Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Растопим голубой лёд


Растопим голубой лёд
Посвящается первой победе Санкт-Петербургского «СКА» в Кубке Гагарина (сезон 2014-2015)...

Исмаэль:

Все хоккеисты – шлюхи.

Вы можете сказать, что это – клише, но, тем не менее, я чертовски уверен в его правдивости. Почему, спросите вы? Да, потому что мой брат – хоккеист и он сертифицированная шлюха.

Знакомые голубые глаза встретились с моими, и я понимаю, что смотрю на брата. Схватив Валеру за рубашку, я притягиваю его лицо к своему.

Его рот мягкий, а губы тёплые, у него щетина и на вкус он, как пиво с лёгким привкусом мяты. Я толкаю мой язык в его рот, ну на самом деле не так. Я мягко провожу языком по его нижней губе, его рот открывается, и наши языки встречаются. Святые Угодники, этот мужчина умеет целоваться! Я чувствую, как его руки скользят по спине и останавливаются на моей заднице, хватают и притягивают к нему. Брат рельефный, твёрдый и тёплый, и... Святое дерьмо... под этими джинсами скрывается огромный член! О, да, я практически осязаю его напротив моего живота, и он внушительный. Уж я-то знаю.

Его язык снова попал в мой рот, и я ожидал, что он будет агрессивным и напористым, учитывая, каким Валерка был на льду, но на самом деле он был мягким и чувственным. Могу с уверенностью сказать, это был лучший поцелуй из всех, что у меня были. Жаль только он случился со шлюхой-хоккеистом-старшим-братом.

− Дерьмо, − пробормотал брат в рот, когда мои пальцы скользнули вдоль его колючей челюсти и запутались в волосах. Такие мягкие. Это напомнило мне рекламу «Head and Shoulders», где горячие парни говорили, какими мягкими стали их волосы после применения шампуня, а я смеялся над ними, потому что ни один парень не признается в этом, если ему не заплатят.

Я больше не колебался. Я прижался к нему своим телом, но это всё ещё было не достаточно близко, и оседлал его колени. Его руки медленно скользили по моей спине и когда достигли края пижамных штанов, а они были как раз на середине задницы, остановились. Его пальцы двигались туда и обратно по кромке пояса. Он не сделал ни одного движения, чтобы прижать меня к себе сильнее, что на самом деле плохо, потому что у меня было ощущение, что он мог бы помочь с трением, если бы сделал это.

На секунду брательник прервал поцелуй, его губы переместились на шею, а нос зарылся в мои волосы.

− Это нормально? − спросил братец, толкая руку в мои «паучьи» штаны.

Я застонал в подтверждении и потёрся об него. Его ладони окружили мою задницу и нежно сжали.

− А так?

Я застонал опять, потому что знал, если открою рот, то обязательно скажу что-нибудь, что полностью разрушит момент. Вместо разговоров я всосал его пухлую и мягкую нижнюю губу в рот, потому что она просто требовала внимания.

− Как на счёт этого? – спросил брательник, потянув моё тело на себя и в то же время двигая бёдрами вперёд. Наконец-то, это было то трение, которое я искал.

− Трахни меня, − выдохнул я и застыл, поняв, что сказал.

Руки Валеры остановились, но он продолжал твёрдо прижимать меня к себе. Кончики пальцев поглаживали мягкую часть моей задницы, и мне стало интересно, как бы я почувствовал себя, отшлёпай он меня. Вероятно, охрененно хорошо. Чёрт, мне надо прекратить читать BDSM-порно.

− Мы не должны делать ничего, чего ты не захотел бы, хорошо? − братик пробормотал, двигая губами по моим.

Я надеялся, что есть группа поддержки для хоккейных проституток, потому что я точно буду нуждаться в их помощи после сегодняшней ночи.

Руки Валеры массировали мою задницу, и я застонал в его рот, всосав язык. В тоже время я бесстыдно тёрся об него, и он был более чем готов помочь, толкая бёдра на встречу и притягивая моё тело. Чертовки удивительно заниматься блудом с горячим хоккеистом-братом. Его руки большие и напряжённые, я практически чувствовал, как мускулы бицепса сгибаются, когда он смещался подо мной. Грудь Валеры − сплошная стена мышц, покрывающаяся рябью при каждом движении. Освободив его волосы из тюрьмы своих пальцев, я медленно провёл ими по плечам, чувствуя каждую мышцу, пока братец продолжал толкать моё тело в себя.

Возможно, это было одно из самых эротичных ощущений в моей жизни. Мои руки проследовали вниз по мускулистой груди и твёрдому животу, пока не достигли края рубашки.

Рот Валеры оторвался от моего после бешеного, пылкого поцелуя и двинулся вдоль щеки к шее, не отрывая губ от кожи. Сочетание грубой щетины на челюсти и мягкость губ послали сладкую дрожь по моему позвоночнику, прямо между бёдер, к моему члену.

Я дёрнулся, и руки скользнули под его рубашку. Я провёл пальцами по его соскам, зная, что это классно для меня, а значит и для него тоже.

− О да, малыш, так хорошо, − сказал братик хриплым голосом, когда я слегка ущипнул за сосок, тем самым подтверждая свою догадку. Одной рукой он по-прежнему держал мою задницу, двигая на ней пальцами, а другой ласкал спину под рубашкой, щекоча рёбра.

Моё тело рванулось, и его руки замерли.

− Ты хочешь, чтобы я остановился? – брат задал вопрос, пока его губы целовали ключицы.

− Нет, мне щекотно, − я смущённо закусил губу, взглянув на него.

− Вот как?! − он посмотрел на меня из-под ресниц с дьявольской усмешкой.

Я прикусил губу, подавляя стон, потому что выражение лица Валеры практически разрушило мою одежду.

− Я запомню это, − сказал братишка. Голос был твёрд, как и рука, которая снова скользнула по моей спине и зарылась в волосы. Пальцы нашли шею и притянули лицо для жаркого поцелуя. Даже когда он страстный, а его поцелуи грубы и сложны, они всё равно чувственные. Я понятия не имел, как ему это удавалось, но был рад пожинать плоды.

