Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Сама виновата.


Сама виновата.

– Галина, где мои сигареты? Ты мне купила?

Борис Александрович вечером вернулся с работы, говорил с нажимом и застарелым раздражением, как будто уже предполагал заранее отрицательный ответ. В такие минуты он выкатывал круглые глаза, его маленький рот, от природы красивый и женственный, хорошо бы смотрелся у женщины, но как-то нелепо выглядел на лице невысокого коренастого мужчины в сто килограммов живого веса, и сейчас зло кривился, а толстая красная шея, казалось, заметно раздувалась.И с еще большим раздражением продолжал, понимая, что протеста не будет:

– Я же тебя просил!!!

Он с бешенством смотрел на овечью покорность своей жены, которая опускала глаза, голову, даже горбилась от его слов, но ничего не мог поделать с собою. Ему было бы легче, если бы она, сверкнув в его сторону своими темно-карими глазами, вылепила ему в лицо: «Хватит орать на меня! Сходи и сам купи!» Но Галина привычно покорно реагировала на его претензии.

– Прости, Боря, я забыла…
– И что стоишь? Быстро пошла! Я долго буду ждать?

Он, будучи начальником цеха крупного предприятия, привык говорить с подчиненными резко, с отработанными годами интонациями.

– Вот сколько раз я тебе говорил, а?! А ты ничего не слышишь и не делаешь! Почему обувь стоит до сих пор немытая и не начищенная? Как я завтра пойду на работу? – Он с ожесточением пнул свои ботинки, и в этот момент его пивной живот заколыхался в такт его резким движениям.
– Я еще не успела… Подожди, сейчас я дойду до магазина и принесу тебе сигареты, и все сделаю…

Галя накинула плащик, обула старые туфли и побежала в ближайший магазин в квартале от дома. Она годами жила в своем сюре, не отдавая себе отчета в происходящем, со стертыми как подошва чувствами, когда радость – не радость, а страдание – не страдание, а все какие-то жалкие слепки, слабые отзвуки чего-то настоящего и давно перестала ощущать пульс жизни. По дороге привычные слезы навернулись на глаза от обиды, но быстро иссякли. Галина столь же привычно стала укорять себя, вспоминая слова своего батюшки: «Смиряйся и терпи. Это твой муж. Сама во всем виновата».

***
Вдруг ее остановил чей-то показавшийся знакомым голос:

– Галя? Это ты? Приве-е-т!

Перед ней стоял Коля – Николай, друг детства и юности, ее первая, единственная и совсем несчастливая любовь. Она страшно смутилась – заплаканное лицо без всяких признаков какой-либо ухоженности, заношенный плащ – и не знала, куда спрятать глаза и старые разбитые туфли.
Он приехал из Москвы навестить мать и просто шел по родной сторонке, окраине небольшого областного центра, где царил разнобой частных домишек,капитальных домов и богатых коттеджей, в полной мере отражавший уровень культуры, вкус и размер кошелька их хозяев самого конца 90-х. Молодой мужчина с интересом смотрел по сторонам, поджарый, свежий, явно в хорошем расположении духа, и думал о том, как же он здесь давно не был – армия, учеба в военном училище, командировки в горячие точки, он так редко приезжал к матери, все чаще она к нему, а так в основном разговаривали по телефону.
На дворе стояло настоящее бабье лето, воздух прозрачный и весь пейзаж предельно ясный, контуры каждого листочка и цветка отчетливы, как будто вырезанные резцом мастера, который не скупился на разнообразие, богатство и изысканность формы и цвета. Повсюду разлит мягкий теплый свет ранних сентябрьских сумерек.
Он широко улыбался, вдруг схватил ее в охапку и сжал до хруста костей.

– О, вот это да… Неужели это ты!
– Привет! Я рада тебя видеть!

Галя ответила почти механически, как заведенная кукла. И закружился, заметался, как осенний листопад, ничего не значащий разговор о женах-мужьях, детях, работе. А между тем глаза жили своей отдельной жизнью, изучали, искали, находили, понимали что-то свое, совершенно никак не отраженное в текущей беседе. Наконец глаза сделали свое дело.

