Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

03. Цветогорье. Летун Мак


03. Цветогорье. Летун Мак
Тоска на сердце опустилась

И свет души моей погас.

Терзанье молнией носилось:

Увижу ль Сим ещё хоть раз?

(из Фолианта песен Цветогорья.

Думы Мака.)

В этой части, дорогой читатель, мы поведём повествование о судьбах известных нам героев и подробнее остановимся на событиях, которые произошли с пылким и открытым, сильным и красивым летуном, чьё имя Мак.

***

В далёком небе плавало розовое солнце. Зелень лугов сбросила утреннюю росу и охотно принимала дары небесного светила. Сквозь зыбкий пахучий воздух виднелся Луг Сновидений, на котором трудились художницы-летуньи, порхая над цветами, как неугомонные пчёлки.

Сим и её мама Дилана, работали на Лугу, не зная отдыха. Дилана, высокая и стройная, как березка, летунья, с шоколадными волосами и нежными руками, изредка поглядывала на свою дочь: как же выросла её дочка, какая стала грациозная и ловкая, но при этом осталась впечатлительной, сентиментальной и, главное, доброй.
– Любишь Мака? – вдруг спросила Дилана у дочери. – Не страшно замуж-то идти?
Молодая летунья засветилась радостью, легко улыбнулась и перестала растирать краски.
– Конечно, люблю, мама! Правда, покидать дом, где выросла, расставаться с тобой и папой – страшновато.

Свадьбу назначили на вторую луну. К тому времени должны были закончить постройку дома для молодой семьи, – такой уж был обычай. Строили дом на невысоком юном дереве; чем крепче и многочисленней становилась семья, тем выше и раскидистей становилось дерево.

Перед свадьбой такое бывает, дочка, – задумчиво сказала Дилана, засмотревшись на бескрайнюю синь небес. Но Мак, по-моему, тебя любит крепко и беззаветно, заботится о тебе; он сильный и рассудительный, только….
– Что «только»? – встрепенулась Сим и посмотрела испуганно на мать.
Дилана нежно улыбнулась дочери:
– Да успокойся ты, глупышка. Я хотела сказать: только он как будто не из наших мест, другого полёта: благородные манеры, всегда обходителен,… но совсем не приспособлен к нашей жизни. Заметила, что он не умеет строить и даже не знает названия инструментов, не имеет представления, как добывать мёд, готовить пищу, а ведь все наши мужчины знатные строители, добытчики и повара… странно.
– Ничего странного, – пожала плечами Сим. – Научится. Тем более, папа взялся его всему обучить.

В это время до них донеслись детские крики и смех вперемешку с дикими воплями и визгами. Это дети подшучивали над Рахисом.

Дело в том, что Рахис после плена остался жить в Дубовке, родном селении Димара и его семьи. Маленький и боязливый летун нашёл своё призвание – он организовал детский сад. Помните, он рассказывал о своей злобной матери, и как мало в его жизни было ласки и внимания. Так вот все эти невзгоды не только не лишили Рахиса чувств любви к ближнему, но каким-то образом усилили их многократно. Крошечная, запуганная натура Рахиса открылась в широких объятиях перед миром. Особенно ему нравилось возиться с детьми, учить их и наставлять. Ребята очень полюбили и крепко привязались к своему воспитателю и другу. И это было взаимно. Вы не представляете насколько была велика любовь Рахиса и насколько крепка была его выносливость, - не каждый выдержит такое!

Сорванцы мазали липкой смолой пенёк, на который садился учитель. Они подкидывали в его еду жирных зелёных гусениц. А он учил детей читать и писать. Озорники галдели день напролёт, а он самозабвенно учил баловников рисовать и лепить из глины. Маленькие выдумщики изобретали новые розыгрыши, но их наставник не сдавался. Однажды в тихий час, после сытного обеда, Рахис укладывал летунчиков спать, ну, и как водится, уснул первым. Неугомонная стая притихла (а это недобрый знак!) и, дружно подхватив любимого наставника, перенесла его лёгкое тело на самый большой муравейник…. Этот шум и услышали Сим с мамой. Они переглянулись и звонко расхохотались.

