Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Великая Клоповия, том XI, 96


ГЛАВА 96

Эвона, какой же я всё ж таки молодец! ― не переставал сам на себя радоваться господин лопушинский наместник,― затеял я было отпустить виновного на все четыре стороны, да вот в последний миг одумался и осёкся: «чу, что я вытворяю? ― сказал я сам себе и одёрнул себя самого за поползновение к милости и к жалости, ― в тебе ли не должны видеть законного представителя власти мелкие сошки? не ты ли здесь олицетворяешь суровый остолемский закон, проводя великокняжескую линию в земле, охваченной мятежами и беззакониями?» Отпусти я виновного и заражённого, я бы этим не только осрамил и запятнал моё честное имя, но поспособствовал в пределах лукиановских расползанию мерзкой загадочной заразы, и та болезнь покойницкая одолела бы всех наших подданных, коими поставлен я здесь управлять и помыкать во имя повелителя нашего и владыки всечестнóго, великого князя клопиного, имярека. Никак не могу, не смею распоряжаться чужими жизнями, коль те дóроги, милы и нужны князеви нашему; совсем иное дело, когда речь идёт о жизнях негодящих туземцев, это никому не нужные жизни, я тут волен выделывать из них любые шкафчики и сумки, но когда князем доверены мне клопиные подданные, я неукоснительно обязан, насколько достанет моей выдумки и смекалки, сберегать их жизни во славу нашего всеклопиного отечества, ему же честь и слава подобает во веки веков. Ямочка глубокая, надёжная, решёточкой ещё сверху придавленная, никуда нашему заразному пленнику оттуда в век века не утечь, проверено, испытано многими поколениями, уж в этом я не сомневаюсь. Хорошо ещё, вовремя одумался, покуда в путь-дороженьку этот мертвяк не снарядился: этак ведь он всю эту землю лопушинскую пропитал бы ядами болезней своих неясных, и никакими усилиями врачебными эпидемию бы не повывели. Что меня дёрнуло поначалу изгнать этого заразного из полиса нашего? и чем бы этот мой неверный шаг аукнулся впоследствии? Уж коли заразен, пущай себе сидит и мается с остальными заразными, если ему припала охота путешествовать, сам виноват, не надо ему было сталкиваться с этими покойниками. Ничего путного от покойника ожидать не приходится: этот воевода только и рыщет в окрестностях, где бы и кем бы поживиться. Но я не допущу, чтоб Левантис, Пивантис или иное какое могильное пугало, набитое гнилью, смело домогаться подвластных мне клопиных обывателей. Я несу ж за них за всех ответственность перед его клопиным величеством.

    Мало жизни Лукиана беспокоили, однако ж
    Помертвел он от испуга, от сильнейшего волненья:
    Мертвяки ведь воеводы с плотоядными когтями...
    Это вам совсем не шутка! «Надо быть поосторожней
    С тем Левантисом лукавым», здраво рассудил наместник,
    Раз столкнувшийся с известным замогильным воеводой.
    «Ни один меня ничтожный сын земли не беспокоит,
    Ни одна меня так сошка сильно столь не задевает,
    Сколь наличие дедули-полководца вблизи наших
    Упоительных владений, вотчины сей лопушинской». (1513)