Я перестал шлифовать себя на нём, и братец начал делать это сам, но я по-прежнему получал отличное трение. Это было хорошо, но не достаточно. Его руки поглаживали рёбра, приподнимая рубашку, но остановились, не дотрагиваясь до груди.

− Это нормально? − спросил Валерка.

− Хммм, − протянул я ему в рот в подтверждении. Тогда кончики его пальцев нежно обвели ореолы сосков, и я издал хриплый стон. Он захватил их и нежно сжал, до боли, до стона, до всхлипа.

− А это тебе нравится? − Валера снова прошептал в мой рот.

В ответ я застонал, как шлюха. Действительно, я выпустил один из тех гортанных стонов, которые делают все эти смешные порно-звёзды. Я практически увидел, как моё лицо и грудь нагреваются от смущения.

Определённо, Валере понравился а-ля шлюха-стон, так как он потянул мою «паучью» рубашку вверх, но остановился и внимательно посмотрел мне в глаза. Его пальцы снова нежно прикоснулись к груди, как будто спрашивая, согласен ли я идти дальше. И тогда я понял, в чём дело... причину, почему так реагирую на него, помимо очевидного. Всё это, каждое движение на которое он спрашивал разрешение, чтобы продвинутся вперёд, каким-то образом делало его ещё сексуальнее.

Я отпустил его рубашку и поднял руки над головой, а братик дёрнул пижаму вверх. Грубые пальцы нежно путешествовали по внутренней стороне моих рук, освобождая их от рубашки. Валерка уставился на мою грудь. Это был не просто взгляд, брошенный украдкой, как раньше, он смотрел не отрываясь. Братишка обхватил мои плечи руками, а после вернулся к грудной клетке, и рисовал круги вокруг сосков длинными пальцами.

Валера кивнул самому себе, затем наклонился и провёл носом по моей груди, прежде чем коснуться губами сосков.

Я застонал, и он посмотрел вверх, понимая, что я как бы прилагался к груди, с которой братец только что заигрывал.

− Могу я... − он умолк, и кончиком языка едва тронул мои болезненные соски.

− О да, пожалуйста, − кивнул я и его губы обернулись вокруг «пика», Валерка всосал его в рот. Я снова издал а-ля шлюха-стон, но сейчас мне было на это абсолютно наплевать, потому что его рот творил грёбаные чудеса.

Я схватил его за волосы, на всякий случай, вдруг мои а-ля шлюха-стоны были похожи на крик раненого животного и Валерка испугается. Не уверен, звучал ли я глупо, как некоторые шлюхи в гей-порно или стоны действительно были сексуальны, как мне того хотелось. Я откусил бы свой язык, если это было первое, а не второе. Хотя сейчас это имело мало значения, потому что я скулил, пока братишка массировал один сосок, посасывая и целуя другой. Затем он «поднял планку» и стал покусывать сосок зубами.

Я задохнулся, схватил его волосы жёстче и выгнул спину, наклонившись вперёд. Я прижался лицом и носом к его волосам, они были, как шёлк против моих губ и действительно хорошо пахли; вдохнув, я понял, что нюхаю его, как и он меня. Брательник застонал подо мной, поэтому я не думал, что это плохо. Немного странно, но не плохо.

Валера покусывал мою грудь, носом касался мышц, щетина на его щеках создавала восхитительное трение против моей чувствительной кожи. Я не мог заткнуться и выпустил очередной стон.

− Блять, тебе действительно нравится это, не так ли? − голос Валеры был низким и соблазнительным.

− О, да! − на всякий случай выдохнул я, и сдвинулся на нём в подтверждении своих слов. Кажется, это стало для него отличным стимулом, чтобы продолжить. Решив, что он достаточно увлечён, «занимаясь любовью» с моей грудью, я отпустил его волосы. На что Валерка немного заскулил, будто не хотел, чтобы я прекращал выдирать их с корнями.

Я вернул одну руку назад, крепко ухватил его волосы пальцами и потянул. Братец хрюкнул в благодарность. Да, ему действительно нравилось это, надо запомнить на будущее. Эта мысль позволила увидеть всё в перспективе, буквально секунд на тридцать, пока он не повторил трюк «сосок-зубы» снова.

Одной рукой я всё ещё тянул его волосы, а другой забрался под рубашку. Чувствуя, что мне нужно больше пространства на «игровом поле» или, возможно, «ледовом катке», я поднял его рубашку вверх. Валера понял, что мне нужна помощь и убрал рот от моего тела. От ощущения потери я издал жалобное хныканье.

− Так горячо... ты так охрененно горяч, − заявил братишка, пока помогал снять его рубашку. Он всё ещё смотрел на мою грудь, потом перевёл взгляд на лицо и опять на грудь. Я не понимал, что такого горячего он нашёл во мне. Определённо, это не то, что я охотно тёрся об него, но переубеждать не собирался.

Вернув своё внимание к обнажённой груди Валеры, я заметил, как «горячие-как-ад» мускулы перекатываются под гладкой кожей и полностью забыл о трюке «сосок-зубы» и о том, как был расстроен, когда он остановился. Я прекратил отчаянные движения и просто сосредоточился на том, что передо мной.

− Нет, это горячо, − прошептал я в одобрении. Чёрт его дери, этот мужчина имел сногсшибательное тело. Мой взгляд сразу остановился на двух татуировках, расположенных на бицепсах его рук. Я западал на тату. На правой руке был изображён развивающийся российский флаг, а на левой что-то наподобие герба − это было сексуально, как ад.

Мне стало почти стыдно, что не занимаюсь спортом или чем-то в этом роде, пока бесстыдно рассматривал руки Валеры, которые снова обняли меня за талию и притянули к себе. Ну, если честно, сейчас я почти забыл, что сижу у него на коленях, прямо напротив его напряжённости. Я наслаждался ощущениями, когда мой член тёрся о его «древесину», но на данный момент его внешний вид полностью завладел моим вниманием. Пробежав пальцами по мягкой коже его груди и идеально очерченному прессу, я на мгновение задумался, не заняться ли мне спортом?

Я позволил пальцам опуститься чуточку ниже, под пояс его джинс. Кожа там была жаркая и влажная, и он тихо застонал, когда я сделал это. Я прикусил губу, чтобы не улыбнуться, так как был немного перегружен его реакцией на мой жест. Это приносило больше удовольствия, чем я ожидал, и это горячо. Очень, очень горячо.