Вдоль Луга пролетели несколько летунов во главе с Регулом. Большой Рог, следуя за отрядом, старательно тащил на себе доски, жерди и ящик с инструментом.
– Ещё одну вышку надумали строить, – озвучила мысли Сим.
– Регул после возвращения из плена с нашим папой сильно обеспокоен безопасностью селения. А как твои подружки приняли Регула? – неожиданно спросила Дилана.
– Дядя Регул внимательный и строгий папа, как они мне сказали. Эль сразу к нему привязалась, а вот Уль и Ай первое время держались настороже.
– Я заметила, что вы дружны как прежде, – Дилана внимательно посмотрела на дочь. И Сим заверила, что у них всё замечательно.

Регул так же остался жить в Дубовке. Вы помните, что он потерял свою семью в Пятилетней войне? Но судьба подарила Регулу возможность обрести счастье в жизни: доблестный воин женился на летунье, в одиночку воспитывающей трёх дочек, – это была мать сестрёнок Ай, Эль и Уль. Мама Азиль – невысокая, полненькая летунья отличалась бережливостью и кротким характером. Но как она торговалась на рынке! Она покупала мёд и муку, тогда-то и увидел её Регул. Азиль купила очень выгодно целый бочонок мёду и там же познакомилась с отважным воином и подарила своё сердце грозному летуну.

Под суровым взглядом бывшего гвардейца сёстры окончательно остепенились и забросили пустые забавы; стали учтивее с близкими и соседями. Словом радовали хлопотливую свою маму.

Регулу не сиделось на месте, - деятельная натура требовала движения. Он вспомнил военный опыт, невольное знакомство с Пещерными Осами и решил, что нужно позаботиться о безопасности жителей Дубовки. Он выбрал самых сильных и отважных летунов и обучил новоиспечённых дружинников стрельбе из арбалета, приёмам самозащиты, научил обороняться от захватчиков. Руководил постройкой наблюдательных вышек. Военный летун, он часто повторял: «Мы, летуны, – мирный и дружелюбный народ. Но многие доброту за слабость принимают. Поэтому все мы и каждый из нас, должны уметь постоять за себя и свою семью!»

Сим закончила очередную картину детского сна: красивая кукла, с длинными яркими волосами и остреньким носиком, сидела в нарядном платье на большой бархатной подушке. Наверняка такую игрушку получит девочка за прилежное поведение и уж точно увидит её во сне.
– Мама, я слетаю и накормлю наших строителей, хорошо?
– Конечно, дочка, лети, – ответила Дилана. – Можешь с ними остаться, так как сегодня ты написала снов больше, чем три художницы за день.
Сим поцеловала маму на прощанье и отправилась в путь.

Дубовка всегда радовала глаз обилием зелени: цветники, клумбы, садики были разбиты у каждого жилого дерева. Но сегодня Сим видела всё это в новых ярких красках; и запахи стали слаще и вода вкуснее и солнце веселее. Девушка чувствовала приятный тёплый трепет в душе – она любила. Мысленно перечисляла летунья достоинства жениха: и благороден он, и красив, и силён, и сдержан. Но на первое место почему-то всегда вставала его откровенность и свобода мысли. «Подумаешь: готовить или строить не умеет, или что-то ещё, – весело размышляла она. – Зато он внимательный… смешит меня постоянно. Мы с ним как две половинки одного целого. Если мы расстанемся, то я умру на месте, это точно!» Сим даже вскрикнула от такой мысли и тут же хихикнула.

Она летела по центральной аллее. Справа дети облепили Рахиса, который рассказывал проказникам сказку про трёх могучих летунов. Слева жил старичок-дубовичок вместе со знахаркой Лечилией. Помните злую колдунью? Не такая она злая оказалась. Нашли и они своё счастье. Сейчас старичок рассказывал какую-то весёлую историю своей избраннице, энергично размахивая руками-веточками. Лечилия скрипуче посмеивалась. Они даже не заметили Сим, так были поглощены разговорами. «Вот бы и мне прожить с Маком так же весело и счастливо всю жизнь, бок о бок, всегда рядом», – мечтала добрая летунья.

