Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Поздние фазы


Поздние фазы
Денис:

Все собрались в большом зале, чтобы начать собрание, и я попытался сосредоточиться, но воспоминания о другом столе для переговоров продолжали атаковать мой разум. В какой-то момент Валера встал во главе стола, объясняя некоторые цифры на таблице, и задал мне какой-то вопрос как раз тогда, когда я его совсем не слушал. Клянусь, я бы мог прибить его прямо там. По выражению его лица, я понял, что он догадался, о чём я думал. Он был сущим злом. Часть меня хотела поинтересоваться у его матери, были ли на стенах дьявольские рисунки и сатанинские песнопения в комнате, когда он родился. Оставшуюся часть собрания я мысленно швырял кинжалы в его яйца и внутренне содрогнулся, вспомнив, что нам ещё предстоит двадцатиминутная поездка обратно.

Когда мы вернулись в офис в конце дня, после ещё более напряжённой поездки, у меня всё ещё было ощущение, что Валерка хочет мне что-то сказать. И если он не скажет в ближайшее время, я просто взорвусь. Богом клянусь, когда я хочу, чтобы он заткнулся, он не может держать свой грёбаный рот на замке. Но когда я хочу, чтобы он, наконец, заговорил, он словно язык проглотил. Ощущение дежа вю и ужаса охватило меня, когда мы шли по полуопустевшему зданию к лифту. В ту секунду, когда эти золотые двери закрылись, я пожелал быть где угодно, только не здесь, рядом с ним. Мне кажется или здесь вдруг стало мало кислорода? Глядя на его отражение в отполированных медных дверях, я не мог понять, как он себя чувствует. За исключением стиснутых зубов и опущенных глаз, он выглядел абсолютно непроницаемым. Ублюдок.

Доехав до восемнадцатого этажа, я, наконец, выдохнул, осознавая, что не дышал всё это время. Это были самые долгие в моей жизни сорок две секунды. Я зашёл вслед за ним в смежную дверь, стараясь не смотреть на него, пока он быстро прошёл в свой кабинет. Но к моему удивлению, он не закрыл за собой дверь. Он всегда закрывал дверь. Я быстро проверил сообщения и доделал кое-что по мелочам, прежде чем уйти на выходные. Я думаю, что никогда раньше я так не торопился покинуть своё рабочее место. Ну, не совсем правда. Последний раз, когда мы остались одни на этом этаже, я довольно быстро сбегал. Чёрт, вот когда действительно не следует об этом думать, так это сейчас, в пустом офисе. Только я и он.

Он вышел из своего кабинета как раз тогда, когда я собирал свои вещи, и, не останавливаясь, положил белый конверт на мой стол. Какого хрена? Быстро распечатав конверт, я увидел своё имя на нескольких листах изысканной бумаги цвета слоновой кости. Это были документы, подтверждающие персональный кредитный счёт в банке, с Валерой Русиком в качестве плательщика. Что за чёрт? Он открыл мне счёт?

- Это что такое, чёрт возьми!? – я закипел, вскакивая со стула и поворачиваясь к нему лицом. – Вы открыли счёт для меня? - я уже багровел от ярости. Как он посмел?

Остановившись на полпути и слегка поколебавшись, он повернулся ко мне.

- Я сделал один звонок и организовал всё для вас. Вы можете купить всё, что вам... необходимо. Это безлимитный счёт, - заявил он просто, стирая какие-либо следы неловкости со своего лица. Вот почему он был таким асом в своём деле. Он обладал сверхъестественной способностью возвращать себе контроль над любой ситуацией. Но неужели он искренне верил, что может контролировать меня?

- Итак, вы организовали для меня, - я покачал головой, стараясь сохранить хоть какую-нибудь видимость спокойствия, - покупку нижнего белья.

- Просто, замените вещи, которые я... - он замолчал, возможно, пытаясь переформулировать ответ. – Вещи, которые были повреждены. Не хотите, не пользуйтесь этой проклятой карточкой, - проговорил он гневно, снова разворачиваясь, чтобы уйти.

