Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Переводы сонетов В.Шекспира. Часть 3


41.
Ты грешен своевольем юных лет.
Оно к лицу тебе, твоим годам.
Соблазн за ними ходит по пятам,
Меня же зачастую в сердце нет.

Обыгран часто ты за доброту,
За красоту ты будешь осаждён.
Сын женщины не мог отвергнуть ту,
Чья ласка жаждала, чтоб сдался он.

Но собственность мою ценить бы мог
И юность с красотою усмирить,
А так их пыл туда тебя увлёк,
Где верность дважды дал им погубить:

Её, ведь красотой её взял в плен,
Свою, коль красота - залог измен.

42.
Я в том беды, что ты её забрал,
Хоть нежно я любил её, не вижу.
В том горе, что себя ты ей отдал.
Потеря той любви затронет ближе.

Любовников неверных оправдаю:
Ты любишь, зная про моё влеченье.
Она же для меня мне изменяет,
Чтоб друг ей для меня дал одобренье.

Лишусь его - любимой найден он,
Её утрачу - друг мой будет с ней.
Вдвоём вы вместе - я двоих лишён.
Сей крест вы оба навязали мне.

Я льщу себе: коль с другом я един,
То ею в нас любим лишь я один.

43.
Смыкая веки, вижу я ясней,
Чем днём, когда незначимость вокруг.
Во мраке светит взор, что тьмы темней,
Ведь в снах тебя я вижу, милый друг.

И тень твоя теням дарует свет,
А во плоти тем боле воплотит:
Светлее дня твой будет силуэт,
Коль так в глазах незрячих тень блестит!

Благословение получит взгляд,
Тебя увидев средь живого дня,
Ведь в мёртвой ночи был я тени рад,
Сквозь сон слепящей спящего меня.

Мне без тебя все дни - темней ночей,
В снах о тебе все ночи - ярче дней.

44.
Когда бы мыслью плоть была моя,
Я б не страшился дальности пути:
Мысль вопреки пространству бытия
Могла б легко к тебе перенести.

Неважно, что я разлучён с тобой,
И на какой земле вдали стою;
Способна мысль над морем и землёй
Достичь, едва представив, цель свою.

Но ранит мысль, что я не мысль, увы, -
К тебе не перепрыгнул долгих миль;
Что, созданный из праха и воды,
В стенаньях время я сдаю в утиль.

Дар двух стихий неспешных невелик:
Груз тяжких слёз - их скорби проводник.

45.
Огонь и воздух, две других стихии -
Желание и мысль - легки, чисты,
Где б ни был я, всегда они, лихие,
Стремительно летят туда, где ты.

Когда гонцами шлю к тебе я их
С посольством нежных чувств, из четырёх
Оставшись с парой тягостных других,
Жизнь клонит к смерти депрессивный вздох.

Но вновь, восстановление даруя,
Посланцы возвращаются ко мне,
Неся на крыльях весточку простую,
Что жив-здоров ты в дальней стороне.

Обрадован я вестью, но опять
Печалюсь, их назад спеша послать.

46.
Мои глаза и сердце ярый бой
Ведут, деля права на образ твой:
Глаза их видят только за собой,
Но сердце не даёт свободы той.

Клянётся, что хранит тебя оно
В себе, укромно скрытым от очей.
Глаза же спорят: только им дано
Переполняться красотой твоей.

Для разрешенья спора учреждён
Из мыслей - постояльцев сердца - суд.
Распределил вердиктом доли он
Глазам и сердцу, что тобой живут:

Так внешность стала вотчиной очей,
Для сердца дар - душа с любовью в ней.

47.
Скрепили сердце и глаза союз,
В нём стороны поддержку обрели.
Когда взор без тебя голодно-тускл
И сердцу душно от тебя вдали,

Тогда пируют очи, твой портрет
Лаская, с сердцем пиршеством делясь,
И к мыслям о любви к тебе в ответ
Шлёт сердце приглашение для глаз.