С центральной аллеи девушка свернула в узкую тихую улочку, где и строился новый дом; слышались удары топоров.
По сути, строил Димар, папа Сим. Он был грамотный летун с приятной внешностью и умелыми руками. Мак ему усердно помогал и, надо сказать, схватывал всё налету, и уже показал себя расторопным и смекалистым работником. Может быть, раньше Димар и относился к Маку с некоторым недоверием и чуть-чуть ревновал Сим, но общий труд и близкое знакомство сгладили острые грани в отношениях двух летунов.

Мак подавал доски Димару наверх, а тот закрывал ими кровлю. В этот момент к труженикам приблизилась Сим, и только сейчас опомнилась: обед-то она забыла собрать! (Ох уж эти влюблённые, точно безумные, честное слово). Сим расплакалась, и мужчины тотчас устремились к ней.
– Дочка, что случилось? –забеспокоился Димар и приобнял Сим.
Сим переводила взгляд мокрых глаз с папы на жениха и, всхлипывая, сказала:
– Я забыла вам обед приготовить, глупая!.. – и разрыдалась пуще прежнего.
Летуны посмотрели на милое создание и тепло улыбнулись. Мак взял девушку за нежную, как веточка вербы, руку.
– Да мы уже перекусили. Твой папа приготовил бобы и салат, блинчики и кукурузу.

Мало-помалу Сим успокоилась. С неба послышались стрекочущие нарастающие звуки – приближалось нечто большое и крылатое. На улицу стягивался летучий народ со всей округи. Регул с дружиной заметили незваных гостей и прилетели, чтобы предупредить:
– Это солдаты королевы.

Поисковый отряд уже приземлился на огромной транспортной стрекозе, закованной в лёгкую броню. Воины вышли из большой кабины каплевидной формы, прикреплённой к брюху насекомого-гиганта. Стрекоза, именуемая стреколётом, с любопытством ребёнка рассматривала толпу, а народ стоял в оцепенении и глядел на чудо чудное.

В командире отряда Регул узнал своего сослуживца, с которым в былые времена они бок о бок сражались в Пятилетней войне. Это был крупный, грубый и честолюбивый летун по имени Дрэк. Чёрная форма с красными манжетами, сидела на нём как влитая. Тяжёлые ботинки туго обтягивали голени владельца. У Дрэка, как и у всех придворных, были подрезаны крылья: все они считали ниже их достоинства летать самостоятельно. Командир Дрэк тоже узнал Регула и коротко кивнул. Потом он поправил на поясе короткий меч и обвёл надменным взглядом присутствующих.
– Мне нужен этот юноша, – Дрэк указал на Мака. – Я его забираю.
Сим онемела и, прижав руки к груди, бросилась к возлюбленному.
– Мак, дорогой мой! Зачем ты им понадобился? Что происходит? Почему ты?

Молодой летун взял невесту за плечи и твёрдым голосом сказал:
– Я скоро вернусь, любимая, жди. Это солдаты королевы – нельзя ослушаться приказа, – когда Сим хотела возразить, он закончил:
– Мне ничего не угрожает. Не плач. Через несколько дней мы будем вместе; я тебе обещаю, мы будем вместе, – пообещал Мак и, поцеловав её гладкий лоб, направился к стреколёту. Сим хотела лететь за ним, но Димар удержал её и понимающе кивнул Маку.

Толпа, облепившая стреколёт, гудела и шепталась. Кто-то предположил, что Мак преступник, поэтому его и забирают. Но Регул закрыл всем сплетникам рты своим пронизывающим взглядом.

Дубовка смотрела вслед улетающему стреколёту, который уносил в своём чреве янтарноглазого летуна, разлучив его с любимой. Сим сдерживала слёзы, но, вернувшись, домой, разрыдалась.
– Я отправлюсь за ним следом! – решительно заявила летунья, как только успокоилась, и мысли её прояснились. Родители, хорошо зная свою дочь, не противились и не препятствовали решению самоотверженной летуньи. Гордость и тревога смешались в родительских сердцах.

