Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

В Ожидании Выдоха


В Ожидании Выдоха
Валера:

Фрагменты его песни привлекли моё внимание. Его соблазнительный, влекущий голос парил вокруг меня и подгонял меня в пламенный огонь желания. Всё во мне остановилось. Каждый молекулярный процесс замедлился, пока слабый огонь кипел прямо под моей кожей. Мой разум сосредоточился исключительно на этом сладком, лёгком голосе.

Но мне ещё оставалось повернуть лицо к сцене. А я ждал, боясь разрушить чары, подаренные мне. Привязавшись к ощущениям, созданным им и пленившим всё моё существо, я стал его пленником, и не мог ничего делать, кроме, как слушать.

Я закрыл глаза, наклонив голову, смакуя гладкую ясность и затенённую чистоту, его небесной мелодии.

Тон сирены понизился, тёплый свет теперь теплился внутри меня. Моё сердце трепетало под медленным пожаром.

Его голос дрогнул, почти незаметно, с тлеющей исповедью. Иллюзия...

Всё это время я сидел, приклонившись и чувствуя, как навязчивые слова попадали прямо мне в душу. Я подавлял желание взглянуть на него, стараясь не поднимать глаза и держать их закрытыми, счастливо растворяясь в иллюзии. Боясь, что огонь внутри потухнет...

Ты попросил раздеть, открыть -
Что может быть сейчас волшебней
На той волны любовной гребне
Вдруг в превкушении застыть?

Ты мой... почти, ещё мгновенье,
Пока ладонями коснусь,
Одним желаньем обернусь,
Не наполняясь упоеньем...

Себя я буду изводить
Такой безумно-сладкой мукой!
Томленья маленькой разлукой,
Чтоб ночь нектаром напоить.

Рубашку медленно стяну
С широких плеч - и наши руки
Найдут опору лишь друг в друге...
Уж время я не обману.

Ждать не могу, не можешь ты -
Я ощущаю мех спиною...
И твоё тело надо мною -
Виденье дерзкой красоты.

Он звал меня. Моё тело застыло неподвижно и напряглось словно сталь. Холодный мрамор нагревался под моими горячими руками. Теплом, что теперь горело в моих венах.

Песня шла к концу, бас и гитара звучали жутко. Все посетители шикарного клуба аплодировали, некоторые свистели, некоторые встали в знак похвалы его душевного голоса.

Я остался застывшим, огонь пропал, теперь была пустота, после того, как его голос замолк.

Он отличался от всех тех, кого я слушал, но он был всем, что я хотел слышать. То, что я стремился слышать. Вся гладкая похоть, разжигающаяся страсть и обжигающий огонь.

Адский огонь... но я хотел увидеть. С печальным вздохом, я повернул свой кожаный барный стул, чтобы увидеть сцену. В комнате было темно, слабое освещение исходило со сторон комнаты, тусклые прожектора освещали сцену. В комнате замолчали, ожидая следующую песню. Я не позволял глазам найти его первым. Я запретил себе это удовольствие.

Вспышка от прожекторов отразилась от хромированной гитары, на мгновения ослепляя меня. Я поймал вспышку синего и слоновой кости и сразу же закрыл глаза.

Игроки начали вступление к следующей песне. Он начал, снова воспламеняя мою душу.

О, да... я твой, хочу тебя,
Томлюсь желаньем неизбежным,
Дай мне ласкать, любить тебя,
Пить кожи бархатную нежность,

И тела сладкий аромат
Своими пробовать губами,
И поцелуев сладкий яд
Вкушать горячими устами...

Я прелести ягодиц твоих
Так нежно языком ласкаю,
О, как люблю я сладость их,
Из рук своих не выпускаю...

Не закрывайся от меня,
Колени трепетно сжимая,
Я, поцелуями дразня,
Спускаюсь ниже, в царство рая.

О, я так близко... подожди...
Уже ты страстью истекаешь...
Скажи, что хочешь, позволяешь,
Моим огнём в тебя войти...

Он не разочаровал. На этот раз пламя полыхало прямо над моим сердцем. Я стиснул зубы и открыл глаза ещё раз. Я удерживал свой взгляд на полу, обдумывая всё, заставляя себя нервничать.