- Чёртов сукин сын. – Я встал перед ним, хрустящий конверт с документами превратился в комок мятой бумаги в кулаке. – Думаешь, это смешно? Думаешь, я какая-нибудь игрушка, которую ты можешь одевать для своих развлечений?

Не знаю, на кого я злился больше: на него, за то, что мог так обо мне подумать, или на себя, за то, что позволил всему этому начаться.

Он усмехнулся:

- О, да, Дениска. По-моему, это безумно весело.

Я знал, к чему это всё ведёт, поэтому мне надо было уносить оттуда ноги, прежде чем я сделаю что-нибудь, о чём пожалею.

- Забери это и засунь себе в зад, - я швырнул бумаги ему в грудь и схватил дипломат. Взглянув на него со всей яростью, на которую я был способен, я бросил с насмешкой: - Я не ваша шлюха, господин Русик.

Оттолкнув его в сторону, я буквально побежал к лифту. Долбанный эгоистичный уёбок. Рассуждая логически, я знал, что он не хотел меня обидеть, по крайней мере, я на это надеялся. Но это? Вот почему не стоит трахаться с боссом. Господи, думаю, я пропустил это во время проф.ориентации.

- Дениска, - прокричал он, но я его проигнорировал и вошёл в лифт. Ну, давай же, повторял я сам себе, неустанно нажимая на кнопку подземной стоянки. Его лицо мелькнуло как раз, когда двери закрылись, и я самодовольно улыбнулся, сделав его. Очень по-взрослому, Дэн.

- Чёрт. Чёрт. Чёрт! – прокричал я в пустой лифт, практически топая ногами. Всё. Никогда больше. Возможно, он был чертовски горяч, и у него член, который заставляет моё тело петь, но я, чёрт возьми, выше этого. И я поставлю точку в этой долбанной неразберихи. Этот подонок порвал свои последние трусы.

Лифт звякнул, оповещая меня о том, что я доехал до гаража, и, бормоча что-то себе под нос, я направился к машине. Здесь было довольно тусклое освещение, и я был совсем один среди нескольких машин, оставшихся на этом уровне, но я был слишком взбешён, чтобы подумать об опасности. Я бы посочувствовал неудачнику, осмелившемуся связаться сейчас со мной. Не успел я об этом подумать, как услышал, как распахнулась дверь, ведущая на лестницу, и Валера позвал меня. Превосходно.

- Господи! Да можете вы подождать, чёрт возьми? - прокричал он. От моего внимания не ускользнул тот факт, что он буквально задыхался. Думаю, забег через восемнадцать лестничных пролётов может и не такое сделать с человеком.

Отключив сигнализацию, я открыл дверь и бросил дипломат на пассажирское сидение.

- Какого хрена тебе надо, Валерка?

- Уделишь мне всего одну минуту? Господи, можешь ты просто выключить эту суку на пару грёбаных секунд и послушать меня? - он тяжело дышал.

Я обернулся.

- Ты что, думаешь, я какая-нибудь игрушка?

Сотни различных эмоций промелькнули на его лице: раздражение, шок, смятение, ненависть; и чтоб я провалился, если он не выглядел восхитительно. Его галстук был ослаблен, а его взъерошенные волосы и капелька пота, медленно скользящая вдоль его скулы, никак не помогали моему самоконтролю. Я был в бешенстве, чёрт подери! Почему даже после всего этого, я не мог не думать о том, как он овладевает мною, нагнув меня у своего стола?

Осмотрительно сохраняя дистанцию, он провёл рукой по волосам и усмехнулся, покачав головой.

- Господи, - он проговорил больше самому себе и огляделся вокруг. - Ты думаешь, ты моя игрушка? Чёрт, я просто решил, что если... - он остановился, пытаясь привести мысли в порядок.

- Что? Ты действительно думаешь, что это случится снова? - сказал я, не скрывая отвращения в своём голосе.