Валерка наклонился вперёд и провёл руками по моим рёбрам. Обхватив меня ещё раз, братик опустил лицо и прижался к моей груди. Брат проложил дорожку поцелуев по груди, вверх по шее, вдоль челюсти к губам. Его руки обвили талию и притянули к себе. Я выпустил отчаянное хныканье от прикосновения его обнажённой коже к моей, а Валера в ответ толкнул своими бёдрами вверх.

Мои руки оказались в ловушке между нашими телами. И хотя мне нравился контакт «кожа к коже», но хотелось коснуться и некоторых других участков его совершенного тела, немного ниже. Я знал, что превратился в полноценную хоккейную шлюху в течение вечера, но смирился с этим и возбуждённо пытался засунуть пальцы глубже... под пояс его брюк.

− Мы могли бы перейти в спальню, если хочешь, − предложил Валера хриплым голосом, опускаясь ниже руками и хватая меня за задницу.

− Нет, мы останемся здесь. Мне нравится диван, − сказал я поспешно, как будто то, что мы останемся на диване, поможет мне в этой ситуации.

− Я уверен, что кровать более удобная, − ответил Валерка, пока его губы медленно двигались по моим. Он облизывал мою нижнюю губу, пока я не предоставил вход его нежному и ищущему языку. Я схватил его за джинсы, большой палец нерешительно поглаживал кнопку на поясе, но всё-таки открыл её, и вот я у цели... скользнул пальцем в открывшееся отверстие... Мой живот в узлах и я занервничал, что если я паршиво трахаюсь? Я не мог поверить, что думал об этом, когда моя рука была практически в его штанах.

Мысленно я приказал себе заткнуться и немного откинулся назад, давая понять Валере, что в спальне, безусловно, будет более удобно. Я был абсолютно уверен, что в этом и есть моя главная проблема. Чем мне комфортнее, тем больше вероятность, что я доведу до конца то, что намерен завершить в любом случае. Это спорный вопрос, поэтому я не знал, почему беспокоился о том, чего невозможно избежать.

Одна рука Валеры проникла в мои штаны и сжала «щёчки» задницы, сильно притягивая к себе, когда он резко встал. Мои руки были всё ещё на полпути в его джинсы, поэтому я схватился за пояс и обернул ноги вокруг его талии. Другой рукой брательник придерживал меня за спину, пока шёл в спальню.

Он не включил свет, что грустно, теперь я не смогу видеть его тело и лицо. Моя задница соприкоснулась с мягкой тканью, и Валерка отпустил меня, чтобы включить свет рядом с кроватью. Конечно, он создавал интимную обстановку. Вкрадчивый мудак. Мягкий свет только увеличил привлекательность его тела, подчеркнул острые углы челюсти и красные блики в волосах. Я думаю, что охнул вслух, и братец усмехнулся, когда я хрипло сглотнул.

Валера провёл носом по моей руке до ключицы.

− Мы не должны делать ничего, чего ты не захотел бы, − сказал Валера нежно, повторяя слова, которые уже говорил мне, когда я набросился на него на диване, призывая лечь на кровать.

− Я знаю, − прохрипел я, надеясь, что он не услышал дрожь в голосе. Я всё ещё держался за пояс его джинс, как будто это было первое издание Шекспира с подписью автора, и попробовал расстегнуть их, но понял, что сделать это дрожащими руками будет сродни подвигу.

Я раскинул ноги, и брат сел на колени между ними, слегка возвышаясь надо мной.
Валерка выглядел слегка зловеще и полностью сексуально. Мне было немного неловко, что я полностью потерял все свои мелко-моторные функции из-за того, как сногсшибательно великолепно он смотрелся при этом освещении. Наконец-то я расстегнул замок, и протянул руку внутрь, где нашёл мягкую и горячую кожу, обёрнутую вокруг каменно твёрдого члена. ТАКОГО я никогда не чувствовал в своей жизни.

Валера перевёл взгляд от лица на мою руку. Это должно было выглядеть хорошо с его точки зрения, я имею в виду, разве могло быть иначе? Чья-то рука в твоих штанах – это выигрышная ситуация, верно? Я скользнул пальцами по его длине и первое, что меня поразило − его размер, он был о-очень длинный. Я обернул пальцами член и вытащил из боксёров. Мне действительно нужно увидеть ЭТО!

Думаю, мои глаза должны были выскочить из орбит и закатиться под кровать от страха, когда я, наконец, справился с задачей и освободил его ствол из боксёров. Потому что, твою мать, он огромный! И, конечно, мой рот открылся прежде, чем я смог подумать и озвучить первую глупую мысль, которая пришла в голову.

− Твою мать, что это?! − воскликнул я, понимая всю бессмысленность вопроса, потому что я чертовски хорошо знал, на что я смотрел сейчас. Но серьёзно, какого хрена?!

− Ну-у, − Валерка нервно рассмеялся, потому что я держал его член в своих руках и был явно невменяем в эту минуту. − Это мой член. Разве ты его не узнаёшь, братишка?

Я заметил увеличившуюся твёрдость между бёдер, когда Валера произнёс слова «мой» и «член» вместе.

− Я знаю это, но что, на хрен, с ним случилось?! У тебя элефантизм полового члена или что-то ещё?

Я не смотрел на него, потому что не мог отвести взгляд от члена в руке. Мой большой и средний палец должны были растянуться на пару-тройку сантиметров, прежде чем встретиться друг с другом. Я попытался сделать это, но у меня не получилось, зато Валеру это заставило застонать и прошептать что-то неразборчивое. Это было очень сексуально, как и милое фырканье которое он сделал, посмеиваясь надо мной.

− Он не большой, − сказал Валера, двигая себя в моей руке.

Я, наконец, посмотрел на него, но лишь за тем, чтобы вернуть взгляд на член. Я облизнул губы и потерял фокус на мгновенье, когда понял, что необрезанный член моего старшего брата не так уж сильно изменился с тех пор, как я видел его в последний раз. Я был очарован тем, как морщится кожа, когда гладил его вверх к головке, и распрямлялась, когда ласкал его внизу. Вспомнил, как весело играть с ним, когда он не возбуждён.

