Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Великая Клоповия, том XI, 94


ГЛАВА 94

Юнец ущемилинский, сведав от беженцев о постигшей его родные пенаты нежданной катастрофе, опечалился по поводу гибели самого города и беднейших слоёв клопиного населения, но порадовался тому, как судьба распорядилась в отношении его заклятых врагов, дядей и тётушек, дедушек и бабушек, кузин и кузенов: «и поделом, неча меня было в чёрном теле держать, по мозгам бы не получили, а не хотели меня вовлечь в семейное дело, погибайте с музыкой!» Юнцу не было жаль погибших в окружении врага деда и бабки, папки и мамки, они давно оказались для него потеряны: в них нет к нему любви, чего тогда ради он должен о них плакать?
― Что, дед ещё в полисе? ― полюбопытствовал изгнанник.
― Ещё там и невесть когда изыдет оттудова, добрый господин.
― А с чего ты взял, что я господин? ведь я ничем не владею.
― Метка у тебя на лапке виднеется, по ней всех вас узнаю́т.
― Значит, в пенаты мне покудова соваться небезопасно.
― Ни под каким видом: покойнички так и шастают, родимый.
― И что они мне сделают, эти твои покойнички? Зарубят?
― Ой, и не поминай их, нежитей! Они тебя в зомби обратят.
― Нешто возможно насильно обращать кого в зомби? Шутишь?
― Ни слова не прилгнул: дед велел кусать всех живых, ей-ей.
― Зачем только такое вашему деду понадобилось? смысл какой?
― А такой и смысл, что, покусав живого, они посвящают вас...
Посвящают? и что ж это значит: «посвящают»? и во что?
― Покусанные обращаются и посвящаются в мертвяки, сынок.
― Вот те нá! ― воскликнул юнец, ― что за каверзная незадача!
― И что делается потом с покусанными? Видал ли покусанных?
― Да как же не видать? Конечно, видал: за мной погнались.
― И шибко ли ходят эти покусанные? Могут ли они настигнуть?
― По идее, вполне даже могут, главное, чтоб убегать проворнее.
― А давно ли эти покойники ходят по нашим землям, дедушка?
― И-и... с незапамятных седых годов, как деды наши баили.
― И столько лет ходят, а так никого и ничего и не завоюют?
― Отчего ж не завоюют: где ни возникнут, моры, пожары, горе.
― Но ведь жизнь-то не прекращается, стало быть, побеждают.
― Хвала богам, они шибко рассыпаются, хлипкие, как из песка.
― А воевода их, он что делает? Давно ли водит свои полчища?
― Ино вот целых сто лет не видать было, так опять восстал.
― Хех, вот ведь какой живучий, бродяга, и помереть невмочь!
― Да незачем деду помирать, он и без того, бают, умерши.
― Тогда я ничего не понимаю: как же он восстаёт из могилы?
― По грехам нашим казнят нас небожители клопиные, детка.
Ответив на все вопросы юнца, дедок-жучок поплёлся себе далее.
Юнец призадумался: «это сколько же наши родичи нагрешили да накуролесили, коли по их души наведался тот жуткий воевода, при коем такое множество покойников!» Горестно вздохнув, молодой, но уже успевший узнать, где лихо зимует, ущемилинский отпрыск отправился своей дорогой, держа путь в края Лопушиные, где, как ему сказывали, весьма успешно управляет областью некий Лукиан со своими приближёнными. А поскольку об этом начальнике он от одних папки и мамки и мог услышать, то, естественно, плуты ввек плута не осудят, и сведения юнец имел о господине наместнике до того ложные, что, сам того не ведая, стремился в пасть к лукавому хищнику и плотоядному зверю. «Пойду в те земли, где управляет, по указу князя нашего, великий и справедливый наместник, уж его моя особа наверняка порадует, коли тот наместник справедлив, не любит лжи, избегает кривосудия...» И сколь же наивны были тогда все его представления о лукавом наместнике Лукиане, чей гадкий, осклизлый alteregoразгуливал в эти дни по клопиной державе, где только мог, причинял жителям урон и губил сотнями и тысячами в захваченных им поселениях всё злосчастное клоповство!
   Юнцу понадобилось около месяца для того, чтобы пересечь всю ту беспредельную даль, какая лежала меж Остолемом и тем краем, в котором владычествовал на правах местного мелкого князька его милость, наместник, господин Лукиан. Приволокшись в ту область на исходе китóния-месяца (нашего августа), юнец ущемилинский с запозданием осознал свою непоправимую ошибку: вот не надо ему было туда соваться, нехорошее это, гнилое местечко, здесь ему не только не достичь никаких общественных высот, но вообще вполне можно схлопотать обвинение в шпионаже и утопление в озере.
― Помеченный приплёлся, ― тихо доложили видевшие юнца г. лопушиному наместнику, когда тот поутру наслаждался чаем, ― в их полисе знатная семейка есть, они там все помечены, неизвестно почему этого выгнали из родного дома, наверняка нашкодил. Нам, господин наместник, неплохо б им заняться: ну как тать какой-то?
― Я уверен, что он простак: дельцы плутягу бы не выставили из родного дома, если его выгнали, значит, он честный малый, но это, скажу я вам, намного опаснее, нежели иметь дело с нечестными: у порядочного стойкая воля, негнущаяся спина, с таким опаснее, вóт что я вам на это скажу, любезные. И гнать бы вам его подальше, не то этот честный всё наше болото осушит и всех тут взбаламутит.
― Значит, обвиним и посадим за вёсла, на галеры его, глупого.
― А что, отличное применение честности! ― улыбнулся плут.
― Важно не допустить этого простака до ведения наших дел.
― Ни под каким видом я этого не допущу и ему не позволю.
― Итак, замётано: меченого на подневольную греблю, немедля.
― Именно: никакого снисхождения к порядочным клопишкам.







Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 2
© 21.11.2020 Лаврентий Лаврицкий
Свидетельство о публикации: izba-2020-2950701

Рубрика произведения: Проза -> Роман


















1