Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Великая Клоповия, том XI, 22


ГЛАВА 22

Знакомца и приятеля порхающих тлей и филлоксер хотя отцы в те дни из своей общины говностоевской и выгнали, однако же мятеж не унялся: посадив дюжину ослушников явных, отцы не учли всех тех, кто сочувствовал обескрылевшему самцу розанной тли втайне и тихонько мечтал, не выдавая сам себя, благодетелям. Таящиеся в тени́ недовольные воспитанники общины горько вздыхали по этим ощущениям, какие им самим никогда не доводилось вкусить. Чада жались беспомощно по тёмным углам, не шли на контакт с отцами общины, вели себя диковато, словно бы недавно из клетки зоосада сбежавшие. Благодетели вознегодовали: что здесь происходит? Но никак не могли уяснить себе причину подобного дикого поведения своих духовных чад: казалось бы, всех ослушников пересажали, на несколько недель поместили в холодную, однако тайный мятеж не прекращал своего потаённого существования. «Где ж это кислятина неподчинения затаилась? ― лихорадочно раздумывали отцы-благодетели, ― вроде бы все угомонились, так отчего же духовная воздушность никак не оздоровится? что такому гниению причиной и чем тут можно, с нашей стороны, пособить, да предотвратим это потаённое неугодное нам недовольство общинных воспитанников? и до каких пор это подковёрное возбуждение будет ворошиться на говностоевской земле?» Рыли-рыли благодетели носами землю, да так ничего путного и не нарыли. Тайное недовольство не спало, не убавилось, оно просто перешло из острой в хроническую форму, а это тоже не предвещало ничего хорошего ввиду застоя в утробах и в мозгах мочи и гемолимфы. А тут ещё новый рассказчик в общину пожаловал, принялся им заливать о том, как живут подземные и подводные шестиногие и восьминогие обитатели, да так, что наши воспитанники разохались и разахались от расстройства чувств.
И вóт что узнали общинники от пришлого хохмача и сказителя:

Сказание о подземной вольнице

Подземельные владыки суть не таковы, как наши:
Никого не притесняют, никого не ущемляют,
Ни в темницах не содержат, ни за слово не сажают,
О налогах там не слышно, благоденствуют на воле.
И народец в дивном крае никогда не помышляет
Ни о мятежах кровавых, ни о ропоте безумном,
Ведь подземные владыки соков ввек не выжимали
Из клопиного народца. «Слава честному владыке!»
Только клики раздаются, повелителя все любят.

Этой вольнице подземной суждено было возникнуть
На развалинах давнишней одичалой деспотии.
Жил да был когда-то злющий управитель Шкуродéря,
От него ушли в подземный мир усталые клопишки,
Под землёю основали вольное там государство,
Отменили все законы, где о рабстве речь велася.
И когда вверху сидящий деспот о чудесном крае
Щёлками ушей услышал, вознамерился немедля
Этот дивный край подземный и республику огнями
Попалить, посечь жестоко жителей тогда мечами.

Но когда войскá владыки и поганца-самодура
В подземелье то спустились, воевать его желая,
На солдатишек подвластных гнев обрушили свободы
Сыновья: несметны тыщи повелителя подмяли
Под себя, «не отдадимся мы на милость изуверу,
Лучше рядом все поляжем, нежели опять твоими
Сделаемся сплошь рабами бессловесными!», ответом
Деспоту слова их были. Повелитель разъярился
От словес тех не на шутку: «как осмелились налоги
Не выплачивать, мерзавцы, ослухи и супостаты?»

В голове не умещалось у жестокого владыки,
У тупого самодура, жадины: как это можно?
Не выплачивать налоги, волю чествуя нахально?
«Я не допущу такого! Проучу ещё за дерзость
Подземелия свободных обитателей, мятежник
На мятежнике! Такое положенье дел в державе».
Стойкие свободолюбы отодвинули все орды,
Опрокинули владычьи полчища и заявили:
«Нам отныне повелитель наша воля, таковое
Приняли тогда решенье на верховном совещанье.
Никакие нам земные на поверхности владыки
Не являются отныне абсолютно господами!»

Ошалел от заявленья дерзкого того владыка:
Стукнула моча тут князю в голову, и покачнулся,
И упал он, бездыханен: новости такой не вынес,
Не переварил смятенья, мятежа не одолевши.
И с тех пор живут на воле и налогов богатеям
Никогда из подземелья никому совсем не платят
Жители пустот подземных. И какие там налоги?
После гибели владыки не совались к ним тираны.
Ибо всякий повелитель хочет жить, не умирая,
Править слугами подольше, а пустот завоеванье
Угрожает низверженьем княжьей власти, потому-то
Повелители к подземным и гонцов не засылают,
От клопов не собирают никогда князья налогов,
И вкушают те блаженно баснословную свободу.

Говностоевцы независимо от своей безучастности оставались всё же большими охотниками до всякого рода диковинок. Ледяные их сердчишки хотя и разучились сопереживать бедам неимущих, но к увлекательным повествованиям они тем не менее сохранили свой неподдельный живой интерес. Наслушавщись от нового сказителя многих чудесных вещей и подробностей, воспитанники паче того, как и ожидали благодетели, затосковали и понурились: «эхма, что ж это мы тут киснем и маемся, когда мимо нас жизнь пролетает?»
За гадкие и недопустимые настроения ропщущие были удалены, вышиблены вон с ругательствами и анафемами, из общины. Отцами повелено было «предать полнейшему забвению тех негодников и супостатов», осмелившихся жалиться да печалиться по поводу и без повода, о том, что никогда им не суждено вкусить плоды воли, воспетой в дивном сказании, поведанном этой публике гостем. Чад тяготило сознание того, что, хотя они вдоволь кушают, у них отцы совсем отнимают даже тусклое подобие воли. Эти воспитанники и не помышляли о том, что их судьба незаслуженно наградила едою, что их жизнь протекает по молочной речке меж двух кисельных со сливками бережков. Мало им показалось имеющегося, возроптали воспитанники, с жиру взбесились от изобилия земных достатков, и потому затосковали по несбыточной вольнице. «Вот, ― ныли они, качая головами в сокрушении, ― благодетели наши откармливают наше клопиное стадо, точно на убой, а всё для того, чтобы мы всех отцов своих восхваляли и воспевали, да за какие заслуги воспевать благодетелей наших, коли заслуги у них вообще мнимые?» «Наши утробы хотя и полнёхоньки, ино духовной пищи никакой не дают, вынуждают выслушивать сотни раз уже слышанное и выученное и ничего нового нам не предлагают», вторили им соплеменники.
Далее принимались судить да рядить: существует ли такая земля и такой дивный край, который описывал им в сказании странник, и коли имеется таковой, то где именно расположен? и далеко ли тот чудесный уголок отстоит их общины? Отцы поначалу не вникали, о чём именно печалились их воспитанники. Но стоило им узнать и выведать причину сокрушения сердец, как они безапелляционно и в тот же день выставили за порог общины помянутого «бáхаря», и повелеша ему не подступать ко прагу обители. (1459): «нечего же тебе околачиваться поблизости от святого жилища, негодник, твои хульные речи ко смущению душ приводят, потому изыди вон, ибо враг ты всем нам и чадом нашим, фу!» Дунув, плюнув, отогнали и запретили приближаться на пушечный выстрел к общине. Недолго наслаждались благодетели покоем: спустя две недели по их души, им в искушение, прибыло в общину ещё целых три сказителя...






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 7
© 14.09.2020 Лаврентий Лаврицкий
Свидетельство о публикации: izba-2020-2897332

Рубрика произведения: Проза -> Роман


















1