Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Роковые семидесятые


.
         

РОКОВЫЕ СЕМИДЕСЯТЫЕ
_____________________________________________________________

Смерть Анны Андреевны Ахматовой в 1966 году стала серьезной потерей
для ее учеников. Это было переходом от хрущевского времени перемен к
укреплению тоталитарной власти. Но некоторое время страна еще двигалась
по инерции. Тем не менее, вновь ожесточилась цензура. В авторской песне
появились определенные сдвиги, и это радовало. Все таки мощный толчок
в литературе полученный от сменивших поэтов и писателей-фронтовиков
поэтов-шестидесятников дал о себе знать. Это был как бы расцвет и своего
рода базис в этой части культурного ренессанса после подъема самого духа
народа-победителя во Второй мировой войне.

Но одновременно с этим жила и «вторая культура», в Петербурге это было
более заметно, чем в зажиточной и вальяжной Москве, хотя разница и не
велика. Надо сказать, что культура – это все-таки одно целое, разделить ее
невозможно. Но по прошествии многих лет мы начинаем осознавать тот
весомый вклад ленинградского и московского авангарда в развитие русской
культуры именно в плане культурологии, культуртрегерства, иногда навязчивого,
но никогда не беспредметного или бессистемного, а система… что система?
Система формировалась сама по себе.

Упоминание об Ахматовой не случайно, долгие годы ее не публиковали,
душили цензурой, ее стихи ходили в рукописях. Но СССР не зря называли
самой читающей страной в мире. Волей судьбы Ахматова объединила вокруг
себя молодых тогда и одаренных поэтов – К.Кузьминского, Г. Горбовского,
В.Кривулина, Н.Рубцова, Е.Рейна… и не только их. В число ее «сирот» вошел
и И.Бродский. Рыжего пора бы и остановить, – говорила Анна Андреевна,
– слишком быстро он идет…

Бродский открыто шел на конфронтацию с властями, он понимал, что это
может обеспечить ему и некоторый успех, и популярность на Западе, не следует
считать его слишком наивным. В разное время покидали страну многие –
Кузьминский и Бобышев, Шемякин и Лимонов – всех не перечислишь.
Тогда как «москвичи» то и дело делали реверансы перед властями. Окуджава
то выходил, то вновь вступал в союз писателей, Вознесенский и Евтушенко
тоже «не отставали». *

__________________________________________________

* Примечание: Альманах «Метро́поль» — сборник неподцензурных текстов
известных литераторов (Белла Ахмадулина, Андрей Вознесенский, Евгений
Рейн, Владимир Высоцкий, Юз Алешковский, Генрих Сапгир,
Юрий Карабчиевский, Юрий Кублановский и другие) и авторов,
не допускавшихся к официальной печати.
Издан тиражом 12 экземпляров в Москве в 1979 году самиздатовским
способом. Оформление альманаха — Борис Мессерер, Давид Боровский.
Один из экземпляров альманаха был нелегально вывезен в США и опубликован
издательством «Ардис Паблишинг» сначала репринтным способом,
а впоследствии в новом наборе.


Это происходило в разное время. В 79-м власть уже дряхлела – более десяти
лет, это немалый срок, в том числе и для периода «застоя». Литература
притягивала к себе молодых людей, а почему этого не наблюдается сейчас?
А потому, что круглосуточное цветное телевидение, огромное количество
желтой прессы, ну, и желание «заработать» любой ценой делают свое черное
дело так же, как и пошлый кинематограф, и многое другое. В 60-70-е немногие
срывались с тормозов – это удел наиболее одаренных.
Но работали библиотеки и Дворцы Культуры, спортивные школы и клубы,
культура в целом была на высоком уровне.

