Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Семь кварталов до счастья


Семь кварталов до счастья
Я вывернул кран горячей воды до упора, настолько, насколько мог вытерпеть. Боль после марафона ещё не пришла – а может, и не должна была прийти, – но я так изнемогал от желания одновременно заняться с Дэном любовью и придушить его, что горячая вода с паром оказались очень кстати.

Может, он хотел, чтобы всё было, как раньше: дружеский секс. Удобство без завышенных ожиданий. И я так сильно желал его, что легко мог вернуться к этому – в равной мере наслаждаться его телом и его дружбой, никогда не ожидая и не претендуя на большее.

Но теперь это было мне не нужно. Ни от кого, а тем более от него. Закрыв глаза, я намылился, вдыхая горячий пар и смывая с себя пот и усталость после забега. И мечтая смыть заодно все мучившие меня противоречия.

Я услышал глухой щелчок душевой двери за миг до того, как кожи коснулась волна холодного воздуха. В кровь хлынул адреналин, заставляя сильней биться сердце и наполняя голову бешеным, туманящим разум желанием. Я опёрся рукой о стену, опасаясь повернуться к Дэну и чувствуя, как вся моя решимость тает. Лишь малая часть меня способна была устоять. Остальная готова была дать ему всё, о чём бы он ни попросил.

Прошептав моё имя, Дэн закрыл дверь и подошёл так близко, что его обнажённая грудь прижалась к моей спине. Его кожа была прохладной. Дэн провёл ладонями по моим бокам, по рёбрам.

– Валерка, – повторил он, поднимая руки к моей груди и вновь опуская вниз, к животу. – Посмотри на меня.

Я перехватил его запястья, не давая опустить руки ниже, чтобы он не мог почувствовать, как меня возбудило даже это лёгкое прикосновение. Сейчас я смахивал на скаковую лошадь, которую сдерживали одни лишь хлипкие воротца. Мышцы рук напряглись и подрагивали – я держал Дэна за запястья не только для того, чтобы закрыть ему доступ к своему телу, но и чтобы обуздать самого себя.

Прижавшись лбом к стене, я постоял какое-то время неподвижно, до тех пор, пока не уверился в том, что смогу обернуться к нему и сразу на него не накинуться. В конце концов я развернулся, продолжая держать его за руки.

– Не думаю, что способен на это, – прошептал я, глядя ему в лицо.

Дэн намочил волосы, и влажные пряди липли к его щекам, шее, плечам. Брови удивлённо сошлись на переносице – я знал, что он не понимает, о чём я. Тут, видимо, в голове его промелькнула какая-то мысль, и по щекам разлилась краска стыда. Зажмурившись, он проговорил:

– Я извиня...

– Нет, – перебил я. – Я имею в виду, что не могу продолжать то, что было у нас раньше. Я не хочу делиться тобой. И не хочу продолжать, если ты намерен встречаться с другими мужчинами.

Дэн открыл глаза. Его взгляд смягчился, дыхание участилось.

– Я не могу упрекать тебя за желание поэкспериментировать, – сказал я, сильней сжав его запястья при этой мысли, – но мои чувства к тебе становятся всё глубже, и я не хочу сдерживаться и притворяться, что мы просто друзья. Даже с твоим братом. Я приму всё, что ты готов мне дать, потому что безумно хочу тебя, но если тебя интересует только секс, это причинит мне боль.

– По-моему, меня никогда не интересовал только секс, – ответил Дэн.

Отпустив запястья Дэна, я вгляделся в его лицо, пытаясь понять, что мне предлагают.

– Когда сегодня ты назвал меня «своим Дэном», – начал он и на секунду умолк, прижав ладонь к моей груди, – мне захотелось, чтобы это было правдой. Мне захотелось стать твоим.

Дыхание комом застряло у меня в горле. Я видел, как под нежной кожей его шеи бьётся пульс.

– То есть я уже твой.

Дэн широко распахнул глаза и, приподнявшись, втянул в рот мою нижнюю губу. Затем взял мою ладонь, положил себе на грудь и, подавшись вперёд, прижался к ней.

Если то, что я сейчас испытывал, было лишь малой частью того страха, который всё это время чувствовал он, мне внезапно стала понятна вся его чрезмерная осторожность. Боязнь, что я причиню ему боль. Такая сильная любовь пугала.

– Пожалуйста, – взмолился Дэн, вновь целуя меня и пытаясь обвить вокруг себя вторую мою руку, – Я так сильно хочу быть с тобой, что мне трудно дышать.