Замок королевы Цветогорья высился на зелёном холме. Вокруг рассыпались домики, торговые лавки и мастерские, – жизнь в предместье кипела: пекли хлеба, ковали железо, стирали бельё, торговали всем подряд.
Подлетая на стреколёте к замку, Мак не с кем из сопровождающих не разговаривал. Он думал о Сим, а так же о встрече, которая предстоит. Когда летательный гигант приземлился во внутреннем дворе, Дрэк отдал приказ солдатам, ожидать его на месте, а сам проводил Мака по длинному коридору в приёмный зал.

Помещения и длинные галереи заливали всех входящих ярким светом, когда они скользили по зеркальным полам. Мимо проплывала тяжёлая мебель с позолотой в изогнутых линиях спинок. Стены, драпированные бархатом, держали огромные портреты в тяжёлых рамах, изображавшие всех королев Цветогорья. В этой стране власть наследовали женщины, дочери королевской семьи. Если у королевы рождались сыновья, – страной правила жена старшего сына. Эта традиция никогда не нарушалась. Жёны правили, а мужья проводили время в развлечениях. Они охотились, рыбачили, танцевали и пели, сочиняли стихи – в общем кто на что способен.

Перед Маком отворились высокие двери белого дерева с золочёными ручками. В зале толпилась придворная знать. Алебастровые колонны держали своды залитого светом пространства, который проникал сквозь огромные окна. В конце высился золотой трон, со спинкой белого мрамора. На нём восседала королева. По сторонам сидели её младший сын Фулмар и придворный лекарь (мейстер) Докториус.

Королева увидела вошедшего летуна, её глаза цвета еловой смолы сузились; сердце испуганной птицей забилось в груди. Она поднялась во весь свой огромный рост – Мак преклонил колено. Все замолчали.

По лицу правительницы, хмурому и суровому, скользнул солнечный луч. Повелительным жестом она удалила всех придворных и слуг.

– Мак! Сын мой! Где же ты был всё это время? – самозабвенно воскликнула королева-мать, не сходя с места. Сын поднял голову и посмотрел королеве-матери в глаза. Он уверенно встал; смуглое лицо его выражало решимость, смешанную с почтительностью. На миг блеснули ровные белые зубы:
– Приветствую королеву-мать, властительницу всех земель Цветогорья, брата младшего Фулмара… и вас, мейстер Докториус.
– Что же случилось с тобой, сын мой? – как будто заботливо спросила правительница.
– Вы, должно быть, помните знахарку и врачевательницу Лечилию? Да, вы прогнали еёиз замка, обвинив в колдовстве, – Мак с презрением посмотрел на Докториуса. – Так вот эта пожилая летунья, безусловно одарённая силой исцеления, обозлилась на всех и в отместку заколдовала меня. Три весны я выживал в лесах и на полях в облике филина.

Мак во всех подробностях рассказал о своих скитаниях; о летунах, живущих на Лугу Сновидений; о доброй летунье Сим, вселяющей в летунов веру и надежду; сказал, что любит её, эту удивительную девушку. И закончил свою исповедь:
– Через месяц мы поженимся.
– Но!... Сын мой! – остановила его королева-мать чуть ли не криком.
– Ты не можешь на ней жениться, ты – наследник престола… и тебя ждёт невеста из почтенного и знатного рода – дочка мейстера Докториуса, Касторина. Не смотри на меня так, это традиция. Ты летун высокого полёта и не можешь… нет, нет… на этой…
– Её зовут Сим! И меня меньше всего волнует, какого она полёта! – отрезал Мак. – Она будет моей женой.

Фулмар, болезненный и глупый летун, с бородавкой на левой щеке, которую он постоянно щупал, презрительно скривил в нервной усмешке рот. Его старший брат заметил эту гримасу и высказал свою мысль:
– Я готов отказаться от права престолонаследования в пользу младшего брата Фулмара. Пусть его женой будет та же Касторина; а он сможет вдоволь поразвлечься.