Картиной ли, любовью ли моей -
В разлуке образ твой всегда со мной,
Ведь ты не дальше мысли: вместе с ней
Всегда я буду, а она - с тобой.

Заснёт она - портрет твой в тот же час
Разбудит сердце, услаждая глаз.

48.
Предусмотрительно, сбираясь в путь,
Я безделушки прячу под замок,
Чтоб собственность присвоить кто-нибудь
Рукой нечестной без меня не мог.

Тебя, пред кем сокровища - пустяк,
Кто мне отрада и печаль, - я сам
Единственную ценность просто так
Вручил на поругание ворам.

В сундук тебя не прячу я, мой свет, -
Храню в обители своей груди.
Ты вроде здесь, и в то же время нет -
Свободен и остаться, и уйти.

Но всё же украдут: столь дорогой
Трофей и Честность унесёт с собой.

49.
В тот день - надеюсь, не наступит он, -
Когда осудишь каждый мой изъян,
Итог любовью будет подведён -
Рассудком знак переосмыслить дан;

В тот день, когда пройдёшь ты, как чужой,
Лишь вскользь коснётся солнечный твой взгляд,
Когда любовь, найдя причины, свой
Огонь заменит на степенный хлад, -

В тот день грядущий буду защищён
Я знанием о собственной цене,
И сам в присяге подниму ладонь,
Признав законность обвинений мне:

Коль нет причин любить меня, то прав
Ты по закону, нашу связь порвав.

50.
Мне тяжело даётся долгий путь.
Конец его, который я искал,
Мне скажет, дав с дороги отдохнуть:
"Как много миль от друга проскакал!"

И конь, измучен горестью моей,
Едва идёт под грузом скорби той.
Инстинкт бедняге говорит: быстрей
Не жажду расставаться я с тобой.

И шпоре острой не взбодрить коня:
Вонзать не раз я в шкуру в гневе мог -
Лишь стон в ответ, терзающий меня
Сильней, чем шпора с болью ранит бок.

Напомнит стон: в конце пути - печаль,
А счастье - в прошлом: поглотила даль.

51.
Любовь моя медлительность простит
Бредущему коняге моему,
Когда вдаль от тебя мой путь лежит.
До возвращенья спешка ни к чему.

Но оправданье как тогда найти,
Коль медленной увижу быстроту?
Пришпорю ветер под седлом: лети!
Полёт - и тот движеньем не сочту!

Темп страсти не удержит конь любой,
Желания (не плоти, а души),
Любви всесильной в скачке огневой,
Что клячу из любви простить решит:

Конь верно медлил в горестном пути:
К тебе я мчусь, свободен он идти.

52.
Я - как богач, укрывший под замок,
Благословляя ключ, заветный клад.
Им любоваться б ежечасно мог,
Но остроту чувств губит частый взгляд.

И праздников торжественных в году
Немного, скупо распределены,
Так в ожерелье ставят череду
Камней больших неслыханной цены.

Ты временем храним в ларце-груди,
Как праздничный наряд в шкафу сокрыт.
И будет осчастливлен миг один,
Коль узника оно освободит.

Благословенно порождаешь ты
Триумф, коль вместе мы, а врозь - мечты.

53.
Ты создан из субстанции какой,
Что правишь миллионами теней?
Когда другим доступно по одной,
Создашь любую и сольёшься с ней.

Портрет Адониса высокопарный слог
Лишь подражанием тебе воспел.
И если б кто Елену видеть мог,
Тебя б в одеждах греческих узрел.

Весна и урожайная пора -
Подобия всего лишь красоты
И сущности твоей, что столь щедра.
Во всём благословенном виден ты.

Ты есть во всех красотах бытия,
Но, как никто, верна душа твоя.

54.
Насколько же прекрасней красота
В убранстве добродетели - стократ!
И прелесть роз воспета неспроста,
Ведь в них живёт сладчайший аромат.

Шиповника порочные цветы
Сродни душистой розе: та же стать,
Шипы, бутоны дивной красоты
С дыханьем лета будут трепетать.

