Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Дом боли доктора Horror. Эпилог


Дом боли доктора Horror. Эпилог
Эрик:

- Эрик?

- Да?

- Ты знаешь, что я люблю тебя, так? – Да. Я знал.

- Иди сюда, малыш, - сказал я.

Валера забрался мне на колени, и я обнимал его. Это звучало так, будто все решили нас оставить в аду одних. Я всё ещё был напуган, но, казалось, что, в конце концов, это может сойти нам с рук. Смею надеяться, что когда-нибудь это будет позади нас?

Я восхищался своей матерью. Она, казалось, шла вперёд достаточно успешно. Много раз за эту неделю, я пожалел, что у меня нет её силы.

Я действительно не тронул Валеру с ночи смерти моего отца. В частности, знал, что он стремился вернуть наши физические отношений. Валерка хотел вернуться в игровую комнату, но после такого насилия, не думаю, что смогу сделать это. Каждый раз, когда я был груб с ним, или у нас был нормальный секс, моя голова заполнялась видениями того, как отец входил в него, когда любимый кричал. Когда я закрывал глаза, то всё ещё видел нож, прижатый к его шее. Я знал, что Валера нуждается во мне, чтобы быть сильным. Я знал, что ему нужен его Дом, но как я мог даже думать о причинении ему боли после того, что он испытал?

Я не мог сделать это, поэтому я искал отговорки. Я работал сверхурочно в университете, тратил много времени на приведение дел отца в порядок. Этими вещами надо было заниматься, но, правда в том, что мне было лучше заниматься делами, которые не требовали эмоций. Мне необходимо время, чтобы оправиться, и я не был уверен, что оно у меня будет.

Валера шелохнулся в моих руках, зевая. Он несколько отклонился от курса на этой неделе. Кошмары подрывали его график сна. Я собираюсь дать ему ещё несколько дней, чтобы вернуться к норме, и если кошмары не прекратятся, я начну подмешивать ему успокоительное в чай. Валерка не может нормально функционировать без сна, и я сделаю всё необходимое, чтобы он оставался здоровым. Я, возможно, не готов вернуться в игровую комнату, но я всё ещё хочу видеть, что его потребности удовлетворены. Так или иначе, я должен быть уверен, что он поправляется и остаётся в норме.

- Любимый, пора ложиться спать, - сказал я.

- Эрик?

- Что, Валерка?

- Могли бы мы, хм... то есть...

Я вздохнул. Валера опять поднял эту тему. Он не говорил на прямую, но это был всё тот же вопрос. Валерка хотел сеанса. Я не мог дать ему то, чего он желал. Не сегодня вечером.

- Не сейчас, Валера, - ответил я. – Ты устал. Я устал. Позже.

Я поднял его с дивана и отнёс обратно в спальню. Я раздел его и накрыл одеялом.

Я бодрствовал, пока его дыхание не выровнялось, и я не был уверен, что он уснул. Я проснулся меньше чем через сорок пять минут, когда Валера начал кричать. Я прижал его к груди и попытался облегчить его страх. Он дрожал и потел, но слёз не было.

Валера извивался вокруг меня и хватался за меня, как за спасательный круг. Моё сердце разбилось. Я не мог спасти его. Я не мог даже спасти самого себя.

- Пожалуйста, сэр, - сказал Валера. Я почти не расслышал его. Почти.

Я схватился за волосы. Смогу ли я справиться? Смогу ли дать ему то, в чём он нуждается?

Я вспомнил первый раз, когда он произнёс эти два слова в мой адрес. Я вспомнил, как он выглядел в ту ночь, голым в патио моих родителей, бледная кожа в свете луны. Боже, Валерка был такой красивый. С этими двумя короткими словами у него была большая власть надо мной. Он знал, что я не смог отказать ему тогда, и не смогу сейчас. Я любил его. Я любил его так сильно, что готов пожертвовать собственным здравомыслием ради него.

- Пойдём в игровую, Валерий, - тихо сказал я. – Вытащи скамью для порки из чулана и укрась её собой.

Он не двигался.

- Сейчас, - скомандовал я.

Валера немедленно встал и покинул комнату. Я закрыл глаза и попытался заставить себя последовать за ним. Мои ноги были подобны камню. Конечно, я мог организовать простую порку. Необходимо лишь заставить его плакать, чтобы он смог найти некоторое облегчение, и тогда мы вернёмся в постель. Я мог это устроить.

Я пересилил себя и прошёл по коридору. Я посмотрел в дверной проём перед собой, и меня чуть не вырвало на пол.

Я вернулся в холл и опустился на пол, зажав голову в тиски. О Боже. Валера согнулся на скамейке, его задница была у меня перед глазами и всё, что я видел, это призрак моего отца позади моего красивого мужчины. Я сделал ошибку, сказав ему склониться над скамейкой. Эта поза была слишком знакома.

Я видел его руки на бёдрах Валеры. Я видел его закинутую голову, когда Валерка боролся. Я видел замешательство в его лице, нож в руках отца, и боль в глазах Валеры.

Тихие слёзы текли по моим щекам.

Я не мог сделать это. Я никогда не буду в состоянии совершить это.

Не знаю, сколько времени я сидел в коридоре, с ним всё ещё расположенным на скамье, ждущим меня, прежде чем я обрёл дар речи. Я вытер слёзы и удостоверился, что мой голос уверенный.

- Изменение планов, - позвал я, – убери скамью. Я хочу тебя в этой позе на полу. Лицом к двери.

Я услышал движение в комнате, когда он следовал моим командам.

Я несколько раз глубоко вдохнул и заставил себя встать.

Я осмотрел игровую комнату во второй раз. Так было лучше. Навевало воспоминания о лучших временах.

Я подошёл к нему и встал на колени. Запустил руки в его волосы и мягко приподнял подбородок.

- Прости, Валера, - признал я. – Я не могу. Я не готов.

Я притянул его руками. Ощущение его голого тела возле меня было невероятным. Я дышал ему в волосы, целуя.

- Я не могу причинить тебе боль, только не после того, что он сделал с тобой. Что, если я обидел тебя?

Валера не ответил, но я знал, что он был разочарован. Я чувствовал напряжение в его теле.

Валерка поцеловал меня, когда я не ожидал этого. Он никогда, при обычных обстоятельствах, не совершал таких агрессивных действий в игровой. Стало ясно, что независимо от местоположения, он не был моим подчинённым в тот момент, а я не был его Домом. Валера оседлал меня, опрокинув назад, не прерывая поцелуя. Его поцелуй был отчаянным, молящим. Я сконцентрировался на ощущении его тёплой кожи на моей. Я заблокировал всё, кроме чувства его в моих руках. Я выбросил все мысли из головы, позволяя ему завладеть мной.

Я чувствовал, что стал твердеть против его накаченного живота. Я подвинулся для большего комфорта, потянув его на себя. Он обхватил своими крепкими руками мой член и начал поглаживать меня. Я позволил делать с собой всё что угодно, пока я целовал его и беспомощно стонал ему в рот.

Да, красавчик. Используй меня. Возьми всё, что хочешь.

Когда я стал твёрд и готовым для него, Валера опустился на меня, впуская меня в своё упругое горячее тепло. Валерка сильно тянул меня за волосы, пока он двигался на мне и добавил свои тихие стоны к моим. Я трепетно дотрагивался до него, словно до фарфоровой куклы. Он извивался надо мной, требуя большего. В конце концов, я нашёл в себе силы, чтобы сжать его соски, когда они восхитительно стали твёрдыми у меня на глазах. По-видимому, этого было достаточно. Валера откинул голову назад и закричал от наслаждения. Я наблюдал за ним, а затем последовал за Валеркой.

Моментом позже он сполз с меня, его тело всё ещё дрожало от силы оргазма.

- Иди обратно в постель, - сказал я. – Я скоро подойду.

Он кивнул и вернулся в спальню.

Я прошёл на кухню и вытащил пиво из холодильника. Я залпом выпил половину бутылки, затем вытащил зарядное устройство из телефона. Мы рано легли спать. Ещё не было и десяти.

