Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Сорок лет спустя. Автобиографическое эссе-3


3. «ВОТ НОВЫЙ ПОВОРОТ!»
(ВИА «Машина Времени»)

- ИТАК, МЫ ПЕРЕХОДИМ, НАКОНЕЦ-ТО, К ШЕСТОЙ ТОЧКЕ БИФУРКАЦИИ, ОЗНАМЕНОВАВШЕЙ НАЧАЛО ТВОЕЙ «ЧЕЛЯБИНСКОЙ ЭПОПЕИ». ТАК ЧТО ЖЕ ВСЕ-ТАКИ ТОГДА ПРОИЗОШЛО? ПОЧЕМУ ТЫ ВДРУГ ИЗМЕНИЛ СВОЕЙ МЕЧТЕ?

- Мне бы очень хотелось ответить на Твой вопрос словами героини Надежды Румянцевой из фильма «Королева бензоколонки», сказав, что я не изменял своей мечте, а просто изменил саму мечту. Но, к сожалению, это будет всего лишь «хорошая мина при плохой игре», хотя начиналось все так обнадеживающе…
Первые два месяца я буквально наслаждался своим новым статусом дипломированного специалиста, и даже неприятности по работе на КЗКТ не могли мне испортить настроение. А все свое свободное время посвящал изучению доступной мне психологической литературы, морально подготавливая себя к поступлению на соответствующий факультет МГУ. И первым делом я от корки до корки проштудировал «Занимательную психологию» Константина Платонова. Этот выдающийся советский ученый, доктор медицинских и психологических наук, с первых же строк своего «бестселлера» покорил меня точностью и емкостью научных формулировок в сочетании с яркими и многочисленными примерами из жизни, щедро сдобренными тонким и неповторимым юмором. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Константин Константинович на долгие годы стал моим кумиром в области психологии! А тот факт, что он являлся еще и преподавателем МГУ, позволял мне надеяться даже на личную встречу с этим замечательным человеком.
Но мне бы хотелось более подробно остановиться на другой книге, которая не только укрепила мой интерес к психологии, но и задала вполне конкретное направление для самостоятельных исследований. Дело в том, что я в предыдущей главе эссе, рассказывая о преподавателе экономики Лидии Николаевне Земзеревой, особый упор сделал на то, как эта женщина впервые ознакомила меня с четырьмя типами темперамента человека, о которых писали в своих трактатах еще античные врачи Гиппократ и Гален. Древние мудрецы полагали, что в организме каждого из нас существует индивидуальное соотношение внутренних химических систем с преобладанием какого-то одного «жизненного сока»: лимфы, желтой желчи, крови или черной желчи. И это соотношение как раз и определяет тот или иной темперамент человека («Temperamentum» в переводе с латинского – «Слияние, смешивание»):
1.Флегматик («Лимфа») – спокойный и медлительный.
2.Холерик («Желтая желчь») – горячий, истеричный и хамоватый.
3.Сангвиник («Кровь») – подвижный и веселый.
4.Меланхолик («Черная желчь») – грустный и боязливый.
Данная классификация никем не подвергалась сомнению на протяжении почти двух тысяч лет, и лишь в начале прошлого века великий русский физиолог Иван Павлов показал, что типы темпераментов человека по Гиппократу-Галену являются на самом деле внешним проявлением так называемых типов высшей нервной деятельности (ВНД), общих для любых видов млекопитающих. Согласно учению академика Павлова, тип ВНД – это совокупность врожденных свойств нервной системы, определяющих индивидуальные особенности и характер взаимодействия организма с окружающей средой:
1. Сила нервной системы – устойчивость организма к длительному воздействию внешнего раздражителя (возбуждающего или затормаживающего).
2. Уравновешенность нервной системы – соотношение процессов возбуждения и торможения в организме.
3. Подвижность нервной системы – быстрота возникновения и прекращения процессов возбуждения и торможения в организме.
Так вот, с этой точки зрения, древние типы темпераментов вполне коррелируют с современными типами ВНД:
1.Сильный, уравновешенный и подвижный тип – это сангвиник.
2.Сильный, уравновешенный и инертный тип – это флегматик.
3.Сильный и неуравновешенный тип – это холерик.
4.Слабый тип – это меланхолик.

- В ОБЩЕМ, В ОГОРОДЕ БУЗИНА, А В КИЕВЕ ДЯДЬКА! КАКОЕ, ИНТЕРЕСНО, ОТНОШЕНИЕ ИМЕЕТ ВСЕ ЭТО К ТВОЕМУ ПОСТУПЛЕНИЮ В ЧЕЛГУ?

- Самое прямое, как бы странно это ни звучало! Просто наберись терпения и выслушай меня до конца… Итак, продолжаю. Безусловно, теория нашего великого соотечественника стала большим шагом вперед по сравнению с выводами греко-римских «эскулапов», однако и в ней было одно смущавшее меня обстоятельство. Я никак не мог понять, почему Иван Петрович фактически ограничился подтверждением существования четырех типов темпераментов человека? Ведь совершенно очевидно, что, исходя из результатов его научных исследований, типов ВНД должно быть не менее 24-х!
В самом деле, если взять две группы «павловских» типов человека, то есть сильных и слабых, то каждую из них следует разделить на три подгруппы, состоящих из уравновешенных типов, с преобладающим возбуждением и с преобладающим торможением. А получившиеся шесть подгрупп уже можно разбить на четыре отдельных типа ВНД по следующей схеме:
1. Возбуждение подвижно, торможение подвижно (ВПТП).
2. Возбуждение подвижно, торможение инертно (ВПТИ).
3. Возбуждение инертно, торможение инертно (ВИТИ).
4. Возбуждение инертно, торможение подвижно (ВИТП).
Нетрудно посчитать, что в итоге как раз и получается 24 возможных варианта трактовки положений рассматриваемой здесь теории Павлова!

- И ЧТО, ТЫ САМ ДО ВСЕГО ЭТОГО ДОДУМАЛСЯ?

- Нет, конечно! У меня в голове просто вертелись различные предположения относительно типов ВНД, но их четкую и ясную классификацию я увидел только в той книге, о которой как раз и собираюсь рассказать. Это работа Тамары Афанасьевой «Ранняя профориентация или поздний самоанализ?», посвященная, вообще говоря, вопросам выбора профессии школьниками выпускных классов. Однако есть в ней раздел, в котором рассматриваются физиологические основы склонности учащихся к тому или иному виду деятельности. И эти основы как раз и представляют собой те самые типы ВНД человека, методика определения которых была разработана в 70-е годы прошлого века специалистами Ворошиловградской психиатрической клиники (ВПК). Вот обо всем этом сейчас и пойдет речь…
Начну с того, что, оказывается, в методике ВПК рассматриваются даже не 24, а целых 72 типа ВНД, то есть в три раза больше! Все дело в том, что в своих исследованиях они принимали во внимание не только силу, уравновешенность и подвижность нервной системы, но и такие показатели, как первая и вторая сигнальные системы. Впервые данные понятия ввел в своих трудах тот же академик Павлов, чтобы различать поведение человека и животных, но свести воедино все параметры типов ВНД догадались только ворошиловградские психиатры.
Итак, что же собой представляют эти сигнальные системы? Первая система (ПСС) присуща как человеку, так и животным. Она характеризуется проявлением рефлексов как реакций на внешние и внутренние раздражения (кроме вербальных): запах, форму, вкус, цвет, температуру. Типичные признаки ПСС следующие:
1.Определенность сигнала как явления окружающей действительности.
2.Подкрепление сигнала безусловным раздражителем.
3.Биологическая природа целевого приспособления человека или животного.
Однако в процессе социального развития человеческий организм приобрел еще и вторую сигнальную систему (ВСС), что обусловило его коренное отличие от организма животного. Именно ВСС стала обеспечивать формирование представления об окружающей действительности на вербальной основе, то есть породила абстрактное речевое мышление человека: слова устной и письменной речи, знаки, рисунки, формулы, жесты, символы. Поэтому ее типичные признаки уже совершенно иные:
1.Обобщение понятий и отвлечение от общих свойств.
2.Одновременность перестройки и формирования временных нервных связей.
3.Отображение сформированных временных связей.
4.Абстрактность и отвлеченность используемых понятий.
5.Устойчивость и влиятельность двигательных и речевых стереотипов.
Естественно, что между двумя сигнальными системами существует самое тесное взаимодействие, которое неизбежно отражается на работе нервной системы человека. Другими словами, в результате такого взаимодействия каждый из 24-х типов ВНД приобретает одну из трех конкретных разновидностей:
1.Средний тип – обе сигнальные системы проявляют себя с одинаковой силой.
2.Художественный тип – с большей силой проявляется ПСС.
3.Мыслительный тип – с большей силой проявляется ВСС.
Отсюда как раз и возникают те самые 72 типа ВНД по методике ВПК, о которых я говорил в самом начале! И можно без труда провести параллель между ними и темпераментами по классификации Гиппократа-Галена: сангвиник – типы 1, 13 и 25; флегматик – типы 3, 15 и 27; холерик – типы с 5 по 8, с 17 по 20 и с 19 по 32; меланхолик – типы с 37 по 72.

- ХОРОШО, НО КАК ИМЕННО МОЖНО ОПРЕДЕЛИТЬ ВСЕ ВЫШЕСКАЗАННОЕ ДЛЯ ТОГО ИЛИ ИНОГО ЧЕЛОВЕКА?

