Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Анамнез конфликта "отцов" и "детей" в семье


Сергей БОРОДИН

Прошло уже более полутора веков с тех пор, когда в 1862 году Иван Сергеевич Тургенев опубликовал свой на редкость прозорливый роман «Отцы и дети», в котором он с поразительной убедительностью представил вниманию общественности неожиданно обострившуюся проблему непрерывно углубляющегося взаимонепонимания между старшим и младшим поколениями просвещённых слоев общества, что обрело характер универсального явления вне зависимости от того, каких взглядов на жизнь придерживается тот или иной человек – консервативных или либеральных. Наиболее остро данная проблема проявилась в области семейных отношений, к чему общество было абсолютно не готово, поскольку на тот момент институт семьи считался чрезвычайно устойчивым, поколебать хоть в малой степени патриархальные основы которого по определению не дано было никаким суперсовременным веяниям общественной жизни.

Однако, если до крестьянской реформы 1861 года конфликт поколений на семейном уровне достаточно успешно нивелировался существующим с архаических времён комплексом традиционных обычаев и обрядов, когда каждому поколению были предписаны строгие нормы и правила поведения в рамках существовавшего правового уклада общественной и семейной жизни, то получивший в пореформенный период широкое распространение среди молодых интеллигентов нигилистический образ мышления, что предполагало бескомпромиссное отвержение любых авторитетов как на общественном уровне, так и в семейных отношениях, стал тем штурмовым орудием, с помощью которого силам античеловеческой направленности удалось разрушить защитные фортификации семейной крепости, в результате чего внутрь этого оплота нравственности социальной жизнедеятельности людей ворвался крушащий его вековые фундаменты вихрь деструкций. В короткие сроки рухнули ранее надёжно действующие ограничители, которые не позволяли межпоколенческим противоречиям в семейной среде доходить до уровня открытого конфликта, что в сложившихся обстоятельствах привело к неслыханному полыханию конфликтности между поколениями в семьях вне зависимости от их принадлежности к тем или иным сословиям. Сам же означенный конфликт «отцов» и «детей» с ходу выявил в себе характерные признаки непримиримости и системного разлада, что положило начало активной фазе эпопеи разрушения семьи, в завершающем итоге чего силами деструкции запланировано полное и окончательное уничтожение семейного уклада жизни человека.

По мере приближения к окончанию XIX века данная проблема не только не находила хоть какого-то смягчения своей принципиальной основы, поскольку императорским обществоведам недосуг было заниматься такими «мелочами» на фоне обострения политической ситуации в стране, но и становилась всё сложней и многоаспектнее ввиду того, что нигилистическая разночинная шатия-братия явилась той питательной средой, в которой конфликт поколений, наряду с его серьёзным углублением в высших слоях общества, быстро распространился и среди низших слоёв, оказав существенное отрицательное воздействие даже на семейно-родовые отношения крайне консервативных крестьянских общин.

События же 1917 года и последующих лет гражданской войны вообще возвели проблему семейного межпоколенческого разлада на уровень всемерного поощрения собственного мнения молодых при полнейшем игнорировании мнения старших, которых заклеймили, как носителей мелкобуржуазной идеологии. Собственно, после подобной многолетней практики разгула молодёжного авантюризма при полномасштабном уничижении влияния старших появившиеся трещины в межпоколенческом взаимодействии с течение времени всё более увеличивались в размерах, что привело в переживаемую сегодня пору смены тысячелетий к окончательным межпоколенческим разломам, устранить которые теперь уже вряд ли удастся в связи со спецификой нашего времени в части продвинутого расчеловечивания людей.

Таким образом, выявленная И.С. Тургеневым проблема прогрессирующего конфликта поколений продолжает сохранять свою актуальность и в сегодняшних реалиях, причём на описанную им мировоззренческую основу межпоколенческого отчуждения наше время наложило весьма тяжкий груз последних конвульсий семейного уклада жизни современников, в результате чего сама межпоколенческая конфликтность стала значительно резче и недоговороспособней, обретя жестокость безнадёжной хирургической операции.