Я делал очередной глоток пива, в то время, как набирал номер по мобильному телефону.

- Даня, - сказал я. – Ты мне нужен. Можешь взять билет на самолёт?

Валера:

Я проснулся позже, чем должен был, в пятницу утром я торопился в школу. Сегодня был мой последний рабочий день перед праздниками. Новый Год выпал на среду в этом году, поэтому понедельник и вторник стали выходными перед новогодними
праздниками. Впереди была долгая и приятная неделя, и я с нетерпением ждал её.

День тянулся. Дети с восторгом ждали выходных, и я ничего не мог сделать, чтобы заставить их сосредоточиться на учёбе. Я, наконец, сдался, после второй половины дня и мы вместе разгадывали математические ребусы, вместо запланированных уроков.
По крайней мере, благодаря им можно было чему-нибудь научиться. Я знал, что некоторые из учителей просто включали DVD, вместо того, чтобы попытаться что-нибудь выполнить.

Я заволновался, когда прозвенел последний звонок. Мне пришлось задержаться, чтобы собрать все вещи перед праздником. Мне необходимо было проставить оценки по некоторым работам и подготовить материал, но я мог позволить себе несколько дней выходных. Я с нетерпением ждал время, которое собираюсь провести с Эриком.

Когда я остановился у подъездной дорожки, то был удивлён, увидев две машины, уже припаркованные там. Авто Эрика стояло там, что было типично для пятницы, но другая машина - мне была неизвестна. Я не ждал гостей.

Я робко постучался в дверь собственного дома, перед тем, как медленно её открыть. Если у Эрика была компания, я не хотел их застать врасплох. Конечно же, Эрик будет ждать меня с работы в это время. Ничего не могло подготовить меня к тому, что меня ждало в гостиной. Эрик сидел в кресле спиной ко мне. Даня сидел на диване напротив него. Между ними на полу и на кофейном столике были различного вида верёвки и две приоткрытые спортивные сумки, в которых было Бог знает что.

- Заходи, Валерка, - сказал Эрик. Я уронил свой рюкзак на пол в кухне и вошёл в комнату.

- Валерий, рад видеть тебя, - сказал Данька.

Я сглотнул громко: он назвал меня Валерием. Чтобы это значило? И как мне реагировать? Я посмотрел на Эрика, молчаливо прося о помощи. Он кивнул мне, ничего не ответив. Мне нужно было что-то сказать.

- Я тоже рад тебя видеть. Чем обязаны твоему визиту?

Мне не хотелось называть его Сэр без разрешения Эрика, а звать его по имени было слишком неформально. Лучше не использовать вообще имён, если можно было этого избежать.

Эрик ответил за него. - Я просил его приехать, Валера. Подойди и сядь со мной.

Я сделал так, как просил Эрик, и он взглянул на меня.

- Валер, после всего, что произошло в последнее время, я не совсем готов вернуться в игровую комнату с тобой. Я думаю, что ты понял это после вчерашней ночи. Тем не менее, это мой долг, чтобы твои нужды были удовлетворены. Тебе, как и мне, нужно залечить свои раны, и я думаю, что после этого ты получишь то, что тебе необходимо.

Я хотел возразить, но он прервал меня.

- Даня здесь по моей просьбе, помочь нам пройти через сложный период. Он согласился поработать со мной несколько дней, пока я снова не смогу это делать сам. Мне нужно, чтобы он был здесь, Валерка, и предпочтительно, чтобы ты не сопротивлялся этому.

Я глубоко вздохнул и нервно покосился на двух мужчин. Эрик не хотел быть со мной? Он не может прикоснуться ко мне, поэтому он позвонил моему прошлому Дому, чтобы тот приехал и забрал меня? Нет, не так. Эрик любил меня. Он не сделает этого. Он пытался удовлетворить все мои потребности, и не был уверен, что в силах сделать это самостоятельно.

Я был смущён: Эрик всегда был собственником. Мне с трудом верилось в то, что он будет спокойно смотреть на то, как Даня будет «помогать» мне. Он сказал, что Даня будет работать с ним. Он не сказал, что Данька будет работать со мной. Даня был здесь, чтобы помочь Эрику. А Эрик, в свою очередь, поможет мне.

Мог ли я согласиться на это? Я знал, что он пытается сделать то, что, по его мнению, будет лучше для меня. У Эрика были всегда лучшие намерения.

- А в чём конкретно состоит план? - спросил я.

На этот раз ответил Даня. - Я буду давать советы Эрику, в каком направлении двигаться, чтобы помочь ему восстановить уверенность в себе. Он не рассказал мне всего, но мне известно достаточно, чтобы понять, почему ему требуется моя помощь. Он останется твоим главным Домом. Ты будешь подчиняться его приказам, а не моим. Ты принадлежишь ему. Я сведу к минимуму наш с тобой физический контакт, хотя сомневаюсь, что смогу полностью избежать этого.

Я снова взглянул на Эрика. Было очевидно, что они уже обсудили это.

- Я хочу, чтобы ты выслушал его, Валерий, - сказал Эрик. - Я даю тебе разрешение следовать его приказам. Ты знаешь, что я люблю тебя. Я хочу всего лучшего для тебя, и я думаю на данный момент, Даня сможет помочь тебе намного лучше, чем я. Он не будет заниматься с тобой сексом, но ему будет нужно прикоснуться к тебе, а тебе - к нему. Я хочу, чтобы ты делал всё необходимое, чтобы оправиться, и я не хочу, чтобы ты паниковал из-за меня. Прямо сейчас я приказываю тебе подчиняться ему. Это понятно?

- Да, сэр.

- Хорошо. Я собираюсь приготовить ужин. Даня может ответить на все твои вопросы. Я вернусь через полчаса.

Он потянулся ко мне и нежно поцеловал в губы. - Я люблю тебя. Всё будет хорошо.

Я молча кивнул, и он встал, чтобы уйти. Когда дверь кухни закрылась за ним, я снова обратил внимание на Даню.

- Ты в порядке?

- Да, просто я немного в шоке.

Он кивнул. - Слова безопасности те же - красный, жёлтый и зелёный. Я чаще буду проверять тебя, чем обычно, но я хочу знать сразу, если тебе будет некомфортно. Это понятно?

- Да... сэр, - ответил я.

- Валер?

Я взглянул на него.

- С ним всё будет хорошо. Я помогу вернуть тебе твоего Дома. Он боится и ненадолго ему нужна поддержка. Твои потребности и твоя безопасность - это самое важное сейчас. Он правильно поступил, когда позвонил мне. Это очень серьёзный и взрослый поступок для Дома, чтобы понять, где твой предел. Эрик временно достиг своего предела. Я здесь, чтобы помочь ему двигаться вперёд и удостовериться, что тебе ничего не угрожает во время этого. Хорошо?

- Хорошо, - тихо проговорил я.

- Физически ты восстановился? У тебя что-нибудь болит?

- Нет, я хорошо себя чувствую.

- Эрик сказал, что у вас был секс, но он не шлёпал, не наказывал или не ограничивал тебя после инцидента. Это верно?

- Да.

- Он говорит, что тебя мучают кошмары.

Я кивнул.

- Ты плакал после той ночи?

Я помотал головой, говоря нет.

- Ответь мне вслух, - скомандовал он. Моё тело отреагировало на властность в его голосе против моей воли.

- Нет, сэр. Я не плакал с прошлого четверга.

- Ты боишься сейчас, что тебя отшлёпают за что-нибудь?

- Нет, сэр.

- Хорошо. Раздевайся.

Я резко вдохнул. Прямо сейчас? Он хотел, чтобы я разделся прямо сейчас без Эрика?

- Твоя одежда, Валерий. Сейчас же.

Похоже, что так. Я встал на трясущихся ногах и начал раздеваться. Сначала снял пиджак и расстегнул рубашку, комкая их, и положил на диван. Я расстегнул брюки и спустил их. Я снял туфли, а потом носки. Даня оставался на диване, просто наблюдая за мной. Я нежно прикоснулся к своему ошейнику, перед тем, как продолжить. Всё хорошо. Эрик хотел этого.

