Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Владимир Кочкин. Право искушать. Часть 2. Глава 4.


Приходилось жить — и ты жил, по привычке, которая
превратилась в инстинкт, — с сознанием того, что
каждое твое слово подслушивают и каждое твое
движение, пока не погас свет, наблюдают.
Джордж Оруэлл.

ГЛАВА 4. ДЕД ПИХТО.

К переходам из мира в мир невозможно привыкнуть. Я моргнул в мире магов, а когда открыл глаза, увидел перед собой стену с родными обоями и ощутил лёгкое головокружение: следствие резкого изменения положения тела в пространстве. Вскоре дошло, что лежу на боку, в собственной кровати.
Пришлось вставать - не возвращаться же в мир магов! Скорей всего, Пашу Колобок из него тоже вышвырнул. То есть, лишил сна.
Безделье скоротать помогли газеты. Часа через полтора проснулась жена.
- Ты не заболел?! - обеспокоено спросила она.
- С чего бы? - хмыкнул я.
- Обычно спишь, как убитый, а сегодня проснулся не свет ни заря.
- Днём вчера отоспался, - отмахнулся я. - Я же в отгулах.
Проводив жену и сына на работу, а дочурку в школу, принялся терзать пульт телевизора, выискивая интересную программу, но тут прозвучал дверной звонок.
На лестничной площадке стоял небритый, невзрачный белобрысый мужчина в старой ветровке. На плече его висела огромная и грязная китайская сумка.
- Прив-вет! - произнёс он заплетающимся языком и картинно покачнулся.
Даня, наша болонка, обнюхала ноги гостя, но хвостом не завиляла... Но и не залаяла зло.
- Ты кто?! - не очень дружелюбно спросил я.
- Дед Пихто, - отозвался наглый бомж. Мутный взгляд его, словно у пьянчужки с глубокого похмелья, прояснился. - Помоги сумку с плеча снять. Еле допёр. Осторожней снимай! Уронишь - не расплатишься!
- Вы ошиблись адресом, - сказал я, захлопнул дверь перед его носом и покачнулся. Разговор с незнакомкой почти мгновенно всплыл в памяти. Следующих пяти секунд мне хватило, чтобы проанализировать ситуацию. Я распахнул дверь. - Заходи!
- Такое ощущение, что вокруг одни ненормальные, - проворчал мужичок, а сам, лишь опустил сумку на пол, принялся тыкать из стороны в сторону короткой суковатой палкой, словно в фехтовании решил поупражняться.
- Ну, здравствуй! - вскоре протянул он руку - Можешь меня Максом звать, можешь - дед Пихто. Мне без разницы. Сам понимаешь, не для того я здесь, чтобы тебе нравится.
- Здравствуй, Макс! - поздоровался я. - Меня зовут...
- Знаю, как тебя зовут, можешь не представляться! - дружелюбно улыбнулся мужичок. Заговорил торопливо: - Приступим, Володя, времени у нас на все про все часа четыре, не больше, а сделать предстоит о-го-го сколько. Переключайся на рабочий режим. Мне сказали, что это для тебя не проблема, все на лету схватываешь.
- Приступим, - кивнул я.
- С приключениями к тебе добирался. Старик меня сопровождал от мастерской самой и четверо громил шкафообразных в штатском, словно я на охрану напрашивался. Старик - сморчок сушеный, а силовики боязливо на него поглядывали, подчинялись беспрекословно. Ты не находишь это странным?! - Я пожал плечами. А Макс усмехнулся и заговорил с обидой в голосе: - Во дворе силовики пацанву из-за стола выгнали, по бутылке пива на него грохнули, в домино уселись играть. А старикан ко мне подошел. На иномарку, припаркованную напротив твоего подъезда, взглядом указал. На полном серьёзе заявил, что в машине колдуны. И приказал - мне приказал! - пока проход он не сделает, рыться в мусорке. Я пытался возразить, но он так сверкнул глазами - мороз по коже! И подчинился ведь, бегом к бакам мусорным побежал. Пакеты с мусором с таким воодушевлением принялся дербанить, словно было это для меня любимым занятием. Ты не находишь это странным?!
- Что дальше было? - спросил я.
- Старикан вокруг машины той круги принялся нарезать. Следом мне свистнул, как собачонке, и словно мальчишку пальчиком подозвал.
