Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Заглядывая вперёд Главы 27 - 28


ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

После больничного Валерии все же дали отпуск. Фарид убедил ее в том, что сейчас ей отдых более необходим, чем ему. Профсоюз пре доставил ей льготную путевку в подмосковный санаторий, но все
упиралось в собаку. Пока не приедет с Кипра Вера, Валерия уехать из дому не сможет: соседка Надежда вот уже третий месяц отдыхала с Катькой в деревне у своих родителей.
Лера вспомнила веселую свадьбу подруги, и ей стало еще горше. Потом она вспомнила, как с Фаридом провожали молодоженов в "Шереметьево" и долго махали им, стоя на балконе, выходящем на летное поле. Со дня на день Верочка и Михаил должны были вернуться из свадебного путешествия, и тогда Валерия уедет в санаторий со спокойной душой. Конечно, ей сейчас необходимо сменить обстановку и подлечить нервную систему. Слишком много неприятностей свалилось на ее голову.
Время летело с невероятной быстротой, и Валерия не успевала оглядываться. Вот уже август, а там снова осень, холод, дожди, одиночество и скверное настроение. От ухода из клиники Фарид смог ее отговорить, мотивируя тем, что рано или поздно она опомнится и очень пожалеет о своем поступке. Конечно, работа реаниматолога не курорт, но коллектив у них хороший, слаженный, а что ждет ее на новом месте, ещё неизвестно.
Лера согласилась и больше не заводила разговора об уходе. Ярослав больше не звонил, да и Летковский куда-то исчез.
Вероятно, он одумался и решил не связываться с женщиной, которая намного старше его.
Однажды вечером, когда Лера, уютно устроившись на диване, наслаждалась любимым фильмом по видику, ее заставил вздрогнуть телефонный звонок. Она с трудом пришла в себя и не сразу сообразила, что это за звук и где находится аппарат. Телефон стоял здесь же, на полу, рядом с ней, но Валерии понадобилось некоторое время, чтобы найти его и снять трубку.
- Алло! Я слушаю вас. . .
- Как вы себя чувствуете, сеньора?
Она поняла, что звонит иностранец, и он явно перепутал номер.
- Простите, вы, наверное, не туда попали, - промямлила она.
- Вы не узнали меня? Это Келлер.
Лера почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Она беспомощно опустила трубку и перевела дыхание.
- Вы слышите меня? Почему вы молчите? - Голос Келлера стал громче и настойчивей. - Вам неприятно со мной говорить?
- Мне стыдно, Глеб, - собралась с духом Валерия. - В тот день я вела себя недостойно.
- Успокойтесь. Я сразу понял, что вы меня принимаете за какого-то страшного разбойника, но не стал вас разочаровывать. У вас все впорядке со здоровьем?
- Вполне. А как ваша машина?
- Как новенькая.
- Я перед вами в неоплатном долгу.
- Вы ничего мне не должны. Давайте забудем об этом.
Валерия не стала спрашивать, почему он вернулся из Португалии раньше времени. Пожалуй, не стоит ему говорить о том звонке на работу.
- Как у вас сегодня со временем? - поинтересовался Глеб. - Не могли бы вы составить мне компанию во время ужина?
Лере хотелось крикнуть:"Да! Конечно, я с удовольствием пойду с тобой туда, куда ты меня позовешь! Пусть это будет даже в ущерб моему самолюбию." Но она этого не сказала. К чему? Наверняка, у него есть жена и куча любовниц. Такой мужчина не может быть одиноким, просто не имеет права! Зачем ему такая женщина, как она? Ради времяпровождения? Ради блажи, которая вдруг вступила в голову красавцу-дипломату? Просто, вернувшись из экзотической страны, ему захотелось романтики и перемены обстановки, и он вспомнил о той, которая должна ему кучу денег. Возможно, он и прав, и нечего строить из себя недотрогу!
- Если вам так хочется. . .
- Вот и чудесно. Я заеду за вами без четверти восемь, выходите к этому времени на улицу.
В назначенное время Валерия вышла из подъезда. Глеб уже ждал ее в своем роскошном "Пежо". Машина сверкала чистотой и краской, будто только что сошла с конвейера.
Глеб в строгом черном костюме и белоснежной сорочке с галстуком был невероятно хорош. Валерия с тоской подумала, что этот мужчина не для нее. Она всегда считала себя "ассенизатором и водовозом." А Глеб Келлер - это просто "сеньор Совершенство".
Ужинали в дорогом престижном ресторане, который Валерия раньше считала недосягаемым, неземным, райским уголком, доступным лишь для избранных мира сего. Глеб угощал ее изысканными блюдами, названия которых ей были незнакомы, и винами, которые русскому доктору могут разве что присниться. Они танцевали под красивую спокойную музыку, и Лере казалось, что она попала в сказку, а рядом с ней, нежно обнимая ее за талию, стоит прекрасный принц, которого она видела когда-то в своих детских снах.
Разговаривали о пустяках. Глеб почти ни о чем не спрашивал и ничего не рассказывал о себе, а Валерия стеснялась задавать лишние вопросы, боясь показаться чересчур назойливой и любопытной.
Потом он отвез ее домой, и они долго сидели в машине, не в силах расстаться. Глаза Валерии невольно остановились на шее Глеба - там, где темные завитки касались белого воротничка рубашки. Ей так хотелось протянуть руку и прикоснуться к его волосам, но как бы он это расценил?
И тогда она предложила молодому человеку зайти к ней домой. Как ни странно, он не отказался - наоборот, с радостью подхватил ее порыв. Они пили на крошечной кухне душистый кофе с сырным крекером и непринужденно болтали о разной ерунде.
Как они оказались в спальне на постели, Валерия вспомнить не могла. Она помнила только, как прижалась губами к его губам. А дальше. . . Время ярко вспыхнуло и остановилось. Пространство вдруг стало совсем крохотным, тяжелым, жарким и душным. Боже! Что с ней? Каким образом превратилась она в молодую, страстную, ненасытную вакханку?! И она кричала от переполнявшего ее восторга, а содрогающееся тело ее истекало любовью. Любовью и нежностью. И если ее кто-то когда-нибудь спросит, бывала ли ты на небесах, она ответит: "Да, только раз". Потому что то, что происходило с ней сейчас, не могло повториться. Это может быть только раз. Только раз в жизни.