Извечную проблему сложных, противоречивых, порой – невыносимо жёстких взаимоотношений «отцов» и «детей», перефразируя близкую по существу рассматриваемых явлений классическую философскую концепцию «единства и борьбы противоположностей», являющейся универсальной характеристической чертой любой устойчивой агрегативности, имеет смысл определить, как «единение противопоставлений». Если исходить из убеждения в непреходящей жизненной ценности семейно-родовых агрегатов, то приведённое в рассматриваемом контексте понятие «единение» объединяет в себе весь спектр центростремительных устремлений сородичей, направленных на всемерное упрочение и развитие семей и Родов. Понятие же «противопоставление» суммирует собой всё разнообразие центробежных целеполаганий, провоцирующих сородичей на реальные действия по развалу и уничтожению на корню семейно-родовых первоистоков.

Сложившееся в стране на данный момент информационное общество предлагает современному молодому человеку массу вариантов по преодолению любых возникающих у него проблем. Другими словами, достаточно ему зайти в какую-нибудь социальную сеть с опубликованием запроса на помощь себе в случившемся с ним затруднении, как на него обрушивается вал разнообразных советов по разрешению его неприятности – останется только выбрать приемлемый способ и, может быть, уточнить у авторов присланных постов какие-нибудь своеобразные подробности. В связи с подобной практикой преодоления жизненных трудностей молодым человеком наших дней роль его родителей, как советчиков или помощников ему в расшивке возникших перед ним препятствий, кардинально снижается, ибо они в принципе не имеют возможности соперничать с информационной средой сети ни по оперативности отклика на его беду, ни по полноценности своих советов, ни по безстрессовости общения с ним.

За всеми родителями, без разницы – понимают они свою миссию или нет, сознают свой родовой дар или нет, тянется нескончаемый шлейф культурных традиций и древнейших пластов народной памяти. Это, так сказать, лицевая сторона облика старших поколений. А обратная сторона этого облика состоит всего лишь из одного единственного вопроса: «Соответствуют ли сами родители вековым традициям своего Рода по вопросам взаимоприемлемости и взаимоуживаемости со своими детьми?» И если культурный код в любом случае, прямо или подспудно, как правило, положительно влияет на поведение родителей по жизни, то на вопрос в части обратной стороны их облика ответ в большинстве случаев отрицательный: многочисленные примеры из реальной жизни говорят за то, что значительное большинство современных родителей не соответствуют мудрости предков по вопросам взаимодействия с детьми, и более того – не знают и не желают знать ничего из опыта своих предшественников по установлению нерушимой родовой связи между поколениями в семье.

Обычно при общении и взаимодействии со своими взрослыми детьми у них всегда и по всем вопросам проявляется бескомпромиссное чувство абсолютной уверенности в своей правоте, а также подсознательное стремление к безоговорочному доминированию по всем жизненным направлениям над своими детьми без поправки на их взрослый возраст, то есть по родительскому убеждению «дети» должны думать и вести себя по жизни только так, как диктуют им их «отцы». В современных же условиях неограниченной доступности множества источников информации по самым различным областям жизнедеятельности человека «дети» как в юношеский период своей жизни, так и в зрелом возрасте прекрасно осведомлены практически по всем вопросам семейных и межпоколенческих отношений. По этой причине в приложении к уже достаточно сильному чувству собственного достоинства взрослые дети, конечно же, напрочь отвергают давно ставшую неактуальной и деструктивной доминанту заскорузлых родительских наставлений по самым мелочным поводам, что вызывает у них самые разномастные реакции – от смешных до негодующих. Когда родители привычно не осознают раздражающую смехотворность к месту и не к месту проявляемого ими пафоса бесконечных, часто – откровенно оскорбительных поучений, а их повзрослевшие чада не заморачиваются при этом культивированием в себе таких черт характера, как тактичность, терпение, выдержка, способность к прощению, да и просто – снисхождение к старости своих родителей с человеческой благодарностью им за всё, что они представляют сами из себя по жизни, в большинстве случаев межпоколенческое общение в семье заканчивается той или иной степени накала конфликтом с взаимными упрёками, руганью, скандалами, а то и полнейшим разрывом отношений между сторонами конфликта на долгие годы, а зачастую – и навсегда.

