Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Великая Клоповия, том XI, 84


ГЛАВА 84

Ядовитый напиток, имже попотчевала вдова Помрачения супруга, после кончины несчастного был незамедлительно выплеснут вдовою в окошко. Одно лишь не рассчитала душегубица: зелень, егда ей изливати было ядовитое снадобье, побурела, слегка задымилась и скукожилась, однако же чёрная вдова не обратила на это никакого внимания. Отделавшись от надоедливого мужа, Помрачения не преминула вздохнуть с облегчением: «наконец-то я освободилась! отныне никто надо мною не властвует и не господствует!» Никого она не заметила из возможных свидетелей и очевидцев устранения опивков после окончательной роковой мужниной трапезы: если бы кто явился свидетелем того, как она расправилась со своим мужем, она бы с таким вот очевидцем обошлась таким же точно образом и устранила б его столь же бездушно и ненасытно, как и несчастного своего законного мужа: просто насадила бы свидетеля на остриё и провернула бы это остриё у свидетеля в животе, пока бы очевидец, истекая рыжей жидкостью, не испустил последний вздох. Дважды вдова отныне вконец очерствела каменной душою, она постановила сама для себя, что лучше слиться со всеми во всеобщем карнавале безумия, нежели поддерживать настоящие духовные связи со всем внешним миром клоповства. И потому, когда к полудню следующего дня к ней заскочила одна излишне любопытная соседка и завела издалека разговор о том, насколько сильно потемнела земля под окошком у вдовицы, Помрачения, выхватив кухонный тесак, с размаху тюкнула им по лбу свою незадачливую соседку: «будет во всякое тёмное дело рыло своё совать, голубушка!», безразлично по этому поводу высказалась госпожа хозяйка. После устранения той любознательной знакомой преступная вдова прикопала соседкино тело у себя в палисадничке, в непосредственной близости от дома: «подите-ка сыщите, никогда не отыщете!» А понеже любопытная, любознательная соседка проживала одна, в полном одиночестве, в её отсутствии мало кто усматривал нечто небывалое, на что бы тут следовало обратить особое внимание: ну, нет одинокой тётеньки у себя в доме, значит, отлучилась по важным делам, с племянниками попросили посидеть да понянчиться, ибо все знали, что у соседки, как у многих одиноких клопих, имеются малолетние племянники.
   А покуда докопались до истинного положения вещей, госпожи в их городишке два с половиной месяца как уже не было в наличии: она, само собою разумеется, не захотела дожидаться, когда пелена спадёт со слепых бельм сотрудников полиции, когда ретивые клопы ударят во все колокола, когда ловушка захлопнется. Коварная и лукавая вдова поспешила умотать подальше из этих мест, покуда с нею не решили обойтись, как и она сама обошлась со всеми, кто её задумать обвинить в устранении законного её мужа. Полиции стало как-то странно: почему это вдова всё сидела на одном и том же месте, как пришпиленная, никуда не ездила, и вдруг сорвалась так с места и ринулась в неизвестном направлении? Отчего это зелень, до недавнего времени сочно-зелёного, почти изумрудного оттенка, ни с того ни с сего потемнела, побурела, пожелтела, хотя до осени, до холодов и слякоти ещё ой как было далеко? Попробовали оную зелень на спил, попотчевали ею одну тлю, а та тля возьми да умри, корчась от диких болей в желудке. Тогда полиция уразумела, что в зелени содержался опасный яд, от коего и наступила загадочная на тот раз смерть законного супруга непонятной вдовы Помрачении.
― Вот ведь какая лукавая животина, ― удивлялась полиция, ― в ней вообще не осталось ничего клопиного, она губительница, как ей вообще взбрело в голову выйти замуж? И зачем ей нужно было, чтоб у ней непременно оказался под боком послушный муж? ведь, как показала его загадочная кончина, он ей вообще не был нужен и она глядела на него, как на орудие по вышибанию соседок из дома да по устранению больных и нищих попрошаек, какие оточали их с мужем жилище, не давая вдове пожить в тишине и в довольствии да наслаждаться покоем и однообразным течением времени.
   Но тщетно было строить предположения: даже сознание её вины, коли на то пошло, никак не могло поспособствовать её поимке, бо сiя бестiя далече отыде места сего, и не бе знаяй, идеже есть та, юже обвиняху в умышленном душегубстве. (1507): полиция поняла, что вдова причастна к устранению нескольких лиц обоего пола, но ничего не могла поделать; суд заочно осудил вдову на утопление в озере, да вот никто не мог привести приговор в исполнение, ибо во дни тыя никто же знаше, куда уйде вдовица сiя лукавая. (1507): с поимкою преступницы надо было поспешать за два месяца до того дня, как полиция и суд осознали виновность госпожи вдовы, но не тогда, когда её уж и след давно простыл. Полиция задним умом же настолько была крепка, что осознание виновности посетило умные полицейские головы только спустя два с половиной месяца опосля побега вдовы из их родного клопиного поселения! Судейские тоже не отличились особыми умственными способностями: законников отличало излишнее рвение в мелких и незначительных делишках и в житейских дрязгах: судьи и обвинители обожали выслушивать и смаковать пасквили учителей на отчимов, зато когда дело касалось выявления истинных злодеев, тут и полиция, и суд садились сразу же в калошу и ничего не могли толком поделать, ибо разучились в такие серьёзные дела вникать, а может, никогда и не умели такого производить: сплетни полиции и судам все мозги повыели...







Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 2
© 14.11.2020 Лаврентий Лаврицкий
Свидетельство о публикации: izba-2020-2944219

Рубрика произведения: Проза -> Роман


















1