Валерка обрушился на меня жадным поцелуем.

− Ты знаешь, − сказал Валера, двигая бёдрами вперёд в моей руке. − Ты чертовски восхитителен.

Он всосал мою нижнюю губу между своими и нежно покусывал её. Чёрт возьми, я умер и попал в ад?! Я снова издал фирменный а-ля шлюха-стон... Возможно, дело в его голосе, который нагревал кожу так, что, казалось, она могла растопить масло; то ли в его искренности, но, Святые Угодники, я ожесточённо хотел этого мужчину.

− О... − только и удалось мне сказать, когда он нежно убрал руку со своего члена и опустился между моих ног. Всё, что разделяло сейчас его тревожно большой член и мою эрекцию − лишь тонкий барьер из моих трусов, и я готов был сорвать их с себя.

Братишка мягко целовал меня, прижимая язык к языку и томно лаская, в то время, как удерживал себя надо мной. Я пустил руки блуждать по его коже, вдоль жёстких мышц бицепса, по твёрдой линии плеч, по пространству спины, вплоть до крепкой задницы. Я надавил на неё и приподнял свои бёдра, чтобы почувствовать плотное давление против перегретой эрекции.

Братец целовал меня сложнее и толкался в меня сильнее. Я задохнулся и хныкнул, когда обернул ноги вокруг его талии, притянув ближе к себе. Валера мягко целовал меня открытым ртом вдоль горла, над ключицей и, наконец, нежно покусывая, добрался до сосков, которые всосал в рот. Боже, я действительно любил это.

Мои руки автоматически нашли его волосы, и я прогнулся в спине. Валерка посмеивался надо мной, и я думал, что звучу глупо, поэтому он смеётся. У меня не было времени, чтобы обдумать, потому что Валера убирал ноги с талии и сел на колени между ними. Я пытался проглотить звук, рвавшийся из меня, потому что отсутствие трения между нашими членами было почти болезненным. Он провёл руками по моим бокам, остановился на талии и зацепил пальцами пояс штанов. Моё тело замерло в ожидании, но он понял, это неправильно.

− Это нормально? – спросил брат, рисуя круги на бёдрах, пока ждал ответа.

Я кивнул.

− Да, это хорошо, − повторил я, но голос звучал неуверенно, и мне стало стыдно за недостаток доверия.

− Если ты захочешь, чтоб я остановился...

Валерка умолк, пока стягивал мои «паучьи» штаны с бёдер вниз по ногам. Я наблюдал, как синь его глаз темнеет, пока материал скользил вниз по икрам, оставляя меня полностью обнажённым перед порно-фотомоделью с неестественно большим членом. Чёрт возьми, я никогда не чувствовал себя настолько неполноценным, как в этот момент. Я сжал колени вместе, пытаясь быть скромным, несмотря на то, что до этого момента был наглым, как ад. Валера ласкал икры, нежно потирал колени, разводя их в стороны. Его руки медленно гладили внутреннюю поверхность бёдер, останавливаясь в сантиметре от моей «подавляющей боли».

− Да? − спросил брательник, ожидая разрешение на продолжение.

Боже мой, как, чёрт возьми, я могу отказать?! Я кивнул, стараясь не показать, как рад тому, что моего члена коснётся мой брат, единственный мужчина, кроме меня, который мог это сделать. Пальцами одной руки братик скользнул ниже и слегка коснулся моих голых ягодиц, раздвигая ноги шире предплечьем. Пальцами другой руки он ласкал живот и бёдра. Я практически задыхался, когда он делал медленные, сводящие с ума движения тыльной стороной пальцев по чувствительной коже. Братик пристально смотрел на то, что делал со мной, проводя языком по своим губам.

− Я не мог даже... − шептал он, наклоняясь вперёд и целуя мои колени. Его глаза на мгновение пересеклись с моими. − Могу я... − спросил братец, покусывая чувствительную кожу под коленом, прежде чем его глаза посмотрели снова вниз, и он медленно скользнул пальцами между ягодиц... в тугую жару ануса. Я чертовски возбуждённый, хочу ебаться!

− Пожалуйста, − стонал я, в то время, как его пальцы нашли сфинктер и делали медленные круги вокруг, прежде чем спустились ниже, Валерка наклонился и потёрся небритой щекой о бёдра.

О мой Бог, он собирался... не может быть. О да, он собирался... В одну секунду его губы вкушали мой член, а в следующую их заменил рот. Не было какого-либо предупреждения, просто ощущение лица Валеры на бёдрах и сразу же языка на члене. Я задохнулся и выгнулся, хватая Валеру за волосы и притягивая его лицо ближе. Да, прошло чертовски много времени с тех пор, как брат делал мне «реанимацию члена».
Братик сосал и лизал, грыз свой путь через мой член.

− Блять, ты так чертовски... ах... тебе нравится это? – спросил Валерка. Думаю, что захват его волос и яростные движения моих бёдер давали ясно понять, что мне, в самом деле, нравилось... очень.

− Да, Валерка, − простонал я просто в убеждении, что мои «а-ля шлюха» стоны звучат, как подтверждение.

Его палец нашёл вход, и я почувствовал мягкое, но настойчивое давление, прежде чем Валера ввёл его в меня. Мы застонали в унисон. Я напрягся от интенсивности ощущений, чувствуя, как тепло волнами расходилось по телу, от конечностей к члену. Я собирался кончить очень, очень скоро. Валерка толкнул палец в меня несколько раз, прежде чем добавил второй. Мои ноги начали дрожать больше, чем раньше, я откинул голову назад и ловил воздух ртом.

Пальцы Валеры медленно двигались во мне, попадая в такт с мягкими касаниями и умышленными покусываниями чувствительного члена. Я был почти на краю, но не желал уступать ощущениям, не хотел, чтобы это заканчивалось. Валерка ввёл пальцы до конца и добавил третий, растягивая меня.

− Святое дерьмо, − Валера стонал против моего члена. − Тебе нужно расслабиться, Исми!

Валерка бормотал в ствол, сгибая пальцы внутри меня. И я сделал это. Моё тело затряслось ещё больше, когда жар волной прокатился по всей коже.