- Пока в квартиру не войдёшь, - заявил строго, - пьяного из себя изображай. Любые непонятки будут - сматывайся! Если я или охрана поведём себя неадекватно, даже от нас беги со всех ног.
- Что дальше происходило? – насторожился я.
- Пьяного стал изображать. Когда мимо машины проходил, в салон заглянул мимоходом, а там два мужика спят. Похоже, старик гипнозом на них воздействовал. Или, сам колдун. Вот только, не верю я в существование колдунов. В махинаторов-колдунов, которые обманом живут, верю, в настоящих - нет!
Передо мной был... нет, не балабол! Проницательный и цепкий взгляд несовместим был с маской, которую этот “дед Пихто” на себя одел.
- Старик мне ничего не просил передать? - спросил я.
- Так я по его приказу трёп веду, - вскинул Макс брови. - Он приказал обрисовать тебе всё, как было. В деталях, причём. И предупредить велел, что пасут тебя крепко. Один наблюдатель около дома крутится, бомжа изображает. Сейчас под каким-то псиконтролем. Двое в машине, напротив подъезда. Сейчас спят. Ещё двое с противоположной стороны дома, в микроавтобусе, За ними - техническое наблюдение. Их по ложному следу мои друзья пустили, прослушку на шесть часов заменили смонтированной записью.
- “Жучки” и вправду в квартире есть?! - обеспокоился я.
- Были.
- Были?!
- А как же! Стал бы я попусту терингером махать! - Он сунул мне под нос палку, которой “фехтовал”, ткнул пальцем в неприметный огонек индикатора. - Видишь, зелененьким светится - значит, чисто сработал! Пока новых микровидеокамер не понавтыкают те, кто в микроавтобусе, слепее слепых котят будут!
- Молодец, - похвалил я без особого энтузиазма.
Мужичок расплылся в самодовольной улыбке.
- Одного не пойму, к чему так нерационально материал расходовать? На квартиру хватило бы с лихвой шести видеокамер, а у тебя их налеплено было втрое больше. К тому же, новейшей разработки - “хамелеон”. Впрочем, то не моего ума дело. Можешь, Володя, вообще ничего не объяснять. Не обижусь!
- С чего начнём? - спросил я.
- Веди в кабинет! - приказал он.
Закуток этот в шесть квадратных метров, обклеенный дешевыми обоями с изображением кирпичной кладки, я кабинетом называл в шутку. Узкое, горизонтально расположенное окно под потолком, выходящее на кухню, создавало видимость освещения. Под ним повесил я два компактных светильника с лампами дневного света. У входа стояло маленькое, вращающееся креслице с деревянными подлокотниками, в котором провёл я немало приятных часов. Массивный стол с пролежнями от тисов, в пятнах от краски, в ожогах от паяльника и кислот, занимал треть площади. Самодельная вытяжка, склеенная из белого оргстекла, нависала над ним, словно монстр с распахнутой пастью. За вытяжкой невидимкой висел на стене подарок сына - компактный японский кондиционер.
Когда-то я отвоевал у жены кладовку - не на обеденном же столе стучать молотком, работать с паяльником, разбирать ненужные приборы с нужными деталями? (Для банок под соления и варения сделал шкаф в коридоре). На полках и сейчас в живописном беспорядке, (точнее, в видимом мне одному порядке), лежат инструменты и разные мелкие вещи, без которых мужчина в доме - не мужчина.
Игорь, когда было ему десять лет, клеил в кабинете авиамодели. Чуть подрос - увлёкся резьбой по дереву, затем чеканкой. Половина жалоб от соседей на шум на его совести. Половина пятен на столе - от его художеств. Он и сейчас нередко запирается там с книгой. Либо с очередным кроссвордом. Иринка часто делает там уроки, отгородившись от нас тихой музыкой. Порой жена, когда приходят новые медицинские журналы, прячется в этой комнатушке, лишая меня возможности выкурить в уюте сигарету.