– Давай завтра вечером встретимся… Вспомним молодость…

Николай был приветлив и радостен. Он испытующе и уверенно смотрел на старую подругу серыми внимательными глазами.

– Мне неудобно. Вообще вечером не могу – дом, сын, муж… Сам понимаешь… – Галя улыбалась грустной, немного растерянной улыбкой.

Николай спохватился и постарался исправить неловкость.

– Да, конечно… Я как-то совсем щас ничего не соображаю, так обрадовался. А когда?
– В нашем старом парке кафешку открыли, можем немного прогуляться, кофе выпить. Часа в три… Завтра… Как?
– Отлично! Я очень рад.
– Ну, тогда до завтра!

Она дождалась, когда он уйдет. И он ушел легкой молодой походкой мужчины с военной выправкой, у которого все, в общем, хорошо, накатано и налажено. Галя смотрела ему вслед и чувствовала, как в ее жизнь врывается какой-то вихрь из другой ее жизни, готовый сокрушить все на своем пути, к чему она была совсем не готова.
Женщина думала, что она очень хорошо сыграла отведенную ей роль подруги юности. Была непринужденно-веселой, такой, какой была тогда, много лет назад. Но когда осталась наедине с собой, прошлое беспощадно накинулось на нее, и она натыкалась на все его острые углы. Тот ее Коля, живущий в сердце много лет, приобретший уже почти мифический, далекий от реальности образ, вдруг со всей жестокостью реальности ворвался в ее полусуществование. «Боже мой! Ведь почти двадцать лет прошло, как мы расстались…» Она не вспоминала его, не думала о нем, он всегда был рядом и просто жил в ней все эти годы…
На следующий день Галя постаралась применить все чудеса современной косметики, чтобы выглядеть моложе, хотя и понимала, что безнадежно отстала в этой хитрой женской науке и совсем не ориентировалась в пилингах, масках, криотерапиии прочих секретах красоты. Надела лучшее платье, обнаружив, однако, что этому платью как минимум пять лет, так давно она не обновляла свой гардероб. Даже Борис, глядя на ее длинные юбки и темные, какие-то старорежимные жакеты недовольно бурчал:

– Ну купи себе что-нибудь! Что ты как стара баушка… Вот что это на тебе цвета выпущенных мозгов? Я что, денег тебе жалею? Купи, что хочешь. – Он брезгливо тыкал пальцем в ее платье.
– Это цвет бордо с молочным отливом… – Галя пробовала защищаться, но очень неуверенно.

Борис имел несчастье закончить три курса медицинского, но перевелся на биохим, потому что понял – работать с пациентами он не сможет, но периодически вспоминал свои неприятные ассоциации.

– Это выглядит отвратительно! И волосы покрась! Ты же молодая женщина, а ходишь как будто тебе далеко за пятьдесят.

Галина сохранила практически девичьи очертания фигуры, но какой-то затравленный взгляд, всегда опущенные плечи старили ее, и в свои тридцать шесть действительно выглядела на двадцать лет старше.

***

    Коля и Галя шли по парку, его аллеям и часто одновременно восклицали:«А помнишь?» И смеялись, на миг окунувшись в свою юность. Дошли до своей любимой скамейки, сели на нее и, глядя на подросшие деревья, которые превратились уже в настоящий лес с подлеском, молчали, слушая шум деревьев на ветру.
Николай все время как-то странно исподтишка смотрел на нее, ей казалось, что он хотел ее о чем-то спросить, но не решался. Но сейчас вдруг резко повернулся к ней, взял ее руки в свои и в упор спросил:

– Ты меня вспоминаешь? Ты меня любила? Я же знаю тебя, чувствую как себя… до сих пор… Мы же тогда так нелепо расстались… Ты же ничего не поняла… Не поверила…

Она не то, чтобы была готова к такому повороту разговора. Нет, она сама себе задавала такой вопрос, поэтому была во всеоружии и стойко держала оборону.

