Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Кто такие охотники-промысловики?


      Ну кто же не знает, кто такой охотник-промысловик? Можно вспомнить фильмы про войну, где охотники-промысловики показывают чудеса своих навыков и возможностей. В кинофильме «Тунгус», про снайперов, этот Тунгус в пятистах метрах от себя сначала белку рассмотрел, а потом ей пулей из обычной трехлинейки в глаз попал. В фильме «А зори здесь тихие» главный герой по звуку криков сорок количество патронов в рожке автоматов немецких диверсантов определял. По царапине на стволе березы вес их груза (взрывчатки) до миллиграммов вычислял. И еще он лапти из бересты обычными нитками шил. Такие нигде не пропадут и с ними как за каменной стеной. Не даром же по ТВ показывали, как наши спецназовцы ездили учиться уму разуму у сибирских староверов отшельников. Они тоже, кстати, потомственные охотники-промысловики. И прямо сейчас, где-то вдали от всех благ цивилизации, в бескрайней тундре и непроходимой тайге, в снег и дождь, терпя лишения и всякие сложности, забыв о прелестях современной жизни и ежедневно рискуя своей жизнью, добывают мягкое золото. В общем и целом, и проще говоря охотники-промысловики, это наши отечественные, российские и самые настоящие супермены.
            Вот только в реальности всё выше сказанное не совсем так. Точнее, совсем не так. Одна только Дания, страна такая, на своих зверофермах выращивает и продает столько шкурок соболей и норок, сколько все наши охотники-промысловики добывают за десять, а может и больше лет. И заметьте, без всяких лишений и риска для жизни, без отрыва от благ цивилизации и вдобавок с большей зарплатой. Зверофермы есть и у нас в России. Спрашивается, а почему в России профессия охотник-промысловик еще не упразднена?
         Суть работы современного охотника-промысловика, как и любое другое производство, основано на принципе: с наименьшими затратами добыть побольше продукции. На участке охотника прокладываются несколько охотничьих путиков (тропинок) где через каждые 200 метров ставятся капканы, и охотник-промысловик ходит по этим путикам и забирает попавшихся зверьков. По следам зверьков местные охотники бегать не приучены. Зачем? Рано или поздно зверьки попадут в расставленные капканы и незачем зря ноги ломать, бегая по тайге. Метко стрелять не надо, в следах разбираться тоже ни к чему. Вот с чего начинает своё обучение охоте городской охотник –любитель? С охоты на зайца. Бегает по следам, распутывает сдвойки, стройки и скидки, изучает особенности поведения других животных. Читает охотничью литературу, слушает советы опытных охотников-зайчатников. Ведь какой самый сложный для охоты зверь в тайге? Неуч скажет, что медведь или лось, а вот опытный охотник-следопыт скажет заяц. Будущему охотнику-промысловику знать это не надо. Он наставит петель на заячьих тропах и завтра с санками пойдет собирать добычу.                 Примерно также, как у садоводов-любителей. Те тоже всё чего-то изучают, разбираются в сортах и агротехники, копаются на своих садовых участках, сажают, пересаживают, окучивают, добавляют удобрения… А колхозник-профессионал просто пойдет на колхозное поле с тележкой и наберет что ему нужно, в нужном количестве. Спрашивается, кто больше разбирается в огородничестве и садоводстве садовод-любитель или рядовой колхозник-профессионал? Тоже и с охотниками-промысловиками. Любой начинающий охотник-любитель понимает в охоте гораздо больше.
        Теперь рассмотрим историю появления охотников-промысловиков. Еще в кошмарные времена царизма по угодьям нынешних охотников-промысловиков гоняли оленей или просто жили представители малых народностей. Пришли на их земли казаки-первопроходцы и заставили местных платить им налог пушниной. Чем больше открывали эти первопроходцы земель, тем больше пушнины поступало в казну государства. Но истинная цель этих меховых сборов была в другом. Регулярные и достаточные поступления мехов в казну, подтверждало сохранность вновь завоеванных или открытых территорий.
