Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

МОЗАИКА ДЕТСТВА (фрагмент 39)


ДОЖДЬ. ЧТЕНИЕ

Обложные дожди. Обложные дожди...
Значит, солнца неделю не жди.
Значит снова с утра, будет дождь моросить,
В наши окна стучать и о чём-то просить…

                      Татьяна Афанасьева

Дождь идёт день, второй, третий... Неделю идёт дождь, мелкий упорный. Небо низкое, серое, облака стелются над землёю вот - вот зацепятся своими рваными краями за верхушки деревьев или за сопки с лесом. Просвета не видно. Хорошо у кого убрано всё сено. Сгниёт. Вода поднимается в руслах ручьёв, рек, постепенно выходя из берегов, заполняет прибрежные покосные луга. Часто копна стоят в воде. Не речка, а река мерно катит свои мутные воды вдаль через ту местность, которая ещё недавно цвела и благоухала под солнцем. И посёлок наш притих, притаился под дождём. В ненастные дни строения словно пригнулись и кажутся ниже, чем в ясные... В солнечные дни улицы людные, с визжащей от восторгов и радости детворы, с «приклеенными» к лавочкам судачащими, шушукающими бабушками и курящими, обстоятельно что-то обсуждающими мужиками. А сейчас загнала сырость всех под крышу домов, промозглость и прелость от всего, что видит глаз…
А дождь идёт и идёт... Надвинуло его жизнью, он и поливает её… В народе его прозвали обложной. Сижу дома и читаю, читаю запоем. До дождя не было времени, покосная пора, вечерами возвращаясь, убегаешь с друзьями по своим неотложным интересам, а их, интересов у подрастающего поколения, много. Домой приезжаешь усталый, но стоит только умыться, поесть и усталость, словно рукой волшебной снимает. Ещё мгновение и ты возле суетливой говорливой ребятни. Она, как «голь на выдумки хитра», уже придумала план своих действий и в потоке собственных мыслей, живо воплощает его в жизнь. Мысли говорливой ребятни заводят её на футбольное поле для состязания с командой, что живёт на окраине посёлка, да и поле там же находиться. Наше вечное противостояние! Сколько баталий разыгрывалось, выявляя победу то одной стороны, то другой и, попробуй выиграть…, «отметелят» лихие пацаны противоположного лагеря. Но каждый раз, с завидной настойчивостью мы договаривались на игру, а выигрывая, были биты, иногда и мы их бивали, наподобие старинной – «стенка на стенку», здесь команда на команду.
А пока, дождь идёт сижу возле печки... Рядом хлопочет Мама. Пахнет чем-то вкусным! Замесила тесто на пироги, с морковкой, мои любимые. Знаю, напечёт много, чем и побалую не только себя, но и ребят с улицы. Любят! Печь топится дровами, они потрескивают, что неумолимо ведёт к особому домашнему уюту. Горящие дрова и теплота печи создают особую атмосферу и расположение к чтению, дрёме, к тому, что на свете всё хорошо и никогда это не должно заканчиваться. Мухи, вечные спутники деревенских домов, греются, сидя на печи. Выгнать их в непогоду невозможно. Взмахнёшь рукой, они роем и шумно поднимутся, сделают круг по помещению и спокойно усядутся на прежнее место.
В таком уюте, тепле, возле самых родных мне людей заснёшь, забудешься коротким сном и снится, что весь в приключениях с героями книг крадёшься по дикому лесу Северной Америки, словно «последний из могикан», выслеживаешь бледнолицых. Читая книги, разворачиваешь перед собой всю картину описываемых событий, представляешь себя никем другим, а именно индейцем, пиратом, мушкетёром. Мушкетёром со шпагой в руке, отстаиваешь честь и достоинство своё и друзей, пиратом покоряешь морские пространства и берёшь на абордаж торговые судна, испанские галеоны, а индейцем сражаешься за свободу и независимость своих территорий…
Дождь идёт и идёт... Просыпаешься от монотонно стучащих капель о стекло. Смотришь в окно, на фоне тёмных предметов видны повисшие струи дождя, висят и висят. Шелестит листва в саду, вздрагивают от падающих капель цветы. Сыро и промозгло кругом, но я люблю всё это... Любил и люблю, когда идёт дождь. Идущий и стучащий о стёкла, он мне всегда внушал бег времени, жизнь бегущую, которую можно почувствовать здесь и сейчас... Как поток воды несущейся мимо реки, ассоциировался мне с бурным течением и водоворотами страстей и эмоций, а падающая вода, с непрекращающимся потоком знаний.