Я снял брифы и боролся с желанием прикрыть член руками. Через минуту я также добавил брифы к вороху одежды. Я смотрел на пол.

- Очень хорошо, Валерий. А теперь займи позицию и жди возвращения своего господина.

Я встал на колени, а руки завёл за голову в знакомой позе. Данька встал и пошёл в кухню. Я слышал, как он передвигается по дому, принося вещи в гостиную, включая воду в ванной. Я не поднял взор, но получал удовольствие от своего подчинения. Всё, что мне надо было делать - это быть здесь и не двигаться. Я мог сделать это.

Несколько минут спустя вернулся Эрик, принося с собой запах китайской еды. Он тихо вошёл в гостиную, и я мог чувствовать его взгляд на своём голом теле. Даня вернулся минуту спустя; его шаги были тяжелее, чем у Эрика. Они передвигались вокруг комнаты, расставляя еду и в основном игнорируя меня. За что я был благодарен. Это дало мне минутку глубоко вздохнуть.

- Завяжи ему руки, - сказал Даня Эрику. Его голос был властным, как обычно, но в то же время это не был приказ, как, например, он бы говорил со мной. Интересно, Эрик заметил разницу. Немного погодя, его тёплые руки обвились вокруг моих запястий.

- Привет, Валерий, - сказал он мне на ушко, перед тем, как прикоснуться губами к моей шее.

- Добрый вечер, сэр, - ответил я.

Он встал на колени позади меня и завязал нейлоновую верёвку вокруг запястий - надёжно, но не очень сильно.

- Пошевели пальцами, - скомандовал он. Это прозвучало скорее, как вопрос. В его голосе слышалась нервозность. Я пошевелил руками, чтобы показать, что у меня нормальная циркуляция.

- Ты можешь посмотреть на меня, - сказал он.

Он сел рядом со мной и положил мои ноги на свои так, что я сел на задницу на полу. Данька сел на пол по другую сторону кофейного столика. На столике было полно различных контейнеров на вынос. Эрик медленно кормил меня палочками для еды, останавливаясь, чтобы смахнуть соус с моих губ своими пальцами. Его движения
были по большому счёту платоническими, но моё желание к нему росло с каждым его движением. Это был очень интимный процесс, когда он сам кормил меня; оставаться голым, пока он был полностью одет, в присутствии другого мужчины.

Они разговаривали о повседневной жизни, но я не прислушивался к их разговору. Я отвлекался на то, как руки Эрика случайно касались моего бедра, когда он пытался достать что-нибудь со стола и на то, как он нежно прикасался к моей щеке, чтобы я поел ещё.

После ужина Эрик отнёс остатки на кухню и положил их в холодильник. Он убрал мусор и вытер кофейный столик.

- Ты хочешь воспользоваться ванной? - спросил он меня.

- Да, пожалуйста, - ответил я. Моё тело парило от ощущений.

Он помог мне встать и быстро развязал верёвки на моих руках. Другой бы Дом оставил бы меня связанным, но Эрик всегда с пониманием относился к моим естественным нуждам. Он вырос в очень стерильных условиях, и такие вещи выводили его из себя. Я улыбнулся, подумав об этом. Я сходил в туалет и помыл руки, перед тем, как вернуться в комнату.

Когда я вернулся, они стояли рядом друг с другом с верёвками в руках. Программа на сегодняшний вечер - связывание.

- На колени. Перегнись через стол, - сказал Даня.

Я сделал так, как он сказал, располагая бёдра на краю стола и грудью, прижимаясь к поверхности. Я положил руки на стол, ладонями вниз. Я лёг лицом к ним, щекой прислонившись к столу, и не мог полностью их видеть.

- Цвет, Валерий? - спросил Даня.

- Зелёный, сэр.

- Эрик?

- Зелёный.

- Валерий не двигайся. Эрик, я хочу, чтобы ты обошёл вокруг него. Взгляни на него.

Я не двигался, пока он ходил по кругу. Напряжённость, которая исходила от него, была ощутимой. Походка была неловкой. Я знал, что ему сложно видеть меня в таком положении. По крайней мере, я не стоял, как прошлой ночью. Это намного отличалось от того, в каком положении я был вчера на кухне, нагнувшись над стойкой. Даня пытался постепенно ввести его.

- Думаешь, ты сможешь связать его?

Эрик не ответил, но минуту спустя я почувствовал, как он присел на колени рядом со мной. Он убрал с моего лица волосы и нежно поцеловал меня в щёку. Он поднял мои руки и изменил положение моего тела. Я расслабился и позволил ему управлять мной.

- Поговори с ним, Эрик.

Эрик замешкался, а затем сказал. - Очень хорошо, Валерий. Ты прекрасно подчиняешься.

Он связал мои руки за моей спиной так, как и раньше.

- Пальцы?

Я пошевелил ими. Он взял длинную верёвку и протянул её под столом и через всю спину. Он прошла через середину моей руки между плечами и локтем. Я смогу поднять голову, но не плечи. Он снова протянул её, на этот раз ещё ниже по спине, между локтем и запястьем. Он привязал верёвку и встал.

- Что-нибудь болит? - спросил он меня.

- Нет, сэр.

- Цвет?

- Зелёный, сэр.

Даня заговорил. - Ты можешь связать его ноги?

Я услышал, как Эрик тяжело сглотнул. Чтобы связать мне ноги, нужно стоять позади меня. Это будет намного сложнее. Он, скорее всего, ответил нет, потому что Даня сказал, что поможет ему.

- Валерий, я хочу, чтобы ты поговорил с Эриком. Скажи ему, что ты в порядке. Хорошо?

- Я в порядке, сэр, - я улыбнулся в холодную поверхность стола. - На самом деле, мне намного лучше. Я чувствую себя прекрасно.

Данька засмеялся. Эрик же не отреагировал.

- Уверен, что так, - сказал Даня, смеясь. - Ты возбуждённый?

- Очень, сэр.

- Скажи Эрику, что ты хочешь, чтобы он с тобой сделал.

- Я хочу, чтобы ты привязал меня к столу, а потом я хочу, чтобы ты отшлёпал меня, пока моя попка не станет горячей.

- Продолжай, Валерий.

- А потом я хочу, чтобы ты трахнул меня жёстко, чтобы я кончил на твой твёрдый член.

Даня снова засмеялся. - Ну, если от этого ты не возбуждаешься, то тебе ничего не поможет.

- О, я очень возбуждён, - ответил Эрик, но потом он заговорил снова и на этот раз его голос был неуверенным. - Ты же не позволишь мне причинить ему боль?

- Я помогу тебе. Ты с этой стороны, а я начну с другой, идёт? Я буду рядом.

Они оба присели на колени, по разные стороны от меня. Эрик нежно прикасался к моим рукам, к моей спине и бёдрам. Он медленно обходил вокруг меня, пока перед ним не предстало 3/4 моих бёдер и попки.

- Повторяй за мной, - сказал Данька. Даня начал с конца стола, с моих колен и скрепил верёвку вокруг моего бедра, привязывая меня к столу. Эрик сделал то же самое, однако я чувствовал, как его руки трясутся.

- Хорошо, - продолжил Даня, - Ещё один раз и выше.

Даня постучал по внутренней стороне моих бёдер. - Раздвинь шире.

Я неудобно подвигался, пытаясь подчиниться. Он продел ещё одну петлю, которая проходила между моих бёдер и члена, а затем соединялась над моей попкой. Я не мог двигаться из-за верёвок, не мог тереться, но их близость к моим самым интимным частям была просто невыносимой.

- Цвет, Валерий?

- Зелёный, сэр.

- Эрик?

- Мне нужна минутка, - ответил он.

Я закрыл глаза и надеялся, что не просил слишком многого от него. Может, он на самом деле не был готов. На самом деле я не просил об этом, хотя он знал, что мне это было нужно. Возможно, я слишком давлю на него. Я глубоко вздохнул и пытался войти в состояние подчинённости. Это не моя ответственность. Даня был здесь, чтобы помочь Эрику. Мне просто необходимо выполнять свою часть, которая не включала в себя обдумывание таких деталей.

Я услышал, как они что-то ищут в одной из сумок.