          Хитрость заключалась в том, что с одной стороны эти земли были государственные, но в собственности местных, малых народностей. Местное население само охраняло свои земли от разных напастей и еще платили налог за право собственности. Вот такая хитрая политика. Со временем малые народности сократились в численности, ушли и пустующие земли стали снова нуждаться в охране и подгляде. Например, от вырубки лесов, бесчинства браконьеров, от пожаров… Кто будет охранять? Специальных охранников на бескрайние просторы нанимать? Так они же первые разрешат и незаконную порубку, и безнаказанное браконьерство… Земли-то ничьи, государственные. Главное хапнуть побольше и вовремя уволиться. В России умных голов всегда было много. Объявили земли охотничьими угодьями и распределили эти земли между местными охотниками. А дальше само пошло. Деревянные самоловы на участках и путиках объявили пережитком прошлого и быстро заменили их на железные капканы. На своих участках сами охотники стали строить домики-избушки. Свои-то участки хозяин не позволит вырубать или сжигать. С браконьерами будет бороться с оружием в руках. Ничего не напоминает? Участок с одной стороны свой, с другой стороны государственный. За охрану этого участка платить специальному охраннику не надо, он сам заплатит шкурками за право владения и возможность охотиться.
         Смотрим дальше. В семье охотника может оказаться несколько сыновей, а охотничий участок-то один. Те сыновья, что до грамоты охочи и в ремеслах с понятием сами на промысловую охоту не пойдут. Они и так заработают на жизнь. А новому наследнику охотничьего участка и уйти на другие заработки нельзя. Придется бросить всё нажитое еще отцом и дедом: избушки с посудой печками и припасами, все капканы и рабочий инвентарь. Это же целое состояние. Очень похожее на добровольное рабство. Войти можно за рубль, чтоб выйти тысячи не хватит.
          Очень часто у охотничьих участков появляются сразу несколько владельцев, которые, мягко говоря, с оружием в руках защищают свои интересы. Соседи знают обычно кто кого, куда и за что, но предпочитают помалкивать об увиденном и услышанном. Так как уже завтра могут оказаться в той же ситуации, где тайга закон, а медведь хозяин. Потому чужих не любят и не привечают.
           Особенно туристов. Турист пришел и ушел. Вроде ничего плохого не сделал, но дверь в избушку не так закрыл. Банки с недоеденной жратвой вокруг избушки раскидал или просто пару оберток от конфет уронил. Потом пришел заинтересовавшийся медведь и уже свой порядок навел. В итоге остались от избушки рожки да ножки. Охотник среди зимы с последней надеждой и на сломанной лыже к бывшей избушке пришел и вместо теплого ночлега кукиш нашел.
Мало кому известно о беспределе местных князьков из представителей малых народностей на своих родовых угодьях. На этих угодьях предки хозяина жили, охотились и гоняли оленей. Если обычные охотничьи участки могут менять иногда владельцев, то родовые участки неприкосновенны. Как там меняются хозяева большая тайна. Эти хозяева нанимают кого ни попадя на осмотр своих охотничьих путиков. Капканы хозяина, избушки хозяина, еда тоже от хозяина. Его работник должен ходить по путикам и снимать попавшихся соболей. Весной хозяин может быть и расплатится со своим работником, не забыв вычесть свои издержки. А может заставить остаться еще на зиму или две за долги. О спасшихся рабах из Чечни и Дагестана не раз слышал и видел. О освободившихся работниках-промысловиках даже не слышал.
          Прошли те времена, когда Дерсу Узала и Улитканы водили государственные экспедиции по неизведанным местам. Сегодня с потомками этих проводников в тайге лучше не встречаться. Все пришлые им должны. Должны пожизненно и должны отдать всё. А если что случится, мягко говоря нехорошее, то местным индейцам, так их теперь называют, разве что погрозят пальчиком и скажут: «Так делать нельзя!»
           Очень надеюсь, что мне удалось рассказать кто такие современные охотники-промысловики. Метко стрелять и тем более влет им не надо. Они и не умеют. Стрекот сорок для них лишь птичий крик. Следы зверей отличают друг от друга, но не более того. Лапти шить нитками тоже не умеют. Если что-то умеют, то просто плетут (лапти) из полос бересты или лыка.
           Есть еще охотники-промысловики-любители. Те, для кого охотничий промысел хобби. Участки у них временные, бесплатной охраной территорий не занимаются. Едут на промысел во время отпуска на основной работе. Вот эти и правда много чего умеют, но о них расскажу в другой раз.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 33
© 08.11.2020 Анатолий Шишкин
Свидетельство о публикации: izba-2020-2939643

Рубрика произведения: Проза -> Очерк


















1