Медленно я поднял взгляд, мучительно дюйм за дюймом, пока мои глаза не остановились на подоле его тёмно-синего атласного пиджака в пол. Я любил синий...

Мои глаза продолжили осматривать всё дальше, стройные бёдра, тонкая талия. Худые, мальчишеские руки сужались к тонким запястьям, которые, казалось, ласкали стойку с микрофоном, держали со всей страстью, как любовника.

Синея рубашка расстёгнута на шее, оставляя чувственный кадык открытым, а также давая заглянуть на кожу цвета слоновой кости в его величии, на нём не было никаких изъянов.

Длинные блестящие кудри образовали петли, они вились вокруг его шеи, как воротник. Я заколебался на его шее. Впадинки и мышцы вокруг его горла становились всё более заметны, когда он делал вдох. Кудри подпрыгивали и качались при движении его головы, когда он наклонял её немного в сторону.

Мои глаза горели, высыхая в пустыне этого бессмысленного тепла. Я уступил, и перешёл на детали его лица. Пухлые, красные губы формировали слова, что поджигали мои органы. Я чуть не застонал в слух, наблюдая, как двигаются эти губы...

Выступающие скулы, с намёком на румянец, пустоты на глазах, за длинными тёмными ресницами. Завитки его волос свободно спадали с одной стороны, с другой же их не было - тени забытой весны. На его лбу появлялись морщинки, когда он пел эмоции. Его пальцы слегка сжимали и отпускали стойку.

Он купался в фиолетовом и розовом свете. Длинная серьга свисала и ослепляла своими проблесками, мимолётные искры волшебного огня.

Просто... красиво. Но огонь, бушевавший внутри меня, был сложнее. Образ, сочетающийся со звуком. Соответствие звука и инструмента, который издавал его. Он создавал расплавляющие волны блаженства, что несли меня в мучительную экспедицию всепоглощающей страсти.

Я закрыл глаза, выжигая его образ в своей памяти.

Нет, мне не надо позволять,
В желаньях так единодушны,
И чувства здесь страстям послушны
В одном стремленьи - отдавать.

Я беззащитен пред тобой,
Но ведь и в этом так похожи -
Я ощущаю в жаркой дрожи
Порыв сдержаться тщетный твой.

Ты, у безумья на краю,
Прерывисто и часто дышишь,
И ничего вокруг не слышишь -
Лишь песню шёпота мою.

В ней слово плещется одно -
Твоё обласканное имя,
Что рвётся стонами моими,
Когда два тела, как одно...

Иди ко мне, тесней... Вдвоём,
Сливаясь кожей и дыханьем -
С сердцебиенья нарастаньем
В простых движеньях пропадём...

Подняв руку к своим непослушным волосам, я запустил пальцы в густые кудри и откинул их назад. Я сделал глубокий вдох, воображая свои губы на его коже цвета слоновой кости. Чем он пахнет? Как не сгореть в его присутствии?

Я представил, как играл для него. Создание музыки, которая будет нести сладкое пламя. Опуская свои пальцы на холодные, клавиши, призывая его голос, чтобы он горел и тлел в пламени.

Да. Я хотел бы играть для него.

Я повернул свой стул обратно к бару и глянул на бармена. Он стоял в стороне, слушая его, сведя руки на груди, а полотенце, закинув на плечо. Дима повернулся, чтобы посмотреть на меня, замечая моё движение.

Я склонил голову, и он плавно подошёл ко мне и наклонился вперёд, оперившись на мраморную стойку.

- Когда он закончит? – спросил я тихим голосом.

Дима глянул на свои часы и сказал:

- Наверное, приблизительно в одиннадцать часов. Что ты думаешь о нём?

Приподняв уголок рта, я посмотрел на бокал, который покачивал в своих пальцах.

– Я думаю... он совершенен, - прошептал я.

- Хорошо. Он долго искал пианиста. После выступления он обычно уходит в свою гримёрную, но я сказал ему сегодня, что кое-кого встретил, и он тоже должен с ним увидится. Так что он будет около бара. Могу ли я предложить ещё что-нибудь выпить? - спросил он под конец.

- Просто воды, думаю, что уже много выпил этой ночью, - хотя выпил я только один бокал.

