Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Глава 42. Там, где можно укрыться


Глава 42. Там, где можно укрыться
Первым опомнился Сашка Габулов. Скинув шинели, он выбрался из ящика. За ним заворочались остальные – мокрые, уставшие, но довольные. Чиркнув зажигалкой, Габулов осветил соучастников побега, похожих на тайных заговорщиков или сектантов.
– Что будем делать, когда нас хватятся? – спросил он.
– Могут и не хватиться, – предположил Мартынов, взъерошенный загорелый парень с синяком под глазом. Его товарищи, похожие на школьников-переростков, согласно закивали. – В полку имеется заброшенная казарма. Там можно укрыться.
– Нам бы военные билеты найти, – настаивал я.
– Так они, наверняка, где-то здесь, – завертел головой Габулов.
Проверив внутренние ящики стола, мы разбрелись по каптёрке. К сожалению, кроме писчей бумаги и журналов ничего не нашли. Непроверенным остался только красный шкаф с большим ржавым замком.
– Сдаётся, всё находится здесь, – заключил Габулов.
– Ну, так вскрывай, – нетерпеливо зашептал Мартынов.
– Аккуратно не получится…
– Ты прямо, как маленький, – сказал с презрением Габулов, поднимая увесистый лом.
– Стойте, поцы… – взмолился я, но было уже поздно: ящик, жалобно скрипнув, низвергнул из себя бинты, склянки с йодом и какие-то пластмассовые колбы, похожие на те, что находятся в противорадиационных аптечках.
– И здесь их не нашлось… – заключил с хмурым видом Габулов.
Никем не замеченные, мы покинули казарму. В полку было тихо. Всё заволокло влажным и непроницаемым белым дымом тумана. Где-то совсем рядом смутно просматривались очертания клумб и хозяйственного инвентаря, забытого возле деревьев. Стараясь не отставать от Мартынова, я с опаской посмотрел по сторонам. На востоке сквозь туман проступали контуры громоздкого сооружения.
− За мной, быстро! – скомандовал я и рысцой кинулся к столовой, у которой горемычно развалилась машина с баком питьевой воды.
От неё мы свернули к ряду крохотных сооружений с низким частоколом забора. Перепрыгнули через ограждение. Прямо в грязь, рождённую пробитой баржой питьевой воды. Ругаясь и скользя, засеменили к казармам. Огибая их с тылу, бежали, пригнувшись в ожидании окриков, но густой туман и бесхозное отношение к патрулированию территории позволили нам одолеть первые триста метров без сучка и задоринки. Остальные три сотни преодолели совсем уж короткими перебежками. Прилично ободрав коленки и локти, мы, наконец, выскочили на открытую местность. Требовалось пересечь её одним бравым рывком, что, собственно, мы и сделали, поднажав так, будто за нами бежали все черти из ада.
На последних метрах я чуть не упал. Мне нечем было дышать и я совсем не чувствовал ног, но ребята, как могли, подбадривали меня и я всё же выдержал этот непростой марафон, повалившись на все четыре конечности у самого парадного входа огромного сооружения гротескного вида.
Казарма с виду казалась и впрямь необитаемой – с выбитыми стёклами и с травой, которая настырно пробивалась через развороченную крышу. Дверь в проёме стены была наполовину открыта, приглашая посетить местную достопримечательность, окружённую толстым слоем побелки. Несколько белых следов уходило в пугающее нутро.
– Тут кто-нибудь есть? – озираясь, спросил я.
Никто не ответил. Сквозняк гонял по обветшалому деревянному полу обрывки бумаг. В пустынном коридоре, уходящим в спальное помещение, находились двухярусные кровати без намёков на постельное бельё, тумбочки и табуреты – неизменные атрибуты солдатского койко-места. На стенах между окнами, забитых картоном и досками белели плакаты со знакомыми уставными нравоучениями. Через огромную дыру в крыше на нас смотрело небо с рыхлыми белыми облаками.
Габулов, раздобыв матрас, бросил его на ближайшую кровать и улёгся с блаженной улыбкой. Нам тоже захотелось куда-нибудь приткнуться, но странное ощущение опасности не давало покоя.