- Вот в этом как раз и заключается суть рассматриваемой методики! Испытуемому предлагают пройти несколько тестов, в ходе которых он должен оценить в баллах (от 1 до 5) характерные особенности своей личности:
1. Показатели силы нервной системы. Это такие параметры, как работоспособность, выносливость, активность, глубина сна, выраженность аппетита, устойчивость к алкоголю, инъекциям и интоксикациям, инициативность, осторожность, глубина чувств и переживаний. По всем этим показателям выводится средний балл, который при величине 3,5 и выше свидетельствует о сильной нервной системе, в противном же случае – о слабой.
2. Показатели возбудимости нервной системы. К ним относятся высота подъема настроения, активность, горячность, инициативность, выраженность аппетита, удовлетворенность от результатов труда.
3. Показатели заторможенности нервной системы. Здесь рассматриваются осторожность, выдержка, самообладание, способность терпеть и отказаться от желаемого, умение выслушать несправедливые обвинения, глубина сна. По всем параметрам пунктов 2 и 3 также выводятся средние баллы, после чего сравниваются между собой. Если разница между ними окажется не более, чем 0,3, то нервная система является уравновешенной, а иначе – с преобладающим возбуждением или торможением соответственно.
4. Показатели подвижности возбуждения нервной системы. Это параметры скорости двигательных и речевых реакций, быстроты успокоения, засыпания, забывания обид и прерываемости в беседе.
5. Показатели инертности возбуждения нервной системы. Здесь уже берутся во внимание параметры противоположного свойства, то есть длительность успокоения и засыпания после сильного волнения, сопротивляемость изменениям привычного порядка вещей, склонность «перехватывать через край», стремление продолжать дело, в котором давно отпала необходимость. Затем средние баллы пунктов 4 и 5 также сравниваются между собой, после чего делается вывод о подвижности или инертности возбуждения.
6. Показатели подвижности торможения. В данном случае в качестве параметров учитываются склонность к путешествиям и экскурсиям, стремление оправдываться, изворачиваться и лгать, легкость «выхода из себя», быстрота знакомства с людьми и новой обстановкой.
7. Показатели инертности торможения. Здесь просто берутся те же параметры, но с противоположным знаком. Затем происходит обработка результатов пунктов 6 и 7 по той же схеме, что и для пунктов 4 и 5, чтобы сделать вывод уже о подвижности или инертности торможения.
8. Показатели ПСС человека. В число ее параметров входят практичность, непосредственность и яркость восприятия, стремление к непродуманным действиям, склонность к конкретным наукам, желание красиво одеваться, артистичность и пластичность образа.
9. Показатели ВСС человека. Это уже совсем другие параметры, включающие в себя склонность к сомнениям и обсуждениям, готовность к критике и самокритике, борьбу мотивов в принятии решений, тщательность продумывания поступков, способность к абстрактным наукам. Испытуемый должен оценить вышеперечисленные показатели пунктов 8 и 9, после чего средние баллы этих пунктов подвергаются сравнению. Если они будут отличаться не более, чем на 0,3, то можно говорить о средней разновидности ВНД, а если больше, то разновидность ВНД будет либо художественной (при преобладании ПСС), либо мыслительной (при преобладании ВСС).
10. Определение типа ВНД человека. Собственно говоря, на этом тестирование испытуемого заканчивается, и начинается подведение результатов на основании силы, уравновешенности и подвижности нервной системы, а также соотношения ПСС и ВСС. В конечном итоге участник эксперимента получает конкретный номер своего типа ВНД (от 1 до 72) с рекомендациями относительно предпочтительных видов его деятельности.

- ВЕСЬМА ЛЮБОПЫТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ, НО Я ТАК И НЕ ПОНЯЛ, ЗАЧЕМ ТЕБЕ РОНАДОБИЛОСЬ УГЛУБЛЯТЬСЯ В ЭТИ «ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ДЕБРИ», ЕСЛИ ТЫ ВДРУГ РЕШИЛ СТАТЬ ФИЗИКОМ-ТЕОРЕТИКОМ?

- Ну, во-первых, мысль о смене профиля ВУЗа пришла мне в голову далеко не сразу, а во-вторых, вышеизложенная методика ВПК стала моим своеобразным фетишем в стенах ЧелГУ. Я носился с ней, как дурень с писаной торбой, пытаясь применить и к месту, и не к месту. И, надо сказать, в ряде случаев определение типов ВНД своих однокурсников реально помогло мне составить о них более-менее правдивое представление… А первым протестированным мною человеком оказался, естественно, я сам! И вывел я для себя тип ВНД под номером 9: сильный, мыслительный, с преобладающим торможением, с подвижным возбуждением и торможением. После этого мне сразу стало понятно, почему за год до этого я так и не смог на занятиях по экономике в КМТ определить свой темперамент, запутавшись в выборе между флегматиком и меланхоликом. Ведь ни «греко-римляне» Гиппократ с Галеном, ни даже сам академик Павлов не могли предположить, что можно столкнуться с этаким своеобразным «антихолериком» наподобие моей собственной персоны!
Однако Тебя, как я понял, больше интересует, почему я тогда стал студентом не престижного столичного, а обычного провинциального университета? В двух словах это не объяснишь, поскольку на мое решение повлиял целый комплекс как объективных, так и субъективных причин. Начну с того, что свойственный мне еще с подросткового возраста перфекционизм в сочетании с 9-м типом ВНД просто по определению исключали любое проявление риска и авантюризма! Поэтому когда я, спустя два месяца после окончания техникума, вплотную занялся подготовкой к получению высшего образования, все мои действия были тщательно продуманы до мельчайших подробностей.
Первым делом я, конечно, приобрел справочник для поступающих в ВУЗы нашей страны, из которого узнал, что, кроме МГУ, специальность психолога можно было приобрести в университетах еще нескольких городов СССР: Ленинграда, Саратова, Ростова-на-Дону, Киева, Харькова, Вильнюса, Тарту, Ташкента и Тбилиси. Разумеется, приоритет Москвы в этом перечне являлся неоспоримым, но вдруг с поступлением в МГУ ничего не получится? Тогда почему бы не воспользоваться «запасными аэродромами», то есть другими университетами? Однако варианты с ВУЗами союзных республик я даже рассматривать не стал, поскольку преподавание там велось явно не на русском языке. Исключение, правда, составляли такие города, как Киев и Харьков, но здесь я сразу представил себе очень болезненную реакцию матери и бабушки даже на само слово «Украина» (причины этого подробно изложены мною в первой главе эссе). Поэтому после недолгих размышлений я решил отправить запросы в приемные комиссии только четырех российских университетов…
К сожалению, все пошло не так, как было задумано! Письма с ответами пришли сравнительно быстро, в течение месяца, но их содержание сразу заставило меня насторожиться. Оказалось, что в Ленинграде предоставление общежития «не гарантируется», в Саратове им вообще не обеспечивают, а в Ростове-на-Дону хоть и предоставляют, но только «остронуждающимся». Все это меня, естественно, не устраивало, поскольку фактически означало, что придется жить на съемной квартире и платить за это бешеные деньги, которых у меня в принципе не могло быть (о низком уровне жизни нашей семьи я тоже писал в первой главе эссе). Значит, оставалась, как и предполагалось изначально, только Москва, единственный город, в котором мне твердо пообещали обеспечить проживание в студенческом общежитии!
Казалось бы, что теперь вопрос решен, и мне нужно полностью сосредоточиться на поступлении в университет столицы нашей Родины. Однако неожиданно возникла другая проблема, связанная с проходным баллом на факультете психологии МГУ. Этот балл составлял ни много, ни мало, а целых 23, то есть почти максимально возможную величину! А это означало, что даже среди таких, как я, медалистов и «краснодипломников» конкуренция будет жесточайшая, и далеко не факт, что выбор приемной комиссии ВУЗа будет сделан в мою пользу…
Здесь я должен сделать важное пояснение. Дело в том, что хотя нам в техникуме и давали полное среднее образование наряду со специальными дисциплинами, но часть школьных предметов в программу обучения все-таки не включили. Конкретно речь здесь идет об астрономии, экономической географии зарубежных стран и общей биологии. И если отсутствие преподавания первых двух предметов меня особо не «напрягало», то с общей биологией картина была совершенно иная. Ведь при поступлении на «мой» факультет абитуриентам нужно было сдавать вступительные экзамены по математике (письменно), русскому языку и литературе (сочинение), истории СССР (устно) и той самой до конца не изученной мною биологии (устно). Конечно, у меня, как обладателя красного диплома, имелась возможность обойтись сдачей экзамена только по профилирующей дисциплине, какой в данном случае была математика, но для этого я должен был получить только отличную оценку. А кто мне мог гарантировать заветную «пятерку» при столь высоком проходном балле? Значит, скорее всего, я был бы вынужден сдавать и остальные экзамены, что неизбежно означало бы мой полный провал! Ведь самостоятельное изучение двухгодичного школьного курса общей биологии в течение оставшихся двух месяцев представляло собой совершенно нереальную задачу…

- И В РЕЗУЛЬТАТЕ ТЫ БЫЛ ВЫНУЖДЕН ПОСТАВИТЬ КРЕСТ НА СВОЕЙ «МОСКОВСКОЙ МЕЧТЕ»?

- Совершенно верно! Правда, сначала я еще пытался бороться, усиленно штудируя учебник со столь чуждыми моему техническому образованию общебиологическими закономерностями, однако вскоре все-таки был вынужден капитулировать. И причиной этого явился, как ни странно, один из разговоров с матерью, ставший поистине судьбоносным…
Надо сказать, что моя родительница с самого начала весьма скептически отнеслась к тому, что я, выходец из «глухой провинции», собрался поступать в лучший ВУЗ страны. Она неоднократно пыталась убедить меня в полной безнадежности этой затеи, но я упрямо продолжал стоять на своем. И это «великое противостояние» продолжалось у нас до начала июня, пока однажды вечером мать не присела рядом со мной и не объявила с загадочной улыбкой на лице:
- Сынок, у меня есть для тебя очень важная информация…
- Какая, мама? – поинтересовался я, не отрываясь от учебника общей биологии.
- Ты не сможешь этим летом отправиться в Москву! – услышал я в ответ.
- Что значит, не смогу? – насторожился я, откладывая в сторону книгу.
- У одной из моих сменщиц муж работает в КГБ, - принялась объяснять мать. – Так вот, он ей сказал, что Москва на это лето объявляется закрытым городом в связи с проведением Олимпийских Игр. И проезд в столицу разрешат только спортсменам, участвующим в соревнованиях, и их тренерам…
Я почувствовал, что внутри меня что-то оборвалось. С трудом шевеля разом пересохшими губами, кое-как выдавил из себя:
- И что же мне теперь делать?
Мать, явно довольная произведенным на меня впечатлением, выдержала «МХАТовскую паузу» и торжественно произнесла:
- Есть один очень интересный вариант!
И с этими словами протянула мне справочник для поступающих в ВУЗы, открытый на 93-й странице. Я машинально уставился в прыгающий перед глазами текст, тщетно пытаясь уловить его содержание:

«Челябинский государственный университет. Челябинск, ул. Молодогвардейцев, 70б. Историко-филологический факультет, специальности: русский язык и литература, история, экономика труда. Математический факультет, специальность – математика. Физико-химический факультет, специальности: физика, химия».