Все это давало «подпитку» лучшим умам и душам, ведь ни за что не приходилось
платить из небольшой стипендии или зарплаты. Книги в среднем стоили около
1 рубля. И книжный дефицит стал бедствием для многих. В библиотеках записывались
на самые популярные издания. Помню, как я покупал на книжных развалах сборники
Вознесенского или Сосноры, томик Конецкого или Пикуля – это если повезет…

Читали все, хотя и не все были такими уж эстетами. Книги были и дома. В 14-15
лет я прочитал практически всего Д.Лондона, все что было дома А.Дюма, Золя,
Франса, Драйзера, не забывая об отечественной литературе. Короче два полных
книжных шкафа – молодость лучшее время для занятий этого рода.
Потом из Москвы я уехал в Ленинград – история продолжалась.
Если двести томов «всемирной библиотеки» считать за необходимый минимум,
то к восемнадцати годам я прочитал гораздо больше.
В дальнейшем мои друзья по литературным объединениям, как выяснилось,
тоже читали все, кроме разве что самых дефицитных Пастернака и Мандельштама,
например, но и эти книги были в читальных залах, пусть в «малой серии» БП.

После службы в армии я как-то и не помышлял ни о каком творчестве, все решил
случай, как всегда. Стихами меня увлек шофер грузовика Коля, с которым мне
приходилось ездить по работе, а художником «сделал» веселый парень в шляпе
и длинном плаще, с этюдником на ремне – мы с ним встретились в маленьком кафе
у Петропавловской крепости.
Вот тогда все и началось, а был мне 21 год в самом начале 70-х…

Не следует говорить о том, чего не знаешь, это бесцельное занятие. Все начинается
в жизни довольно рано, точнее – как раз вовремя. За семь лет тебе суждено было
пройти на рысях путь от восторженного юноши, посетителя изостудий и ЛИТО до
поэта и художника, а ведь многое отвлекало. Надо было жить, работать, учиться,
худо-бедно содержать семью, растить детей. Но уж такое наше поколение, времени
хватало на все, часто не хватало денег…

С Сергеем Давыдовым я познакомился в 72-м, он тогда работал в отделе поэзии
«Авроры». Я, конечно, приперся в редакцию со своими юношескими стихами и он
пригласил меня в свое ЛИТО, что на «Промке». Были сильные ребята, запомнил
Г.Калюжного, С.Алифера. Но были и другие. В то время я еще мало, что знал
о Кушнере и Сосноре, а Вознесенский – оно, конешно. «Озу» я взял в библиотеке
в самопальном переплетике, на разве это важно?



А вообще ЛИТО Давыдова напоминало республику ШКИД,
или школу из «Двух капитанов», правда, никто не свистел
и по столам ногами не ходил.

В 72-м уехал Бродский, так, вроде и незаметно. Еще не вышли первые номера
«37» и «Часы». Они выходили в самиздате с 76-го, «Северная почта» – 1979-81 г.г.
Я как бы неохотно шел по «литературному Петербургу», от одной остановки до
другой. На кого или на что, на какие «костыли» приходилось опираться?
Безусловно, Виктор Соснора, новатор, юный партизан в войну, но главное – это
его стихи. Книжка избранных стихотворений вышла в 77-м, но были уже «Аист»,
«Январский ливень», «Триптих», «Кулаки», «Всадники».

«Голос» А Кушнера вышел в 78-м. Соснора много публиковался и в самиздате,
Кушнер никогда, осторожный был еврей. Но когда я познакомился с Виктором
Кривулиным в 78-м, я уже был поэтом, признанным в разных кружках и группах,
мне было, что сказать. Собственно приподнял меня с колен Вячеслав Лейкин
в том же 78-м. Так, что ничего удивительного, что моя подборка появилась в
«Северной почте»…

Кривулин был строг и что попало не взял бы в свой элитный журнал.
Подборка была большая, 10 стихотворений. Потом они вышли в альманахе
«Круг», а еще раньше на Западе во Франкфурте и в Париже, Вообще «тамиздат»
нас публиковал довольно охотно. Важно другое, важен сам Виктор Кривулин. *


_______________________________________________________________

* Он не был собирателем русской земли он был собирателем русской
культуры. А культура это страна отзывчивых одиночек, и чтобы ее
собирать, делать более гулкой, резонансной, просторной, нужны именно
такие одиночки, вокруг которых люди не сплачиваются, но соприкасаются.
Он не был дирижером он был камертоном: — 
настройщиком разлаженных струн.

__________________________
Из некролога Михаила Эпштейна





.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 23
© 14.01.2021 Открытый Форум
Свидетельство о публикации: izba-2021-2993467

Рубрика произведения: Разное -> Литературоведение


















1