― Шатающихся вылавливать и доставлять в зловонный погреб.
― На то ваша воля, господин наместник, ― лебезили служки.
― Всех, кто замечен в соприкосновении с мертвяками, сажать в помянутую яму, никого не отпускать, никого не выпускать, заразы никакой не допущать, понеже расползание мертвечины есть гной и пагуба для всех нас, возлюбленные мои, ― поучал служек Лукиан, и те послушно кивали пустыми и ничем не занятыми тыковками в ответ на каждое словечко лукиановских заунывных поучений:
― Бездельников будем отлавливать и выставлять вон за ворота.
― Да, именно, что одних только бездельников, не заражённых; а в отношении заразных поступайте по предписанным мною указам: бросайте их в яму, никого не отпускайте, всех в одну кучу, никому воли не давать! Ежели мы так щедро начнём распускать заразных, они вскорости заполонят всю нашу вотчину, и тогда всем нам сразу придёт каюк. Нельзя ни в коем разе допустить расползания того гноя покойницкого, какой берёт свои истоки от деда-воеводы. Мне давно уже известно, давно я наслышан об этом дедушке: вредоносен зело и многодерзостен, «не пора ли его прикончить?», нередко подумываю, но сразу приходит на мысль горестное соображение: «да и как же его тут прикончишь, когда дедуля давно покойником заделался?» Оно ведь и вправду: нельзя убить умершего, оно дико, неразумно звучит, скорее умерший всех нас тут прикончит, нежли мы его всем скопом одолеем. Но делать нечего: войсками надо нам всячески дорожить, жизни клопиные всего дороже, потому вот мы и в войну с полчищами мертвецкими отнюдь ввязываться не будем и попытаемся по-любому отдаляться от решительных действий, на какие всех нас будет вызывать лукавый полководец. Основная ибо задача, возлюбленные мои, это всячески противиться дедушкиным поползновениям разжечь в наших краях жестокую войну, но мы не поддадимся обманчивому искушению, останемся верны идеалам и нормам миролюбия, для того и оповещаю ныне народ мой: «бдите убо, да не впадут братия ваши в пагубное военное состояние!» Мы должны сохранять себя на семена, во имя священной борьбы с теми племенами лопушиных земель, какие повсеместно поднимают, восставая, против нас и величия нашего свои слепые головы. Нам, воинам света, вовсе нет смысла вступать в противостояния с дедом Левантисом и терять сотнями тысяч лопушинское население! наше святое клопиное племя обязано сберегать себя во имя подавления, где б оно ни возникало, недовольства среди местных неслухов.
― Истинно так, ваша милость: дóлжно самих себя беречь, чтобы не пасть жертвами беспощадных покойников деда-воеводы; нужно остерегаться необдуманных шагов, не погибать под жвалами злых покойников, но всячески уворачиваться от укусов и от войн с теми нежитями, но гнобить местные племена, ихже наплодиша ту зело.
   С того же дня и с того же часа начали беречься жители столкновений с дедовыми покойничками: всю свою отвагу сосретодочили они на борьбе с местными племенами и народностями, ходящими, говорящими и, главное, мыслящими иначе, нежели ходили, говорили и думали все пришлые остолемщики-завоеватели. Мертвяком их запугать захотели? Пожалуйте, пугайте сколько угодно: они же нимало на провокации не поддаются. Вся их удаль молодецкая направлена на подавление внутренних смут и мятежей, воевать же со всякими покойниками, откуда б они ни повылезли, им недосуг, на то у них свои причины имеются. Пускай же, если кому не лень, занимается всеми этими покойничками, «а нам не до трупаков, мы ж истинные воины великого нашего господина наместника, потому в ложном геройстве славы не ищем и не пытаем, но воюем со тьмою и невежеством и в том лишь величие наместника полагаем, дабы в согласии с отцом нашим способствовать вящей славе повелителя и владыки нашего всеклопиного, его величества князя имярека!»

    Таково они сказали, таково они судили.
    Лукиан их ободряет, Лукиан благословляет
    На геройства: «завоюйте сии пустоши, лютуйте,
    Никого здесь не щадите, вы хозяевами стали!
    Господам же всё прилично, всё дозволено, отлично,
    Время здесь препровождайте, земли эти зачищайте
    От племён всех инородных, от народишек негодных,
    Ибо князь повелевает, да очистится вся область,
    Ни один не уцелеет из противящихся власти». (1513)








Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 3
© 21.11.2020 Лаврентий Лаврицкий
Свидетельство о публикации: izba-2020-2950704

Рубрика произведения: Проза -> Роман


















1