- Что все это значит? – в полном недоумении обратился я к улыбающейся матери. – Где здесь ты увидела психологию?
- Я здесь увидела физику! – с жаром принялась объяснять упрямая родительница. – Неужели ты до сих пор не понял, что именно этой наукой тебе надо заниматься? Вспомни хотя бы, как ты в школьные годы постоянно участвовал в олимпиадах по физике, и не просто участвовал, а побеждал! А что тебе говорил преподаватель электротехники перед вручением дипломов? Ты же всегда так дорожил его мнением!
Анатолий Иванович Мальцев и правда иногда, чисто по-отечески, давал мне очень дельные житейские советы. И в день, когда происходило наше распределение по местам будущей работы, он действительно очень рекомендовал мне всерьез заняться именно физикой, о чем я и упоминал во второй главе эссе... Однако в тот раз я даже не захотел слушать этого умудренного жизнью человека, а зря!
Кстати, а каким, интересно, образом Анатолий Иванович тогда догадался об ограничении на въезд в Москву летом 1980 года? Он ведь и об этом пытался мне сказать при той нашей последней встрече… Впрочем, здесь гораздо важнее другое: данная информация была фактически мне известна более трех месяцев, но я до сих пор всячески ее игнорировал, не желая допускать даже мысли о подобном исходе!

- А ЧТО, МОСКВУ И В САМОМ ДЕЛЕ ОБЪЯВИЛИ ТОГДА «ЗАКРЫТЫМ ГОРОДОМ»?

- Не берусь утверждать это с полной уверенностью, поскольку меня в то время не было в столице, но, скорее всего, да, поскольку ровно через пять лет, в июле 1985 года, мне пришлось реально убедиться в возможности подобного запрета. Это произошло во время прохождения нами, студентами-первокурсниками факультета механизации КСХИ, производственной практики на флагмане отечественного автомобилестроения – Производственном объединении «Завод имени Лихачева» (ЗИЛ). Мало того, что нашему руководителю Юрию Александровичу Калачеву, преподавателю технологии металлов, пришлось тогда обивать пороги целого ряда учреждений, чтобы добиться разрешения на поездку в Москву, так еще и в самой столице прямо на Казанском вокзале служащие транспортной милиции устроили нам самый настоящий «допрос с пристрастием»! Правда, после проверки документов и выяснения цели приезда всех отпустили с миром и больше не беспокоили, но неприятный осадок в душе все равно остался…
А причиной всех этих строгостей явилось проведение у нас в столице очередного Всемирного фестиваля молодежи и студентов. И столь грандиозное мероприятие, конечно же, не могло не наложить свой отпечаток на привычный уклад московской жизни, приведя к целому ряду ограничений свободы передвижения по городу. Но, с другой стороны, во время фестиваля велась обширная торговля дефицитными даже по меркам Москвы импортными изделиями, чем мы, приезжие из российской «глубинки», не могли не воспользоваться! Я, например, тогда впервые приобрел себе настоящие джинсы фирмы «Western». Не «Montana» и не «Wrangler», конечно, но все-таки настоящее «штатовское» производство… Однако больше всего меня поразило на прилавках столицы просто сказочное изобилие продовольственных товаров! Скажем, та же пресловутая колбаса, которую можно было купить у нас в Кургане исключительно по талонам, совершенно свободно продавалась в любом продуктовом магазине Москвы. То же самое касалось и вкуснейшего сливочного пломбира в вафельных стаканчиках. А уж такая импортная «экзотика», как «Пепси-кола» или «Фанта», появилась в нашем областном центре лишь в самом конце горбачевской «перестройки».
Но, как говорится, не хлебом единым жив человек, да и приехали мы в столицу нашей Родины не для развлечений, а для работы! А работа нам предстояла на ЗИЛе хоть и не слишком сложная, но достаточно утомительная. Ведь производство грузовых автомобилей соответствующей марки на заводе происходило круглые сутки, в три смены, в каждую из которых требовалось выпускать 360 машин. Поэтому при таком напряженном рабочем ритме «вкалывать» приходилось непрерывно на протяжении 8-ми часов с одним лишь 20-минутным обеденным перерывом! Я, например, был направлен на сборочный конвейер автомобильных двигателей для выполнения операции по запрессовке гильз в корпус блока цилиндров. Сразу скажу, что работа на конвейере была для меня не в новинку, поскольку в ноябре 1981 года меня, техника-конструктора КАВЗа, уже откомандировывали на другое крупнейшее автомобильное предприятие страны – Производственное объединение «Горьковский автомобильный завод» (ГАЗ). И там я в течение месяца добросовестно монтировал на главном сборочном конвейере задние крепления кабин шасси, предназначенных уже для производства городских автобусов на нашем предприятии. Естественно, подобный опыт работы мне очень пригодился при прохождении практики на ЗИЛе, хотя условия труда на ГАЗе были все-таки лучше: завод выпускал свои автомобили не в три, а в две смены, и не по 360 машин ежесменно, а по 180, да и на обед отводилось не 20, а целых 30 минут… Короче говоря, я сумел быстрее остальных ребят адаптироваться к «потогонной системе» московского автомобильного гиганта, однако все равно чувствовал себя в конце рабочей смены как выжатый лимон!
Но разве молодости свойственно стонать и кряхтеть от усталости? Вот и мы, отдохнув пару часов после работы, отправлялись в центр города, где проходили основные события фестиваля, чтобы поглазеть на пеструю толпу иностранцев со всего цивилизованного мира и попасть, если повезет, на какую-нибудь концертно-развлекательную программу. А надо сказать, что проживала наша студенческая «братия» в заводском общежитии (отличная, кстати, трехкомнатная квартира со всеми удобствами в 9-этажном доме), расположенном фактически «у черта на куличках», как с полным основанием можно было назвать один из пригородных «спальных» районов Москвы Бирюлево! Чтобы понять, насколько далеко находилась эта «общага» от самого ЗИЛа, достаточно сказать, что дорога на работу и с работы у нас занимала около часа и включала в себя две поездки на автобусе и еще одну на метро. Правда, до центра города мы добирались все-таки быстрее, но экономия времени была совсем незначительной… Так вот, оказавшись на месте, наша дружная компания любовалась празднично разукрашенными улицами столицы, покупала продававшиеся на каждом углу сувениры с фестивальной символикой, не забывала пройтись по антресолям ГУМа, этого самого известного магазина страны, а потом заходила перекусить в расположенную там же, в районе Красной площади, пельменную «Маросейка». А однажды нам каким-то чудом удалось раздобыть билеты в парк Горького, где для многочисленных гостей столицы выступали сразу несколько прославленных коллективов. Мне тогда особенно запомнились танцевальные номера в исполнении ансамбля под управлением Игоря Моисеева и, конечно же, суперхит начала 80-х годов «Ноктюрн», ставший своеобразной «визитной карточкой» ВИА «Эолика»…

- «ОСТАПА НЕСЛО»! НЕТ, Я ВООБЩЕ-ТО МОГУ ПРОНИКНУТЬСЯ ТВОИМ НОСТАЛЬГИЧЕСКИМ НАСТРОЕНИЕМ, НО ТЕБЕ НЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО ТЫ НЕСКОЛЬКО ОТКЛОНИЛСЯ ОТ ТЕМЫ? МОЖЕТ, ЕЩЕ ВОЗЬМЕШЬСЯ ВСПОМИНАТЬ О РАЗНОЛИКИХ ТОЛПАХ АФРИКАНЦЕВ, ЗАПОЛОНИВШИХ ГОСТЕПРИИМНЫЕ УЛИЦЫ ФЕСТИВАЛЬНОЙ МОСКВЫ? ВОТ УЖ ГДЕ ЭКЗОТИКА, ТАК ЭКЗОТИКА!

- А почему бы, кстати, и не вспомнить? Ведь где я еще мог бы насмотреться на столь многочисленных представителей «Черного континента»? И насчет их разноликости Ты совершенно прав: среди тех гостей из Африки были не только иссиня-черные юноши и девушки, но и шоколадно-коричневые… Что же касается моей «ностальгии», то скажу прямо, что я до сих пор сожалею лишь о том, что, увлекшись всей этой фестивальной мишурой, так и не удосужился посетить ни один из московских музеев, даже знаменитую на весь мир Третьяковскую галерею! Разве что побывал в соборе Василия Блаженного, да и то лишь потому, что он расположен по соседству с ГУМом и «Маросейкой».
Впрочем, не буду больше раздражать Тебя своими «лирическими отступлениями» и продолжу рассказ о том памятном июньском вечере 1980 года. Помню, я спросил тогда у матери, откуда она узнала про ЧелГУ.
- Мне об этом рассказала подруга, у которой сын как раз изучает там физику, - начала она пространный монолог. – Парень уже перешел на третий курс и говорит, что всем очень доволен. Занятия у них проходят в новых прекрасно оборудованных аудиториях. Лекции читают опытные и квалифицированные преподаватели. Иногородние студенты проживают в уютном благоустроенном общежитии по два человека в комнате. Сам университет, кстати, открылся совсем недавно, в 1976 году, так что первые его выпускники получат дипломы только через год. Да и потом, Челябинск, в отличие от твоей Москвы, расположен так близко к Кургану… В общем, я, конечно, не настаиваю, но прошу тебя хорошенько подумать!
Да, подумать в сложившейся ситуации было о чем… Отказавшись от ужина, я завалился на свою кровать и стал напряженно перебирать в голове варианты дальнейших действий. А таковых, собственно говоря, было всего лишь два: либо по-прежнему продолжать готовиться к обучению на психолога в МГУ, либо все-таки переключиться на получение образования физика в ЧелГУ. Варианты с другими университетами я даже не собирался рассматривать: какая, в общем-то, разница, где изучать «науку о природе» (как переводится с греческого слово «физика»)? Так вот, допустим, что я продолжу делать ставку на Москву. И что мне это даст? В текущем году мне уже точно ничего «не светит», а на следующий год наверняка призовут в ряды Советской Армии. И вернусь я через два года домой, может быть, и закаленным бойцом, но уже совершенно никудышным, особенно для МГУ, абитуриентом! Следовательно, хочу я или не хочу, но мне так или иначе придется принять предложение матери насчет ЧелГУ… А с другой стороны, что я вообще знаю о работе психолога, кроме сведений, почерпнутых из пары популярных изданий? Да ровным счетом, ничего! Вполне возможно даже, что мне, как типичному интроверту, придется не по душе ежедневное общение с множеством незнакомых людей, которое просто неизбежно при данной профессии. Так почему бы мне тогда всерьез не заняться изучением чего-то более знакомого и близкого моему характеру? И физика как раз неплохо для этого подходит! Ведь я проходил ее основные закономерности и в школе, и в техникуме, участвовал и даже побеждал на олимпиадах различных уровней, читал много дополнительной литературы. Не все, правда, у меня сразу получалось, но разве могло быть иначе на «тернистом научном поприще»? Тем более, что склонность к глубокому и всестороннему анализу проблемных ситуаций всегда помогала мне преодолеть любые трудности в освоении учебного материала. Да и полученное недавно техническое образование должно было стать серьезным подспорьем в изучении именно физики, а не психологии… В общем, как ни крути, а все пути-дороги ведут меня в Челябинск!
Размышляя подобным образом, я даже не заметил, как отошел ко сну. А утром, едва проснувшись, я объявил матери, что согласен с ее предложением, чем вызвал нескрываемую радость своей родительницы. Но если решение принято, то надо начинать действовать! И первым делом, конечно, связаться с приемной комиссией ЧелГУ и выяснить необходимые подробности для поступления в университет. Я так и сделал, выслав в тот же день письменный запрос в Челябинск.