- Боже мой, нет! - он закричал, его голос эхом отдавался от бетонных стен. – Может быть, я просто устал от того, что ты постоянно вертишь передо мной своей соблазнительной задницей и потом ещё этот чек, - добавил он, глядя мне в глаза и ожидая моего ответа. Неуправляемый приступ гнева словно пронзил меня насквозь, и, прежде чем я смог остановиться, я шагнул к нему и отвесил ему сильнейший удар в его челюсть. С шокированным и в тоже время неистовым взглядом на своём лице, он поднял руку и потёр то место, куда я его ударил.

- Что ж, тебе не придётся больше об этом волноваться. Ты и близко к моим трусам не подойдёшь. Никогда. Больше.

Как же всё это извращённо – даже когда я сказал это, я почувствовал, как напряглись мои соски.

Нас окутала тишина, звуки улицы и транспорта едва достигали моего сознания.

- Знаешь, - начал он с мрачным взглядом, делая маленький шаг в моём направлении. – Я это уже говорил, но... я не слышал, чтобы ты жаловался.

О, как умно, недоносок.

- Тогда в примерочной. – Ещё один шаг. – Когда ты наблюдал за тем, как я тебя трахаю. – И ещё шаг. – Я не слышал ни единого слова из твоего милого ротика, которое убедило бы меня, что ты не получал удовольствие от каждой минуты нашего небольшого представления.

Моя грудь вздымалась от глубоко дыхания, и сквозь тонкие брюки я чувствовал холодный металл своей машины. Валерка был выше меня на голову, и я мог чувствовать его тёплое, обжигающее дыхание на своих волосах. Всё, что мне надо было сделать, это поднять голову вверх, и тогда наши губы встретились бы.

- Ну, этого больше не случиться, - я прошипел сквозь стиснутые зубы, но с каждым затруднённым вздохом мои соски слегка касались его груди, покалывая от мимолётного удовольствия.

- Нет, конечно, нет, - ответил он, неторопливо покачивая головой, и двигаясь ближе ко мне – его эрекция теперь слегка задевала мой живот. Поместив руки по обе стороны от меня, он прижался ко мне своим телом, и мне пришлось подавить стон.

- Возможно, - прорычал я, неуверенный в том, хотел ли я сказать это вслух или нет.

- Только один раз, - сказал он, его рот в опасной близости с моим.

Подняв лицо вверх, я фыркнул в его манящие губы.

- Ненавижу тебя, чёрт возьми.

- Я тоже это ненавижу.

Наши рты парили в дразнящей близости друг от друга, наши губы едва касались друг друга, каждый из нас разделял дыхание другого. Я видел, как его ноздри слегка раздувались, и когда я уже думал, что сойду с ума, не в силах больше терпеть; он грубо обхватил мою нижнюю губу своими губами и потянул меня к себе. Прорычав мне в рот, он углубил поцелуй и страстно прижал меня к машине. Как и в прошлый раз, он поднял руку и зарылся ею в моих волосах, сильно потянув за них.

Наши поцелуи были дразнящими и грубыми, руки зарылись в волосах, а языки скользили вдоль друг друга. Я открыл глаза, ловя воздух ртом, когда он слегка согнул колени, упираясь членом вниз моего живота.

- О Господи, - простонал я, прерывисто дыша, обхватывая его ногу своей, и упираясь обувью в его икру.

- Да, я знаю, - он тяжело дышал. Взглянув вниз на мою ногу, он переместил руки на мой зад и грубо сжал его, дразня меня. – Я уже говорил тебе, что эти лакированные туфли чертовски сексуальны? Что за непослушный мальчишка, с трахни-меня-туфлями? Дениска-Секси-Попка.

Я вдруг почувствовал волну возбуждения, прокатившуюся по моему телу, и мой член стал ещё твёрже, натянув ткань брюк. Мне следовало бы влепить ему ещё одну пощёчину за такие слова, но когда он сказал это своим низким шёпотом, я только ещё сильнее захотел его.

- О, правда, засранец? Кое-где есть ещё один сюрприз, если повезёт, найдёшь и его, - я огрызнулся, мои губы почти касаются его уха.

Он отодвинулся от меня, похоть плещется в его глазах.