Докториус, стоя за троном, льстиво потирал руки и угодливо растягивал сухой рот, обнажая желтые зубы и гнилую душу. Фулмар уже представлял себя рядом с Касториной – летуньей с кукольной внешностью, и такой же пустой внутри – и смотрел на брата снисходительно-почтительным взглядом.

– Фулмар не готов встать у престола, возле супруги, – сказала королева, усаживаясь на трон и разглаживая руками пышные подолы платья. Она жестом позвала старшего сына к себе. – Какие у тебя страшные крылья, сын мой, почему ты их не подрезаешь…

– Вот что, – провозгласила королева после некоторого раздумья. ­– Мы устроим пир в честь твоего возвращения, сын мой. А там разберёмся.

Сим недолго терзалась мыслями о том, как ей поступить. Всё, чего она хотела, это быть рядом с любимым, где бы он ни находился.
Летунья собрала в дорогу кое-какие вещи и продукты. Отец с матерью помогли уложить сумку дочери, непрестанно давая какие-то советы и наставления.
Не успела дочь всепонимающих родителей ступить шага из дома, как на пороге появился Регул, в ногах которого путался Мелкохвост.
– Ты знаешь хоть в каком направлении лететь-то, Сим? – резонно спросил Регул, прислоняя арбалет к стене. Летунья смутилась, но ответила:
– Полечу, куда сердце подскажет…
– Этак долго летать придётся, – покачал головой бывший военный, мол: эх, молодежь.

Он подробно объяснил девушке направления и ориентиры. А вот от сопровождения храбрая Сим наотрез отказалась.
– Возьми хоть меня с собой, – пропищал мышонок. Девушка улыбнулась и протянула стройную загорелую руку маленькому другу, по которой тот ловко вскарабкался и удобно примостился на плече доброй летуньи. Сим поблагодарила родителей и друга семьи за помощь и участие, шагнула к двери, и ночь забрала её в дальнюю дорогу.

Наша героиня летела над самыми верхушками спящего леса, освещённого светлоликой луной. Словно спина невиданного зверя исчерна-серебристого меха изгибалась под летуньей.
И днём девушка продолжила свой путь, черпая силы из глубокого источника любви. Теперь она видела всю ширь и даль Цветогорья.
«Какая необъятная страна, в которой я живу, – поражалась Сим. – Сколько же в ней лесов и полей, рек и озёр, гор и степей! А я, такая незаметная, как травинка на лугу, как песчинка на берегу. Какое гигантское пространство! Я и представить не могла, что мир так огромен».

Мелкохвост, стоя на плече летуньи и держась за мочку уха подруги, подставлял остренькую мордочку свежему ветру, словно моряк на баке, идущего на всех парусах корабля.

Три дня и три ночи добиралась Сим до места, где теперь находилось её счастье. Перед взором разворачивалось предместье замка. Для летуньи с Луга Сновидений было удивительным видеть, что местные жители строят дома прямо на земле и … совсем не рисуют снов. Вместо этого Сим чувствовала запахи хлеба, кипящего белья; слышала удары молотов и тяжёлые вздохи кузнечных мехов.

Сим спустилась в одну из улиц и присела на скамейку, возле одной из лавок, которая оказалась лавкой мясника. Из лавки вышел толстый самодовольный летун. На нём совсем не было крыльев. А на большой голове кое-как держался грязно-белый колпак, и фартук спереди болтался жёлтой тряпкой.

Сим и Мелкохвост собирались перекусить остатками запасов, как мясник вдруг пробасил:
– Ба! Что за дивное создание, что за красотка! Кто ты девочка и откуда?
Сим торопливо проглотила кусочек лепёшки и, спрятав мышонка, ответила незнакомцу:
– Меня зовут Сим. Я прилетела с Луга Сновидений, чтобы быть рядом со своим женихом.
– А кто твой жених? – сверху вниз спросил мясник.
– Мак. Его забрали солдаты королевы.
Толстый бескрылый летун весь затрясся от смеха.
– Мак – твой жених? Ха-ха-ха!
Сим сжалась под раскатами дикого смеха и брызг слюны. Толстяк успокоился и продолжил:
– Он же принц, наследник престола! А ты, хоть и симпатичная, но простушка, – куда тебе метить в невесты принца. В королевы, небось, захотела, да!?