- ЗНАЧИТ, ВОТ КАКИМ ОБРАЗОМ ПОЯВИЛСЯ «ЧЕЛЯБИНСКИЙ СЛЕД» В ТВОЕЙ БИОГРАФИИ? И ТЫ СНОВА БУДЕШЬ УТВЕРЖДАТЬ, ЧТО САМ ПРИНЯЛ ТАКОЕ НЕОЖИДАННОЕ РЕШЕНИЕ?

- Конечно же, сам! Я ведь вполне мог бы отказать матери в ее просьбе, но решил все-таки проявить благоразумие. А уж к чему это все привело – совсем другой вопрос… Итак, ровно через неделю я уже держал в руках заветный конверт с обратным челябинским адресом. В него был вложен листок бумаги, исписанный с двух сторон. На лицевой его стороне шел машинописный текст следующего содержания (орфография оригинала мною полностью сохранена):

«Уважаемый товарищ!
Университет объявляет прием студентов на следующие факультеты:
Физический факультет – прием проводится по специальностям «Физика», «Химия».
Математический факультет – прием проводится по специальности «Математика».
Историко-филологический факультет – прием проводится по специальностям «Русский язык и литература», «История», «Экономика труда».
Срок обучения на всех факультетах – 5 лет.
Поступающие в университет сдают экзамены по программам, утвержденным Министерством высшего и среднего специального образования в соответствии с программой общеобразовательной школы:
На специальности «Физика», «Математика» - по русскому языку и литературе (письменно), математике (письменно и устно), физике (устно).
На специальность «Химия» - по русскому языку и литературе (письменно), химии (устно), физике (устно), математике (устно).
На специальности «История», «Русский язык и литература» - по русскому языку и литературе (письменно и устно), истории СССР (устно), иностранному языку (устно).
На специальность «Экономика труда» - по русскому языку и литературе (письменно), математике (устно), истории СССР (устно), географии (устно).
Заявление о приеме подается на имя ректора университета с указанием избранного факультета и специальности.
К заявлению прилагаются: документ о среднем образовании (в подлиннике); характеристика для поступления в ВУЗ, заверенная администрацией предприятия или учреждения; медицинская справка (форма № 286); выписка из трудовой книжки (для работающих); четыре фотокарточки (снимки без головного убора размером 3х4 см).
К документам прилагается конверт с обратным адресом.
Прием документов от поступающих – с 20 июня по 31 июля, вступительные экзамены – с 1 по 20 августа, зачисление – с 21 по 25 августа.
Вечернего и заочного обучения в университете нет.»

На оборотной стороне листка уже от руки было дописано (вероятно, секретарем комиссии):

«Лица, окончившие среднее специальное учебное заведение с отличием, сдают только один из установленных экзаменов:
На специальность «Физика» - по физике (устно).
При сдаче на «5» они освобождаются от дальнейшей сдачи экзаменов, а при получении «4» или «3» - сдают все остальные экзамены.
Общежитием обеспечиваем и на время учебы, и на время сдачи экзаменов.
На физическом факультете есть кафедры теоретической физики, молекулярной физики, физики твердого тела.
У нас хорошо поставлена спортивная работа. Есть секции. Работает факультет общественных профессий. Отличный хор.
Приезжайте к нам!»

Прочитав последние строчки письма, я невольно улыбнулся. Конечно, что же это за университет, да без хора? Но если бы все ограничилось только этой улыбкой… Нет, почему-то информация, полученная из приемной комиссии ЧелГУ, настроила меня на какой-то легкомысленный лад! Конечно, я не прекратил подготовку к вступительным экзаменам, однако решил ограничиться только одной физикой, посчитав, что смогу без проблем сдать ее на «отлично». Не знаю, почему у меня сложилось такое мнение, если я даже не знал, какой в ЧелГУ проходной балл на избранную мною специальность (в письме из Челябинска об этом не было ни слова), но подобная самонадеянность едва не стоила мне студенческого билета!

- ВЫХОДИТ, ЧТО ТВОЙ ПЕРВЫЙ ЧЕЛЯБИНСКИЙ «КОСЯК» СЛУЧИЛСЯ ЕЩЕ ДО ПОСТУПЛЕНИЯ В УНИВЕРСИТЕТ?

- Да, к сожалению, Ты совершенно прав: это непродуманное решение стало первым звеном в цепи последующих моих проблем при обучении в ЧелГУ! Впрочем, обо всем по порядку… Итак, я «вооружился» двумя учебниками по физике (братьев Кикоиных за 8-й класс и Леонида Жданова для ССУЗов) и принялся восстанавливать в памяти полузабытые законы и формулы этой непростой, но такой нужной мне науки. В моем распоряжении было примерно полтора месяца, в течение которых мне следовало повторить материал за три последних года обучения в средней школе. Если учесть, что физику нам в техникуме преподавали в 1976-1977 годах, то вполне естественно, что многие ее подробности могли за прошедшее время уже стереться из моей памяти. Поэтому порой мне приходилось изрядно поднапрячься, вчитываясь в описание тех или иных физических процессов. И очень хорошо, что в справочнике для поступающих в ВУЗы был приведен подробный перечень вопросов для вступительных экзаменов по всем дисциплинам, включая физику, что позволило мне действовать четко и целенаправленно, не отвлекаясь на несущественные подробности. Вот этот вопросник, который даже в сокращенном виде наглядно показывает, какой большой объем работы мне пришлось проделать за те самые полтора месяца:

«I. Раздел «Механика»:
1. Материальная точка. Система отсчета. Траектория. Путь и перемещение. Равномерное прямолинейное движение. Скорость. Относительность движения. Сложение скоростей. Равноускоренное движение. Средняя и мгновенная скорости. Ускорение. Ускорение свободно падающего тела.
2. Равномерное движение по окружности. Линейная и угловая скорости. Центростремительное ускорение.
3. Первый закон Ньютона.
4. Масса. Сила. Второй закон Ньютона. Плотность.
5. Третий закон Ньютона.
6. Закон всемирного тяготения. Гравитационная постоянная. Сила тяжести.
7. Сила упругости. Закон Гука.
8. Силы трения. Коэффициент трения.
9. Импульс. Закон сохранения импульса.
10. Механическая работа. Мощность. Энергия. Кинетическая и потенциальная энергия. Закон сохранения энергии в механике.
11. Сложение сил. Равнодействующая. Момент силы. Условия равновесия тела с неподвижной осью вращения.
II. Раздел «Жидкости и газы»:
1. Давление. Закон Паскаля для жидкостей и газов. Давление жидкости на дно и стенки сосуда. Сообщающиеся сосуды.
2. Давление атмосферы. Опыт Торричелли. Нормальное атмосферное давление. Барометры.
3. Архимедова сила для жидкостей и газов.
III. Раздел «Молекулярная физика»:
1. Молекулярно-кинетическая теория. Броуновское движение. Диффузия и движение молекул в газах, жидкостях, твердых телах. Взаимодействие молекул.
2. Законы Бойля-Мариотта, Гей-Люссака, Шарля. Абсолютный нуль температуры. Абсолютная температурная шкала. Уравнение состояния идеального газа.
3. Количество теплоты. Удельная теплоемкость вещества. Внутренняя энергия. Первый закон термодинамики.
4. Тепловые двигатели. КПД теплового двигателя.
5. Плавление. Удельная теплота плавления. Парообразование. Удельная теплота парообразования. Испарение. Кипение.
6. Абсолютная и относительная влажность.
IY. Раздел «Основы электродинамики»:
1. Два рода электричества. Закон Кулона. Диэлектрическая проницаемость вещества.
2. Электрическое поле. Напряженность электрического поля. Работа перемещения заряда в электрическом поле. Потенциал. Разность потенциалов. Электроемкость. Конденсаторы.
3. Электрический ток. Сила тока. Закон Ома для участка цепи без ЭДС. Сопротивление проводников. Удельное сопротивление. Реостаты. Последовательное и параллельное соединение проводников. Источники тока. Электродвижущая сила. Закон Ома для замкнутой цепи.
4. Работа и мощность постоянного тока. Энергия электрического тока и ее превращение в другие виды энергии. Закон Джоуля-Ленца.
5. Электролиз. Закон Фарадея.
6. Термоэлектронная эмиссия. Электрический ток в вакууме. Электронные лампы.
7. Магнитное взаимодействие токов. Магнитное поле. Сила, действующая на проводник с током в магнитном поле. Индукция магнитного поля. Сила Лоренца.
8. Электромагнитная индукция. Поток магнитной индукции. ЭДС индукции. Правило Ленца. Явление самоиндукции. Индуктивность.
Y. Раздел «Колебания и волны»:
1. Гармоническое колебание. Период и частота колебаний. Период колебаний математического маятника. Резонанс.
2. Электромагнитные колебания. Колебательный контур. Превращение энергии в колебательном контуре. Зависимость периода колебаний в контуре от индуктивности и емкости.
3. Переменный ток. Генератор переменного тока. Период и частота переменного тока. Трансформатор. Передача и распределение энергии. Использование диода для выпрямления переменного тока. Ламповый генератор.
4. Поперечные и продольные волны. Скорость волны. Длина волны.
5. Звуковые волны. Скорость звука. Громкость. Высота тона. Ультразвук.
6. Излучение и прием электромагнитных волн. Свойства электромагнитных волн. Радио.
YI. Раздел «Оптика»:
1. Прямолинейность распространения света. Скорость света и ее опытное определение.
2. Законы отражения света. Изображение в сферических зеркалах. Фокус зеркала.
3. Законы преломления света. Показатель преломления. Полное отражение. Предельный угол полного отражения. Ход лучей в призме.
4. Собирающие и рассеивающие линзы. Формула линзы. Изображение в линзах.
5. Проекционный аппарат. Фотоаппарат. Лупа. Ход лучей в этих приборах.
6. Дисперсия света. Спектр. Спектроскоп. Инфракрасная и ультрафиолетовая части спектра. Спектры излучения. Спектры поглощения. Спектральный анализ.
7. Фотоэлектрический эффект. Исследования А.Г. Столетова по фотоэффекту. Законы фотоэффекта. Уравнение Эйнштейна. Фотоэлементы.
8. Электромагнитная природа световых волн. Волновые и квантовые свойства света. Шкала электромагнитных волн.
YII. Раздел «Физика атома»:
1. Опыт Резерфорда по рассеянию А-частиц. Строение атома. Постулаты Бора. Излучение и поглощение энергии атомами.
2. Экспериментальные методы регистрации заряженных частиц.
3. Составные части ядра атома. Энергия связи атомных ядер. Цепная реакция. Выделение энергии при делении тяжелых ядер.»

