракторист пошёл спать. Ног под собой не чуя от усталости, он уснул. А утром, проснувшись, Алексей Егорович почему-то почувствовал себя бодрее, чем обычно. Это было странно, но тракторист впервые пошёл на работу с радостью. Чем она была вызвана, эта радость, он долго не мог понять. И лишь когда его трактор, гружённый навозом, приблизился к дачному массиву, Алексей Егорович понял, в чём дело. Вчерашний наезд на бабку оставил неизгладимые впечатления. И тракторист поймал себя на мысли, что хочет задавить ещё кого-нибудь.
Въехав на узкие дачные улочки, трактор поехал не напрямик, как обычно, а стал хищно рыскать по прилегающим проездам и переулкам. Но никого не встречалось. Дороги были пусты, рано ещё. Сделав пару рейсов, Алексей Егорович, наконец, увидел меж мрачных серых заборов человеческую фигуру. Это была старуха. В руках она держала большую плетёную корзину. Тракторист зло улыбнулся. А бабка, пропуская трактор, забралась в заросли засохшего бурьяна и прижалась к забору. Думая о чём-то своём, она понуро глядела себе под ноги. В этот момент колесо МТЗ круто повернуло прямо на неё. Старуха закричала, отпрянула назад, ударившись головой об забор. Но спасаться было поздно. Жирная опухшая нога бабки, страдавшей то ли раком, то ли ещё чем, была подмята передним колесом. Жёлтая трухлявая кость, прорвав плоть и штанину трико, вылезла наружу. Бабка дико завопила. Но трактор продолжал её давить. Стальное крыло прижало старуху к забору, и от боли старая выпучила глаза так, что казалось, будто они сейчас лопнут. Проехав вперёд, Алексей Егорович переключил передачу и сдал назад. И колесо проехало по упавшей бабке и её корзинке. Крики прекратились. А тракторист, продолжая вдавливать тело в грязь, катался по нему туда-сюда. В итоге раскорячившийся труп старухи был вмят настолько глубоко, что сверху натекла грязевая жижа, скрыв собой следы страшного преступления.
Алексей Егорович как ни в чём не бывало поехал дальше. Весь день работал он весёлый, вспоминая утреннее приключение со старухой. А на следующий день, переполняемый неким внутренним восторгом и сладостным ожиданием чего-то запретно-приятного, тракторист снова отправился на охоту. Глаза его хищно искали меж кустов и заборов заветную фигуру старухи. И вот, рейсов через пять жертва встречается на пути жестокого тракториста. Пожилая сухонькая старушонка, сгорбившись, ползла по узкой дороге. Видимо, бабка привыкла, что все относятся к ней с состраданием. Поэтому она не стала покидать дороги, услышав трактор. Обождёт, мол. Слегка ускорив шаг, старая направилась к перекрестку. Но дойти до него бабка не успела. Бесцеремонно толкнув её в спину, трактор быстро и жестоко подмял сухое, жилистое тело. Труп тут же потонул в каше из склизкой, серой грязи.
Впечатлений на этот день Алексею Егоровичу хватило. С чувством выполненного долга он откатал положенные ему рейсы и поехал домой. Но утром снова некая жажда охоты заставила его свернуть с дороги в дачный массив, чтобы задавить очередную жертву. Внутри что-то приятно холодило, восторг распирал. И тракторист, скривив улыбку, стал насвистывать песенку. «Бабушки-бабушки, бабушки-старушки! Ох, и давлю я вас, прямо как подушки!» – запел Алексей Егорович хриплым довольным голосом, сочиняя прямо на ходу.
А беспощадный трактор уже ехал по глубокой грязи дачных улиц. Меняя улицы, тракторист поворачивал то направо, то налево. И вдруг краем глаза он заметил скрывшиеся за забором фигуры двух старушек. Бабки шли от этого перекрёстка по улице направо. Сдав назад, Алексей Егорович тоже повернул направо. Резвый трактор вмиг нагнал бодро шагающих бабулек. Но одна из старух, взвизгнув, в последнее мгновение отпрыгивает в сторону. Другую старуху тут же вминает в грязь жестокое переднее колесо. Уцелевшая бабка поднимает бешеный крик и кидается прочь. Этого Алексей Егорович не ожидал. Здесь ему не развернуться, придётся ехать до перекрёстка. И трактор срывается с места. Важно не дать старухе уйти. Дрожащими руками вцепился Алексей Егорович в руль. Его просто обуял какой-то хищнический азарт, и тракторист на бешеной для трактора скорости, едва не перевернувшись, разворачивается на перекрёстке. А бабка тем временем уже добежала до другого перекрёстка и свернула налево. Алексей Егорович за ней. «А-а-а-а!!!» – вопила старая на всю округу, не зная, куда деваться. Всюду были глухие высокие заборы, да тощие голые ветки кустов. От трактора не спрятаться.
