Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Великая Клоповия, том XIII, 39


ГЛАВА 39

Едун, видя печалящегося по утрате власти духовной предтечи своего, Пытания, возгорелся ревностью против учителя: «чего ещё не хватает предшественнику? и зачем он всё тяжко вздыхает? нешто заняться одиночке больше нечем, когда он шатается всё время у меня под окнами да бросает на окна дома моего злобные и весьма укоризненные взгляды?» На эти вопросы новый учитель (хотя он и являлся вроде бы как премудрым наставником) не находил ответа: не то, чтоб ума в его тесном черепке недоставало, а просто он давно привык, что его стадо встречает учителя своего с умилением, а такое хмурое настроение касалось ему в диковинку. «Чему бы это, любопытен знать, можно было бы приписать? ― тужился учитель в попытках отгадать тайну непонятного поведения отставного того предтечи, ― уж не тому ли, что мой предшественник мается один, без пропитания? Хотя вроде бы как снабжают его, с моего личного согласия, подносят ему бочонки, подвозят провизию, нельзя никак сказать, чтоб учитель, даже прежний, оголодал». Едун поскрёб тут в затылке. «А может, утрата им духовной власти снедает до нутра? вот такое истолкование печали вполне я нахожу уместным, оно же наиболее логично и приближено к истине». «Чуден свет: сколько в нём всего туманного, невыясненного, непостижимого: вроде как о предшественнике своём и позаботился, чтоб никакой мести мне от него не заработать в дальнейшем, ан нет же, и того всё мало будет: я ему вон сколько отряжаю всякой снеди, а он хмурится на меня да зубы точит, как будто бы накинуться на меня задумал из-за угла, в тёмной подворотне». Увивавшиеся возле учителя прихлебатели на эти вздохи сетовали и советовали хозяину: «им сколько ни дай, им хоть месяц с неба сними да подай, а всё мало покажется, уж такой, отче, народец это неблагодарный, всё мало, всем недоволен, на всё ворчит и свой ропот поднимает, буян неисправим, сколько буяна в общине яствами даровыми ни снабжай, всё гудит и зудит, всё буяну не по вкусу, вечно ему не так да не этак, уж такова природа тех сынов заката». «Но что, что в таком случае прикажете мне делать с этими предшественниками?», воскликнул в отчаянии наставник.
― А ничего не делайте, хозяин, просто перестаньте его кормить.
― Но, позвольте, ведь он от ропота перейдёт к заговору!
― Ничего подобного, силёнок не хватит господину навредить.
― И как это отзовётся на отношении ко мне моих детушек?
― Уверяем вас, учитель: самым наилучшим образом: тишина!
― Не начнут ли меня упрекать и обвинять в жестокости по... ?
― Ни боже мой! ― заверили наставника угодливые лизуны.
― Ещё чего доброго скажут: «вот он заморил голодом отца».
― Переставший быть отцом уже пастве давно не отец, sic.
― Сейчас не отец, допустим, да ведь являлся же он им отцом.
― Когда являлся, так и был отцом; а сместили, так не отец.
― Значит, мои чада духовная меня не обвинят в голодоморе?
― Не извольте беспокоиться, хозяин: пастве самой бы поесть.
― А то, как их прежний учитель голодает и загибается, это как?
― Прежний на то и прежний, что о нём никто уже не подумает.
― Поразительная психология клопиных стад! Нам это на лапку.
― Вы, хозяин, главное, паству поите, она за это раскланяется.
― И если на её глазах загнётся прежний наставник, что ж она?
― Сытая до отвала, паства ничего лишнего не скажет на это.
― Решено: задавлю голодом предшественника, напою паству.
   И напои чад общины, и зело удовóльствова я, и пет бе. (1685) За ласковое отношение отца к пастве своей возлюбила чада духовная наставника своего, ибо мил к детям духовным пребывал учитель, и такое нежное отеческое отношение весьма согревало души детские и способствовало особливому сближению на почве догматики. Нет на свете ничего важнее и теплее благорасположения наставника, в учителе и благодетеле прежде всего черпает силы паства клопиная и блошиная, и когда учитель тепло и ласково согревает их лучами своего клопиного наставничества, такая паства благоденствует, ей, слепой и отчасти слабовидящей и слабослышащей, страшно бывает в одиночку пускаться в путешествие по волнам житейского моря, она, эта несмышлёная, невидящая паства, на ощупь набредает в жизни на отца рачительного и радетельного, держится за него, пока сидит в пастве дуновение клопиной жизни. Ей и грешить жутко, если поблизости нет благодетельного соблазнителя: наставник ибо всякое дитя мудро наставит и направит по нужному чаду пути, и в кривизне дороги хоть и попрекнёт, ин же не отшатнётся от дитяти, поможет, вытянет на сухую тропинку, сколь бы та ни петляла вдали от прямоты, правды, честности, верности, вечной истины. Отцы благодетельные суть подлинное дыхание жизни для общины: клоп ничего не способен поделать без наставника, равно как отец трусливо оглядывается по сторонам: как бы его паства не ошалела, как бы его паства случайно не прозрела, как бы ему самому по шапке в ярости не надавали. И вот, когда наставник рядом с детьми своими духовными, паства радуется, пребывая в постоянном ликовании по случаю лицезрения благодетеля своего излюбленного. Любой грех наставник за них отмолит, всякое чадо накормит и напоит, «отцом даются земные подачки, детки духовные поспешествуют благодати и процветанию общины послушанием своим», таково учение об обязанностях чад духовных было в ходу на тот период существования ореховой общины. Едун заморил бывшего наставника, но он же принялся обильно снабжать паству пропитанием, и паства его в благоговении умолкла, видя явную отеческую заботу об общине, о клопином стаде, о душах детей духовных. Правда, впоследствии, с горечью в сердчишке, Едун весьма раскаялся в непозволительной роскоши, какою ему пришлось окружить паству, да заткнётся, и по прошествии месяца вновь заставил всю общину затянуть пояски: в общине никому не позволено жировать и роскошествовать! Почуяв дуновение холодных ветров, паства клопиная скукожилась в тот же день и уразумела: благодатные зефиры иссякли, жизнь постепенно входит в прежнее полуголодное русло. Поборы умножаются и голодовка усугубляется новыми каскадами податей. Ничего, однако, тут не попишешь: «благословен наставник во всякое время, и премудрость учителя жадного не весть никаких границ!» Едуново управление воскресло в те месяцы с новою мощью: паства совсем, вконец обнищала, и если до временного послабления хотя бы дети по плоти Едуновы роскошествовали, то после возобновления злых поборов даже и потомство едуновское ощутило на себе гирю того невыносимого голода, под которою стенала вся клопиная община.







Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 5
© 24.02.2021г. Лаврентий Лаврицкий
Свидетельство о публикации: izba-2021-3027514

Рубрика произведения: Проза -> Роман


















1