− О, мой... ебать, − захныкал я и попытался свести ноги вместе, но Валерка крепко держал их, так что я кончал, и кончал, и кончал... Струи моей горячей спермы били глубоко в глотке брата.

Валера дал члену последний победный поцелуй, и я дёрнулся, как от удара электрического тока. Он посмеивался, прокладывая дорожку поцелуев вдоль живота, пока его пальцы по-прежнему медленно двигались во мне.

− Тебе понравилось? Чувствовал ли ты себя хорошо? Ты был так напряжён... − шептал он, пока целовал путь по подбородку к губам.

− Это было... я действительно... ты просто... − спотыкался я в словах. Скользнув рукой между нашими телами, я схватил его за член, призывно облизывая губы, и озвучил своё предложение. − Я мог бы...

- Не думаю, что это хорошая идея на данный момент, − фыркнул братец в смешок.

Не знаю, почему моя идея не хороша, по-моему, ты даёшь − тебе дают, верно? Но так как его пальцы всё ещё находились во мне, даря фантастические ощущения и мешая сосредоточиться, я мог быть не прав.

Братик сел на колени, свободной рукой вытащил бумажник из заднего кармана брюк и бросил его на кровать. С последним движением его пальцы покинули моё тело, и он сдёрнул с себя боксёры и джинсы. Я закрыл ноги, потому что лежать здесь с анусом, выставленным на всеобщее обозрение, неудобно.

Я открыто уставился на обнажённого Валеру, а он смотрел на меня с лёгкой ухмылкой. Наверняка брат знал, что выглядел горячо.

− Ты чертовски великолепен, знаешь это? − спросил он, продолжая смотреть на меня, и одновременно поглаживая свой член.

Я онемел, потому что никто, кроме брата не говорил мне ничего подобного. Молча, я смотрел, как одной рукой он открыл бумажник, продолжая гладить себя другой. Достав из него связку блестящих пакетиков, из тумбочки Валерка достал смазку. Его лоб нахмурился, а в глазах появилось удивление, но через мгновение всё исчезло, и он застенчиво улыбнулся мне. Валера открыл пакетик зубами, и это был единственный звук в комнате, за исключением моего тяжёлого дыхания. Он выпустил «чудовищного петуха» из рук и прокатил латекс вниз по валу. Затем вернулся ко мне и осторожно раздвинул мои колени. Выдавив немного смазки, брат распределил её по своему стволу и моему входу. Валера опустил руку на верхнюю часть моего бедра, позволяя пальцам вернуться на недавно покинутое место.

Валерка мягко поцеловал меня, и я понял, вероятно, это самый нежный pre-sex момент, который когда-либо у меня был. Не совсем уверен, что это значило для меня, но буду иметь дело с последствиями позже. Прямо сейчас я собирался лечь и наслаждаться «поездкой».

Я напрягся, когда головка члена Валеры скользнула между голых ягодиц.

− Просто расслабься, малыш, − шепнул он, целуя мою шею.

Валерка сделал несколько неторопливых движений, прежде чем я успел расслабиться, член Валеры был уже у моего входа и толкнулся вперёд. Это только головка, но я опять напрягся. Это было не больно, просто действительно чертовски тесно и меня охватила паника. Дыхание участилось, и я понял, если не возьму себя в руки, то облажаюсь по-королевски, потому что моя задница будет непреступна, как грёбаный Форт-Нокс.

− Всё в порядке? Ебать, Исми, тебе надо расслабиться, − сказал Валера.

Я чувствовал, как тело расслабляется, когда голос Валеры произносил слова. Он лизнул чувствительное местечко у меня за ухом, провёл открытыми губами по щеке и страстно поцеловал в губы.

− Вот так, малыш, − шепнул Валерка и толкнулся глубже.

− О, да, − стонал я и хныкал. Это действительно хорошо.

Валерка погрузился дальше. Медленно и терпеливо он продвигался вперёд, и, наконец, наши бёдра соприкоснулись, и я полностью расслабился. Его язык толкался одновременно с членом. Он не вышел из меня полностью, и не вколотил себя обратно, как я ожидал. Вместо этого, его бёдра задали медленный, чувственный ритм, оставляя Его внутри меня. Я запустил свои пальцы в его волосы, пока он немного отстранялся назад и резко возвращаясь обратно. И мы оба воспроизвели «а-ля шлюха» стон. Всё стало очень серьёзным, когда братик практически вышел из меня и сильным движением полностью заполнил обратно.

− Дерьмо-о, − стонал он. Валера начал медленно, дав привыкнуть к новым ощущениям, но когда я поднял бёдра, чтобы встретить его, он увеличил скорость и силу ударов. Он поднял мои ноги выше, чтобы изменить угол проникновения. Я в эйфории... Когда его бёдра нажимают на... мою простату. У меня опять вышел звук, похожий на крик умирающего животного.

Валерка немедленно остановился и нежно обхватил моё лицо рукой, и я осознал, что это второй самый интимный момент, который когда-либо переживал в своей сексуальной жизни. Я понимаю, что у меня был только один любовник в прошлом, опять же это мой старший брат, который давненько меня не трахал, потому что был на своих грёбаных сборах, ёбаный шлюха-хоккеист.

− Ты в порядке? Тебе больно? − взволнованно сказал он, выглядя действительно обеспокоенным. Его взгляд немного сумасшедший и очень, очень отчаянный.

− Я в порядке, это чертовски фантастично, − заверил я, и он облегчённо вздохнул.
Движения Валеры стали сильнее и быстрее.

− Да, это так, − бормотал он сосредоточенно.

− Это невероятно, − сказал я, а затем, без всякого предупреждения, тело бросило в жар, и я почувствовал, как искра разгорелась и взорвалась в моём животе, распространяя пламя по всему телу. Я замер, задрожал и со стоном кончил вновь, забрызгав своей спермой грудь и шею Валерки.

- Ебать, Валерка!

Пока моё тело сокращалось вокруг члена, я прокричал его имя, не имея регулятора громкости. Он вонзился в меня сильнее.

− Чёрт, это звучит охреннено хорошо, − шептал брат сквозь зубы. Через мгновение финальный стон упал с его губ, и братик опустил лицо в мою шею, двигаясь во мне хаотично.