С победным рёвом МТЗ настиг сбежавшую жертву. Но в последний момент тракторист нажал на тормоз. Нет, он не пожалел обгадившуюся от страха старуху. Просто Алексею Егоровичу хотелось продолжить весёлую игру под названием «догони бабку». И старая дала ему такой шанс. Спотыкаясь, она ломанулась прочь. Трактор за ней.
Хищный и беспощадный тракторист, превратившийся в настоящего маньяка, гнал бабку до тех пор, пока она не упала. Силы окончательно покинули пенсионерку. Брякнувшись в лужу, она лишь шипела, истерично подёргиваясь от ужаса. Но и сейчас Алексей Егорович не убил её. Он проехал над бабкой, пропустив тело между колёс. И, видимо, у старой тут случился инфаркт. Когда трактор развернулся, она уже не подавала признаков жизни. Конечно, может, бабка и притворилась мёртвой, чтобы потом убежать, но только такой ход с Алексеем Егоровичем не прошёл. Тракторист всё равно наехал на тело. Вмяв старуху в грязь, он направился к другому трупу, оставленному на соседней улице. Та бабка была хоть и раздавлена, но не до конца замаскирована. Торчавшая из грязи кривая нога в галоше привлекала внимание. Но Алексей Егорович исправил оплошность. Труп был укатан и залит жижей.
Когда с этими двумя было покончено, Алексей Егорович почувствовал, что не может выйти обратно из этого пленительного азарта, не может остановиться. Забыв о работе, он продолжил снова бороздить дачи в поисках старухи. Но заветной горбатой фигуры в старомодном плаще всё не попадалось. Тракторист изъездил вдоль и поперёк весь массив, но так никого и не нашёл. Уже свыкнувшись с мыслью о неудаче, он поехал отвозить навоз. Но вдруг за забором, на территории одной из дач зоркий глаз Алексея Егоровича заметил старушку. Конусообразная бабка в светло-сером пальто собирала с земли ветки. «Ага, попалась!» – прорычал сквозь зубы тракторист. В этот момент в голове у него произошло настоящее замыкание. Последние здравые мысли ушли из некогда умного мозга. И Алексей Егорович снёс забор.
От удивления старуха аж села на землю. Но когда до старушечьего мозга дошло понимание происходящего, бабка с бешеным воплем бросилась в домик. Тракторист, не задумываясь, за ней. Дверь деревянной лачуги открывалась наружу, и закрыть её старуха не успела. Едва отдёрнув морщинистую руку, старая аж побелела от ужаса. Ревущий и дымящийся трактор, похожий на какого-то адского дракона, с налёту врезался в дверной проём. Домик устоял. А трактор, подстёгиваемый своим кровожадным водителем, буквально начал вставать на дыбы. В открытую дверь домика летели комья грязи с крутящихся колёс, клубами шёл дым из глушителей. Такой немыслимый, неописуемый ужас заставил старуху потерять дар речи. Вместо криков из её беззубого рта вырывалось лишь истошное шипение. Волосы старухи, ещё совсем недавно бывшие тёмными, в мгновение ока стали седыми от страха.
Бабка выкатила обезумевшие глазищи, села на пол, уставившись на дверь, и открыла пасть. Лужа мочи растекалась вокруг неё. А трактор меж тем крушил стену. Прицеп с навозом ему совершенно не мешал. Алексей Егорович, не расставаясь с «газом», рыл задними колёсами землю, оглашая окрестности адским рёвом двигателя. Наконец, хлипкая старая стенка из гниловатого дерева не выдержала. Доски с треском разлетелись в разные стороны, и трактор победно въехал в дом, раздавив старуху. Тут на него рухнула крыша. Но что могла противопоставить гнилая фанера против стального трактора? У последнего даже стёкла не разбились. Окончательно развалив дом, Алексей Егорович выехал наружу.
Теперь, раззадоренный таким жесточайшим наездом, он решил продолжать свою охоту. Но, чтобы не тратить время на поиски жертв, тракторист направился в деревню, где всегда полно народу.