- Залазь в эту чёртову машину, - его голос прогремел глубоко из груди, и он резко распахнул дверь машины.

Я стоял, уставившись на него, желая, чтобы разумные мысли проникли в мой затуманенный рассудок. Что мне делать? Чего я хочу? Должен ли я позволить ему снова овладеть моим телом? Твою мать! Эмоции взяли верх надо мной, захватывая тело, заставляя его трепетать. Рациональное мышление быстро покидало меня, как только я почувствовал, что его рука заскользила вверх по моей шее, запутываясь в волосах. Он схватил их крепко и резко притянул мою голову к себе, уставившись мне в глаза.

- Сейчас же!

В тот момент я понял, что сражаюсь в уже проигранной битве. Как бы я ни старался отрицать это, моё тело принадлежало ему.

Решение было принято, и снова обмотав его галстук вокруг запястья, я потянул его на заднее сидение. Как только за ним захлопнулась дверь, он не тратил время попусту, скидывая с себя пиджак и занимаясь пуговицами моей рубашки. Я застонал, когда почувствовал его руки на своей обнажённой коже. Заставляя меня откинуться назад на прохладное кожаное сидение, он встал на колени у меня между ног и положил ладонь мне на грудь, медленно скользя рукой вниз живота к моим брюкам. Его пальцы пробежали вниз по моему возбуждённому члену и обратно вверх, двигаясь вдоль кромки моих брюк. Мышцы моего живота стали сжиматься с каждым его движением, и я постарался контролировать дыхание. Дотрагиваясь пальцами до моего возбуждения, он посмотрел на меня.

- Везение здесь ни при чём. – Чтоб. Меня.

Я схватил его за рубашку и притянул к себе, проникая языком в его рот, издавая стон, как только его ладонь прижалась к моей эрекции, заставляя материал приятно ласкать член. Наши губы изучали друг друга; наши поцелую долгие, страстные. Я вытянул рубашку из его брюк и исследовал руками его мускулистые руки и рельефную грудь, оставляя след из мурашек на его коже. Я хотел, чтобы он разделся. Всё, о чём я мог думать, это его обнажённое тело надо мной.

Желая подразнить его так же, как он это делал со мной, я провёл пальцами вниз по его животу, вдоль ремня, к твёрдой, как скала выпуклости в его штанах.

- Ммм, - простонал он мне в рот. – Ты не знаешь, что делаешь со мной.

- Скажи мне, - я прошептал в ответ. – Скажи мне, и я дам тебе, что ты хочешь. – Я использовал его собственные слова против него, а то, что мы теперь поменялись ролями, лишь ещё больше подстёгивало меня. – Скажи мне, что ты хочешь, Мистер-Секси-Попка.

- Бля! - простонал он и прикусил нижнюю губу, его лоб упал на мой лоб, и он закрыл глаза. – Я хочу, чтобы ты меня трахнул, - прорычал он. Затем он слегка отстранился, чтобы взглянуть на меня, неподдельное отвращение исказило его прекрасные черты лица, и он добавил: - И я ненавижу тебя за это.

Трясущимися руками он снял с меня мои брюки, оставляя меня только в моих новых слипах, и как бы безумно это не звучало, я хотел, чтобы он сорвал их. Необузданная страсть между нами была чем-то новым для меня, чем-то, что я никогда прежде не испытывал, и, если это было в последний раз, я не хотел, чтобы он сдерживался. Не говоря ни слова, он сорвал их с меня, боль от врезающейся в кожу ткани только ещё больше возбудила меня.

- Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, да? – Усмехнулся я, подтягивая свои ноги к себе и сталкивая его с себя. Я откинул его на спинку сидения и уселся на него верхом. Схватив его за ворот рубашки, я резко потянул края в разные стороны, усыпая сидение пуговицами и обнажая его грудь.

- Долбанная сучка, - огрызнулся он. Я быстро стянул с него рубашку и заткнул его страстным поцелуем. Его руки жадно схватили мои бёдра и притянули ближе к его возбуждённому достоинству.