Валерка рухнул на меня, и он был таким тяжёлым и родным. Я перебирал его волосы пальцами, пока мы оба пытались вернуть дыхание и успокоить неистово колотящееся сердце. Как бы восхитительно это не было, у меня есть твёрдое ощущение, что я буду болеть с утра.

Но, что ещё хуже, я думаю, готов сделать это снова. Но честно, кто может возбудиться через три минуты после секса? Правильно, только мой брат.

Я провёл руками по его икрам, чувствуя мягкие волосы под пальцами, развёл ему ноги в стороны и устроился между ними. Да, я собирался делать то, что может привести к повреждению моей челюсти, но это того стоит. Нежно поглаживая его бёдра, я добрался, наконец, до мягкой кожи, в которой завёрнута «напряжённость». Обернув вокруг неё пальцы, я снова заметил, как далеко они друг от друга. Наклоняя голову, я посмотрел на Валеру. Потемневшими от желания глазами он наблюдал, как я касаюсь губами головки, только лишь для того, чтобы почувствовать мягкость его кожи на своей.

Тело Валеры содрогнулось от прикосновений. Приняв это за положительный ответ, я продолжил, и провёл языком по тёплой коже его члена. На вкус кожа, как латекс и спермицид. Не очень приятно. К счастью, вкус сигарет и никотина маскирует. Валерка тяжело задышал, и я обвил губами головку, слизывая каплю предэякулята, появившуюся на ней. Его вкус солёный и горький, но определённо лучше латекса. Я попытался сосредоточиться на текстуре, а не на вкусе. Шёлковая мягкость кожи, эластичность и гладкость головки отвлекали, пока я брал его глубже в рот. Конечно, я не смог принять целиком, примерно на половине он упирался кончиком в заднюю стенку горла. Стон, который издал Валерка, прорвал «плотину» моего дёрнувшегося члена и я простонал следом за ним.

− Блять, твою мать, − задыхаясь, произнёс он, когда я поднялся вверх по члену, лаская его языком, чувствуя себя при этом чертовски гордым. Я медленно двигался по его длине вверх-вниз, потом выпустил изо рта и посмотрел на него, всасывая головку обратно. Валера остановил меня, когда я собрался принять его обратно, и потянул к себе для бешеного поцелуя.

− Я не хочу кончить в твой рот, − говорил брат бессвязно.

− Я бы не возражал, − признался я, потому что действительно готов сделать это и получить футболку, рекламирующую сей факт.

− Боже, − простонал братишка в рот, приподнимая меня. − Может быть в другой раз. Сейчас я хочу быть внутри тебя.

Валерка опустил меня вниз так, что моя задница скользнула вдоль его члена, который, как я заметил, свешивался влево.

− О мой Бог, − задохнулся я, когда горячей кожей соприкоснулся с толстым стволом брата, сдвинув бёдра так, чтобы он скользнул между ягодиц.

− Дерьмо, это... Мне нужно взять презерватив.

Дыхание Валеры стало тяжёлым, и он болезненно хмыкнул, впиваясь пальцами в мою задницу и жёстко притягивая к себе. Сдвигаясь в захвате, я почувствовал, как головка члена переместилась напротив моего входа и услышал его задушенный стон.

− Мы могли бы... только на секундочку... − бормотал он про себя настолько неустойчивым дыханием, что я практически не слышал слов. Я уверен, это плохая идея. Конечно, я чист, но кто знает, кого братец трахал во время нашего вынужденного тайм-аута, а если Валерка регулярно «ездит без седла» с хоккейными шлюхами? Тем не менее, я не мог не думать о том, как хорошо будет ощущаться член внутри меня без всякой преграды. Повернув бёдра, я ощутил, как головка члена скользнула в меня.

Мой убийственно громкий стон заглушил его тихое «блять» и Валерка, изящно приподняв меня, отсадил так, чтобы задница не касалась дёргающегося члена.

− Мы не можем сделать это, − говорил он тихо, пока искал презерватив с глазами полными сожаления и чего-то ещё, что я не мог понять. Взяв презерватив из его рук, я сам упаковал «чудовищного петуха».

− Знаю, извини, − сказал я мягко, помещая покрытую латексом головку между голых ягодиц, и медленно опустился на него.

− Не извиняйся, я тоже хотел этого.

Его ладони чувственно ласкали бёдра, спину, плечи; потом обняли за шею и притянули к нему. Валера нежно целовал меня, пока я неторопливо двигался. Я настолько был наполнен им, что это просто дико. Но мне необходимо больше, поэтому я толкнул его на кровать и приподнял свои бёдра так, что он практически полностью вышел из меня, а затем скользнул обратно, до самого конца. Это так охрененно хорошо. Сначала ощущение потери и пустоты, после чего восторг от почти болезненной наполненности. Вероятно, я теперь полностью потерян для следующего члена, который встретится на моём пути.

Братишка обнял меня за спину и привлёк ближе, чтобы уделить внимание груди. Валерка нежно затеребил соски, в то время их «хозяин» увеличивал темп и постанывал его имя. Наши взгляды пересеклись, и он потянул меня ниже, чтобы обвести языком сосок. Брат начал покусывать сосок.

Все эти ощущения: его член внутри меня, то, как мой член тёрся об его лобковую кость, зубы на чувствительном соске, − это всё направляло меня через край. Валера сел и начал опускать и поднимать меня на себе снова и снова. Всё потемнело на мгновение, когда волна оргазма накрыла меня.

− Всё в порядке? Это было хорошо? Ты охуенен, когда кончаешь, − простонал он в ухо, так как я уткнулся лицом в его шею, когда цеплялся за него.

Я повторял что-то бессвязное, запуская пальцы в его волосы. Сказав, что люблю его член, я понял, что лучше заткнуться, поэтому укусил его за плечо, издав фирменный а-ля шлюха-стон.

− Вот так, малыш, я так близко, − мурлыкал брат в ухо, пока я продолжал двигаться на нём.

Я чувствовал, какой дискомфорт буду испытывать завтра, но не жалел об этом.

− Ты чувствуешь? Так хорошо? − он обнял моё лицо руками и поцеловал в шею.

Затем наши губы встретились в медленном, чувственном поцелуе и я понял, что собираюсь кончить ещё раз. Я застонал, тело натянулось, как струна, глаза закатились, когда я буквально «хлопнул» себя на него в последний раз. ВСЁ.