Засомневался я, что именно этот кабинет имел в виду Макс. Да и откуда знать ему о его существовании? Затем под сомнение взял прошлое сомнение. Он многое обо мне мог знать, коль выполняет задание таинственной незнакомки. К тому же, ему предстоят кое-какие работы, а лучшее место для этого - рабочий стол.
Я распахнул узкую дверь, ведущую в мой уютный мирок.
- Ух, ты! - округлил глаза мужичок. - Завидую! Чёрной завистью завидую! Тут мечта всей моей жизни! Уже перестал уговаривать свою благоверную отдать мне кладовку - бесполезно! Упертая до не могу! А где комп?
- В комнате сына.
- Жаль, что не здесь. Чтож, веди туда. - Я подхватил тяжелую сумку, перенёс её в комнату сына. Макс зашел следом, окинул “берлогу” нашего холостяка, отнюдь не в уюте, изучающим взглядом. - Володя, в зале я углядел журнальный столик. Благодарен, буду, если прикатишь его сюда. Вдвойне благодарен стану, если сваришь для меня крепкий кофе. На кружку кипятка столовую ложку порошка, с верхом. Сахар не нужен.
- Есть растворимый.
- Растворимый не пью. Если нет натурального, сделай, пожалуйста, чай. В той же пропорции. И ещё, если можно, принеси мне креслице из своего кабинета. Извини, то не шиза в голову стрельнула. Как увидел его, душой сросся: у меня на работе такое же было.
Я выполнил его просьбы.
- В комнате этой мне необходимо на полчаса остаться одному, - заявил Макс. - Извини, так надо.
- Хорошо.
- Володя, я не знаю что такое “взгляд”. Сказали, что он у тебя есть, что даже я, со всей своей хитроумной техникой, не смогу его обнаружить, что с помощью его ты можешь запросто за мной подсматривать сквозь стены. Так вот, начальники мои просили передать, чтобы ты этого не делал. Сказали, достаточно слова твоего.
- Не буду.
- Он и самом деле у тебя есть?! Покажи!!!
- Увы, не могу.
Незнаю, что подумал Макс, но я действительно не мог показать ему “взгляд”. Для этого пришлось бы не менее суток обучать его видеть структуры Тонкого мира.
Макс вышел из комнаты сына минут через сорок.
Я не вправе рассказывать, о чем мы говорили. Эта книга в любом случае попадёт в руки магов. Хотя бы после того, как её опубликуют. А выдавать чужие хитрости и секреты... Собственно, не настолько интересна та информация, чтобы включать её в повествование. А вот о факсе, который Макс принес с собой, не удержусь, напишу пару строк. Хотя... лучше было бы умолчать и об этом. Описание того монстра, который прятался до поры до времени на дне объёмной сумки инструктора, будет выглядеть в ваших глазах несколько неправдоподобным.
Факс занял половину журнального столика. С виду - рухлядь рухлядью. К тому же, с царапинами, трещинами и с безобразными пятнами грязи на корпусе... Ха! После ухода инструктора попытался его отмыть - куда там! - все моющие средства, которые имелись в доме, оказались бессильными.
Когда Макс включил факс, улыбка рванула мой рот. Массивный агрегат заскрипел, как старый, проржавевший флюгер под порывами ветра. Завибрировал затем, словно стиральная машина при работающей центрифуге. А когда медленно начал выползать из его чрева первый отпечатанный лист, издал скрежет, больше похожий на вопль мартовского кота. Следом жутко загрохотал, будто самой важной деталью в нем была трясущаяся жестяная банка с сушеным горохом.
- А он не рассыплется? - не без ехидства поинтересовался я.
- Тебя переживет, - весело рассмеялся Макс. - Кстати, квартира твоя столько не стоит, сколько уродец этот! Уникальнейшая разработка! А вот почему внешне неприглядным таким приказали сделали, самому хотелось бы знать. Наши умники даже молотком по корпусу зафигарили, чтобы эти вот трещины создать. Полчаса решали, как стукнуть, с какой силой и куда, пока я не посоветовал корпус с обратной стороны скотчем обклеить, а долбануть так, как рука скажет...
Болтливость Макса меня раздражала, но я сдерживал себя, не делал ему замечаний. Вдруг сболтнёт лишнее... Ха, мечтать не вредно!