– Мартын, обойди казарму. Посмотри, нет ли кого.
– Но откуда? – не понял он.
– На всякий случай, – успокоил его. – А мы посмотрим, чем можно забаррикадировать вход.
– Тоже мне командир, – не сдержаться Мартынов, пнув пустую консервную банку. Его молчаливый товарищ, глядя на меня исподлобья, буркнул:
– Во-во…
Со стороны каптёрки раздался подозрительный шум – будто там что-то упало. От неожиданности, мы присели на корточки.
– Эй… – подал голос Александр Габулов.
Я зажал ему рот. На пол из потолочной дыры посыпались комки ссохшейся грязи.
– Кто-то на крыше, – прошептал я.
– С чего ты взял?
Со второго этажа казармы послышалось заунывное пение, похожее на молитву.
– Ладно! Проверим, кто там музицирует, – отрезал Габулов.
Мы торопливо поднялись на второй этаж. Заглянули в первую же комнату, засыпанную битым стеклом, и увидели человеческую фигуру, похожую на скульптурное изваяние. Подступив ближе, мы в нерешительности остановились. На газетах сидел, поджав ноги, Магомет. Я сначала не поверил глазам, но он, закончив молитву, посмотрел на меня так, словно только вчера с ним отжимались, обливаясь потом и ожидая коварного удара Реброва. Поприветствовав нас, он неторопливо поднялся и, оглаживая густую чёрную бороду, сказал:
– Пророк призывает помнить о том, откуда мы пришли и зачем. Вижу – вы тут случайно, а потому вам тут не место.
В голове промелькнула картина крушения Ми-26: растерянные окровавленные солдаты и среди них Магомет – он до последнего не верил, что от встречи с Аллахом его отделяют считанные секунды.
На мой вопрос, как он оказался на пересыльном пункте, Магомет уклончиво ответил, что на всё воля всевышнего.
– В армии меня постоянно отвлекают от намаза. Даже здесь, – он обвёл затуманенным взглядом сырые почерневшие от влаги стены. – Оставьте меня, – требовательно произнёс он и снова сложил руки у могучей груди.
– Постой, скажи нам… – направился к Магомету Габулов и сдавленно охнул, наступив на прогнившую половицу. Еле-еле мы успели вытащить бедолагу и оттащить на безопасное расстояние. Между Магометом и нами образовался внушительных размеров провал.
– Я же просил меня оставить в покое…
– Ладно, мы уходим, – заверил я мусульманина.
Когда мы перекрыли выход из казармы и улеглись на кровати, снова послышалась печальная молитва Магомета.
– Ну что ж, – утвердив голос до значимости, приступил к размышлениям вслух Мартынов, – от дембелей мы сбежали, от работ увильнули, что дальше?
– Думаете, у меня на всё есть план? – спросил я раздражённо.
– Так и запишем в объяснительной завтра. Только я теперь все порядки знаю. Обучен, так сказать, на горьком опыте. Сначала – бумажная волокита, затем – физическое воздействие тех, кого ты так лихо обвёл вокруг пальца.
– Ты что от меня хочешь? – недовольно бросил я.
– Просто констатирую факты и пытаюсь понять, научила ли тебя последняя вылазка в город чему-то новому…
– … и полезному, – поддакнул кто-то.
– Ребята, да он же обычный солдат, такой же зашуганный и забитый, – попытался вступиться за меня Габулов. Просто он…
– Да знаем уже… Весь полк обсуждает побоище у полка на рынке, некоторые детали его похищения и шумиху с милицией. Они же тут такого наговорили, когда привозили Сычёва и Исабаева…
– Что же ты раньше молчал? – двинулся я к Мартынову. – Нам тогда в штаб надо.
– Погодь! – рявкнул Габулов.
Я в нерешительности остановился.
– Что-то ты в последнее время – нервный, – Саша скривил губы в брезгливой ужимке. – Утром будет тебе и штаб и местные командиры. А сейчас – отбой.
– Ну, если ты настаиваешь…
Мы помолчали, вслушиваясь в умиротворённую молитву. Пошипели друг на друга и разошлись. Выяснять отношения перехотелось.






Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 8
© 26.10.2020 Максим Жуков
Свидетельство о публикации: izba-2020-2929409

Рубрика произведения: Проза -> Роман


















1