Остаток ночи Валерия проспала на плече Глеба Келлера. Утром их разбудил звонок. Кто-то названивал по сотовой связи. Молодой человек резво спрыгнул с кровати и схватил трубку.
- Слушаю вас. . . - Видимо он ждал от кого-то звонка.
Часы показывали двадцать минут двенадцатого. Валерия никогда не позволяла себе так долго спать. Но сегодня был особенный день, день после волшебной ночи, и она никак не могла прийти в се -
бя от счастья.
- Quem fala ? - услышала она иностранную речь. - Como, Peres? Ho, Eujenio! Salud! In segundo? Nao, trabalhei todos dias. Еn me lembro disto. Este muy sao interesante! A mulher, cujo nome e Valeria. Ela en canto. Parese me que fiquei apaixonado. Nao, Odett a Lisboa. Ella aspira a ser feliz. Ela paga-me con ingratidao. A men ver, ela tem nao parao. Geralmente janto em restarante. Com muito praser aseito um teo convite. Obrigado. Em vao. Nao gosto disto Elena. Perdone-me. E pena. A manha vou a Caracas. Adeus. *

* ( порт.) Кто говорит? Кто, Переш? О, Эуженьу! Привет! В понедельник? Нет, я работал каждый день. Я помню об этом. Это очень интересно. Женщина, чье имя Валерия. Она - прелесть. Кажется, я влюбился. Нет, Одетт в Лиссабоне. Она еще надеется быть счастливой. Она платит мне неблагодарностью. На мой взгляд она не права. Обычно я ужинаю в ресторане. С огромным удовольствием принимаю твое предложение. Спасибо. Напрасно. Мне не нравится Элен. Прости. Жаль. Завтра я улетаю в Каракас. Пока.