– Дэн, – задохнулся я и невольно нагнулся, чтобы ему легче было достать до моих губ, моей шеи.

Обхватив моего котёнка рукой, я провёл большим пальцем по его соску.

– Я люблю тебя, – прошептал Дэн, покрывая поцелуями мой подбородок и шею.

Я закрыл глаза, чувствуя, как неистово бьётся сердце.

Стоило ему сказать это, как вся моя решимость пошла прахом. Я открыл рот и застонал, когда его язык скользнул внутрь и принялся ласкать мой. Дэн ответил глухим стоном, царапая мои плечи и шею, прижимаясь животом к моему твёрдому члену.

Дэн охнул, когда я развернул его и прижал спиной к холодной кафельной стенке, а затем охнул ещё раз, когда я втянул в рот его сосок и жадно к нему присосался. Мой страх никуда не ушёл: наоборот, услышать его признание в любви было ещё страшнее, потому что у меня появилась надежда. Надежда на то, что как-нибудь, вслепую, мы вместе справимся с этой первой любовью.

Я снова припал к губам Дэна, чувствуя, что теряю контроль, что растворяюсь в жаре его поцелуев, и зная без всяких вопросов, что не все капли, текущие по его щекам, – душевая вода. Я тоже ощущал это всепоглощающее облегчение, за которым немедленно последовала свирепая жажда оказаться внутри него, двигаться внутри него, чувствовать его.

Обхватив ягодицы Дэна, я приподнял его, чтобы он мог обвить ногами мою талию. Я чувствовал тёплую жажду его желания и начал мерно раскачиваться, чуть входя и выходя и заново влюбляясь в хриплые, нетерпеливые стоны, срывавшиеся с его губ.

– Никогда раньше не делал этого, – пробормотал я ему в шею. – Понятия не имею, что я делаю.

Он рассмеялся, крепко впившись пальцами мне в плечи и покусывая шею. Я медленно вошёл в него, остановившись лишь тогда, когда наши бёдра соприкоснулись, и тут же понял, что долго не продержусь. Дэн откинул голову, глухо стукнувшись затылком о кафель. Его грудь поднималась и опадала, дыхание было хриплым и прерывистым.

– О Боже, Валерка.

Выйдя, я шепнул:

– Ты тоже это чувствуешь?

Дэн, заикаясь, умолял двигаться и вжимался в меня изо всех сил, стиснутый между мною и стеной.

– Это не просто секс, – сказал я, скользя губами по его ключице. – Мне так хорошо, что почти больно, и так было всякий раз, когда я входил в тебя, котёнок. Вот что ты чувствуешь с тем, по кому сходишь с ума.

– С тем, кого любишь? – шепнул он мне на ухо.

– Да.

Я стал входить и выходить быстрее, зная, что я на грани, что мне надо отнести его в свою кровать, жадно вылизать его член и яйца, а затем снова трахать его, пока мы оба не рухнем без сил. Ощущения были слишком острыми, и, как только я начал двигаться, стало ясно: мне никогда не привыкнуть к этому чувству, когда я внутри него и ничто нас не разделяет.

Я вколачивал себя в него, наслаждаясь его стонами и снова и снова шепча ему в шею извинения: «Я слишком возбуждён...» Всё это сводило меня с ума: его плоть, обхватившая мою, его слова и осознание, что отныне он действительно принадлежит только мне.

– Я слишком близко, котёнок, я не могу...

Он мотнул головой и, впившись ногтями мне в плечи, прижал губы к моему уху.

– Мне нравится, когда ты не можешь сдерживаться. Это то, что я всегда ощущал с тобой.

Застонав, я дал себе волю, чувствуя, как меня несёт по спирали всё вниз, и вниз, и вниз, вдавливаясь сильнее и глубже, до тех пор пока не услышал тихие шлепки моих бёдер о его и его спины о стену, пока не ощутил, как горячая, влажная волна пронеслась по моему телу, и кончил в него так сильно, что мои крики отразились от кафеля душевой и заплясали вокруг нас.

Кажется, никогда в жизни я не кончал так быстро, и это наполнило меня одновременно ужасом и восторгом.

Дэн потянул меня за волосы, молча умоляя прижаться губами к его губам, но ограничившись лёгким поцелуем, я со стоном вышел из него и упал на колени. Подавшись вперёд, я развёл пальцами его ягодицы и припал к манящей головке члена. Закрыв глаза, я рычанием приветствовал его тихий стон и сладость его плоти на языке. Ноги Дэна дрожали от усталости после забега, а возможно, и после того, как я жёстко оттрахал его у стены. Просунув руки ему между бёдер, я приподнял моего котёнка так, что его ляжки оказались на моих плечах, а мои ладони поддерживали его ягодицы.