Сим как обухом по голове ударило от слов грубияна, но она собрала силы и волю в кулак. Гордая летунья стиснула кулаки, бросила колючий взгляд насмешнику в лицо и взмыла ввысь, да так стремительно, что вывеска над дверью лавки завертелась пропеллером, а колпак сорвало ветром с головы мясника.

« Мне нужно попасть в замок, – решительно настраивала себя летунья. – Если мне это не удастся, то я не сойду с места, пока не увижу Мака!»
У ворот замка летунья медлила – её поразило величие строений, грозный вид башен, множества окон и высокой зубчатой стены. Она не могла поверить в то, что сказал мясник. С другой стороны, весь облик Мака на это указывал, а ещё манеры, язык. Из-за стен замка лилась музыка, а само здание пестрело лентами и фонарями всех возможных цветов.

Стражник возник на пути Сим.
– Стой! Кто летит? – рявкнул он, выставляя вперёд копьё.
– Сим из Дубовки. Лечу, чтобы встретиться с Маком.
Охранник расхохотался так же как мясник и велел летунье убираться подальше от ворот замка. Упрямая летунья на этот раз исполнила требование охранника – дерзость тут не поможет. Она с мышонком нашла место в небольшой рощице, близь замка. Когда они немного отдохнули, мышонок высказал свою идею:
– Я придумал! Мне ничего не стоит пробраться в замок незамеченным и найти там Мака, чтобы всё ему рассказать. Как тебе?
Летунья не хотела подвергать опасности Мелкохвоста, но поддалась на его уговоры и согласилась.

В банкетном зале, украшенном цветами и шёлком, устроили пир в честь принца Мака. Королева принимала поздравления. Гости веселились, пировали так, будто их собственный сын вернулся из долгих скитаний. Шумел оркестр. Пары кружились средь мраморных колонн.

Фулмар смотрел завистливо на Мака и озлобленно на всех остальных. Докториус предусмотрительно поместил свою ненаглядную дочку между сыновьями королевы. «Если старший не прельстится, то младший-то никуда не денется», – расчётливо думал старый интриган.

Мак сидел темнее грозовой тучи; к еде не притрагивался, ни с кем не разговаривал. Остальная знать глотала вкуснейшие яства, будто век ходила голодная. Молодой летун, молодец и красавец, чувствовал себя лишним на этом празднике, хоть и посвящённом его возвращению. Мысли его кружились вокруг Сим.

Мак встал, расправил крылья, чем всех поверг в обморочный восторг, и смерчем вылетел из зала; а от ветра переворачивалось всё за летуном. У гостей, попадавших на пол в страхе, застряли кушанья во рту. Королева восседала непроницаема.

Мак уже сидел в своей спальне на широкой кровати и сжимал кулаки. Тут послышался тонкий и знакомый писк. Мак посмотрел в сторону звука, который исходил от большого портрета прабабушки Мака Светлиции Добрейшей, очень, кстати, похожей на Сим.
– Ма-ак, – пропищал Мелкохвост.
Летун сорвался с кровати, точно сидел на раскаленной плите, и бросился к портрету. Там, за тяжёлой рамой цвета старого золота, притаился мышонок. Он смог-таки пробраться в замок и отыскать комнату жениха Сим.
– Мелкохвост! Ты как здесь?.. Где Сим?..
– Мы с ней прилетели за тобой, Мак.
– Так, где же она!? Отвечай же скорее!