- Хорошо, - сказал Даня, - Когда будешь готов, я хочу, чтобы ты сфотографировал его. Я хочу, чтобы ты, по крайней мере, сделал пятьдесят снимков вокруг него. Со всех сторон.

Ну, это было для меня нечто новым. Мы с Эриком решили ничего не записывать. Мы не хотели, чтобы Кирилл когда-нибудь нашёл это, поэтому видео и фотоснимки были исключены из нашей жизни. Хотя я не думал, что это имеет какое-либо отношение к образам. Даня заставлял его взглянуть на меня. Он использовал фотоаппарат, как барьер, чтобы ему было легче видеть меня в таком положении на столе и связанного. И даже не имело значение, было ли достаточно памяти в камере. Дело было в самом действии.

Я закрыл глаза и наслаждался уязвимостью своей позиции. Мне не нужно было принимать участие и соответственно быть за что-то ответственным. Я позволил стрессу покинуть своё тело, как будто деревянная поверхность поглотила его.

Минуту спустя я услышал, как раздался щелчок. А потом ещё. Он начал с левой стороны и продвигался вперёд. Он производил постепенные щелчки, шум был ритмичным и успокаивающим.

Щелчок. Вздох. Щелчок. Вздох.

- У тебя всё хорошо получается, - вдохновлял его Даня. - Продолжай в таком же ритме.

Щелчки постепенно уменьшались, когда он обошёл меня с другой стороны, но он не остановился. Он закончил свой круг, а потом глубоко вздохнул.

- Хорошо, - сказал Даня. - Как ты себя чувствуешь?

- Я в порядке. Лучше.

- Валерий? Как ты себя чувствуешь?

- Возбуждён до предела, - ответил я с улыбкой.

У меня было такое чувство, что я поплачусь за свои слова.

Эрик:

Я вытащил карту памяти из камеры и положил её в карман. Я передал камеру обратно Дане. Я избавлюсь от фотографий, если Валера не захочет их видеть. Это не пособие по созданию порно-изображений, это хитрый план, чтобы нам с Валеркой снова чувствовать себя уютно в обществе друг друга. Возможность сделать это своими руками облегчало дело. Я не мог позволить своему воображению снести мне башню, когда передо мной стояло выполнение задачи. Валера был прав. Свобода в следовании правилам.

- Хорошо, - сказал Даня, смотря на меня. – Как себя чувствуешь?

- Я в порядке. Лучше, - сказал я. Это была правда. Я был всё ещё возбуждён, как чёрт, но я мог детально рассматривать голую задницу своего любимого и не кончить. Так лучше, но я знал, что это лишь вопрос времени.

- Валерий? Как себя чувствуешь?

- Возбуждён до предела, - дерзко ответил он.

Блять.

Знаю, он сказал это только для того, чтобы нарочно быть впереди. Он вёл себя развязно, и он знал это. Валера откровенно просил наказания.

Связать его – одно дело, и это было достаточно трудно. Я знал, что не могу отшлёпать его. Если Валерка закричит, это убьёт меня. Я в тупике. Я знал, что ему было необходимо, и знал, что у меня нет сил дать ему это.

- Ты позволишь ему так с собой разговаривать, Эрик? – спросил Даня. Его взгляд был расчётлив. Он пытался определить, как далеко он сможет меня продвинуть. Он был очень опытным Домом, и его знание «как далеко» пришло с опытом. Уверен, он знал, что я на пределе.

Я не могу это сделать. Слёзы горели в моих глазах.

- Я дам тебе некоторый выбор, - сказал Даня, его голос был мягче, чем раньше. Он знал, что это будет не лёгким решением для меня.

- Мы оба знаем, что ему нужно – о чём он буквально молит. Рекомендую пятнадцать ударов кожаным ремнём или около двадцати плетью с кожаными «хвостами», но он может завестись сильнее необходимого.

Я кивнул ему. Это звучало достаточно приемлемо для меня.

- Есть три варианта, как я вижу это, - продолжал он. – Ты можешь сделать это, и я буду руководить. Лично я не думаю, что это лучший вариант. Не думаю, что ты можешь осилить это прямо сейчас, и я не хочу, чтобы ты случайно причинил ему боль или непосредственно себе, потому что ты решишь на середине бросить то, что не сможешь сделать.

Я проглотил слюну. Мне также не понравился этот вариант. Я был не готов.

- Вариант второй, можешь прогуляться до конца улицы и обратно. Мне понадобиться лишь десять минут.

- Ты просишь меня оставить его? – спросил я в ужасе. Нет. Это недопустимо.

- Я прошу подышать тебя свежим воздухом. Тебе надо остыть, ему это также необходимо. Когда вернёшься, сможешь поухаживать за больным.

Я доверял ему. Валера доверял ему. Я знал, что он не сделает ему больно, но я не мог бросить его. Есть другой путь. – Каков третий вариант?

- Ты сидишь на полу возле его головы и наблюдаешь, как я делаю это.

Это было очень тяжело для меня, но думаю, это лучший выбор. Это лучше для Валеры.

- Да, давай сделаем так, - сказал я.

- Хорошо, но я установлю некоторые правила, для твоей собственной и его безопасности, и если ты лишь подумаешь о том, чтобы нарушить одно из них, то я выпихну тебя из твоего же проклятого дома, пока не закончу. Понял?

- Да. Каковы правила?

- Не трогать его ниже шеи. Если твоя рука окажется между кнутом и его задницей, то сломаешь свои чёртовы пальцы.

Я кивнул. Это имело смысл. Я должен был смириться с тем фактом, что Валера хотел этого. Я не мог защитить его от этого, и преуспел лишь в том, чтобы ранить себя, если попробую.

- Номер два: держи свой рот на замке. Захочешь поговорить с ним – говори грязно. Расскажи ему свои фантазии. Скажи ему, насколько он сексуален. Мне всё равно, потому что это, вероятно, сделает его ещё более горячим, но не пытайся успокоить его. Говоря ему, что всё почти закончилось, всё будет хорошо, это лишь оскорбит его. Он не должен чувствовать себя виноватым, потому что наслаждается этим, тебе может показаться, что этот ужасный опыт не поможет. Понял?

- Да.

- Хорошо, последнее правило: помни, что я делаю это для его же блага. Если ты кинешься на меня, внезапно решив, что я делаю ему больно, то я не моргну, прежде чем выбить это дерьмо из тебя.

Я не сомневался в нём.

- Понял.

- Повтори мне правила.

- Что это значит? Грёбаный детский сад? Я сказал, что понял.

- Ты мог бы стать ужасным подчинённым. Ты непослушный, как дерьмо.

Я горько усмехнулся. Это была правда. – Хорошо. Не трогать его ниже шеи. Не трогать тебя вообще. И не пытаться успокоить его.

- Отлично. Иди, сядь с ним.

Я сел на пол, скрестив ноги, возле стола. Валера улыбнулся мне, затем покраснел. Он был чертовски восхитительным.

- Ты в порядке? – спросил я.

Он кивнул. Даня обошёл комнату, удостоверяясь, что пространства достаточно и что он должным образом оборудован.

- Валерий? – спросил Даня.

- Да, сэр? – ответил он.

- Сосредоточься на мне прямо сейчас.

- Да, сэр.

- Я дам тебе десять. Считай.

Я съёжился от звука кожаного ремня. По опыту знал, что шум был хуже, чем удар на самом деле, но это не помогло. Я закрыл глаза. Не мог смотреть.

- Один, - сказал Валера. Его голос был спокойным и уверенным.

Он снова ударил его, на этот раз Валера несколько сместился, верёвки держали его в безопасности. Я рискнул заглянуть ему в лицо и твердил себе, что для меня происходящее хуже, чем для него. Валерка мягко мне улыбнулся.

- Два, - произнёс он. На сей раз более хрипло и возбуждённо.

После этого он нашёл ритм, и Валерка начал корчиться на столе. Его подсчёт превратился в эти сексуальные короткие стоны, которые выстреливали прямо в мой член. Я смотрел на Валеру, не в силах оторвать глаз. Валерка был чертовски горяч, на лице неподдельное грёбаное счастье. Я никогда раньше этого не видел, будучи всегда на противоположном конце кнута, и это завораживало. Я всегда знал по звукам его голоса, что он наслаждается этим, но это было что-то другое.