- ...На режим молотилки монстр этот переключается автоматически, - инструктировал меня Макс. - Это еще и режим защиты информации. Если нажать одновременно эти две кнопки...
Факс заработал почти беззвучно. Моргнуть не успел, выплюнул страниц пять и отключился. - С компа ты любую информацию распечатать сможешь. А вот ту, что на факс поступать будет, на комп вывести невозможно, если не придавить вот эту кнопку. Имей в виду, после снятия информации в памяти факса она автоматически уничтожается. А если вот эту кнопочку сдвинуть чуть влево, разблокируешь систему приёма радиосигнала на восемь часов. Эту кнопку ты обязан сдвигать влево всякий раз перед тем, как лечь спать. В чем тут смысл - не пойму, но об этом просили передать тебе, как о самом важном.
- Учтём, - мотнул я головой, ухмыляясь легкомысленно.
Макс в очередной раз удивил меня.
- Факс узнавать тебя будет. Вот здесь, эта  пипочка неприметная - микровидеокамера. А сейчас, сюда вот, на эту полупрозрачную кнопку, приложи указательный палец правой руки... - все, готово, теперь никто, кроме тебя, его не включит. А может и включит. По крайней мере, кое-кто, как мне сказали, попытается это сделать. Вот только те, кто в чужую квартиру лезут, чтобы тайны чужие выведать, отпечатки пальчиков другие имеют и лишнего шума опасаются.
- Понял.
Слово это - “понял”, я повторил не менее полусотни раз. И когда дело касалось компьютера. И когда Макс учил меня обнаруживать и уничтожать “жучки” с помощью терингера. И когда вручил мне переносной телепортатор компьютерных дисков, замаскированный под плеер. Не подозревая об истинном предназначении прибора, Макс называл его передатчиком. Разъяснял назначение кнопочек. Я усердно кивал головой...  - уж что-что, а телепортатором пользоваться умею.
Затем был экзамен. Каждый вопрос задавался трижды, в разной последовательности. Ох, и вымотался я. Чуть ли не мечтать стал о сладком миге, когда голова коснется подушки.
Не только инструктор измотал: он ушел часа через четыре. Собственные мысли замаяли. И чуждый “взгляд”.
Светло-фиолетовый энергетический шарик, диаметром в половину теннисного, появился в квартире под вечер. Жена и дети его не видели, но я то не колдун даже - колдун-хранитель, не заметить его попросту не мог.
Похоже, наблюдателям о том не доложили. Они принялись играть со мной в прятки, чем меня весьма позабавили. Они скрывали, прятали от меня “взгляд” за шторами и всевозможными выступами, а то и в стенах, выставляя напоказ лишь небольшую его часть. Куда бы я ни пошел, “взгляд” следовал за мной. За спиной держался, хотя именно со стороны затылка наиболее явственно виден он внутренним зрением.
Вечером “взгляд” нагло в спальню влетел, над светильником завис. Своей благоверной о том, что за нами усердно подглядывают, сообщить никак не мог: за шизика примет! От секса пришлось увиливать, несмотря на то, что женушка особо нежно прижималась ко мне и нашептывала на ухо... Впрочем, это личное.
Стоило уснуть, тотчас, как приказала незнакомка, забыл и о ней, и о нашем разговоре. Но забыл и об инструкторе. Всплыли фальшивые воспоминания. Сейчас понимаю: кто-то взломал в тот вечер, в миг, когда я проваливался в сон, мою магическую защиту, да так ловко, что я не заметил в ней изъянов.
В любом случае, след “от взлома” должен был остаться. А его не оказалось. Точнее, обнаружить не смог. Это означало, что перед кем-то очень сильным в магии, да что там - могущественным, я беззащитен.
Перед кем?!
Я не хочу быть марионеткой даже в руках друзей - тем более, в руках друзей!

Продолжение следует.






Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 9
© 24.10.2020 Татьяна Го
Свидетельство о публикации: izba-2020-2927663

Рубрика произведения: Проза -> Остросюжетная литература


















1