Мышонок поторопился с ответом:
– Она в рощице у замка. Очень устала. Голодна и расстроена. Её к тебе не пустили. Сказали, что ты принц и что она тебя недостойна.
Мак в бешенстве, от злословия и чёрствости летунов, начал метаться по комнате. Он на что-то решался. С одной стороны – трон, с другой – счастье с любимой.
– Да что тут думать! – крикнул он в сердцах.
Он стремглав бросился в банкетный зал, где устранили последствия погрома и продолжали веселиться, будто ничего не произошло.

Мак стрелой влетел под самый потолок и с размаху обрушился в центр зала, пред очи королевы. Повисла тишина. Летун не на шутку распалил свой гнев, но справившись с эмоциями, заговорил в весьма сдержанных выражениях:
– Слушайте моё окончательное решение! Может, такого ни разу и не было в истории королевства, но…. Но я отказываюсь от трона ради возможности быть с любимой. Зачем престол и власть, если я не свободен в своих решениях. Зачем вся эта роскошь, когда за ней скрывается лицемерие и двуличие! – он смерил придворных испытующим взглядом янтарных глаз. – Вы променяли счастье на комфорт. Богатым и знатным летуньям приятней сидеть в золотых креслах в жемчугах и бархате, нежели в объятиях любимого на деревянной скамье, тёплой от солнечных лучей. Вам приятней обливать себя духами и сидеть при этом в душных апартаментах, вместо того, чтобы летать над полями, усыпанными цветами, и вдыхать пряный воздух, – он взмахнул сильными крылами. – Да вы, же и летать брезгуете: негоже столь знатным особам летать вместе со всеми!

Я видел летунов, – продолжал Мак, – в своём естественном облике. Они живут в крошечных домиках в согласии с природой. Они довольствуются малым, но каждый из них счастливее и духовно богаче, чем вы все вместе взятые.

Королева, Фулмар и все остальные смотрели на Мака, как на безумца: променять жизнь во дворце на жалкое существование в глухой деревне! Действительно, никто из придворных никогда этого не поймёт, – они ослеплены блеском золота и оглушены звоном серебра. А Докториус с Фулмаром украдкой переглядывались, словно два заговорщика: Касторина станет женой Фулмара – глупца и будет так же глупо управлять Цветогорьем….

Пока присутствующие находились в оцепенении, смятении и лихорадочно соображали, что же такое произошло, Мак с Мелкохвостом неслись к Сим.

Сим успела немного прийти в себя, успокоиться. Она изнемогала от тоски и волнения по любимому, переживала за друга. И чтобы как-то отвлечься, сплела себе новый наряд из листьев и ярких цветов.

Внезапно перед ней возник высокий красивый и сильный летун, с янтарным взором любящих глаз. Сим подумала, что это видение, которое приходит перед голодным обмороком, и она вот-вот потеряет сознание. Но «видение» подхватило Сим на руки, как пушинку, и они поднялись высоко над замком. Мак прокричал во всеуслышание:
– Это моя жена!
Услышав эти слова, Сим растворилась в восхищении и обожании, как мёд в тёплом молоке, и потеряла сознание.

Такой свадьбы Дубовка отроду не видала и вовеки не забудет. Сим и Мак нарядные, счастливые и будто светящиеся изнутри, сидели во главе стола накрытого под кроной огромного дерева. Гости пели и плясали, веселились и радовались – вот это была единая семья. Одни уходили без сил, другие возвращались отдохнувшие. Пировали неделю.

Молодых осыпали с высоты небес цветочной пыльцой. Вся деревня пестрела красками. Дети визжали и гоготали от радости, играли и дурачились. Регул с дружиной достроили и расширили дом для новобрачных, – такой они сделали свадебный подарок.

Дилана всплакнула, радуясь счастью дочери. Дилмар крепко обнял зятя и дочь и провозгласил тост за долгую и счастливую семейную жизнь.

Как ни странно, из замка прилетел стреколёт с мешком золота, которое всё-таки приняли и разделили между всеми жителями Дубовки.

Что ж, дорогие наши Мак и Сим, в добрый путь!

-------
иллюстрация из интернета







Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 6
© 16.02.2021г. Макс Новиков
Свидетельство о публикации: izba-2021-3021044

Рубрика произведения: Проза -> Сказка


















1