Дима был владельцем этого заведения. «Whispers» было популярное место для посиделок и танцев, с отличной живой музыкой. В последнее время я обратил внимание на одного знойного вокалиста – Дэна. Один знойный вокалист... ищущий пианиста.

Я ждал. Лихорадочно считая минуты, отделявшие меня от одиннадцати часов.

Толпа аплодировала финальным аккордам песни и стала выходить через двери «Whispers». Я проверил костюм, который носил, тёмно-синий в крошечную серую полоску, и убедился всё ли на месте.

Теперь, когда тепло его голоса ушло, и огонь перестал ласкать мои внутренности, я стал немного нервничать. Уже скучая по ощущениям пожара внутри меня.

Последний из исполнителей скрылся за дверью, прожекторы на сцене погасли, оставляя одинокий луч света, направленный на рояль.

Я сунул руки в карманы и медленно пошёл к сцене. Я обогнул фортепиано, недалеко от луча прожектора.

Вот когда я увидел его. Он стоял в тени сцены. Затенённый, бледный, сияющий. Я сглотнул и сделал глубокий вдох, подходя ближе к роялю, но всё ещё вдали от света.

Я почувствовал его взгляд на мне. Догоравшее пламя вновь с силой вспыхнуло во мне... наполнило мои конечности энергией, напрягая ноги, притягивая меня к нему.

Мои губы разомкнулись, и я провёл языком по нижней губе. Наш зрительный контакт не прервался. Он продолжал оставаться там, где и был. И выглядел всё ещё равнодушным.

Я медленно вошёл в яркий луч белого света. Его тепло ничто по сравнению с горящим потоком страсти, который пробуждал во мне голос Дэна.

Я неподвижно стоял всего пару секунд, затем подошёл к пианино. Я сел на лавку и положил руки на клавиши. Здесь у меня была власть.

О, страсть моя, любви дурман,
Касанье бархатное кожи...
Я обнимаю стройный стан,
Внимая тела сладкой дрожи.

К губам твоим - клубники вкус -
Прильну сейчас,
Мне не напиться,
Мне мало, мало... тороплюсь

В тебе пропасть, навек забыться.
Но ты - мой,
И весь я - твой,
И муки сладкой наважденье,

Прошу, любимый, открой,
Даруй мне тайну наслажденья.
О, сладострастия вино...
Я пью его, изнемогая,

Призывам тела отвечая,
С тобой я целое одно.
И, без остатка отдаваясь,
Блаженства миг остановлю...

Шепчу, во взгляде растворяясь:
- Мой... люблю тебя, люблю...

Я остановился, с руками наготове, и в тот момент на ум пришла совершенная песня. Я позволил нотам течь, меланхолично и сладко. Грустно, но с надеждой. Я отыграл целый куплет прежде, чем моя муза вышла из тени и обогнула край рояли. Его тонкие пальцы легко скользили по гладкой, лакированной поверхности.

Я вновь привёл мелодию к началу, молясь на то, что, узнав вступление, он запоёт.

Я смотрел на него, взглядом желая приблизить его к себе.

Ямка в основании его шеи прогнулась, когда он сделал глубокий вдох и начал...

Не торопись, любимый мой...
У нас есть вечность на двоих.
Мир стих, теряясь за стеной,
Пропал и я в руках твоих.

Вокруг нет больше ничего...
Уткнусь лицом в изгиб плеча.
Слезинки пота твоего
Впитала кожа, горяча.

Блаженной пелены заслон,
Сиянье в сомкнутых глазах
И самый сладкий хриплый стон,
Что потерялся в волосах...

В истоме плавая безбрежной,
Я встречу взгляд горящий твой,
Мой самый страстный, самый нежный...
Тот, с кем могу я быть собой.

Своих желаний не стыдиться,
Узоры лаской рисовать
И целовать твои ресницы,
Вдруг забывая, как дышать.

И это был экстаз. Я закрыл глаза и продолжил играть, соблазняясь медленным пожаром. Я почувствовал, как он подошёл ближе. Огонь набирал мощь. И я приветствовал его.

Я почувствовал его движение позади меня. Призрачное тепло его пальцев опустилось на мои плечи, оставляя покалывания, пока он продолжал петь. Я глубоко вздохнул. Его экзотический запах почти погубил меня.