- Б-Р-Р-Р! Я ПРОСТО УГОРЕЛ ОТ ТВОЕГО БЕСКОНЕЧНОГО ЦИТИРОВАНИЯ…

-Угорел, говоришь? А представь, каково мне было не просто перечитывать все это, а обстоятельно готовиться по каждому пункту данного перечня! Кстати, точно такой же объем работы мне пришлось провернуть еще и спустя четыре года, когда я готовился к поступлению на факультет механизации КСХИ. Но о событиях июля 1984 года я как-нибудь расскажу в одной из следующих глав эссе, а сейчас перейду непосредственно к описанию того, как происходила у меня сдача вступительных экзаменов в ЧелГУ.
Начать хочу с того, что в начале июля я выслал в Челябинск ценным письмом все необходимые для допуска к приемным испытаниям документы: диплом об окончании КМТ, характеристику для поступления в ВУЗ, медицинскую справку формы № 286, четыре фотокарточки размером 3х4 см, а также справку-разрешение на получение высшего образования непосредственно после окончания ССУЗа (иначе у меня бы не включили в число абитуриентов университета). Выписку же из трудовой книжки я не стал предоставлять по причине незначительности своего трудового стажа. И сделано это для того, чтобы получить в конце месяца вызов из приемной комиссии ЧелГУ на сдачу вступительных экзаменов, по которому я мог бы оформить на работе соответствующий отпуск.
Так, в общем-то, все и получилось, и 31 июля мы с матерью выехали в 7-00 на междугороднем автобусе «Курган - Челябинск», чтобы в 12-00 прибыть на автовокзал «столицы Южного Урала». Надо сказать, что первоначально я предполагал совершить это путешествие самостоятельно, но мать настояла на том, чтобы мы поехали вдвоем.
- Сынок, - сказала она, - я специально оформила отпуск, чтобы быть с тобой рядом в это непростое для тебя время! Мало ли что может произойти, и вдруг тебе понадобится моя помощь?
Эх, мама, мама! Неужели ты предчувствовала, что твой сын-абитуриент окажется на грани провала после сдачи первого вступительного экзамена? И что его красный диплом не сможет защитить своего обладателя от произвола председателя приемной комиссии? Так или иначе, но именно твое присутствие рядом со мной реально помогло мне тогда переломить ситуацию с поступлением в ЧелГУ в свою пользу! Но эти драматические события разыгрались уже на следующий день после приезда в Челябинск, а пока мы с матерью, удобно устроившись в мягких креслах, рассматривали мелькающие за окном быстро движущегося «Икаруса» пейзажи. Ехать нам предстояло около 250 километров, минуя такие населенные пункты, как Юргамыш, Мишкино, Шумиха и Щучье на территории Курганской области, а также Миасское уже в непосредственной близости от конечной точки маршрута.
Прибыли мы на Челябинский автовокзал даже немного раньше времени – в 11-30. Надо сказать, что тогда оба городских вокзала, автобусный и железнодорожный, находились рядом и выходили на общую привокзальную площадь, в центре которой была установлена грандиозная гранитная скульптура «Сказ об Урале-богатыре». Полюбовавшись несколько минут монументальным воплощением силы и мощи Урала, а также архитектурой и дизайном окружающих площадь зданий, мы прошли к трамвайной остановке. Теперь нам предстояло еще ехать около часа на трамвае «Вокзал – Северо-Запад», поскольку университет находился в отдаленном от центра Челябинска «спальном» районе, носившем название конечной точки данного трамвайного маршрута. А остановка, на которой мы вышли, называлась «Улица Молодогвардейцев», что уже практически совпадало с адресом ЧелГУ.
Оглядевшись по сторонам, я обратил внимание на огромное мозаичное панно, смонтированное на торце одного из пятиэтажных жилых домов возле остановки. Это была репродукция знаменитой фотографии Макса Альперта «Комбат», сделанной в июле 1942 года во время одного из сражений под Ворошиловградом. Согласно общепринятой версии, на снимке фронтовым корреспондентом запечатлен младший политрук 220-го полка 4-й стрелковой дивизии Алексей Еременко. Однако некоторые историки с этим не согласны и утверждают, что, судя по петлицам, красноармейцев в атаку поднимает младший лейтенант пограничных или стрелковых войск НКВД, чья фамилия так и не установлена! Впрочем, так ли уж это важно? Если герой остается неизвестным, то разве его подвиг является менее значимым?
Но вернусь к своему рассказу о сдаче вступительных экзаменов в ЧелГУ. Чтобы добраться, наконец, до университета, нам с матерью пришлось еще пройти пешком целый квартал жилых домов. И в результате мы оказались на месте уже около часу дня…

- И КАКОВО БЫЛО ТВОЕ ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ ОТ БУДУЩЕЙ «АЛМА-МАТЕР»?

- Сказать, что я был разочарован, значит, ничего не сказать! Конечно, я и не ожидал увидеть что-то вроде величественного главного корпуса МГУ на Ленинских Горах, но все-таки… Ведь это сейчас Челябинский государственный университет является крупнейшим на Южном Урале образовательным и научным центром. Я специально не поленился и нашел в Википедии описание этого современного многопрофильного учебного заведения, расположенного теперь по адресу: улица Братьев Кашириных, дом 129. В состав университета входят главный корпус, представляющий собой комплекс из восьми зданий, объединенных крытыми переходами в единое целое, ботанический сад, колледж, три музея и археологический центр «Аркаим». Обучением студентов занимаются 64 кафедры ЧелГУ, а подготовка аспирантов ведется по 18 научным специальностям. Кроме того, университет имеет свои филиалы в Троицке, Миассе и Костанае (Республика Казахстан). Получить же представление о масштабах проводимой в ЧелГУ научно-образовательной работы можно даже из перечня входящих в состав учебного заведения институтов и факультетов:
1. Институт информационных технологий.
2. Институт экономики отраслей, бизнеса и администрирования.
3. Институт права.
4. Институт довузовского образования.
5. Институт международного образования.
6. Институт повышения квалификации и переподготовки кадров.
7. Историко-филологический факультет.
8. Математический факультет.
9. Физический факультет.
10. Химический факультет.
11. Факультет экологии.
12. Факультет управления.
13. Факультет лингвистики и перевода.
14. Факультет психологии и педагогики.
15. Биологический факультет.
16. Экономический факультет.
17. Факультет журналистики.
18. Факультет Евразии и Востока.
19. Факультет фундаментальной медицины.
20. Факультет заочного и дистанционного обучения.
Впечатляющая информация, не правда ли? Но все это касается, повторяю, наших дней, а тогда, летом 1980 года, главный корпус ЧелГУ, в котором разместились математический и физико-химический факультеты, представлял собой всего-навсего типовое трехэтажное здание средней школы! А историко-филологический факультет вообще был загнан в приспособленное здание в центре города по проспекту Победы, и подобная факультетская разобщенность создавала большие неудобства как для студентов, так и для преподавателей университета…

- НО МНЕ ВОТ ЧТО ИНТЕРЕСНО: СРЕДИ СОВРЕМЕННОГО РУКОВОДЯЩЕГО СОСТАВА ЧЕЛГУ СЛУЧАЙНО НЕТ ТВОИХ БЫВШИХ ОДНОКУРСНИКОВ ИЛИ ХОТЯ БЫ ПРОСТО ЗНАКОМЫХ ПО УНИВЕРСИТЕТУ?

- Только один: декан факультета заочного и дистанционного обучения Шамиль Ягафаров. В 1980-81 учебном году он являлся студентом-физиком пятого курса и одновременно командиром студенческого строительного отряда (ССО) ЧелГУ. И, видимо, неплохо руководил своими подчиненными во время «третьего трудового семестра», поскольку был даже удостоен правительственной награды – медали «За трудовое отличие»!

- ХОРОШО, НО НЕ МОГ БЫ ТЫ ЕЩЕ РАССКАЗАТЬ ОБ ИСТОРИИ ОТКРЫТИЯ УНИВЕРСИТЕТА? НАВЕРНЯКА ТАМ ИМЕЛИСЬ КАКИЕ-ТО ЛЮБОПЫТНЫЕ НЮАНСЫ…

- Пожалуйста! Часть информации об этом я почерпнул из той же Википедии, а часть сведений – из своего личного опыта... Итак, Челябинский государственный университет был открыт 4 октября 1976 года на основании Постановления Совета Министров СССР от 3 апреля 1974 года № 690. Первым его ректором стал один из ведущих педагогов Южного Урала, член-корреспондент АПН СССР, доктор педагогических наук, профессор Семен Егорович Матушкин, проректором по учебной работе – доктор экономических наук, профессор Аркадий Павлович Голиков, деканом физико-химического факультета – кандидат физико-математических наук, доцент Валентин Архипович Маковецких.
Почему ЧелГУ был открыт именно в указанное время? Сейчас уже трудно сказать, и можно лишь предположить, что данное решение принималось властями области и города исходя из двух предпосылок: во-первых, к 240-летию образования Челябинска и, во-вторых, из-за приобретения бывшим «Танкоградом» статуса города-миллионника (у меня даже сохранился значок с надписью «1976 год – Челябинск миллионный»). И вполне естественно, что подобная спешка не могла привести ни к чему хорошему: вновь образованный ВУЗ оказался не только стесненным по занимаемой площади, но и разбросанным по городу на значительное расстояние! В результате студентам, проживавшим в общежитии и получавшим образование историка, филолога или экономиста, приходилось ежедневно добираться на занятия с Северо-Западного в Центральный район Челябинска. Будущим математикам и физикам в этом плане повезло гораздо больше, поскольку студенческое общежитие находилось буквально в двух шагах от главного корпуса университета (по адресу: улица Молодогвардейцев, дом 57). Однако у них была своя проблема: из-за недостатка учебных аудиторий занятия проводились в две смены (с 9-00 до 14-00 и с 14-00 до 19-00 соответственно).