Меня переполняли чувства, и я был не в силах больше ждать. Я так сильно хотел ощутить его внутри, что меня буквально трясло от желания. В тот момент для меня не существовало ничего, кроме него, кроме этого: ощущения воздуха на моей нагой коже, звуков нашего неровного дыхания, жара его поцелуя и мысли о том, что ожидало меня впереди. В несколько безумных движений, я расстегнул его ремень и брюки, и с его помощью приспустил их вниз. Я сел на него верхом, головка его члена едва касалась входа в задницу. Я потянул его за волосы так, чтобы наши глаза смотрели друг на друга, и опустился на него.

- Боже мой! - простонал я, ощущение его внутри меня только распалило моё желание. Поднимая и опуская бёдра, я начал скакать на нём, каждое движение доставляло больше наслаждения, чем предыдущее. Ощущение боли от его грубых прикосновений лишь разжигало страсть. Его глаза были закрыты, и он заглушал стоны, уткнувшись мне в грудь. Скользя губами вдоль кожи моей крепкой груди, он захватил возбуждённый сосок между зубов и сильно укусил его. Я стиснул его волосы сильнее, чем вызвал его сладкий стон. Он приоткрыл рот и впустил мой жаждущий сосок внутрь.

С каждым движением я всё дальше отдалялся от своих намерений. Моё тело полностью гармонировало с ним – оно реагировало на каждый его взгляд, звук, прикосновение. Я и обожал и ненавидел то, как он заставляет меня чувствовать. Я никогда прежде не терял контроль над собой, но я больше не мог игнорировать то, как моё тело отвечало на его ласки.

- Тебе нравится? - я дразнил его. - Нравится быть оттраханным?

Он крепко сжал мои бёдра, прекращая мои движения, и бросил на меня бешеный взгляд.

- Ты совершенно не знаешь, когда нужно закрыть этот маленький прелестный ротик, не правда ли? - он прорычал, не сводя с меня глаз. А когда я замахнулся, чтобы снова врезать ему, он поймал моё запястье и покачал головой. – Хочешь узнать, что значит быть оттраханным?

Прежде чем я успел ответить, он поднял меня с себя и швырнул на сидение. Грубо раздвинув мои ноги, он вошёл в меня. Я громко застонал, когда он начал трахать меня с неистовой силой. Моя машина была слишком мала для этого, но в тот момент, ничто в этом мире не могло остановить нас. Даже, несмотря на то, что его ноги были согнуты в неловкой позиции, а мои руки сложены над головой, чтобы защитить её от ударов об дверь, удовольствие было неописуемым.

Встав на колени, в более удобную позу, он закинул одну мою ногу себе на плечо, входя в меня глубже.

- О, Боже мой, да, - моё дыхание сбилось.

- Да? - простонал он, поднимая мою вторую ногу и устраивая её на другом плече. Слегка нагнувшись вперёд, он опёрся рукой на дверь для поддержки и углубил фрикции. – Так тебе нравится?

Изменение угла проникновения доставило моему телу самые восхитительные ощущения.
Уперевшись руками в дверь, я приподнимал бёдра навстречу каждому движению его бёдер.

- О, чёрт, да. Сильнее, - я стонал в полный голос.

- Охеренно, - прошептал он, поворачивая голову и нежно целуя мою ногу, везде, где он мог дотянуться. Наши тела блестели от пота, окна совсем запотели, а стоны заполнили тишину салона. Тусклое освещение подземного гаража акцентировало каждую выемку, каждый мускул этого шедевра надо мной. Я смотрел на него с благоговением; его тело напрягалось с каждым движением, его волосы спутались и прилипли к его вспотевшему лбу, сухожилия на его шее натянулись, и ничего прекрасней его я в жизни не видел.

Он опустил голову между вытянутых рук, и на мгновение наши взгляды встретились. Мы смотрели друг другу в глаза, как заворожённые, дыхание частое и поверхностное – мы оба были уже близки. Зажмурив глаза, он покачал головой.

- О Господи, - он сбивчиво дышал. – Я не могу остановиться.