После трёх я начал говорить с ним. Я рассказал ему о каждой мысли в моей голове. Я сказал ему, насколько твёрд для него, как сильно хочу трахнуть его. Я сказал ему, что он выглядит ошеломительно.

После шести я был уверен, что Валера кончит прямо на столе. Я также полагал, что кончу себе в штаны.

После восьми мог сказать, что Валерка начинает чувствовать это. Он прикусил нижнюю губу и слёзы показались в его глазах.

Он остановился на десяти, но скажу, что Валера не был готов закончить. Его лицо выражало что-то среднее между болью и экстазом.

- Валерий, где мы?

- Зелёный, сэр, - ответил он.

- Эрик?

- Ещё пять.

- Хочешь ещё пять, Валерий?

- Да, пожалуйста.

- Попроси об этом, - Даня заставлял его говорить. По его голосу он мог лучше судить, был ли Валера готов продолжать или нет. Я был немного расстроен, что Даня не поверил мне, но если бы я был на его месте, то я также потребовал этого. Его задача состояла сейчас в том, чтобы защитить Валеру, это значило, что он должен быть уверен, для себя, что Валерка в порядке. Даня приглядывал за ним, и я был в вечном долгу за это перед ним. Он был поистине великим наставником. Нам с Валеркой повезло с ним.

- Пожалуйста, сэр, будьте добры, дайте ещё пять.

- Считай.

Это причинило большую боль, потому что прошло некоторое время. Два удара в продолжение и Валера начал плакать по-настоящему. Между тремя последующими ударами был больший перерыв, давая ему возможность прочувствовать каждый. В конце Валерка рыдал, но его тело было расслабленным.

- Развяжи его и сними со стола, - руководил Даня.

Я сделал так, как он сказал, начав с ног и поднимаясь выше. Последними я освободил руки, Валера обнял меня за шею, что позволило усадить его к себе на колени. Я осмотрел его руки и ноги. Всё было в порядке и горячим. Я качал его, держа на руках, пока он не перестал плакать.

Это то, что было нам необходимо. По крайней мере, необходимо мне. Мне надо чувствовать, что я могу быть полезным для него. Валерка казался столь маленьким и уязвимым в моих руках. Обычно он был так отчаянно независимым, что я никогда не пытался стать его рыцарем в сияющих доспехах, но я хотел чувствовать себя полезным. Хотел знать, что из-за меня его жизнь становиться лучше.

Даня подождал минуту, затем встал. – Отнеси его в постель, - сказал он. – Я вернусь утром, около девяти.

Я кивнул. – Знаешь, как добраться до отеля?

- Да. У тебя есть мой номер мобильного. Звони, если понадоблюсь.

- Спасибо. Я действительно ценю то, что ты делаешь для нас.

Он вышел. Я предлагал ему остаться с нами, но он сказал, что думает, что в отеле ему будет лучше. Думал, что нам надо провести некоторое время наедине, чтобы это возымело эффект. Вероятно, он был прав. Так что я отправил его в хороший отель, неподалёку от нас. Меньшее, что я мог сделать для него, это оплатить все его расходы. Я пытался компенсировать его потерю в зарплате, на что он ответил, что достаточно оплачиваем и востребователен, и отпуск был не проблемой. Надеюсь когда-нибудь оплатить ему это.

Валера успокоился в моих объятьях. Я поцеловал его в макушку, и он наклонил своё заплаканное лицо, чтобы встретить мои губы. Я нежно его поцеловал.

- Ты в порядке, малыш?

- Лучше, чем хорошо, - улыбнулся он мне. – Спасибо, за всё – за то, что привёл меня к Дане, и за то, что остался здесь со мной.

- Я хотел сделать что-нибудь для тебя, Валера. Мы пройдём через это, я обещаю. Только не отказывайся от меня.

- Я никогда не откажусь от тебя, - он поцеловал чувствительную точку за моим ухом на шее, и я невольно застонал.

- Ты будешь моей смертью, чувак.

- Какой способ умереть, - озорно ответил Валерка.

Я встал и перебросил его через плечо, чтобы перенести в спальню, как мешок с картошкой. Он смеялся и визжал всю дорогу.

Валера:

Эрик игриво перебросил меня через плечо и отнёс в нашу спальню. Я чувствовал себя потрясающе. Я знал, что мы ещё не выбрались из чащи, но чувствовал, что мы двигаемся в правильном направлении.

В конце концов, Эрик сможет наказать меня, и тогда всё снова будет в порядке между нами. Моё неповиновение привело к моему изнасилованию и, в конечном счёте, к смерти Кирилла. Если Эрик сможет наказать меня за непослушание, то он простит меня. Мне было необходимо его прощение.

Присутствие Эрика возле меня, говорящее мне, как он хотел меня трахнуть, в то время, как Даня порол меня, было одним из самых эротических событий в моей жизни. Если один из них дотронулся до меня, пока я был привязан к столу, то я бы просто взорвался. Я был всё ещё твёрдым и пульсирующим между ног, и я надеялся, что Эрик приведёт меня в восторг.

Он бросил меня на кровать и улыбнулся той красивой кривоватой улыбкой, что я так любил. Он медленно раздевался, позволяя мне наблюдать за ним, когда показал своё точёное тело.

- На край кровати, быстро, - сказал он.

Я сделал, как он попросил, расположив задницу прямо на краю постели, разведя колени. Он будет стоять возле кровати, и трахать меня. Я любил эту позицию. Ему было тяжело достичь пика, стоя подобным образом, так что я мог наслаждаться его членом на протяжении долгого времени.

- Готов быть оттраханным, Валерий?

- Да, сэр.

- Хорошо, - сказал он, прежде чем грубо войти в меня. Я стонал и сжимал пальцы у края матраса.

Он входил в меня с бешеным темпом, и я ничего не мог сделать, но держался. – Я хочу, чтобы ты кончил столько раз, сколько сможешь, - он задыхался между толчками. Блять, да. Мне нравятся такие приказы.

- Поиграй с членом, - приказал он. Я сделал так, как он просил, дотянувшись до своего члена и скользя по длине ствола туда и обратно. Мне потребовалось меньше минуты, чтобы достигнуть своего первого оргазма. Он держал свой член глубоко во мне, пока я дрожал вокруг него.

Он подвинул меня обратно на середину кровати и навис надо мной, не вытаскивая член из моей дрожащей задницы. Он поднял мою ногу, опустив себе на плечо, и продолжил свой ритмичный натиск.

Его член был толстым и твёрдым внутри меня, с каждым толчком достигая простаты, причиняя некоторое количество боли, как ободряющая проверка после каждого движения. Я чувствовал себя совершенно беспомощным под ним, неспособным двигаться под его весом и мои ноги широко расставлены. Он прибавил к ощущению, прижав своей рукой мои над головой. Грёбаные небеса.

Я расслабился и полностью ему подчинился. Он доводил моё тело до невероятных высот. Когда я кончил во второй раз, он даже не снизил темпа, просто зарычав мне в ухо, что заставило меня кончить ещё сильнее.

Он периодически передвигал мои ноги и бёдра, изменяя угол и находя во мне новые чувствительные точки. После чего это казалось вечностью постоянного блаженства, он, наконец, позволил себе обильно кончить, находясь глубоко во мне.

Мы лежали, хватая воздух, спутавшись в течение длительного времени, прежде чем он, наконец, нашёл в себе силы, чтобы свернуться калачиком рядом со мной. Я заснул почти мгновенно, без сновидений.

На следующее утро я стоял у двери игровой и ждал приглашения войти.

- На колени, - сказал Эрик.

Я упал на колени, склонив голову.

- Заходи.

Я вполз в комнату, обольстительно покачивая плечами, потому что знал, что они смотрят. Я любил играть перед Эриком, и присутствие Дани делало это только лучше.