Дэн надо мной вскрикнул и принялся слепо шарить руками, пытаясь нащупать хоть какую-то опору. Наконец, он сжал бёдрами мою голову и, положив руки мне на макушку, уставился на меня широко открытыми, заворожёнными глазами.

– Я так близко, – дрожащим голосом выдавил Дэн.

Его руки, вцепившиеся мне в волосы, тоже дрожали.

Я замычал и улыбнулся, водя головой из стороны в сторону и жадно лаская его член. Я никогда раньше такого не делал, и для меня это было, как признание в любви – словно я доказывал свою любовь всеми возможными способами. В моей груди потеплело, когда я понял: вот оно, наше начало. Прямо сейчас, в струях пара, отчасти прячущих нас друг от друга, мы наконец-то всё выяснили.

Я уловил момент, когда Дэн приблизился к финалу. Заливший его грудь румянец пополз выше и коснулся лица, как раз в тот момент, когда губы распахнулись в крике.

Я знал, что никогда не устану от этого. Я никогда не устану от него. Глядя, как по нему волной прокатывался оргазм, вырывая из горла хриплые крики, я испытывал невероятный восторг от сознания, что обладаю им.

Когда бёдра Дэна обмякли, я осторожно убрал руки и поставил его на трясущиеся ноги. Затем встал и секунду смотрел на него сверху вниз, пока он не обвил мою шею руками и, приподнявшись, не прижался ко мне.

Его тело стало таким тёплым и мягким от горячей воды – казалось, он тает в моих руках.

И, чёрт возьми, теперь всё было совсем по-другому. Я никогда не чувствовал, что так полно, неразрывно с ним связан даже в наши самые интимные моменты, пока мы были «просто друзьями».

Сейчас Дэн принадлежал только мне.

– Я люблю тебя, – шепнул я ему в волосы и потянулся к боковой полочке за мылом.

Я аккуратно вымыл каждый дюйм его тела, его волосы и чувствительную кожу между ног. Я смыл с него следы его и своего оргазма, целуя в шею, веки и губы.

Мы вышли из душа, и я завернул Дэна в полотенце, после чего обернул второе себе вокруг талии. Затем я отвёл Дэна в спальню, усадил на край кровати и насухо вытер, после чего уложил в постель.

– Я принесу тебе что-нибудь поесть.

– Я пойду с тобой.

Он попытался вывернуться у меня из рук и сесть, но я покачал головой и, нагнувшись, взял в рот его сосок.

– Просто лежи и отдыхай, – шепнул я ему в грудь. – Я намерен не выпускать тебя из кровати весь день и всю ночь, так что сначала надо поесть.

Вода с моих волос закапала на его обнажённую кожу, и Дэн громко ахнул, широко распахнув глаза. Его зрачки расширились, затопив чернотой светло-серую радужку. Он опустил руки мне на плечи, стараясь притянуть к себе, и, чёрт, я был уже снова готов к бою... но нам надо было поесть. У меня уже начинала кружиться голова.

– Я быстро что-нибудь соображу.

Сидя голышом на покрывале, мы жевали сэндвичи и в течение нескольких часов болтали о марафоне, о выходных с его семьёй и, наконец, о том, что каждый из нас чувствовал, когда мы думали, что всё кончено.

– Скажи что-нибудь грязное, – сказал Дэн. – Расскажи мне о самых сумасшедших и развратных вещах, о которых ты когда-либо думал. Лиши меня дара речи.

Дэн встаёт, держа в одной руке стакан воды со льдом, а другой упирается мне в грудь и толкает в сторону кровати.

– Не садись, – предупреждает он.

Я молча киваю. На мне только полотенце, а Дэн ничего не говорит и даже не целует меня; но, зажав этот розово-мармеладный язычок между зубами, улыбается и опускается на колени, по пути стащив с меня материал полотенца.

Я с твёрдой, тяжело выпирающей толщиной перед ним и, замерев, наблюдаю, как он кладёт в рот кусочек льда, посасывает его и потом поглаживает им по моему животу и бёдрам.

– А-а, – задыхаюсь я, а Дэн скользит свободной рукой по внутренней стороне моего бедра, обхватывая ладонью всего меня – и яйца, и член в одну хватку – грубо удерживая. Наконец, я осмеливаюсь положить руку ему на макушку и скользнуть пальцами в волосы. Они мягкие, ещё не до конца подсохшие, как я и представлял, и Дэн немного задыхается, когда я стискиваю их в кулаке и резко тяну назад.