Влажная пропасть сольется
С бездной эфирных высот.
Таинство — небом дается,
Слитность — зеркальностью вод. [1]

Есть своя прелесть в идущем дожде, но есть и лениво - радостное, не надо работать в огороде, ездить на покос и, можно вдоволь читать. Как же я любил читать! Читал вечера напролёт, до полуночи, пока Отец не начнёт шуметь. И, конечно, на самом интересном месте, оторваться от чтения нельзя, прервётся нить мыслительных представлений, воображений, тех картин, о которых идёт речь в повествовании.
Быстро отвечаю:
— Сейчас! — и сюжет вновь увлекает до следующего:
— Живо ложись спать!
С великой неохотой ложусь, выключаю свет, крадусь на ощупь до кровати и, ворочаясь, укладываюсь в постель. Отец рядом, сна у него нет, я помог разворошить его. Откуда мне было знать в детстве, как это нет сна? Зачем ворчит? Голова до подушки и ты в объятиях Морфея. [2] Сейчас на себе испытал, уже знаю, вернулось мне моим сыном, когда невозможно его угомонить и загнать в кровать, всё о чём-то думает, читает, сочиняет. А я не сплю!
Под шум дождя вспоминаю о друзьях… Раскидала непогода по домам, знаю, сидят тоскуют, грустно поглядывают на низкое серое небо, вдруг проглянет солнышко, вот тогда и побегут их ноги неустанно, но небо ничего подобного не предвещает и посылает на землю новые и новые порции моросящего дождя. Не все спасаются чтением, как я, не любят: «И что ты там находишь интересного?», - часто слышу я в свой адрес. Однако дома сиди, не сиди – не высидишь, тогда собираемся в наспех сколоченном из досок домике – шалаше, возле тополей, тогда дождь не помеха - пусть идёт. Сидим, рассказываем о «наболевшем», делимся впечатлениями, вспоминаем о самом интересном и наперебой друг другу тараторим: «А помнишь? А помнишь?». В шалаше нас набивается много, тесно, сидим, плотно прижавшись друг другу, согреваемся... Приходят с соседней улицы, но они, ребята, наши, с нашей команды. Последние переулки от аэропорта улиц Курбатова и Первомайской определяли принадлежность к «нашенским», а уже с улицы Новой наши вечные конкуренты и задиры, мы с ними дрались. Вопрос зачем? А просто так, никто не смог бы объяснить причину коллективной ненависти друг к другу. Наверное, посмотрели косо на нас, да и фамилия у них была схожей. Ловили их, где угодно, напитывали их изрядными тумаками, они нас… Время такое! Не будешь драться - запрезирают и свои и чужие, кому хочется ходить в числе тех, кого товарищи игнорируют. Струсил – позор! Хочешь, не хочешь, а будешь подчиняться «кодексу чести» уличных команд.
Тем для разговоров множество и не только о славных боевых подвигах последней драки с мальчишками другой футбольной команды, где обязательным делом было прибавление себе несуществующих заслуг... И все верили, знали, что не так, но верили, ведь через минуту они сами будут прибавлять себе заслуги сверх того, что заслужили, да и рассказчик потом уже сам будет верить в то, о чём рассказывает. Ох уж эти мальчишки! С ними всегда так и сам такой же… Потом проводили «разбор полётов», причин проигрыша, не соглашаясь друг с другом в выводах. Бурно происходило обсуждение нового фильма, только что вышедшего на экраны нашего клуба: «Этот, как даст!.. А другой, как врежет!..», — то и дело восклицали мы и со стороны наш шалаш походил на разворошенный улей, то затихающий, то возгорающийся спорами с новой силой. За разговорами, спорами время стремительно приближает вечер… На улице смеркается, лица сидящих в шалаше становятся едва различимы. Так и сидим, пока родители не начнут «выдёргивать» нас по домам. Нам не хочется, страсть, как не хочется расходиться, под капающий дождь так и сидели бы за разговорами. Потом провели свет в домик наш, нашли кабель, бросили на линейные провода концы его, подсоединили патрон с лампочкой и замаскировали листвою… Да будет свет! И свет воссиял…
Какие хорошие благодатные годы, годы детства, как радостно вспоминать вас, общаться с вами, словно с одухотворёнными понятиями. Не ностальгия это, а благодарность Его Величеству Детству! И в силу имеющегося таланта, если он присутствует, я пытаюсь сложить песнь ему, Детству, и именно раннему периоду, когда всё закладывается на всю оставшуюся жизнь…
Выглядываю в окно. Дождь всё идёт... В огороде, между грядками стоит вода, выходить никуда не хочется, даже если прозвучит клич от друзей. Собака куда-то забилась в сухой уголок, видимо к корове под навес и не кажет своего носа. Мама позовёт покормить, пёс выйдет с великою неохотой, отряхнётся, потянется, запахи еды в миске влекут с силой к себе. Как можно противиться? Хозяйка приглашает – будет, чем полакомиться, зря не позовёт. Порой раздаётся свист на улице. Товарищи идут в кино, зовут, но, посмотрев на серость и дождливость улицы, на грязь, которую придётся месить с сожалением отказываешься… А хочется! И не всегда отказываешься, чем вызываешь недовольство Отца, ворчит не серьёзно, а так для марки отцовской, надо же что-то сказать. Взгляд нарочито серьёзный, но ты знаешь уже, там прячется улыбка и может последовать очередная шутка в мой адрес.
Поспели пирожки! Какое кино?..




[1] Строки их стихотворения Бальмонта К.Д. Линии света [2] Морфей – бог сна в греческой мифологии  






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 7
© 13.09.2020 Леонид Куликовский
Свидетельство о публикации: izba-2020-2896512

Метки: воспоминания,
Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


















1