- Посмотри на меня, - я посмотрел в потрясающие зелёные глаза Эрика. Он вернул себе часть своего обычного командного положения. Когда Эрик был в образе Дома, он был силой, с которой приходилось считаться; никто не оспорил бы его власть. Этот Эрик не был столь пугающим, но так намного ближе, чем человек, который подполз ко мне в этой комнате два дня назад, рыдая и трясясь.

Он запустил руки мне в волосы и мягко гладил меня. Когда он так ласкал меня, его присутствие ощущалось, как физическое тепло. Я чувствовал себя самым главным в его жизни. Я никогда не хотел бы чувствовать себя иначе.

Он снял рубашку и стоял передо мной только в чёрных джинсах. Степень его возбуждения была ясно видна через материал.

- Я хочу, чтобы ты сосал мой член, - мягко сказал он. Я был рад выполнить.

- Нет, Эрик, - заговорил Даня. – Командуй. Ты просишь его. Ты должен говорить ему.

Эрик глубоко вздохнул. Меня обеспокоило, что он не разозлился. Эрик не любил, когда люди говорили ему, что делать. Тот факт, что он не спорил с Даней, указывает на его дискомфорт. Он был более нервным, чем показывал.

Он потянул меня за волосы, заставляя немного задрать голову. Он попробовал снова, и на этот раз ему удалось добавить больше силы. – Я собираюсь оттрахать тебя в рот. Растягни молнию.

Я сделал, как он сказал, освобождая его возбуждённую длину из джинс.

- Лижи, - сказал он. Его голос был грубым от желания, но по-прежнему командным. Я наклонился вперёд, облизав его основание члена вплоть до кончика. Эрик хмыкнул и толкнулся бёдрами вперёд. Я начал лизать и целовать каждую складку его члена. Я хотел, чтобы он полностью был во рту. Я хотел посмотреть ему в глаза, когда он входит в меня. Я хотел угодить ему.

Он потянул меня за волосы, затем снова прижал головку к моим губам. – Открой.

Я взял его в рот и начал жадно сосать. Он двинул бёдрами вперёд, трахая меня в рот медленными ударами. Я мурлыкал вокруг него и ласкал его языком.

- Хороший мальчик, - похвалил он. – Я люблю трахать твой сладкий маленький ротик.

Он увеличил темп и толкнулся глубже. Я расслабился и старался дышать через нос, позволяя ему использовать меня. Могу сказать, он был близок. Мне удалось взглянуть на него из-под ресниц. Его глаза закрыты, голова запрокинута. Чертовски восхитительно.

- Блять, - пробормотал он, когда вцепился мне в волосы и кончил мне в рот. Я глотал так быстро, как мог, слизав остаток спермы с его смягчившегося члена.

- Хорошая работа, Валерий, - сказал Даня. – Теперь сюда.

Я увидел вспышку гнева в глазах Эрика. Гнев промелькнул лишь на мгновение. Он ревновал. Это было хорошо. Это было больше похоже на моего Дома.

Я подполз к Дане, согласно команде. Я слышал, как позади нас Эрик застегнул штаны.

- Встань и сними эту симпатичную одежду.

Я встал и стянул через голову футболку. Эрик сделал резкий вдох за моей спиной. Полагаю, он смотрел на слабые красные линии, которые остались после ударов, которые я получил вчера. Они исчезнут на следующий день, но я знал, что это было больным делом для него. Он никогда не любил видеть на мне отметины, но это было неизбежное последствие. Это беспокоило его гораздо сильнее, чем меня.

- Дай мне запястья, - сказал Даня, игнорируя очевидное недовольство Эрика. Я протянул руки. Он одел манжет на каждое запястье, затем связал их вместе длинной нейлоновой верёвкой. Даня всегда хорошо разбирался в играх с верёвками. Думаю, он обратился к своим деревенским/высокогорным корням.

- Эрик, - сказал он, протягивая ему мои связанные запястья, - подвесь его.

Эрик:

Да, Эрик. Подвесь его.

Блять.

Я знал, что Даня здесь ради моей пользы. Я попросил его прийти сюда. Я нуждался в нём. И вчера чувствовал себя невероятно зависимым от него, но моя уверенность в себе росла (это было целью), и мне становится всё труднее и труднее принимать его присутствие.

Это, вероятно, хороший знак. Обычно я никогда не терпел присутствия другого Дома, мужчину или женщину, в моей игровой, с моим Валерой. Я был единственным ребёнком. Я не делился.

Однако, я должен был совладать с собой, потому что вырубить его, когда он помогает мне, вероятно, не слишком мудрая мысль. Я столкнулся с необходимостью получить некоторую собственную дисциплину и свою уверенность в себе.

Я обхватил запястья Валеры руками и заставил себя подыгрывать. Мы с Даней уже обсудили порядок этого занятия. Я одобрил и согласился на каждое действие. Я мог сделать это.

Я отвёл Валеру на середину комнаты, где мы опустили верёвку. В последний раз, когда я использовал подвесную систему, была ночь, когда Валерка раскидал свою обувь по всей квартире. Я слегка тряхнул головой от воспоминания. Ночь что надо.

Я поставил его на квадратный душевой коврик под верёвкой. На нём всё ещё были носки, да-да, те самые, любимые, зелёные, и я не хотел, чтобы он поскользнулся на паркете. Закрепление рук всегда содержало риск вывихнуть плечи. Безопасность - прежде всего – особенно с моим неуклюжим маленьким ребёнком по имени Валера. Он стоял на коврике, пока я привязывал манжеты на его запястьях к верёвке, и затем всё проверил, чтобы удостоверится, что всё соединено правильно. Даня отошёл к стене, где висел другой конец верёвки. Если он потянет вниз, то это поднимет его руки. Я кивнул ему, и он медленно его поднял. Он остановился, когда я сказал ему, - когда руки Валеры колебались, будучи полностью вытянуты у него над головой.

- Цвет?

- Зелёный, сэр.

- Хороший мальчик.

Про себя я продумывал список. Что дальше? Завязать глаза. Даня, вероятно, мог бы сделать это, пока я связывал его, но думаю, что он намеренно давал мне время, заставляя делать всё максимально самостоятельно. Я почувствовал себя несколько виноватым за свои прежние чувства. Он действительно делал всё, что мог, чтобы быть полезным.

Я потянул за чёрную повязку из ящика и завязал Валере глаза. Слегка сжал его член в качестве награды за послушание. Валерка вздохнул от моего прикосновения. Мы обсудили затыкание его рта, потому что я правда боялся услышать его крик. Уверен, что его вопль будет преследовать меня в течение последующих лет. Но это было моей обычной привилегией – слышать его, поэтому Валера не был достаточно хорошо приспособлен к завязанному рту, и я хотел, чтобы это было, как можно более приемлемо для нас обоих.

Я также раздумывал над распоркой для его ног, но ему будет труднее самостоятельно сохранять их раздвинутыми. Плюс, я не хотел рисковать, помещая бегунок между его чертовски сексуальных ног.

Я пошёл обратно к Дане, который терпеливо ждал с длинной плёткой в руке. План состоял в том, что он отшлёпает его пять раз, когда я буду подводить его к краю наслаждения, не позволяя кончить. Тогда он получит ещё пять ударов, и это будет продолжаться, пока не решим, что с него хватит. Мы рассчитывали на пятнадцать-двадцать шлепков.

Мы надеялись достичь этим нескольких вещей. Первое – я буду принимать активное участие в его сессии, пока смогу справляться со всем этим. Второе – будучи с завязанными глазами, он не будет знать, кто что делает. Мы полагали, что так будет лучше для него. Третье – я собирался попытаться наблюдать. Прошлой ночью, когда Даня использовал на нём ремень, я сконцентрировался на лице Валеры. Ни разу не посмотрел на его задницу. Я должен пересилить себя, если когда-либо собираюсь быть в состоянии снова его наказать.

Такая схема позволит мне сменить Даню, если решу, что способен совладать с этим. Первые пять ударов были разминкой. Мы могли чередоваться, если я буду готов к этому.

