Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Сладкий Баньюльс с горьковатым послевкусием


Если вам когда-нибудь удастся попробовать вино Баньюльс, будьте уверены, оно вас не разочарует. Это десертное вино юга Франции не очень известно даже многим французам, хотя у вина все регалии Grand Cru[1]. Терруар[2] Баньюльса - крошечный, так что производство этого вина недостаточно для большого экспорта. К тому же французские каталонцы никогда особо не заботились о маркетинге ни своих вин, ни своего региона. Все знают о Лазурном береге. Но немногие слышали об Алом побережье с его ярко-синем морем, террасными виноградниками, приобретающими осенью огненный цвет и вечнозеленой грядой Альберских гор - последней цепи Пиренеев, доходящих до самого моря.

Местные не любят маркетинг. А может даже побаиваются рекламировать свой маленький рай, полный тайн. Будут ли они когда-нибудь раскрыты?

Поговаривают, что Баньюльс сгубил одного из невероятно богатых и знаменитых каталонцев. Ученика Родена.

Сентябрь сорок четвертого. Освобожденная Франция празднует победу. Рядом с небольшим городом во французских Пиренеях произошла автокатастрофа. В машине с проколотой шиной - изувеченное окровавленное тело старика. У него красивое благородное лицо, нос с горбинкой. На нем дорогой бархатный костюм, богемный берет художника.

«Великий скульптор Франции погиб в автокатастрофе», так официально заявляют газеты. А в маленьких городках и деревушках Алого побережья поговаривают, что Сопротивление отомстило скульптору.

Его скульптуры находятся в саду Тюильри в Париже, в Орсэ и во многих других музеях мира, в том числе в лондонском Тейте. Но наибольшим восхищением и материальной поддержкой знаменитый французский скульптор пользовался в Германии.

Ему уже больше сорока, когда в 1905 году он привозит на осеннюю выставку в Париж свою скульптуру с двойным названием «Мысль» и «Средиземноморье». Он беден и мало кому известен. На выставке он получает заказ от немецкого коллекционера и мецената графа Кесслера. Кесслер вскоре знакомит с работами скульптора других богатых и влиятельных немцев. Немецкие аристократы скупают его картины, боготворят его, пишут ему дружеские письма даже в самый разгар Первой мировой войны.

Во время Второй мировой войны скульптор уединяется в своем родном городке Баньюльсе, который называется так же как и местное десертное вино. Тихая размеренная жизнь в средиземноморской провинции кажется очень далекой от ужасов войны и от политических игр в неоккупированной части Франции режима Виши.

Дом художника всегда открыт для поэтов, художников, артистов. И не важно кто вы по национальности. Даже если вы немецкий офицер. А их в доме скульптора гостило немало. И всех он угощал отменным десертным Баньюльсом, который совсем даже не приторен и оставляет такую приятную горчинку.

«Вы понимаете, я всегда пользовался невероятной популярностью в Германии. Большей популярностью, чем во Франции. Так что все, кто любит искусство, хотят меня навестить. Это поэты, музыканты… Я не могу им отказать. Вы хотите, чтобы я выдворил музыканта? Я тогда больше не буду человеком искусства. Французам наплевать на искусство. А у них (немцев) большое уважение ко всему этому... Если бы я не был так известен в Германии, Дина была бы сейчас в Польше…»* Так говорил скульптор своему другу Анри Фреру.

С Диной Верни скульптор познакомился незадолго до Второй мировой. Ее семья бежала из Молдавии во Францию после революции. Дине было пятнадцать, а скульптору за семьдесят. Дина стала его музой, а после смерти скульптора получила львиную долю его состояния несмотря на то, что у скульптура была жена и сын. Дина приобрела в Париже замок и частенько приезжала в Россию искать талантливых художников. Она помогла Шемякину, правда, вскоре с ним поссорилась, когда тот отказался писать картины в том стиле, который она считала будет хорошо продаваться в ее галерее. Шемякин назвал ее очаровательным монстром и писал, что она была невоспитанная, сидя в ресторане, била себя по ляжкам и сильно материлась, естественно по-русски, на каком же еще можно материться. Дина играла на гитаре и пела русские блатные песни, причем у нее очень красивый голос. Эти записи можно найти в интернете. Дине тогда было уже около пятидесяти.

А во время Второй мировой войны ей было двадцать. Она сотрудничала с Сопротивлением и помогала переправлять через французско-испанскую границу многих, чьей участью, иначе был бы концлагерь. По свидетельствам Дины именно знаменитый скульптор из Баньюльса показал ей тогда все секретные переправы в горах, по которым можно было перейти границу, не боясь ни местной полиции, ни гестапо. Скульптор прекрасно знал контрабандные тропы своего региона, который еще король Солнце Людовик Четырнадцатый назвал «контрабандным краем».

Французская Каталония всегда жила по своим неписанным законам, мало понятным gabachos (иностранцам, чужим). Если здесь и поддерживали кого-то, то только ради собственной выгоды. Отчаянные контрабандисты Баньюльса сражались на стороне французской армии, когда Испания в очередной раз попыталась отвоевать Руссильон. Зачем им было отдавать жизнь за Францию, ведь большинство из них даже не говорили по-французски? Ответ простой. Им было выгодно, чтобы Баньюльс оставался французским. Там, где граница между государствами, всегда есть прибыль. А главным источником дохода Баньюльса была контрабанда.

Так вернемся к нашему скульптору и его музе. Когда Дина в Париже оказалась в застенках гестапо пойманная с поличным с членами Сопротивления, ее почему-то очень быстро выпустили. И не отправили в лагеря в Польшу, несмотря на то, что она была еврейкой. Возможно, что за нее ходатайствовал сам Арно Брекер - монументалист Третьего Рейха, любимый скульптор Гитлера. Выставка Брекера в оккупированном Париже была организована благодаря усилиям его восьмидесятилетнего французского коллеги из Баньюльса. Скульпторы были друзьями еще до войны. А после удивительного избавления Дины из застенок гестапо, откуда редко выходили евреи, да еще и помощники Сопротивления, у многих были серьезные подозрения, что знаменитый французский скульптор из Баньюльса сотрудничал с немцами.

А что было на самом деле нам наверное уже никогда не узнать. Курирующая фонд Аристида Майоля Дина Верни всегда настойчиво утверждала, что знаменитый французский скульптор из Баньюльса никогда не сотрудничал с немцами, а на самом деле спасал многих от концлагерей, проводя их потайными тропами в Испанию.

Наверное это теперь не так важно. Главное, что сладкий Баньюльс до сих пор удивительно хорош. И полон тайн и секретов своего терруара, той особенной земли, на которой выращивали виноград финикийцы, римляне, тамплиеры… А старая виноградная лоза продолжает жить несмотря на засуху, жару и страшные ветра, проникая своими одиннадцатиметровыми корнями глубоко в почву.

[1] Grand Cru (фран.) дословно переводится «великий и «кусок земли». Это наименование вин из определенной территории, которые должны соответствовать высоким стандартам качества.

[2] Терруар - совокупность почвенно-климатических факторов и особенных характеристик местности определяющая сортовые характеристики сельскохозяйственной продукции, чаще всего — вина.

* разговор Майоля и Анри Фрера:
https://mediterranees.net/art_roussillon/valaison/...







Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 16
© 29.03.2021г. Асия Караева
Свидетельство о публикации: izba-2021-3054544

Метки: Баньюльс, Аристид Майоль, Дина Верни, французская Каталония, Руссильон, старая виноградная лоза,
Рубрика произведения: Проза -> История


















1