Валерия заслушалась его и не заметила, что он одевается.
- Простите за непонятную для вас речь, - обернулся к Лере молодой человек, застегивая пуговицы на сорочке. - Звонил мой близкий друг. Он бразилец. Вчера, оказывается, Эуженьу Переш, или Женя, как я его называю по-русски, прилетел из Сан-Паулу в Москву. Мы не виделись с ним почти два года. К сожалению, мне пора. Спасибо за все. Нет, нет насчет завтрака не волнуйтесь. По утрам я только пью кофе. Вероятно, я что-то не так сделал ? В таком случае, извините. . .
В тот момент глаза Валерии были полны слез. Еще секунда, и они предательски хлынут из ее глаз.
Она ничего не ответила и ни о чем его не спросила. Это было ни к чему. То, что произошло сегодняшней ночью, рано или поздно должно было произойти. Лера Чистова понимала, что не имеет никакого права на этого мужчину.
"Он чужой, - думала она с тоской, разрывающей сердце, - и неприступный, как Эверест. Глеб никогда не будет моим. Вон у него сколько разных женщин! Да какие имена: Одетт, Элена! - Валерия не понимала чужую, незнакомую речь, но имена женщин отчетливо разобрала. И еще она поняла, что Глеб улетает в Каракас. - А я? Я для него всего-навсего сломанная игрушка, которую в любой момент можно выбросить на помойку. "
Глеб ушел спокойно, по-английски, поцеловав Леру в губы и пожелав ей удачи. После его ухода она нашла на кухонном столе три новенькие купюры по сто долларов.
Воздушный замок, возведенный ею из грез, разом рухнул. Радостное ощущение, вспыхнувшее в ней, потухло, и боль снова заполнила все ее существо.
"А что, собственно говоря, я ожидала? - горько рыдала Лера, держа в руках доллары. - Он абсолютно прав. Нищая врачиха, как голодная тигрица, тащит в постель импозантного дипломата, которого видит второй раз в жизни. А у него - неоспоримый принцип: за удовольствие надо платить. И расплатился он со мной щедро, плюс ресторан. "
Она зарылась лицом в подушки и пролежала так до вечера не реагируя на телефонные звонки и глотая горькие слезы, которые жгли горло. Впервые за двадцать восемь лет Валерии хотелось уснуть и не проснуться.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Весьма равнодушная к природе, отпуска Лера проводила дома. Теперь ей тем более не хотелось ехать в санаторий. Глубокая депрессия делала такую поездку бессмысленной. Фарид предложил поехать к его бабушке в деревню в Нижегородскую область. Там как раз отдыхали Роза с сыном и теща Фарида, но Лера наотрез отказалась, объяснив, что ей будет совестно, если ее кислая физиономия, испортит людям настроение.
В конце концов Лера все же решилась поехать в санаторий. Путевка досталась ей почти бесплатно, и она подумала, что, если откажется ехать сейчас, больше ей путевку не дадут никогда.
Санаторий оказался хорошим, в былые времена числившийся за Четвертым управлением Минздрава и по совершенно непонятным причинам не пришедший в упадок в период реформ. Там хорошо кормили, сносно лечили, но было очень скучно. Номера густо заселяли пенсионеры, которые по нескольку лет ожидали путевки в собесах и поликлиниках. Молодых отдыхающих не было вообще. Ее соседке по палате, бабушке по имени Серафима Яковлевна, недавно
исполнилось восемьдесят четыре года. Это была классная бабулька! Она еще каталась на велосипеде и запоем курила "Беломор".
В санатории Лере сделали электрокардиограмму, взяли кровь на анализ и молоденький врач-невропатолог прописал ей какие-то таблетки, от которых постоянно клонило в сон. Она добросовестно ходила на процедуры, а вечером посещала плавательный бассейн. После вечерних прогулок Валерия и Серафима Яковлевна играли в своем номере в бридж и пили ароматный чай, который старушка заваривала в маленьком фарфоровом чайничке из саксонского сервиза, привезенном с собой из дома, или наслаждались бразильским кофе с армянским коньяком. В свое время Серафима Яковлевна была арфисткой и играла в оркестре Мариинского театра, а теперь - одинокой пенсионеркой, которая оказалась никому не нужной, даже собственным детям. Лера с удовольствием слушала ее рассказы о дальних странах, в которых старушка в свое время побывала во время гастролей театра, о тех милых временах, когда французская булка стоила семь копеек, а бутылка водки два восемьдесят семь.
- Вы, деточка, к сожалению, этого уже не застали, - качала головой старушка. - Мне искренне жаль вас, современную молодежь. Вы не видели настоящей жизни, и, думаю, не увидите никогда! У вас отняли все, что могли, а взамен ничего не дали. Вот вы, Валерочка, врач, семь лет учились в иституте, затем ординатура, а сколько вы получаете? Считанные гроши. А взять, к примеру, какого-нибудь лоботряса, который в школе перебивался с двойки на тройку, так вот он сейчас живет и процветает, потому что умеет воровать. Наглецам и мошенникам в наше время очень легко, потому что они не задумываются о завтрашнем дне. Помните, в одном известном фильме вор говорит, что у него не жизнь, а романтика: "Украл, выпил - в тюрьму". А честным людям приходится постоянно сводить концы с концами.