Мы рассмотрели несколько различных игрушек, прежде чем остановиться на плётке. Это была хорошая игрушка во всех отношениях, но главная причина, почему я хотел использовать именно её, состояла в том, что она позволит Дому и подчинённому сабу находиться на расстоянии нескольких сантиметров. Я хотел, чтобы Даня свёл свои прикосновения к минимуму, и, если бы почувствовал, что в состоянии отшлёпать Валеру сам, то смогу сделать это с небольшого расстояния. Это не было столь же личным, как некоторые другие возможности.

Когда Валерка был полностью подвешен, я кивнул Дане, чтобы он присоединился ко мне. Он хотел, чтобы я говорил, как можно больше. Вчера он сказал ему число и приказал считать. Сегодня я должен был сделать это. В теории, Валера не должен быть уверен, что Даня всё ещё в комнате. Я должен действовать, как его Дом, по всем параметрам, исключая нанесение фактических ударов.

- Валерий?

- Да, сэр?

- Я дам тебе пять ударов. Готов?

- Да, сэр. Пожалуйста, пять.

- Считай.

Даня посмотрел на меня ещё раз для подтверждения, и я кивнул. Он сделал шаг вперёд, расслабил руку, отступил и ударил его. Я наблюдал, как хвосты из замши скрестились на изгибе его задницы. Думаю, что я вздрогнул сильнее, чем Валера. Очевидно, Даня заметил это и взглянул на меня, решая, смогу ли я справиться с этим, прежде чем нанести свой следующий удар. Его голос был чётким, как звонок, когда он считал.

Он шлёпнул его во второй раз, и я по-прежнему вздрагивал, но это не было столь же плохо. К тому времени, когда дошло до пяти, я едва ли реагировал на что-либо. Его задница приобретала прекрасный оттенок розового, и моё тело безропотно реагировало на это. Я был его Домом в течение шести лет, и ещё до этого я всегда возбуждался от покраснений от порки. Я боялся причинить Валере боль, но мой член, очевидно, не был настолько труслив.

Была моя очередь. Я открыл один из ящичков комода и вытащил вибратор, выбранный заранее. Нет ничего хуже, чем собираться использовать что-то, узнав, что оно без свежих батареек.

Я встал на колени перед Валерой и подул прохладным воздухом на внутреннюю часть его бедра. Он задрожал.

- Это сделало тебя твёрдым, Валерий?

- Да, сэр.

Я прошёлся ладонями от его колен и до его паха. Я использовал подушечки больших пальцев, чтобы нежно проводить по всей длине его возбуждения, в действительности не трогая его, но возбуждая его для меня. Я наклонился вперёд и слегка подул на его член. Он дёрнулся бёдрами ко мне и поддержал меня коротким сексуальным стоном.

Я высунул язык и быстро лизнул по длине его ствола. Он немного двинул ногами, сжимая их. Я отстранился.

- Ты не должен двигать ногами. Сделаешь это снова, и я заставлю тебя держать распорку своей милой маленькой попкой.

Он слегка захныкал, и я боролся с желанием засмеяться. Когда я не психую, это может быть действительно забавным.

- Раздвинь ноги.

Он подчинился, раздвинув ноги чуть больше, чем на ширину плеч. Я включил вибратор и позволил ему услышать его гудение. Он прикусил нижнюю губу. Левой рукой я держал его аппетитные половинки ягодиц открытыми и правой протолкнул слегка вибрирующую игрушку в него.

Он стонал, когда принимал его дюйм за дюймом. Я полностью втолкнул его, затем медленно начал вытаскивать. Я повторил свои действия с мучительно низким темпом. На третьем заходе я наклонился вперёд и слегка пососал его член. Он откинул голову назад, дёрнувшись вперёд бёдрами.

Если буду сосать слишком долго, то он кончит, но цель состояла в том, чтобы оставлять его близко к краю, как можно дольше. Я отодвинулся, и игрушка выскользнула из его ануса. Он вскрикнул от потери.

- Не сейчас, Валерий. Я хочу дать тебе ещё пять.

- Да, сэр, - вздохнул он.

Я обошёл его сзади и занял своё место рядом с Даней. Он посмотрел на меня, безмолвно спрашивая, хочу ли я взять плётку. Я покачал головой. Может быть, в следующем заходе. Он принял позицию, затем кивнул головой.

- Считай, - приказал я.

Он бил немного сильнее. Валерка изо всех сил старался удержать свои ноги на коврике. Его бёдра дико вздрагивали. Плеть оставляла красные полосы на них и его заднице. Потребуется день или два, чтобы они пропали.

Валера издал свой первый настоящий крик, прежде чем отсчитал четвёртый удар, и я запаниковал. Я должен был знать, что так и будет. Сила его ударов всё возрастала, и громкость его криков неуклонно росла, но они были слишком близки к тем, что он издавал на кухне той ночью, и я сорвался. Я выдернул плётку из его рук, прежде чем он успел понять, что произошло, но Даня быстро пришёл в себя и всем своим весом навалился на меня, выталкивая в коридор. В моём безумном состоянии, он с лёгкостью одолел меня. Он забрал плеть из моей руки, затем закрыл дверь в игровую перед моим лицом и запер её. Я без толку стучал в неё, прежде чем упасть на пол в припадке слёз.

- Жёлтый, - услышал я голос Валеры.

- Всё в порядке, Валерий, - заверил его Даня. – Эрик не очень хорошо реагирует на твои крики. Он в коридоре, чтобы остыть. Я собираюсь опустить тебя. Мы должны поговорить об этом.

- Хорошо.

Через минуту дверь вновь открылась, и Даня вышел. Валера был в нескольких шагах позади него. Я взял себя в руки. Два шага вперёд, один назад.

Валерка надел футболку, плотно обернул руками своё тело. Он выглядел так, будто нуждается в уходе. Даже при том, что мы не дошли до конца, он был в прострации некоторое время и был уязвимым. Вероятно, он был в ужасе от случившегося. Я был идиотом.

- Давайте пойдём в гостиную, - сказал Даня. Я встал с пола и направился к дивану. Даня сел напротив меня. Валера стоял в стороне, не зная, что делать.

- Иди сюда, малыш, - сказал я, держа руки открытыми для него. Он почти бежал ко мне. Валерка обнял меня и уткнулся лицом в шею. Я посадил его удобно на коленях и надёжно держал. Он дрожал у меня в руках. Блять. Я чертовски облажался.

- Тише, - успокаивал я. – Всё в порядке, милый. Я просто испугался. Я не хотел пугать тебя.

- Эрик, скажи мне, что произошло, - произнёс Даня. – Ты должен говорить об этом.

Я глубоко вздохнул. – Я, хм, это было слуховое воспоминание, думаю. Просто... это звучало так, будто он изнемогает от боли, знаю, что это не было разумно, но я лишь реагировал на это.

- Ты знал, что велика вероятность, что это произойдёт.

- Да, - согласился я. – Я затратил много усилий, чтобы выкинуть его крик из головы. Я боялся узнать, что может произойти, когда он закричит ещё раз.

- Валера?

- Да? – сказал он, не отрывая своего лица от моей шеи.

- Как ты себя чувствуешь?

- Я боюсь.

Я сильнее сжал его.

- Нечего бояться, - продолжил Даня. – Мы с Эриком будем заботиться о тебе. Хорошо?

Он слегка кивнул головой.

- Мы собираемся сделать небольшой перерыв, а затем, когда вы будете готовы, попробуем некоторые слуховые упражнения. Хорошо?

От этой мысли я немного напрягся. По сути это означало, что он собирается заставить меня слушать его крики, пока я не перестану реагировать на них. Я знал, что это необходимо, но это не обещало быть приятным.

Мы пробыли в игровой около получаса. Было слишком рано, чтобы снова есть, но нам был необходим отдых, поэтому мы решили посмотреть беззаботный фильм перед обедом. Я завернул Валеру в одеяло и прижал его к себе во время просмотра. Его тело мало-помалу расслабилось, пока он не уснул у меня на руках. Я говорил тихо, чтобы не разбудить его.

- Даня?

- Да?

- Я сожалею о своём поведении. Я не могу описать тебе, насколько я рад тому, что ты был здесь, чтобы защитить его.