- ВТОРАЯ СМЕНА НЕ В СРЕДНЕМ, А В ВЫСШЕМ УЧЕБНОМ ЗАВЕДЕНИИ? КАК ТАКОЕ ВООБЩЕ ВОЗМОЖНО?

- Ну, если ВУЗ функционирует в здании средней школы, то почему бы ему не перенять и школьный режим работы? А если серьезно, то другого выхода при таком наплыве желающих учиться в университете просто не было! Достаточно даже взглянуть на внутреннюю планировку главного корпуса ЧелГУ. На первом этаже здания располагались актовый зал, спортзал, библиотека, раздевалка и административно-хозяйственные помещения. А вот второй этаж являлся как раз «вотчиной» нужного мне физико-химического факультета! Здесь находились его деканат, выпускающие кафедры, учебные аудитории и лаборатории. Особо следует подчеркнуть, что именно на втором этаже разместились также кабинеты ректора и проректора университета. Что же касается математического факультета, то под него был отдан третий, последний, этаж здания… В общем, достаточно приличные, на первый взгляд, площади, но на деле места для проведения занятий со всеми студентами одновременно катастрофически не хватало! Поэтому все аудитории и лаборатории главного корпуса ЧелГУ и были вынужденно задействованы с утра до вечера.
Однако не пора ли нам вернуться к рассказу о том, как я сдавал вступительные экзамены все-таки в этот университет? Ведь времени для перемены ВУЗа, несмотря на все мое разочарование, у меня просто не было, да и оставалась еще надежда, что недостаток учебных площадей не повлияет отрицательно на качество учебного процесса… Итак, мы с матерью поднялись на второй этаж и прошли в кабинет, в котором заседала приемная комиссия университета. Поскольку обеденный перерыв еще не закончился, то мы застали на месте только одного человека – ассистента кафедры математического анализа Хоменко Никиту Евгеньевича. Вернее, это я позже узнал, с кем имел дело, а тогда просто решил, что передо мной обычный студент-старшекурсник (Никита Евгеньевич выглядел старше меня от силы на два-три года). Хорошо еще, что мне хватило ума не обратиться к нему на «ты»!
Никита Евгеньевич взял у меня паспорт, быстро проверил присланные мною по почте документы и, убедившись, что все в порядке, выписал мне экзаменационный лист и направление на заселение в общежитие. В это время стали подходить остальные члены приемной комиссии, и нашего «дежурного регистратора» отпустили пообедать. Мы вышли втроем на улицу, и Никита Евгеньевич любезно согласился проводить нас с матерью до студенческого общежития.
Общежитие оказалось практически рядом с университетом, что, конечно же, не могло меня не порадовать. Да и внешний вид этой «студенческой обители» внушал полное доверие: два новых 9-этажных здания, одно из которых предназначалось для проживания студентов историко-филологического факультета, а второе – математического и физико-химического факультетов. Но самое интересное было, конечно же, внутри этих жилых корпусов! Опишу их планировку на примере «своего» общежития, так как в соседнем мне бывать не приходилось. Начну, как и положено, с первого этажа. Сразу у входа по левую руку было оборудовано место для дежурного вахтера, а справа – стеллаж для писем и прочих почтовых отправлений с сортировкой их в алфавитном порядке по фамилиям проживающих студентов. На первом же этаже располагались хозяйственно-бытовые помещения и, самое главное, столовая – уютная, вместительная, с достаточно разнообразным меню и вполне приемлемыми ценами. Короче говоря, настоящая находка для вечно голодной и нищей «студенческой братии», в чем я смог впоследствии убедиться на своем собственном опыте!
Что же касается непосредственно комнат для проживания студентов, то они находились выше, со второго по девятый этажи. Причем для будущих математиков - с правой стороны здания, физиков и химиков – с левой. А поскольку общежитие было современного секционного типа, то жилые комнаты каждого этажа компактно объединялись в шесть отдельных секций. Конкретно каждая из таких секций состояла из двух комнат, трехместной и двухместной, а также совмещенного санузла (душ плюс туалет). Кроме того, на всех этажах имелись свои кухни с электрическими плитами на четыре конфорки и комнаты для занятий студентов (КДЗ).
Отдельно следует коснуться внутреннего убранства жилых комнат. Конечно, как и в любом общежитии, условия для проживания были самые спартанские: две или три кровати (по числу мест), стол, стулья и встроенный шкаф. Но что могло помешать студентам в облагораживании своего быта? Вот они постепенно и украшали свое жилье всевозможными занавесками, ковриками и картинами, обзаводились бытовой техникой, телевизорами и магнитофонами.

- ПОХОЖЕ, ЧТО СТУДЕНЧЕСКАЯ «ОБЩАГА» ПРОИЗВЕЛА НА ТЕБЯ БОЛЕЕ БЛАГОПРИЯТНОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ, ЧЕМ САМ «УНИВЕР»?

- Да, это действительно так, но даже в этой «бочке меда» была своя «ложка дегтя»! Я имею в виду то, что проблема нехватки площадей постепенно стала актуальной и для общежития ЧелГУ. И это обстоятельство наглядно проявилось как раз в 1980 году, когда я поступал в университет. Как именно? Попробую объяснить сказанное на конкретном примере наиболее близкой мне части общежития, то есть той его половины, в которой проживали будущие физики и химики. Нетрудно посчитать, что общее количество мест для заселения не превышало там 240 (8 этажей по 6 секций, в каждой из которых – 5 койко-мест). Ежегодный же план приема студентов на обучение составлял для физико-химического факультета 100 человек (75 – три группы физиков, 25 – одна группа химиков). Следовательно, в 1980 году (с учетом того, что университет был открыт в 1976 году) общее количество студентов вышеназванного факультета должно было достигнуть 500 человек. И если даже считать, что половина из них является коренными челябинцами и не нуждается в проживании в общежитии, то вторую половину, напротив, нужно будет там как-то разместить. А это ни много ни мало, а целых 250 студентов! И что после этого получится, если не перенаселение бедной «общаги»?

- ОБЫЧНО В ТАКИХ СЛУЧАЯХ ГОВОРЯТ, ЧТО, МОЛ, ХОТЬ И В ТЕСНОТЕ, ДА НЕ В ОБИДЕ, НО В ТВОЕЙ СИТУАЦИИ ЭТА НАРОДНАЯ МУДРОСТЬ ЯВНО НЕ РАБОТАЕТ!

- А как она может работать, если обид за один-единственный год обучения в ЧелГУ у меня накопилось «выше крыши»? Причем первую из них мне причинили уже на следующее утро после того, как я переночевал в комнате, любезно отведенной мне комендантом общежития. В тот день, 1 августа 1980 года, меня вместе с остальными абитуриентами ожидал устный экзамен по физике. Экзамен, повторяю, профилирующий, поэтому я просто обязан был сдать его на «отлично», чтобы не проходить последующие вступительные испытания! Мать, проведшая минувшую ночь на квартире у бабушки-вахтерши, как-то сразу проникшей к ней симпатией, встретила меня уже в холле университета. Пожелав мне удачи, она осталась дожидаться результата, а я, сдерживая волнение, перешагнул порог аудитории, в которой шла сдача экзамена.
Как оказалось, волновался я совершенно напрасно, поскольку вопросы в экзаменационном билете достались мне на удивление простые! Первый из них, взятый из раздела «Механика», касался таких понятий, как материальная точка, путь и перемещение, скорость и ускорение, сложение скоростей. Что здесь могло быть сложным? Материальная точка (МТ) – это тело, размерами которого можно пренебречь. Путь – это расстояние, пройденное МТ от пункта А до пункта В. Перемещение – это кратчайшее расстояние между пунктами А и В, измеренное по прямой линии. Скорость – это первая производная от пути по времени. Ускорение – это, соответственно, вторая производная от пути по времени. Что же касается сложения скоростей, то абсолютная скорость есть сумма скоростей двух движений – относительного и переносного. А поскольку скорость есть величина векторная, то вычисление суммы скоростей сводится в данном случае к сложению векторов способом треугольника или параллелограмма… В общем, я вполне мог бы ограничиться вышеприведенным ответом, но мне захотелось «блеснуть интеллектом» перед приемной комиссией, поэтому я, воспользовавшись соответствующей информацией из учебника Леонида Жданова, добавил, что в релятивистской механике для сложения скоростей в инерционных системах используют преобразования Лоренца, в результате чего полученная сумма в любом случае не превышает скорость света в вакууме. Тем самым я хотел показать свое знакомство со специальной теорией относительности (СТО) Альберта Эйнштейна. И, похоже, мне это удалось, поскольку члены комиссии, выслушав меня, стали удовлетворенно улыбаться и кивать головой.
Ободренный оказанным приемом, я перешел ко второму вопросу билета, на этот раз относящийся к молекулярной физике. Здесь от меня вообще требовалось всего лишь сформулировать первый закон термодинамики: подведенная к системе теплота расходуется как на совершение этой системой работы, так и на увеличение ее внутренней энергии... И что, на этом мне нужно было остановиться? Разумеется, я пошел дальше и, вспомнив содержание «Физики для всех» Льва Ландау и Александра Китайгородского, «выдал на-гора» еще и второй закон термодинамики: теплота не может самопроизвольно передаваться от более холодного к более теплому телу. А затем добавил, что в формулировке Рудольфа Клаузиуса данный закон гласит так: во всех неравновесных процессах энтропия изолированных систем неизменно возрастает. И, конечно же, не удержался от того, чтобы не покритиковать упомянутого физика за его гипотезу о «тепловой смерти Вселенной».
Члены приемной комиссии оживились еще больше, а я, воодушевленный их поддержкой, с жаром принялся объяснять уже решение задачи из раздела «Оптика» на использование уравнения Эйнштейна для определения кинетической энергии электронов при внешнем фотоэффекте. И в какой-то момент стал воображать себя даже олимпийским чемпионом, примеряющим лавровый венок на пьедестале почета, как вдруг… Ох, уж это пресловутое «вдруг», всегда неожиданно вторгающееся в нашу размеренную жизнь и безжалостно коверкающее все самые блестящие планы и радужные надежды! Вот кто бы мог подумать, что на пути к моей мечте о студенческом билете ЧелГУ почему-то встанет председатель приемной комиссии университета в лице доцента физико-химического факультета Алексея Павловича Привезенцева?

- ЗНАЧИТ, ЭТОТ ЧЕЛОВЕК ОКАЗАЛСЯ ТВОИМ «ЗЛЫМ ГЕНИЕМ»?