Погода портилась на глазах. Потянулись серые холодные дни с затяжными дождями и сильным ветром. Старички в свободное от лечебных процедур время играли в холле в шашки и шахматы, старушки в преддверии зимы вязали носки и теплые шарфы, а Лера одевалась потеплее и отправлялась на прогулки в парк, которые она совершала в грустном одиночестве, захватив с собой любимую книгу или томик стихов.
Сегодня посидеть было негде: скамейки намокли от дождя, и Лера грустно брела по мокрому асфальту, направляясь к киоску "Союзпечать", где собиралась купить журнал "Семь дней" и газету "Аргументы и факты". Сосновая аллея, по которой она шла, считалась самым красивым местом в санатории. Крымские сосны с огромными шишками величаво возвышались по обеим сторонам дороги, а их смолистый аромат, усилившийся после дождя, немного кружил голову.
Тоскливо глядя себе под ноги и поддевая кроссовками упавшие на землю шишки, Валерия думала о скорой зиме и вздрагивала об одной только мысли о морозе и мокром снеге, которые ненавидела с детства. Как хорошо летом! Не нужно напяливать на себя кучу всякой одежды, не нужно думать о мокрых ногах и хлюпающем носе. Старый полушубок из мутона давно уже износился. В нем стыдно ходить на работу. Все-таки Лера - врач. Значит, нужен новый полушубок или дубленка, а еще сапоги. Старые давно уже каши просят, а денег на такие солидные покупки нет и в скором времени не предвидится. Лера тяжко вздохнула, вспомнив свою родную "шестерочку", так ее выручавшую, которую она холила и лелеяла, как родное дитя. Теперь на работу придется добираться на своих двоих, и не только на работу. Другую машину, пусть подержанную, ей уже не купить никогда!
Неожиданно молодая женщина вышла из задумчивости, оторвала взгляд от земли и остолбенела. В конце аллеи она заметила знакомый силуэт темновишневого автомобиля. Сомнений нет! Конечно же, это "Пежо" Глеба Келлера, а он сам, в свободном джемпере бежевого цвета и темных брюках, стоит возле машины и внимательно наблюдает за ней.
Валерия резко повернулась и быстро пошла прочь.
- Валерия! Куда же вы, Валерия? - Ее имя из его уст звучало необычно, твердо. Он произносил не Валерия, а Валэрьа. Длительное пребывание за рубежом сильно сказалось на его произношении.
Лера не отреагировала на этот крик. Подумаешь, явился, не запылился! Никто его сюда не звал! Что ему опять понадобилось? Неужели замучила ностальгия по любви нищей докторши?
Она ускорила шаг, почти побежала, задыхаясь от обиды и гнева. Прочь! Подальше от него! Чтобы глаза не видели этого самодовольного красавца! Воспоминание о трех новеньких купюрах зеленого цвета больно резануло по сердцу.
Глеб догнал ее возле самого входа в корпус и, резко развернув, притянул к себе.
- Я идиот! Кретин! Глупый осел! - шептал он, осыпая лицо Леры горячими поцелуями. - Прости меня за деньги. Я не подумал о том, что своим дурацким жестом могу причинить тебе боль. Там, на Западе, деньги - в порядке вещей. Я долго думал о нас с тобой в Венесуэле и пришел к выводу, что не могу жить без тебя. Сначала я думал, что все это дурь, блажь, но не рассчитал свои силы, не смог дождаться окончания командировки и вернулся в Москву.
Лера уткнулась носом в ямочку на его шее и тихо заплакала. От Глеба исходил запах чистого мужского тела и тонкий, еле уловимый аромат туалетной воды. Он нежно поглаживал ее пышные, мокрые от дождя волосы, и что-то несвязно шептал. Лера подумала о том, какой он все-таки милый и немного рассеянный.
- Как ты меня нашел? - спросила она с нежным смирением, заглядывая ему в глаза.
- Фарид сказал, где тебя можно найти, а отыскать место твоей работы не составило большого труда. У меня гаишники знакомые. У тебя с собой много вещей? - резко сменил он тему.
- Не очень. А почему ты спрашиваешь о вещах?
- Собирайся, мы едем в Москву.
- Нет, Глеб. - Валерия высвободилась из его крепких объятий и подавила глубокий вздох. - Прости, но я никуда не поеду. Меня послали в санаторий, мне назначили лечение, и я не могу вот так сразу все бросить и уехать.
- Если у тебя неполадки со здоровьем, - нахмуился молодой человек, - не обязательно лечиться здесь. Существует много хороших клиник.
Валерия, вдруг вспомнив о чем-то, оттолкнула его и решительно направилась к двери.
- Завтра ты снова куда-нибудь улетишь, и я останусь одна, - бросила она на ходу. - А я так не хочу. У тебя своя жизнь, у
меня своя. Оставь меня в покое!
Глеб догнал ее и снова прижал к себе.
- Я больше никуда не улечу. . . - Он, как сумасшедший, целовал ее губы, шею, глаза, волосы. - . . . без тебя. Ты веришь мне?
- Верю. Хочу верить, - прошептала она, сияя от счастья.
Нет, поистине жизнь - удивительная штука, и ты не знаешь, что ждет тебя завтра.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 4
© 22.02.2021г. Рикарда Фернандес
Свидетельство о публикации: izba-2021-3025467

Рубрика произведения: Проза -> Мистика


















1