– А какой ты ответ хочешь получить? – голос у Галины был на удивление тверд и чуть насмешлив. – Правду? Полуправду? Имитацию правды? То, что ты хочешь услышать? Или то, что ты не хочешь услышать? Все это разные ответы. И что это изменит?!

Она помолчала, опустила глаза, и все-таки допустила оплошность:

– Если бы я еще знала эту правду…

Она вдруг поняла со всей ясностью, глядя на этого почти незнакомого мужчину со всей его вызывающей мужской харизмой, бьющей через край энергией, что то, что жило в ней под видом любви столько лет, было уже давно как мертвая голограмма, лишенная тепла и жизни. Он был в ней как мумифицированный плод замершей беременности, и она боялась, что он может ожить. Прикосновение реальности к ее искусственно созданному мирку было для нее мучительно.
Николай все понял и помрачнел. Обещавшая быть прекрасной и ошеломительной встреча с юностью не принесла ничего, кроме недоумения и разочарования. Девчонка, которую он называл своей первой любовью, превратилась в чужую, малознакомую женщину, с которой уже ничего не связывало. Светлые аллеи его жизни разом потемнели.
А он так хотел рассказать ей, как ему трудно, что с женой они как будто жители соседних планет, по-разному смотрят практически на все. Та грузила его какими-то бытовыми нескончаемыми проблемами, взаимоотношениями с родственниками и на работе, еще какой-то никчемной бытовухой и постоянно приземляла и гасила все его порывы, выносила мозг, пилила по любому поводу и без повода. Он каждую ночь, когда возвращался из командировок, занимался с ней любовью, уже совсем не хотел этого, но по какой-то привычке или чему-то некогда заданному, чему не мог найти названия, терзал ее давно нежеланное тело, целовал ее надоевшие, такие мягкие податливые губы и знал, что в следующую ночь он сделает тоже самое и не мог вырваться из этого замкнутого круга. А жена совсем перестала смотреть ему в глаза, может о чем-то догадывалась, а может просто пыталась обмануть себя.
Единственной его отрадой были две дочки погодки. Одна занималась в музыкальной школе, воплощая папину мечту, вторая увлеклась танцами, и он с удовольствием ходил на все их выступления и фестивали. Встретив Галю, он надеялся на глоток свежего воздуха, какого-то обновления, радости. Но все пошло не так.
Галя замолчала. Идя на эту встречу, надеялась, что как прежде, когда он называл ее галчонком, она сможет рассказать ему, как ей тяжело с мужем, которого не любит, и ей часто просто не хочется идти домой, как он много пьет и стал резок, часто просто невозможно груб с ней, как она оттягивает тот момент, чтобы лечь с ним, и придумывает всякие отговорки, чтобы не иметь с ним близости. Как ей тяжело смотреть на сына-аутиста, который в свои 14 лет вообще не идет ни на какой контакт. Конечно, скорее всего, она бы так ему не сказала, но он бы все равно понял…
Галя носила в себе одну тяжелую тайну, которая мешала и отравляла ей жизнь и особенно тогда, когда она была с Колей… Никто об этом не знал. В тринадцать лет ее изнасиловал пьяный сосед-дальнобойщик, сорокалетний женатый мужик. Когда возвращалась домой из школы, он заманил ее во двор под предлогом дать ведро яблок, а сад был у них действительно богатый и знатный. И здесь же в саду прямо на пятачке некошеной травы около сарая прижал ее к земле. Грязные и постыдные подробности этого случая всегда были в ее памяти. Тогда даже не посмела кричать, вдруг мать услышит. С матерью были сложные отношения, уж слишком та была строга и непреклонна. После того, как такое произошло, все скрыла от всех и тем более от матери, потому что знала, что будет одна реакция – она скажет, что сама виновата.

***
– Ну и где ты шлялась?

Борис вечером был как всегда пьян. Галя ничего не отвечала, привычно ссутулилась и опустила голову.

– И что ты молчишь? Нет, ну почему ты всегда молчишь?