Если пытаться серьёзно разбираться с подобной родственно-семейной конфликтностью, то при определении уровня виноватости сторон происходящих выяснений отношений действительно объективный дознаватель в любом случае возложит фактически равную вину на обе стороны. Причём на первый взгляд вина эта носит безусловно личностное измерение. Да и в самом деле, ведь в оперативном плане молодые дадут 100 очков форы родителям по информированности о специфике и деталировке многочисленных вопросов текущей жизни, а спесиво демонстрируемое неприятие родителями непреложного факта в том, что молодые сильны в частных аспектах, а старшие – в общих, отражает их невежественную упоротость по абсолютизации исключительной правильности собственных мнений при само собой разумеющейся ничтожности мнений молодых, что является следствием естественного ослабления разума престарелых родителей с примитивизацией их мышления. Однако же, на этом фоне амбициозность, снобизм, заносчивая самоуверенность, а также ощущение естественного по возрасту физического превосходства над стареющими родителями не делают чести молодым в конфликте «отцов» и «детей».

В действительности же личностное измерение множащейся неразрешимой конфликтности между «отцами» и «детьми» – всего лишь производная от более масштабных процессов, имеющих глобальное измерение. Для тех сил общемирового «глубинного государства», которые запустили в мире людей глобализационные процессы, принимающие на сегодня формат всеобщей цифровизации, одним из важнейших постулатов, который эти силы через своих служек-легионеров внедряют в сознание людей повсюду на земном шаре, является безальтернативность уничтожения семейных отношений, в каком бы виде они не существовали в человеческих сообществах. Именно данная психическая установка, самыми различными путями доводящаяся до сознания каждого человека, как раз и приводит к ярой конфликтности современных семейных отношений. Посвящённые в эти хитросплетения люди понимают, что семейные конфликты проистекают не из-за изначальной ущербности природы людей, а по причине целенаправленного воздействия на них через правовую базу, культуру, социум и психическую обработку, что приводит с детских лет к формированию у человека рефлексии по благоприятствованию свободе нравов и стереотипу восприятия семьи, как фактора, ограничивающего развитие личности человека, не позволяющего ему добиться полноценной самореализации и блокирующего его интеллектуальные и духовные способности.

Другое дело, что львиная часть людей по своему интеллектуальному развитию уже не способна осознавать подобные познания о цифровиках-глобализаторах, поскольку ввергнута надмирными силами в воронку всеохватной инволюции, зримо наблюдаемой как процесс кардинальной деградации человеческого существа в целом. А посему и родители, и дети, будучи не понимая факта внешней наведённости состояния их враждебности по отношению друг к другу, самозабвенно отдаются перманентной «войне» между собой, из ложных посылов забыв при этом самое главное, что их сакрально связывает по жизни, – человеческое благолюбие и добротосердие.

По сути же, родители никогда не должны опускаться настолько низко, чтобы без конца по любому поводу диктовать молодым свою волю и в состоянии примитивного самолюбования пытаться выставлять себя перед молодыми более информированными обо всех явлениях жизни. Они не имеют права злиться и обязаны прекратить негодовать на заслуженное своей же выставляемой напоказ глупостью неуважение к себе со стороны молодых, воспринимающих словеса «отцов» в качестве вербальных испражнений псевдоразумных существ, которыми, к их глубокому сожалению, они были рождены, правда – ещё в пору не потерянной родителями разумности, к земной жизни.

Злобные психотипы непримиримых вражин два века назад были привиты людям, состоящим в дуальности «отцов» и «детей», о чём во всеуслышание и заявил гениальный русский писатель И.С. Тургенев. Выведенный им в XIX веке на площадки общественных дискуссий межпоколенческий конфликт «отцов» и «детей» к началу XXI века наконец-то достиг своего смыслового завершения, оказавшись при этом явлением общепланетарного масштаба. К сожалению, эта завершённость трагична в самой своей основе с точки зрения судеб человеческой цивилизации, поскольку, несмотря на обнародование данного иезуитского извращения изначальной праведности семейных отношений, люди с той поры не только не нашли способа преодоления этой червоточины, разрушающей человеколюбивую семейственность, но и бездумно, в тёмную, нацепили на себя ярмо личного участия во всемерном усугублении семейных проблем.