Воздух покинуло мои лёгкие. Моё сердце ёкнуло, сжавшись от необузданной, всепоглощающей страсти. Из-за него. Я посмотрел на него, звуки его проникновенного голоса эхом отдавались от стен.

Дэн подошёл к скамье, начиная петь для меня. Я мог видеть его глаза, они были словно расплавленный шоколад. Его тёплое дыхание ласкало волосы на моей голове. Я был погружён в его тепло.

Моё тело пело от удовольствия, ощущая, как Дэн призывал меня. Мой певец.

Да. Он был моим.

В тихом доме он
В ожиданьи один...
В ожиданьи шагов его спешных.
Но пока с тобой ночь,
Свет луны из окна
И бескрайность полей безмятежных.

Пламя вместе с душою горит и дрожит,
Разрываясь в тоске и томленьи.
Счастья прошлого ночи в тиши ворошит,
Растворяя недели в мгновеньи.

Он смотрит на жаркий и нежный огонь,
Вспоминая его поцелуи...
Он верит, что мягко коснётся ладонь
Его шеи, желанья рисуя.

Я закончил песню, играя только нужные ноты, чтобы показать его голос ещё лучше.
Последние аккорды затихли, и я опустил голову и глубоко вздохнул. Я услышал шелест атласного пиджака, Дэн встал ещё ближе.

Кончиками пальцев он задел мою правую щёку, Дэн провёл ими до подбородка, легко наклоняя мою голову в сторону. Казалось, моя кожа начала тлеть от его прикосновения.

Я ахнул и встал, пытаясь глотнуть воздуха. Его тепло выжигало кислород. Его запах проникал в моё существо.

Я посмотрел ему прямо в глаза, где тёмный шоколад плавился, кружась, сверкая и искрясь.

- Дэн... - выдохнул я.

Он подошёл ещё ближе, потом посмотрел вниз и изящно взял мою правую руку. Я практически слышал шипение огня...

У него перехватило дыхание при контакте с моей кожей. Интересно, он горит так же, как и я...

- Я - Валера, - сказал я, не слишком-то владея собственным голосом.

Его пальцы начали ласкать мою ладонь маленькими круговыми движения, пуская электрические разряды по моим нервным окончаниям.

- Валера, - пылко и страстно проговорил он. – Я думаю, это начало красивых отношений.

Он бы рад с тобой быть,
Нежно ласки дарить
И любви без конца отдаваться...
Он один, и ни с кем

Не сумеет забыть
Того, с которым так больно расстаться...
Много рядом других,
Что готовы за взгляд,

За одно только слово
Быть с ним.
Он небрежно флиртует,
Но одно лишь волнует -

Как вернуться
В ту сказку двоим?

Денис:

Я задрожал, стоило прохладе пробежаться по моей коже. Меня знобило от этого сна... Крепко сжимая простыни в кулаках, стискивая их сильнее, я пытался заснуть снова. Странный и в то же самое время знакомый запах простыней пробудил мои чувства, но я был слишком измотан, чтобы придать этому какое-либо значение... Кровать была такой удобной. Лёгкие покачивающие движения вдалеке убаюкивали меня...

Покачивающие движения? Мои глаза медленно приоткрылись, и я потёр их, сгоняя сон. Уже сидя, я оглянулся по сторонам. Я думал, это всего лишь сон... я всё ещё в своей кровати... я посмотрел в пол и неожиданно подпрыгнул от шороха кресла-качалки.

– Я вижу, ты проснулся... – Низкий бархатный голос послал дрожь по моему позвоночнику, и мои волосы на затылке, я уверен, встали дыбом.

Я прочистил горло и огляделся, наконец, обретая свой голос...

– Валера? – Его низкий голос вызвал мурашки по всему моему телу.

– Здравствуй... Дэн... – Я видел его, сидящего на левой половинке моей кровати. Я обернул простыни вокруг своего тела, обеспокоившись тем, что на мне только лёгкие шорты. Что он хочет от меня? Почему он здесь? Я всё ещё сплю? Да, должно быть... Я всё ещё сплю! Коли уж я сплю, то можно так не волноваться... Я смогу справиться с этим...

