Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Обычная работа


Обычная работа
Обычная работа
(Посвящается В. М.)

И мерцает в небе зыбком
Европейская луна…

Поздно вечером уже все знали – завтра начнётся. Хотя это самое «начнётся» касалось исполнения патриотического долга, но оно по-прежнему имело слабые очертания и расплывалось в сознании при малейшей попытке обрисовать картину предстоящей военной операции. После объявления боевой тревоги наш танковый батальон получил приказ на выдвижение в сторону Праги. Мы шли через горы. Всю ночь. Кромешная тьма, разбавленная светом мерцающих звёзд, слабое свечение узкой горной дороги вписались в мою память на всю жизнь, ведь это был первый взгляд молодого солдата на чужую территорию после призыва в армию. Горы предостерегающе шептали «Остановитесь!», но мы не понимали по-чешски.

Зубков (Зуб), механик-водитель, с азартом управлял боевой машиной, лихо сбавляя скорость на поворотах и плавно управляя динамикой танка на крутых подъёмах. Ехали молча, с выключенными фарами, лишь биение сердец разрывало таинственную тишину гор. Дорога дрожала, и неспроста: пару танков не удалось сберечь – скатились в темноту обрыва. Первый страх, подпитываемый скрежетом гусениц движущихся в пропасть танков, заглушило небо. Оно поменяло свою окраску за то время, пока тягачи БАТ вытаскивали танки из обрыва, но расщелины и склоны гор по-прежнему скрывали свои живописные пейзажи, лишь вершины принимали самые невероятные формы и очертания. Озираясь по сторонам, страх сменился любопытством, которое не покидало нас до самого конца секретной операции.

В пять утра машина замедлила ход – колонна медленно въезжала в окрестности столицы. «Смотри!» вырвалось у наводчика Захара. «Столичная штучка!». Штучкой оказалась полусонная молодая женщина, распахнувшая окно навстречу утру и оторопело уставившаяся на грозное в своём дружном грохотании шествие колонн танков, БТР, автомобилей и мотоциклов. Белые волосы ниспадали на мирно дышащую грудь. Глаза вспыхнули, словно голубые васильки, и то смятение, которое отражалось в них, я долго не мог забыть.
Город просыпался. Агрессивно настроенная молодёжь рвалась к машинам, выкрикивая оскорбительные слова. В руках палки, камни и коктейли Молотова. Впереди вспыхнул танк 212 – какой-то студент впрыгнул на бочку с горючим, пробил её ломом и облил соляркой. Снаряды, лимонки, ящики – всё запылало, взметнулось в небо, и тучи осколков накрыли защитников социалистического содружества, искренне убеждённых в правоте своего дела. Пока толпы народа теснили боевую технику, размахивали угрожающе плакатами сомнительного толка: «Ленин, проснись! Брежнев сошёл с ума!», «Оккупанты – стреляйте!», в головах каждого из нас призывно звучали приказы советского командования: « С честью и достоинством выполняйте свои воинские обязанности, и смотрите - враг не дремлет! Все вы с оружием, но оружие применять только по мере необходимой защиты мирных граждан…», etpatati, etpatata… И в нас вырабатывался стойкий иммунитет к «контрреволюционной заразе».

На следующий день чехи окружили нас и развернули плакаты с лозунгами «Свободу Чехословакии», «Мы теряем лучших друзей». И тут я снова увидел её – беловолосую и голубоглазую. Это была, по всей вероятности, студентка. Я протянул ей руку и крикнул: «Разрешите познакомиться!». Судя по вспыхнувшим глазам, она не возражала и неуверенно протянула мне небольшой пакетик. Там была еда. «Хлебичек» - услышал я её слова. Рядом стоящий парень сердито оттолкнул её, затем, заслонив собою, начал выкрикивать непонятные, явно оскорбительные слова. Гул стоял невообразимый, но я смог различить, что хотели сказать её губы. Что-то вроде «Се опатруйте». Тогда я ещё не знал, что это означает «Береги себя», но я знал твёрдо, что когда-нибудь найду её.

И сегодня, когда меня спрашивают, почему я ничего не рассказываю о тех событиях, свидетельством которых являются осколки от подкалиберных снарядов, засевшие в моих теперь уже бесчувственных ногах, и почему я, сержант Петраковского полка, не имею звания «Ветеран войны», моя любимая Ева, совсем уже беловолосая и всё та же голубоглазая, достаёт мой военный билет из «дембельского чемодана» и молча открывает его. «Чист, зде напсано» («Читайте. Здесь написано»): «В военных действиях не принимал участия. Ранений нет.»

Обычная работа. Ведь не стреляли даже. И медалей за это не полагается… Жаль, что на территории дислокации ни один кирпич не уцелел, одна только стела с часами. А погода там сейчас такая же, как и у нас в Москве, + 4. Потепление…


Олег Газманов. Мои ясные дни






Рейтинг работы: 14
Количество отзывов: 2
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 26
© 17.02.2021г. Ида Замирская
Свидетельство о публикации: izba-2021-3021843

Метки: Прага, снаряды, "хлебичек",
Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Эдуард Парфенов       24.02.2021   09:37:24
Отзыв:   положительный
в 1991 году после окончания военного училища, я молодым офицером попал в Литву. На тот момент, уже прошли "перевороты" и захват телецентра. Я своими глазами видел деревянный крест, на котором гвоздями были прибиты советские паспорта и офицерские погоны. И получилось так, что не желая того, даже не имея оружия (его забрали в целях избежания провокаций) я стал оккупантом. В город мы ходили в "гражданке". Вильнюс - прекрасный, нам очень нравилось гулять по старому городу. Люди были сбиты с толку, и это продолжается до сих пор. Спасибо!
Олег Недошивко       18.02.2021   07:38:30
Отзыв:   положительный
Благодарю, Ида! Мне оооочень нравятся Ваши миниатюры.
С первых строк погружаете в другую реальность.
Впрочем, мне кажется, я Вам уже говорил об этом!)
Одним словом, очень здорово, реалистично и эмоционально!
















1