Он не ожидал такого. И позволяет кубику льда упасть из его рта.

Я плотно обхватил рукой свой член, потянул кожу вниз и застонал.

– Оближи его, –­ удалось проговорить мне, и мой одинокий голос, странно громкий в пустой комнате.

Глаза Дэна меняются с ярких и озорных на полуприкрытые и сладко послушные. Я чувствую, как он сопротивляется моей тянущей руке в его волосах, пытаясь добраться до меня.

– Ты выглядишь чертовски великолепно, – прорычал я, быстрее двигая рукой, представляя, как будет ощущаться плотный охват его кулака на головке моего члена и кружения его мягкого прохладного языка... Я снова застонал.

Дэн всегда был мастером сосания чужих мужских органов. Но со мной любимый перекрывал все возможные прошлые свои достижения.

– Не торопись, – прошипел я. – Я хочу, чтобы твой язычок поиграл со мной, прежде чем ты покажешь мне, как выглядишь, когда просишь его.

Его язык выныривает, чтобы слизать каплю жидкости, и Дэн посасывает в желании большего. Жадная порочная маленькая шлюха. Моя личная шлюха. Я снова тяну его назад, похлопывая своей длиной по его губам и спрашивая:

– Ты уже думал об этом раньше? Когда слизывал свой десерт с ложки или посасывал соус на кончике большого пальца, ты представлял мой член между своими губами?

Он кивает и смотрит с приоткрытыми для меня губами.

– Хочешь его?

Кивая снова, Дэн смыкает губы, только чтобы прошептать:

– Пожалуйста.

Со сдавленным стоном, я скольжу на глубину, смакуя ощущения его языка, плотно охватившего меня рта и вибрации от его удивлённого стона. Его глаза округлились только на мгновение от резкого вторжения, прежде чем он расслабился, облизывая, сладко поскуливая и глядя мне в глаза. Я скольжу внутрь и наружу, дыша резко и прерывисто, когда говорю ему:

– Вот так.

...и...

– О-о, сладкий котёнок... соси меня...

Охуенные ощущения...

– Мне никогда не забыть этого зрелища. Никогда.

Его руки тянутся ко мне и обхватывают меня ниже, потягивают и ласкают – и это рай. Это слишком хорошо, и это слишком рано, и я хочу смотреть на его лицо, когда Дэн почувствует, что я кончаю.

Находясь в агонии, я закрыл глаза. У меня не было такого приятного орального секса до Дэна, и я одержим ртом Дэна, его языком и его грязными откровенными словечками.

Я касаюсь рукой его подбородка, шепча:

– Я кончаю. Дэн. Дэн. Пожалуйста... Пожалуйста, позволь мне кончить тебе в рот.

И с резким движением его языка это и происходит – удовольствие ползёт вверх по моим ногам и вниз по спине, пока не становится пульсирующим и горячим, и кожу начинает обжигающе покалывать по всей длине, и...

...и...

...и...

– О-о-о-о...

Я кончил глубоко в горло Дэна, простонав его имя.

Мы занимались любовью, пока солнечный свет за окном не угас, заснули в обнимку, а потом проснулись посреди ночи, изголодавшись друг по другу. И делали это громко, и яростно, и так, как у нас всегда получалось лучше всего – честно.

А затем, насытившись на какое-то время, я потянулся к прикроватному столику за ручкой. Прижавшись к Дэну, я снова вывел у него на бедре татуировку «Всё исключительное – для исключительных», надеясь, что смогу стать для него «исключительным»: бывшим гулякой, преображённым игроком, тем, кто стал его достоин.

Дымчатый кварц рассыпается в струях воды,
Серостью туч разбавляя хрустальную суть,
Влажной земли поднимается пышная грудь
В жёлтом плаще засмотревшейся вдаль резеды...

В смуглой руке – золотая головка цветка,
Дымчатый кварц заслоняет рисунок ключиц,
Серая высь под вуалью дрожащих ресниц,
Медная прядь из-под жёлтого поля платка...

Стебли дождя коренятся в надлунном саду,
Шумной стеной доставая до чёрной земли,
Рано уснув, золотистую юность продли,
В соках травы и заросшем осокой пруду.

Жёлтый венок оживлённой дождём резеды
В рыжую медь растрепавшихся по ветру кос...
Дымчатый кварц преломляет движения грёз,
Серость впустив в ледяные потоки воды.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 20
© 26.11.2020 Человек Дождя
Свидетельство о публикации: izba-2020-2954014

Рубрика произведения: Проза -> Эротика
















1