- А Ты напрасно иронизируешь! Он ведь не только значительно осложнил мой путь на студенческую скамью ЧелГУ, но и позже, когда я решил покинуть стены университета, сыграл очень неблаговидную роль, будучи уже вместо Маковецких деканом факультета. И, кстати, в связи с этим обстоятельством - вполне закономерный вопрос: а почему такая «смена власти» произошла тогда в середине учебного года? Обычно выборы и перевыборы руководящего состава ВУЗа проходят уже после завершения летней сессии, а тут какая-то непонятная спешка… Уж не «подсидел» ли Алексей Павлович Валентина Архиповича?
Чтобы было понятно, насколько обосновано мое мнение о доценте Привезенцеве, расскажу один короткий студенческий анекдот. Встречаются как-то на неком симпозиуме два преподавателя математического анализа (или любой другой учебной дисциплины, что не суть важно), и один другому говорит:
- Представляете, коллега, был у меня недавно во время сессии интересный случай. Приходит ко мне один студент сдавать экзамен, и что я у него ни спрошу, ничего не знает! Ну, я взял и на всякий случай поставил ему «удовлетворительно». Мало ли что: матанализ большой, вдруг что-нибудь, да знает?
- А у меня произошел еще более интересный случай. Пришел один студент на экзамен, и что я у него ни спрошу, наоборот, все знает! Ну, я подумал и все-таки поставил ему также «удовлетворительно». Ведь матанализ большой, вдруг что-нибудь, да не знает?
Так вот, Алексей Павлович, к моему несчастью, принадлежал как раз ко второй категории преподавателей, видящих даже на ослепительно ярком солнце сплошные темные пятна! Его голос прозвучал тихо и вкрадчиво (говорят, что такая манера речи была у шефа Абвера адмирала Канариса, отличавшегося неимоверным коварством и жестокостью), но для меня он прогремел, как гром среди ясного неба:
- Неплохо, молодой человек, неплохо… Но в задаче Вы, к сожалению, ошиблись с единицами измерения, поэтому больше, чем «хорошо», мы Вам поставить не можем!
Мне явственно почудилось, что с моего лаврового венка посыпались листья, а сам, сорвавшись с пьедестала, полетел в бездонную в пропасть… Однако отступать было некуда, поэтому, собрав всю волю в кулак, я перешел в контратаку:
- Извините, Алексей Павлович, но я, как обладатель диплома с отличием, рассчитывал, что поступлю в университет после сдачи одного экзамена, поэтому готовился дома только по физике!
- Что же Вы так нерасчетливо поступили? – усмехнулся «главный экзаменатор», делая упор на слово «нерасчетливо». – Хорошо, тогда предлагаю Вам более подробно обсудить тему корпускулярно-волнового дуализма светового излучения…
И началось! Минут десять мне пришлось отвечать на самые каверзные вопросы, касающиеся волновых и квантовых свойств света, исследований А.Г. Столетова по фотоэффекту и выведенных им законов, принципа действия фотоэлементов, шкалы электромагнитных волн и даже постулатов Бора. Видит Бог, я старался изо всех сил, но Алексея Павловича мои ответы все равно не удовлетворили!
- У Вас похвальная широта знаний, но не достает глубины осмысления вопросов, - коротко резюмировал он итоги нашего «экспресс-собеседования». – Если бы Вы поступали на философский факультет, то Вам бы цены не было! Но здесь у нас ведется набор на подготовку будущих физиков, а не философов, а физическое мышление у Вас еще развито недостаточно… В общем, езжайте-ка Вы домой и готовьтесь к сдаче математики!
- Но, Алексей Павлович, когда же я успею это сделать? – из последних сил стал сопротивляться я, надеясь на чудо. – Разве можно за три дня освоить полный курс средней школы?
- Послушайте, юноша! – уже с заметным раздражением в голосе прервал меня председатель комиссии. – Вы долго еще намерены морочить нам голову? Хотите у нас учиться? Значит, успеете сделать все необходимое! Не хотите? Тогда скатертью дорога!
С этими словами он протянул мне экзаменационный лист с четко выведенной оценкой «хорошо» и указал на дверь. Я вышел за порог, как оплеванный, с трудом ориентируясь в пространстве. И даже на голос заждавшейся меня матери не сразу отреагировал.
- Сынок, что случилось? – с тревогой спрашивала меня подбежавшая родительница. – Ты не сдал этот экзамен?
- Еще хуже, мама! – прохрипел я с кривой усмешкой на лице. – Придется еще сдавать и математику, а как? Где я возьму время на подготовку?
И тут я совершенно неожиданно услышал:
- Хватит распускать нюни! Мужик ты, в конце концов, или не мужик?
Я удивленно посмотрел на мать, а она продолжала все в том же духе:
- Слушай меня внимательно! Мы сделаем вот что. Я сейчас же возвращаюсь в Курган и высылаю через почту нужные учебники. А ты оставайся здесь и жди, когда придет посылка!
Потом помолчала несколько секунд и уже с ободряющей улыбкой добавила:
- Выше голову, сынок! Неужели ты, такой умница, не справишься с подготовкой к математике? Ведь ты же наверняка помнишь все основные формулы, так что тебе нужно будет просто слегка освежить их в своей памяти…
Действительно, а что я так вдруг раскис? Мать совершенно права: ключевые понятия математики, этого «языка точных наук», засели у меня в голове очень прочно! И мне следует сосредоточиться именно на этой информации, не отвлекаясь на второстепенные вопросы. Конечно, есть риск, что могу «засыпаться» на какой-нибудь обидной мелочи, но хотя бы на четыре балла рассчитывать все же можно! А на большее в условиях того цейтнота, в котором я оказался, надеяться просто бессмысленно…

- И ЧТО, ТВОЙ ПЛАН «СПАСЕНИЯ УТОПАЮЩЕГО РУКАМИ САМОГО УТОПАЮЩЕГО» СРАБОТАЛ?

- Суди сам! Не знаю, как это удалось матери, но уже через сутки я держал в руках увесистую посылку, после распаковывания которой обнаружил внутри, как мы и договаривались, учебники по алгебре и геометрии с 8 по 10 классы. Я тут же набросал план повторения основных математических понятий, изучаемых на уровне средней школы, положил перед собой стопку чистой бумаги и на два дня полностью погрузился в мир аксиом, теорем и формул, лишь изредка прерываясь на короткие перекусы. В комнате общежития, в которой я заселился, больше никто не проживал, поэтому ничто не отвлекало меня от этого лихорадочно-интенсивного процесса. Я просиживал за учебниками до глубокой ночи, после чего забывался коротким тревожным сном, а рано утром, едва открыв глаза, снова бросался к письменному столу. И с каждым часом стопка исписанных моим корявым почерком листков бумаги становилась все больше и больше!
Несколько лет спустя, когда в моих руках оказалась монография Рады Грановской «Элементы практической психологии», я понял, что фактически готовился тогда к экзамену по математике с использованием метода погружения (суггестопедии). Причем предельная концентрация внимания, характерная для данного метода, достигалась мною за счет внушения самому себе крайней необходимости подобного состояния. Разумеется, долго так продолжаться не могло, иначе привело бы к серьезному истощению нервной системы, но двое суток вполне можно было выдержать.
И вот оно наступило, утро моего «судного дня» 6 августа 1980 года! Стараясь сохранять хотя бы внешнее спокойствие, я снова вошел в ту же аудиторию, в которой сдавал несколько дней назад устный экзамен по физике. Теперь мне снова предстояло пройти вступительные испытания в устной форме, но уже по математике. Выбрав свой билет, я присел за свободный стол и взглянул на предложенные мне вопросы. На первый взгляд, вроде бы ничего сложного. Сначала я должен был дать определение первообразной и неопределенному интегралу функции f(x). Здесь все действительно просто: первообразная функции f(x) – это такая функция F(x), производная которой равна f(x), а неопределенный интеграл f(x) – это совокупность всех первообразных f(x) в виде F(x) + C, где С – произвольная константа. Но я решил не обманываться этой простотой и дописал еще в ответе на первый вопрос формулу Ньютона-Лейбница, позволяющую с помощью первообразных вычислить уже определенный интеграл функции f(x).
Следующим вопросом в билете стояло доказательство теоремы косинусов. И вот здесь-то у меня и возникла заминка! Саму теорему я хорошо помнил: квадрат стороны треугольника равен сумме квадратов двух других сторон без удвоенного их произведения на косинус угла между ними. А вот как ее нужно доказывать? В голове у меня всплывал только частный случай данного утверждения в виде небезызвестной теоремы Пифагора: квадрат гипотенузы прямоугольного треугольника равен сумме квадратов его катетов. Вполне естественная, кстати, формулировка, учитывая, что косинус прямого угла равен нулю. Но как мне увязать между собой эти две теоремы, чтобы получить хоть какое-то доказательство главной из них? Решил пока отложить второй вопрос и решить прилагаемую к билету задачу.
Задача оказалась хоть и громоздкой, но достаточно простой, поскольку от меня требовалось провести исследование и построение графика заданной функции с помощью производной. Я быстро нашел для своего варианта область определения, вычислил точки экстремума, перегиба и пересечения с координатными осями, определил интервалы монотонности и выпуклости-вогнутости, рассчитал вертикальные и наклонные асимптоты, после чего уже без труда построил требуемый график.
Однако у меня так и остался без ответа второй вопрос из экзаменационного билета! Так и не вспомнив правильное доказательство теоремы косинусов, я решил на свой страх и риск сделать обобщение «Пифагоровых штанов» для любого типа треугольников. Набросал целую страницу взятых из головы формул, разбавленных поясняющими чертежами, и, набравшись смелости, подошел к членам приемной комиссии. Заметил, что среди них нет моего «злого гения» Алексея Павловича, и посчитал это для себя хорошим знаком.

- ТО ЕСТЬ ТЫ РЕШИЛ, ЧТО СИТУАЦИЯ СКЛАДЫВАЕТСЯ ДЛЯ ТЕБЯ ВПОЛНЕ БЛАГОПРИЯТНО И ПОЗВОЛЯЕТ НАДЕЯТЬСЯ НА ХОРОШУЮ ОЦЕНКУ?