Вид мужа не оставлял надежды на мирный исход разговора. Он продолжал орать:

– Тебя сегодня видели в кафе с каким-то мужиком! Мало того, что я взял тебя уже порченной, так ты, оказывается, продолжаешь гулять!

Борис зверел на глазах и себя уже не контролировал. Она давно мучилась от его ревности. Он, что называется, ревновал ее к каждому фонарному столбу. Любой самый невинный жест или взгляд, брошенный невзначай кем-то из мужчин, вызывал у него приступ бешенства. В свое время запретил ей работать секретаршей, когда пошел на повышение, и она устроилась работать в школу в женский коллектив учительницей биологии, ведь по настоянию мужа закончила заочно тот же факультет. Одевалась, как серая мышь, но и это его раздражало.

– Боря! Приехал Коля, навестить мать. Это мой друг… Друг детства. Мы жили на соседних улицах…
– Знаю я таких «друзей детства»! А вырядилась-то зачем? Мне рассказали, как ты выглядела, губы накрасила, туфли на каблуке. Да если б не я…Ты бы по рукам пошла! Да я тебя...

Он замахнулся. Галина вся сжалась и согнулась в три погибели, ожидая удара. Но удара не последовало. Борис только с остервенением пнул по табуретке, выдернул бутылку водки из холодильника и хватанул сразу стакан. Увидев ее брызнувшие слезы, выругался и произнес:

– Сама виновата!

***
Да, она была виновата…Ей было семнадцать, ему – восемнадцать. У них случилась первая любовь. Коля жил на соседней улице, и все было хорошо и безоблачно. Ее парень часто заходил за ней домой, и они говорили обо всем и гуляли-гуляли допоздна по любимым улочкам и переулкам, парку, иногда уезжали в центр города, заходили в кафе. Он провожал ее до дома, чмокал в щечку, и они расставались до следующей встречи. У Галины был непреодолимый барьер перед любыми прикосновениями после того страшного случая, она под страхом смертной казни не рассказала бы ему такое, но Коля чувствовал этот страх и преграду и не торопил события. Она ему доверяла. Но однажды на нее обрушился нестерпимый удар – девушка узнала, что ее Коля пошел на озеро купаться с ее подругой и с ней там целовался. После этого Галя оборвала с ним все отношения, избегала встречи, и все его попытки объясниться отвергла. Вскоре Николай уехал из дома. Только через десять лет подруга повинилась и рассказала, что специально увела его тогда на озеро, сказав, что Галя там его ждет, и про поцелуи наврала. Очень ей завидовала. Галя простила, обе поплакали – ничего вернуть было нельзя.
А Галя тогда, пока Коля еще не уехал, срочно вышла замуж. В то лето она устроилась на работу секретаршей. Была хороша собой – фигурка, глазки, прическа, – и начальник, старше ее на десять лет, влюбился смертельно. У Бориса Александровича были жена и дочь, но его ничто не могло остановить. Гале только исполнилось 18 лет, ей льстило внимание начальника, его страсть, которую он не мог и уже не хотел скрывать. Ей было так больно и так хотелось хоть как-то отомстить предателю, что она дала согласие. Да и из под опеки всегда недовольной матери, которая растила ее без отца, хотелось вырваться на волю. Так назло и выскочила замуж. И очень быстро поняла, какую она совершила ошибку. Она его не любила, старалась полюбить и не могла…Особенно мучительны были ночи, когда от нее требовалось исполнение «супружеского долга». Однажды решилась отказать. У нее дико болела голова, и так устала на работе, что не находила в себе никаких сил на сексуальные упражнения. Вот тогда и прозвучало:

– Ну ты и стерва!

Это первое обзывание, которое она услышала от мужа, показалось ей совсем непереносимым. К тому времени они прожили уже пять лет, уже родился сын. Она собрала кой-какие свои вещи, потеплее укутала сыночка и на санках повезла его к маме, которая переехала в деревню к сестре, как только они поженились, оставив им дом. Добиралась два часа, очень замерзла и устала, но мать, встретив ее на пороге и не пустив в дом, резко сказала:

– Отправляйся назад к мужу. Это твой выбор. Сама виновата.