− О, Боже, опять... − мой голос тише шёпота.

Руки Валеры задрожали на моих щеках, и он издал глубокий, гортанный стон.

Мои глаза сразу открылись... будь я проклят, если не увижу его оргазм в этот раз! Я зачарованно наблюдал, как ужесточается его челюсть, как каждый мускул в теле напрягся, и, наконец, сильные толчки сотрясли его. Судорога проходила через его тело, и он мило похрюкивал. Даже в этот момент, он чертовски красив.

После того, как его тело расслабилось, он рухнул обратно на кровать, увлекая меня за собой.

− Это было даже лучше, чем в первый раз, − выдохнул он.

В ответ я всего лишь простонал, так как совсем опустошён и забыл, как разговаривать.

− Ты в порядке? Я был очень грубым в конце? – в его голосе снова послышалась паника.

− Я в порядке, хорошо... не слишком грубо... устал, − бормотал я в его грудь, а братишка посмеивался, поглаживая мне спину.

Валера переложил моё ослабшее тело и вышел из меня, а я прохныкал из-за потери. Несомненно, я наслаждался, ощущая его в теле, даже в обмякшем состоянии.

Валера:

Мне не нужно было дополнительное приглашение. Проведя губами по внутренней стороне бедра, я, наконец, ощутил насколько влажной, тёплой и твёрдой была головка члена брата. Исми вздрогнул и, запустив пальцы в волосы, с силой прижал мою голову к своим бёдрам. Я начал лизать, сосать, покусывать чувствительную плоть, пока Исми громко стонал.

Наградой стал стон Исми «да» и моё имя. Скользнув пальцем внутрь его задницы, я издал свой собственный стон. Чёрт, его задница всегда была тугой. Медленно двигаясь, я добавил второй палец, продолжая работать языком. Ноги Исми начали дрожать.

Низким и сексуальным голосом брат сказал, насколько ему нравились мои руки и рот. Его задница сильнее сжала мои пальцы. Сначала я подумал, что Исми кончает, но спустя некоторое время он расслабился, хотя его задница по-прежнему оставалась тугой. Я решил добавить ещё один палец, поскольку не хотел, чтобы мой член (если, конечно, ему повезёт) причинил Исми боль. Практически вынув пальцы, я скользнул ими обратно вместе с третьим. Я чувствовал, словно зажат в тески.

Согнув пальцы, я нашёл мягкое, гладкое место внутри него. Исми выгнул спину, практически оторвавшись от кровати, и издал задыхающийся всхлип.

Братец попытался свести ноги, и мне пришлось удерживать их предплечьем, чтобы избежать удушения. Его тело сотрясала мелкая дрожь, как при землетрясении. Рваные вздохи срывались с губ, пока брательник спускался с вершины оргазма.

В последний раз поцеловав член, я обвёл его языком. Тело Исми дёрнулось от моего прикосновения. Я засмеялся, поскольку мне нравилось, что братик был очень восприимчив в постели. Прокладывая дорожку поцелуев вверх по телу, я продолжал пальцами поглаживать его анус, желая замедлить его «спуск с вершины».

Брат наклонился и обвил пальцами мой член. Я был настолько возбуждён, что мог кончить просто от контакта с рукой. Сказав Исми, что это не обязательно, я сел на колени и попытался найти джинсы, чтобы достать презерватив.

Я посмотрел на Исми, не сводящего глаз с моего члена. Его лицо было покрыто румянцем, губы чуть приоткрыты. Я улыбнулся, понимая, что сегодня «забил больше, чем одну шайбу».

Я пару раз погладил рукой член, покрывая его гладкими, атласными капельками спермы Исми. Я сосредоточился на том, чтобы достать презерватив и упаковать в него эрекцию. Даже размер «магнум» иногда бывает немного тесноват. Сегодня был именно такой случай. Мой член стал невероятно твёрд, таким он бывал только от контакта с моим младшим братом. Покусывая губу, Исми наблюдал за мной. Поцеловав брата, я провёл головкой члена по его сфинктеру. Тело Исми напряглось.

Я продолжил свои успокаивающие действия, пока тело Исми не расслабилось. Услышав его стон, я расположил головку члена напротив входа и чуть сдвинулся вперёд.
Твою мать! Я спросил, в порядке ли он, одновременно поощряя ещё больше расслабиться, целуя его лоб и щёки. Убрав с лица чёлку брата, я медленно продвигался вперёд, смакуя ощущения. Мне действительно хотелось иметь возможность не использовать этим вечером презерватив. Полностью заполнив его, я должен был согласиться, что задница Исми безоговорочно очень мала. Напряжённо рассмеявшись, братец ответил, что именно мой размер виноват в такой невероятной «плотности прилегания». Сосредоточившись на его словах, я изо всех сил пытался не кончить, прежде чем совершу хотя бы один настоящий толчок.

Достаточно успокоившись, я решил сделать пробное движение, и вытащил член примерно на одну треть, прежде чем вернуться назад.

Исми издал симпатичный звук (что-то среднее между хихиканьем и стоном), соглашаясь со мной.

Я подался назад, оставляя лишь головку в адском тепле его тела, а затем скользнул обратно. Ощущения были ошеломляющими. Я отчаянно желал идти сильнее и быстрее, но сдержался. По крайней мере, в данный момент. Находясь глубоко внутри Исми, я чувствовал, как его тело двигалось вместе с моим в медленном, спокойном ритме.

Руки Исми ласкали мои волосы, плечи, спину. Его бёдра приподнимались, встречая каждый толчок, а ноги обнимали талию. Стоны Исми были восхитительны. Но я хотел услышать звуки, которые он издавал, когда моё лицо было между его бёдер. Скользнув рукой по ноге, я достиг его колена и приподнял его, желая проникнуть чуть глубже.

Исми задохнулся, что я счёл хорошим знаком, а затем последовал странный звук, который мог означать, что мои действия причинили дискомфорт или вызвали боль. Я замер. Половина моего тела отчаянно желала продолжить, в то время, как вторая, лучшая половина, хотела удостовериться, что с Исми всё в порядке.