Я отпустил простыни, которые, в свою очередь, упали вниз, обхватывая мою талию. Я посмотрел на Валеру и заметил, как пристально он разглядывает простынь, обёрнутую вокруг моего тела.

– Хорошо... пока я всё ещё сплю, я хотел бы получить всё. Плевать на последствия. – Его лицо затуманилось, и он выпрямился. Затем он неожиданно наклонился ближе, так что когда он заговорил, мы были в нескольких сантиметрах друг от друга.

– Дэн, ты не спишь. Могу я доказать тебе это? – ОН подарил мне свою красивую кривоватую улыбку.

Он наклонился ещё ближе, но я не отстранился. Это МОЙ сон, в конце-то концов! Его рука пробежалась по моей щеке, от моей скулы до подбородка, медленно приподнимая его. Я посмотрел в его затуманенные глаза, и он придвинулся ещё ближе ко мне. Холод, которым веяло от пианиста, заставил меня вздрогнуть. Его кисть приподнялась, и он погладил мою щёку. Прежде чем я успел что-либо подумать, его губы прикоснулись к моим. Жар накрыл моё лицо, и совсем перестал соображать.

– Валера?.. – засомневался я.

– Дэн... – выдохнул он.

Я собирался сказать Валере, что люблю его, прежде чем мой сон подойдёт к концу... Но был подавлен, когда его губы обрушились на мои во второй раз.

Я ахнул, и он принял это за приглашение... его язык прошёлся по моим губам. Он притянул моё лицо ещё ближе к себе, опускаясь рядом со мной на кровать. Я лежал, завёрнутый в простыни, а Валера был рядом... мы делали так бесчисленное количество раз перед тем, как он опустился тенью... Я захныкал, обхватив руками его шею, зарываясь пальцами в его шелковистые волосы. Мягкие, как и всегда... Он никогда не целовал меня так прежде...

– Если это сон, то я не хочу просыпаться... – прошептал я в его губы.

– Это не сон... Я больше не мог без тебя, ты всё для меня, всё. – Я заглянул в глаза Валеры и поверил всем словам, что он произнёс... потому что он всё для меня.

– Если это реальность, я не хочу, чтобы ты когда-нибудь покинул меня... Я не уверен, что переживу это снова...

– Нет, я не достаточно силён для этого... Я люблю тебя...

– Покажи мне, насколько сильно ты любишь меня...

– Дэн...

– Пожалуйста... Валера, я хочу быть твоим навеки... Я хочу тебя... – Я слегка вздрогнул от тех слов, что я подобрал для этого момента, и запаниковал...

– Ш-ш-ш... Нужно забыть это... Мы, наконец, вместе, я здесь и я хочу тебя, я всегда хотел. Я люблю тебя... – Он понял мои сомнения.

Это было так правильно... Я придвинул своё тело ближе к его, и он ловко откинул простыни с кровати, его холодные руки проскользили вниз по моему телу и вернулись к груди.

Я вздохнул, когда почувствовал его пальцы, слегка ласкающие мои соски. Я приподнялся на локтях, чтобы быть ещё ближе к Валере, и он лёг сверху, прижимая меня к кровати. Губы оставили дорожку поцелуев от моей щеки до шеи, в то время, как его руки потянули вверх мою майку. Он посмотрел на меня, спрашивая разрешения, чтобы окончательно избавить меня от несчастного клочка одежды... Я просто кивнул.

Он пробормотал «прекрасен» себе под нос... он поцеловал меня и, медленно опустившись вниз по моему телу, провёл языком влажную дорожку между ключицами, опускаясь по моей груди.

Я слышал, как посасывая мою кожу, он стонал. Когда его жаркие, влажные губы обхватили мой сосок, я закричал, отрывая свой взгляд от него. Он улыбнулся напротив моей кожи, и его руки с моими мальчишескими шортами... Он поцеловал другой мой сосок, не обделяя вниманием ни кусочка моего изнывающего тела.

Его руки прошлись по моим рёбрам к талии, и я застонал, стоило ему накрыть мою возбуждённую плоть сквозь ткань шортов и проскользнуть внутрь. У меня перехватило дыхание, когда Валера погладил сосредоточение моей мужественности...