***
Как-то лет пять тому назад, когда казалось, что все стало просто невпроглот, Галина по совету одной старой учительницы, которая знала всю тщательно скрываемую подоплеку ее семейной жизни, пошла в храм. Батюшка встретил радушно и спросил:

– Ну как дела?

Вопрос был задан, как ей показалось, с искренним интересом и сочувствием, и бедная женщина, которую никто никогда не спрашивал о том, как она живет, поверила и вылила священнику все, что так мучило ее и тяготило.
Он сжал ее руку, потом приобнял и ободрил:

– Будешь ходить ко мне на исповедь, будешь молиться, причащаться, и все у тебя наладится.

Так Галина стала ходить к батюшке Василию и сама не заметила, как он стал самым близким и незаменимым человеком в ее жизни. Она несла ему все свои горести, а тот выслушивал и давал советы – делай так, а так не делай. Скоро она уже и шагу боялась ступить без его благословения. Он несколько раз бывал у них в доме, Борис Александрович встретил священника сначала очень настороженно, но услышав от него несколько сентенций – типа, «да убоится жена мужа своего», «муж – глава жены» и прочие, – проникся к попу дружелюбием и мог вести с ним многочасовые разговоры, а то и партию в шахматишки сыграть. Эти минуты были самыми счастливыми в жизни рабы Божьей Галины. Отцу Василию нравилась ее преданность и полное послушание, он заметно выделял ее и даже ставил в пример другим прихожанкам. То скажет ей стенд в храме оформить, то материал к проповеди подготовить, то отчет помочь написать. Приближал ее к себе все больше и больше и любил показывать свою власть над ней. Духовная дочь беспрекословно выполняла все его поручения и радовалась, когда батюшка был доволен. Но не всегда удавалось угодить, трудно было предугадать, что же вызовет возмущение, а в гневе иеромонах Василий был страшен. Он кричал:

– Отойди от меня! Как я тебя ненавижу! Как я вас всех ненавижу!

И бушевал так, что от прихожанок летели пух и перья.
Да, не все понимали его глубокую натуру и его великую миссию. У Галины все холодело внутри от его разноса. Она не знала за собой вины и не могла себе представить, что будет, если он ее совсем прогонит, рыдала, просила у него прощения, а он, испытуя ее смирение, спрашивал:

– А вот ты сейчас можешь при всех стать передо мной на колени?

Она падала ему в ноги, он был доволен, успокаивался,снисходительно ей помогал подняться и милостиво говорил:

– Ну, вот видишь – поняла же, что сама виновата…

***
Прошел еще год после приезда Николая…

– Что ты хочешь от меня, Господи?!

Галя лежала почти всем телом на столе, стучала кулаком и взывала в бесплодном отчаянии и молитве. Бориса поздно вечером увезла скорая.

– Господи, я грешна, я знаю, что я увела мужа от жены, я была молода и ничего тогда не понимала! Господи, прошло почти двадцать лет. Я ничего не могу исправить. Я ничего не могу вернуть. Прости меня! Я дорого заплатила за все! Мой сын страдает за меня. И я сейчас не знаю, что хочу – чтоб муж умер или чтоб жил. Вот такая я. Решай Сам. Я все приму из Твоих рук! Я завтра утром пойду к нему, сварю ему куриный бульон, который он любит. Какую любовь я могу ему еще оказать?!

Ночью раздался резкий звонок. Звонили из больницы. Женский голос на другом конце связи с привычными отработанными интонациями, отстраненными и холодными, произнес:

– Ваш муж умер. Остановка сердца на фоне инфаркта.