- Я тоже, - проговорил я, еле дыша, копируя его отчаянный взгляд. Оторвав голову от сидения, я притянул его лицо к себе руками и запечатлел на его губах обжигающий поцелуй. Каждый нерв моего тела умолял о разрядке, и каждое грубое и резкое погружение его члена толкало меня всё ближе к краю. На секунду я позволил себе представить, какого было бы всегда иметь это тело у себя под рукой, чтобы он безудержно трахал меня в моей кровати. Одной только мысли было достаточно, чтобы во мне прогремел взрыв, бьющий рикошетом через всё моё тело, и я сильнее сжал его волосы.

- А-а-а-а!.. - я прокричал, прогибаясь в пояснице, и чувствуя, как стенки ануса сжимаются вокруг него.

- Господи... Твою... Мать! - его голос был низким и хриплым, и с последним глубоким проникновением он замер надо мной, его член пульсировал внутри меня. Измученный, дрожащими руками, он снял мои ноги с плеч и аккуратно положил их по обе стороны от себя, зарываясь мне в шее своим лицом. Я не мог противостоять желанию дотронуться до его волос в последний раз. Трясущимися руками я провёл по его мокрым волосам, пока мы лежали, восстанавливая дыхание, и я чувствовал, как неистово бьётся его сердце на моей груди. Проходили минуты, и миллионы мыслей пронеслись через мою голову. Постепенно наше дыхание успокоилось, и я уж было подумал, что он уснул, когда он поднял голову.

Моё взмокшее тело сразу же покрылось гусиной кожей, как только он встал с меня и начал одеваться. Я наблюдал за ним с минуту, затем сел и натянул на себя рубашку. Это был самый страстный опыт в моей жизни. Я и не знал, что секс может быть настолько насыщенным. Меня тянуло к нему с необъяснимой силой физически, но не более того. Как такое может быть, что я безумно хочу мужчину в сексуальном плане, но не желаю иметь с ним ничего общего в других аспектах?

- Это не должно случиться снова, - сказал он, вырывая меня из моих мыслей. Я повернулся к нему: он надевал свою порванную рубашку, его взгляд был устремлён вперёд, зубы стиснуты. Мне показалось, прошла целая вечность, прежде чем он повернулся ко мне. – Мы понимаем друг друга, Дениска?

Я знал, что мне нужно делать.

- Выметайтесь из моей машины, господин Русик.

Валера:

Жжения в моей груди было почти достаточно, чтобы отвлечь меня от мучительных мыслей. Почти. Я увеличил наклон беговой дорожки для большей нагрузки. Это всегда срабатывает. Это то, как я живу. Нет ничего, в чём бы я не смог добиться совершенства, стоило только поднажать: учёба, карьера, семья, мужчины. Чёрт. Мужчины. С отвращением покачав головой, я увеличил громкость на айподе, прикреплённому на бицепсе, надеясь, что это хоть ненадолго подарит мне несколько сраных минут спокойствия.

Мне следовало бы знать, что это не сработает. Неважно, как упорно я стараюсь, это всегда остаётся там. Я закрываю глаза, и всё возвращается: то, как я нависаю над ним, то, как он обхватывает меня ногами, мы оба взмокшие, возбуждённые до предела, желающие остановиться, но не в силах это сделать. Находиться внутри него – самая совершенная, самая превосходная в мире пытка. Это утоляло голод, который я испытывал в тот момент, но стоило этому закончиться, и я снова чувствовал себя наркоманом, жаждущим большего. В моей жизни было много мужчин, но я никогда не переживал ничего настолько всепоглощающего. Когда я с ним, я готов сделать всё, о чём он попросит. Он делает меня слабым, только он способен поставить меня на колени. И поэтому, это должно прекратиться; и почему я должен был говорить это вслух. Это очевидно для нас обоих, что это не должно случиться снова. В действительности, мы никогда не обсуждали то, что между нами происходило, и я думаю, это к лучшему. Потому что стоило об этом заговорить, это стало бы реальным. И я знаю, что, если я просто-напросто буду контролировать себя и отучать от этой зависимости, мне удастся выбросить его из головы. Я должен. У меня нет другого выбора.