Я невинно подтолкнул свои бёдра вперёд, к его руке. Плевать, что он мой пианист. Это мой грёбаный сон. Он простонал, посылая плавную вибрацию по моему соску, когда понял, насколько твёрдым я был для него. Он с удивлением заглянул в мои глаза и страстно поцеловал. Его пальцы ласкали мои поджавшиеся от безумного возбуждения яички перед тем, как коснуться моего члена.

Мои бёдра дёрнулись, и я закричал в его рот. Движения ладони на моём стволе увеличились в безумном желании. Другая рука Валеры легко и плавно опустилась на мою задницу.

Два его пальца разделили мои ягодицы, и один медленно вошёл в меня. Он целовал мою шею, пока его пальцы с величайшим обожанием вторгались в мою плоть.

– Валера... – попытался сказать я. Он озорно улыбнулся и продолжил ласкать меня. Он неглубоко погружал свой палец в меня, аккуратно двигаясь, не причиняя ни капли боли или дискомфорта.

Я почувствовал его затвердевшую плоть против своего бедра... Он пытался получить хоть каплю освобождения...

Я подтолкнул свои бёдра ближе к его руке, и он потёр головку моего члена, прежде чем сильно зажать это место между двумя пальцами.

– Да, Дэн... это... Кончи для меня, – вкрадчиво ответил он. У меня были серьёзные проблемы с дыханием и концентрацией... но медленная пытка Валеры, доставляющая только удовольствие, продолжилась, и тогда я почувствовал это.

Горячие волны наслаждения стали настолько сильными, что я закричал, когда они накрыли всё моё тело с головой. Его губы проскользили вниз по моему телу... Валера прошептал «моё», и его губы присоединились к длинным умелым пальцам.

– Валера! – Я закричал, чувствуя, как я срываюсь с края над огромной пропастью...

Он прижал мои бёдра к кровати, удерживая меня в этом мире. Я чувствовал себя настолько живым... Его язык кружил над моим членом, и я взбрыкнул бёдрами, требуя большего. Валера слегка усмехнулся, и я почувствовал вибрацию на своём члене... Его стоны... Я завопил от удовольствия, когда почувствовал его влажное и жгучее дыхание внутри себя...

Я попытался прикрыть рот ладонью, но он не позволил мне сделать этого. Он схватил моё запястье и посмотрел на меня.

– Я хочу слышать тебя...

Я запустил свои пальцы в его шелковистые волосы, как только он продолжил. Мой второй оргазм не заставил себя ждать. Я не мог остановить свои дрыгающиеся бёдра, выкрикивая его имя.

Он закончил ласкать меня языком, только убедившись, что я был абсолютно чистым. Затем он лёг напротив меня, позволяя мне опустить голову на его грудь. Мои глаза прикрылись, и должно быть, лицо озарилось здоровенной улыбкой.

Избавившись от всей своей одежды, Валера бережно перевернул меня на бок, повторяя мою позу собой. Коснувшись мочки моего уха, жарко вошёл в моё тело, его огромный и превосходный член чувствовал себя во мне хозяином. Приподняв мою ногу, синхронно со своей, Валера стал проникать глубже и настойчивее. Его ритмичные, продольные и свирепые линии внутри меня, выводимые его мощным членом, уносили нас двоих на небесную гладь тёмных откровений... В Ожидании Выдоха... В желании жить в нашем экстазе... В слиянии тел и безумных толчках на траектории тел...

- Я люблю тебя, мой пианист...

- Люблю тебя, мой певец...

Эта вечная боль без тебя,
Мой нежный, сладкий и милый,
Я уже не могу, не любя,
Ты как будто приворожил меня.

Ночью страстно хочу твоих рук,
Твоих губ, твоих прикосновений,
Я томлюсь от немыслимых мук,
Я хочу снова близость мгновений,

Когда тело - твоё и моё -
В жаркой схватке любви растворится,
И тончайшего шёлка бельё
Лепестками вокруг разлетится...

Я мечтаю, как снова, вдвоём,
В том заснеженном доме
Мы вместе, и метели, кружась за окном,
Нас баюкают сладкою песней.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 27
© 12.01.2021 Человек Дождя
Свидетельство о публикации: izba-2021-2991811

Рубрика произведения: Проза -> Эротика
















1