- Да, именно так я и решил! Поэтому со вздохом облегчения сел напротив экзаменаторов и бодрым голосом стал зачитывать ответы на вопросы своего билета. При этом даже рассчитывал, что удастся каким-то образом «пропихнуть» свое «оригинальное» доказательство теоремы косинусов. А когда эта «авантюра» не удалась, не растерялся и уверенным тоном заявил, что просто не хотел идти в данном случае стандартным путем, а попытался найти собственное решение поставленной задачи… И, как ни странно, но моя наивная ложь возымела успех: члены комиссии, коротко посовещавшись, выставили-таки мне твердых четыре балла!
Нужно ли долго объяснять, что я почувствовал, когда получил из рук секретаря приемной комиссии свой экзаменационный лист? Конечно же, ликованию моему не было предела! С трудом сдерживая себя от проявления бурных эмоций, я буквально летел по направлению к общежитию, прямо на ходу продумывая план дальнейших действий. Решил, что сегодня больше ничего делать не буду, только устрою себе праздничный обед и сразу же завалюсь спать, поскольку уже три ночи подряд практически не смыкал глаз. А уж с завтрашнего дня вплотную займусь подготовкой к письменному экзамену по математике…

- И ТЫ ДАЖЕ НЕ ПОДОЗРЕВАЛ, КАКАЯ ЗНАМЕНАТЕЛЬНАЯ ВСТРЕЧА ПРЕДСТОИТ ТЕБЕ БУКВАЛЬНО ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МИНУТ?

- Пути Господни неисповедимы, и Ты это знаешь не хуже меня! Так что, когда я перешагнул порог общежития и прямо в дверях едва не столкнулся с его комендантом, у меня в душе не возникло ни малейшего предчувствия. Тем более, что задержавший меня мужчина всего лишь попросил помочь ему занести мебель в столовую. Я охотно согласился, поскольку торопиться мне было некуда, и проследовал к нагромождению столов и стульев в дальнем углу общежитского холла… И вот там-то я впервые и увидел того, кто на ближайшие восемь лет стал моим самым верным и надежным другом!!! Впрочем, вначале я, все еще находясь под впечатлением только что успешно сданного экзамена, особо и не обратил внимания на своего напарника по перетаскиванию мебели. Вроде бы, самый обычный парень, примерно моего телосложения, разве что чуть ниже ростом и чуть шире в плечах. Темные, слегка вьющиеся, волосы, очки в тонкой золотистой оправе. Да и одет как-то уж слишком неряшливо: мятые костюмные брюки в мелкую желто-коричневую клетку и поношенный трикотажный свитер бирюзового цвета. Столь пренебрежительное отношение к своей внешности было для меня в диковинку, поскольку сам всегда старался одеваться как можно аккуратней, однако делать замечание из-за этого совершенно незнакомому человеку я не решился, а просто поздоровался с ним и предложил приступить к работе.
Расставить по своим местам столовскую мебель нам, двум крепким и здоровым парням, удалось довольно быстро, и вскоре в холле остался только один стол, у которого почему-то не оказалось верхней крышки.
- Не иначе, как аннигилировала! – решив «блеснуть интеллектом», пошутил я по поводу обнаруженного некомплекта.
- А откуда здесь могла взяться антикрышка? – тут же, не растерявшись, с улыбкой отреагировал мой напарник.
Так-так, а парень-то, оказывается, совсем не такой простак, как мне показалось вначале! Приглядевшись к нему, я не мог не отметить про себя умный и проницательный взгляд серых глаз своего собеседника, его четко очерченный прямой нос и твердый волевой подбородок. И держался он в разговоре со мной, вроде бы, легко и просто, но при этом с достоинством человека, знающего себе цену… Нет, с таким абитуриентом непременно следовало подружиться даже ради одной только сдачи вступительных экзаменов!
Естественно, я так и поступил, и что же мне удалось узнать тогда о своем «свежеиспеченном» друге? Софронов Александр Алексеевич, 1962 года рождения, уроженец города Орска Оренбургской области. Вырос в большой многодетной семье, где вместе с ним воспитывались еще пятеро братьев и сестер. В школе был одним из самых лучших учеников, но золотую медаль получить не сумел, так как всегда тяготел к точным наукам, а предметы гуманитарного цикла откровенно недолюбливал. Мог бы поступить в университет еще в прошлом году, сразу после получения аттестата зрелости, но остался дома, чтобы помогать матери ухаживать за новорожденным братишкой… Интересно, не правда ли? А ведь все перечисленные факты - лишь мизерная часть того, что я узнал об этом необыкновенном человеке позже, уже за год самого тесного общения с ним! Но прежде чем поделиться данной информацией, я должен все-таки завершить свою «эпопею» о поступлении в ЧелГУ, поэтому все любопытные подробности биографии Софронова изложу в одной из следующих глав эссе. А пока лишь замечу, что моего талантливого друга многие однокурсники именовали именно так, по фамилии, чтобы не путать со мной, тоже Александром Алексеевичем по паспорту…

- А ПОЧЕМУ ТЫ ТОГДА НАЗЫВАЕШЬ СЕБЯ АЛЕКСОМ? ИЛИ ЭТО ТОЖЕ «ОТДЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ»? КСТАТИ, ТЕБЕ САМОМУ НЕ КАЖЕТСЯ, ЧТО ТЫ ТОЛЬКО ОБЕЩАЕШЬ РАССКАЗАТЬ О ТЕХ ИЛИ ИНЫХ СОБЫТИЯХ СВОЕЙ ЖИЗНИ, НО НЕ ДЕЛАЕШЬ ЭТОГО?

Успокойся! Я свое слово привык держать с раннего детства, так что все обещанное непременно исполню, когда в этом возникнет необходимость. Что же касается имени Алекс, то я сам его придумал для хохмы, когда наша учебная группа впервые собралась вместе после зачисления в университет… Теперь перейду, наконец, к рассказу о подготовке и сдаче своего третьего экзамена – математики в письменной форме. К этому вступительному испытанию я готовился уже вместе с Софроновым, поэтому дело шло намного веселей, чем в прошлый раз. Можно сказать, что мы с ним использовали при подготовке материала, пусть и не в полном объеме, хорошо известный метод мозгового штурма, причем «генератором идей» чаще выступал мой друг. Его острый аналитический ум, словно скальпель хирурга, настолько умело «препарировал» ту или иную задачу, что я только успевал открывать рот от удивления. А в ряде случаев Софронов вообще ставил меня в тупик, предлагая такие варианты решения уравнений, которые не встретишь ни в одном учебнике по математике!
Любопытной была и манера работы моего друга. Изучив условие задачи, он на какое-то время уходил в себя и сидел неподвижно, глядя куда-то вдаль, а потом, возвращаясь к реальности, спокойно и методично набрасывал на бумаге невесть откуда пришедшее ему в голову решение. Подобный стиль мышления, называемый в психологии свернутым, характерен для лиц с высоким уровнем интеллектуального развития. А склонность к неторопливой и обстоятельной работе является ярко выраженной чертой типичного флегматика. Поэтому по совокупности этих двух пунктов я без малейших колебаний отнес Софронова к типу ВНД под номером 3: сильный, мыслительный, уравновешенный, с инертным возбуждением и торможением.
Короче говоря, когда 11 августа мы отправились сдавать письменный экзамен по математике, я был абсолютно убежден, что мой друг получит за него только «пятерку». И представьте мое удивление, даже возмущение, когда на следующий день выяснилось, что обе наши работы приемная комиссия оценила на четыре балла! Но это для меня «четверка» была ожидаемой и вполне заслуженной, а как ее могли поставить Софронову с его незаурядными математическими способностями?!! Неужели никто из членов комиссии не оценил по достоинству его нестандартный подход к решению задач? Однако мой друг отреагировал почему-то совершенно спокойно:
- Ну и что? Главное - это сданный экзамен!
Вот чего здесь было больше? Необычайной скромности? Привычки довольствоваться малым? Я долго не мог ответить на данный вопрос и лишь во время зимней сессии догадался, что пренебрежительное отношение Софронова к любым экзаменационным оценкам являлось проявлением его самодостаточности. Он всегда был настолько убежден в собственной правоте, что просто не реагировал на замечания в свой адрес! Черта настоящего профессионала, которая для меня, закоренелого перфекциониста, до сих пор является недоступной. Я так и продолжаю жить с оглядкой на то, что «скажет княгиня Марья Алексеевна», и даже это эссе пишу «долго и нудно», затрачивая на каждую главу по месяцу и более, поскольку постоянно переделываю уже готовые страницы, стремясь довести их содержание до совершенства!

- ЛАДНО, ХВАТИТ ЗАНИМАТЬСЯ САМОБИЧЕВАНИЕМ! ЛУЧШЕ РАССКАЖИ, КАК ПРОШЛА СДАЧА ЧЕТВЕРТОГО, ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОГО, ЭКЗАМЕНА?

- Нормально прошла! 16 августа нас всех собрали в одной большой аудитории, чтобы мы могли написать сочинение на одну из четырех предложенных тем по выбору. Накануне я проанализировал итоги предыдущих приемных испытаний и пришел к выводу, что члены нашей комиссии крайне негативно реагируют на любые отступления абитуриентов от школьной программы, занижая таким «ренегатам» экзаменационные оценки. И мне, и Софронову пришлось убедиться в этом на собственном горьком опыте! Поэтому я решил не рисковать со свободной темой сочинения, а выбрал для написания своего «опуса» тему «Духовная трагедия человека в произведениях Максима Горького». Взял за основу при этом такие творения советского классика, как «Егор Булычов и другие», «Фома Гордеев» и «Жизнь Клима Самгина», в которых «очень убедительно показано, как суровая капиталистическая действительность России конца XIX – начала XX веков безжалостно коверкала судьбы даже тех, кто сам принадлежал к господствующей элите общества». Сейчас, конечно, эта цитата из моего сочинения не может вызвать ничего, кроме улыбки, но тогда, в эпоху «развитого социализма», была вполне актуальной! Во всяком случае, еще одну «четверку» я в свой экзаменационный лист получил. А вот другу моему в очередной раз не повезло: он взял-таки для написания своего сочинения свободную тему и в результате удостоился вообще «трояка»!
Впрочем, как оказалось, по поводу оценок за сочинение нам вообще не следовало «париться», потому что в день зачисления в состав студентов 21 августа выяснилось, что проходной балл по итогам вступительных экзаменов 1980 года составлял для будущих физиков всего-навсего 18! Я же набрал, с учетом средней оценки документа об образовании, целый 21 балл, а Софронов – 19. Поэтому поступление на физико-химический факультет ЧелГУ нам обоим было гарантировано заранее, еще до написания сочинения!

- И С ЭТОГО ДНЯ НАЧАЛАСЬ ТВОЯ НОВАЯ СТУДЕНЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ?

Не совсем с этого дня, но действительно началась! Просто мне пришлось еще вернуться домой в Курган, чтобы уволиться с работы, выписаться в паспортном столе и сняться с учета в военкомате. А о том, как происходило мое «вживание» в студенческую среду, я расскажу уже в следующей главе своего эссе…





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 12
© 10.10.2020 Алекс Унфарт
Свидетельство о публикации: izba-2020-2916272

Рубрика произведения: Проза -> Эссе


















1