- Ты никогда не обидишь его, парень. Любой может за милю увидеть, насколько ты его любишь. Тебе просто необходимо доказать это самому себе. Там ты сможешь это сделать.

- Надеюсь.

Валера:

Следующие дня два для меня просто пролетели. Эрик, Даня и я неустанно работали над тем, чтобы первый чувствовал себя комфортно. Мне было намного лучше в последнее время. Отец Эрика создал очень много проблем нашему союзу, и без него мы процветали. Несомненно, у нас были проблемы в игровой комнате, но в целом наша
семья стала намного сильнее.

Сейчас мы стали финансово-независимыми. У нас больше не было внешних раздражителей, была активная сексуальная жизнь. Мы общались намного лучше, чем многие другие пары, которых я видел. У меня была прекрасная работа. Эрик почти закончил университет. В целом всё было хорошо. Нам нужно было преодолеть только это препятствие, и мы будем в порядке.

Мы провели большую часть субботы, работая над тем, чтобы Эрик правильно реагировал на мои слова, выраженные вслух. Мне было грустно, оттого, что я знал, как раньше Эрик возбуждался моими словами. Даже когда наши отношения только
начались, он всегда обычно просил меня кричать для него. Он всегда хотел слышать меня, и я тренировался, чтобы специально озвучивать свои желания для него. Меня тревожил тот факт, что ему было больно слышать мой крик сейчас. Я бы очень хотел, чтобы всё было, как и прежде.

Мы начали работать в гостиной и закрыли глаза Эрику, чтобы он сосредоточился только на своём слухе. Я буду кричать - он отреагирует. Даня будет рядом с ним, чтобы Эрик не смог навредить сам себе или кому-нибудь ещё своей реакцией. В основном, он съёживался от страха. Иногда пытался дотянуться до меня.

Когда он освоился с этим, мы добавили и другие звуки. Даня наносил удары по столу или по полу плёткой, тростью или хлыстом, и я начинал кричать. На самом деле, всё это выглядело довольно глупо: кричать без причины, но я привык. Чтобы не охрипнуть, я пил зелёный чай с мёдом и воспринимал это, как репетицию к игре.

Следующим шагом было попробовать всё это снова, но только с реальным действием. Мы вернулись в игровую комнату, и Даня взял плеть, которую он использовал раннее. Меня снова связали верёвками, но не стали завязывать глаза ни мне, ни Эрику.

Мы сделали это несколько раз - Даня наносил удары только по полу, вместо моей попы. Когда Эрик сказал, что готов, мы соединили всё вместе для полного эффекта.
Он отлично справился: пару раз вздрогнул, когда что-то происходило внезапно, но нам всем был виден прогресс.

В то время, как в субботу вечером Даня уехал, я был вне себя. Днём у меня была очень долгая игра, в течение которой мне не позволили испытать оргазм, и я просто умирал, поэтому запрыгнул на Эрика, как только мне представился такой шанс.

Он, очевидно, ждал именно этого, потому что прижал меня к ковру в гостиной так быстро, что я не успел моргнуть и глазом. Он жёстко входил в меня, пока я стонал под ним. Вместо того, чтобы подвести меня к оргазму, в котором я нуждался, он зарычал: - Да, чёрт возьми, я хочу тебя слышать.

И я взорвался. Я никогда не испытывал такой сильный оргазм в своей жизни. Да уж, вот это был прогресс!

В воскресенье Эрик должен был работать над тем, чтобы в первый раз ударить меня. Даня планировал уехать в понедельник утром, если мы были уверены в том, что он нам больше не нужен. Момент истины настал.

Мы начали в гостиной; я стоял, не привязанный, и Эрик использовал самую мягкую плеть. В первый раз он не попал в меня - это было хорошим началом. Даня заставил меня сделать шаг вперёд, пока он не встал на расстоянии, где он смог бы по-настоящему ударить меня. Я думаю, в первый раз для него было почти невозможно сделать это, но с каждым разом становилось всё легче.

Мы меняли комнаты, позиции и игрушки где-то пять или десять раз. В первую половину дня я практически ничего не чувствовал, но Даня продолжал давить, и Эрик наконец-то стал наносить удары, применяя силу. Я считал, что он чувствовал себя
виноватым, потому что дал мне кончить шесть раз за день. Он раньше никогда не был таким щедрым. Всё это выглядело скорее, как практика, нежели, чем настоящая игра, но это был большой шаг вперёд и, несомненно, доставляло мне удовольствие. В конце дня Эрик мог отшлёпать меня руками, пока я, перегнувшись, лежал на скамье.

С самого начала всё это имело смысл, и я был горд своим Домом, когда он смог это сделать. В конце последней сессии мы все вздохнули с облегчением. Мы всегда знали, что со всем справимся.

Даня остался поужинать с нами, и мы долго разговаривали. Я буду скучать по нему, когда он уедет, но я был озабочен тем, чтобы двигаться дальше. Мы пообещали друг другу чаще видеться, и я подумал, что это обещание мы сможем сдержать. Я надеялся, что он вернётся домой и найдёт другого Саба. Его парням повезло: он был прекрасным Домом и невероятным учителем.

Мы с Эриком провели вместе понедельник, просто ничего не делая. В воскресенье ночью выпал снег, поэтому днём мы лепили и бросали друг в друга снежки. Вечером, свернувшись на полу, Эрик читал мне вслух рождественские гимны, пока мы пили
горячий шоколад.

Он убедил меня поговорить о новом доме, и я, наконец, согласился с ним. Мы решили построить и декорировать наш собственный дом. Согласно Эрику, мы могли бы спроектировать нашу собственную игровую комнату так, как мы того захотим. Я игриво предложил, что мы могли бы позвонить архитектору прямо сейчас.

Мы уехали во вторник во второй половине дня и поехали к Нине домой, чтобы отпраздновать Рождество. Было так странно планировать остаться там на несколько дней, после всех недель, когда мы пытались избежать того, чтобы просто переночевать в том доме. Всё это ещё раз напоминало мне о том, как изменилась наша жизнь только из-за одного безумного человека. Его влияние, кажется, коснулось всего.

Мы провели первый вечер с Ниной и так вышло, что Нина оказалась очень сильным и прекрасным человеком. Я с каждым часом всё сильнее влюблялся в неё. Как же она отличалась от той робкой женщины, которую я знал.

Я лёг спать раньше той ночью, даже не успев устать: просто хотел, чтобы Эрик побыл немного наедине с матерью. Я подумал, что им это необходимо. Хорошо, что Эрик понял меня. Он был с ней до двух часов ночи.

Я не знал, о чём они разговаривали, но чтобы это ни было, всё изменилось. На следующее утро в доме царил мир, который приходит только в одном случае - прощение. В чём бы ни были их проблемы, которые они озвучили вчера, они простили друг друга.

Борьба ночи была преодолена, и радость пришла с первыми лучиками света утром. Выпал свежий снег, мир стал чистым и обновлённым. Забытые узы между сыном и матерью стали сильными и ощутимыми. Я наблюдал, как они общаются следующие несколько дней, - никогда не видел, чтобы мой любимый так много улыбался. Для меня было честью лицезреть это.

Меньше чем через месяц Нина продала тот дом и переехала в более маленький, недалеко от нас. Я рад, что она была рядом с нами.

Она начала свой бизнес - дизайнера интерьеров, чтобы чем-то занять себя и у неё это замечательно получалось. Я не мог дождаться, когда наш дом будет достроен и увидеть, какие предметы искусства она применит там.

Весной Эрик окончил университет и получил работу в небольшой больнице недалеко от того места, где мы планировали построить новый дом, а я продолжал преподавать. Он любил свою работу, а я любил свою, но время, проведённое вместе, мы любили ещё больше. Мы чаще бывали в пляжном домике летом или по выходным, когда нам был необходим перерыв.

Всё было неидеально, впрочем, как и сама жизнь, но мы старались каждый день жить полной жизнью.






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 10
© 18.10.2020 Человек Дождя
Свидетельство о публикации: izba-2020-2922153

Рубрика произведения: Проза -> Остросюжетная литература


















1