В результате, сегодня во взаимоотношениях взрослых «детей» и престарелых «отцов» сложилась всем привычная, стандартно разыгрываемая и донельзя гнусная ситуация, противная человеку здравого разума настолько, что дальше некуда – «отцы» и «дети» стали дисфункциональны в отношении друг к дружке. У «отцов» – свои семьи или одинокая унылая старость, а у «детей» – свои семейные очаги или полная свобода от семейных уз; пересечений же между собой практически избегают и те, и другие, ибо всё-таки иногда случающиеся гостевания у какой-либо из сторон исходной дуальности обычно приводят к взаимным упрёкам, откровенным унижениям, стойкому отчуждению, а также к падению какого-либо взаимного интереса, исключением чему составляет разве что копание в грязном белье другой стороны конфликта. С прискорбием, приходится констатировать, что в реальности жизни людей подобные, можно сказать – уже ставшие шаблонными, взаимоотношения «отцов» и «детей» стали характерными для подавляющего большинства современных семей.

Современные остатки древних, проверенных на жизнеспособность многими сотнями поколений наших предков, семейно-родовых структур в лучшем случае включают в себя прадедов, дедов, отцов, детей, внуков и правнуков, а в худшем случае, наиболее распространенном в переживаемый нами момент исторического бытия, – только «отцов» и «детей», при наличии целевого цивилизационного заказа мирового «глубинного государства» на неуклонное снижение в этом бинаре численности «детей», что не является уже тщательно скрываемой от широких масс людей тайной из-за наличия многочисленных косвенных признаков тенденции к устойчиво депопуляционному сокращению деторождаемости среди населения планеты с педалированием пробирочного размножения человекоподобных существ, призванных повсеместно замещать природное человечество.

И как же при таком раскладе дел должны в идеале выстраиваться отношения между «отцами» и «детьми»?

По своей исконной природе «отцы» при нормальных человеческих взаимоотношениях призваны мощью своего духа залечивать душевные раны своих «детей», внуков и правнуков как во время реальных встреч с ними, так и в удалённом состоянии. Молодые при этом должны чувствовать душевную теплоту, любовь, всепрощение и эмпатию со стороны своих родителей, чтобы каждый случай прямого общения с ними или даже просто нахождения в обществе с ними придавал бы им повышенный заряд сил жизни, которых с лихвой хватало бы на свершение самых дерзновенных проектов и задумок. Сила духа «отцов» и чистота их помыслов сущностно важны «детям» для помощи в избавлении от любой скверны, приставшей к ним в их жизненных перипетиях, а также для того, чтобы повышать их собственный духовный иммунитет для самостоятельного отвержения скверны всех типов в будущем, когда «отцы» присоединятся к праотцам в мире нави.

Ну, а «отцам» при всём при подобном взаимодействии с «детьми», на самом деле, требуется совсем немногое: практическая реализация своего естественного права на восприятие от «детей» искренних, а не лицемерных знаков любви, внимания, благодарности, уважения, заботы и, главное, без какого-либо ложного чувства страха показаться перед кем бы то ни было слабым или жалким человеком открыто демонстрируемая своим «отцам» необходимость их пожизненного словом или делом вспомоществования потомкам в наиболее эффективном одолении ими даже самых сложных преград, которыми могут быть осложнены жизненные Пути «детей».

Таким образом, для всестороннего процветания родовых семей важны не бесконечные мелочные пикирования ущербных внутрисемейных перфекционистов, а реальное единение чётко сознающих свои предназначения по жизни «отцов» и «детей», что создаёт высочайший синергический эффект, позволяющий «отцам» и «детям» счастливо жить, испытывая небесную благость от каждого мгновения земной жизни!

7.08.2018 – 12.01.2020






Рейтинг работы: 2
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 14
© 19.11.2020 Явогор Смоленский
Свидетельство о публикации: izba-2020-2948288

Рубрика произведения: Проза -> Эссе


Георгий Иванович Солнца       19.11.2020   16:56:25
Отзыв:   положительный
Разумно и полезно.
Вот ещё кто бы прочитал - кому нужно.
А уж.
Воплотить это...!?!
Явогор Смоленский       20.11.2020   11:21:30

А вдруг всё же найдётся какой-нибудь из "белых ворон" ? Вдруг прочитает? А может и расскажет кому из дауншифтеров или уникумам из экопоселений? Вдруг кто-нибудь из их числа захочет воплотить эти идеи в порядке эксперимента? ... Но вы правы, вряд ли это кому-то понадобится. К сожаление, такова реальность за окном...
















1