Я изменил силу и скорость проникновений, наслаждаясь стонами, слетавшими с его губ. Исми действительно звучал чертовски сексуально. Внезапно его тело напряглось, а голова с силой откинулась на подушку. На долю секунды я решил, что Исми испытывает боль, а затем его задница сжала мой член, а рот начал лихорадочно повторять:

− О, Валерка, Валерка...

Я восхищённо наблюдал, как оргазм сотрясал тело Исми. С последней волной я неистово врезался в него, чувствуя, как мой собственный релиз со скоростью ракеты несёт меня к вершине.

Моё собственное тело вибрировало от интенсивности, когда я, уткнувшись в шею Исми, рухнул на него, стараясь не забывать дышать.

Чёрт возьми! Я хочу сделать это снова!

Я медленно приходил в себя, пока не услышал, как брат, задыхаясь, простонал моё имя. Услышав разницу в том, как Исми произносил его, я немедленно перекатился на бок, поняв, что практически раздавил его своим весом. Моя вялая эрекция выскользнула из его тела, и я сразу же захотел вернуться обратно. Но вместо этого я стянул презерватив и, завязав узел, бросил за кровать, чтобы убрать позже.

Исми переместился на колени. Я следил за каждым движением его тела, а затем протянул руку и скользнул пальцами вдоль шеи к плечу. Исми нежно коснулся моей груди, а другой рукой погладил мой член, уже вновь оживающий. Застонав от ощущений, я увидел, как Исми покрылся румянцем практически с головы до пят. Приподняв бёдра, я попытался облегчить ему задачу.

Я ожидал, что Исми снова разместится на моих коленях, поскольку был двумя руками за полный телесный контакт. Но вместо этого братишка обхватил ладонью эрекцию, погладил её и, облизнув губы, посмотрел на меня.

Склонив голову, Исми поцеловал кончик члена.

«Чёрт! Неужели я получу минет?!» − пронеслось в моей голове.

Облокотившись на локти, я ждал, что произойдёт дальше. Волосы Исми щекотали кожу.
Его розовый язычок облизал головку так, словно она была леденцом или мороженым, − словом, чем-то очень вкусным. Не успел я моргнуть, как губы обхватили головку и всё, что я чувствовал – это его горячий, влажный рот. Братик начал гладить меня своими губами и языком, с каждым движением принимая всё глубже, пока я не ощутил, как упёрся в заднюю стенку глотки. Чёрт!

− Ох, твою мать! – простонал я.

Я определённо рисковал кончить прямо на месте, если он не остановится. Положив руку за затылок, я осторожно потянул Исми за волосы. Несмотря на то, что я действительно наслаждался его губами и языком, мне хотелось закончить внутри него.

Я ещё раз поместил Исми на свои колени и страстно поцеловал, готовясь снова оказаться в его тугой заднице. Как только его нежные ягодицы коснулись моего члена, брат моментально начал скользить по нему.

− Дерьмо! Это... − у меня не хватало слов, чтобы описать, что я чувствовал.
Святые небеса! Это было охренительно хорошо!

Братишка опять сместил свои бёдра, и я застонал, ощутив, как головка коснулась его входа. Может быть, мы могли бы... всего лишь на секундочку... Ничего плохого не случится, если я просто скользну внутрь его тёплого, нежного тела. Исми чуть наклонился, и я практически оказался внутри него. Чёрт! Как же хорошо! Если мы продолжим, то я не продержусь и двух минут.

Приподняв Исми, я отсадил его подальше так, чтобы он не касался моего члена. Найдя презерватив, я разорвал фольгу и пробормотал, что мы не можем сделать это. Я почувствовал себя дерьмово, когда Исми начал извиняться, а затем опустился на меня. Нежно поцеловав в губы, я обнял его тело, давая понять, что ему не за что извиняться. Потому что я хотел того же не меньше, чем он.

Толкнув в грудь, Исми заставил лечь на кровать, и начал объезжать меня. Его бёдра ритмично двигались, его член и яйца подпрыгивали, пока братик скользил вверх-вниз по моему валу. Я притянул его ближе, нуждаясь в более тесном телесном контакте. Тихий стон и моё имя сорвалось с губ Исми, когда я пальцами сжал сосок.

Его рот приоткрылся, глаза заволокло похотью, а ноги начали мелко трястись. Я понял, что Исми собирается кончить в ближайшее время. Его дрожащие руки говорили, что он находится на краю. Я сел и, обняв за бёдра, начал толкаться в него. Я чувствовал, как задница Исми чертовски сильно сжала мой член, пока брат стонал моё имя.

Стоны Исми стали громче, а затем он начал что-то бормотать. Его глаза потеряли фокус, голова качнулась вперёд и упёрлась в мою щёку.

− Я люблю твой член, − снова и снова бормотал он.

Нет ничего лучше мантры, в которой брат исповедует любовь к твоему члену, заставляя чувствовать себя, подобно рок-звезде.

Я чуть замедлился, ожидая, пока Исми спустится с вершины оргазма, чтобы через несколько секунд яростно ворваться в него. Его тело ослабело, прерывистое дыхание слетало с губ. Обняв лицо ладонями, я поцеловал его, ощущая, насколько близко находился к краю. Исми напрягся, бессвязно залепетал и с силой опустился на меня, снова кончая. Я последовал за ним.

Никогда в своей жизни я не испытывал ничего подобного. Меня немного беспокоило, что презерватив мог лопнуть от силы и интенсивности моего оргазма. Рухнув на кровать, я потянул Исми за собой и задал вопрос, желая убедиться, что он в порядке. Концовка нашей второй сессии была определённо жёстче, чем я предполагал. Исми чуть слышно ответил. Я смог разобрать лишь слова «хорошо» и «устал». Удалив презерватив, я бросил его на пол и укрыл нас одеялом. Включив будильник на телефоне, чтобы Исми мог попасть в свою комнату до того, как проснутся наши родители, я наконец-то улёгся рядом с ним.

Как только мои глаза закрылись, Исми повернулся. Тихо забормотав, он прижался ко мне и положил руку на мой член. Я улыбнулся, поскольку даже в бессознательном состоянии Исми желал меня.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 39
© 16.10.2020 Человек Дождя
Свидетельство о публикации: izba-2020-2920580

Рубрика произведения: Проза -> Эротика
















1