Но жизнь у них лишь для себя - пустяк,
Внимания не стоит, и, сухи,
Умрут в безвестности. У роз не так:
Их смерть сладка - сладчайшие духи.

Краса твоя сойдёт когда-нибудь,
Но стих впитает истинную суть.

55.
Ни мрамор, ни злачёный бюст владык
Не долговечней сильных строк стиха.
И ярче воссияет в них твой лик,
А камень время скроет слоем мха.

Когда обрушит статуи война,
В руины дело зодчих обратив,
Ни Марса меч, ни в пламени она
Не выжгут память: в строках будешь жив.

Забвение несут вражда и смерть.
Им вопреки твой путь определён:
В глазах потомков славою гореть,
Покуда мир влекут к концу времён.

Пока не встанешь в Судный день, в стихах
Живи, сияя в любящих очах.

56.
Любовь, восполни силы и не дай
Тупиться острию. Так аппетит:
Сегодня голод утолит еда,
А завтра с прежней остротой кричит.

И ты, любовь, наполни взор очей
Голодных нынче, сыто убаюкав.
А завтра вновь смотри и не убей
Любовный дух в непроходящей скуке.

Печальный отдых твой - как океан:
Двум обручённым на его брегах,
Куда приходят каждый день, шанс дан
Любви возврата ощутить размах;

Иль как зима: заботлива, но всё ж
Втройне сильнее редкость лета ждёшь.

57.
Я твой слуга и должен угождать
За разом раз желаниям твоим.
И трачу время ценное, чтоб ждать
Твой зов, наперекор делам иным.

Не смею бесконечный час бранить,
Когда, следя по стрелке, ждать невмочь,
И о разлуке горестно грустить,
Когда слугу ты отсылаешь прочь;

Не смею ни гадать, ни вопрошать
Ревниво, чем ты занят, где и с кем.
Понурый раб способен лишь желать,
Чтоб ты был счастлив и доволен всем.

Любовь глупа, в делах твоих любых
Не видит зла, оправдывая их.

58.
Не дай мне Бог, чьей волей я твой раб,
Надзор твоим усладам учинить,
С протянутой рукой молить хотя б
Досуга час вассалу уделить.

О, дай страдать мне, ожидая знак,
В разлуке узником твоих свобод,
Терпение смиряет с болью так,
Что обвинять в обидах не даёт.

Будь, где желаешь, с правом без помех
Распоряжаться временем своим
На то, что хочешь, ведь преступный грех
Себе простишь, и вновь непогрешим.

Мне сущий ад: терпеть, не осуждать
Добро и зло твоих услад и... ждать.

59.
Коль всё не ново - было и опять
Случалось, то наш разум слеп, ведь он
Старался в муках творчества рождать
Ребёнка, кто был много раз рождён.

О, словно солнце обратило ход
На пять веков, пусть древней книги слог
Твой образ явит так, как видел тот,
Кто первым записать ход мысли смог.

Чтоб я узрел, что молвил древний мир
О чуде, коему оправа - ты;
Прекрасней нынче иль тогда кумир
Иль неизменна сила красоты.

О, я уверен: ум былых времён
Был меньшим идеалом восхищён!

60.
Как волны бьют о каменистый брег,
Спешат минуты наших дней вперёд,
К концу: в ряд друг за другом; этот бег
Упорен день за днём, за годом год.

Рождение, явившись, как рассвет,
Ползёт, чтоб встретить в зрелости зенит.
Но славе от затмений спасу нет -
Дар Времени возврату подлежит.

Пронзит цветенье юности оно,
Чертя борозды на челе красы.
Сжирая всё, что было рождено:
Никто не избежит его косы.

Но ты навечно юн в моей строке
Назло его безжалостной руке.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 7
© 08.01.2021 Валерия Александрова
Свидетельство о публикации: izba-2021-2988838

Рубрика произведения: Поэзия -> Поэтические переводы


















1