Когда Дэн швырнул в меня те бумаги и ушёл, я знал, что разумней всего дать ему уйти, но я не мог. Я пробежал восемнадцать долбанных пролётов, чтобы догнать его, и даже тогда он меня поразил. Я пытался ему всё объяснить, но Дэн не дал мне даже слово вставить.

А потом он, чёрт подери, ударил меня! Ни один мой любовник себе такого не позволял. Я частенько этого заслуживал, но ни у одного из них не хватало на это смелости. Я не знал, ненавидеть мне его за это или уважать или просто оттрахать. И прежде чем я что-то решил, наши рты были в миллиметрах друг от друга. Я чувствовал вкус его дыхания, и больше всего на свете я хотел, чтобы между нами не оставалось никакого пространства, я хотел почувствовать его губы. Не смотря на всё, что он сделал в тот вечер, я всё равно хотел его, и моё тело придвигалось ближе к нему, словно под действием силы притяжения. Он прошептал «возможно» так тихо, что я думаю, он сказал это самому себе. Это одно малюсенькое слово отразилось болью в моей груди. Я безумно хотел его. Я хотел его ещё один раз.

Дэн сказал, что ненавидит меня. Я знал, что он ненавидит меня, ненавидит то, как мы реагируем друг на друга. Я тоже это ненавижу. Но как бы сильно мы не призирали друг друга, мы не могли отрицать идеального слияния наших тел. Я никогда не был с мужчиной, который бы ни в чём мне не уступал, с равному мне. Но он подходил мне во всём: каждым словом, каждым поцелуем, каждым прикосновением. И мне просто надо было почувствовать всё это ещё один раз, быть с кем-то с кем мне не приходится сдерживаться. Дэн дразнил и мучил меня, и я знал, что всё равно приползу на коленях. Снова и снова. И это я ненавидел больше всего.

Как только гнев и возмущение пронзили меня, я поцеловал его и грубо прижался к нему всем телом. Это было чертовски приятно чувствовать его под собой, и мой член был твёрдым и просился наружу. Когда он затащил меня в машину, чувства окончательно овладели мной. Его аромат заполнил небольшое пространство машины, и я просто обезумел, я начал раздевать его. Я чуть не кончил, когда увидел его обнажённым и готовым для секса. Его возбуждённый член стоял прямо и заманчиво, капли смазки стекали из его головки. Ствол весь покрылся венами, яйца манили и звали меня. Мой разум не мог понять, что, возможно, он думает обо мне также часто, как и я о нём.

Мои тщательно возведённые стены стремительно приближались к разрушению. «Ты не знаешь, что ты со мной делаешь», - сказал я. И он играл со мной, заставляя меня сказать ему. Что он хотел услышать? Что я дрочу почти каждый день, фантазируя о нём? Что даже хотя я и сопротивляюсь этим желаниям, образы того, как я занимаюсь с ним сексом, заполняют все мои сны по ночам? Я сказал ему, что хочу, чтобы он трахнул меня, и что я ненавижу его за это. Это было моё самое искреннее признание.

И снова Дэн принял мой вызов. Столкнув меня с себя, он оседлал мои бёдра и разорвал мою рубашку. Никогда в жизни я не был так сильно возбуждён, как в тот момент. Я слышал, как пуговицы рассыпались по кожаному сидению, а я думал только о том, что хочу быть внутри него. И твою мать! Каждый новый раз лучше, чем предыдущий. Его бёдра качались вперёд и назад, впуская меня глубже, заставляя меня тяжело дышать и стонать у него на груди.