Больше она ничего уже не слышала. Смерть вошла, выключила весь свет и отменила все краски. И вдруг такой резкой непереносимой болью ударило в сердце: «Милый мой, хороший, любимый…» Галя произносила про себя такие непривычные забытые слова, которые никогда не говорила вслух, а теперь они были так естественны. Она вспоминала, как в первые годы их жизни муж без конца целовал ее, ловил и обнимал, как только она проходила мимо. А ее это раздражало. Хотя понимала, что ей досталось столько нежности, сколько бы хватило на десяток женщин. Он выполнял малейшие ее желания… Она такая заласканная, зацелованная с головы до ног, была как в любовном коконе, который защищал ее от всех невзгод, от злых людей, которые отскакивали от нее, не имея сил пробить эту броню, которую давала ей любовь мужа. И сама все отвергла. Он долго терпел, потом стал пить и срываться от невозможности войти в ее сердце.
Галя плакала бессильными слезами. Не раздеваясь, легла на их кровать и незаметно для себя уснула.
Во сне ей приснилось, что Боря стоит в проеме двери, через которую бьет яркий белый свет, из-за которого черты его лица были неясными. Он стоял и как-то нерешительно смотрел, и сказал:

– Галочка, если б я знал, что ты меня так любишь, я бы поберег себя… Прости меня. Я так любил тебя, но не смог сделать тебя счастливой…

Муж казался таким растерянным. Она рванулась к нему, но очертания силуэта сначала стали как будто размытыми, а потом и вовсе исчезли.
Она проснулась. И еще долго жила в пространстве своего сна. Все в ее душе перевернулось. Началась другая жизнь. Галина начала свивать в своем сердце еще одно гнездо для своей любви и для своей вины.






Рейтинг работы: 51
Количество рецензий: 3
Количество сообщений: 3
Количество просмотров: 90
© 14.10.2020 Евгения Викторова
Свидетельство о публикации: izba-2020-2918869

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Иван Особняк       15.10.2020   23:23:11
Отзыв:   положительный
Интересная история. Есть над чем поразмышлять. Читается с интересом. А можно поинтересоваться какой процент событий( примерно) изложенных в рассказе реален, а какой придуман автором и читается, как правда? С уважением. Иван.
Евгения Викторова       16.10.2020   02:28:45

Иван, к сожалению, ничего не придумано. Все правда, вплоть до диалогов и снов. Изменены имена и некоторые детали, чтобы "следы замести".
Спасибо Вам за отзыв!
С поклоном от автора.
Summer       14.10.2020   12:24:34
Отзыв:   положительный
Прочла на одном дыхании! Восхищена искренностью рассказа, эмоции захватывают.
Потрясающе прочувствованные строки:
"То, что жило в ней под видом любви столько лет, было уже давно как мертвая голограмма, лишенная тепла и жизни. Он был в ней как мумифицированный плод замершей беременности, и она боялась, что он может ожить..."
Такие сильные, волнующие строки, позволяют на многое взглянуть по-другому, заставляют задуматься и многое переосмыслить.
Обнажены самые сокровенные чувства, открыта суть вещей, красота и сила любви. Спасибо!
Евгения Викторова       15.10.2020   06:36:05

Благодарю!
Мне как автору, конечно, важно и дорого уловить ответную эмоциональную реакцию, значит,
не зря написаны эти строки, значит, удалось пробиться к сердцу читателя.
С поклоном.
Евно Мирмович       14.10.2020   12:20:34
Отзыв:   положительный
Великолепный рассказ. Оставляет сильное впечатление, заставляет задуматься, сопереживать. Трогает звенящая откровенность повествования. Как читатель я остро чувствую всю эту боль нелепой, скомканной, тяжелой жизни. А ведь далеко ходить не надо, - это всё про нас.
Очень благодарен Вам не только за мастерство изложения но и за саму тему. Очень хочу, чтобы с рассказом познакомилось больше читателей.
В тексте есть несколько опечаток, отсутствуют пробелы. Поправьте их пожалуйста. А я с удовольствием поставлю рассказ в редакторский анонс.
От души желаю Вам новых, не менее значимых, творческих успехов и искренне рад, что открыл для себя нового интересного автора.
С уважением, Евгений.
Евгения Викторова       15.10.2020   06:25:26

Уважаемый Евгений!
Очень рада Вашему отзыву и Вашей столь высокой оценке и добрым пожеланиям!
Спасибо за замечания, постаралась исправить.
С поклоном.
















1