Ревущий трактор буквально летел по просёлку. Прицеп подпрыгивал, выкидывая на дорогу навоз. А водитель что есть сил давил на «газ». Вот, дачи уже позади. Вдалеке маячат десятки людей в очереди у магазина. Глаза Алексея Егоровича просто наливаются кровью. Но тут он, проезжая мимо величественного коттеджа своего «хозяина», замечает джип и толстую фигуру возле него. Неподалёку бродит длинноногая жена бизнесмена и его семилетний сынок.
Резко затормозив, трактор сдаёт назад и поворачивает к дому «хозяина». Бизнесмен сильно удивился – зачем это к нему пожаловал такой гость? Но тут трактор с поразительной быстротой настиг его. Заляпанный грязью радиатор с налёту ударил «хозяина» в грудь. Чистый пиджачок, за которым скрывались белоснежная накрахмаленная рубашка и галстук, тут же оказался в грязи. Страшное чёрное колесо, проехав по ногам, раздавило тело. На глазах у жены и ребёнка, голова главы семейства была смята. Кровавые брызги веером обдали женщину и мальчика.
Следующей жертвой стала жена этого рабовладельца. Переломав ей колёсами все кости, Алексей Егорович молниеносно настиг мальчика. Тела всех трёх жертв взбесившийся тракторист принялся «утюжить» колёсами. Вся злость тут перешла с безызвестных старух на «хозяина». Со страшным, неузнаваемым лицом, полным дикой злобы, Алексей Егорович взялся таранить джип. Под натиском трактора, блестящий «Ниссан» был жестоко смят, стёкла вылетели. У джипа истерично замигали поворотники, завизжала сигнализация, когда беспощадные колёса трактора ехали уже по изуродованному капоту машины.
Словно большая консервная банка, джип был раздавлен. И тут, когда «хозяйская» семейка оказалась полностью вдавленной в грязь, а их машина изуродованной, трактор заглох. Стоя прямо на джипе, он тихо фыркнул и испустил из глушителя дымок...
Алексея Егоровича тут же повязали местные жители. Конечно, многим приятно было смотреть на раздавленный труп своего некогда всемогущего «хозяина». Но здравомыслящие люди всё же понимали весь ужас происходящего. Лишь Алексей Егорович заливисто смеялся, когда участковый надевал на него наручники и сажал в машину. Никогда не видавший в жизни радости работяга наконец-то засмеялся! Только смех этот был вызван уже не радостью, а тяжёлым психическим заболеванием. Это заболевание началось из-за серьёзных процессов в душе тракториста. От серого однообразия, от тяжёлого безрадостного труда Алексей Егорович сошёл с ума. Сначала он нашёл радость и отдушину в наездах, но такое развлечение быстро погубило тракториста. Страшные преступления ускорили процессы в его мозгу, и болезнь окончательно взяла верх...
Арестованного колхозника признали невменяемым. У него оказалась болезнь со сложнопроизносимым названием. Лечить её нужно радостью. Однако в нашей несправедливой стране заниматься этим никто не стал. Алексея Егоровича принялись колоть сильнейшими психотропными лекарствами, «лечить» электрошоком... В итоге больной тракторист умер, оставив жену и четверых детей на произвол судьбы...

2009г.






Количество отзывов: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 14
© 23.04.2021г. Дима Чикатилкин
Свидетельство о публикации: izba-2021-3073312

Рубрика произведения: Проза -> Ужасы


Ктото Гдето       05.05.2021   16:19:36
Отзыв:   отрицательный
У тебя все как под копирку: есть "несправедливая" ситуация, от которой херой слетает с катушек и начинает всех мочить, борясь со следствием а не причиной, что никогда не приводит к успеху. Убийства безвкусные, однообразные, написано сухо, быстро надоедает.
Дима Чикатилкин       06.05.2021   12:35:35

А как обычный колхозник может с причиной бороться? Кремль штурмовать с вилами пойдёт?!
Я показываю незавидную участь "маленького человека" со слабой психикой. Далеко не каждый из них будет убивать с изысками и фантазией, как в американских ужастиках. "Мой" маньяк - это не беспричинно жаждущий крови психопат, а мстящий борец за справедливость!
















1