Время потеряло для меня значение, когда я бросил его на сидение, намереваясь преподать ему урок. Мне нужно было большего, и я устроил его ноги у себя на плечах, входя в него глубже. Но в какой-то момент, внутри этого тихого тёмного салона, наедине со звуками нашего удовольствия, что-то изменилось. Злость заменилась... отчаянием? Отчаянием от того, что я терял себя. Отчаянием от того, что это скоро закончится, и я больше никогда не увижу этого прекрасного мужчину под собой. А я этого не хотел, потому что также сильно как я ненавидел все чувства, что он пробуждал во мне, так же сильно я хотел их снова и снова. Я хотел его каждый день и каждую ночь. Я хотел видеть его волосы, разбросанные на моих подушках, слышать, как он выкрикивает моё имя. «О Господи», - моё дыхание сбилось. «Я не могу остановиться». Рухнула ещё одна стена между нами. Когда мы вот так были вместе, моя маска исчезала. И когда я уже начал паниковать, Дэн спас меня.

«Я тоже». Никогда прежде два простых слова не могли так легко меня утешить. Дэн чувствует тоже самое. Нам не надо было объяснять, мы просто понимали. В этом плане, мы похожи. Двое эгоистичных людей, привыкших получать своё, и на мгновение я подумал, могли бы мы продолжить наши безумные встречи? Возможно ли, быть вместе только физически, делиться друг с другом телами и больше ничем? Стенки его ануса стали сжиматься, и, прогибаясь в пояснице, он коснулся своей мускулистой грудью моего лица. Я старался сдержаться, старался продлить это удовольствие, но его оргазм спровоцировал и мой собственный, и вскоре я стонал и кончал глубоко внутри него.

Абсолютно обессиленный, я снял с плеч его ноги и свалился на него. Я хотел быть осторожным, но у меня не было сил. Лежать вот так с ним рядом было чем-то новым для меня, непохожим ни на что. Его пальцы стали играть с моими волосами, и мои глаза закрылись. Мой разум твердил мне, что пора уходить, снова возвести все стены, но тело умоляло меня остаться. Касаясь моей мокрой кожи, воздух казался прохладным. Из-за его затруднённого дыхания его грудь высоко вздымалась, упираясь в мою грудь. И я пытался продлить этот момент на столько, на сколько это возможно. В конце концов, когда реальность добралась до нас, мой мозг победил, и я потихоньку отстранился от него. И хотя вся эта ситуация была далеко не радостной, я даже чуть не засмеялся, пока надевал свою порванную рубашку. Неужели всего две недели назад он убегал от меня с точно также порванной рубашкой? И снова Дэн взял реванш.

Стиснув зубы, я осознал, что всё вернулось на свои места. Это просто не могло продолжаться. Я его начальник, он мой сотрудник. Я уже нарушил около сотни корпоративных правил, не говоря о моральных. И как бы меня не привлекала идея взаимного использования друг друга ради секса, это не сработает. Хотя мы и не считали друг другу друзьями или симпатизировали друг другу, я всё равно не смог бы с ним так поступить. Мы и так уже подвергли себя опасности, если бы кто-нибудь увидел нас... не хочу даже об этом думать. И я точно знал, что не хочу с ним никаких фактических отношений.

«Это не должно случиться снова», - сказал я, даже не глядя на него. А затем, чтобы он ещё больше возненавидел меня, я бросил на него испытывающий взгляд и добавил: «Мы понимаем друг друга, Дениска?»

Он был в замешательстве. И я его прекрасно понимал – мои слова шли в разрез с моими действиями. Но затем выражение его лица изменилось, и я понял, что у меня будут неприятности. Отлично. «Выметайтесь из моей машины, господин Русик».

На порог постучалась беда.
Так нежданно, непрошено, странно.
Знаю я, что уже никогда
Не заштопать на сердце мне рану.

Правит миром моим только боль,
Разрывая мне душу на части.
Я жил, я дышал тобой.
Эту связь разорвать в чьей же власти?

Кровоточит душа. Каждый миг.
Машинально стучит моё сердце.
В горле, в лёгких затерянный крик
Не откроет в мой мир больше дверцу.

Как же жить, коль душа умерла?
Как дышать, если воздух украли?
Нас с тобою Судьба развела.
Я живой ли теперь?.. Нет, едва ли...






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 23
© 27.10.2020 Человек Дождя
Свидетельство о публикации: izba-2020-2929550

Рубрика произведения: Проза -> Эротика
















1